# Случайное фото

Илья Владимирович Анпилогов

СЛУЧАЙНОЕ ФОТО.


На этой фотографии ничего особенного нет. Подводная лодка 971 проекта своим округлым носом таранит покрытую зыбью воду залива на фоне отутюженных ветрами, но упорно зеленеющих, сопок. По правому борту лодки, укрывшись от свежего ветра за ограждение рубки и вцепившись руками в поручни, стоит швартовая команда в оранжевых спасательных жилетах. Надобности нахождения её на верхней палубе уже давно нет, но на ходовом мостике, занятом навигацией, про неё просто забыли и некому отправить швартовщиков вниз... Словом, обычное фото лодки в надводном положении, сделанное, по-видимому, с буксира сопровождения.

Однако необычность фотографии заключается в том, что, по словам её владельца, на ней зафиксирован момент перехода подводной лодки "Вепрь" в Североморск летом 1998 года. Крайний слева на борту - это командир швартовой команды Влад Гарцев, а сама швартовая команда состоит из торпедистов этой лодки, среди которых можно опознать только матроса Жигалова, как самого маленького ростом. 11 сентября 1998 года их всех, кроме Гарцева, расстреляет из автомата матрос Кузьминых, который тоже находится в этом строю. Что-либо проверить или уточнить теперь уже нет возможности, поскольку командир минно-торпедной боевой части капитан 3-го ранга Гарцев Владимир 29 января 2000 года был смыт за борт с подводной лодки "Волк"...


Сообщения российских новостных программ были лаконичны:

"На одной из подводных лодок Северного флота матрос Кузьминых расстрелял несколько сослуживцев, после чего забаррикадировался в одном из отсеков. Никаких требований преступник командованию не предъявил. С убийцей ведут переговоры представители командования флота, военной прокуратуры и ФСБ. Атомная подлодка относится к типу "Барс", реактор на ней находится в неработающем состоянии".


Корреспонденты иностранных изданий давали более развёрнутую информацию:

"11/09-1998. В Скалистом застрелено 8 человек: Пальба на атомной подводной лодке. Восемь матросов были застрелены на борту АПЛ класса "Акула-2" на базе ВМФ Скалистый Кольского полуострова. Происшествие случилось 11 сентября в 3ч. 30мин. по мск. Застрелив 8 сослуживцев и тяжело ранив одного офицера, 19-ти летний матрос забаррикадировался в одном из отсеков АПЛ. Матрос Кузьминых Александр был призван Приморским военкоматом города Санкт-Петербург в ноябре 1997 года. Мать, брат, священник и психолог безуспешно пытались заставить его сдаться. В ответ на уговоры матрос пригрозил взорвать одну из торпед в отсеке, где он забаррикадировался. После 23 часов осады матрос был убит бойцами спецподразделения ФСБ.

Глава пресс-службы Северного флота заявил, что на борту АПЛ ядерного оружия не находилось, а у Кузьминых не было возможности произвести взрыв или потопить подлодку. Однако прочие корабли, находившиеся вблизи захваченной лодки, были переведены в другой район.

Несмотря на заверения официальных лиц Северного флота о невозможности подрыва торпеды без специальных знаний, в 1995 году двое матросов срочной службы лишились жизни, когда, орудуя лишь одной кувалдой, пытались извлечь цветной металл из украденной боеголовки.

Тот факт, что были эвакуированы другие АПЛ и суда вблизи захваченной лодки, означает, что никто не мог гарантировать, что обезумевший матрос не взорвёт одну из 40 торпед "Акулы". Взрыва в торпедном отсеке было бы достаточно, чтобы повредить ядерную энергетическую установку АПЛ. Норвежские службы радиационной безопасности находились в полной готовности в течение всего происшествия, которое происходило в 120 км от норвежской границы.

АПЛ класса "Акула" новейшие АПЛ ВМФ России. В боевом составе флота находится 7 кораблей этого класса. АПЛ имеет ядерную установку с реактором мощностью 190 мВт. "Акула" может оснащаться торпедами с ядерными головками, но маловероятно, что эта ПЛ имела на борту ядерное оружие.

База ВМФ Скалистый (так же известна как Гаджиево) расположена к западу от Кольского залива. АПЛ швартуются здесь с 1963 года. Кроме АПЛ класса "Акула" здесь базируются стратегические АПЛ класса "Дельта-III" и "Дельта-IV". В Скалистом также находятся 6 отстойных АПЛ.

В течение последних лет социальные проблемы на Северном флоте вызывают большие опасения. Военнослужащие не получают денежного довольствия с мая этого года. Исправление ситуации в ближайшем будущем невозможно по причине экономического кризиса в стране".


Через год военная прокуратура Северного флота рассекретит уголовное дело, возбужденное по факту захвата матросом Кузьминых атомной подводной лодки на базе в посёлке Гаджиево (Мурманская область).


Хроника захвата.

Середина сентября на Севере - это глухая осень, почти зима. Тяжёлое низкое небо, пронизывающий ветер и серая непроглядная муть. На слабо освещённом пирсе, по разные стороны которого отшвартованы подводные лодки "Вепрь" и "Леопард", одиноко бродит вооружённый вахтенный. По инструкции вахтенных должно быть два, от каждого корабля свой, так как основная их обязанность это не допустить на лодки лиц, которые не являются членами экипажа, а для этого вооружённый вахтенный должен знать их в лицо.

Однако надо помнить, что это 1998 год, то есть давно уже потерян для Вооружённых сил России качественный прибалтийский, основательный украинский и практически неисчерпаемый средне-азиатский призывной контингент. И хотя у моряков срочной службы нет выходных с увольнением, отсутствуют межпоходовые "дома отдыха" даже при части, отменены отпуска по поощрению, а "отпуска по закону" командиры предпочитают не давать вовсе, чтобы не искушать матроса невозвращением из него, и моряков-срочников экипажи передают друг другу вместе с матчастью, но их все равно катастрофически не хватает. Поэтому было решено ограничиться на каждом пирсе одним вооружённым вахтенным, которого экипажи выставляют по очереди.

Среди ночи по трапу с ПЛ "Вепрь" сошёл на пирс матрос Кузьминых и поинтересовался у "верхушки-леопардовца", кто его меняет. Узнав, что на охрану лодок скоро заступает матрос с "Вепря" Денис Бочанов, Кузьминых пожелал "леопардовцу" спокойной вахты и вернулся на лодку. Второй раз он поднялся наверх в четвёртом часу ночи, прихватив с собой кузнечное зубило на длинной ручке, которое можно найти на щите аварийного инструмента в каждом отсеке.

Видимо, какое-то время Бочанов и Кузьминых разговаривали, но потом Бочанов отвернулся, и Кузьминых ударил сослуживца зубилом по голове, проломив ему череп. Вахтенный тут же рухнул на пирс, а Кузьминых, присев на корточки, стал снимать с плеча лежащего матроса автомат, но в это время послышались чьи-то шаги на трапе "Леопарда".

Дежурный по живучести соединения подводных лодок капитан 3-го ранга Беседин проводил плановый обход кораблей. Он уже проверил "Леопард", но посещать "Вепрь" у него намерения не было: корабль стоял в боевом дежурстве, а значит на его борту находилась целая боевая смена, в составе которой был свой собственный вахтенный механик. Однако он увидел в полутьме, что возле трапа "Вепря" кто-то лежит, а над ним стоит какой-то матрос. Беседин подошёл к ним и склонился над лежащим.

Тут же он получил удар зубилом по голове, но спас поднятый цегейковый воротник бушлата. Удар пришёлся по касательной, и хотя у офицера, как потом выяснилось, были сотрясение мозга и закрытая черепно-мозговая травма, он попытался оказать матросу сопротивление. Однако тот оказался проворнее и, схватив автомат, дал по офицеру короткую очередь. Решив, что рухнувший за короб ограждения кабельных трасс Беседин мёртв, Кузьминых двумя выстрелами добил Бочанова и, опасаясь, что выстрелы могли услышать, бросился на свой корабль.

Увидев, что матрос с автоматом скрылся в ограждении рубки, капитан 3-го ранга Беседин добрался до переговорного устройства и стал кричать через него в центральный пост "Вепря", что на лодке вооружённый убийца. Приняв это сообщение, помощник дежурного по кораблю старший лейтенант Кордаков повёл себя довольно странно: послав вахтенного центрального поста будить дежурного по кораблю, сам бросился наверх, но с Кузьминых не встретился. При этом надо отметить, что и дежурный по кораблю и его помощник должны быть вооружены пистолетами. Можно поставить под сомнение результат противостояния ПМ и АК, но здесь важна диспозиция.

Во втором отсеке, куда прошёл Кузьминых, располагались жилые помещения всего экипажа. Практически в одинаковых по объёму помещениях располагаются одноместные каюты командира, возможно механика или старпома и отдельная VIP-каюта для старшего на борту. Все остальные довольствуются каютами на два-четыре места, а нижние чины - многоместными кубриками. Здесь же в отсеке находится кают-компания с телевизором, "уголком психологической разгрузки", шахматными столиками и библиотекой, но по "Корабельному уставу" "кают-компания на корабле является помещением для коллективного отдыха, занятий, совещаний и общего стола офицеров", которых в экипаже 31 человек из 73-х. Для них же, да и то не для всех, предназначена финская сауна. Нижние чины допускаются на эту палубу только в виде приборщиков, гарсунёров (стюардов) или приглашённых с разрешения старпома лиц. Для приёма пищи нижними чинами на корабле имеется столовая личного состава. Она же и спортзал, где после уборки столов расставляются тренажёры...

Матрос Кузьминых откатил в сторону дверь кубрика N12, где в это время отдыхали шесть моряков. Одиночными выстрелами методично и целенаправленно он расстрелял пятерых: Ильшата Хузина, Олега Мотовилова, Ильгиза Ракимова, Николая Климентьева и Сергея Милицкого. В шестого он просто не попал в полутьме. Ещё двое матросов, которые должны были спать в этом же кубрике, остались в живых только потому, что один ушёл спать в каюту мичманов, а другой в столовой ушивал брюки себе на "дембель".

После бойни в матросском кубрике Кузьминых перебрался в первый, торпедный, отсек. Задраив переборочную дверь, он приготовил к работе систему лодочного объёмного химического пожаротушения и подал ЛОХ во второй отсек. Перед поступлением пламегасящего фреона в отсек, включается ревун, но не общекорабельной колоколо-ревунной сигнализации, а свой, ЛОХовский, с неприятно-дребежжащим звуком. Этот сигнал предупреждает личный состав о поступлении в отсек смертельно опасных для человека паров. Все, услышав этот сигнал, немедленно включаются в портативные дыхательные устройства, что и было сделано. Проигнорировал его только старпом и по этой причине потерял сознание, но его включили в изолирующий противогаз, и он, в конце концов, отдышался.

На корабле в эту ночь находилось около тридцати человек, и как они смогли спросонок отличить ревун ЛОХа от общекорабельного, который обозначал бы сигнал боевой тревоги, никто не выяснял. Видимо, от грохота выстрелов в отсеке все сразу же проснулись, но никто не спешил покинуть каюту и выяснить обстановку.

Принудив всех заниматься антифреоновыми меропрятиями, матрос Кузьминых полностью загерметизировал торпедный отсек. Специалист он был грамотный, поэтому сделал всё достаточно надёжно. Осматривая отсек, он неожиданно для себя обнаруживает в нём своих одногодков Алексея Оконешникова и Владимира Жигалова, с которыми был знаком ещё по северодвинской "учебке". Штатного места для отдыха на корабле у них не было, поэтому они устроили "шхеру" в непосредственной близости от своего боевого поста. Алексей Оконешников считался единственным товарищем молчаливого и малообщительного Кузьминых. Не смотря на это, он расстрелял обоих...


Переговоры.

Тем временем дежурные службы оповещали командование о происшествии, и в четыре часа утра на пирс прибыли сотрудники отдела спецопераций УФСБ по Мурманской области. В Гаджиево они прибыли ещё накануне для проведения учений по обезвреживанию террористов, захвативших подводную лодку. Ирония судьбы, однако...

Переговоры с матросом-убийцей начались в 6.25 утра. Кузьминых не говорил о причинах содеянного, ни какова его конечная цель, не предъявлял каких-либо претензий ни к сослуживцам, ни к командованию. Он не выдвигал никаких ультимативных требований. Просил только еды, сигарет (хотя, по словам сослуживцев, никто не видел раньше, чтобы он курил), а так же вина и междугородних переговоров. В случае штурма угрожал взорвать лодку. На какое-то время он загорелся идеей улететь с места происшествия на вертолёте, но потом отбросил её. В 11 часов матрос вдруг заявил, что ему необходимо поспать, и прекратил выходить на связь.

Когда через четыре часа связь с ним возобновилась, командующий флотом, местный священник, психологи тщетно пытались уговорить моряка сдаться. Позже в Гаджиево прилетел главком ВМФ, а из Питера военным бортом доставили мать Кузьминых Римму Николаевну и его брата Руслана. Со священником убийца говорить отказался сразу и наотрез: "Попа уберите, я в бога не верю".

В 23.45 Кузьминых согласился открыть отсек, чтобы принять затребованную им еду и телефонную трубку для разговора с матерью. Для выполнения этой задачи был отправлен переговорщик - молодой сотрудник ФСБ. Когда Кузьминых поднёс к уху телефонную трубку, направленный взрыв разрушил ему череп с повреждением мозга.


Реальная угроза.

Крейсерская АПЛ К-157, "Вепрь", 971 проекта "Щука-Б" (по классификации НАТО "Akula-2") вступила в строй 08.01.1996 года. Расположенный в первом отсеке торпедно-ракетный комплекс включает четыре торпедных аппарата калибром 533мм и четыре - 850мм. Суммарный боекомплект - белее 40 единиц средств поражения, из которых 28 калибром 533мм, где масса боевой части 76 кг, а остальные с массой взрывчатого вещества 200кг на одно боевое зарядное отделение.

Нахождение на борту ракето-торпед с ядерными головками маловероятно, так как на основании советско-американских договорённостей от 1989 года из состава вооружения многоцелевых АПЛ были исключены системы оружия с ядерными боеголовками, хотя корабль готовился к автономному плаванию, и боекомплект на нём должен быть полным. Однако реактор ПЛ водо-водяного типа на тепловых нейтронах мощностью 190мВт и без ядерного боеприпаса представлял серьёзную экологическую угрозу при разрушении.

По заключению комплексной военно-технической экспертизы резкое воспламенение находящихся в первом отсеке регенеративных веществ, которое легко осуществить, привело бы к взрыву всего боезапаса. Минимальные последствия такого взрыва: уничтожение "Вепря" и соседних лодок, разрушение казарменного городка и повреждение ближнего к базе жилого района посёлка Гаджиево. Усугубляли положение расположенные поблизости склад горюче-смазочных материалов и торпедная база. О последствиях разрушения ядерного реактора страшно даже подумать.

Со всеми этими угрозами приходилось считаться, так как матрос Кузьминых достаточно хорошо знал, как обращаться с регенерацией и торпедами.


Путь "террориста".

Коренной питерчанин Александр Кузьминых был единственным ребёнком в семье токаря завода "Ильич" и уборщицы. Среднее образование получил в единственной на весь город школе с углублённым изучением финского языка. Учителя и одноклассники отмечают, что в школе он учился посредственно, ничем не выделялся, участия в общественной жизни класса не принимал. Однако школу Кузьминых закончил с отличными оценками. Друзей у него практически не было. Единственное увлечение - книги, которые, по словам всех, кто его знал, он читал запоем. В употреблении алкоголя и наркотиков замечен не был, приводов в милицию не имел.

По окончании школы подал документы в институт, но после первых же экзаменов документы забрал, чем по его словам вызвал большое недовольство отца. В ноябре 1997 года Приморским райвоенкоматом был призван в Вооружённые силы РФ и направлен на Северный флот. Во время медкомиссии никаких отклонений у призывника Кузьминых Александра замечено не было.

С декабря 1997 и по март 1998 года проходил обучение как курсант 7-й роты во 2-ом учебном отряде подводного плавания города Северодвинск. В "учебке" ему поставили диагноз "психически неуравновешен" и не рекомендовали его на боевую службу. Однако якобы в силу нехватки личного состава срочной службы на действующих кораблях эти рекомендации профессионально-технической комиссией СФ были проигнорированы, а скорее всего их просто никто и не читал...

Согласно заключению посмертной психолого-психиатрической экспертизы, до и во время совершения преступления Кузьминых был психически здоров и абсолютно вменяем. Однако, несмотря на внешнее спокойствие и невозмутимость, которые демонстрировал матрос, его замкнутость и неразговорчивость скрывали крайне обострённые самолюбие и чувство собственного достоинства, абсолютная нетерпимость к любому вмешательству в его внутренний мир и одновременно чувство ненужности и беспомощности. Глубокая ранимость сочеталась у Кузьминых с постоянным зацикливанием на всех неприятных или непривычных для него ситуациях. Поэтому он страдал от любых обстоятельств, которые считал для себя неблагоприятными, и стремился упорно им сопротивляться... Такой диагноз можно поставить любому, кто не пьёт водки, не "тусуется" с пивом по подъездам, не бесится под "экстези" в ночных клубах, а изучает языки и читает книги...

Гораздо точнее изложена в материалах следствия морально-психологическая обстановка на корабле. "Вепрь" - современная субмарина, входящая в состав сил постоянной боевой готовности, один из самых ходовых кораблей флотилии, что означает: лодка практически не вылазит "из морей". При этом "подводное братство" имеет свои особенности. С одной стороны от каждого моряка, не зависимо от его звания, должности и срока службы, прямо и непосредственно зависит безопасность лодки, жизнь всего экипажа, способность корабля выполнять поставленную задачу (на подводных лодках на одном боевом посту, но в разные боевые смены, могут нести службу, то есть исполнять одни и те же обязанности, военнослужащие совершенно разных категорий: матрос, мичман, офицер, или командир боевого поста в звании "матрос" вполне может по боевой тревоге иметь в своём подчинении мичманов, и старшин), но с другой стороны - существует реальное разделение на несовместимые касты по условиям службы, быта, отдыха и различным видам довольствия.

Внутри же каждой касты существовала ещё и своя градация. Матросы более ранних сроков службы, естественно, заставляли выполнять за себя работу тех, кто служил меньше, держали их под постоянным прессингом, так как уйти от тотального контроля на лодке практически невозможно. "Тормоза" же (именно такую характеристику давали Кузьминых его сослуживцы-матросы, но командиры видели в нём добросовестного и исполнительного военнослужащего, хорошо знавшего военное дело) легко могли стать мишенью для матросских "прихватов" (розыгрышей) в довольно грубой форме.

Не способствовало улучшению морально-психологического климата на корабле и то, что военнослужащие всех категорий на протяжении длительного времени не получали денежного довольствия, им сокращались нормы продовольственного пайка и вещевого довольствия, то есть кормили и одевали всё хуже, а денег не платили вообще...

Что именно послужило толчком к совершению матросом Кузьминых преступления, почему список приговорённых им к расстрелу ограничивался только обитателями кубрика номер 12 (во время переговоров Кузьминых неоднократно высказывал сожаление, что стрелял в офицера Беседина и матросов-одногодков, значит они просто оказались не в то время и не в том месте), осталось за рамками расследования. Под категорию "террорист" матрос не подходит, так как он не выдвигал никаких требований, а находился под действием психического срыва, когда о последствиях уже не задумываются.


Подведение итогов.

После этого ЧП наказали многих - от командующего Северным флотом до помощника дежурного по кораблю старшего лейтенанта Кордакова. Основная масса офицеров получила выговоры. Только командир "Вепря" капитан 1-го ранга Телушкин был отстранён от командования и понижен в должности.

Капитан 3-го ранга Беседин после излечения в госпитале получил от государства обычную страховку как за несчастный случай и продолжил службу.

Родители омичей Алексея Оконешникова и Дениса Бочанова после 2000 года требовали от государства денежных выплат в том же объёме, которые производились по распоряжению правительства РФ погибшим на ПЛ "Курск", но суды отклоняли иски на том основании, что действующие на момент гибели исполнявших обязанности военной службы матросов компенсации выплачены им по закону и в полном объёме.

Кроме этого из обстоятельств захвата корабля командование сделало своеобразный вывод: лодки теперь стали охранять по двое и... с холостыми патронами.