# Похороны по чужому разряду или эффект Зощенко

Андрей Викторович Макаров

Памятник Жванецкому открыли в Ростове-на-Дону?! Крики со всех сторон: "Враг!", "Всю жизнь с фигой в кармане!" Почти как восемьдесят лет назад. В 1943 году в журнале "Октябрь" начали печатать повесть Зощенко "Перед восходом солнца". И прекратили после окрика журнала "Большевик". В 1945-м в журнале "Мурзилка" появился рассказ для детей "Приключения обезьяны", который в подборке детской литературы перепечатал журнал "Звезда". И началось: "Пошлый пасквиль на советский быт и на советских людей...", "Пошляк и подонок литературы..."

Памятников Зощенко тогда не было. Били по живому.

Есть у этих компаний общее. Зощенко попало за неактуальные произведения во время войны. Жванецкому за то, что его нам упорно навязывают. Опять же во время войны.

Ну и последствия. Исключили Зощенко из Союза писателей - оставили без средств к существованию (лишился не только статуса, но и продовольственных карточек). Жванецкому... в общем-то все равно. Досталось тем, кто памятник ставил.

На время все успокоилось. Можно поговорить спокойно.

О Зощенко. Позиция власти понятна. Ну а просто читатели? В двадцатые-тридцатые годы Зощенко популярнейший писатель с многотысячными тиражами книг. Но пришла война. Эвакуированный в Алма-Ату писатель (жена осталась в блокадном городе) пишет книгу о том, как боролся с депрессией. В лучшем случае вызывая недоумение. Какое во время войны лучшее средство от депрессии? Повестка в военкомат!

А рассказ про обезьянку? Вот мнение неравнодушного читателя Марии Михайловны Шарый высказанное ленинградскому журналисту В. Даеву: "В тот период, когда мы, копаясь в тряпках, в грязи, в копоти спасали умирающих от голода детей... писал про мартышку, жравшую конфеты, вырывающую у граждан продуктовые карточки!"

В осажденном городе она заведовала детприемником. В него приносили обмороженных малышей-дистрофиков с улиц, детей найденных при обходе квартир, лежавших среди умерших родных. Из полутора тысяч детишек триста умерло. Остальных выходили и эвакуировали.

Мария Михайловна Шарый - двоюродная сестра Михаила Зощенко. Если она посчитала рассказ брата неуместным, что говорить об остальных ленинградцах?

Старики в блокаду умерли, дети превратились в стариков, а писатель-орденоносец в эвакуации сочиняет рассказ про жрущую конфеты обезьяну.

Или юмора в годы войны не было? Был. Приземленный, грубый про неудачливого фрица и удалого нашего бойца, карикатуры на Гитлера. Незатейливые юморески выполнившие свое назначение.

Когда раны военных лет на душах затянулись, Зощенко к читателям вернулся. Сначала с переводами, потом с переизданием старых рассказов.

И снова к Жванецкому. Власть о нем молчит. Обличают активисты. Интернет дает возможность высказаться всем.

Кому-то из хулителей не понятен его юмор, другим - неприятен смех над жизнью в СССР. Большинство раздражает, что памятник юмористу ставят во время войны в прифронтовом регионе.

Девятого марта 90 лет исполнилось Юрию Гагарину. На телевидении о нем скупо говорили днем. Про юбилей Жванецкого передачи в самое "смотрительное" время. И это уже после скандала с памятником.

Может дать слово им самим?

Зощенко: "Как я могу согласиться с тем, что я подонок?"

Жванецкий: "Я всё время как-то так занимаюсь своим делом, а меня так или иначе втягивают в политику".

Вот и проблема. Большого мастера всегда тянут на свою сторону. И если про Зощенко можно сказать, что сломала власть ни за что человека, то со Жванецким есть эффект присутствия. Совсем недавно он сам был на экране.

Литература, как и жизнь, штука жестокая. От писателя остается мало. Иногда ничего.

В Зощенко больше литературы, в Жванецком эстрады. Раскрыв книгу Жванецкого, был разочарован. То, что со сцены вызывает хохот в зале, с бумаги не воспринимается. Вчера раки по три, сегодня по пять? И так по кругу. Читать невозможно, надо смотреть. С паузами, взглядами, мимикой. В исполнении Райкина, Карцева и Ильченко, самого Жванецкого.

Экранизации? "Не может быть!" по Зощенко - прелесть. "Одесский пароход" по Жванецкому - ну бред ведь! Герои разговаривают анекдотами. Выпуск "Фитиля" про собрание на ликероводочном заводе не вытянул и Табаков.

У Зощенко лучшие вещи хороши и на бумаге, и с эстрады. Написанное в тридцатые годы на злобу дня читать тяжело. С трудом осилил том, в который старательно собрали из старых газет его фельетоны и заметки.

Теперь про тех, кто "делает короля", про окружение.

В девяностые годы был такой юмористический конкурс - фестиваль "Золотой Остап". Я тогда работал в издательстве, выпускавшем детский юмористический журнал "Баламут". Большого формата, на отличной бумаге. И решил его номинировать на конкурс. Положения о конкурсе не нашел. Звонил организаторам. Донимал вопросами: как подать заявку и куда привезти журнал. Чтобы его оценило беспристрастное жюри. Меня долго футболили, пока некая дама не сказала прямо, что никакого конкурса нет. Известные юмористы под его маркой ездят с концертами и награждают друг друга, объявляют гениями и великими писателями.

Устроили, даже, День юмориста в Санкт-Петербурге. С открытием от "Золотого Остапа" памятника Чижику-Пыжику на берегу Фонтанки. Телевидение. Речи и шампанское. Сообщение о выпуске экологически чистой водки "Чижик-Пыжик". Оркестр наяривает чижика-пыжика. Многочисленные именитые гости свешиваются с набережной, пытаясь рассмотреть миниатюрный памятник. Несолидно! Словно в дорогую обертку завернули какую-то муру. И прямо от Фонтанки кортеж машин полетел в Сестрорецк. Здесь, на городском кладбище, на могиле Зощенко небольшой мраморный памятник. Деньги на который собирали всем миром.

Тут же мраморный народный памятник выдернули и поставили свой большой гипсовый. Потоптав окружающие могилы. Речь на открытии держал Жванецкий. Вроде как передача эстафеты.

1994 год. Безумное время. Свобода и вседозволенность. Потом две войны одна за другой. Сегодня третья. Иногда кажется, что мир сходит с ума. Под официальные уверения, что все идет по плану.

Хочется снять с полки книгу. Зощенко - несовременен? Ну да! Прочитайте рассказ про электрика, которого жена на время сосватала знакомой врачихе. Получила с подруги деньги. А муж-электрик - гад такой - не вернулся. Понравилось ему у врача. Или рассказ про похороны. Расчувствовавшиеся сослуживцы и родственники славят усопшего и устраивают похороны по первому разряду. А когда в ходе похорон узнают стоимость "процедуры", то покойник им сразу разонравился.

Юмор - витамин жизни. В любые времена. Но всегда лекарство прописывают в лечебных дозах.

Жванецкий в небольших дозах - замечателен. Жванецкий на всех телеканалах - перебор. Как похороны по чужому разряду. Отсюда и эффект. Непонимание: почему нам его наваливают. Юбилей? Это у Гагарина юбилей. И знает его весь мир. С его подвигом и улыбкой.

Впрочем, и Зощенко, и Жванецкому все равно. А мы все чего-то суетимся. Скандалим. Пишем обличающие письма и собираем подписи. Как герои того же Зощенко.


Андрей Макаров

03.2024