# Записки военного советника. Октябрь 1980 года

Валерий Иванович Аблазов

Бой гремел в окрестностях Кабула ... Пленные душманы. Десантники и советники. Хост ... Ошибка пилотов. Астратов Вадим ...

Записки военного советника. Новый, военный, 1980-й год.


Октябрь 1980 г.


01.10.1980 В Училище ВВС и ПВО ДРА провел с полной нагрузкой четыре часа занятий. После обеда руководил войсками связи ВВС: главное - подготовка к боевым действиям в начальный период октября.

Заходили соседи - советские связисты с просьбой помочь выехать в город. К сожалению, все машины были в разгоне, им пришлось подождать.

В Гардезе ночью взяли главаря местных мятежников. Сначала пошла переодетая в "гражданку" сотня афганских солдат, которая окружила место сбора мятежников. Затем подошла бронегруппа под руководством советников. Группа захвата без шума и выстрелов внезапно проникла в дом, а подошедшие БТРы включили фары. Минутного замешательства противника было достаточно для завершения дела. Захваченных мятежников выводили группами. Ни в первой, ни во второй главаря не было. Его опознали осведомители только в третьей группе и указали на него. Теперь делается попытка освободить его - приходили ходатаи - старейшины. Но командир корпуса отказал: "Те, кто его защищает - наш враг".


02.10.1980. В Главном штабе ВВС и ПВО планировали и готовили нанесение авиационных ударов по двум целям в районе Гардеза на 03.10.1980: вертолеты (2 Ми-8 эскадрильи Белова, 2 Ми-8, пара Панкратова от советских ВВС) обнаруживают и обозначают цели, а затем наводят и корректируют бомбовые удары истребителей - бамбардировщиков (3 звена: 2 звена МиГ-21 от полка Кучеряева и одно звено Су-7Б от полка Скугарева). Удар по цели в 7.20, звено за звеном через 7 мин. Позывные: Кучеряев (067), ведущий 1-го звена (554), 2-го звена (504), Скугарев (129), ведущий звена (140).


03.10.1980. К нашему приезду на аэродром Беловские экипажи уже перелетели из Баграма и ждали нас. Пара Панкратова не была готова по времени. Мы на Ми-8 зарулили прямо на их стоянку за ними, но не дождались и ушли одни. Подсели без выключения двигателей в Гардезе, взяли наводчиков - аборигенов и пошли на цели. Над площадкой на взлете нас догнал и к нам присоединился Панкратов. К цели шли уже четверкой. Но наводчики-то должны быть на борту у Панкратова, который бомбами должен обозначать цель, а наша пара Белова готовилась управлять и корректировать, поэтому бомбами не запасалась, имела только блоки с НУРСами. Т.е. теперь в условиях цейтнота обозначать цель должны начать мы. Вот, вот должны появиться истребители - бомбардировщики. Наводчики показали место, Белов обстрелял это место НУРСами, но их разрывы были плохо заметны даже нам, а что говорить о самолетах, которые подходили к цели на высокой скорости. Приказали Панкратову бросить бомбы на месте разрыва НУРСов. Он бросил..., но на другой склон. "Гриб" поднялся заметный, а истребители-бомбардировщики уже на подходе, эту ошибку исправлять нет возможности, не наделать бы новых. Наводить первые самолеты пришлось "от противного": "Удар по склону без отметки". Для второго звена все стало на свои места - они уже видели результаты работы первого. Все самолеты отработали нормально. Задача была выполнена и на "разборе полетов" никто не пытался наказать Панкратова. Он сам перед нами извинялся: "Измучился без отдыха". И действительно, выглядел плохо: невыспавшийся, небритый.

Беловской парой Ми-8 подсели в Гардезе. Встречал нас командир корпуса генерал-лейтенант Гулям Наби и пригласил на чай с беседой. На территории Пактии, центром которой является Гардез, хозяйничают два основных племени мангал и джадран. Мы работали по целям на территории племени мангал. Дорога на Хост обстреливается мятежниками. Два дня назад они обстреляли из минометов жителей городка. Одна мина попала во двор дома, где квартирует советник по артиллерии майор Уткин. Комкор сказал: "Я в ответ на это послал три танка. Они своим огнем убили человек пять. Сегодня мы опять будем обстреливать из артиллерии объекты в направлении Дара. Из Гардезской крепости (местного Балахисара) есть возможность наблюдать дорогу. Мятежники начинают спускаться с гор вечером еще засветло, к 20.00 развертывают позиции и в 22-23.00 начинают нас обстреливать. Мы опередим их и артналет сделаем сразу после 20.00. Есть и еще одна цель - старые позиции полка. Мятежники их занимают и оттуда стреляют. Мы и эти цели снесем".

Мир Гаусуддин, полковник, главком ВВС: "На перевале Сатикандал ночью кругом огни. Я говорил, что это мятежники. Их оживление начинается ночью. Мы парой снизились и нас сразу обстреляли из ДШК. Я зашел на этот лагерь и уничтожил".

Уткин, майор, советник по артиллерии: "Обстреливали две ночи подряд из минометов. В первую ночь мины легли с недолетом, а в следующую - штук 15 легли точно. Мины фосфорные, зажигательные. Из стрелкового оружия обстреливают регулярно, через день".

Хозяин Пактии - комкор, генерал Гулям Наби прощался с авиаторами и авиацией неохотно.

От него мы поехали в дивизию, в которой, как говорят, хотят сделать музей или выставку из трофейного оружия. Посмотрели, действительно - горы оружия прошлых веков - это их сегодняшнее вооружение. Потом перед нами поставили два ящика старинного оружия и сказали, что мы можем выбрать что-нибудь для руководства на память. Виктор Семенович выбрал ружье и саблю, а мне понравились два штыка. Один из них французский, видимо, еще времен парижской коммуны, а другой - немецкий с Первой мировой войны.

Прилетели в Кабул, как видно, неожиданно для дежурных - долго не могли выбраться с аэродрома, не было транспорта.


04.10.1980. Проводятся широкомасштабные боевые мероприятия. Планирование, подготовка и постановка задачи для авиации будет в Баграме в штабе гарнизона в 11.30.

Летим туда на вертолете Ми-8 с афганским экипажем. Сначала для этой цели планировался самолет Ан-2. Стали его искать на аэродроме. Он только что пришел с другого маршрута. Командующий ВВС Мир Гаусуддин и мы сами подошли к нему в ожидании взлета. Но из кабины вышел летчик и сказал, что в Баграме очень сильный боковой ветер (9 м/с) и он не сможет сесть. Тогда стали искать вертолет. Быстро кого-то перенацелили. Вид предназначенного для нас вертолета был совсем нелетным: задний люк вывален, в кабине кругом разбросаны чехлы и заглушки. Но он и взлетел, и полетел, и долетел, и туда, и обратно. В Баграме вообще никакого ветра не было. Ох, и дисциплина!

Задача: нанесение одновременного удара по пяти целям (N 1,2,3,4,7) Три цели для полка Скугарева (два вылета тремя парами Су-7Б), две цели для полка Кучеряева (один вылет двумя парами МиГ-21). Полная готовность к 6.00, удары - в 6.30.

При обсуждении задачи пришлось ее корректировать в соответствии с реальным положением дел. У Кучеряева (полк МиГ-21) осталось всего 4 афганских пилота и 3 советских советника-летчика. Остальные афганцы разбежались, уклоняются от боевых вылетов, одни болеют, другие находят другие причины (уехал хоронить брата и т.д.). "Исхак боится летать" - возмутился командующий.

В Баграме нет нужных бомб. Повторный вылет Су-7Б в установленное время не может быть обеспечен из-за отсутствия топливозаправщиков (ТЗ). Тыл ВВС дал данные, что в Баграме 18 ТЗ, на самом деле - их всего 5, а возить горючее надо с дальнего склада.

Еще перед вылетом в Баграм генерал Корсун В.С. позвонил Белову и попросил подготовить обед на четырех гостей (он, командующий Мир Гаусуддин, начальник гарнизона Акрам и я). На обед после шумного планирования выставили даже водку. Все остались очень довольными и гости, и хозяева.

По возвращении в Кабул продолжил работу - проверил готовность средств, проконтролировал уход колонны со средствами управления от ВВС, отработал схемы связи и управления, распределил наводчиков. В 7-ю пехотную дивизию с колонной пошел наш ученик Али. Он уже опытный боец.

Завтра вылет в 5.20, отъезд из "дома" в 5.00, подъем в 4.00.


5.10.1980. Приехали на аэродром рано. Никаких признаков жизни. А Беловские вертолеты подошли точно в установленное время. Мы раздали указания и уже с опозданием улетели. Но войска тоже опоздали с выходом и мы вышли к полевому командному пункту (КП) практически первыми. Но там нас встречал и с земли нам махал генерал Шкидченко П.И. Сели около его БТРа. Он сразу дал вводную - подкорректировал задание, полученное в Кабуле: цель N 2 отменить, т.к. там не штаб мятежников, а наш, афганский, царандой. Быстро развернули КП управления авиацией, но подошли сухопутные начальники и сообщили, что именно здесь намечено развертывание КП генерала Шкидченко П.И. и нам пришлось свернуться, а потом снова разворачиваться, обеспечивая в период перебазирования управление авиацией через малогабаритную радиостанцию Р-809. За это время авиация нанесла удары и, наконец, подошла пара афганских вертолетов Ми-8. Появилась пауза в работе. С длинной беседой подошел командующий ВВС Мир Гаусуддин. Он подтвердил ранее известные тезисы о политике и тактике хальковцев в новых условиях. После обеда началось выдвижение на перебазирование. На Ми-8 мы осмотрели новую площадку за перевалом. Проход для войск туда возможен только по узкому ущелью. Для обеспечения прохода самыми крупными калибрами артиллерии предварительно обработали вершины и склоны гор. Только потом дали команду на выдвижение и взлет вертолетов для сопровождения колонны и наблюдения за возможным противником в горах. Продолжать задание пара вертолетов не смогла: один вертолет (командир Волков) не смог подняться из-за помпажа двигателя, а второй вынуждены были отправить в Баграм за двигателем и специалистами. Аварийный вертолет остается с экипажем на старой площадке под охраной наших десантников. Новое место базирования очень живописное: маленькая долина со всех сторон окаймлена горами. Мы летели сюда 10 минут, сухопутные войска добирались три с половиной часа в тяжелейших условиях. Быстро развернули КП на новом месте, обеспечили охрану и на ночевку улетели в Кабул.


06.10.1980 Утром подъем в 4.30., вылет в 6.00. Командующий ВВС Мир Гаусуддин активно поработал со своими подчиненными и мы поднялись в воздух практически вовремя. Прилетели на новую площадку к подъему войск. При пролете горных вершин наши десантники дисциплинированно обозначали себя ранее обусловленными красными дымами. Место размещения в утреннем освещении выглядит еще более прекрасно: окаймленная со всех сторон горами долина, небольшая и уютная, украшена озерцом, образованным запруженной чистенькой речкой. Название его Банде-Гази. Населенный пункт Тагар, это всего 30-40 км. на юго-восток от Кабула. По всей долине разбросаны камни всех цветов, но преобладают чистые белые. Приподняв один из этих прекрасных даров природы, попал на лежбище огромного скорпиона. Такого большого и жирного я видел впервые, а говорят, бывает еще и больше. Хорошо бы здесь побывать без войны... Но вот первая задача - срочно переправить нового советника командира Гардезского корпуса генерала Жолнерчика Александра Ивановича в Гардез так, чтобы местный руководитель операции ничего об этом не знал. Сделали все так, как надо: точка-Кабул-Гардез-точка. Действия сухопутных войск не отличаются активностью, а потому и больших потребностей в авиации нет. Вызвали одну пару Су-7, но четкого целеуказания не было и потому разрешения на применение оружия мы не дали. Самолеты продемонстрировали воздушную мощь и ушли на базу. Во второй половине дня пошли доклады о результатах: появились пленные душманы, захватили трофеи, оружие и документы, в том числе и удостоверения исламского комитета. Допрос пленных проводили представители афганских спецслужб. Один пленный утверждал, что он мулла, но вызвали местного губернатора, который сказал, что такого муллы у них в районе нет. Другой пленный работал в поле, а в его доме во время обыска нашли оружие, документы исламского комитета, в том числе и списки людей из других населенных пунктов. Решение о их дальнейшей судьбе спецпредставители пытались обсудить на месте. Один предложил: пусть ночью сделают попытку убежать. Это завуалированная форма расстрела. Но другой сказал, что этот пленный бежать не может, потому что у него брат командует полком в Гардезском корпусе и он все узнает. В итоге решили отправить пленных в тюрьму.

Встретил здесь своего бывшего переводчика студента Таджикского госуниверситета Азиза Мирзоева. Он теперь работает в 45-м пехотном полку, участвует в чистке района. Хотя до Кабула отсюда недалеко, не такое уж большое число километров, местные люди здесь ничего не знают о сущности происходящих перемен и не могут сказать, за кого они, "за белых или за красных". Когда им разъясняют, что дает новая власть, они двумя руками готовы голосовать за нее. Но единственный контакт с представителями правительства был у них год назад, когда люди Амина забрали 14 человек и судьба их до сих пор не известна. С районом никакой связи нет. Вот тебе и окрестности Кабула!

На ночь мы снова ушли в Кабул. Мне в этот вечер определенно не везло. Сначала небрежно закрепил блистер, открывая его после взлета, и он, закрываясь, ответил мне ударом в лицо, оставив следы на лбу и на носу. Примчавшись домой, я решил проявить фотопленку и в спешке залил ее не проявителем, а закрепителем, который сразу смыл уникальные, неповторимые кадры. Расстроившись, я всего на минутку заглянул на посиделки, которые устраивали вернувшиеся отпускники, и завалился спать.


07.10.1980. Очередной рассвет встречаем в воздухе. Восход солнца видим раньше других. На КП пришли образцово во время. Активных действий сухопутных войск по-прежнему нет. По карте более внимательно ознакомился с районом действий: перед нами ущелье Хуркабуль, в долине находятся населенные пункты Тагар, Кала, два Айнака, Куркабуль, Маланх, Чакарай. Водохранилище образуются речками Чакарихвар, Тагахвар, Гульдарахвар. Сейчас они высохли, но в водохранилище вода есть. Справа от водохранилища вершина Вайси - Карнибаба (3391м.) слева Мурчальгар (2516 м.). Летали в Айнак. Там стоит второй батальон 38 механизированного полка, основная его задача - защита медных рудников.

На обратном маршруте в Кабул обсуждали фрагмент боевых действий с генералом Шкидченко П.И.

Генерал Шкидченко П.И.: Разведка доложила, что в населенном пункте Червази мирного населения нет, живет только известный бандит с группой. Нанесли удар артиллерией и авиацией, но промахнулись. И это хорошо - в поселке оказались местные мирные жители.

Советник по авиации Арепьев: Товарищ генерал, авиация ударила точно в то место, которое указал наводчик, мы не промахнулись.

Генерал Шкидченко П.И.: Значит разведка в очередной раз принесла провокационные данные и требуется более глубокий анализ разведданных.

В состав группы управления боевыми действиями генерала Шкидченко П.И. входят: начальник связи подполковник Репин Иван Михайлович, советник по артиллерии Казанский Виктор Михайлович, советник по авиации Арепьев и другие специалисты. Удалось разобраться, что это за новая структура управления. Управление войсками и их боевыми действиями в Афганистане постоянно совершенствуется. Заметно поднялся уровень военного представительства и воинские звания главных военных советников. На первом этапе боевыми действиями руководил генерал-лейтенант Горелов Л.Н. При вводе советских войск и на начальном этапе совместных действий советских и афганских войск управлял ими генерал-полковник Магометов С.К. И вот теперь управление войсками в Афганистане возложено на генерала армии Майорова А.М. Для повышения эффективности управления, скрытности подготовки и планирования операций, перекрытия каналов утечки информации на этих этапах, реализации фактора внезапности были созданы две самостоятельные группы: Группа подготовки и планирования и Группа управления боевыми действиями, которую и возглавляет генерал-лейтенант Шкидченко П.И., боевой генерал, за плечами которого опыт Великой Отечественной войны. Планирование ведется скрытно, скорее всего, даже за пределами Афганистана, поскольку у противника, у оппозиции в штабах афганской армии и в высших эшелонах власти, везде есть свои люди. Когда документы отработаны, их передают в Группу управления боевыми действиями, которая ставит задачи командирам и начальникам непосредственно перед началом боевых действий, а затем и руководит всем их ходом.

В Кабул пришли в 17.30, видели, как запускался и рулил по полосе самолет Ту-154 на Москву. Вечером в гости пришел киевский выпускник подполковник Латиф с женой. У Латифа шесть детей, все имена подобраны так, что в имени каждого есть буква "ф". Он закончил ВУЗ, адъюнктуру и защитил диссертацию в Киеве, авторитетный в Кабуле неформальный лидер. Латиф образно говорил о роли и расположении Афганистана: "Афганистан находится под горлом у Советского Союза. И мы никогда не позволим, чтобы здесь был враг и резал горло нашему другу". Когда пришел к власти Амин, он смело и прогнозировано сказал, что этот лидер долго у власти не продержится. С женами "в свете" местные офицеры появляются крайне редко. Ее национальный наряд и непосредственность в общении удивительны. Она не отказалась от водки, которую разливали по тонким стаканам, и пила ее, как воду, нисколько не хмелея.


08.10.1980. Наши труды не пропали даром. Афганская авиация с каждым днем действует все более четко и скоро, может быть, заслужит нашей оценки "отлично". Теперь мы прибываем на аэродром уже под раскрученные винты вертолетов. При подлете к точке обратили внимание на большой караван кочевников. Они двинулись в теплые края по одним им ведомым тропам, минуя пограничные заставы, в Пакистан, а наше афганское воинство начало движение восвояси.

Пока шли сборы, мы с командующим ВВС Мир Гаусуддином пошли поближе к замеченному нами с воздуха каравану кочевников. Идут они группами - семьями. Женщины ярко и красиво одеты. Замыкают шествие старухи. Они одиноко еле-еле плетутся. Посмотрев на них, Гаусуддин вернулся в разговоре к нашему предложению об ускоренной подготовке пилотов на самолеты МиГ-21бис без использования переходного самолета МиГ-17: "Дети в Советском Союзе, еще не научившись говорить, уже умеют включать свет и радио, смотрят телевизор, ходят в кинотеатры и на выставки. А афганские дети идут в этом караване за верблюдами, ишаками, цепляясь за юбку матери. И вы хотите без достаточной адаптации посадить их сразу в кабину современного самолета. Не торопите и не торопитесь". При такой наглядности трудно было с ним не согласиться.

Командного пункта и узла связи ВВС на месте уже нет. Он, как и планировалось, ушел с первой колонной сухопутных войск. На окраине поляны сидела группа пленных душманов. Руки у них были связаны сзади и, кроме того, все они были связаны единой веревкой, размещены по кругу лицом к его средине. Это упростило их охрану. Единственный охранник - солдат и эту цепь привел в движение: поднял на ноги и повел на погрузку в машину.

После завтрака свернулись и выдвинулись остатки войск. Генерал Шкидченко П.И. принял решение лететь с нами на вертолете Ми-8. Над колонной пехоты постоянно барражирует пара вертолетов Ми-24. Пока мы готовились к вылету, над точкой появилась пара самолетов Су-7. Мы ее не вызывали, сначала заволновались, а потом вспомнили, что авиационные полки в Баграме работают и по собственному плану. Приняли пару на боевое управление через переносную радиостанцию, дали ей возможность сделать несколько демонстративных кругов над войсками и отправили домой, отменив последующие вылеты.

Перелет на Ми-8 на новое место базирования через опасное ущелье, по которому тянулись войска, занял немного времени. Командный пункт развернулся по другую сторону дороги в том же районе, с которого начиналась работа. Майор Али, наш киевский ученик, на новом месте уже все сделал. Связь работала устойчиво, но командующий Мир Гаусуддин недовольно ворчал, что он не может связаться со штабом, обвиняя во всех грехах связистов. Я при нем взял гарнитуру связи и вызвал дежурного по штабу. Дежурный мне сразу же ответил. Я попросил поторопить очередную смену вертолетов Ми-24 и через несколько минут пара боевых вертолетов уже была над нами.

Охрана командного пункта Шкидченко П.И. была поручена советским десантникам из подразделения Червонопиского С.В. На своих боевых машинах (БМД) они стояли рядом с командным пунктом. Нам доставляло большую радость общаться с молодыми боевыми офицерами и солдатами. И генерал Корсун В.С. и командующий Мир Гаусуддин с огромным удовольствием вместе с ними пообедали гречневой кашей и прочими очень вкусными, непривычными для афганцев составляющими сухого пайка десантников (сухпая). Корсун В.С. не удержался и, к моему смущению, даже выпросил у десантников несколько сухпаев и взял их с собой. Боевая часть операции практически была завершена, оставалась одна задача - добровольно-принудительный набор в армию. Для этой цели авиационное прикрытие не требовалось и мы, с разрешения генерала Шкидченко П.И., вернулись на основную базу в Кабул, оставаясь на связи для работы по вызову.


09.10.1980. Генерал Шапошников А.М. поручил подготовить материалы и обеспечить организацию совещания советников всех гарнизонов Афганистана, а также передачу нескольких специфических сообщений по каналам закрытой связи в Кандагар. Начальник войск связи и РТО ВВС Афганистана полковник Насер жалуется на низкое качество связи, аргументируя это плохими характеристиками наших технических средств. Я порекомендовал ему больше внимания уделить вопросам электромагнитной совместимости, особенно в период боевых действий, и решать этот вопрос на более высоком уровне в Министерстве обороны.

Из своих горных походов в окрестностях Кабула привез два мешка камней. Они привлекли мое внимание там, в ущелье и в долине своей необычностью. Некоторые камни, как бы залиты лавой, и их формы своим совершенством похожи на искусственные поделки. Лава серо-желтого цвета, а камни из нее выглядывают и торчат яркие цветные. Сияют в моих находках и темнокрасные, и яркозеленые камни сарафанной яшмы, и агаты. Из некоторых заливок камни выпали и образовали лавовые чаши, в которые я наложил мелких ярких камушков. Весь вечер под недоуменные взгляды и вопросы соседей - Зачем вам это?- я мыл эти камни. Потом разложил их у себя в комнате горками, добавил в украшение еще и гильзы. Половину камней (немытых) зарезервировал для подарка Валентину Герасименко. Приедет из отпуска, пусть порадуется или посмеется.


10.10.1980. Выходной день. В 7.45 мы должны были вместе с генералами Корсуном В.С. и Егоровым А.А. быть в штабе. Но планы изменились и появилась возможность и время подготовиться к новому циклу занятий в Училище. На следующую неделю запланирована полная учебная нагрузка. Надо продумать, как все задачи объяснить сначала переводчику, который не имеет специального образования, а потом образно донести крупицы знания до аудитории, которая, как правило, имела условно среднее образование.


11.10.1980. В штаб на совещание прибыли представители всех гарнизонов. Но в Кандагаре шифровка, отправленная по сухопутным каналам связи, до полковника Иванцова не была доведена, поэтому поручение генерала Шапошникова А.М. он не выполнил. Я на совещании не присутствовал, отпустили проводить занятия в Училище. Занятия прошли нормально, переводчик Джума Катаханов переводит прекрасно, передает курсантам не только содержание, но и эмоции, сам заражается энтузиазмом. В 15.00 вызвали в штаб, ожидается выступление двух видных политических фигур Афганистана: Зирая и Нур Ахмад Нура. Встретили их торжественно, они ознакомили командование ВВС и ПВО ДРА, офицерский состав и советников с политической ситуацией и планами Народно-демократической партии.


12.10.1980. Работа в Училище по 6 часов каждый день. Просмотрел конспекты у курсантов и похвалил их, а они в ответ сказали, что это потому, что им хорошо и интересно читают дисциплину. "Кукушка хвалит петуха...".

Николай Васильевич вернулся из отпуска с женой Ольгой Ивановной. Увидев мою бороду, он сказал: "Сбривай бороду скорей! Ты в бороде выглядишь старше своего тестя".

Они в Москве встречались с Константином Ананьевичем, у которого шикарная окладистая борода, которая сделала его лицо привлекательным и неповторимым и на которую все обращают внимание. Они рассказывали, что Константин Ананьевич, когда провожал их, даже в закрывающуюся дверь троллейбуса повторял напутствие, чтобы я не соглашался оставаться в Афганистане на третий год. А я и не собираюсь. Я уже в мыслях рвусь домой и добровольно не задержусь здесь ни на день, ни на час.


13.10.1980. Очередные 6 часов в Училище. В перерыве подошел ко мне начальник кафедры РЭО Саид Мубарак Шах с обидой на свое руководство. В ДРА введены государственные награды, до этого ничего не было. В списки награжденных представители некоторых кафедр, в том числе и РЭО, не попали. Я попросил его принести список лиц, представленных к наградам. Он с готовностью и быстро это сделал. В списке 10 офицеров и 8 курсантов и солдат. Советник начальника Училища, к сожалению, как и я, ничего не знал о начатом процессе награждения, но сделал вид, что ему что-то известно. Он стал спрашивать, кто мне дал такие сведения, но я, конечно, не назвал источник. Его предшественник не всегда корректно пользовался информацией и реакция на нее бумерангом отражалась на офицерах, которые потом во всем обвиняли советников. Мы с ним затронули и другие кадровые вопросы и разошлись, "как в море танки". Удивительно, но мнения наши по всем обсуждаемым вопросам не совпадают. Мужик он хороший, но после деловых разговоров с ним остается очень неприятный осадок и я стараюсь избегать решения с ним любых вопросов.


14.10.1980. После 6 часов занятий в Училище мне поставлена задача срочно подготовить предложения (просьбы) от руководства ВВС и ПВО Афганистана Министру обороны СССР, которые могут быть использованы в ходе визита Бабрака Кармаля в СССР. Времени для детального анализа и обдумывания нет. Сформулировали такие просьбы: увеличить поставку КВ радиостанций Р-140М с 15 до 30 штук для развертывания сети связи ВВС и ПВО, поставить аппаратуру закрытой связи в комплекте с радиостанциями Р-140М, поставить 10 авиационных командно-штабных машин (АКШМ) и радиостанции Р-869 для обеспечения работы групп боевого управления (ГБУ), поставить 4 автоматических телефонных коммутатора на 214 номеров, направить ремонтные бригады с материалами и инструментами для капитального ремонта КВ радиостанций Р-118БМ и Р-820, рассмотреть вопрос о возможности развертывания в Афганистане системы спутниковой связи ВВС и ПВО. На докладе у Главкома ВВС и ПВО генерала Назар Мамада все пункты предложений поддержали, особенно вопрос о спутниковой связи, который исходил непосредственно от него. Докладывал на языке дари майор Али, переводил на русский язык Владимир Румянцев. Он не только переводил, но и комментировал каждый из вопросов. Пришлось остановить его комментарии и все пояснения давать мне самому.


15.10.1980 После полного дня занятий в Училище опять необходимо в штаб. Сегодня день отлета Бабрака Кармаля в СССР. Точное время вылета не афишируется, но с утра движение в районе аэропорта перекрыто полицией и толпами провожающих. Улетел он в 15.40 с плановой ночевкой в Ташкенте.

Сегодня сухопутчики подбросили мне большой подарок: привезли 12 гильз разного калибра от артиллерийских снарядов от самых больших до самых маленьких. Я их отчищу, отдраю и будет еще одно украшение моего жилища. Сосед искренне удивился: "Зачем тебе все это? Домой ведь не возьмешь". Действительно, домой все это не возьму, но сегодня искренне обрадовался, расставил их в рядок в комнате и любуюсь.


16.10.1980 Очередные 6 часов работы в Училище, а потом штаб. Встретился с летчиками советского ретранслятора (Ан-26 РТ N10). Организовал для них поездку по городу Кабулу, в качестве сопровождающего и гида с ними поехал майор Али. Вернулась вся группа большими друзьями. Али угощал всех плодами гранатового дерева, которые ему теща прислала из Кандагара, а летчики щедро угостили его спиртом...

Решением руководства прекращены очередные отпуска. Кто не успел, тот опоздал. Под этот шлагбаум из наших коллег попали Новиков А.П., Полурез Н.И. и Попейко А.А. Больше всех обидно Попейкам, они должны были убывать следующим рейсом. Полурезу повезло - он хотел писать рапорт, чтобы ему отпуск отменили, а теперь все решилось само собой. Ну а Новикову Нину Ивановну больше всего волнует вопрос, это только в нашем ведомстве или и другим введены такие же ограничения.


17.10.1980. Выходной день. Редкий "луч света в темном царстве" - спортивные соревнования. Советник по спорту Лев Васильевич хватается за голову - не хватает людей ни в мужскую, ни в женскую волейбольные команды. Пришлось мне бежать за кедами и спортивной формой. Но пока я бегал, нашли выход и сделали "подставу": в мужскую команду советников добавили солдат с узла связи. Так что в состав команды вошли только мои кеды. А за женщинами съездили в советский полк. На игру опоздали, начали без разминки. Женщины проиграли, мужчины выиграли убедительно. После обеда на футбол не поехал.

Вторая половина дня ушла на хозработы: стирал, убирал. Из снарядных ящиков и упаковки для взрывателей соорудил себе вторую полку под книги и всякие другие мелочи, в том числе и под начищенные гильзы. И, наконец, я совершил очень важный ритуал - сбрил свою бороду и усы. Делал это, забавляясь, фиксируя каждый этап: сначала сбрил баки, оставив французскую бородку, затем сбрил бороду совсем, оставив вислые запорожские усы, и, наконец, совсем сбрил усы. Смотреть на себя в зеркало стало непривычно: лицо уменьшилось и сократился подбородок.

Можно отметить и еще один личный знаменательный день - десятилетие безалкагольного бытия. Сколько по этому поводу шуток! Говорят, что этот пример приводят в Афганистане в качестве небылицы: Советник в авиации не пьет. Такого не может быть!


18.10.1980 Генерал Шапошников А.М. выразил неудовлетворение по поводу несвоевременных докладов старших авиационных гарнизонов. Разобрался в причинах задержки информации по закрытым каналам связи. Дело в том, что система связи с закрытыми каналами принадлежит сухопутчикам и ВВС не дается никакого приоритета. Сообщения откладываются и передаются только после того, как заканчивается передача всей информации старших советников гарнизона. После приема в Кабуле ретрансляция на нашу точку тоже задерживается, т.к. в первую очередь должна быть передана информация в подчиненные сухопутные штабы. При такой системе гарантировать своевременные доклады по линии ВВС никто не может. Для ускорения прохождения сообщений предложил включать данные по авиации в доклады старших сухопутных советников. Тогда они будут приходить одновременно. А уведомления о сдаче сообщений в шифроорганы передавать по открытым телеграфным канал связи ВВС. Для оформления и подготовки предложений и их согласования ездил в Министерство обороны. Министерство хорошо охраняется, но в окрестностях зеленого оазиса каждую ночь стреляют и взрываются выставленные охраной сигнальные мины. Охрана для профилактики ночью простреливала кусты и утром обнаруживала трупы. Вход на узел связи вымощен полудрагоценными камнями.

Вечером, наконец-то встретился с Атикуллой, еще одним нашим киевским учеником. Атикулла рассказывал о своей жизни, о том, что строит дом, который обойдется ему тысяч в 200 афганей, а старый дом он оставит сыну, которому сейчас 15 лет. К предстоящему празднику жертвоприношения он приготовил бычка. Что с ним будут делать? Одну треть отдадут беднякам, одну треть - родне и оставшуюся треть съедят сами. Он сейчас возглавляет Высшие офицерские курсы, предложил обращаться к нему по любым вопросам, готов помогать в преодолении деловых и бытовых препятствий. Как летчик летчику, летавшему на Миг-17, он передавал привет папе, с которым я их заочно знакомил на занятиях в Киеве. Так что здесь я еще не встретил неблагодарных учеников.


19.10.1980. У афганцев праздник жертвоприношения. Всех "неверных" просят быть особенно осторожными. Кругом блеют овечки, чьи часы уже сочтены. На работе вопросы следуют один за другим. В Училище с итогового семинара вызвали сразу в два ведомства - в аппарат Главного военного советника с годовым отчетом к полковнику Федорову и в штаб ВВС и ПВО для обоснования генералу Патлатову заявки на средства связи и управления, необходимые для развертывания системы связи ВВС, с которыми Бабрак Кармаль полетел в СССР. После обеда генерал Корсун В.С. провел совещание по планированию боевых действий на 20.10.80. Основные задачи: нанесение самостоятельного авиационного удара парой вертолетов Ми-25 по цели, которую укажет наводчик. Затем в течение дня необходимо обеспечивать прикрытие боевого порядка 15 механизированной бригады. Бригада двумя группами охватывает населенные пункты, а возможный путь отхода противника в горы перекрывает авиация. Если в отходящих группах будут женщины и дети огня не открывать. Уточнили вопросы управления и связи, взаимодействия с сухопутными войсками. Главком по моей просьбе дал параллельные указания исполняющему обязанности начальника войск связи майору Али. Уже собрались ехать домой, когда пришла вводная: самостоятельный авиационный удар отменить из-за наличия в районе цели советских войск, и сопровождать действия 15 бригады вертолетами нельзя, т.к. блокирование путей отхода противника будут осуществлять советские войска.


20.10.1980 Утром получили разъяснения, связанные с отменой задачи. Самостоятельный авиационный удар планировался по цели в населенном пункте Исмаилхейль. Это восточнее населенного пункта Бабакашхар, в направлении которого действует 15 бригада (25 км северо-восточнее Кабула). По данным разведки в Исмаилхейле размещался исламский комитет, и там душманы удерживали пленного солдата. Советские войска приняли решение на захват этого комитета и освобождение солдата. Отменив самостоятельный авиационный удар, генерал Корсун В.С. все-таки добился разрешения на прикрытие войск 15 бригады, барражирование пары вертолетов Ми-25 без применения оружия.

После обеда поехал с докладом и отчетом в аппарат ГВС к полковнику Федорову. Оказалось, что он сдает дела, и все вопросы решились очень быстро. Его сменщик, очень приветливый полноватый советник представился и выразил уверенность, что наша совместная работа будет плодотворной. Удачная ситуация - не пришлось оправдываться за задержку отчета.


21.10.1980 Командование коллектива советников информирует о мероприятиях на ближайшие дни и обращает внимание на особый режим, связанный с отсутствием в стране основных фигур политического руководства, которые убыли в составе делегации ДРА в СССР до 25.10.80; начало нового учебного года в ВУЗах страны 23.10.80; в этот же день 23.10.80 пойдет большая болгарская автоколонна по маршруту Газни-Кандагар, необходимо прикрыть с воздуха ее движение; 25.10.80 начинается большая операция в районе Кандагара, готовятся десанты для изоляции района боевых действий; 29.10. состоится совещание советников.

По данным разведки обнаружено два центра подготовки противника: в районе Меймене и на территории, контролируемой племенами джадран.

Прибыл новый советник при штабе ВВС и ПВО ДРА генерал-майор Малахов Николай Васильевич, 10.09.1924 г. рождения, 1945 - Ворошиловградское училище, 1959 - Академия Монино, с 1973 - начальник штаба ВВС ТуркВО, трое детей. Попросил разъяснить ему схемы связи, правила пользования ими и особенности сбора данных.

После совещания вместе с советником начальника Политотдела ВВС и ПВО полковником Улезько В.Д. улетели в Баграм для решения вопросов взаимодействия с советской авиацией. Воспользовались возможностью и подготовили в местной, очень хорошей фотолаборатории материалы и фотографии о встрече с космонавтом Климуком.


22.10.1980 На работе, воспользовавшись отсутствием срочных указаний, поговорили с советником главного инженера ВВС полковником Сальниковым Н.Я., о его планах и перспективах в перемещении по службе. Для него было бы хорошо к лету будущего года вернуться в Союз, но для этого уже сейчас необходимо действовать. Затем закончили с переводчиком подготовку материалов для следующего цикла занятий в Училище.


23.10.1980 В ВВС и ПВО начало нового учебного года. Все руководители и их советники разлетелись по авиационным полкам. Появилась возможность продолжить спокойную работу по подготовке и оформлению предложений для подсоветных офицеров и учебных пособий для курсантов. Поздно вечером переводчик Джума Катахонов передал вызов - прибыть в аппарат ГВС для дальнейшей работы с генералом Патлатовым по предложениям ВВС и ПВО ДРА к министру обороны СССР. Необходимо было объяснить где и в каких гарнизонах располагаются и как используются технические средства, имеющиеся на вооружении ВВС ДРА. Данные по всем вопросам у меня были.


24.10.1980 Дежурство по штабу ВВС и ПВО. Дежурим вместе с переводчиком младшим лейтенантом Сашей Малышевым, который прошел ускоренные годичные курсы в ВИИЯ День выходной, пятница, но в комнате дежурного толпы должностных лиц. Все суетятся, суетятся. Дело в том, что должна возвращаться делегация правительства ДРА из СССР, но никто не знает ни о времени ее вылета, ни о времени ее прилета. Запрашивали, запрашивали, ответов не было до самого обеда. Все разъехались, а потом к 16.00 опять приехали. Текущая работа была спланирована нормально, поэтому никаких корректив не последовало. До конца дня делегация так и не прибыла.

Обидно, что на это дежурство я сам себя запланировал ошибочно. Когда составлял график, в календаре обводил кружочком выходные пятницы, в том числе и 23 октября, и вписал себя на следующий день. А оказалась пятница 24 октября. Поэтому пропустил соревнования в Посольстве и Политехе, а также именинные пироги у Кузьминых (был приглашен на день рождения сына Алеши, которому исполнилось 8 лет). Ночью, в тревожном многократно повторяющемся сне, несколько раз возвращался на Родину...


25.10.1980. По плану необходимо проводить занятия в Училище. Но с утра генерал Шапошников А.М. на совещании поставил задачу генералам Корсуну В.С. и Малахову Н.В. разобраться в системе Центра боевого управления (ЦБУ) 40-й армии, обосновать заказ авиационных командно-штабных машин, доклад и письменное обоснование представить к 12.00. А обращаясь ко мне сказал: "С тебя ответственности я не снимаю. Они оба новые советники, поработаешь вместе с ними". К 12.00 мы только выбрались в штаб 40-й армии, в бывший дворец Амина, а затем в министерстве обороны ДРА согласовали подготовленные документы. Только поздно вечером я привез их домой генералу Шапошникову А.М. Он прочитал и сказал: "Это то, что я хотел".

В хорошем настроении, хотя и самым последним и единственным советником, пришел на праздник к переводчикам. Все они из Таджикистана, в том числе и Джума Катахонов, узбек, которому в этот день праздновали 25-летие. Шурпа, плов, арбуз, фрукты, восточные сладости и тосты. Я придумал такой тост: "Когда стоишь на равнине, то любой холмик кажется большой высотой. А когда заберешься на большую гору, то этот холмик покажется мелочью. Так пусть в жизни Джума достигнет больших высот, с которых трудности сегодняшнего дня будут казаться мелочью".


26.10.1980 Авиационным факультетом Училища командует бывший начальник штаба ВВС полковник Хаджи Мамад. Он подошел ко мне и сказал: "Я сегодня заходил в Ваш кабинет, хотел забрать Ваш стол и стул, чтобы поставить к себе в кабинет". Я подумал, что ему понадобилась мебель для оборудования собственного кабинета и ответил без особого энтузиазма: "Забирайте, пожалуйста". Но оказалось, что он захотел поставить мой стол рядом со своим, чтобы оперативно, вместе решать задачи, которые поставлены перед ним. После занятий захожу к себе, а стола уже нет. Когда мы обсуждали с начальником кафедры майором Саид Мубарак Шахом, также выпускником из Киева, учебные задачи и материалы, пришел дежурный переводчик и сказал, что меня срочно вызывает генерал Шапошников А.М.

В штабе он разъяснил, что вчера авиационная группа в районе Хоста не выполнила задание, а потому завтра для руководства пойдет группа боевого управления (ГБУ), в составе которой командующий ВВС Мир Гаусуддин, его советник генерал Корсун В.С. и я. ГБУ идет на двух вертолетах Ми-8 из эскадрильи Белова, а потом подойдет пара советских вертолетов для целеуказания. Удар будут наносить две восьмерки самолетов МиГ-21 и Су-7. Подполковника Белова удалось найти в воздухе и связаться с ним. Он на подходе к аэродрому Кабул, вызвал из Баграма своего ведомого и пока мы у главкома обсуждали задачу и вопросы взаимодействия, пара вертолетов была уже в сборе. В 16.00 мы всей группой ушли на Хост. Я взял две радиостанции Р-809М2.

В Хосте, сразу после посадки, вызвали сухопутных командиров и их советников. Здесь, в Хосте, новый советник командира дивизии. В доме бывшего комдива - гостиница. Развернули карты и за непрекращающимся чаем согласовывали планы и вели далеко не праздные беседы.

- У каждого народа есть свой человек, такой, как у вас Ленин. У нас такой - Тараки.

- У нас в дивизии нет ни одного человека из партии Бабрака. Если бы вы не возражали, мы бы его и не пустили обратно в Афганистан совсем.

- Какому-то артисту в стране праздновали день рождения. А про Тараки не вспомнили и ничем не отметили.

- Вся дивизия, командиры и политработники, не только за Тараки, но и против Бабрака.

- Парчамовцы продолжают террор против свергнутых хальковцев. В Герате убито 250 хальковцев, в Кандагаре - 300. Есть много убитых и в других городах. Зачем они таким образом меняют соотношение сил?

- Командир полка Рузи распропагандировал полк и его подразделения отказались менять уставшие в боях батальоны. Сам Рузи богач и развратник. Его отозвали в корпус и он уехал в сопровождении десятка личной охраны и БТР. Кто таких назначает? Спросите, кто назначил этого министра обороны, начальника Главпура, командира центрального корпуса.

Командир дивизии, молодой человек с потухшими глазами, сказал: "Мне 34 года. Но я так устал, что я чувствую себя так, как будто мне 50. Но я буду работать до полной победы революции". Усталого комдива срочно вызвали с вечерней беседы, а его заместитель уехал спустя несколько минут, т.к. где-то рядом в зоне началась перестрелка.


27.10.1980. Ночевали мы за высоким забором в двухэтажном особняке. Этот дом был резиденцией предыдущего командира дивизии. А теперь новый комдив сделал из нее гостиницу для приема высоких гостей. На ночь нас хорошо покормили, а чай принесли в спальни, когда хозяева разошлись по своим делам, а мы приняли горизонтальное положение. Спал я на очередном новом месте с завидным спокойствием. Проснулся раньше моих спутников. Вообще-то по статусу я у них был спутником. Утром меня разбудил шум... птиц, настоящий птичий базар. Сюда, видимо, на зимовку слетелись перелетные пернатые с холодных северных краев и здесь их огромная концентрация. Но просыпаться от пения птиц - это огромное удовольствие! Это же не ревущие под окнами двигатели бронетехники или разрывы мин рядом со штабными палатками. Солнце вот-вот должно появиться из-за гор и мы в это время уже обязаны работать. Я с трудом растолкал своих соседей. Пока готовились остальные коллеги и готовился наш общий завтрак, я ходил по внутреннему дворику, усаженному цветущими розами. Передали, что в Москве 7-9 градусов мороза и снег, а здесь во дворе цветут прекрасные розы. На двухметровых колючих стрелах, как искусственные украшения, свисали гирлянды роз самых фантастичных расцветок. Больше всего мне понравились яркие алые розы. Я их и разглядывал со всех сторон, и обнюхивал, закрывая от удовольствия глаза. Афганский офицер, который наблюдал за всем этим, тихонько подошел ко мне и спросил: "Нравится? Бери. Хочешь, скажу аскару, сейчас нарежет ". "Нет, нет. Зачем такую красоту портить,"- пытался возразить я. "Ничего, еще вырастут. Здесь они никому не нужны. Вы уедете и здесь будет пусто,"- настаивал мой гид. В других обстоятельствах я бы позволил себя уговорить, а так, впереди предстояла серьезная работа и человек с цветами выглядел бы, по меньшей мере несуразно.

Советская пара вертолетов пришла точно в 6.30. Взлетели четверкой вертолетов в 7.00. Барражировали по районам, ждали обещанных МиГов и Сухих. Но их не было. Приняли решение на самостоятельные действия. Первой парой пошла советская, на второй советники. Душманы, как правило, обстреливали последний вертолет боевого порядка, чтобы другие вертолеты не видели, откуда ведется огонь. В этот раз с ведомого вертолета нашей пары на одной из высот заметили движение вооруженных людей и, зная из вечернего доклада комдива, что афганских войск на высотах нет, нанесли удар НУРСами по обнаруженной цели. Оттуда сразу полетели сигнальные ракеты всех цветов. Это подтверждало, что на земле не знают сигналов опознавания. Мы продолжили полет дальше, обеспечив безопасное возвращение. Нанесли удар по запланированной цели. Произвели посадку на аэродроме Хост. На командном пункте дивизии разобрались, что удар ракетами по высоте пришелся по своим, афганским войскам. Пятеро раненых. Дело в том, что командир полка по всем правилам движения в горах по пути следования боевых порядков подразделений занимал господствующие высоты, но утром не успел доложить об этом в штаб дивизии.

Из Кабула пришло подтверждение, что запланированных самолетов нет и не будет. Приняли решение на нанесение второго удара вертолетами. Командующий ВВС ДРА Мир Гаусуддин сам руководил подвеской бомб под советские вертолеты афганскими солдатами. Советские вертолеты сделали результативный заход по той же базе и ушли в Кабул.

Мы на обратном пути сели в расположение командного пункта афганского пехотного полка, по точке которого нанесли ошибочный удар. Советник командира полка Вадим Астратов страшно возмущался: "Зачем мне ваши вертолеты!? Зачем мне авиационная поддержка!? Мы здесь каждого солдата бережем, не было потерь до вашего удара". Это тот Вадим Астратов, у которого мы были в гостях в Хосте вместе с Валентином Герасименко. Эмоции эмоциями, но новую задачу в интересах полка уточнили и выполнили. Ударили ракетами по вершине, с которой душманы обстреливали войска, забрали раненых, которых потом переправили самолетом Ан-26 в госпиталь Кабула.

Израсходовав весь запасенный авиационный боекомплект, приготовились уходить в Кабул, но не успели - накрыл мощнейший град (естественный, природный). Ждали час, ждали два, генерал Корсун В.С. сказал: "Пусть Белов решает, лететь или не лететь". Белов решил: "Взлетаем. Подлетим к горе, посмотрим". Подлетели к горе, а там, за ней совсем хорошая погода. И быстренько, с хорошим настроением пошли домой. Земля после дождя везде красная, не желто-серая, которую мы видели на подлете сюда, а красная.

Временами мне кажется, что все это происходит не со мной, а что я смотрю большой многосерийный фильм.


28.10.1980 Сегодня должен прилететь из Союза Валентин Герасименко. Но погоды нет. В горах снег, в воздухе ливень, на земле грязи по колено. Накануне потерялся самолет МГА Ан-12, который вез из Болгарии ткани и обувь для афганской армии. Уже вышел на посадку над полосой. Его запросили: "Полосу видишь?". Он ответил: "Не вижу". Дали команду на разворот. Он ответил, что находится над приводом, и дальше связь пропала. Поиски начать не могут и сегодня - нет погоды.


29.10.1980 На небесах никаких просветов. Погоды нет, нет и нет. Запеленговали работу аварийной радиостанции с потерявшегося самолета Ан-12. Для этого использовали средства, специально присланные для поисковых работ из Союза, а также с афганских и советских вертолетов. Но в район точки предполагаемого падения самолета авиация пробиться не смогла. Все вершины в снегу и в тумане. Послали советское подразделение на БТРах. Они тоже к вершинам не пробились. У нас по-прежнему идет дождь.


30.10.1980 По-прежнему нет погоды. Под дождь хорошо спится, трудно просыпается. Сегодня день рождения Валентина Герасименко. Могли бы его хорошо отпраздновать, но он со своими гостинцами и запасами где-то в пути. В темных сыреющих аудиториях Училища продолжаются занятия.

В штабе группа специалистов, среди которых советник командира полка Петров В. и советник главного штурмана Яскевич А.Ф., пытаются определить по карте вероятное место падения самолета Ан-12. Уже прослушали запись радиообмена. Диспетчер дал команду снизиться до высоты 2900 м. А рядом вершина более 3500 м. Возможно, путаница произошла из-за того, что ошиблись в маяках, над которыми подали команду на маневр. Поиски из-за погоды еще не начались.


31.10.1980 Выходной день. Чуть-чуть открылись горы. Открылись только утром и оказались они белыми, поседевшими от перенесенных невзгод. Сразу загудело небо, но ненадолго. Я поехал в Посольство в надежде на продолжение спартакиады. В Посольстве продолжение соревнований или отменили или перенесли на 07.11. для оформления программы праздничных дней. Поехали в Кабульский политехнический институт. В КПИ большая группа преподавателей из Киева. Кирпенко Павел Федорович познакомил с земляками. За чашкой кофе обсудили вопросы, как установить более тесные связи между гражданскими и военными учебными заведениями в Афганистане, а также прямые связи между кабульскими и киевскими ВУЗами.

В клубе микрорайона была организована встреча с комсомольцами 30-х годов и концерт советского военного ансамбля, одетого в форму ВВС.

Вечером, наконец-то и вдруг, прилетел Валентин Герасименко. Он хотел задержаться с возвращением из отпуска на недельку. Дело это привычное и ни у кого не вызывало вопросов. Поэтому он заказывал себе билет на 5 ноября. Но в этот раз наш направленец из "десятки" Морозов рекомендовал ему не рисковать и он срочно досрочно вылетел из Риги в Москву, а оттуда в Кабул. В пути ему не повезло: двое суток просидели в Ташкенте, там, в аэропорту он и отметил вчера свой день рождения. Привез много новостей из Луганска и Москвы. В Москве ему сообщили, что принято решение по нашему ходатайству о введении новой должности в руководстве Училища - советника заместителя начальника Училища - начальника учебного отдела. Поскольку структура и учебный процесс в Училище в условиях боевой обстановки стабилизировались, мы подготовили предложения по персональному составу советников начальника Училища и его заместителя. Но предыдущее руководство, которое подписывало предложения, уже сменилось, прошло столько времени, что и мы перестали ждать позитивного решения. Но в Москве не забыли, только процесс прохождения решения оказался очень длительным.

Получил сразу 18 писем. Это рекорд! Сколько радости в каждом из них! Письма пришли с большим диапазоном дат от 04.10 до 15.10. Я разложил письма по датам на почтовом штемпеле и первыми стал читать по порядку письма из дома.


На фотографиях:


01 - 02 - Под Кабулом советники 7-й пд Полоян, Иванов, переводчик и Аблазов .

03 - Айнак: над медными рудниками.

04 - Афганский кишлак.

05 - 06 - КП 7-й пд.

07 - 09 - У вертолета: в зеленке Банде-Гази, Иванов, Аблазов.

10 - 12 - Караваны кочевников: как стаи птиц, потянулись на юг, Мир Гаусуддин, Аблазов.

13 - 15 - Пленные моджахеды. Аблазов.

16 - Готовы к перебазированию: Иванов, Спасский.

17 - 24 - Десантники и советники: десантники из подразделения Червонопиского, советники Корсун, Аблазов, командующий Мир Гаусуддин.

25 - 26 - На КП ВВС: Аблазов, Али.

27 - 31 - Прощанье с бородой: 27 бородачи в Посольстве, 28-29 бородачи в Училище, 30-31 бородач на крыше дома. Полисадов, Бурмакин, Аблазов, Шах Махмуд.

32 - 45 - Хост: 32-35 заряжаем блоки НУРС, 36 пьем чай, Белов, Аблазов, 37-39 подвешиваем бомбы, Мир Гаусуддин, 40 пьем чай всем составом, 41-43 нелегкий разговор, Астратов, Корсун, Мир Гаусуддин, Аблазов, 44 пилот Ми-8, 45 над горами в облаках.