# Фартовый

Игорь Михайлович Афанасьев

"Праведники в руке Божией, и не коснётся их мука".

Мы очень любим нашего героического родственника Васильева Василия Васильевича.

Он начал войну краснофлотцем балтийского флота под Таллинном, и закончил старшиной 2 статьи под Кёнигсбергом, который брал с боем. Вот одна из историй его боевой биографии.


В конце августа 1941 года немцы оккупировали Таллинн и обложили выход в море минными полями. Они наглухо заперли на рейде большую эскадру кораблей балтийского флота, которая готовилась к отчаянному прорыву. Немцы злорадно обещали уничтожить её полностью.

Пехота, оборонявшая город, не могла сдерживать натиск фашистской армии, и из корабельной команды был сформирован батальон морской пехоты. Молодой краснофлотец Василий был пулемётчиком в его составе.


28 августа их батальон сняли с передовой и отправили в Таллинн, где они погрузились на транспорт "Иван Папанин". На это же судно погрузили авиачасть вместе с топливозаправщиками, залитыми под "завязку".


Ближе к вечеру, в 17 часов они вышли в море в составе большой эскадры во главе с крейсером "Киров" на борту, которого был золотой запас и правительство Эстонии. Впереди шли тральщики, и тралами подрезали тросы мин, которыми они крепились ко дну. Всплывшие мины плавали между проходящих кораблей. Некоторые из них наскакивали на борт и, взрываясь, наносили серьёзные повреждения. Немецкая артиллерия обстреливала уходившую эскадру с островов, а корабельные пушки отвечали им, делая их огонь малоэффективным. В море поднималось волнение, и к 22-00 эскадра встала на якорь, потому что в её составе не было ночных тральщиков.


На следующее утро выяснилось, что они остановились на самой кромке минного поля. Если бы они поняли это вечером, то не стали на якоря, а шли всю ночь и прошли бы самый опасный участок.


С утра эскадра двинулась вперёд.


В 10 часов налетела вражеская авиация, которая терзала корабли весь день. Одним из первых разбомбили плавучий госпиталь. Потом один корабль, уклоняясь от авиаудара, вышел из разминированного прохода и подорвался. Корабли огрызались яростным огнём на атаки самолётов, но эскадра неумолимо теряла эсминцы, сторожевики, тральщики, грузовые транспорты. Несколько кораблей приняли на себя торпеды, предназначенные для головного крейсера "Киров". Настоящая мясорубка, переламывающая суда и человеческие жизни.


В разгар боя в трюм, где располагался их батальон, вбежал комбат и скомандовал: "Пулемётчики, подняться на верхнюю палубу!!! ". Краснофлотец Василий сразу же побежал наверх. Матросы открыли огонь по пикирующим самолётам. Василий держал пулемёт за сошки над головой, а командир вёл огонь по вражеским бомбардировщикам. Транспорт маневрировал уклоняясь от бомб, и они взрывались вдоль борта, обдавая матросов морской водой. Вот одна из бомб попала в корму и лишила судно возможности двигаться. Потом Василий увидел, как у пикирующего бомбардировщика отсоединилась бомба и упала прямо в корабельные надстройки. Она пробила палубы и взорвалась в трюме, разорвав транспорт пополам. Тут же вспыхнуло огромное яркое пламя, это взорвались топливозаправщики, а значит все, находящиеся в трюме, в это мгновение погибли.


Взрывной волной его выбросило в море.


В холодной воде он пришёл в себя и стал отплывать, от тонущего и объятого пламенем, корабля. Вскоре Василий нашёл кусок доски, за который можно держаться. Когда он пробовал лечь на нее, то доска начинала тонуть. Положение было отчаянное, потому что по воде, в которой барахтались люди, растекалось нефтяное пятно. Оно могло загореться в любой момент.


Остальные корабли шли отчаянно в прорыв, неостанавливаясь. Они проходили мимо спасшихся людей, не сбавляя хода. Неожиданно с одного корабля капитан заметил отчаянно барахтавшегося матроса, и пожалел его, как родного сына. Рискуя, корабль сбавил ход и с борта бросили трал, за который зацепился Василий. Его подняли на борт, а корабль тут же дал "полный вперёд". Из погибшего транспорта спасли только его.


В это время (это был следующий день после Успения Богородицы), в далёкой родной Псковщине, его мать Александра работала в поле. Неожиданно невыносимая печаль о сыне пронзила её сердце. Она оставила работу и побежала в дом. Бросилась на колени и горячо, со слезами молилась перед иконой пресвятой Богородицы, чтобы та помиловала её сына.

Молитва её была услышана и исполнена.

До войны Александра собирала иконы, которые богохульники выбрасывали из закрывающихся церквей, и хранила у себя дома.


За два дня перехода эскадры погибло 59 кораблей и около 15 тысяч бойцов. До Кронштадта дошли 112 кораблей и 32 транспорта и вспомогательных судов.


Василий Васильевич живет до сих пор, участвуя в ветеранском движении, вопреки плохому здоровью. Долгие годы он борется с тяжёлыми болезнями, каждая из которых могла бы сломать человека. Когда спрашивают его о секрете долголетия, то он, улыбаясь, отвечает: "Не злись, и не завидуй!".

Его мать Александра умерла в Пасху, на 100 году жизни при полной памяти.

Светлые, святые люди.