# Прощай, Андрей!

Вячеслав Игоревич Абрамов

В этом месте никогда не бывает веселья. Это место отводится для других эмоций. Оно пропитано скорбью и печалью. Здесь думается о том, что рано или поздно мы все покинем этот мир.


Мир, в котором суетятся жизненные планы, присутствуют радости и надежды, вдохновение и азарт. И вместе с ними существуют крах несбывшегося, горе, лишения и болезни.


Скоропостижно скончался - значит, вмиг оборвалась струна, вибрировавшая желаниями, устремлениями, мыслями о будущем. Исходя из наших представлений о жизни и смерти, это несправедливо, подло и коварно.


Такой неожиданный удар приносит больше горя и страданий родным и близким. Но мучиться и взирать на приближение конца в боли, болезни и немощи - это неимоверное страдание для уходящего человека. Раз за разом искать надежду и потом её терять.


Всё неопределённо и относительно в этом мире, где даже смерть бывает кому-то как награда, а кому-то как тяжкий крест.


Жизнь не даётся для лёгкости и радости. И у него она была тяжкой и непростой. Приобретения доставались поздно, а потери близких приходили рано. Сердце не вытянуло, сдалось.


Широкая аллея, ступени наверх, к траурным залам крематория. Наверное, в том, что места траура возвышаются над землёй, есть свой смысл. Такие церемонии приподнимают над повседневностью, заставляют на время остановиться в своём беге, задуматься.


В зале ожидания - ничего лишнего, всё серо, строго и безжизненно. В этом пространстве чувствуешь себя, как в бетонном бункере.


Сам траурный зал выходит окнами на площадку с деревьями, газонами и клумбами цветов. Он подобен порталу между миром яви и миром теней. Здесь ощущается контраст между жизнью и смертью.


Посреди зала стоит открытый гроб с телом покойного, крышка - рядом на постаменте пониже, на крышке - офицерская фуражка. На красной подушке пред гробом - медали.


Начинается гражданская панихида.

- Скоропостижно покинул этот мир... Военно-морской офицер, капитан второго ранга... Всю свою жизнь посвятил России и её Военно-морскому флоту... Лауреат Ленинской премии... Замечательный человек, отзывчивый товарищ, хороший семьянин...

- Кто хочет сказать прощальное слово? - вопрос ведущей траурной церемонии повисает в паузе, он оказался неожиданным для погружённых в печальные мысли людей. Трудно быстро вернуться в обдумывание того, что и как сказать. Никто специально не готовился, нужно находить нужные слова.


Собравшись с мыслями, выступил коллега по работе из конструкторского бюро "Алмаз":

- Грамотный и опытный специалист, открытый и отзывчивый человек, надёжный товарищ... Разделяем горе... Пусть земля ему будет пухом...


Вышел однокашник по училищу:

- Неожиданная и тяжёлая потеря... Мы начинали вместе службу и жизнь была ещё впереди... Скорбим и будем помнить...


Мне, такому же однокашнику, он вспоминается только молодым. У нас были общие заботы и общее будущее, связанное с Военно-морским флотом. После училища мы виделись всего один раз на встрече выпускников. Но такие встречи выделяются тем, что на них мы возвращаемся в свою молодость.


Теперь многое общее уже позади, а для него - уже всё позади.


Но позади - это прошлое. Есть настоящее. В настоящем остались его дела, воплощённые в дела мысли, его проекты. Его дочь, его дом, хранящий его незримое присутствие.


Из настоящего вытекает будущее. В будущем будет память о нём, память родных и друзей. Память будет жить, пока они живы. Память будет передаваться другим, если оставшиеся живыми не дадут ей раствориться в повседневности и мелочности земных забот.


Тело умерло, но осталась душа. Душа жива тем, что человек сделал для других. Тем, что он отдал Родине, родным и близким, всем людям.


Вышел священник. Церковная панихида - это прощание со всем мирским и проводы в царство Господа.


С подачи из строго атеистических времён к похоронным словам прилепилась фраза "Пусть земля ему будет пухом". Эта фраза - не для тех, у кого есть душа. Пусть душа его упокоится по земным делам и будет принята в высшие обители, и пребывает там, и сольётся с общей душою, которая есть Творец наш. Для земли остаётся только тело, или урна с прахом. Из праха земного вышло, в прах ушло. "Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?" - когда-то восторжествовал апостол Павел.


Священник спокойно и привычно делает своё дело. Отпевает. Молитвы, кадило, православный крест - они не сами по себе. Они воспринимаются не буднично, а как необходимые действия для приобщения души к иному, неявленному нам миру. Для связи души с другими душами, как ходящими под Господом, так уже у Него пребывающими.


Теперь уже можно прощаться с телом. Подходят все присутствующие, гроб заполняется цветами. Наступает самый тяжелый момент. Закрывают крышку. Ещё раз звучат слова ведущей о земном пути покойного. Формальные слова. Не прозвучит уже, как он любил, к чему стремился, над чем кропотливо работал, от чего страдал и в чём каялся.


Под звуки гимна гроб опускается вниз в открывшийся люк. Три залпа оружейного прощального салюта.


Церемония окончена. Церемония после смерти, которая сама приходит без церемоний. Жизнь продолжается и церемония была нужна для того, чтобы жизнь продолжать как ни в чём не бывало. В этой жизни осталась память. Память - это то, что связывает наши души.


Память мозга заканчивается, растворяется вместе с работой мозга. Память души остаётся и аккумулируется вечной душой.