# 14. Сор в избе. Последняя патриотическая

Артур Валерьевич Черный

СОР В ИЗБЕ


В "Беркут" приехали корреспонденты. Узнать новости с передовой, показать всех героев, отработать свой хлеб. Приняли мы их хорошо, сделали памятные фото, по желанию роздали интервью, получили от них подарки - книгу воспоминаний генерала, освобождавшего от фашистов Донбасс зимой сорок третьего года. Мы рассказали журналистам обо всём, кроме тайн и вынесли всё, кроме сора в избе.

Этого здесь хватало...

Как-то уже ближе к ночи с "Беркута" из Макеевки прибыл Находка. С ним еще один россиянин Ероха. Зашли, поздоровались, дежурно подали руку, сели на табуретах и не на кого не глядят.

- Приказ Сочи: сдать оружие! - глухо каркнул Находка. - Вернетесь на базу - сядете под арест.

Молчание в комнате. Не ведали мы, что всё повернулось так круто.

- Может, всё-таки объяснишь? - встаю я над ним.

- А чего объяснять... - прямо сидит Находка. - Сами того хотели... Всех обманули, сидите здесь больше срока.

Ну, всё понятно... Интриги Находки, что остался без славы, наконец-то проняли Сочи.

- Оружие забирай. А мы никуда не поедем, - первым сдает автомат Орда. - Это, как Север решит.

Находка выходит из пансионата, груженый оружием. За ним, опустив нос до земли, горя от стыда, ступает Ероха.

- Что ж ты, земляк?.. Мы от тебя не ждали... - за минуту до этого убил Орда его наповал.

Север не знал, что с нами делать: "Я не могу вас оставить. Мы вместе воевали с Сочи. Что скажут потом? Что Север у своих друзей ворует бойцов!.. Я буду просить вас назад, но сначала вам нужно вернуться. Вернетесь на день или два, а после я вас заберу".

Сами мы долго соображали, как поступить. Сидеть в подвале у Сочи никто не хотел. Мы даже не понимали: за что? За козни Находки?..

- Я им такого "робота" из себя сделаю!.. - рассуждал об аресте Сапог.

Север ходил эти дни мимо нас. Не мог гнать, но и не мог оставить. Наконец, мы сами решили вернуться. Что будет, то будет...

Мы здесь тонули в мелких интригах, а по всей Республике уже плыли туманы. Уже началось - ни богу свечка, ни дьяволу кочерга...

Пока здесь бились с "укропами", была еще какая-то связующая друг с другом нить. Но вот отступили фашисты, и затрещало в самой Новороссии. Оказалось вдруг после победы, что она отнюдь не одна на всех. И каждому от нее понадобился послаще кусок. Появились из разных крысиных углов великие маршалы и фельдмаршалы, которые объявили победу своей, поставив на ноги смуту. Заявили свои права на заводы, на шахты, на леса и поля и на целые города. Мол, мы воевали, мы кровь проливали... А из воевавших там было две консервные банки плюс дыра от баранки. Потому что те, кто воевал, так и остались честны. Так и продолжали сидеть в окопах передовой. А за их тенью росли ассорти - разные там отряды, типа того же "Добра". Росли не на фронте, а глубже в тылу.

Новая народная власть впала в атмосферу тоски, когда, окончив бои, взялась посчитать для начала свои военные силы. Говорить про всё остальное - бед на семь лет... Самый меньший процент штыков выставила передовая. Чуть больше прифронтовая и разные мутные блокпосты. А выше половины армии оказалось в больших городах, в тылах и резервах. И если одни смирно сидели в казарме, то другие занимались совсем не войной, а переделом вокруг себя всего мира.

В ноябре победил на президентских выборах бывший командир "Оплота" Александр Захарченко. До этого редко у кого на слуху отряд сразу автоматически стал вроде президентской гвардии. Стал называться не просто "Оплот", а "Оплот Захарченко". Злые языки говорят, его дружина разрослась за время войны до трех с половиной тысяч. Причем лишь малая часть участвовала в боях. Большая нашла себе теплое место в Донецке. И вот, наконец, решив оздоровить эту массу, начали понемногу слать на передовую бойцов Откуда возвращались не все. Гибли-то там единицы, а вот многие стали тикать. И к чести остававшихся в поле, среди разных шкур пронесся в Республике слух: "В "Оплоте" больше не отсидишься!"

Новая власть поставила на разгон Батек Махно и, пока перемирие, формирование Вооруженных Сил Донецкой Республики. Так нашлась "Оплоту" еще одна работенка: ломать упрямым рога.

Кроме всего, почти всё ополчение сидело на подножном корму. Изначально ведь было всё добровольно и за идею. Но это начиналось весной, а теперь преет лист. И до сих пор многие ни копейки не положили в карман. А у людей жены и дети. Вот и перебивались, кто чем. Одни брали продуктами в отрядах и увозили домой, другие "отжимали" и продавали на сторону, третьи просто шли мародерничать. Нужно было положить конец этому беспределу. Собрать всех в одну армию, назначить зарплату. Кто не согласен - разогнать по домам или пустить в расход. Всё справедливо. По законам военного времени.

В октябре месяце рухнул один из знаменитых командиров ополчения - Безлер. Он же Бес. Уехал в Россию и не вернулся. За него говорили с той стороны украинские генералы: "Уважаемый был противник!" Бес держал Горловку - "донбасский Сталинград" - важный участок фронта. Но кроме ополчения Горловки, к Бесу прилипли отряды со всей Республики. Алик, на чьи деньги создавался наш "Беркут", когда-то пришвартовался к берегу Беса. Прикрыл себя его именем. У Алика были в Донецке свои капиталы, и он всю войну активно переводил их в Россию, отсюда подальше. И вот сбежал сам куда-то в Москву. И перестал присылать деньги расползшемуся отряду. Сочи, Север и Хмель - уже три разных подразделения, и все они - "Беркут", оказались на перепутье и всерьез заскучали. Пока были у Беса, была какая-то легитимность. А вот отрубили! Вчера кончился Бес - сегодня "Беркут" стал бандой.

А что делают с бандой в Республике, пока перемирие? А ей едет ломать рога "Оплот Захарченко". Именем законного Президента. Именем Народной Республики.

Мы как раз вернулись в Макеевку в эти дни. За день до нашего возвращения "Оплот", за отказ сложить оружие и покориться, взял штурмом какой-то блокпост "Беркута" в городе - люди жаловались на поборы. Убили одного ополченца, ранили двух других. Все из отряда Хмеля. "Оплотовцы" за два дня до этого приезжали предупредить: уходите по-доброму! Но Хмель продолжал мариновать на блоке бойцов. И вот вновь приехал "Оплот", и убил россиянина-добровольца Москву. Убил, когда тот, опустив оружие, вышел из-за прикрытия блока на переговоры. Убил Москву ротный командир "Оплота" Нос. А после по его приказу прострелили ноги двум другим ополченцам. Так был зачищен блокпост Хмеля.

Еще какой-то казачий блокпост - восемьдесят два вооруженных бойца в центре города. Зачем он там нужен? Однажды ответил Японец: "По бардачкам лазить". К ним тоже приехал "Оплот", установил на прямую наводку БТРы, выдвинул ультиматум: "Либо с нами на передовую с оружием, либо сдать оружие и по домам! Час на раздумье!" Через час блокпост отдал восемьдесят два автомата.

Комендатура города разоружала очередной блокпост. На посту все пьяные. Не вышло мирно. Двое убитых.

И вот Макеевка, "Семерка" - до революции квартировал здесь Седьмой отдел милиции - база "Беркута" Сочи. Нас только что на "Газели" вернул с передовой Карабах, и мы стоим на плацу, растерянные, что никто не встречает. Пасмурный день ноября, ходят мимо нас вооруженные "чиполлины", за спиной метут "роботы" осенние листья, и какой-то безнадегой веет из открытых дверей казармы. Находка пугал нас арестом, Сочи матерился, что сядем в подвал, а здесь никакого интереса ко всем пятерым.

За два дня до нас вернулся в Россию Хант. Так больше и не свиделись здесь.

Оказалось, мы вернулись не вовремя. С утра позвонили, сказали: всю базу едет разоружать "Оплот". На танках, с батальоном пехоты. До этого, ко всем прочим несчастьям, дочиста сбежали в Россию вожди - Алик и весь ералаш. И отключили свои телефоны. Не с кем советоваться, некого слушаться, никто не знает, что делать. Все сходят с ума. Сейчас будут утюжить танками, а тут публика - дура!..

Здесь не до нас.

Ганнибал у ворот!..

Что сделал Сочи и все эти копеечные головы - командиры "Семерки"? Да всё по отработанному сценарию: все бросились к злодейке с наклейкой! А с ней погибать не страшно.


Мы не скорбим от поражений, и не ликуем от побед.

Источник наших настроений - дадут нам водки или нет!


Когда до ручки налакались "смелой воды", нашлись силы к сопротивлению.

Сочи, черный, как туча, идет через двор. Он на днях присвоил себе новое звание - генерал, и было всё хорошо. А тут вон какая петрушка... И вот пьяный, решительный, с пистолетом, в чистой отбеленной "горке", сбоку охрана из пары новых "интернационалистов", Сочи идет через двор... а в глазах столько тоски, что можно отравить ею всех людей мира. За ним, получить последние указания, несется первый зам Спец.

- Не надо нагнетать обстановку! - идет командир к своей иномарке. На которой уже, с донецких на латышские, сменены номера. - Подводная лодка всплыла в Кандагаре! - садится он с охраной в машину.

Рядом топчется Спец.

- Ты - теперь начальник моей контрразведки! - проводит Сочи из салона кадровые перестановки.

У Спеца аж вверх стали расти усы.

- Всем продержаться сорок минут! - гаркает Сочи толпе на плацу. - Кобра - предатель! - уносится он в ворота.

Кобра - тоже какой-то капитальный там командир из Макеевки. По нации армянин, сам из России, тоже присвоил себе генерала, катается на "отжатом" "крузере" с охраной, и в черных штанах с лампасами. Тоже вор. Видел я его в "Беркуте" пару раз, и поразился только двум боевым отличиям: пузом и чванством. "Кобра таким раньше не был, - вспоминал как-то прошлое Север. - Сам сидел в окопах с бойцами. А нынче, как подменили. Нашел у кого-то портрет Юльки Тимошенко. Развел его на машину. Чтоб, мол, проблемы уладить..."

За Сочи закрылись ворота, а у Спеца от карьеры до сих пор кружится голова.

- Кем он меня назначил? - подходит он к нам... - А, что это такое?..

...Сочи вернулся часа через три. Всё кончено: на "Беркут" идут танковые батальоны "Оплота". На "Семерке" человек восемьдесят пехоты, местных и россиян. Последние прибыли вчера новой партией - восемь бойцов. Одни сбежали из Старобешево - темного угла, где из них формировали какой-то почетный легион, да все свела на ноль насаждаемая армейская уставщина. Другие вчера пересекли границу и еще ходят в гражданке. Прибыли в "Беркут", а тут такое!.. Бежали на волка, а попали на медведя.

Танковые батальоны еще в пути, и Сочи дал волевую команду: бить наповал и держаться до последнего патрона! А поскольку все командиры в запое, оборону возложили на Находку и бывшего российского офицера младшего лейтенанта Кубань - живет у Сочи очень давно, дистанцировался от соотечественников настолько, что стал "чиполлином". Местные про него говорят: "Он то в "автоботах" ("роботах"), то с автоматом".

Нам местные эти разборки до фени. Мы заявили еще с вечера, что будем сдаваться. И на оборону не выйдем, и ни разу не выстрелим.

- Большие батальоны всегда правы. А мы были в "Беркуте", будем в "Оплоте". Какая разница, как называться, - мудро рассудил Орда.

...Всю ночь на "семерке" шел бой с инопланетянами. Бегали бессонные часовые, лязгали затворами начальники караулов, командовал что-то Находка, ругался со своей жинкой Братишкой и гремел в коридоре АГСом пьяный в дымину колченогий "террорист" Сармат. А мы дрыхли без совести в дальнем углу казармы...

Утром на нас всё еще катятся батальоны "Оплота"... У всех в отряде какой-то упадок духа. Всем ясно: сегодня-завтра разоружат "Беркут". А значит, окажешься снова на перепутье, и снова искать себе место. Но это, если не пристрелят при штурме или после не бросят в подвал. Вдобавок забыл про нас и не едет забирать Север. Кто-то позвонил Синему и стало ясно, что там тоже самое - требование полной капитуляции.

Утро вечера мудренее. И вот после ночи с вещами выходят на плац россияне. Кто по домам, кто искать себе новый отряд. Ушли за ворота те, кого мы не знали.

Но здесь не без клоунов. Змей Горыныч - капитан Вооруженных Сил, приехал в отпуск помочь Новороссии. Сытый, довольный, в новой форме, в модной разгрузке, на иномарке, с самого Питера. Летел, торопился, боялся опоздать жечь "укропов". По дороге сюда всех замучил вопросом: "Когда на передовую в атаку?" В атаку он не пошел. Попал на "Семерку". Получил в первый день автомат и гранаты, все это сложил на кровати, сфотографировал несколько раз, надел на себя, снова сфотографировался, и наконец, сказал: "Хватит!"

Приехал в Новороссию вчера, сегодня едет домой. Вся война шла одни сутки.

Орда ему вдогонку:

- Горыныч! Не забудь сменить статус "В Контакте": "Был в Новороссии!"

Подались в Россию Док, Сапожник Связист. У одного родился племянник, у другого расхворалась одинокая мать, у третьего что-то еще.

- Мы не бежим, - словно оправдываются они перед нами. - Мы вернемся. Скоро вернемся!

Да мы никому не пеняем за выбор.

Еще до нашего возвращения к Сочи, пропал отсюда Ероха, что ездил разоружать нас с Находкой. Убила совесть. Вернулся с нашим оружием, а утром, ни кому не слова, уехал в Россию.

Засобирался домой и Находка. С ним Луч и Кащей. Почти не прощались, сели в машину и, будто и не было. К чему плелись все эти интриги? Зачем было нас ссорить друг с другом?..

А вот, видно, к чему: Находка на память слимонил пистолет ПМ - личное оружие Сочи. Он выдал его своему верному псу, а тот, шмыг, без оглядки и за забор...

А еще кончился здесь у Сочи наш "интернационал". Мы уже никогда так не называли друг друга.

На следующий день за теми, кто остался, приехал Север. Мы прощались с "Семеркой" уже навсегда: я, Шайтан, Ива, Орда. Из нового состава с нами поехал только один.

- Разведчик Семён! - представился он, будто в строю офицер.

Напоследок я уволок из комнаты вооружения АК 7,62. А свой 5,45 бросил взамен в пирамиду. В этом хаосе - Сочи-Север-Сочи-Север, у меня уже пятое за месяц оружие.

Еще трое россиян остались у Сочи.

Утопающий и за змею хватается...

Север, уезжая к себе, оставил на "Семерке" своего ополченца Плюса. Того, что, напугавшись танков, ночевал на минах в подвале пансионата. Плюс пару дней назад пошел в Макеевку в увольнение, там напился, попался комендатуре, и оказался здесь в "роботах" в подвале у Сочи. Утром его выпустили грузить машину. В это время шагает по коридору Север. Плюс бросил ящик - так кинулся за свободой:

- Командир! Когда на передовую?

Север даже не остановился:


- Попить любишь? Здесь и лакай до треска. Тут танков нет. Уволен!