# Энциклопедия войны

Илья Владимирович Анпилогов

"Энциклопедия войны"


Фауна


Шакалы--кровососущие насекомые из семейства "офицеры". Когда-то они прочитали в уставе, что "военнослужащий обязан...беспрекословно ПОВИНОВАТЬСЯ командирам", и поняли это как надо: с момента своего появления солдат виноват в том, что он солдат. Поражает прямо-таки патологическая ненависть Ш. к солдатам-срочникам. Для оправдания этого у них даже поговорка есть на этот счёт: "Куда солдата ни целуй --- у него везде задница". Когда раздавленные президентским указом об "отмене войны" мы заступили на охрану заставы, ко мне на пост прибежал командир старлей Мозгунов и, сверкая глазами, брызгая слюной и трясясь от возбуждения, радостно кричал мне в лицо: "Так вам и надо! Есть значит бог на небе, а президент на земле, если смогли наконец поставить вас, ленивых, зажравшихся бандарлогов, на место!!!" Я долго размышлял о природе этой ненависти и пришёл к парадоксальному выводу: они боятся нас потерять! Ведь вся эта свора, от лейтенантов до генералов, значима лишь на фоне солдатской массы. За всю свою жизнь ничему не научившись, они и в своих военных делах далеко не "спецы", поэтому просто не в состоянии организовать ни обычной службы, ни приличной войны. Прикрыть же своё неумение они могут лишь серыми солдатскими телами, которые называются у них "некачественный призывной контингент", что не мешает им их безбожно обдирать. Однако самое страшное то, что даже попав на войну, они "играют в войну", где ставка --- наши жизни.


Гориллы--- узколобые тупые приматы из семейства "контрабасов". Безусловный инстинкт у них один: была бы водка, а к водке глотка. Даже о животе они не слишком-то заботятся, а уж о голове тем более. Когда страна объявила о создании "профессиональной армии", вся рвань и пьянь России рванула под военные знамёна, потому что в их понимании армия --- это прежде всего "халява", а война --- это "большая халява". То, что всё это полито кровью, их не колышит: "Живём одное!"


Белка --- опаснейший представитель военной фауны из семейства "синюхов". Если обычный российский алкаш допивается до "белой горячки", то просто берёт в руки топор и гоняет по хате чертенят заодно с домочадцами. Военная же Б. хватается за автомат, занимает круговую оборону и крошит наступающих со всех сторон врагов. Однако одних автоматов им бывает мало и тогда нам приходится вести тяжёлые бои за свою артиллерию. Разновидности Б.: а)Когда у старшины Шутько дневной "квас" плавно переходил в ночной запой, народ в палатке не смыкал глаз: обязательно среди ночи будет стрельба, и наша реакция на неё должна быть незамедлительной. Пока мы его утихомириваем, он расшвыривает нас, как котят, но связав, мы колошматим его до утра. Умней от этого он не становится. б)У накрытого Б. капитана Осипенко стекленели глаза и обрамлённое благородной сединой лицо каменело в мёртвом оскале. Дослав патрон в патронник автомата, он начинал нас "строить" и "тренировать", не убирая палец со спускового крючка и тыкая во все стороны заряженным стволом. в)Самая безобидная Б. у капитана Искрина. Выстрелом в полог палатки он поднимал свою миномётную батарею, выгонял её в ночь на строевые занятия и прохождение с песней. Ночной холод скоро приводил его в чувство, и тогда он объявлял в батарее выходной день. Или два. Пока его будет мучить совесть...Поэтому заслышав среди ночи из "располаги" миномётчиков нестройное пение, мы завидовали: завтра у "мины" выходной. Несмотря на совестливость, за три месяца его командировки Б. придёт к капитану ещё не раз. г)Есть Б., о которых народ складывает баллады. Например, в краснодарском полку оперативного назначения очень популярна "Сага о капитане Михееве". В ней воспевается командир разведроты, по пьяни разогнавший на рынке "Казачок" целую казачью сотню и милицейское отделение, которое пыталось этой сотне помочь. Остановить его смогло только вызванное из полка подкрепление...Один лишь выстрел мог бы навек "вылечить" любую Б. от алкоголизма, но ни одному трибуналу и в голову не придёт мысль, что солдат имел право на самозащиту. Поэтому приходится проводить сложнейшие мероприятия, чтобы в борьбе с Б. не попасть под её огонь и, обезвреживая, не повредить ей шкуру.


Полкан --- да простят мне добрейшие псы, которым "повезло" носить эту кличку, но так называют тех, кто носит полковничьи погоны. Мой опыт общения с ними говорит, что они могут изрыгать только три вещи: рык, мат, ор. По очереди или одновременно. Единственное, что мешает им жить --- это их подчинённые, которые по странному стечению обстоятельств, всегда "до жопы деревянные".


Бандарлоги --- самые бесправные представители животного мира войны. У всех есть выбор: ехать или не ехать. Есть выбор и у "чехов": можно быть боевиком, ополченцем, мирным или беженцем. У Б.л. выбора нет. Их привозят, когда надо, и вывозят, когда захотят. Ареал обитания Б.л. --- это узкая полоска суши между стволом боевика и дурью "шакала", вооружённого всей мощью государственного аппарата принуждения. Чтобы сохранить интеллект, психику да и саму жизнь, Б.л. просто обязаны нарушать все придуманные для них запреты и ограничения. Принужденные вести стадный образ жизни, они постоянно строят "шхеры" и "затарки", поиском и разрушением которых заняты "шакалы" основную часть своего служебного времени. Единственный раз я почувствовал себя человеком. Когда мы, ободранные, грязные, голодные и небритые, добрались-таки из Моздока до "родной" части, все "духи" побросали свои дела и с уважительным благоговением смотрели на нас. По их лицам было видно, что для них мы --- люди из другого мира, где делается суровая мужская работа. Глупые мальчишки. Они ещё не знают, в каком дерьме та работа утоплена.


Бэтэр ВАСЯ--- мелкий зловредный грызун, любимое место обитания которого под "броником". Своё название получил от совпадения количества ножек с количеством колёс у БТРа и сокращения слов: Вошь Армейская, Серая, Ядрёная. Познакомился я с ним сразу же по прибытии из "учебки". Поймав неизвестное мне животное, показал его старожилам и получил исчерпывающий ответ: "Бэтэр. Ребята из Чечни привезли". Лёжа в санчасти и испытывая книжный голод, я часто перебирал в памяти прочитанные книги и однажды наткнулся в своей "библиотеке" на роман Артёма Весёлого "Россия, кровью умытая", где описывалось старое солдатское развлечение---вшивые бега. Вскоре вся санчасть была озабочена этой игрой больше, чем лечением, а на тут же возникшем тотализаторе проигрывалось огромное количество булочек...В Чечне игра тоже прижилась, но "рысаки" быстро дохли от бескормицы...В санчасти же обнаружилась и подружка Б.В.--- Машка-монашка. Любой мальчишка, прошедший курс уличной сексологии, знает, что она распространяется лишь естественно-половым путём. Поэтому мы были сильно удивлены её появлением на наших телах. Только потом сообразили: просто санчасть не утруждает себя стиркой санитарных одежд.


Крокодилы --- вертолёты огневой поддержки. Они действительно напоминают маленьких весёлых крокодильчиков из телепередачи "В мире животных". Их непринуждённое кувыркание завораживает. Существовали мы с ними в параллельных мирах, но два раза наши дороги всё-таки пересеклись. Первый раз летом. Мы наблюдали с заставы прохождение колонны, как вдруг К. сопровождения, сделав разворот, долбанул ракетами по горе, а затем, зависнув над нами, стал бить гору короткими жалящими очередями, явно призывая нас к тому же. Напарник сбросил маскировку, а я прыгнул в кресло наводчика и стал ловить в прицел то место, куда бил К. Когда командир прибежал с целеуказаниями, пушка уже превращала склон горы в кипящий котёл. Второй раз осенью. Как-то среди холодной осенней промозглости выглянуло солнце, и я вылез из поста погреться под его скудными лучами. В это время на "взлётку" села штабная "восьмёрка", и "крокодилы" сопровождения стали барражировать над окрестностями. Один из них выбрал почему-то нашу заставу и, развернувшись носом к земле, стал внимательно осматривать окопы и позиции. Грохот его двигателей отдавался в моей гудящей от гриппа голове и бил тупой болью по застуженным почкам. Дикое бешенство вдруг буквально захлестнуло меня: "Завалю гада!" Решительно сбросив маскировку, я моментально развернул зенитку. "Крокодил" уловил движение и тут же уставился на меня своей 30-миллиметровой пушкой. "А кто круче?"--- бесшабашно и весело запрыгало у меня в голове, нога же привычно нашла педаль... "Крокодил" оказался умнее: плавно развернулся и ушёл обнюхивать горы.


Корова--- тоже вертолёт, но транспортный. От К- вы "на взлётке" всегда веет надеждой, что оденет, что покормит, что подмогу привезёт или наконец доставит домой. И доставляет. Кого живым, кого в ящике.


Муха --- вещь, говорят, кусачая, но в работе я её не видел, а только один раз наблюдал, как она действует. Это тот самый случай, который ещё раз показывает, что солдат никто никогда ничему не учит, а всё они познают сами часто путём смертельно опасного "тыка". Возле Дышне-Ведено при прохождении колонны забурился под обрыв танк. Танкистское командование прислонило к нему "чонкина" (боец, оставленный возле вышедшей из строя техники для отпугивания супостата --- см. книгу "Приключения солдата Чонкина", автор Войнович) и с чувством глубокого удовлетворения повело колонну дальше выполнять важные боевые задачи, на фоне которых солдат - такая мелочь! Оглядев безлюдную горно-лесистую местность, "чонкин" взвесил свои шансы на выживание, собрал барахлишко и притопал к нам на заставу. Через неделю танкисты вспомнили о брошенной машине и пригнали за ней подъёмно-тягловую технику. Заслышав рёв двигателей в районе своего танка, "Чонкин" прытко ускакал к нему, а барахлишко оставил у нас. Среди оставленных вещей была и М. Поскольку за своими вещами "чонкин" так и не вернулся, мы решили выяснить принцип действия М. и спустились с ней под обрыв. После непродолжительного изучения М. издала взрыв, пламя, грохот, и от обрыва что-то отвалилось. Как мы остались целы, знает только аллах, потому что Чечня --- это зона его ответсвенности.


Инстинкты


Основной. Из-за малого количества женщин на войне и "голодного брюха, которое к сексу глухо", но О. и. имеет здесь чисто созерцательный характер. Правда, в армии ходят упорные слухи, что для подавления сексуальности солдатам в пищу добавляют какие-то медпрепараты, однако этого никто никогда не видел. Как бы то ни было, но чуть расслабятся командиры, сразу на всех вертикальных поверхностях появляются обнажённые женские тела. Приезд каждого нового командира обязательно знаменовался "борьбой с порнографией", и голые красотки исчезали в солдатских "затарках", чтобы тут же появиться вновь, как только проходил командирский выпендрёж. Живую же натуру видеть приходилось довольно редко, поэтому в Хатуни ребята, презрев снайперов, любили сидеть на крыше и задирать проходящих мимо "чешек", хотя по общему мнению на лицо они страшненькие. Девчонки на такие "приставания" реагировали хмуро. На заставе под Киров-Юртом мы были лишены и такой возможности. Женский пол появлялся там в пределах нашей видимости лишь на "чеховском" огороде за речкой, но это были закутанные в чёрное старухи. Только однажды на нём появились две молодые особы. Хотя их длинные чёрные хламиды не давали никакой возможности увидеть хотя бы кусочек обнажённого тела, сам изгиб женского стана был настолько волнителен, что вся имеющаяся на заставе оптика перекочевала на КП "миномётки" (оттуда лучше видно), где уже находился к тому времени весь списочный состав заставы. Притащили даже громоздкую буссоль, которая век валялась под командирской койкой. Девушки долго терпели такое "дистанционное раздевание". Наконец одна не выдержала и стала тыкать в небо незаслуженно разрекламированным "фак ю". Насмотрелась дурёха "ихних" фильмов. Сделала бы по-нашему, по-российски: правую руку в кулак и вверх с ударом левой по сгибу локтя. Тогда бы реакция была оглушительной, а так лишь сдержанное ржание обездевичившихся за время службы парней.


Патриотический. (За что воюем?) Сначала было объявлено: война эта за исконно российские земли, но даже школьники стали догадываться, что "исконно российскими" становятся те земли, куда доезжают наши танки. Поэтому страдающие излишним патриотизмом на войне не прижились. Кто "на контракте" воюет за деньги, солдаты-срочники --- за ДМБ (деньги им тоже не помешали бы, но у Родины на этот счёт своё мнение), однако идиологам войны это не нравится. Поэтому за неимением другого ("международный терроризм", а уж тем более "исламский фундаментализм" в окопах "не катит", хотя читать про джихад в Коране на русском языке, что притащили мужики с "зачистки", довольно интересно) для включиния П. и. был придуман тезис: "За погибших товарищей!". Для этого в воспитательных целях крутят видиозаписи казни пленных, а фамилии погибших вносят в списки части. Чтение этих списков на вечерней поверке --- это самое изощрённое издевательство, какое только можно придумать. После целого дня тяжёлой работы на свежем воздухе, когда в голове одна мысль: поскорее забраться в "спальник", перевернуть его застёжкой вниз, что бы не уходило драгоценное тепло, и забыться коротким (ночью ещё в дозор идти) сном, надо стоять на холоде и выслушивать фамилии тех, кому по большому счёту уже всё равно. По отношению к ребятам это тоже сволочизм: они так "дембеля" ждали, а их "навек в списки части..." Да и сама эта патриотическая возня вокруг войны невразумительна: Родина послала --- мы воюем. В чём вопрос?


Выживания. Заключён в короткой фразе: "Стреляй быстрее, чем думаешь, и считай патроны".


Флора.


Корм --- всё, не являющееся "едой" (так называется на войне результат напряжённого труда Родины, брошенный на дно солдатского котелка в виде каши-перловки или овсяного клейстера и страшно солёной дагестанской кильки). К. может расти на одном месте(боярышник, мачмала, сливы, крапива, мята, черемша), а может и бегать по окрестностям. Самый лучший К. это собаки, потому что во-первых их много, а во-вторых за них "чехи" не бегают с жалобами к командованию. Вымоченные в уксусе они хоть как-то поддерживают белковый баланс в "стройных" солдатских телах. Говядина так же неплохо справляется с этим, но на неё надо ставить управляемый фугас, а это не всегда возможно. Правда при хорошей организации дела можно загнать в лесок "чеховскую" коровёнку и в считанные минуты от неё не будет никаких следов, но "чехи" задолбают жалобами, а командиры --- криком и угрозами об отъёме стоимости коровы из наших будущих "боевых", хотя львиную долю добытого К. сами же командиры на шашлыки и извели. Падаль --- тоже подходящий К. На заставе под Киров-Юртом мы обработали лесопосадку пулемётами, а на следующий день разведка обнаружила там убитую лошадь. Мясо не годилось для заготовки впрок, поэтому тушу съели в один день. Это был конечно праздник живота, только потом мы шибко болели.


Дурь --- стрессосниматель. Это водка и конопля. Есть ещё мак, но как утверждают опытные наркоманы, с ним много возни, что в полевых условиях затруднительно. Водка же требует валютные резервы(это не всегда деньги), которых у солдата нет. Поэтому основная Д.--- это конопля. С прибытием на новое место дислокации тут же делятся делянки и ведётся строгий контроль за пасущимся там народом. Как-то десантники попались на наших угодьях и расплачивались потом целым ящиком "Беломора". Д. не только курят, но и делают "кузьмича", то есть разжаривают по спецтехнологии.


Лес --- источник жизни, так как даёт тепло. "Опасная зелёнка" --- это расхожий штамп. На самом деле чем ближе лес, тем легче добывать дрова. Добываются они самым варварским образом: валится дерево и от него отпиливается часть ствола без сучьев, остальное оставляется на месте. Однажды Л. спас нам жизнь. Упав, спиленное дерево сбило маскировку с растяжки, а сапёры нашли их там целую уйму. "Чехи" видели, что мы ходим сюда за дровами, вот и наставили по щедрости душевной. Однако чаще Л. всё-таки убивает. На ВОП-9 у селения Дышне-Ведено командиры "догадались" поставить зенитку стволами в чащу. В первую же ночь дозор был расстрелян прямо из леса.


Климат


На войне, где бы она ни велась, он всегда суровый, потому что боец практически круглые сутки находится на свежем воздухе, а прикрывает от него только собственная шкура, так как то, что надевает на тело Родина, очень быстро приходит в негодность. Замене оно подлежит только по истечении срока носки. Срок этот устанавливают те, кто, прибыв в зону боевых действий не дальше штаба группировки на пару часов, получают каждый раз новенькое обмундирование и намного лучшего качества, чем у окопников. (Мы ж не в НАТО, где генералу и рядовому полагается одна и та же форма одежды.) Это летом из всей одежды на бойце может быть только автомат и тапочки из старых "кирзачей", но много ли того лета на войне? Основной способ защиты от К. это "принцип капусты". Очень ценятся домашние самовязы (свитеры, кальсоны, носки, шапочки-"пидорки"). Хотя и набиты они вшами, как Москва иномарками (вывернешь наизнанку, а там "движняк" по швам, будто на скоростной магистрали), но греют хорошо и служат долго. Правда командиры очень не любят "нарушителей формы одежды", и попавшись под горячую командирскую руку, всего этого можно легко лишиться. Однако случается, что и командиры способствуют форменному "неуставняку". Повезло мне как-то побыть истопником у командира арт-зенитного дивизиона, и он измучился, глядючи, как я топчу грязными сапогами ковры в его палатке. Наконец не выдержал и выдал мне толстенные носки-самовязы. Я носил их почти полтора года и берёг изо всех сил... Самые лучшие портянки получаются из куска солдатского одеяла. Головы могли бы греть волосы, но командиры жаждут ощущать себя крутыми начальниками "диких дивизий", поэтому приказывают всех брить наголо в любую погоду. От этого каски примерзают к шапкам, а те --- непосредственно к лысинам.