# "С корабля на бал"

Сергей Константинович Александров

С КОРАБЛЯ - НА БАЛ.


Встретил меня только заменщик. В Панджшерском ущелье шла дивизионная

операция. Для дивизии она была не внове, а для меня первым - пахнущим кровью, потом

и порохом - событием. Я спешил. За старшего в Рухе остался один из комбатов, склады

были закрыты по причине отсутствия тылового начальства, а, скорее всего, именно из-

за его отсутстствия. Вещевой склад охранял только огненноглазый Дик, большой и

породистый овчарочий кобель. Пришлось "напялить" поверх рубашки маскхалат и,

прихватив "лифчик" и автомат заменщика, убыть на "пляж" в Бараке. Со временем

этот "пляж" стал знаком "до слёз". Там будет и горечь потери друга, и неприятности

обстрелов, и наводнения; а сейчас там находились тылы дивизии и полков, и часть

приданной артиллерии. Представился я НШ и зампотылу, попал впервые под миномётный

обстрел и сумел ночью не упасть в дерьмо импровизированного сортира, балансируя на

двух досочках, когда прямо над головой дала залп установка "Град", стоявшая за

несколько десятков метров. В моём распоряжении оказались одна из КШМ да зарядная

база на ГАЗ-66, коими я и занялся. Полк был "разобран" на куски рот и взводов,

командир роты связи находился в госпитале и все ждали прибытия "куска" с горы

Мишингсанг. Там воевал и командир радиовзвода. Наконец, они прибыли и утром,

организовав отдых связистам и зарядку аккумуляторам, я уехал на КП полка, под

Киджоль.

КП состоял из "таблетки", в которой ютился командир полка майор Петров, и

ещё одной КШМ. Всё это было обложено камнями, накрыто масксетью и найдено не без

труда. Представившись командиру, я приступил к исполнению обязанностей.

Дивизией командовал раненный генерал Исаев и положение вырисовывалось

сложное. Утром Петрову поручили навести порядок в районе завалов и за ним пришла

БМП с неисправной рацией. Первое моё желание - отремонтировать её, но тут

последовала суровая отповедь командира полка. Ему нужен не ремонтник, а - начальник

связи её обеспечивающий. Что-ж, в той обстановке он был прав. К счастью нашлась

переносная рация и Петров убыл, прихватив радиста. Вернулся он под вечер,

совершенно больной. Прилетел он в Руху на неделю раньше меня и не хотел в такой

момент бросать командование, ссылаясь на партбилет. Увы! Лихорадка не шутит.

Совершенно обессилевшего и с температурой около 42-х, его увезли на той-

же "таблетке" из состава КП.

Остался я один, что и в дальнейшем случалось. Вот теперь-то я "познакомился"

с п.п. Гришиным - зам.комдива по боевой подготовке и, по совместительству, старшим

опергруппы при 682-м МСП. Его укрытие находилось чуть ниже нашего, а

вся "стратегия" сводилась к редкой передаче команд; зато его "адъютант" носил,

помимо автомата, карабин и пистолет Стечкина, из которых "шеф" время от времени

постреливал. "Знакомство" ознаменовалось некоторым "курьёзом". Перед нами

расстилалась долина реки Аушабы и на той стороне еле чернела пещера, из которой

иногда бил "духовский" ДШК. Пещера виднелась на расстоянии явно превышавшем

возможности ПТУР, но п.п. вознамерился пострелять. Связались с командиром роты, в

распоряжении которого были ПТУР, и который располaгался в скалах, метров на сто

выше. Первый выстрел и - ожидаемый недолёт. Кoмандир вынужден спуститься, выслушать

обстоятельное разъяснение "принципов" наводки и подняться. Второй выстрел, снова -

недолёт. Бедный командир опять спустился, выслушал и залез на скалу. Третий выстрел

и опять - недолёт, но тут ПТУР-ы "внезапно" кончились, а командир "срочно" заболел

и спуститься не смог. На этом стрельба завершилась. Ночью группа из разведбата

пыталась подобраться к пещере, но когда они прошли дувал, расположенный на полпути,

их расстреляли в спину. Вот так просто произошла трагедия и выяснить инициатора не

удалось. Комдив приказал тела вывезти, а злополучный дувал снести. И то, и другое

прошло успешно, но на обратном пути один из танков заглох и под огнём ДШК, прячась

за броней танка, его кое-как вытащили.

На этом мои "боевые действия" под Киджолем закончились. Пишгор наши, ценой

больших потерь, деблокировали, а процесс возвращения в Руху - неинтересен. Так я

попал "с корабля на бал" и впервые "понюхал пороху" в Панджшерском ущелье.