# На Моздок, на Моздок...

Александр Иванович Муровицкий

"На Моздок, на Моздок две вертушки улетают,

"Дембелей" у дверей командиры обнимают,

Всё, прощай Ханкала, снова выстрел за горою,

Никогда, никогда мы не свидимся с тобой..."


(Ю.Слатов, группа "Голубые береты")


Моздок встретил нас гулом самолетных и вертолетных двигателей, порывами ветра, рвущего ветви деревьев, форменную одежду и пологи палаток, поднимающего столпы пыли, которая с остервенением набрасывалась на лица военных людей разных чинов и рангов, постоянно перемещающихся в этом, ставшем прифронтовым осетинском городе. По взлетной полосе и рулежкам аэродрома гнало пыль, бумажки и другой мусор. На аэродром постоянно садились и взмывали в хмурое, с потрепанными ветром весенними тучами небо, самолеты и вертолеты.


Мартовская погода двухтысячного года была одновременно и теплой и холодной. Наш борт Ил-76 с легким креном от бокового ветра зашел на посадку. Быстрая высадка по аппарели, построение и посадка на машины...Команды старшего нашей группы от спецназа МЧС "Лидер" полковника Владимира Гудыма четкие и понятные. Среди нас и спасатели "Центроспаса", офицеры "Лидера", наши ребята из десантного спасательного отряда "Тульской" 144 отдельной спасательной бригады... Ну и мы со старшим офицером "моего" управления подготовки войск и спасательных формирований Александром Зайцевым, в качестве представителей Центрального регионального центра МЧС России (ЦРЦ).


Нам, предстояло организовать в Грозном силами десантного спасательного отряда караульную службу по охране Территориального управления МЧС России в Чеченской Республике, которое буквально на днях переместилось из того же Моздока в Грозный.

О командировке знали давно и усиленно готовились. С командиром отряда Евгением Орловым занимались месяц подготовкой к выполнению этой задачи. Поэтому ко всем неожиданностям, чисто теоретически многие были готовы, кто был здесь не первый раз - были готовы практически..., и более спокойны, для нас это была знакомая обстановка.


Система МЧС в зоне вооруженного конфликта была достаточно разветвленной: было создано Территориальное управление, которое сперва находилось в Моздоке, а накануне нашего прилёта переместилось в Грозный, были оперативные группы - в Ханкале, в Гудермесе, в Слепцовской. При всех военных комендантах - помощники по МЧС.

Занимались силы МЧС практически тем же, что и в первую "чеченскую" кампанию 1995-96 годов: гуманитарная помощь, питание, медицинское обеспечение, разминирование...Еще была тема дегазации, поскольку применялись боевиками промышленные химические вещества типа аммиака и хлора. Вот только разбор пострадавших построек было снято, гражданские организации строительные на это были нацелены.


Неожиданно встретил знакомого - Александра Лебедева. Он здесь был старшим авиационным начальником "моздокского аэропорта", с ним служили раньше вместе в ЦРЦ, потом он ушел в министерство. Он-то нас и предупредил, что запрещено передвигаться колоннами без охраны бронетехникой. Про "сергиевопосадский" ОМОН и более двадцати погибших 2 марта двухтысячного мы уже слыхали. А наш маршрут как раз и должен был проходить через то место, где была "засада".


"Будем здесь до вечера ждать "броню"... И что ночью двигаться? Где размещаться - отряд у нас большой...А мест, как я понимаю нет, холодно еще под открытым небом ночевать... Питание опять же...", - размышлял вслух Гудыма, собрав нас - руководителей подразделений. "В общем так!" - в конце концов выдал он вердикт, - "Идем колесами и сейчас! Ответственность беру на себя! По машинам! Начало движения через десять минут. Головная походная застава (ГПЗ) - отделение "Лидера" на УАЗ -452, плюс офицер от ЦРЦ".


Должен отметить, что у "лидеров" и отряда спасательного были автоматы и пулеметы, мы с Зайцевым имели пистолеты, а спасатели "Центроспаса" вообще были безоружными. Поэтому, выдали Александру Викторовичу за счет десантного отряда автомат и пару гранат, чтобы "не скучно" было в ГПЗ, если что...


Занял место старшего машины в Зил - 131 и "поехали!"..., двинулись в сторону Чечни. Пейзаж за окном автомобиля не отличался от того, что я видел в 1995-м: повсюду видны последствия ведения боевых действий - разрушенные населенные пункты, сгоревшая бронетехника и автомобили... Единственное, что добавилось так это "блок-посты", состоящие из так называемой "местной милиции", т.е. бывших участников незаконных вооруженных формирований, перешедших на сторону федеральных сил. В связи с этим, вероятность нарваться на "неожиданную встречу" с боевиками возрастала в несколько сотен раз. Как потом рассказывал Александр Зайцев, несколько раз чуть не пришлось вступать в бой из-за непонимания друг-друга и опасности того, что перед ними не "милиционеры", а самые настоящие боевики. Навстречу из КПП к ним выходи увешанные оружием бородатые люди, попробуй разбери - кто они! Были долгие переговоры и выяснение отношений..., "разборки", в общем.


Блок-посты, которые проезжали были серьезно укреплены, на каждом практически, что-нибудь из бронетехники да стояло. В общем-то и инженерное оборудование было добротным: бетонные блоки, мешки с песком, траншеи, ходы сообщения, одиночные окопы... все было серьезным и основательным. Из амбразур выглядывали стволы пулеметов и автоматов, блестела оптика, видны были, обтянутые маскировочным материалом, шлемы бойцов.


Самыми опасными по ходу движения были пустынные места, которых на нашем пути было много. Там, где были войска или чеченская милиция, можно было хоть на кого надеяться, если что. А на "пустырях" надежда была только на самих себя.


Так и двигались по разбитой со следами боев дороге, объезжая ухабы и воронки, следуя порой по трясучим полосам, оставленным танковыми гусеницами. Очень внимательно осматривали дорогу и обочину, чтобы не было фугаса и признаков мест их закладки - свежих следов земляных работ.


Во всех населенных пунктах, мимо которых проезжали, царила разруха, а также следы разрушений и пожаров... Редкие жители смотрели настороженно и неприветливо. По внешнему виду было видно, как потрепала их война.


Глядя на разрушенные дома, вспомнился 1995 года, когда люди поверив, что российская власть пришла "всерьез и надолго", начинали строиться, восстанавливать разрушенные войной дома. Разговаривал с простыми людьми - русскими и чеченцами, они говорили: хорошо, что в городе стало спокойно, теперь нужно успеть до холодов восстановить жилье. Приезжали к нам и просили привезти хотя бы машину битого кирпича, чтобы "подлатать" полуразрушенные строения. Чего греха таить - помогали, так же как и помогали тем, кто выезжал из Грозного и Чечни: грузили вещи на свои автомобили и перевозили их на железнодорожную станцию, а там люди, скооперировавшись, "фрахтовали" вагоны, куда загружали скромные, не затронутые военным пожаром пожитки, выезжали в этих же вагонах в безопасные районы России.


В конце концов, кроме короткого боя с "заблудившейся" группой НВФ (незаконные вооруженные формирования), которая не стала вступать в бой и отошла в горы, проблем не было и мы к вечеру благополучно достигли Грозного и базы "Чеченглавснаб", где и располагалась группировка МЧС России.

На подъезде к городу сразу ощутили присутствие большого количества войск: постоянно перемещались различные группы военных, преимущественно на броне, в небе барражировали вертолеты, пролетали "грачи", в горах были слышны разрывы бомб и снарядов.


Разместили десантный отряд, встали на котловое довольствие, заняли кровати в офицерской палатке. Южная ночь наступает рано, а комендантский час еще раньше, поэтому и отбой был ранним. Если честно, то перед сном выпили по стакану спирта со знакомыми офицерами управления связи министерства, чтобы немного снять накопившееся за первый день нахождения в зоне боевых действий напряжение и ... заснули крепким сном, не слыша даже ночной стрельбы и других шумов.

Однако, среди ночи проснулись... от холода... Дневальный, которому поручено было топить "буржуйку" в "нашей" палатке УСТ, куда-то испарился и соответственно огонь в печке благополучно затух, а сама она остыла. Общими усилиями растопили печку и организовали дежурство уже из самих "жильцов" военного "дома". Потом переехали в палатку к нашему спасательному отряду - там было спокойнее и безопаснее. Палатки отряда стояли внутри ангара с разрушенной крышей. Но стены-то были, они и защищали от пуль и осколков.


За две недели не было ни одной спокойной ночи, чтобы не было перестрелок или взрывов, неоднократно и к нашим позициям подходили неизвестные группы и обстреливали. Натыкались на посты, По очереди с Зайцевым дежурили по ночам, для того, чтобы с оперативной группой выходить на посты для их усиления в случае возникновения непредвиденных обстоятельств. Днем было относительно спокойно... Правда, отлучаться одному из нашего расположения запрещалось, также положено было иметь не только личное оружие - пистолет, но и обязательно автомат и гранаты... Так - на всякий случай...


Была, конечно надежда, что нас не тронут, все таки МЧС занимается вроде мирными задачами, в связи с этим мы были одеты в синюю форму с надписью "МЧС России" на спине. Но это днем может как-то и действовало, а ночью, не только "всекошкисеры", но и ... В общем, там не разбирала пуля, кто ты есть по форме, главное было содержание: на чьей ты стороне.


Караул проверяли каждый час ночью, причем проверка караула офицером проходила при сопровождении усиленной группы три-четыре человека из состава караула. Днем был только два сторожевых поста: на воротах и на вышке, а ночью: парные - усиленные. Не было ни одного случая, чтобы часовые спали, все понимали: заснешь - подведешь товарищей.


Через несколько дней пребывания в "Теруправлении" появилась свободная минута и ходил на экскурсию по местам боевой славы - туда, где прожил два с лишним месяца в полевом лагере нашего сводного мобильного отряда "Барракуда". До нас там была та же "тульская" бригада, они хорошо обустроили территорию, ну а мы ее усовершенствовали. У нас был свой огородик и подсобное хозяйство. Была и баня с бассейном, душ с нагретой солнцем водой действовал постоянно. Столовая, склады, техмастерские, спорт городок, плац с наглядной агитацией, КПП со шлагбаумом и укрытием из железобетонных блоков. Даже памятник был - в честь полувекового юбилея Победы в Великой отечественной войне. В казарме были уютные кубрики, это помещение было оборудовано комнатой отдыха и психологической разгрузки, уголком бытового обслуживания и библиотекой...В тоже время, эта же казарма моментально превращалась в неприступную крепость для обороны в случае нападения. В автопарке на самосвалах поднимали кузова, которые тоже служили защитой от пуль и осколков. Вокруг лагеря на ночь устанавливались минные заграждения.


От этого великолепия в военное время ничего не осталось. Я даже не сразу узнал то место. Все разрушено и стерто с лица земли.


В один из дней пребывания в Грозном появилась возможность съездить в Ханкалу. И... я не смог удержаться, чтобы не поехать ..., может кого из знакомых встречу.


Знакомая дорога: мимо памятника борцам революции: Николаю Фёдоровичу Гикало, Асланбеку Джемалдиновичу Шерипову, Гапуру Саидовичу Ахриеву на площади Дружбы Народов. Или "Три богатыря", как его в народе называли, было еще одно название - не буду приводить.

Далее по проспекту Ленина... Здесь на берегу реки Сунжи наш спасательный отряд разбирал завалы в 1995 году, теперь с левой стороны очищенная территория стала рынком. Затем остатки величественного храма Архистратига Михаила, сгоревшего еще в 1995-м, а сейчас было разрушено и то, что тогда уцелело. В 95-м здесь встречались со священниками Анатолией Чистоусовым (Царствие Небесное) и Александром Смывиным (недавно нашел его через "Одноклассников"). Вот уже и туннель и площадь "Минутка", а затем на выезд из города.


На подъезде к Ханакале перед нами открылась панорама палаточного города со своими дорогами и проспектами, переулками и тупиками... Железнодорожный состав - общежитие и вертолетная площадка...Курилка... И множество военных людей, которые постоянно перемещались решая свои служебные задачи...

Разминулся с Виктором Тимофеевым: сослуживцем по Иссык-Кулю - 30 мотострелковому полку 8 гвардейской мотострелковой дивизии имени И.В.Панфилова. Он буквально накануне привез в Чечню снайперскую роту из "тольяттинского" полка ВВ МВД России, которым командовал. Очень сожалел по этому поводу...

Но случайно, на "ханкалинских тропинках" встретил Чернова Александра - бывшего прокурора города Сарова (Арзамас-16), а здесь -представителя Генеральной прокуратуры России.


Как и в 1995 году горячую воду возили из термальных источников на окраине города.. Еще в Москве меня попросили посмотреть квартиру в одном из домов на Старопромысловском шоссе... Это как раз маршрут доставки горячей воды, вот этим случаем и воспользовался. Доехали до источника...Старик, который качал воду валом отбора мощности от трактора "Беларусь", стал требовать деньги за закачку цистерны, пришлось пригрозить..., ну и пугнуть оружием - набрал АРС-14 горячей воды и на обратном пути заехал к дому.


"Солдатик! Здесь не ходи...", - раздалось из подвала, - "Иди в эту сторону, саперы вчера проверяли и ... обезвредили мину".

Прошел во двор дома из подвала вышли человек шесть пожилых людей...Одеты были кто во что, на первый взгляд древние старики и старухи, а посмотрел повнимательнее - да не очень они и стары, просто войны и первая и вторая прошла своим тяжелым увесистым катком по ним, по их душам и сердцам, оставив тяжесть воспоминаний и горечь потерь.


Как вы выжили здесь, в этом страшном месте? А вот так и выжили - забились в этот подвал и ждали, кто придет и кого из нас выведут и... здесь же во дворе расстреляют, а оставшиеся потом тут же и похоронят на детской площадке...Придут федералы - молодых и не старых чеченцев, придут чеченцы тоже самое с русскими мужиками. Вот нас только шестеро со всего двора осталось... из трех пятиэтажек! Правда, кому-то в 1995 -м удалось выехать, это те у кого деньги были на то, чтобы вагон или контейнер заказать... А если пенсий и зарплат не видели с 1994 года - какие уж тут деньги!


А чем же питались? Чем - чем, что вырастили на огородах - тем и питались... даже пшеницу и рожь сеяли, доставали правдами и неправдами семена, кукурузу..., опять же. Мололи на мясорубке и ручной кофемолке..

Всю воду слил в емкости, которые тут же принесли жильцы...Как они сказали: горячей воды не видели с начала войны, а это с 1994 года...Поделился и сигаретами и новостями: как там живет Россия, Москва...

Записал адреса и телефоны - куда позвонить и что сказать... детям, внукам, родственникам...Большинство просили передать, что живы - пусть не беспокоятся, но приезжать не нужно... опасно.


Посмотрел и квартиру за которую просили: первый этаж, мебель вся разбита, двери и окна выбиты..., в стене, этажом выше, дыра от снаряда... На полу гильзы различных калибров, видимо огневая точка была... Вот что осталось от когда уютного "гнездышка" людей, от их радости и счастья.


Еще раз съездил за водой, старик без разговоров налил цистерну...Отвез и слил воду на пункте питания населения, поговорил там с людьми...Они, также как и те люди, жившие в подвале полуразрушенного дома и выжившие в двух войнах, были запуганы, одеты в старое видавшие виды одежды, все какие-то сгорбленные, смотрящие себе под ноги и в разговоре отводящие взгляд. У каждого тележка на скрипящих колесиках... Приходили из разных концов города, отдельным приходилось проходить через весь город и путь этот занимал несколько часов по разбитым дорогам и тротуарам. Кушали, брали сухой паек и шли в свои полуразрушенные дома... А на следующий день опять шли на пункт питания... Кроме питания здесь можно было и новости узнать и газету, если посчастливиться взять, получить средства гигиены и кое-какие вещи из гуманитарной помощи...


Перед самым убытием, был приглашен на мероприятие по поводу очередного "дня рождения" "Центроспаса" - 13 марта 1992 года, то есть восемь лет до этого был основан Государственный центральный аэромобильный спасательный отряд МЧС России (Центроспас). С этими ребятами - элитой МЧС, вместе разбирал завалы после терактов в 1999 году в Москве на улице Гурьянов и Каширском шоссе. Почти как в пехоте - каска с водкой по кругу, только у них трехлитровая кружка, которую они возят с собой на все выезды... Ну и, естественно, воспоминания о том, что за это время было всего и всякого...


Определенный нам срок командировки закончился, уже начались звонки типа: "А не засиделись ли вы там на курорте? Балдеете, а здесь в Москве работы полно!" Оказия на убытие подвернулась вместе с несчастьем - был массированный налет боевиков на город, причем досталось и нашей группировке.. И Моздока прилетели две вертушки на которых мы с Сашей Зайцевым и улетели, взяв с собой солдата нашего отряда раненого накануне. Сделали ему костыли из подручных средств. Доктор "Цетроспаса" обработал рану, перевязал. Кости не задеты - ничего страшного, но в госпиталь надо...Решил с собой забрать, хоть солдатик и рвался остаться...


Прилетели в Моздок подскочили к госпиталю - сдали раненых и на аэродром, там нашел Лебедева Александра. И первый вопрос: как добраться до Москвы?


- Вон, - говорит Лебедев, - стоит борт до Ростова, ну а оттуда на самолете или поезде сутки и ты в Москве... Или же на поезде - отвезем на станцию - на пару часов больше времени... и опять же - в Москве. Хоть отоспитесь!

Тут послышался звук заходящего на посадку самолета и на полосу подсел Ту-134...

- О! - говорит Александр, - Кошман прилетел...Вот с ним я вас и отправлю..

- Да ты чё?! - говорю, - Зам председателя правительства!

- Не переживай, всё нормально, Николай Павлович хороший мужик, генерал-полковник кстати. Пошли к нему - думаю договоримся..

Пошли в Административное здание, с трудом пробившись через охрану, и разоружившись в приемной, зашли в кабинет...

Николай Павлович Кошман, не смотря на свое генеральское звание и положение, встретил нас приветливо:

- С чем МЧС пожаловало?

- Вот так, нужно офицеров в Москву отправить, возьмете?

- А сколько вас?

- Трое, - говорю.

- МЧС - спасатели, почему не взять возьму. Три места найдется. Кужугетович - мой друг! Давай полетный лист на посадку, подпишу. Мои помощники вам сообщат о времени вылета.


Мы обрадованные пошли на пункт управления авиацией, размещавшийся в палатке УСБ, ходившей ходуном от ветра на краю аэродромной рулежки ...

- Ну что говорит Лебедев - давайте за убытие - на дорожку! А за одно и пообедаем...

Ну, заодно и пообедать не мешало бы с раннего утра не ели, а уже и вечер приближается.

Водка с портретом Сталина с трубкой и красной этикеткой "За нашу советскую Родину" называется, стояла на столе. Скорее всего производства знаменитого "Истока"... Тут же и "малинковские" стаканы... Тушенка, сало, хлеб... В общем самый, что ни есть военный обед!

- Ну, по первой!

Выпили, стали закусывать, одновременно разговор, обычный военный разговор:

- Как там дела в Грозном? А тот, а этот... А в Москве?

Потом по второй..

- Где "тушка"? - говорю Зайцеву, - Посмотри в окно, рядом сидишь.

- Стоит, - отвечает, - на месте.

Опять воспоминания: а этот где, а с этим что, а помнишь, а вот тогда?


Потом по третьей налили, святое дело - "третий тост"!

Говорю: "Викторович, глянь, где "тушка"?"

- На "рулежке", - говорит.

- "Ептыть", - вырвалось у Лебедева, - Так! За тех - кого нет! Вперед!

Мы выпили, не закусывая. Саша Лебедев - к телефону:

- "Тушку" тормознуть! - кричит в трубку, крутнув ручку Та-57...

Я ему: "Может не надо - ростовским полетим, а там может еще оказия будут...?"

- Поздно, - говорит, - "Тушку" уже остановили, давай - в "буханку" и на взлетку...

Подлетаем, охрана нас тормозит: "Кто такие?" Показываю полетный лист с нашими фамилиями и подписью Кошмана...

- Ладно, давайте, говорят... Ну, вы блин, "спасители" даете! Готовьтесь к "пилюлине", злился он на вас сильно...

Экипаж лестницу аварийную спустил, первым пошел солдат, мы его с низу подталкиваем, экипаж сверху тянет, костыль подали. Потом мы с Зайцевым... Охрана нас обезоружила и пропустила в первый, так называемый VIP-салон, где на диванах сидели Николай Петрович и Ахмат Кадыров.

- Ты что полковник! - говорит мне генерал-полковник, хоть и в гражданке, - Совсем, что ли здесь, на войне страх потерял перед начальством, тогда я тебе быстро нужное ощущение верну! Понял? Вот прилетим в Москву, я Серёге все расскажу! Ну, и "капец" тебе будет! Усек? Как ты думаешь?

Я что-то про согласие пролепетал, ну и то, что не сообщили нам о вылете.

- Да, вы тут в МЧС совсем страх потеряли, обнаглели, мать вашу! - он посмотрел на Кадырова, - Самолет Заместителя Председателя Правительства Российской Федерации на взлете тормознуть! - закончил он нотацию, грозно глянув на меня, - Что там с солдатом, серьезно?

- Да, нет, - говорю, - наши врачи подлатали, сказали, что угрозы нет, но лучше в госпиталь, вот решил в Моздоке не оставлять - в Москву везти.

- Это ты правильно решил: солдат нужно беречь. А на счет "моздокского" госпиталя ты зря - хороший госпиталь. Условия, правда, не очень, но зато врачи золотые. Ладно - давай в салон, - уже миролюбиво закончил Кошман.


Зашел в салон, а там сидят одни чеченцы, кто в папахах, кто в камуфляже, почти все с бородами - это были главы администраций районов Чечни. Все они летели на встречу с исполняющим обязанности Президента России Владимиром Владимировичем Путиным, формировался новый облик Чеченской Республики. Через несколько дней пройдут выборы и Владимир Владимирович будет избран Президентом страны.


Нас покормили...И я заснул, проснулся уже в Москве.


Когда выходили из самолета всем главам администраций выдали личное оружие, а мы с Зайцевым своё, после непродолжительных поисков, нашли под сиденьями, причем номера на запасных магазинах не совпадали с номерами пистолетов... Хорошо, хоть патроны были на месте. По поводу несоответствия магазинов и патронной серии пришлось объясняться на месте по прибытию в ЦРЦ...Еле отбились, получив какое-то очередное взыскание.


Москва нас встретила рекламой, музыкой, пивом, шоу на ТВ, веселыми беззаботными людьми... Как будто нет войны, разрушений, крови, унижения, страха, боли и потерь....


Прибыв домой признались домашним, что были в Чечне, а не в Воронеже на учениях... Пришлось обманывать, что делать - переживали бы, а так... и испугаться не успели... Может и неправильно, но мы решили так.


Долго еще переживал, ждал, когда от Министра Сергей Кожугетовича Шойгу привет Кошмана прилетит... Не прилетел.. Пожалел меня Николай Петрович...


Позвонил по всем телефонам и написал по адресам... Многих пришлось разыскивать в связи со сменой места жительства. Повезло..., до всех дозвонился и дописался и сообщил то, что нужно. Обещание, данное тем обездоленным людям, выполнил. Правда, потом родственники звонили мне - узнать, что с теми стариками, как они, а что я мог сказать... Звонил в Грозный, а там отвечали: "Мы туда не поедем... В городе тысячи таких обездоленных людей, мы их кормим, помогаем, чем можем..."


Евгений Орлов неоднократно выходил на меня по разным вопросам - решали. А когда месяц прошел, встал вопрос замены, поскольку их командировка планировалась на этот срок. Уже вернулись офицеры "Лидера" и спасатели "Центроспаса", а нашим замены не было. К сожалению, ничего решить не смог - "Пусть пока находятся там!" - был "министерский" ответ. Комендантская рота вернулась через полтора месяца, вместе с уже второй группой "Лидера", в которой кстати был сын Владимира Гудымы - Пётр.


Эта командировка еще раз "пришла" ко мне, через год. Из ЦРЦ в Смоленск прислали награду одному из солдат той комендантской роты - Фотченкову Алексею из районного центра Угра. С удовольствием съездил и вручил солдату медаль Жукова. Недавно из СМИ узнал, что его чествовали земляки в честь праздника - Защитников Отечества, как ветерана боевых действий, награжденного боевой медалью. Заслужил солдат!