# Душегуб

Анатолий Гончар

Душегуб


Забавно слышать вам друзья

Стихи безвестного поэта

И ваша жёлтая монета

Не потечет в карман его.

Уже всё в прошлом для него.

Промчался век его короткий,

И он презрев характер кроткий

Решился хлопнуть напослед

И заявить что он поэт -

Романом в стиле детектива

Немного ужасов от Стива

Для страху между строк пустив...

Так пусть же будет детектив!


И было что бы всё красиво

Что нужно нам для детектива?

Немного действующих лиц

Из дураков и из девиц

Фемиды преданный слуга

Убийца в качестве врага

Ну и хотя б один мертвец

Нам нужен будет, наконец.


Усадьбу старую представьте

Оставьте, ах друзья оставьте

Не надо старого пенять

И в ностальгии обвинять

Нам всем подобное не чуждо

Но для завязки было нужно

Начать со слов: - О старый дом.

/Уже давно пора на слом

А он стоит, на мир взирая

И нас никчемных презирая

И тайну черную храня

Но тайна эта для меня

Давным - давно уже не тайна/.


Тот старый дом стоит у брега

Вороной прозванной реки

Как говорили старики:

Когда - то лес стоял дубовый

На берегах её крутых

И куст колючий - куст терновый

Как черный стражник рос средь них

Дубы над речкою склонялись

Глядя на гладь её воды

Речные воды затенялись

На глубине до черноты.

Вороной прозвана была

За воды тёмные она.


А лес... я право не о нём.

Давайте - ж детектив начнём


В том доме старом тишина

И нарушается она

Лишь иногда и то чуть - чуть

Но шорох тут наводит жуть

Когда ты ночью одиноко

Ночуешь здесь не так далеко.

То мниться скрип от половиц

То шёпот призрачных девиц

То легкий шорох их одежд

Казалось б байки для невежд.

Но я там был и слышал много

И вам готов поклясться я

Что страх охватывал любого

Когда подковами звеня

Скакал по лугу призрак - конь

И чья то призрачная бронь

На стременах его гремела

А речка чуть вдали шумела

Кипя бегучею волной

И девы хохот заливной

Средь залы мёртвой раздавался

И филин глухо отзывался

Как будто призраку внимал

А страх сильнее грудь сжимал

У тех кто рядом ночевал.


Давно заброшен старый дом

Но вспомнил снова я о нём

Что бы открыть времен завесу.


Представьте юного повесу.

С лорнетом в дрогнувшей руке,

И новый дом невдалеке

В том доме три сестры скучая

Соседа ждут к себе до чая.

С безделья бедные томятся

И меж собой чуть - чуть бранятся.


Мне право даже жалко их

На всех троих один жених


Я их представлю по одной.

Их старшею была сестрой

Та, что сидела у стола

И речь надменную вела

Зовут её Екатерина

Не девица, а впрямь картина.

Стройна, дородна, высока

Сильней иного мужика.

Серёжки на ушах висят

Ну и глаза чуть - чуть косят.

Полиной средняя звалась

В тоске с утра поизвелась.

Небрежно в креслице сидела

На остальных как сыч глядела

Внимая речь своей сестры.

Теперь коль будете добры

Я Дашу младшую представлю

И на немного их оставлю

Что б рассказать об их семье

Чуть приукрасив по злобе.


Отец - глава семьи покойный

Был человек весьма достойный

Большого, пылкого ума

Любил поэзию весьма.

/От Пушкина знал два стиха

Про птичку и про жениха/.

Но вольным подавшись речам

Читал Вольтера по ночам.

Крестьян отечески любил

/Один лишь раз в неделю бил/.

А на подворье как в столице

Ходили три злотые птицы.

Терпел их барин выше сил

/ Их голос он едва сносил/

Но что б соседей удивлять

На злато не хотел менять.

Имел "Охоту" из борзых

И борзых скакунов, гнедых.

Однажды стало вдруг не в мочь

И барин умер в ту же ночь.

/Оставив всё свое именье

На попечение жены/.


Наталья Павловна / жена/

Была сварлива, но умна

И взяв именье в свои руки

Уже не маялась от скуки.

Работу в поле проверяла

И дебет с кредитом сверяла.

А весь полученный доход

Опять пускала в оборот.

Для дочерей своих она

Крутилась белкой, как могла.

Приданное для них копила.

Еще деревню прикупила,

А к ней полсотни душ в придачу

И на полученную сдачу

Исполнив давний свой каприз

Для кухни англицкий сервиз.


Кромя хозяйки, дочерей,

Француза что был всех милей

В том доме будто приживалка

/Таких порой мне очень жалко/

Сестра хозяина жила

И жизнь неспешную вела

Её удел был зол и прост -

Седою девой на погост.

Но было только ей известно,

Как часто сердцу было тесно

В её груди, когда сосед

Был, приглашаем на обед.

Признаться ни кому, не смела,

И лишь застенчиво робела.

А тот сосед пустой повеса

Не проявлял к ней интереса.

И дева /вся душа в слезах/

В то лето чахла на глазах

Что б не поддаться пересуду

О ней уже писать не буду.


А что же наш герой надменный,

Завсегдатай пренепременный

За чаем в девичьем кругу?

Его я бросил на лугу

Где он стоял в тот день с лорнетом

Довольный сам собой. Корнетом

Он где - то в армии служил,

Больших погон не заслужил,

Охлопотав с раненья справку

Подался в полную отставку.

Его имение давно

Отцом было разорено.

И он сказав, - Так не годится

Принял решение - Жениться.

Хоть на самом черте горбатом

Но только что бы быть богатым.

За благо среди этих мест

Полным - полно таких невест.

Женитьба к счастью есть подкова...


Наталья Павловна Хвостова

Имела триста двадцать душ,

Вишнёвый сад и сад из груш,

Две мельницы, один завод

И миллионный оборот.

Одно повеса наш не знал -

На ком записан капитал.

Он как вы помните корнет,

Ему едва за тридцать лет

И он поставив все на кон,

Перешагнул свой Рубикон.

Манит крылом златая птица

Ну что ж жениться, так жениться.


В то лето ждали урожая

Сам двадцать пять. Уже мужик

Такого счастья и не чая

Амбар готовил и сенник

Под зерна золотой пшеницы

Уже подводы до столицы

С медвяно пахнущим зерном

Готовы были. Сладким сном

Сиё казалось мужику

А много ль счастья на веку

У мужика в те годы было?

Не часто видело светило

Улыбку на устах его.

И что есть счастье для него?

Что б сытный ужин и обед

Что б был обут, одет, согрет

Что б барин палкою не бил

Работой слишком не морил.

Ну, вот и всё - такое счастье.

И рядом что бы Даша, Настя

Иль Глаша верная была

Дела домашние вела.


Мне надоело звать повесой

Героя повести моей

И имя укрывать завесой

И так: - Его зовут Андрей

Отнюдь не тот - не Первозванный

/Но для иных весьма желанный/

И не Болконский, не Рублёв

Андрей Андреевич Огнёв.

Фамилия его звучала.

/Она вела своё начало

От поджигателей Кремля

Да будет пухом им земля/.


Андрей Андреевич печально

Ходил по лугу. Изначально

Он младшую любил сестру

Но раз проснувшись поутру

Подумал трезвой головой:

-Что я творю? О, бог ты мой.

Так повелось уж на Руси

За младшей много не проси.

Приданное уже давно

По старшинству закреплено.

И он решил пока не к сроку

Вопрос сей не решать с наскоку.

И глупо, что б не отличиться

Чуть - чуть за каждой волочиться.


Итак Андрей по лугу ходит

То крутит ус, то песнь заводит

То тихо Гамлета читает

То шишки на сосне считает.


Как черепаха длиться время

Когда мы ждём секунда бремя

Устал Андреевич, но час

Уже настал.

- Заждались Вас

Наталья Павловна сказала

На стульчик мягкий указала

Уже прибор готов для Вас!

-Ну что же вздрогнем!

В добрый час!

Сказал Андрей, подняв бокал

А что бы кол в грудь не упал

По новой он вино разлил

И тост за здравье повторил.

Потом подали кабана

И лишь напившись до пьяна

Вовнутрь добавив ещё квас

Пустились в беззаботный пляс.

Под право взяв Екатерину

Под лево подхватив Полину

Стирая туфлями паркет

Кружился в танце наш корнет.

Когда ж остановился он

Был младшей в танец приглашён.

И в упоении томясь

Его спросила та стыдясь:

-Андрей Андреевич мне странно

Меня Вы стали избегать.

Неужто в ночь ложитесь рано?

Пошто? Вам рано не вставать.

Я буду ждать в ночи у сада.

Затем добавила: - Услада!

И густо краской залилась.


Тропинка средь дерев вилась

На ней две тени: она, она

Над ними блеклая луна

И звезд таинственных мерцанье.

И час настал. Его признанья

Его рука и лобызанья

Его отчаянный напор -

Девичьей чести приговор.

Страсть не сумев свою сдержать,

Он начинает обнажать

Её плечо, целует грудь...


Читатель ты не обессудь

Что я начав с его признанья

Теперь прерву повествованье

Немного строчек пропущу

И эту сцену опущу.

Хотя вам было бы занятно...

Но и без слов тут всё понятно.


Душа поёт, душа играет

И Даша песню напевает.

По лугу медленно идя

Как шаловливое дитя,

Она то кружиться проворно,

А то смеётся вдруг задорно,

А то как будто лепесток

По ветру кружит свой платок.

Улыбка на её губах,

Хранит прошедшей ночи страх,

И боль и радость.

В упоенье

Двух тел взаимное стремленье

В одно навек соединиться

Одно в другом растаять, слиться

Отдать и взять в одном лице.

И так с улыбкой на лице

Кружится Дашенька по лугу

А мы вернёмся к её другу.

На крюк закрыта спальни дверь

О чём он думает теперь

Лежа в постели в неглиже?

Быть может, всё забыл уже?

Или мечтает вновь и вновь

Твердить в ночи: - Моя любовь?

Нет не забыл, нет не твердит

В окно задумчиво глядит.

И вспоминая как напасть

Свою безудержною страсть

Себя корит за ночь любви

За ночь в которой соловьи

Не уставая вновь и вновь

Им пели песни про любовь.

Взаправду Даша хороша

Но жаль за Дашей ни гроша.

И сам он впрямь теперь смешон -

На ней жениться должен он

Но как жениться, как жениться

Коль денег нет? Так не годиться.

Судьба поставлена на кон

Придумать выход должен он.


Простите вновь друзья меня

Я пропущу четыре дня

Опять на чай был зван повеса

Не проявляя интереса

В мазурке Дашу он ведёт

Записку ей в карман кладёт.

В записке той четыре слова

"Когда я вас увижу снова"

И уж прощаясь в поздний час

Она шепнула: - Жду я вас

Сегодня в полночь.


Милый друг

Ответил: - Приходи на луг.


Та ночь черна была. Прохлада

Уже повеяла. Из сада

Мелькнула тень. Шаги. Вот луг.

В душе и радость и испуг

И сердца жаркое томленье

Предчувствий страстных упоенье

И боль, щемящая в груди

От ожиданья. Впереди

Шаги раздались. -Это он.

Она подумала, но сон

Её внезапно вдруг прервался

И лишь испуг в душе остался.

-А вдруг "тот" вечер тоже сон?

-Да нет, всё было! - словно стон

Раздалось из её груди, -

Ждёт снова встреча впереди

Не вечер краткий, а вся ночь.

И прочь глупые мысли. Прочь!

Она как маков цвет зарделась

Поднявшись не спеша оделась,

Глядит, а полночь уж близка.

На сердце радость и тоска

Спешит, спешит она на луг

Туда где встречи жаждет друг.


-Мой жребий брошен и отмерен

Я не дурак, я не намерен

Всю жизнь тащится в нищете!

Иль со щитом иль на щите!

Как только с Дашей объясниться

Что не хочу на ней женится?

Но в полюбовницах готов

Её держать без лишних слов!


Мелькнули тени, она, она...

Опять светила им луна.

И звезды призрачно мерцали

И облака с небес свисали.


В траве светились светляки

Коснулся он её руки

Затем легонько приобнял

На руки с легкостью поднял

И не спеша, пошёл туда

Где речки пенилась вода.


Одежды сброшены в песок

Она, привставши на носок

Губами тянется к губам

И он беззвучным вняв мольбам

На руки вновь её берёт

И в воду тёмную бредёт.

В волну парную опускает

И крепко к сердцу прижимает.

Она дрожит в его руках

Её терзают страсть, и страх

Который часто дев смущает

А вдруг что маменька узнает!

Она бедром к бедру ластиться

Уже и мамы не боится.

И прижимается к нему

Уже готовая к всему.

Но медлит он, она готова

Пойти ему на встречу. Снова

Губами тянется к губам

Но не внимает он мольбам.

Рукой её лицо отводит

И речь печальную заводит:

-На свете нет нам вместе места.

Другая мне увы невеста

Дана злосчастною судьбой

Но право можем мы с тобой

Встречаться средь полночной тьмы

Как полюбовники. Увы...

Она молчала лишь мгновенье

Затем прошло оцепененье

Стараясь вырваться из рук

Она сказала: -Милый друг

Со мной вам было сладко спать?!

Так знай, что свадьбы не бывать!

Оставь меня, я ухожу

И нынче ж мамке всё скажу!


Андрей кивнул: -мне всё понятно

Да это было бы занятно.

Ну, что ж теперь не обессудь

Сама ты выбрала свой путь.

Она ж с презреньем повернулась

И тут же в воды окунулась

Под сильною его рукой

Навеки обретя покой.


На утро нет вдруг Даши в доме.

В саду искали, на соломе

Да мало ли случился грех

Вот и уснули средь утех.

Но не нашли. Волненье боле

Быть может не по доброй воле

Была кем в лес увлечена?

И там теперь лежит она?!

Искали Дашу средь лесов,

Но не нашли. Полночных сов

Лишь распугали. Вдруг с реки

Шумят нестройно рыбаки.

Нашли одежду на песке.

И хладный труп невдалеке.


В обед урядник прикатил

По лугу тихо походил:

-Несчастный случай, - молвил, - вот

Её увлёк водоворот

Когда она по утру рано

Пошла купаться. Всё же странно...

Он замолчал, перекрестился,

В карету сел и удалился.


Отпели деву, обрядили

И в путь последний снарядили.

Грешно сказать, но право смех

Огнёв наш плакал больше всех.

И право было в тех слезах

Не только божьей кары страх.


Наталья Павловна слегла

Утраты не перенесла.

Уныло стало всё кругом

На время опустел их дом


Печальна осень неба своды

Нам слезы льют. Глаза природы

Скорбят по сгубленной красе.

И уж по утру по росе

От строгой маменьки тайком

Не пробежишься босиком.

Так холод пятки прожигает.

Она давно ушла, не знает

Творится что теперь окрест

Лишь над могилой чёрный крест

О ней теперь напоминает.

И только мать в ночи стенает.


Коротка скорбь земных людей

А где сейчас Огнёв - злодей?

Быть может в церкви в покаянье

Проводит дни? Нет на свиданье.

Он старшую пленил сестру

Уже её он по утру

Своею зорькой называет

И руку с сердцем предлагает

Она согласна, стало быть

Нам скоро мёд на свадьбе пить.


Полина скорбь в груди неся,

Совсем зачахла. Как дитя

То с куклою она играет

То тихо песни напевает

То бродит по лесу одна

Худыми мыслями полна.

Но что поделаешь у них

В округе лишь один жених.

И тут хоть даже волком вой

Не изменить расклад такой.


Цилиндром взмахивая новым

Заслал сватов Андрей к Хвостовым

И те забыв могильный ров

Решили свадьба на Покров.


На завтра свадьба нынче в ночь

Прислугу отославши прочь

Андрей задумчиво сидит

В окно в молчании глядит.

Вдруг видит посреди сугроба

Открылся склеп и в нём из гроба

Встаёт девица. Бледный лоб,

Лицо закрыто, но озноб

Андрея бедного пробрал

Он этот бледный лоб узнал

На нём заметное одно

Клеймо - родимое пятно.

И голос тихий из могилы

-За что сгубил меня ты милый?

Придти ко мне твоя печать

Не долго мне осталось ждать.

Она из гроба вниз спустилась

И легкой тенью в воздух взвилась.

Один лишь миг и у окна

Стоит в безмолвии она.

Одной рукой окно скребёт

Другой к себе его зовёт.

-Я не несу тебе беду

Лишь поцелуй и я уйду.

Андрей тот час перекрестился,

Закрыл глаза, к окну склонился

Чужие губы повстречал,

Открыл глаза, и закричал

За место прежнего лица

Увидев череп мертвеца.

Раздался хохот: -Вновь ты мой.

Андрей проснулся чуть живой.

По телу пробегает дрожь

Рукой Андрей хватает нож.

И озирая всё окрест

Другой рукой сжимает крест.

Молился долго /видит бог/

Но до утра заснуть не смог.

Под утро водкою залился

Верёвку взял и удавился...


1


7