# Фальшивки, с использованием которых был незаконно арестован и убит командир Бендерского батальона Рг Пмр подполковник Ю.А. Костенко

Иван Днестрянский

ФАЛЬШИВКИ


с использованием которых был незаконно арестован и убит командир 2-го (Бендерского) батальона Республиканской гвардии ПМР подполковник Юрий Александрович Костенко


Приводимые ниже документы известны давно. В принципе, никогда не ощущалось необходимости пояснять их. Казался вполне очевидным факт, что бумаги, решившие судьбу героя обороны Бендер, одного из самых ярких командиров Приднестровской войны, по своему содержанию пусты как туземный бубен.

Если они о чём и свидетельствуют, то отнюдь не о преступной деятельности комбата Костенко, а о его политическом убийстве, настолько поспешном, что убийцы вынуждены были оставить за собой документальные следы.

Неудивительно, что не прекращаются попытки истолковать эти следы иначе, очернить с их помощью убитого офицера и оправдать действия его убийц.

Недавно бывший военный комендант Приднестровья (нынешний представитель президента ПМР в Москве) М. Бергман снова предъявил их миру в своём сумбурном интервью, вышедшем в "Московском Комсомольце" под заголовком: "Правда Михаила Бергмана".


Смотрите: http://www.mk.ru/politics/interview/2012/08/30/742539-pravda-mihaila-bergmana.html


По ходу беседы журналист М. Перевозкина неоднократно ловила интервьюируемого М. Бергмана на лжи, вынуждая его к противоречивым, просто глупым ответам и непроверяемым ссылкам на покойных: командующего российской 14-й армией генерала А. Лебедя и командира гвардии ПМР полковника В. Лосева.

Но вялая реакция общественности на очередную, совсем уж неубедительную порцию клеветнических измышлений М. Бергмана и упорное оглашение им материалов, которые свидетельствуют отнюдь не против оплеванной им жертвы, а против него самого, заставляет предположить, что кое-что объяснить народу в документах все-таки надо.

Давайте же поближе рассмотрим эти "бриллианты", вновь выставленные на всеобщее обозрение в оправе комендантской клеветы.


Начнем с "постановления о применении в отношении подозреваемого Костенко Ю.А. меры пресечения в виде заключения под стражу", вынесенного 24 апреля 1992 года помощником прокурора ПМР В.Г. Беркуном.

По своей "полноте" содержания и "грамотности" документ удивительный.

Первое, что бросается в глаза - это ссылки в постановлении на... УК и УПК Республики Молдова (РМ)! Однако такие кодексы на территории ПМР не действовали. В указанное время и в РМ, и в ПМР фактически действовали УК и УПК МССР, принятые в 1961 году, которые в Молдове называли УК и УПК РМ, а в Приднестровье - по-прежнему УК и УПК МССР или ПМССР. Разница состояла в том, что на территории ПМР не имели силу поправки к тексту этих Кодексов, принятые в Республике Молдова после дня провозглашения Декларации о независимости Приднестровской Молдавской Республики от 25 августа 1991 года.

Согласно тексту названной Декларации, "охрана правопорядка и соблюдение законности на территории Приднестровской Молдавской Республики обеспечивается... в соответствии с законодательством Приднестровской Молдавской Республики".

Декларация приобрела силу Конституционного Закона с момента ее принятия.

С учётом изложенного, а также того, что к 24 апреля 1992 года разница между текстами Кодексов, применявшимися в Молдове и ПМР (прежде всего благодаря бурной законотворческой и конфронтационной деятельности Парламента РМ) накопилась изрядная, Беркун В.Г. не мог применять в уголовном деле против Костенко нормы УК и УПК РМ.

Так какого же Закона текст он применял в действительности? Кишиневского или Тираспольского? Уже одного этого юридического ляпсуса достаточно, чтобы сделать постановление Беркуна об аресте Костенко ничтожным.

Это - показатель юридической безграмотности помощника прокурора ПМР Беркуна В.Г., занявшего свою должность всего за три недели до начала травли Костенко - 16 марта 1992 года. А может, показатель его политических симпатий. Во всяком случае, лично я в то время ни в одном уголовном деле ничего подобного не писал, и всегда ссылался на УК и УПК МССР. И не знаю ни одного факта, чтобы мои коллеги - следователи приднестровской милиции поступали иначе.

И куда смотрел прокурор ПМР В.К. Чарыев? Неужели он поставил свою подпись и печать прокуратуры ПМР на документ, отсылающий к нормам враждебного государства, с 02.03.1992 фактически воюющего с ПМР? Как можно было арестовывать Костенко, жившего и действовавшего по законам ПМР, по законам враждебной Молдовы? В то время как его Бендерский батальон с 31.03.1992 нес безвозвратные потери в столкновениях, начавшихся в районе Бендер?

Сказанное вынуждает меня предположить, что подпись (санкция) первого прокурора ПМР Валерия Карягдаевича Чарыева, грамотного юриста, патриота и интернационалиста, в постановлении о применении в отношении подозреваемого Костенко Ю.А. меры пресечения в виде заключения под стражу - поддельная. Ведь В.К. Чарыев умер 24 июня 1992 года, то есть за три недели до реализации этого постановления Беркуна и ареста комбата.


См. например, http://www.pridnestrovie-daily.net/gazeta/articles/view.aspx?ArticleID=18083


Думается, такое постановление В.К. Чарыев просто не мог подписать.

Возможно, Беркун его вынес, но прокурор не подписал, отправив своего не в меру ретивого и малограмотного помощника "гулять подальше", то есть, собирать необходимые доказательства и переделывать убогий текст. Ведь статья 78 УПК МССР обязывала прокурора при решении вопроса о санкции на арест "тщательно ознакомиться со всеми материалами, содержащими основания для заключения под стражу, и в необходимых случаях лично допросить подозреваемого или обвиняемого".


Все основания для отказа в даче санкции на арест у В.К. Чарыева были. Помимо указанного грубого юридического ляпсуса, второе, что сразу режет глаз - это предельная неконкретность постановления в нарушение требований ст. 74 УПК МССР 1961 года, действовавшего в то время в Приднестровье.

Согласно этой статье "О применении меры пресечения лицо, производящее дознание, следователь, прокурор составляют мотивированное постановление, содержащие указание на совершенное преступление, в котором подозревается или обвиняется данное лицо, и основание для избрания меры пресечения".

Но указания на будто бы совершенные Костенко преступления в тексте постановления не имеется. Нет фамилий якобы убитых им людей, не сказано, что, где и когда было украдено. Нет даже номера уголовного дела (было принято сразу впечатывать в "шапку" докумета фразу "я, такой-то, рассмотрев материалы уголовного дела N...") и инициалов самого Беркуна. Есть только квалификация по статьям УК РМ.

Ответственно заявляю, что так "аморфно" постановления следствия ни в МССР, ни в Молдове, ни в ПМР не составлялись. Непременной их частью всегда была так называемая "фабула", содержащая краткие обстоятельства совершения конкретного преступления. Без этих "ненужных" деталей нельзя применить формулировку статьи 78 УПК МССР о возможности ареста подозреваемого по основаниям одной только тяжести содеянного. А это значит, что постановление об аресте Костенко попросту не содержит законных оснований для его ареста!

Вместо этого налицо просто "потрясная" формулировка образца 1937 года: "Беркун подозревая Костенко и принимая во внимание тяжесть совершенных Костенко преступлений".

"Мы, помощник прокурора всея ПеМеРе, подозреваем Костенко Ю.А. не знамо в чём, но в убийстве нескольких лиц и в хищениях не знамо чего, но в особо крупном размере (две расстрельные статьи), руководствуясь Кодексом "дружественной" Молдовы..."


Издеваюсь? Да, я издеваюсь над скотством и тупостью "людей", использующих такие бумажки для ареста, убийства и посмертного очернения "под сенью закона" других людей. Разве это не полный глумёж над законом и справедливостью?


Перейдем теперь ко "второй серии плача тираспольской Фемиды-Ярославны" - адресованному на имя генерала А.И. Лебедя "Ходатайству о задержании подполковника запаса Костенко Ю.А." от 14.07.1992 года. Оно - тоже песня не спетая...

Во-первых, обратите внимание, в какой спешке изготовлен и пущен в ход этот машинописный текст: он не перепечатан начисто, содержащиеся в нём ошибки просто исправлены от руки (при этом даже не все).


Во-вторых, посмотрите на юридически совершенно безграмотный и "трескучий" лексикон из словечек: "как правило, подручными, неугодность, нарождающиеся органы, коварен и опасен, спровоцировать бойню..." И ни одной ссылки на твердые факты и даже на статьи закона!


Самое главное - внимательно смотрите первый абзац. Поглядите только на этот перл! Цифра "20" в машинописном тексте, обозначающая число убийств, яко бы совершенных Костенко, была поставлена не сразу. Сначала под неё был оставлен широкий пробел. Тот, кто диктовал эту подлятину машинистке, раздумывал, какую же цифру поставить? Какая же будет одновременно чудовищна, но настолько, чтобы не усомнились читающие эту чушь? В результате вместо трехзначной цифры, о которой доныне продолжает "всхрюкивать" М.Бергман, поставили более скромную двузначную.


А теперь читайте витиеватое речение о личностях якобы убитых: "из числа мирных жителей, гвардейцев ПМР и полицейских РМ!!!"

Вас ещё не колыхнуло от злого хохота и омерзения? Полицейские РМ были нашими врагами, которые в нас, приднестровцев, стреляли. А мы стреляли в ответ. Шла война!!! И ребята из батальона Костенко, уж точно, убили больше чем 20 молдавских полицейских (в основном опоновцев, бывших наиболее боеспособными врагами), и тоже понесли в этих боях много потерь...

Авторы этого "документишки" не моги на законных основаниях предъявить в вину Юрию Александровичу Костенко ни одного конкретного убийства и не знали материалов уголовного дела. Но им очень хотелось посадить и убить его самого.

За что? Читайте "Путч подполковника Костенко. Факты и причины".


http://artofwar.ru/i/iwan_d/text_0250-3.shtml


Это "ходатайство" попросту не могло составляться в прокуратуре ПМР. Даже таким профаном как Беркун. Ибо его форма и содержание грубо не соответствуют ни одному из документов прокуратуры, обязательным элементами которых являются конкретность и ссылка на статьи Закона. Потому что главная функция прокуратуры - надзор за строгим и точным исполнением законов.

Чего только стоит ссылка в "ходатайстве" на то, что Костенко пользуется поддержкой актива Бендер! Как её понимать? Что активисты ПМР, жившие и воевавшие с Костенко бок о бок, не видят в его действиях составов преступлений, а прокурор ПМР своим выпученным из Тирасполя глазом видит?

В ответ на такое "ходатайство", любой разумный командующий сразу бы заявил: "Нет, господа приднестровские руководители! Раз у вас самих по вопросу о Костенко такие разногласия, предъявите конкретные доказательства его вины, а иначе я вам не пособник!"


Особое внимание: САМЫЙ БОЛЬШОЙ ПОДВОХ! Нарушать Закон прокуратура не может и не должна. Так каким же образом за подписью прокурора ПМР к ходатайству о задержании Костенко оказался приложен и направлен на имя командующего 14-й армией А.И.Лебедя НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ ДОКУМЕНТ - постановление об аресте подозреваемого Костенко Ю.А. от 24.04.1992 года? Ведь по применявшемуся УПК МССР (ст.73) такое постановление, вынесенное в отношении подозреваемого, даже будучи по всем правилам санкционировано прокурором, действовало только в течение 10 дней, после чего, если подозреваемому не предъявлялось обвинение, теряло свою силу. Но обвинение Костенко не предъявлялось! Поэтому юридическая сила постановления о его аресте от 24.04.1992 истекла 3 мая того же года, и прокуратурв ПМР обязана была вынести, санкционировать и приложить к ходатайству новое постановление, чего сделано не было...


Выдержка из текста ст. 73 УПК МССР: "Mepa пресечения может быть применена в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления, и до предъявления ему обвинения. В этом случае обвинение должно быть предъявлено не позднее десяти суток с момента применения меры пресечения. Если в этот срок обвинение не будет предъявлено, мера пресечения отменяется".


Так что же произошло? Почему все подряд: (Беркун, Чарыев, Лучик, Лебедь), исходя из доныне предъявляемых М. Бергманом документов, которые на поверку "не лезут ни в какие ворота", выглядят такими слабоумными и беспрерывно нарушающими Закон?


Возникает вопрос, подлинна ли подпись второго прокурора ПМР Б.А. Лучика (преемника умершего В.К.Чарыева) на этом "ходатайстве"? Не знаю. По начертанию очень похожа на подлинную. И правка текста на его правку похожа. Я знал его лично, и могу представить себе, как ему принесли со стороны этот опус, и убеждали подписывать, умоляя и запугивая при этом. А он был не храбрый, но ещё совестливый прокурорский, молдаванин. Он не хотел подписывать, и потому медлил, исправлял ошибки. Но потом всё-таки подписал. Он же не знал всех материалов дела, а в предъявленном ему ходатайстве слово "подозреваемый" отсутствовало. Прокурора "провели за нос"...

Видя его сомнения, перепечатать текст поумнее и начисто, после чего ещё раз обратиться за подписью, - не решились. Узнав о подвохе, Лучик ничего бы больше не подписал, и ещё пошёл бы наперекор. Так и остался в истории единственный экземпляр грязненький, с правкой, без ссылки на факты и статьи закона, написанный в стиле доноса из какого-нибудь романа. И пошли гулять по миру копии с него, которые М.Бергман после смерти Б.Лучика начал совать куда надо и не надо. Наглый, невежественный проходимец, что с него взять...


Неряшливость этих "документов" свидетельствует о том, что к их появлению и использованию есть множество вопросов. Постановление на арест, скорее всего, не подписывалось прокурором ПМР В.К.Чарыевым. Поэтому комбата в апреле не арестовали, была произведена только неудачная попытка его задержания (для составленния протокола задержания подозреваемого на трое суток по Закону было достаточно одной только подписи Беркуна В.Г.). Поддельная подпись прокурора и скрепляющая её печать были поставлены в постановлении позднее. Ходатайство в адрес А.И.Лебедя было изготовлено вообще не в прокуратуре. Оно могло появиться не 14 июля 1992 года, а позднее, уже после убийства Ю.А.Костенко во вверенной М.М.Бергману военной комендатуре ПМР. Вот почему поставил свою подпись прокурор Лучик. Его подпись в судьбе Костенко уже ничего изменить не могла. А быть втянутым в крупный скандал и нажить себе врагов прокурору не хотелось...

Те лица, которые упросили Б.А.Лучика поставить подпись в ходатайстве, не знали положений УПК МССР, либо в спешке игнорировали их, в результате чего к ходатайству о задержании Костенко оказалось приложенным недействительное постановление на его арест.

Эти документы были призваны затушить скандал, создать видимость законности действиям командования 14-й российской армии по разоружению Бендерского батальона Гвардии ПМР, замаскировать политическое убийство и спасти честь российской армии, которую в это преступление втянули. А до этого А.И. Лебедь, разоружая батальон Костенко и пытаясь задержать его командира, действовал на основании одних лишь устных договоренностей. Правовой нигилизм, близорукость в интригах были ему вполне присущи. К моменту, когда грянуло убийство комбата, Лебедь уже столько глупостей наворотил, что ему пришлось просить прокурора ПМР Б.Лучика об услуге, чтобы хоть как-то узаконить свои волевые, но безмозглые и получившие широкую огласку действия против защитников ПМР в период 15-17 июля.


Подлинная же картина событий с юридической и логической точек зрения вырисовывается такая: 2-й (Бендерский) батальон Республиканской Гвардии ПМР был 16.07.1992 года разоружен силами 14-й российской армии незаконно, его командир подполковник Ю.А. Костенко задержан и лишен свободы с доставкой в военную комендатуру незаконно, и лишен там жизни 17.07.1992 незаконно. После чего уже более 20 лет рядом лиц продолжают использоваться для сокрытия убийства заведомо ложные и поддельные документы. Суровая подборочка преступлений, не правда ли? И потому, что такие преступления до сих пор сходят с рук, в России (и не только России) оказываются возможными их повторения (например, незаконное осуждение и последующее убийство полковника В.Буданова).


Одним из тех, кто втравил А.И.Лебедя в эту беду и продолжал дальше направлять его в неверную сторону, был как раз М.М. Бергман. По любым законам любой страны он должен был понести суровую ответственность за то, что во вверенной ему комендатуре был убит беспомощный человек, так много сделавший для защиты Бендер и Приднестровья. Убит после того, как коменданта открытым текстом просили: помоги, защити, не то комбата уничтожат! Бергман, как минимум, совершил тогда должностное преступление. А вернее, оказался соучастником убийства.

Но Лебедь своего дрянного коменданта покрыл. Чтобы не упала тень на честь вверенной ему армии. И впоследствии оказался настолько близорук, что так и не сумел потом вывести Бергмана на "чистую воду". Прилипала его перехитрил. Но продолжал, как умел, защищать интересы своего покровителя, постоянно поливая помоями покойного Костенко, а затем и разругавшихся с Лебедем президента ПМР Смирнова и главу органов безопасности ПМР Шевцова-Антюфеева. Пока А.И.Лебедь занимал в Росии высокие посты - это было ему очень важно. Так возникла эта непонятная для многих прочная "смычка" Лебедя с Бергманом...

И в самом деле, если ходатайство и подпись прокурора ПМР Б.А.Лучика в нём добыл М.М.Бергман - он оказал генералу неоценимую услугу. Иначе Александра Лебедя легко могли обвинить в двурушничестве в Приднестровском вооруженном конфликте и основательно подпортить ему ореол русского патриота, поколебленный в Чечне. Чёрта с два после этого он бы получил столько голосов на выборах Президента РФ, сколько получил, и не стал бы губернатором Красноярского края. Равным образом Алексею Лебедю не удалось бы воспользоваться харизмой брата и стать губернатором Хакасии...

Так что семейство Лебедей может быть М.Бергману очень сильно обязано. Смирнов и Антюфеев, первоначально "разделавшие под орех" не особо интеллектуального Александра Лебедя, и уже мечтавшие помыкать им, были благодаря напору М.Бергмана, помноженному на его личный страх разоблачения, отброшены почти что на исходные позиции...

Обе стороны преступной интриги, закончившейся подлым убийством Бендерского комбата даже после разрыва всех своих отношений оказались вынужденными сохранять в этом вопросе статус-кво, замалчивая заслуги покойного офицера и поливая его прах грязью...


По ряду высказываний генерала А.И.Лебедя, сделанных впоследствии, заметно, что задним числом он многое понял. И многое ему противно. О многом он рассказал бы, чтобы очистить свою совесть, но не рискнул. Алексей Лебедь - тот из другого теста. Он не был непосредственным участником Тираспольских и Бендерских событий, и какой ценой было заплачено за то, чтобы остановить Молдову - ему безразлично. Он вкусил долгой власти и богатства, а потому Бергман для него - ценный и услужливый кадр. А для самого Бергмана мутная вода, в которой проплывают власть и деньги - родная и желанная стихия.


До сих пор этот бесчестный, но удачливый "хомо" всячески лжет на своего убитого арестанта и изворачивается;


-- Кто же виноват в смерти Костенко?


-- Думаю, Антюфеев и Смирнов. Он у них находился! Он ни одного дня не был в комендатуре, он находился в ГУВД.


-- Но вы же забрали его из ГУВД?


-- Правильно, мы его забрали... потому что к Лебедю пришел полковник милиции Богданов и попросил взять Костенко под охрану, опасаясь, что того могут убить.


(Из ответов М. Бергмана на вопросы журналиста "МК" М. Перевозкиной).


Ну, разве не мерзавец этот Моня Михайлович Бергман? А всё потому, что он был в числе тех, кто любой ценой не хотел допустить встречи Лебедя и Костенко, чтобы Костенко не подтвердил и не показал Лебедю того, о чём командарму уже частично рассказал начальник Тираспольского ГОВД полковник Богданов. В этом был обоюдный интерес - изолгавшихся и запутавшихся в бендерской интриге группы руководителей ПМР, и тех оборотней, кто на самом деле разворовывал армейское имущество и оружие. И о тех, и о других непокорный и самостоятельный комбат слишком много знал.

Если бы эта встреча вопреки обстоятельствам состоялась, многое в ПМР и судьбе самого генерала могло пойти по иному. К лучшему ли? Наверное, да. Набравший силу в очищенном от интриганов Приднестровье, Александр Лебедь мог стать подлинным лидером России. Но вышло иначе. Короля "сделала" его свита, и стал он не король...


Собственно говоря, причастность М.Бергмана к аферам с оружием и армейским имуществом "вылезла" на свет божий давно. Об одном из таких фактов также идет речь в упоминавшемся выше интервью М.Перевозкиной.


Убивать Костенко надо было быстро. И буквально на ходу сочинять удобоваримую для плохо ориентирующегося в сложных местных интригах командарма Лебедя басню, а затем срочно доставать и "липовать" нужные бумажки. В этом последнем деле без трескуна Бергмана, похоже, не обошлось. Подобные расторопность и услужливость как раз были его отличительными качествами, благодаря которым он держался в комендантах не взирая на многочисленные нарекания по организации службы. "Ходатайство о задержании подполковника запаса Костенко Ю.А." выдержано в свойственном ему пустом и трескуче-погремушечном стиле.


Дискредитированный и убитый при помощи таких "законных" и "доказательных" документов подполковник Юрий Александрович Костенко подлежит немедленной и безусловной реабилитации.


А господину Бергману задним числом следует посоветовать, что лучше бы ему было забить свой рот кляпом, нежели вещать на весь мир о том, что подполковник Костенко был арестован и убит на основании и с использованием незаконного и недействительного постановления с сомнительной подписью (санкцией) умершего прокурора...