# С.С.Родионов Ю.М.Фокин К А Ф Е Д Р А Часть 4 Черкасские мотивы Киев, Усва - 2019

Валерий Иванович Аблазов

Будни преподавательской работы за внешней монотонностью и упорядочением по расписанию скрывают активный, напряженный, часто драматический, процесс познания и взаимоотношений как внутри профессорско-преподавательского и инженерно-технического состава, так и в отношениях с учениками - слушателями и офицерами. Паузой напряженности можно было назвать зимние методические сборы профессорско-преподавательского состава. Они оставили в памяти их участников много теплого и доброго из тех неформальных событий, которые происходили там. Читателям, в первую очередь тем, кто прошел эти сборы неоднократно, предлагают свои воспоминания бессменный начальник штаба сборов С.С.Родионов и фанат лыжного спорта Ю.М.Фокин, сумевший придать своей части признаки поэзии. Очередную главу книги "Кафедра" подготовил к публикации Аблазов В.И.

С.С.Родионов

Ю.М.Фокин

К А Ф Е Д Р А

Часть 4

Черкасские мотивы

Киев, УСВА - 2019


Аннотация


Будни преподавательской работы за внешней монотонностью и упорядочением по расписанию скрывают активный, напряженный, часто драматический, процесс познания и взаимоотношений как внутри профессорско-преподавательского и инженерно-технического состава, так и в отношениях с учениками - слушателями и офицерами. Паузой напряженности можно было назвать зимние методические сборы профессорско-преподавательского состава. Они оставили в памяти их участников много теплого и доброго из тех неформальных событий, которые происходили там.

Читателям, в первую очередь тем, кто прошел эти сборы неоднократно, предлагают свои воспоминания бессменный начальник штаба сборов С.С.Родионов и фанат лыжного спорта Ю.М.Фокин, сумевший придать своей части признаки поэзии.

Очередную главу книги "Кафедра" подготовил к публикации Аблазов В.И.


Оглавление

С.С.Родионов Зимние методики. Рождение традиции.

Записки бессменного начальника штаба...........................2

Ю.М.Фокин Черкасская баллада....................................14

С.С.Родионов


Зимние методики. Рождение традиции.

Записки бессменного начальника штаба.


Заканчивался первый семестр. Традиционно подводились предварительные итоги, срочно ликвидировали свои текущие задолженности слушатели. Они не давали продохнуть преподавателям, сдавая отчеты по лабораторным работам, защищая курсовые работы, все чаще и чаше обращаясь за консультациями. Впереди были тяжелейшие испытания - зимняя сессия. Затем выдержавшие эти испытания курсанты разъедутся в отпуск по домам, а те, кому в "зачетке" не были проставлены оценки, а ведомостях засвидетельствовали "неудовлетворительно", будут трудиться без отдыха, чтобы доказать свое право учиться дальше, сделать еще один шаг в своем образовании.

Накануне Нового года начальник факультета собрал на совещание цвет своего коллектива - начальников кафедр. Алексей Семенович был опытным руководителем, но беседа с ними всегда держала его "в тонусе". Специалисты высшей квалификации в своей области они анализировали каждое его слово и нередко выступали оппонентами его предложений.

"Уважаемые Виктор Иванович, Сергей Михайлович, Евгений Сергеевич, - начал называть он по имени и отчеству каждого своего коллегу, - нам, кроме рутинной, повседневной работы, предстоит продолжить традицию, рожденную в академии имени Жуковского, организовать и провести учебно - методические сборы за пределами гарнизона. Начальник училища согласился с командированием профессорско-преподавательского состава на период зимних каникул курсантов в город Черкассы на такие сборы.

Цель этого мероприятия заключается в обмене опытом преподавания, укреплении здоровья, подготовке к новому этапу напряженной работы. Предварительный план сборов включает методические семинары, занятия физподготовкой и проведение соревнований. Кроме того предусматриваются встречи с трудовыми коллективами местных предприятий и хозяйств, а также знакомство с культурной жизнью областного центра.

Я прошу максимально мобилизовать профессорско-преподавательский состав в добровольно-принудительном порядке. Оставить в училище только тех преподавателей, которые будут принимать задолженности у курсантов. Материальное обеспечение - за счет участников сборов. Все должны быть в военной форме и иметь с собой спортивную экипировку и лыжи. Остальные детали мы согласуем непосредственно перед выездом".

Начальники кафедр, мудрые люди, понимающе кивали головами и улыбались. Зная увлечение большинства из них зимней рыбной ловлей, Алексей Семенович посоветовал им взять комплекты зимней полевой формы и соответствующих снастей.

Автобус от училища довезет все, что вы возьмете. Лишь бы смог справиться на обратном пути с вашим уловом. Места там благодатные, - пошутил он в заключение.

Ранним январским утром "отмобилизованные" преподаватели, нагруженные багажом спортивного имущества и домашних припасов, внимательно наблюдая за тем, чтобы их личные лыжи были прочно устроены у задних дверей, занимали места в автобусе. Молодежь с удовольствием уступала первые сиденья своим старшим товарищам, готовясь к коллективному преодолению трудностей дороги. Народный поэт Володя Передня впоследствии писал:


Мы по машинам разместились

И всем хватило мест как раз.

И по асфальту покатились

С весельем в сторону Черкасс.


От долгой тряски у народа

Вдруг разыгрался аппетит.

Никто, конечно, бутерброда

Народу съесть не запретит.


Достали "сидор" свой нехитрый,

Все в кучу - нрав у нас таков.

Пришлось по сорок миллилитров

На девять пьющих мужиков.


Чтобы продолжить теплое общение, слегка разгоряченный коллега достал "заветную", приготовленную женой бутылочку коньячку, и разлил ее по гостеприимно подставленным стаканам и кружкам. Сергей Сергеевич, начальник штаба сборов, первым дегустировал "божественный напиток". Под возмущенные возгласы офицерского собрания все единодушно вернули его в одну емкость хозяину и принудили выпить все залпом - это был сладкий чай. Жена позаботилась.

С приподнятым, а иногда и высоко поднятым настроением мощная авиационная группа приближалась к славному городу Черкассы.

Но однажды радость встречи с "методической базой" оказалась преждевременной. Недалеко от города Золотоноши вдруг заглох мотор у видавшего виды училищного автобуса. Не помогли ни советы автоспециалистов, ни разгрузка, ни долгое толкание автобуса всем составом воинствующих пассажиров.

Но Бог есть на свете! Откуда ни возьмись, неожиданно из-за поворота показалась кавалькада машин скорой помощи. Это шло пополнение медицинскому автопарку областного центра. Старший колонны "вошел в положение" славного авиационного офицерства и разрешил попутно подбросить людей, терпящих бедствие.

Местные жители и гости Сосновки на окраине Черкасс с искренним и нескрываемым удивлением наблюдали за выгрузкой из машин скорой помощи здоровых и веселых авиационных офицеров.

"Методической базой" сборов факультета авиационного радиоэлектронного оборудования на многие годы стала Сосновка, живописная, лесная окраина Черкасс на берегу Каневского водохранилища. Володя Передня писал:


Здесь красота масштабом кружит,

Река и лес - прекрасный вид.

"Славутич" дотом неприступным

Напротив "Пролиска" стоит.


Благодаря тому, что отец одного из слушателей факультета был человеком влиятельным в городе, для цивилизованного отдыха и работы офицеров факультета были созданы благоприятные условия.

В день заезда "методистов" культмассовик дома отдыха в любых погодных условиях (мороз, оттепель, снег, дождь или туман) включал на полную мощность все свои громкоговорители, и из них звучала милая сердцу песня:

"...Понимаешь, это странно, очень странно,

Но такой уж я законченный чудак.

Я гоняюсь, я гоняюсь за туманом

И с собою мне не справиться никак...

.................................................

А я еду за туманом, за туманом,

За туманом и за запахом тайги".

Казалось бы, мелочь, но было приятно...


Первое время, приобретя курсовки, офицеры размещались в гостинице "Пролисок", а питание обеспечивалось и все мероприятия проводились в здании дома отдыха шахтеров "Украина". Чтобы перейти из одного здания в другое, надо было пройти всего тысячу шагов.

В последующем и размещение личного состава было организовано в главном корпусе дома отдыха, что существенно упростило общение с местными контингентами.

И в том и другом варианте размещения действовал строгий распорядок работы зданий, почти как в пионерском лагере. После 24.00 к закрытым наглухо дверям никто не подходил, а на яростные стуки замерзающих постояльцев могла подойти только милиция с вежливым приглашением в вытрезвитель.

На окраину города в Сосновку ходил только один троллейбус, а потому редкие, задержавшиеся в центре города участники сборов после театров и других индивидуальных культурных мероприятий иногда попадали в пикантные ситуации.

Так однажды они были застигнуты дежурной сменой за попыткой войти с гостями в номер первого этажа гостиницы "Пролисок" через форточку. Но габариты гостей этого не позволили...

А другой раз, не сумев разбудить стуками в окно своего соседа по номеру "Славутича", опытный методист закалялся в холодном предбаннике дома отдыха до рассвета.

Шли годы, менялись начальники, менялось наполнение личным составом и содержание программ сборов, нерушимыми оставались традиции и начальник штаба сборов Сергей Сергеевич. Среди множества обязанностей на его долю выпадало формирование "слетанных пар" участников и распределение их по двухместным номерам. Номера были двух классов. Но наибольшим спросом пользовались номера класса "Люкс", которые имели больше удобств при малозаметной ценовой разнице. Чтобы добыть разрешения на заселение максимального количества "Люксов", начальник штаба вдобавок к своему личному интеллигентному обаянию и словам "Ах, какая женщина!" всегда имел для директрисы коробочку столичных шоколадных конфет. Так было и в этот раз.

Решив свою административную задачу, начальник штаба направился к себе в номер, но вслед за ним влетела возмущенная женщина. Она швырнула ему подарочную коробку и, хлопнув дверью, удалилась. Удивленный начштаба открыл коробку и сам покраснел до кончиков ушей. Вместо изящных конфеток изысканного шоколадного набора, красовалась серо - коричневая масса неопределенной формы и неприличного вида. Перегревшийся автобусный мотор, к которому была прижата командирская сумка, сделал свое подлое дело.

Но покрасневший начштаба сумел объясниться так, что хозяйка дома приняла извинения, и происшествие не повлияло на ее дружеское отношение к коллективу.

Формирование боевых пар на сборах проходило добровольно, по обоюдному согласию и договоренности. Были редкие случаи, когда согласие было, а договоренности - не было. Вячеслава, полковника и доктора наук, поселили вместе с Валерием, майором, впервые после назначения на преподавательскую должность принявшего участие в методических сборах. На второй день совместного бытия Вячеслав обратился к начальнику штаба: "Сережа, с этим надо что-то делать. Каждый раз, когда я вхожу в номер, он встает для приветствия. Так нельзя".

Конечно, этот вопрос был урегулирован. Ведь в отношениях офицеров главное - не субординация, а взаимное уважение и отношения без панибратства, но с пониманием роли и авторитета каждого члена коллектива. Добрые отношения между офицерами, основанные совсем не на служебных отношениях, продолжались долгие годы. Они в последующем помогали творческому решению служебных педагогических вопросов. И во многом этому способствовали методические сборы в Черкассах.

Деловая, содержательная часть сборов, особенно в первые годы сборов, занимала существенное время. Однако в последующем большинство "методистов" стали понимать друг друга с полуслова и не требовалось длинных слов и речей для обоснования собственной правоты и точки зрения. Поэтому предпочтения смещались в сторону спортивной, оздоровительной и культурно - массовой работы.

А коллективные "семинарские занятия" переместились из не отапливаемого помещения старого корпуса и не прогретого актового зала нового главного корпуса дома отдыха в теплые уютные номера "люксов".

Вечерние семинары, как правило, носили задушевный характер, позволявший открывать в коллегах новые черты, способности и таланты. Затяжные чаепития, где чай заваривался травами, привезенными со стажировки из солнечной жаркой Киргизии, сопровождались песнями о суровой зеленой тайге, где летчик точный курс найдет и точно на поляну посадит самолет. И для поддержания настроения совсем не требовалось алкогольного разогрева.

Фанаты спорта, к которым относился Юрий Михайлович, выматывали себя на лыжных трассах так, что в азарте приходили к финишу в облаке собственного пара и мокром до последней нитки спортивном одеянии. Юрий Михайлович с особой заботой относился к своим лыжам, подбирал смазку по погоде и температуре, имел для этого персональный набор мазей и малую паяльную лампу.

Снежные забавы солидных гостей и местных жителей включали и соревнования по новым, неолимпийским видам спорта.

Как-то вскладчину купили большой алюминиевый таз и устроили соревнования, кто на нем дальше скатится с горы. Не всегда удавалось удержаться в "рамках алюминиевого таза", тогда скоростной спуск продолжался на собственном тазе. Рекордсменом дебютных "тазовых соревнований" стал руководитель сборов Анатолий Григорьевич, который, как и азартная молодежь, не прошел мимо прогрессивного вида спорта.

В другой раз на хозяйственном дворе санатория нашли большие сани. Кого в них запрягали, коней или сотрудников, осталось секретом, но новое приложение их для развлечений было воспринято всеми с восторгом. В эту снежную зиму в сани набивались смешанные коллективы "гусаров и дам", и они катились вниз с горки, набирая скорость, а затем, конечно же, опрокидывались в сугроб. И какое удовольствие с воспоминанием о юности оказаться в одном сугробе лицом к лицу с раскрасневшейся от бури эмоций девушкой!

Другим по значимости коллективным азартным увлечением был волейбол. Две команды, "Папахи", преимущественно из полковников, и "Шапки", из майоров и подполковников, в спортивном зале местного педагогического института не щадили друг друга в борьбе за то, кто как проигравший будет угощать пивом с рыбкой, после подведения итогов встречи.

Ну, а когда сборная "методистов" выступила против сборной преподавателей института, преимущества офицерского корпуса были очевидными. Сказалась многолетняя армейская военная подготовка. Симпатии даже местных болельщиков были на стороне гостей.

Зимней рыбалкой, подледным ловом, увлекались, в основном, "методисты" старшего поколения. Результатов азартной ловли никто не видел, но рассказов о ней было много, чаще всего это звучало так: "клевала большая-пребольшая, но через лунку не смогла пройти..."

Когда шла подготовка к возвращению в Киев, все, кто хотел, был обеспечен настоящей рыбой, достойных размеров и видов. Но для этого снаряжались "рыбаки" с другими способностями. Они ходили по известным им дворам деревни Дахновка, где всегда, по предварительной договоренности, можно было найти выловленную накануне и замороженную рыбу. Говорили, что хозяева - это браконьеры. Но рыба была очень хорошая. Дома, в Киеве было много радости для родных и знакомых.

В бесснежные зимы, а случались и такие, лыжные гонки заменялись коллективными и индивидуальными походами и прогулками по прекрасному лесу с эскортом обаятельных и привлекательных отдыхающих.

Кстати, в отношениях с последними было много интересных историй. Красавец - мужчина, Константин, стройный, остроумный, однажды во время обеда вслух зачитал меню и пятым пунктом объявил "... медсестра в номер для оздоровительных процедур". Эта фраза возмутила медперсонал не тем, что не был назван конкретный номер, где проживал мужчина, а тем, что не было названо имя медсестры. И между ними могли начаться ревностные схватки.

Представители прекрасного пола возмущались не столько предложениями продолжить слушать "гусарские баллады" за пределами распорядка дня, а тем, что некоторые "гусары" деликатно уклонялись от этого. Одна из красавиц даже отреагировала искренне: "Я и не знала, что такие люди бывают".

Подобное поведение "методистов" было названо "кулизмом", поскольку основатель его, избегая навязчивого внимания дамы, вынужден был спасаться бегством и, не ручаясь за себя, досрочно покинул методические сборы.

Другой "методист" стал "отцом-основателем" другого, признанного всеми отрицательным явления, названного "махизмом". Не предупредив коллег, он пригласил на выходные дни к себе супругу. Пришлось на эти дни вводить режим "повышенной опасности", поскольку, воспроизводя стихи Володи Передни:


Нам эта акция нужна,

Не зря гутарили в народе:

"Поймет не всякая жена,

Как тянется мужик к свободе".


Культурно - познавательная программа сборов всегда была разнообразной.

На первом месте, конечно же, стоял местный театр. Большая группа старших офицеров всегда была в центре внимания публики, иногда, разделяя на равных зрелище, которое происходило на сцене.

Новаторство осмелевших сценаристов и режиссеров, воплощенное в интимных сценах "Интердевочки", с резиновой куклой, подлетавшей до потолка, и страстным японцем было выше всяких театральных фантазий.

Естественно, после такого возбуждающего спектакля, начальник штаба поднялся на сцену и под гром оваций вручил главной героине шикарный букет цветов.

Молва о том, что в Черкассах отдыхают настоящие театралы, с которыми можно поговорить об искусстве и еще кое о чем ..., быстро разнеслась в творческой актерской среде города.

И в один прекрасный зимний вечер группа молодых актрис, сопровождаемая "счастливым методистом" нанесла визит вежливости славному офицерству. К сожалению сторон, такое значительное мероприятие не было согласовано с начальником штаба. Поэтому все "бойцы невидимого фронта" в это время оказались "на спецзаданиях на конспиративных квартирах" и не смогли уделить должного и глубоко поглощающего внимания прекрасным представительницам Мельпомены. Пришлось "счастливому методисту" взять все на себя ..., включая дальние проводы гостей.

Кроме того, особенно запомнилось "методистам" посещение зверосовхоза и близкое знакомство с воинской специальностью танкистов местного гарнизона.

В зверосовхозе всем стало понятно, зачем славная китобойная флотилия "Слава" охотится за китами и убивает их. Оказывается, норки и соболя, из которых богатеньким дамам будут делать манто и шубы, кормятся мясом этих милых, мирных гигантов. Поэтому Советский Союз и Япония долго не присоединялись к конвенции о запрете охоты на китов.

Посещение танковой дивизии, которая дислоцировалась под Черкассами, произвело на авиаторов сильное впечатление. Всем "летчикам" разрешили залезть внутрь танка и покрутиться на сидении стрелка.

Первые впечатления были жуткими: во-первых, повернуться невозможно, во-вторых, гильзы после выстрела отбрасывались внутрь танка, в-третьих, трасса на танкодроме состояла сплошь из метровых ям и, как экипаж мог выдерживать такую тряску, было уму непостижимо для авиационных преподавателей. Но больше всего поразило то, как молодой лейтенант, сев за рычаги управления, выделывал на грозной, тяжелой, боевой машине такие пируэты, как будто он управлял легкой игрушкой. И невольно возникала мысль о судьбе этого парня в боевых условиях.

Пользовались популярностью для знакомства и вечерней разминки вечерние танцы в холле дома отдыха. Увлекшегося однажды любителя танцев Валерия, зачастившего приглашать одну и ту же даму, осадили "методисты" нового поколения. Владимир, успешный спортсмен, откровенно сказал ему: "Не хватайтесь за чужие талии. Эта дама для Генки, а у нее не должно быть выбора". На этом инцидент с ревнивцами был исчерпан. Энергичная группа молодых "методистов" защитила интересы своего однокурсника. Невольно вспомнились кадры любимого фильма "В бой идут одни старики", когда молодые лейтенанты из недавнего пополнения увели во время танца симпатичных партнерш у комэска Титаренко и его боевого командира. Леонид Быков, игравший Титаренко, опешивший от неожиданности и нахальства молодежи, только и произнес: "Летать не умеют. Стрелять не умеют. Но орлы!"

При возникновении каких - либо напряженностей в коллективе, обычно своевременно звучала фраза кота Василия из мультфильма "Простоквашино", воспроизведенная миролюбивым Кузьмичем: "Ребята! Давайте жить дружно!"

Происшествий внутри коллектива "методистов" никогда не было. Лишь однажды случай выбил из дружных рядов активного бойца. Кто-то из гостей угодливо угостил Бориса апельсиновым ликером. Аллергическая реакция была почти мгновенной по времени и чрезмерно опасной по симптомам. Пришлось вызывать скорую помощь и отвозить его в местную больницу. Помощь была оказана квалифицированно и своевременно, пострадавший быстро пошел на поправку. После выписки в утешение Борису за мужское поведение был вручен кубок городского общества "Спартак", который все оставшееся годы службы он держал у себя в кабинете, и до сих пор не принял ни капли фруктового ликера.

Бег времени неотвратим. Приближалось время завершающих мероприятий тяжелых методических сборов. Самыми романтическими и запоминающимися были те из них, которые проходили в лесу при стечении почетных гостей и уважаемых участников сборов. Совместными усилиями на костре готовили двойную уху, жарили превосходные шашлыки. К этому дню готовили выпуск юмористической газеты. Но главное - был дух неповторимого дружеского общения, стихи, песни рассказы и шутки до хрипоты.

А утром все опять расселись по своим местам в автобусе, помахали в окно провожающим и двинулись навстречу новым педагогическим и научным делам, полные сил и энергии.


Ю.М.Фокин

Черкасская баллада


Черкассы, добрые Черкассы.

Мы провели там много дней,

И многие мои проказы

Я помню даже и теперь.


Попал впервые я зимою

После поездки в Ленинград,

Узнавши, что хотят со мною

Обмыть майорский мой наряд.


Сказал начальник непременно

Меня к отъезду будут ждать,

Что представление, наверно,

В Черкассах будут обмывать.


Была в Черкассах наша база.

Не зря пал выбор на нее.

Мы полюбили ее сразу

За пищу, отдых и жилье.


Второй уж год там были сборы,

И педагоги всех мастей

Любили смыться на просторы

Любимой родины моей.


Они делились там методой,

Как лучше лекции читать

И любовлися природой,

А заодно и отдыхать.


Та база звалась "Украиной"

И находилася в лесу.

Был дом один и очень длинный.

Он портил местную красу.


В нем жили люди, ели пищу

И кухня тоже там была.

В другом бараке вся культура

Творила грешные дела.


А рядом строили поспешно

Кирпичный корпус уж другой,

И через год его успешно

Ввели частично даже в строй.


В гостинице нас разместили

Подвое, трое, вчетвером

И казусы там тоже были,

Но расскажу о них потом.


Метров пятьсот пути до базы.

То был хороший променаж.

Для нас , конечно, очень важен.

Ходили мы туда нераз.


Зато под нами ресторанчик.

Назвали "Пролеском" его.

Могли в нем взять чайку стаканчик,

А может быть еще чего.


В училище два дня шли сборы,

То был как бы пленарный съезд,

И чтоб каникулы заполнить до упора,

Давали право педагогам на отъезд.


Начальник наш полковник бравый

Решил порядок соблюдать.

Еще два дня свои программы

Мы продолжали обсуждать.


Но, к счастью, только до обеда

Мы занимались два часа,

А после, вставши все на лыжи,

Ходили вольно по лесам.


Нам повезло в тот год с погодой.

В лесу был снег, легкий мороз.

Мы любовлися природой,

Завыв про наш учебный воз.


Все это было до обеда.

После обеда отдых наш

Сводился только лишь к беседам

Или к игре в свободный час.


Договорились с институтом,

Чтоб приходить играть к ним в зал,

И где в каникулы обычно

Никто пока что не играл.


Пошли туда энтузиасты.

Хороший зал - играй в футбол.

В нем занимались и гимнасты,

Но мы играли в волейбол.


В дальнейшем игры продолжались.

Мы в зал ходили каждый год.

Там наши мышцы укреплялись.

В нем креп и отдыхал народ.


Но это было много позже.

Я слишком забежал вперед.

Хочу же рассказать подробней,

Как я провел здесь первый год.


Все для меня здесь было ново,

И нов, пока что коллектив.

К такому обществу я, к слову,

Конечно, сразу не привык.


И все знакомы были, вроде,

Учили многие меня,

С другими знался по работе,

А кое с кем учился я.


Мой друг, Сережа Родионов,

Адъюнктом тоже был, как я.

С майором Крутиковым Толей

Связала нас судьба моя


В Черкассах мы хотели с Толей

Очередные званья обмывать.

Тем более ведь мне майора

Пришлось три срока ожидать.


Мы в ужин сделать все решили,

Согласовав с начальством срок.

Добавив денег остальные,

Нам разъяснили свой урок.


И получилось все неплохо.

Приятных было много слов.

Сказали новая дорога

Давать нам будет неплохой улов.


Тосты шли прямо за тостами,

И надо было много пить.

Как выдержал я все? Не знаю.

Вино давно я перестал любить.


Я помню женщина по дружбе

В гостиницу вела меня.

Что было там потом вне службы,

Простите, не запомнил я.


В дальнейшем, занимался спортом.

Утрами выходил я на лыжню.

После обеда волейболом

Я душу отводил свою.


Дом отдыха была та "Украина",

И ей заведовал Потребсоюз.

Учили председательского сына,

Поэтому у нас был с ним союз.


Путевки нам свободно продавали.

Старались дать нам лучшие места

В гостинице, однако, лишь давали

Полковникам двойные номера.


Зимой обычно отдыхали здесь шахтеры

И женщины с шахтерских городов.

Мужчины пили водку до упора,

А женский пол на все здесь был готов.


Барак здесь назывался клубом.

В нем были танцы и кино.

Кино смотрели люди в шубах.

На танцах грело лишь вино.


Вечерним развлеченьем были танцы.

Ходили, кто любил потанцевать.

Я подбирал себе партнершу,

Которая была бы мне подстать.


За день я сильно нагружался

И спал почти без "задних ног",

Но утром бодро просыпался.

К свершеньям новым снова был готов.


Гостиница располагалась близ деревни.

Сосновкой называлася она.

От моря защищалась греблей.

Зимой в нем замерзала вся вода.


Рыбачить на ветру было несладко,

Но рыбы много было в нем.

На льду сидели рыбаки в палатках,

Подогреваясь тлеющим огнем.


Нам иногда носили рыбу надом.

Копченый лещ там стоил три рубля,


И если бы кому-то было надо,

То не жалел он денег никогда.


От нас до города ходил автобус.

На нем мы ездили и в институт, и в центр.

Не полным будет данный опус,

Коль я не расскажу про центр.


В войну Черкассы пострадали.

Пришлось достраивать его.

Мы в центре, на окраинах видали

Объекты новые и новое жилье.


Немного поражала нас архитектура.

Стоял на площади большой универмаг.

Недалеко и Дом культуры,

И рядом драматический театр.


Построен Дом культуры в новом стиле.

Кругом было железо и бетон.

Не раз с друзьями мы в него ходили.

Репертуаром привлекал нас он.


В конце заезда привезли нам рыбу.

У нас была отличная уха.

А дома мне сказали все спасибо,

Когда привез лещей и судака.


В очередном году приехали сюда же.

Правда, состав наш был слегка иной

Бубук сюда приехал даже.

Ему хотелось отдохнуть зимой.


Опять гостиницу мы заняли по-праву,

И многие устроились втроем.

Сергей и я с Кудрицким Славой

Мы жили в номере одном.


Кой-кто пошел жить в новый корпус.

Нашлись, наверно, там места.

А мы к гостинице привыкли просто.

Идти нам не хотелось никуда.


Опять наш день расписан по минутам -

Зарядка, завтрак, лыжный моцион.

Методикой мы занимались утром.

После обеда отдых и, конечно, волейбол.


Здесь танцы проводились регулярно.

Ходил на них я иногда.

Я съездил в город в воскресенье даже,

Чтобы купить подарки, как всегда.


Почти что каждый год сюда мы приезжали

И жили в новом корпусе уже.

Полковников в двухкомнатные люксы поселяли,

А остальных на третьем этаже.


Сережа-друг взял "вожжи" в руки

И размещением занялся он.

Мы с ним обычно поселялись в люксе.

Удобно было нам со всех сторон.


Потом, когда вручили мне папаху,

Не слышал я претензий никогда.


Менялся лишь сосед под дахом,

Но жить комфортно было мне всегда.


Я жил с Передней, чаще же с Сережей.

С Кудрицким вместе жили иногда.

Они полковниками стали тоже.

Дружил я с ними "не разлей вода".


Состав приезжих постоянно обновлялся.

На смену ветеранам приезжала молодежь.

А я с друзьями в молодежный круг вливался.

Соревновались с ними мы всерьез.


На первом плане были лыжи.

Когда ложился ровный снег,

Устраивали гонки мы на лыжах.

Практически касалось это всех.


Однако не всегда нам зимняя погода

Давала снег и скользкую лыжню,

Тогда мы выходили на природу,

Потратить чтоб энергию свою.


Играли в волейбол мы на поляне,

В футбол играли иногда,

И мышцы на деревьях мы качали,

Но в волейбол играть ходили мы всегда.


И даже с местною командой

Разок сыграли в волейбол,

В бассейне плавали однажды.

Я на катке был очень зол.


Пошли туда мы покататься,

И взяли напрокат коньки.

Шнурки ботинок стали рваться.

Настолько были старые они.


А игры в волейбол все усложнялись.

Мы иногда входили в раж.

На две команды разделялись.

Папахи с шапками сражались и не раз.


По-детски тоже развлекались.

Купили в магазине как-то таз

И санки детские нам там достались,

Чтоб разместить на них ученый таз.


Решили с горки покататься,

Нашли в лесу, где лучший снег

И стали меж собой соревноваться,

Кто в них проедет дальше всех.


Закончив через час потеху,

Увидав дело рук своих,

Конечно, много было смеха,

Когда узнали, что осталося от них.


С девчонками мы по лесу гуляли,

И каждый ахинею нес.

Что думают о нас, от них узнали,

И принимали все и в шутку, и всерьез.


У нас бывали и серьезные поездки.

Возили нас в питомник для зверей,


Где норку разводили в клетках ,

Чтобы потом неплохо зарабатывать на ней.


Однажды посетили танковую базу -

Мы в танках были не сильны -

И кое-что нас удивило сразу,

Когда сказали что готовят для войны.


Была одна и дальняя поездка

В деревню Каменка, Чайковского музей.

Узнали мы, как жили его предки

И как работал он над музыкой своей.


Полковник наш, эстет Куранов,

Сыграл на пианино нам пассаж.

Возможно Петр Ильич за ним когда-то

Творил он свою музыку не раз.


В дороге мы проголодались.

Остановились, чтоб перекусить

И выпить понемножку собирались,

Чтоб стало веселее дальше жить.


Умиротворенные вернулись мы на базу.

Не зря прошел текущий день.

В своих глазах я вырос сразу.

Не часто видел быт таких людей.


Черкассы постоянно обновлялись.

У моря, на горе, воздвигли монумент

И по примеру Киева пытались

Прославить Родину на тот момент.


А у гостиницы, в Сосновке, пристроенный к обрыву,

Вдруг, появился трехэтажный ресторан.

Внизу пивбар, где можно было выпить пива,

А сверху был обычный зал.


Ребята, возвращаясь из спортзала,

В пивбаре пили пиво иногда,

Но нам с Сергеем было мало,

Пошли послушать музыку и выпить там вина.


Нашли свободные два места,

Где за столом сидело трое.

Уж в ресторане было тесно.

Оркестр на танцы завлекал игрою.


Сидели девушки с мужчиной рядом.

Мы поняли потом, что он доцент.

И были девочки, конечно, рады,

Приобретая здесь серьезный аргумент.


Они его поили лишь для дела,

И он не мог спокойно танцевать,

И я с Сергеем, как два кавалера,

Должны были девчонок развлекать.


За много лет приобрели традицию -

В лесу устраивать пикник.

К нему готовил каждый инвестицию,

И назывался он методшашлык.


В конце заезда подводилися итоги

Готовили настенную печать.

Призы здесь получали многие,

И не давали никому скучать.


Итоги подводилися на сборах,

И называлися они методухой.

Хоть делали его не на просторах,

Но никогда не нарушали здесь покой.


Приезды и отъезды были уникальны,

И неожиданны всегда были для всех.

Не стану заостряться на деталях,

Но кое-что запомнил я нагрех.


Нам иногда давали свой автобус,

Который ездил много лет.

Наверное, объездил земной глобус,

Но мы хоть успевали на обед.


А иногда снимали катофолку.

На ней вед тоже ехать не комфорт.

На поезде мы возвращалися однажды.

Ни разу не использовали порт.


Но пару раз нас подводил автобус.

Однажды ехали в Черкассы на своем

Он нас довез до полдороги,

И мы застряли на дороге днем.


Водитель долго с ним возился.

Не мог исправить, Здесь не дом.

Смеркаться стало, а мы злиться.

Нельзя доехать на своем.


Гурьбою вышли на дорогу,

Чтобы найти хоть что-нибудь.

Вдруг, засветилось вдалеке немного.

Машины к нам свой держат путь.


Подъехали к нам две машины -

Микроавтобусы с крестами на бортах.

В Черкассы гнали их мужчины,

Чтобы пополнить скорой помощи запас.


Мы кое-как уселися в салонах -

Доехали до места с ветерком -

И вышли из салонов все в погонах.

Не ждали нас здесь в транспорте таком.


А раз обратно возвращались.

Приехал к нам автобус наш.

Мы с местным людом распрощались,

Пообещав приехать еще раз.


Нам удалось достичь Золотоноши,

Но двигатель опять в нем отказал,

Но, к счастью, был здесь рейс хороший,

Он на свободные места нас взял.


Заканчивая данную балладу,

С любовью вспоминал те времена,

Когда передо мною не было преграды,

И с удовольствием в Черкассы ездил я.


Публицистично - художественное издание

Сергей Сергеевич Родионов

Юрий Михайлович Фокин

Черкасские мотивы

Сборник


Издается в авторской редакции


Ответственный за выпуск,

составитель, верстка Аблазов В.И.


Подписано в печать 01.01.2019 г.


Издательство УСВА

01054, м. Киев, ул. Ярославов Вал, 36 Е.

Свидетельство о внесении субъекта издательской деятельности в Государственный реестр издателей, изготовителей и распространителей издательской продукции

ДК ╧ 6239 от 18.06 2018 г.