# Отец Ювеналий...

Станислав Александрович Олейник

\


ОТЕЦ ЮВЕНАЛИЙ...


1919 год...

...Прикамье опустело. В некоторых деревнях не осталось и десятка жителей...

Над опустевшими деревнями и селами сильнее и сильнее затягивалась удушливая атмосфера страха. Ужас мог внезапно ворваться в каждый дом вместе с обезумевшими от крови "борцами за светлое будущее". Захватившие власть большевики, выгнав из Прикамья колчаковцев, постепенно раскручивали маховик массового террора. Ибо только с помощью террора кучка партийных чиновников и им сочувствующих, могла сохранять свою власть и привилегии. И этому способствовало и то, что вожди большевиков постоянно требовали ужесточать требования по подавлению непокорных.

"Надо поощрять энергию и массовидность террора", - призывал лидер молодого государства В.И.Ленин.

Кровавая волна террора захлестнула все Прикамье. Правда, до лета 1918 г. казни еще были довольно редким явлением. ЧК ограничивалась пока массовыми арестами и обысками. Летние месяцы принесли ужесточение. " ...Все, кто будет вести агитацию против советской власти и распространять ложные и нелепые слухи, в случае поимки на месте преступления будут беспощадно расстреливаться," - подчеркивалось тогда в документе Пермской ЧК.

Все эти документы принятые как центральным правительством, так и местными советами оставались в силе и даже после освобождения Прикамья от колчаковских войск.

Красный террор продолжался и в 1919 и в 1920 годах...

Но 1919 год, был для еловцев годом не только выживания, но и выжидания. Уходили белые, приходили красные. Уходили красные, приходили белые...

Выжидала и братия Фаворского монастыря...

А казалось, что совсем недавно у Фаворской Спасо - Преображенской пустыни была совсем другая, размеренная, спокойная жизнь...

...Июль 1916 год. Девяносто паломников в сопровождении ректора Пермской Духовной семинарии на пароходе "Матрона" прибыли на пристань Елово. Июньские закаты на Урале в эти месяцы бывают прохладными, но, не смотря на это все пассажиры парохода в тот вечер слушали заупокойное всенощное бдение, совершавшееся русобородым голубоглазым архимандритом в золотой митре, и его слова о безусловной необходимости поминовения усопших. Этот голос потерялся над густыми лесами и ушел в камские глубины, но кажется, что Господь и задумал природные предметы, всю эту твердь земную и водную, чтобы вбирала она в себя проявления человеческого духа. Если так, то доныне хранят камские просторы звуки этой всенощной. Наутро длинной серой лентой паломники двинулись к пристани. Пение не прерывалось ни на минуту, и витал дух высокой праздничной радости". Паломников встретил монастырский крестный ход, и все вместе они торжественно подошли к пустыни. Затем поднялись на вершину Фаворской горы, для освящения установленного здесь восьмисаженного поклонного креста - в память о православных воинах, убиенных на поле брани. "Страдания и скорби очищают и приносят пользу только тогда, когда соединяются с верою в распятого Спасителя", - так начал свою проповедь у подножия креста отец Пимен. Утром в монастырском Преображенском соборе он произнес слово о том, что истинный христианин, даже несмотря на свою бедность, имеет дерзновение перед Богом...

И разве кто тогда мог предвидеть, что буквально три года спустя, перевернется вся Россия сверху донизу. В разгар гражданской войны, 6 марта 1919 года Еловский совет рабочих и крестьянских депутатов, накануне занятия белыми войсками волости, возлагает ответственность за сохранность монастырского имущества на местных крестьян, передав им "в бессрочное бесплатное пользование" монастырь. А уже 9 июня 1919 года, после прихода белых, состоялось повторное освящение храмов обители. Оба храма были приписаны к церкви села Елово...

История Фаворской пустыни была совсем не такой простой...

Еще до сооружения креста и часовни, 16 июля 1913 года Священный Синод обратил пустынь в самостоятельный монастырь и возвел его строителя иеромонаха Ювеналия, в настоятеля.

Монастырь был известен строгостью своего устава и внутренней жизни, истовым богослужением, трогательным древним пением, постоянной общедоступной проповедью и непрестанным трудом монахов. В течение года монастырь посещали до 20 тысяч паломников. Здесь были приобщены к официальному православию десятки старообрядцев и несколько мусульман. Монастырь издавал книги духовного содержания. Имелся и собственный фотограф. Пустынь славилась своей благотворительностью: для раненых воинов здесь был устроен лазарет.

Название Фаворская пустынь дано по местной горе Фавор, нареченной священнослужителями в честь библейской горы Фавор, находящейся в Палестине. Название Фавор получили и монастырь, и Главный храмовый праздник обители - Преображение Господне и гора, на которой он воздвигнут, отмечался 6 августа. Монахи отмечали также четыре особых праздника и четыре крестных хода.

К концу 1919 года в монастыре насчитывалось около 40 объектов, которые в целом имели форму креста. И во всех постройках был виден глаз хозяина (игумена Ювеналия), - все было продумано и предусмотрено до мелочей.

Взять хотя бы расположение монастыря. С севера и запада пустынь защищали от ветров горы и лес. Сама обитель находилась в коридоре между горой Фавор и группой холмов, на южном склоне которых она и разместилась. Основу монастыря составляли два деревянных храма, - Спасо- Преображенский и Богородицкий.

Спасо-Преображенская шестиглавая церковь была заложена 24 июня 1909 года и освящена епископом Палладием при стечении 15 тысяч верующих. Она была одноэтажной с трехъярусным иконостасом в золоченых киотах. На колокольне было семь колоколов, общим весом 130 пудов. Второй храм "в честь Казанской иконы Божьей матери и святителя Гермогена" считался домовой церковью. Она была заложена в 1913 году. Перед Спасо-Преображенским храмом находилась деревянная часовня с целебным источником, вода из которого стекала в чугунную чашу...


Деревянная часовня с целебным источником.


И вот снова в Прикамье красные...

29 октября 1919 года, военному комиссару Еловской волости Никанору Старикову от председателя Осинской уездной комиссии по борьбе с дезертирством Попова, нарочным было направлено предписание, немедленно отправиться во главе отряда милиции в Фаворскую пустынь, изъять все ценности, а всю монастырскую братию, являющуюся заклятыми врагами советской власти, расстрелять. Все обнаруженные ценности, доставить в уезд, председателю укомдез Попову.

Отряд Старикова, по истечении некоторого времени прибыл в Фаворский монастырь. Но никаких ценностей, за исключением некоторых покрытых позолотой икон, ни монастырской братии, в монастыре обнаружено не было.

Допрошенные работные люди монастыря, как один показали, что вся братия до прихода отряда скрылась в главном храме обители - Спасо-Преображенском, и оттуда никуда не выходила.

Взломав дверь, милиционеры, тщательно обыскали, сначала одну, а потом и другую церковь, но ни одного монаха так и не обнаружили. Поиски тайного подземного хода, тоже ничего не дали. Обыскав все подворье монастыря, его округу, не найдя никого, и даже следов игумена Ювеналия и его братии, отряд милиционеров, забрав несколько ценных икон, убыл назад в Елово... Старикову было понятно, что кто-то предупредил монахов. Но кто? Или осинцы, или еловцы... Но этот вопрос так и остался без ответа...


В березовой рощице, что стояла на склоне горы в пяти верстах от Фаворской пустыни, словно из под земли появились двенадцать монахов. За оврагом, около одинокой березы стояла запряженная в телегу старая кобыла. Рядом стоял бородатый, лет сорока мужик. Один из монахов, подошел, поздоровался кивком головы, и, оглянувшись на ожидавших не подалеку своих спутников, приглашающе махнул им рукой. Взяв с телеги довольно объемную котомку с лямками, кивнул на телегу, - переодевайтесь, в котомках для каждого приготовлена мирская одежда. Через некоторое время все вновь собрались у телеги. - Ну, вот и пришло время нам расстаться, - обратился к окружившим его, нежданно превратившимся в мастеровых людей монахам их предводитель, коим и был игумен Ювеналий. - Только Господь Бог, знает, когда мы свидимся. Ювеналий строго посмотрел каждому в глаза, и, перекрестив их, словно растворившихся между берез, подошел к ожидавшим около телеги его верным братьям по Фаворской пустыни игумену Петру и иеромонаху Иосифу...

-Прости, батюшка, отец Ювеналий, - прогудел басом мужик, - што лошадка-то больно стара. Мог бы запрячь и молодого жеребчика, так ведь отберут красные - то.... А так, кому беззубая-то старуха нужна.... А как доставлю вас, продам ее вместе с телегою, а обратно вернусь пароходом.

-Ничего, ничего, все будет по божески, Евлампий - перекрестился Ювеналий, - дай-то Бог, довезешь нас до места без происшествий.

Переночевали в сосновом лесу, рядом с деревней Бояново, что около двадцати верст от Перми. Поутру проснувшись, увидели, что Евлампий уже запряг кобылу, и на костре приготовил свежий со смородинного листа чай.

Только проехали версты две от места ночлега, увидели скакавший навстречу конный отряд.

-Тпру! Приехали! - с горечью вздохнул Евлампий, с ужасом смотря на приближающихся к ним всадников.

-Успокойся, Евлампий, - тихо сказал Ювеналий, - это свои, у них на плечах погоны.

-Кто такие?! - осаживая жеребца, прокричал старший урядник. Но отец Ювеналий на него не обратил внимания. Он смотрел на приближающегося всадника с погонами штабс-капитана.

-Вы Ваше преосвященство? Почему в таком одеянии? - остановил своего жеребца штабс-капитан.

-Потом, капитан, потом. Помогите нам быстрее добраться до Перми...


Игумен Ювеналий (Килин)


В тот же год архимандрит Ювеналий покидает родную Пермь. Вместе с сестрами Марковыми, верными его последователями и друзьями игуменом Петром и иеромонахом Иосифом он эмигрирует в Китай, в г. Харбин, где в то время находился центр русской эмиграции... христианский. Затем...возвращение на родину.

За полтора года до смерти, 7 мая 1957 года, владыка находит силы приехать в Пермь, чтобы сказать речь у гроба почившего архиепископа Товии, попрощаться с другом 1940-х годов.

Проходят долгие 30 лет, и вот снова Архимандрит Ювеналий на Родине. Уходят еще годы. Владыка уже замечает признаки близкого перехода в вечность: "Немного страдаю, болезную раком желудка и сердцем". Еще раньше он писал матушке Евсевии, что его правый глаз не видит, и собирался на лечение в Одессу к Филатову. И все же владыка продолжает молиться, как все схимники, за весь мир

Архиепископ Ижевский и Удмуртский Ювеналий отошел к Господу 28 декабря 1958 года. Недавно мощи архиепископа Ювеналия были открыты там, где его отпевали: в Троицком соборе Ижевска. Здесь он покоится и по сей день. Грядет его прославление в лике святых.


Станислав Олейник,