# Маёвка

Илья Владимирович Анпилогов

Маёвка.


Горбачёвская перестройка сильно обострила вопрос использования вооружённых сил в различных политических мероприятиях, что вынудило командование частей взяться за изучение основополагающих документов и прочитать "Устав внутренней службы Вооружённых сил СССР", который утверждался указом Верховного Совета СССР и имел силу закона, то есть вычитанное там требовало неукоснительного и точного исполнения. Именно это и случилось в штабе флотилии атомных подводных лодок стратегического назначения военно-морской базы Гаджиево 30 апреля 1988 года.

Командование вычитало в уставе, что 1 мая (оказывается!) парад частей гарнизона не проводится, а должна проходить демонстрация трудящихся. Озадаченное таким требованием Устава командование озадачивалось недолго и быстро нашло выход. Поскольку в гарнизоне трудящимися были только учителя и "Военторг", то было приказано всем военнослужащим 1 мая стать работягами, но в форме, и в праздничной колонне вместе с домочадцами продемонстрировать свою солидарность со всеми пролетариями мира.

В тот день отец со службы пришёл поздно. Рассказал, что готовил праздничное оформление колонны. Он неплохо рисовал, поэтому все стенды и плакаты всегда были на его совести, так как принтеров тогда ещё не было, хотя компьютеры уже стояли в штабных кабинетах, а адмирал требовал закрывать их на ночь бронированными кожухами, чтобы уберечь от врагов хранящееся там секреты. Потом отец объявил, что завтра мы всей семьёй должны отправиться на праздничное мероприятие.

Мы с братом дико этому обрадовались, потому что марши наблюдать со стороны нам приходилось тысячу раз, а здесь предстояло быть внутри процесса! Однако маменька категорически отказались демонстрировать начальству свою верноподданность, и мы решили отправиться на служебную форму отдыха втроём.

Утром 1 мая на Чичкарёвке началось формирование и украшение праздничной колонны, которая по готовности выдвигалась к Старой школе, медленно обходила Адмиральское озеро и, окончательно сформировавшись, торжественно двигалась от Универсама к ДОФу. Поприветствовав маменьку, стоящую на ступеньках ДОФа, мы сделали напротив памятника "Потерявшему Надежду Иметь Детей Подводнику-Атомщику" левый поворот и вышли на финишную прямую перед Стеклянным магазином, на крыльце которого нас поджидало высокое начальство гаджиевского гарнизона при полном параде и с жёнами. Вот тут-то всё и случилось.

Когда голова колонны поравнялась с раззолоченной адмиральской фигурой, стоящий в центре плаца оркестр во всё свою медную мощь по взмаху руки маэстро "вдарил" марш! Подводники, как старые боевые кони, заслышавшие звук сигнальной трубы, тут же вскинули подбородки, прижав к военно-морской груди палки транспарантов, как священную хоругвь, дружно и слаженно ударили строевым.

Привычные ко всяким гарнизонным неожиданностям мы, мальчишки, тут же сыпанули врассыпную из-под грохочущих башмаков, а малотренированные жёны молодых лейтенантов, ибо они-то и составляли в основном женский контингент праздничной колонны, да девчонки испуганно метались между шеренгами в поисках выхода...

Больше таких экспериментов командование над гарнизонным народом уже не ставило. Да и "маёвку" вскоре отменили совсем.