# Mitchman и Интернет

Илья Владимирович Анпилогов

Ко дню Рунета :)

Mitchman и Интернет.

(нереалистическая повесть)


По народной молве слово 'mitchman' состоит из двух понятий: 'середина корабля' и 'мужчина'. Отсюда и неизбывное стремление свести гордое звание 'Мичман Флота Российского' до простенького 'мужичок-середнячок (корабельное)'. Что они понимают в этой жизни! Ведь середина --- это самая устойчивая часть корабля, человека, системы, потому что именно там сходятся и центр тяжести, и центр величины:

Всегда мечтал быть именно мичманом. Наверное 'древние' книги повлияли, где на мичманах весь флот и держался. Однако сбыться мечте не пришлось: сначала школа, потом война, потом для флота флотского здоровья не нашлось, а потом уже мечтать стало некогда --- женился. Так и осталась от детских грёз только интернет-кликуха:

А вот и искомый дом. Район, конечно, престижный, и квадратный метр здесь зарплатой не покроешь, и дом новый, но: Даже нестроители знают, что под железом сначала мягкая кровля должна быть, и кабели в кабельных трассах находиться обязаны, а не под ногами путаться, а уж трубы-то, трубы: Какое-то у нас всё временное: и жильё, и жизнь: Жильцы таких домов --- наш основной контингет, и облазили мы те дома от трюма до клотика, так как живут в них потребители скоростного 'инета', а значит наши люди. Вернее, они станут таковыми, когда мы его подключим:

Так, кто у нас сегодня? О, почти мичман! 'Офицерам и лейтенантам собраться в кают-компании', --- есть, говорят, на флоте такая команда. Наш лейтенант сильно пьяненький почему-то, но где находится 'комп' ещё помнит:

Прокладка и разводка кабеля --- это самое простое. Главное --- настройка и отладка. За время этого действа клиент и монтажник становятся почти родственниками, потому что они как попутчики в купе: каждый выйдет на своей станции, и больше в этой жизни не встретятся никогда. Даже если с 'инетом' и случится что-то, то по вызову от фирмы приедет совершенно другая рембригада, которая все огрехи системы будет валить на нас. Такая в нашей стране экономика (умение вести дом): всегда виноват тот, кто был хозяином положения раньше, до тебя.

Лейтенанта на откровенность потянуло быстро. Освободившись от гидроксила, спирто-радикал быстро делает всех людей братьями. Вскоре выяснилось, что дитя закрытых гарнизонов, выезжавший из них только под конвоем родителей, за время учёбы потерял отца, который оставил ему эту квартиру, но лишил связей, и теперь командиру нижнего звена предстояло ехать в войска, где неприкаянно бродит дикая и необузданная солдатня. Уходить же 'на гражданку' было для него ещё хуже, так как он понятия не имел, как живут люди за выездным гарнизонным КПП в этой страшной России.

Долго втолковывал юному защитнику Отечества, что солдат поступает так, как должно поступать человеку, у которого отобрали всё. Солдат будет пить, бить, самоходить и воровать, чтобы выжить. Иначе выживут его. Мы все --- защитники Отечества, но между командирами и рядовыми есть одна небольшая разница: первые приходят сами, вторых 'забирают в армию':Да и гнобить его будут отнюдь не солдаты, а свой брат-офицер. Что понял будущий Ванька-взводный из моих измышлений --- неизвестно. Только однажды по 'инету' пришло от него письмо: 'Может ты и прав, но всё равно они уроды'. Кто именно --- не уточнил:

:Этот дом был старой постройки, и перфоратору пришлось крепко попотеть, дырявя его стены, да и захламлён он был так, как могут захламляться только старые дома, а квартирка новенькая и блестящая, чисто женская. Возможно, ОНА не была молоденькой, но в её облике было столько детской непосредственности и обаяния, что возраст не имел значения: От неё веяло такой необузданной силой страсти, что когда ОНА возле моего плеча наклонялась к монитору, мир рушился, распадался и исчезал: 'Вы вели себя мужественно', --- напишет ОНА потом в 'инете'. Какое там мужество! С такой женщиной нельзя иметь интрижку. Только бросок в любовь. Как в омут. С головой. Навсегда. Без надежды на всплытие. Если не дано --- рви сразу, как чеку из последней гранаты, чтоб не сдаваться на милость победителя:

:Работа по созданию локальной сети в офисе какой-нибудь компании имеет свои преимущества, но довольно скучная, так как все заняты исключительно своими игрушками, коими забит весь рабочий стол монитора: Только и прибытка --- чаю можно испить за счёт заведения. За чаем менеджеры обсуждали предстоящее бракосочетание своих друзей, где всем им предстояло погулять, и способ передачи свадебного подарка: все купюры в один конверт или каждую пятисотку в отдельный? Думал в евро или долларах, но оказалось в рублях. Ну и расценки у 'белых воротничков': свадебный подарок друзьям по цене двух килограммов колбасы! А на вид приличные люди, на машинах ездят: Потом на их 'аськи' в 'инете' постоянно натыкаться буду. Всё-то в трудах народ: 'Аська' хороша для болтовни, но не пригодна для работы:

:Мало кто представляет себе, откуда начинаются хлебные булки, рассыпчатые каши и пивное изобилие, а так же из чего всё это делается. Начинаются они на элеваторе, а делается всё это: из пыли! С небольшим добавлением зерна.

Пыль здесь везде. Она лежит толстым слоем на полу, на оборудовании, на спинах и лицах рабочих, плотной завесой висит в цехах. Говорят, что пылесос изобрели в то же самое время, когда в России отменили крепостное право, но похоже на элеваторе не успели сделать ни того, ни другого:

Однако даже здесь стоят 'компы' с выходом в 'инет', и их мониторы излучают свет сквозь разводы и подтёки. На них-то и должна быть заведена система наблюдения, которую нам предстоит смонтировать, но быстро выяснилось, что вэб-камеры в пылюке слепнут, поэтому решили вести только внешний обзор.

Когда всё было смонтировано и отлажено, работяги тут же ощутили на себе тяжёлую длань прогресса. Помочился ночью сушильщик на кучу мусора возле сушилки, поскольку туалеты на элеваторе не предусмотрены, а уже утром в бухгалтерии лежал факс о лишении его всей месячной премии. Оказывается, управляющий в режиме онлайн наблюдал ночную производственную жизнь. 'Улыбайтесь, вы в Интернете!', --- решил народ и все свои надобности терпел теперь до конца двенадцатичасовой смены, а когда тотальный контроль становился невыносимым, слал послания в 'инете': 'Ну, mitchman, погоди!':

Однажды элеватор встретится опять, но совершенно в другом качестве:

:Почти тридцать лет своей жизни эта коротенькая женщина провела в элеваторной пыли, пройдя путь от автоприёма до диспечерской рубки. Она всё здесь знала, но всего боялась. Боялась переплетения труб, мчащихся транспортёров, очистительных агрегатов с иностранными буквами на боках, многопудовых силосов с зерном над головой, возникающих неизвестно откуда завалов, чумных толи от пыли, толи от водки бригадников. Всё это давило и давило, вынуждая быть грубой и крикливой, что так не подходило к её крохотному тельцу. Единственной отрадой был для неё сын, которого она стерегла от всех опасностей. И первой серьёзной опасностью на его пути она считала армию. От армии она долгие годы отбивалась, как могла, но в военном ведомстве случилась очередная реформа, из-за чего резко возрос план по призыву, и сына у неё всё-таки забрали.

Служилось сыну несладко, и она винила в этом только себя, поэтому к концу службы сделала ему подарок: продала родительский дом, забрав стариков к себе, а на вырученные деньги купила небольшую квартирку в городе и 'комп', куда теперь подключала Интернет.

'Скажи, почему молодёжь всё: 'Интернет:Интернет:'? Что он такое?' --- спрашивала она. Как смог объяснил ей, что 'инет' это совершенно другой мир, где ты --- ты и не ты, где можно быть и самим собой, и тем, кем ты хотел бы быть, и таким, каким ты себя представляешь. Словом, виртуальная, но всё равно жизнь, и она вечна.

Вернувшись из армии, её сын станет милиционером. Потом он напишет в 'инете': 'Мы, mitchman, цепные псы режима, который жадно пирует во время чумы, а нас пинает лакированным штиблетом в морды и бросает объедки':После чего привычно снимет пистолет с предохранителя. Девятый патрон всегда был у него в стволе:

:В кафе её прозвали Экстремалка. Да ею она и была, так как прыгала с парашютом, поднималась на вершины гор, сплавлялась по бурным ракам. Она крепка, решительна, вынослива, потому что должна стать спасателем, для чего закончила факультет медицины катастроф. Быть спасателем --- это дело всей её жизни. Теперь, что бы работать по специальности, нужна ординатура, но для этого нужны деньги. Поэтому-то она в кафе и оказалась. Временно, конечно. Интернет ей необходим, чтобы быть в курсе всех катастроф мира для анализа ситуации и действий спасателей.

Исходя из своего опыта, предупредил: профессию, которой собираешься зарабатывать себе на жизнь, нельзя романтизировать. Столкновение с реальностью может дорого обойтись. Не поняла.

Однажды её брат на каникулах поехал к родственникам и утонул в деревенском пруду. Вызванные для поиска спасатели потребовали предоплату за час работы водолаза в размере пяти среднемесячных зарплат. Таких денег у селян не оказалось, поэтому парня искали сами. Обезображенный водой труп всплыл через неделю:

'Есть, mitchman, такие профессии, которые только и могут существовать в ореоле романтики: защищать родину, спасать людей, бороться с криминалом: Такие профессии не выносят нудной работы. Когда всё-таки её надо делать, тогда пригоняют солдат, которые и врага победят, и завалы разгребут, и бандитов перестреляют:' Такой текст выложит она в 'инете', так и оставшись официанткой:

:Худ, бледен, отрешённый взгляд за толстыми стёклами очков и 'флешка' на истрёпанном шнурке --- такой портрет рисует воображение при слове 'юзер', но этот выглядел совершенно нетипично: высок, широк в плечах, внимателен. И только 'флешка' на крепкой шее выдавала в нём представителя юзерского племени. Парень заканчивал школу, и скоростной Интернет ему нужен был для натаскивания по ЕГЭ. Он считал, что с такими физическими данными и высоким интеллектом его обязательно призовут служить в Президентский полк. Он ещё не знал, что военкомату на все желания призывников глубоко плевать, но глядя на него, веришь: у него всё получится. Об этом ему и сказал: И он действительно будет служить в Президентском полку, а потом напишет книгу 'Бультерьеры Кремля'. На титульном листе будет стоять странное посвящение: 'Мичманам':

:Он был профессиональным военным, в том смысле, что война была его профессией. Сказать про него, что он был 'слуга царю, отец солдатам', вряд ли было можно: за время его службы цари менялись слишком быстро, чтобы успевать им присягать, а на своих подчинённых он смотрел, как на боевую функцию. Да и знать ему про них по уставу полагалось не так уж много. Что царей, что солдат он забывал сразу, как только они выходили из его круга войны.

Он довольно быстро осознал, что войны с фронтами от моря до моря, танковыми клиньями, огромными 'котлами' и достойным противником остались в далёком прошлом. Поэтому маршальского жезла в свой ранец он никогда не укладывал, а просто воевал с тем противником, который был указан в боевом приказе, и делал это так, как слесарь вытачивает деталь: всё согласно чертежу плюс-минус допустимые отклонения.

Но однажды всё пошло не так. Ни разведки, ни связи, ни обеспечения, да и приказа внятного тоже не было. Таких потерь у него не было никогда, Однако он считал, что ещё хорошо вышел из этой авантюры. Противник всё время уходил от боя, прикрываясь резервистами, а это растягивало коммуникации, отрывало ударную группу от тылов и резервов. Да и сами тылы не вселяли уверенности, так как были напичканы казаками, ополченцами, какими-то гвардейцами и прочими 'войсками' с неясной подчинённостью. Вовремя остановились, и на том спасибо:

Потом их сводное воинство расформировали, но он с положением 'заштатника' мириться не смог, поэтому уволился, так же решительно, как и воевал. 'Когда не нравится начальник --- надо менять профессию', --- скажет он жене.

Тут и пригодилась ему квартира, которую купил по случаю его сын-бизнесмен в нашем городе, куда теперь мы с напарником тянули Интернет. Только 'инет' мог спасти военного отставника от нагрянувшей вдруг свободы, но 'инет' произвёл неожиданное действие.

'Мы жизни положили на то, чтобы эти пигмеи носили на запястье часы стоимостью в денежное довольствие полка за целый год войны!' --- бушевал отставник в ЖЖ. Потом, успокоившись, он напишет: 'Mitchman, я всю жизнь был дармоедом и теперь по гроб жизни благодарен этим бабкам, что жалкой кучкой стоят возле почты в ожидании такой же жалкой пенсии за то, что кормили и до сих пор кормят меня:'

Вокруг грязно, мрачно, темно и сыро, поэтому сразу же приходит на ум народный опыт: 'Если вы заблудились на незнакомой местности, то посмотрите туда, куда смотрит тарелка: там юг'. А вот и она, родимая:

Двухэтажный барак был ободран и жалок. По словам моего пращура их строили в 50-х годах ХХ века для руководящих работников среднего звена при больших стройках, а здесь раньше работал комбинат, где варили то ли чуму, то ли взрывчатку. Поэтому барак был не без роскоши: имелись 'фонари'-полулоджии и почти резные наличники. Назывались такие 'особняки' насыпными, то есть два слоя досок и шлак между ними. Теперь везде торчала дранка и убогость, но на серой крыше гордо возвышалась тарелка спутникового Интернета. Предстояло поставить ещё одну:

Хозяин квартиры и 'компа' оказался могучим и лохматым. Буйная с проседью поросль покрывала его голову со всех сторон и мешала определить возраст. Если судить по торчащему из шерсти пористому носу, то ему давно за шестьдесят, но молодой блеск задорных глаз оттуда же утверждает: около сорока.

За свою жизнь он и пахал, и стрелял, и гнал, и направлял, то есть работал-сидел-воевал-судил-руководил. И не терял оптимизма. Классический советский пассионарий, который всегда делал то, что требовала Родина, и приказывала Партия. Делал любой ценой. И был твёрдо уверен, что так и должно быть. 'Сначала думай о Родине, а потом о себе:'

За это была назначена приличная пенсия, а Интернет ему нужен был для общения с детьми, которые разлетевшись по стране, забирались в такие места, где не было даже сотовой связи. Интернет же был везде.

Общаться же со своими соратниками по бурной биографии он не любил, потому что не считал их такими уж близкими друзьями, а потом был уверен, что они с ним вместе уже давно отработанный материал, и ничего нового друг другу не скажут.

Единственное, о чём он сокрушался это то, что у него не было внуков. Ни одного. Кто его знает почему:

'Видимо, mitchman, мой род --- тупиковая ветвь человечества, поэтому не подлежит дальнейшему развитию. Природа знает что делает:' Что скрывается за короткими строками его биографии, если на склоне лет 'инет' пробил брешь в непоколебимой стене и подвёл его к такому жестокому выводу, можно только догадываться:


После катастрофы 2012 года Интернет восстановится первым, так как в нём слишком много составляющих, чтобы их можно было уничтожить в одночасье. Да и катастрофа, даже если она всемирная, ещё не коллапс, который будет приходить медленно и неуклонно, когда знать бкдет утопать в роскоши и комфорте, изводя на мишуру скудеющие ресурсы, пассионарии --- возжаждут славы, ради которой убьют миллионы в бесконечных войнах, а чернь выродится, добывая корм. И на всё это будет уходить быстро исчезающая жизнь:

А пока в этой рваной, но всё ещё всемирной паутине будет метаться клич: 'Ты где, mitchman? Жив ли?' :


Человек ткнул в клавишу, и экран ноутбука погас. 'Какие-то карты несуществующих земель, длинные и нудные фильмы, да странные тексты', --- пробурчал он себе под нос. Хозяина этого ноутбука он сегодня днём подобрал в Красной степи. Правда, внутрь машины он его не пустил, но разрешил погреться между тёплых боков конденсатора. К вечеру старик-попутчик умер, и теперь генератор, отделив органику, выбрасывал его кости по жестяному отводу. Человек аккуратно сгрёб их в ямку и присыпал песком. Ставить какие-то знаки на захоронениях не полагалось.

Человек принайтовал лопату к борту вездехода, внутри которого турбина, получив от генератора свежую струю газа, нетерпеливо подвывала в ожидании продолжения пути. Теперь только перемещаясь, можно было выжить, так как среда обитания развалилась на множество быстро исчезающих островов, которые и надо было отыскивать в Красной степи:

Уже подойдя к люку, человек опять взглянул на ноутбук, лежащий на подножке. Подумал, потом отсоединил от него солнечную батарею и аккумулятор, а корпус бросил на могилу. На чёрной крышке корпуса серебрились потёртые буквы: 'MITCHMAN':