# Пьянство в Сибири и День трезвости: кто кого?

Александр Викторович Агалаков

111 лет исполнилось празднику, который сначала горячо поддерживался, в основном священнослужителями, затем в советское время о нем мало кто вспоминал, зато сейчас это требование - трезвого образа жизни поддерживается всеми: правительством, церковью, медиками и женами из тех семей, где муж позволяет себе расслабиться не в меру.

Дореволюционный плакат ко Дню трезвости с наглядным обличением пьянства и связанных с ним пороков


11 сентября исполнилось 111 лет празднику - Всероссийскому Дню трезвости, утвержденному решением Святейшего синода Русской церкви в 1914 году. Своим постановлением священники попали в самую точку, поскольку Первая мировая война шла вовсю, и народ заливал горе крепкими напитками. Церковники присовокупили праздник к памятной дате, посвященной Усекновению главы святого Пророка Иоанна Предтечи. История известная: в дохристианские времена пророк порицал греховное поведение царицы Иродиады, и та, в мстительных целях, на царской пьянке подговорила свою дочь Саломею, танец которой очень понравился Ироду, попросить голову святого. Святого казнили - так возник великий церковный праздник, который как бы осуждал принятие решений на нетрезвую голову. В этот день православные люди постятся по строгим правилам, исключающим употребление спиртного.


Икона "Иоанн Креститель - Ангел Пустыни". На ней изображен Иоанн Креститель с крыльями за спиной (крылья - как символ равноангельского жития). Иоанн Креститель направляет взгляд зрителя на чашу со своей усекновенной главой


Однако безумную пьяную вольницу, прокатившуюся по России и Сибири, особенно с началом Гражданской войны, синодальное решение не остановило. Да и что это такое - один день трезвости в веренице грандиозных событий, когда расстреливают царскую семью, бушуют красный и белый терроры, свирепствуют эпидемии, а брат убивает брата? Трезвое поведение граждан надолго легло "под спуд", говоря церковным языком, или - самоликвидировалось без надежды на возрождение.


Безумный день в вытрезвителе Колчака


И пяти лет не прошло со дня первого Дня трезвости, как яркими эпизодами расцвело пьянство в Сибири, особенно при Верховном правителе Российского государства, войска которого откатывались на восток. Особо тревожная картина сложилась в Ново-Николаевске в августе 1919 года. Чуя свержение режима "белых", население пустилось заливать грядущее горе всем, что горит. Военные и гражданские крали всё, что было пригодно для употребления внутрь - от домашней браги и самогона до медицинского спирта, который тогда использовали как топливо для автомобилей. Особо крупно (бочками) воровали авиатопливо, на 100 процентов состоящее из этилового спирта.

Видя такое дело, министр внутренних дел колчаковского правительства Виктор Пепеляев обратился к интеллигенции и духовенству всех конфессий с просьбой прийти на помощь для вразумления пьющих граждан. Отклик получил поддержку. В участки стали приходить учителя гимназий, профессора, священники, чтобы вести беседы с отчаявшимся контингентом. Отмечено, что нетрезвые менее всего боялись упоминаний о Божьей каре, а вот научные термины (типа "делириум тременс" - "белая горячка") оказывали на пьющих людей пугающее действие.

Однако в историю борьбы с пьянством при колчаковском режиме вошел день - 7 августа 1919 года, когда в один новониколаевский участок было доставлено рекордное число пьяных - 58 человек. Одних доставленных в указанный день с одинаковой фамилией набралось несколько штук. Причем не родственников, а однофамильцев!

Согласно архивным изысканиям историка Сергея Слугина, первый из доставленных И.В.Жуков получил 3 месяца тюрьмы с учетом того, что только за появление на улице в нетрезвом виде следовал штраф в размере 50 рублей, а повторное нарушение антиалкогольного законодательства влекло изъятие в доход казны 100 рублей. Но этот правонарушитель к тому же прятал от призыва в армию (а фронт был близко) своего сына, поэтому и попал за решетку. Вторым и третьим оказались И.Г. и А.Т.Жуковы, которые вели себя смирно и отделались минимальными штрафами. Ближе к вечеру в участке нарисовался "совсем трезвый" Н.Е.Жуков, который пытался уверить стражей порядка, что "скушал всего одну бутылку и совсем как раз не пьян". В доказательство своей правоты доставленный стал плясать, сотрясая пол и стены участка. Хореографический номер вприсядку с дребезжанием стекол в окошках и подпрыгиванием графина на столе милиционеры остановили, оштрафовав Жукова на 100 рублей, поскольку это был уже второй привод загулявшего танцора. После череды задержанных с другими фамилиями постовые привели ещё одного Жукова с инициалами О.Л., который помимо нетрезвого состояния имел на квартире незарегистрированного квартиранта, за что был оштрафован по максимуму.


Дьявол соблазняет, душа очередного Жукова принимает (на грудь), ангел скорбит


Надо сказать, что нетрезвых, но держащихся на ногах граждан после взимания штрафа отпускали, особенно когда прикрепленный лектор, попугав аудиторию медицинскими терминами, соглашался проводить подопечного до дома. А если денег у пьяного не было - его оставляли для полного вытрезвления до утра с последующим приглашением родственников, которые могли внести плату. Таким лыка не вяжущим оказался мужичок, приведенный в участок под полночь. Его устроили на нары, а утром растолкали, чтобы справиться об анкетных данных. Каково же было удивление милицейского надзирателя Десятина, когда разбуженный обвел мутным оком помещение, задумался и представился крестьянином Уфимской губернии... Жуковым Анисимом Федоровичем! Шестым по счету! После немой сцены обладатель популярной фамилии был изгнан на привокзальную площадь под гневные крики надзирателя, использовавшего ненормативную лексику. А в то время услышать бранное слово от милиционера можно было, включив лишь очень большое воображение.


"Японский шпион" всех перепил


В советское время церковь была в загоне, поэтому о церковном Дне трезвости никто не вспоминал. Зато на "пьяной почве" возникали разные дела - например, о шпионаже! Дело о шпионе стало возможным потому, что 8 августа 1936 года руководящие работники города Бийска получили сильно встревожившее их сообщение, из коего следовало, что японский консул, чья резиденция находилась в краевом центре - Новосибирске, совершает с супругой вояж на пароходе вверх по Оби и намерен побывать в Бийске. Из Новосибирска краевые власти пристально следили за ходом событий.

Какие должны быть предприняты меры? Этот вопрос взволновал первых лиц алтайского городка. Власти решили: раз японец заявляется в Бийск как частное лицо, то его можно с помпой не встречать. Но на всякий случай высокому гостю заказали номер в портовой гостинице. И, на другой всякий случай, подготовили к спецобслуживанию речной ресторан.

Новосибирский историк Владимир Познанский разыскал документ, в котором отмечено: "Пароход в Бийск пришел ночью. Так как консула на пристани никто не встретил, он остался ночевать на пароходе". Но утром следующего дня пароход отправился в обратный рейс, а чета смущённых японцев определилась в забронированный для неё гостиничный номер. В благодарность за заботу японцы пригласили городские власти на завтрак. Встреча с застольем прошла вполне благополучно, о чем сообщили в Новосибирск. Затем консул посетил несколько предприятий местной промышленности, которые не имели отношение к оборонным отраслям, поэтому в осмотре криминала не нашли. В Новосибирске тоже поначалу посчитали, что всё хорошо.

Переполох вызвало присланное на имя краевого прокурора Островского письмо старшего народного судьи Бийска Метелкина, который с позиции горячего патриота живописал дальнейшие события:

"13 августа ответный банкет организовал Председатель Горсовета. На этот банкет явился нарсудья т. Моисеенко, которого Предгорсовета вынужден был представить официально японскому консулу Каянага. Но так как Моисеенко пришел в рабочем костюме, на что ему было сделано замечание, последний сходил домой, надел тройку и вновь явился, и так как пришел в другом костюме, то вторично был представлен Каянага".


В то время, когда официальные плакаты звали на борьбу с пьянством, партийные официальные лица этим пьянством вовсю занимались


"В результате ответного банкета в речном ресторане все присутствующие дошли до такого состояния, дорвавшись до бесплатного вина - и в большом количестве, и разного сорта, что некоторые потеряли не только достоинство члена партии, должностного лица и вообще человека, а даже развезли контрреволюционную агитацию, дискредитацию партии и правительства в разговорах с консулом (а по существу японским ШПИОНОМ) и с его женой КАЯНАГА. (Крупным шрифтом адресант выделил значимые слова. - Авт.) Как, например, зам. пред. РИКа Сальников в разговорах с ним сказал: "Мы жили на суше, но вот нашелся чудак Сталин, нарыл каналов Москва-Волга, и мы тоже стали жить на островах". (За такое анекдотичное высказывание минимум следовал расстрел! - Авт.) Дальше, на предложение Каянага: "Если кто хочет съездить в Японию, я могу дать разрешение", тот же Сальников отвечает: "Нам отпусков не дают", обнимался с ним. А Моисеенко до того напился, что за столом, сидя рядом с женой посла мадам Каянага, облапал ее и заснул. Его попытались вывести из помещения, его начало рвать, он свалился в свои отходы и в них заснул".

Хотя до вооруженных конфликтов на озере Хасан и реке Халхин-Гол было ещё 2 и 3 года соответственно, но отношения между государствами находились в состоянии такой враждебности, что умозрительной оценки старшим нарсудьей Бийска консула, как активного шпиона, оказалось достаточной, чтобы начали "сечь виновных". Уже 15 августа на бюро Бийского райкома партии рассматривался вопрос "О недостойном поведении некоторых коммунистов". Постановили Сальникова из партии исключить и снять с работы. Моисеенко - дать строгий выговор и просить правоохранительные органы снять с работы в качестве народного судьи. Еще долго потом бийское руководство писало объяснения краевому начальству.


В наше время

возрождаются многие прежде забытые торжества. Каждый месяц богат на праздники без распития спиртного. Вот, например,

3 сентября - шуточный праздник, связанный с песней Михаила Шуфутинского "Третье сентября", которая обросла мемами, шутками и вариациями.

12 сентября - День зачатия, неофициальный праздник - а при планируемом зачатии понятно, что пить алкоголь нельзя.

13 сентября - Международный день позитивного мышления посвящён оптимизму и вере в лучшее, и алкоголь здесь тоже ни к чему.

19 сентября - в Международный день "Говори как пират" люди наряжаются пиратами, проводят карнавалы, стрельбы и прочее, чему особенно рады дети.

День жевательной резинки - 23 сентября - тоже своеобразный день трезвости, поскольку жевательной резинкой не закусывают.

26 сентября - Европейский день языков, праздник многоязычия и культурного разнообразия, где заплетающийся язык не уместен.

А 30 сентября - Международный день переводчика, посвящённый профессии, работники которой помогают людям разных национальностей понимать друг друга на трезвую голову. Это также День святых мучениц Веры, Надежды, Любови и их матери Софии, которые погибли от рук язычника-императора, но от христианства не отказались. В этот день после ритуального плача накрывали праздничный стол, но без излишеств, так как праздник посвящен трагическим событиям.


Современный плакат по линии борьбы за трезвый образ жизни