# Герой Советского Союза Валерий Гринчак О Книге Валентина Герасименко "афганская Арена. Авиарассказы"

Валерий Иванович Аблазов

Рассказы военного советника в оценке командира разведроты, Героя Советского Союза.

ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ВАЛЕРИЙ ГРИНЧАК О КНИГЕ ВАЛЕНТИНА ГЕРАСИМЕНКО "АФГАНСКАЯ АРЕНА. АВИАРАССКАЗЫ"


Книга Валентина Дмитриевича Герасименко "Авиарассказы", из серии "Афганская арена", интересна и поучительна не только каждому участнику афганской войны, военным историкам, как профессионалам, так и любителям. Ее можно рекомендовать как наглядный пример исполнения воинского долга Офицером с большой буквы. Высококлассный профессионал, который в полном объеме использует свои знания и опыт, решает все задачи в любых условиях, в том числе абсолютно нестандартных и непредусмотренных уставами.

Для выпускника общевойскового училища изучение боевых возможностей авиации ограничилось изучением тактико-технических характеристик вертолетов Ми-8, Ми-24, общих сведений о возможных вариантах действий пехоты в качестве тактического десанта способом наземной высадки из вертолетов а также ознакомительным занятием на учебной площадке инженерного авиационного училища возле аэропорта "Жуляны". На этом занятии мы впервые близко увидели некоторые образцы истребителей и бомбардировщиков, узнали их боевые характеристики. Сегодня многие из тех учебных самолетов стали экспонатами Государственного музея авиации Украины.

Поэтому начало, в 1978 году, офицерской службы командиром десантно-штурмового взвода 13-й отдельной десантно-штурмовой бригады ДальВО стало довольно новым и поучительным в плане того, что же такое армейская авиация и что она может. Бригада формировалась одновременно с кутаисской (ЗакВО) и могочинской (ЗабВО) в 1968 году как экспериментальная и дислоцировалась в поселке Магдагачи, Амурской области (ДальВО). В состав бригады входили три десантно-штурмовых батальона, полк боевых вертолетов Ми-24 и полк транспортно-боевых вертолетов Ми-8 и Ми-6. Участие в учениях, занятиях, стрельбах с борта вертолета, повседневная служба открыли многие стороны сложного механизма боевых вылетов и их обеспечения. Запомнились зимние батальонные тактические учения 1981 года, когда летчики демонстрировали смелое маневрирование между сопками и соснами. Оказалось, что нас десантировала только недавно заменившаяся из Афганистана эскадрилья. Как сказал один из пилотов, для них пилотирование в плотном морозном воздухе, после жаркого афганского высокогорья, было сравнимо с ощущениями автомобилиста, выехавшего из разбитой проселочной дороги на самую современную автостраду.

Интересно читать о событиях и действиях советников во время ввода в Кабул советских войск в декабре 1979 года. Автор содержательно дополняет описание этого периода, тщательно изложенные в книгах своего сослуживца, заместителя председателя Украинского Союза ветеранов Афганистана Валерия Ивановича Аблазова: "Афганистан. Четвертая война", "Над всем Афганистаном безоблачное небо" и других.

Одна из особенностей войны в Афганистане состояла в том, что офицеры-авиаторы для наведения на цель самолетов и вертолетов, в обиходе авианаводчики, придавались не только командирам батальонов, но и зачастую действующим на отдельных направлениях разведротам и группам спецназа. Уже в первом афганском боевом выходе в горы мне, командиру разведроты, был придан авианаводчик. В первые же сутки и приданному артиллеристу, и авиатору довелось серьезно поработать. Как и в ДальВО, еще раз убедился, насколько важнейшее значение имеет четкая и бесперебойная, без лишних помех и искажений связь с пилотом, заходящим на цель, когда буквально секунды решают точность бомбометания или ракетно-пушечного удара. Я по собственной инициативе получил у них первые практические навыки корректировки. Впоследствии это здорово пригодилось в условиях, когда просил поддержки без присутствующих рядом артнаводчиков и авианаводчиков.

В боевой обстановке часто соприкасались с советниками афганской армии, МВД, госбезопасности, реже с партийными. Мы с огромнейшим уважением и пониманием относились к тому, как им сложно приходилось в афганском окружении, какое было постоянное психологическое и моральное напряжение.

В условиях гор связь очень неустойчивая, может появляться и исчезать через сотню-другую метров. Такие проблемы исчезали или сводились к минимуму, когда над районом боевых действий барражировал самолет-ретранслятор Ан-26 рт. Тогда связь была четкая, вызовы и ответы устанавливались с первого раза. Командующий ТуркВО (1979-1984), Главком войсками Южного направления (1984-1985) генерал-полковник Ю. П. Максимов постоянно бывал в 40-й армии, лично проводил наиболее важные операции. Кроме того, он часто контролировал ход боевых действий прямо из штаба ТуркВО, вызывая по радиосвязи командиров всех рангов, включая командиров батальонов и даже рот, чтобы лично удостовериться в правильности докладываемой ему обстановки. Мне лично довелось докладывать о своем местонахождении, задачах, взаимодействии с подразделениями полка при выходе к перевалу Парандех, соединяющему Панджщерское и Андарабское ущелье, в весенней панджшерской операции 1984 года. Устанавливались такие соединения, прежде всего благодаря ретрансляторам Ан-26рт, об экипажах которых автор очень тепло высказывается.

Кстати, в панджшерском ущелье, в котором автору книги довелось участвовать во множестве боевых эпизодов, я видел не только примеры самых грамотных и отчаянных действий боевых пилотов, но и самоотверженную работу авиаспециалистов, коллег В. Д. Герасименка, по ремонту подбитых, упавших или сломавшихся вертолетов прямо в горах. В начале июня 1984 года пара Ми-24, пилотируемая неопытными в горах экипажами, пролетая по ущелью, не учли полную загруженность машин топливом и боеприпасами, не смогли подняться над перевалом, и вынуждено сели на снег на высоте около 4000 метров. Нам срочно была изменена задача на охрану и оборону совершивших вынужденную посадку машин. Прилетевшая ремонтно-эвакуационная группа быстро установила связь с аэродромом, в течение нескольких часов, на снегу и под ветром, сняла с вертолетов все, что снималось, даже боковые двери. Одну машину командир эскадрильи сумел поднять в воздух и улетел на аэродром базирования. Второй борт поднялся только на пару метров, но взлететь не смог. В него заложили все боеприпасы и взорвали.

Любая война демонстрирует как подтверждение теоретических разработок и опыта мирного времени и предыдущих войн, так и каждый раз несет в себе много нового, что позволяет новая техника, условия, где ведутся боевые действия и много других факторов. Выдающийся военный и государственный деятель, военный теоретик генерал от инфантерии М. И. Драгомиров (1830-1905) всех офицеров условно делил на три категории. Первая - это офицеры "мирного времени", родная стихия которых плац, муштра, красивые мундиры, парады. Вторая - это офицеры, которые тяготятся показушностью мирного времени. Для них родная стихия - это походы, боевые задачи, война. И только небольшая часть офицеров, уверенно себя чувствует как на войне, так и в мирных буднях воинской службы. Это и есть профессионалы самого высокого класса. Такими и есть Валентин Дмитриевич Герасименко и его боевые друзья, о которых он пишет в книге.