# "Я щас падат бюду" или "Махабхарата. Как это было".

Нурлан Акмалевич Анваров

Это продолжение рассказа "Махабхарата" написанное Василием Б. я только подредактировал.

Вам знакомо настроение той лягушки, из анекдота, которая сидит верхом на бегемоте, вокруг дождь льет - как из ведра. Лягушка и говорит:

- Погода мрачная, и еще этот бегемот к заднице прилип!?

Так вот, у "Шайтан"а из 2 РСпН было такое же настроение, когда он вернулся из командировки. Точнее сказать - это было не возвращением из командировки, а скорее бегством. Бегство было вызвано обстоятельствами (увы!), зависящими и от него тоже. В душе кошки скребли. Одно приятное чувство скрашивало подавленное настроение: что он уже дома и скоро все, что было в командировке, забудется. Останься он, еще хотя бы на пару дней и... даже думать неприятно, что могло бы произойти. Выкрутился бы конечно, но...

Оставалось немногое, и самое трудное - доклад "Батяне".

-"Постараюсь быть лаконичным, а про все художества, скажем так, ему знать НЕ ИНТЕРЕСНО" - так думал "Шайтан".

Под словом "художества" "Шайтан" подразумевал: пополнение своего дневного рациона питания "слева" и приобретение некоторых вещей за счет уличных торгашей, поскольку расплачиваться он "стеснялся". Так же не хотелось вспоминать о прострелянном из ПМ щите сигнализации и оторванный у ВрИО НШ воротник, взявшись за который "Шайтан" помогал ему встать (- а нех... нечего было на меня орать!). Так же не хотелось вспоминать о том, что "Шайтан сотоварищи" (для ускорения эвакуации), незаконно влезли в гражданский самолет, да еще и в пьяном виде. Они фактически захватили самолет, угрожая экипажу. Не говоря уже об остальном, что иногда даже самому вспоминать боязно. Однако такая штука - память, вспоминается! И тогда сладко сосет под ложечкой и появляется улыбка. Эх, ладно! Было и прошло! ГЛАВНОЕ - ЗАДАНИЕ ВЫПОЛНЕНО.

- "Ну, скорее всего, "Батяне" про "фокусы" уже известно. В таком случае, надо постараться выяснить, что именно ему известно и лишнего не болтать. Эх, еще бы набраться наглости и выпросить себе отпуск на 45 суток".

Так размышляя, "Шайтан" шел в часть. Рядом с постом ГАИ, на перекрестке, что возле части, ему повстречался "Фома Большой".

Здесь надо Вам сказать, что у нас были два "Фомы": "Фома большой" и "Фома маленький". Оба они были из 1РСпН. Различали их просто: "Фома маленький" был в 1РСпН замполитом, а "Фома большой" был "боевиком", то есть в штурмовой группе.

"Фома большой" как обычно, был экспрессивен до навязчивости, громогласен и слегка надменен. В течение двух минут он сообщил Шайтану о том, что, "Рыжий" перестрелял полроты, кого наповал, а кто в госпитале. - Да он просто псих! От кришнаитизма совсем башню снесло! Своих на задании пострелял! - кипятился "Фома".

- О как! Похоже, здесь еще веселее, чем там - подумал Шайтан и попрощавшись с "Фомой большим", продолжил свой путь.

Через десять минут "Шайтан" был уже в кабинете "Батяни". Четко доложив о выполнении задания, он ждал неизбежных "допросов". Но вопросов у "Батяни", на удивление "Шайтана", почему-то не было. "Батяня" дал десять суток отпуска, поблагодарил и отпустил домой. Тогда "Шайтан" и попросил свои 45 суток (честно заработанные!), прикидывая, что неплохо было бы отдохнуть два месяца. На что "Батяня" сказал:

- Через десять суток подойдешь, а там видно будет.

"Шайтан" вышел из штаба, испытывая двоякое чувство. Конечно, ему стало легче от мысли, что за его "художества" ему ничего не будет. Более того, его поощрили десятисуточным отпуском. НО!

- Видать, "Батяню" сейчас такие мелочи, как мои приключения мало заботят, когда в части такое ЧП! Да, "Батяне" сейчас не до этого.

Кстати "ЧП" - одно из прозвищ Рыжего, не в том смысле, что Вы подумали, а "Черный Плащ".

- Пойду в расположение роты, спрошу у парней об обстоятельствах происшествия, - "Шайтан" придал лицу скорбное выражение, стал настраивать себя на волну ритуальной сдержанности и сочувствия к пострадавшим товарищам. Он загонял в отдаленный уголок души свою радость, от удачно закончившейся командировки.

Путь от штаба к корпусу общежития лежал через пустой плац, раскаленный августовским солнцем до состояния плавящегося асфальта. Проходя через плац, "Шайтан" физически ощущал навалившийся на него груз. Он гадал, кто мог быть ранен, кто убит. Перед глазами проходили лица товарищей, кого он не видел уже четыре месяца. Кого хотел бы увидать, но, возможно уже, и не суждено. Шаги по горячему асфальту становились тяжелее, а пульс стал чаще. В ушах вдруг зашумело.

- Э-э-э, так дело не пойдет. Ну-ка возьми себя в руки! - отдал он сам себе приказ, - вот так-то лучше, пульс ровнее, дыхание глубже, живот мягкий, нос влажный. Тверже шаг! Сейчас, может быть, друзьям твоя помощь нужна будет.

"Шайтан" зашел в корпус и поднялся на второй этаж, там были комнаты личного состава 2РСпН. Он оказался в хорошо освещенном фойе, дальше, налево шел коридор, длинный и темный, как нора огромного крота. Слева и справа по коридору были двери комнат. В дальнем конце коридора возились несколько человек в камуфляже. Кто именно и что они там делали - было не разглядеть. Люди работали, они сколачивали что-то из досок.

- Обычная, предпохоронная суета, - подумал "Шайтан". Подойдя ближе, он увидал "Бонда" и "Гаппарыча", которые сидели на корточках возле снятой с петель и лежащей на полу двери. "Гаппарыч" при этом орудовал молотком, а "Бонд" что-то пилил. Им помогали дневальный и еще пара солдат из хоз. Взвода. Они несли из бытовки какие-то брусья.

- Блин, из двери гроб сооружают. Что за херь?! - подумал "Шайтан", подошел к работающим вплотную и сдержанно поздоровался. Он настроил себя на сдержанность, отвечающую обстоятельствам трагедии. Он еще и приготовился к возможным конфликтам, которые могли мгновенно вспыхнуть при поиске виновных. Зная, как неадекватно иногда могут вести себя парни даже со стальным характером, когда дело касается жизни их товарищей. Поэтому:

- Что бы ни случилось - сохраняю холодную голову и твердую руку, - сказал он себе.

- О, "Шайтан" приехал! Как дела? - спросил "Бонд", весело сверкнув золотым зубом, в тоне его вопроса не было слышно скорбных нот.

- Давай покурим.

Закурили.

- Бодрится - подумал "Шайтан".

- Да у меня нормально все. Это у вас тут что-то случилось. Что Рыжий-то так осерчал? - в ответ поинтересовался Шайтан, подстраиваясь под тон "Бонда", - "Фома большой" говорил, что поубивал кришнаит всех. Кстати, а где он сам то?

Бонд ответил:

- Да не-ет! Нашел, кого слушать! Это вот "Гаппарыч" - великий гази! Воин ислама, он джихад организовал! А "Рыжий" - в госпитале.

- Как Гаппарыч? - изумился Шайтан, - расскажи толком, что случилось? "Шайтан", как ему казалось, хорошо его знал "Гаппарыча". Он и "Шайтан" были добрыми приятелями. Ему импонировала рассудительность, скромность и веселая доброта этого парня. Такому нужны были очень веские основания, что бы начать стрелять.

Бонд:

- Короче, поехали мы брать одного х... хрюнделя. Разбились мы на две группы. В одной "Бек", "Будильник", "Гапарыч" и Валера, то есть - мусульмане. А в другой группе - "Рыжий", Андрюха Х. "Малой" и "Казак", то бишь - кришнаиты. Вошли они с двух сторон во двор, а там - две огромные собаки, о которых никто не знал. Немецкая овчарка (она обошла всех) и кинулась на "Малого", вцепилась в ствол его АКСУ. Ну он и выстрелил ей прямо в пасть! И сразу наповал. А на меня кинулась кавказская овчарка, я в нее из 6П9 стреляю, она только визжит и все равно лезет кусаться. Тогда в нее с боку "Рыжий" дал очередь, как ему показалось, в собаку, а попал он в Валеру и в "Будильника". Тут "Гаппарыч" увидел, что его братьев - правоверных мусульман кришнаиты убивают, да как заорет "Аллаху Акбар!" и давай из пулемета с бедра палить по кришнаитам.

Кришнаиты корчатся, падают, а тот все никак не угомонится, "всех, - кричит, - завалю! Собаки неверные, и сам жить не буду!", вот, - завершил свой рассказ "Бонд". Он выдержал паузу и говорит:

- Теперь "Гаппарыч" наказан, я его за это дверь заставил ремонтировать.

"Шайтан" незаметно улыбнулся и подумал:

- Индо - Пакистанский конфликт в отдельно взятом подразделении, блин, - но ничего не сказал, а в темном коридоре при этом стало как будто, немного светлее. Степени проступка и наказания, конечно, "соответствуют".

"Шайтан" спросил у "Гаппарыча" с удивлением:

- Ты что, братан, охренел?

Но тот лишь насупился, пробормотал что-то себе под нос и продолжил работу. "Гаппарыч" - парень из хорошей семьи, воспитанный в уважении к старшим и с "Бондом", который был, кстати, его командиром, спорить не стал. "Шайтан" продолжил:

- А я думал вы гроб из всякого мусора ваяете.

Бонд сощурился в хитрой улыбке:

- Не, гроб не нужен, живы все. Четверо раненых. И какой же это мусор - ценная порода дерева! - он поднял правую руку и направил указательный палец куда - то вверх - ДСП!

В коридоре стало определенно еще светлее.

Время было - около часу дня. Подошло время обеда. Оказалось, что в роте остались только "Бонд", "Гаппарыч" и еще пара человек, остальные были в спортзале. Большая часть "боевиков" роты была на обеспечении какого-то мероприятия. "Бонд" пошел на обед домой, он жил прямо рядом с частью, а "Гаппарыч" пригласил "Шайтана" к себе в комнату. Отобедать "чем Бог послал" и поболтать о жизни. Пока "Шайтан" был в командировке, его комната была передана новеньким. "Гаппарыч" и "Шайтан" купили свежих лепешек, какие пеклись только здесь, в пекарне рядом с частью и по которым "Шайтан" безумно соскучился, разогрели банку тушенки. За обедом "Шайтан" вернулся к разговору о перестрелке с кришнаитами:

- А что ты там кричал, когда стрелял? Что-то я раньше за тобой не замечал исламистских настроений?

"Гаппарыч" налил в чайник кипяток.

- Это потому что, их не было - улыбнулся и добавил, - и нет. "Бонд" просто прикалывается. Когда "кавказец" пошел на "Бонда", я крикнул "Бонду" "стреляй!", а он только стволом в морду собаке тычет и назад отступает. "Рыжий" стрелял со своего края, ну я и дал короткую. Еще кто-то стрелял. И вообще у меня АКС был. Постреляли.

"Гаппарыч" помолчал несколько секунд и добавил:

- Псина здоровая, не собака - медведь! У него передняя лапа почти отвалилась, на шкурке висит, а он все рычит и на "Бонда" идет.

- "Бонд" наверняка стрелял, просто за общим грохотом его выстрелов слышно не было - 6П9, все-таки, - подумал про себя "Шайтан".

"Гаппарыч" продолжил:

- Потом менты его вчетвером в машину закидывали, такой пес огромный был. У него, как менты сказали, более тридцати пулевых. Даже в зубах оболочка от ПМовской пули застряла! Монстр, а не собака!

В это время в открытую дверь заглянул "Бек". Увидав "Шайтана", он радостно закричал:

- Здорово, "Шайтан"! - они обнялись, похлопывая друг друга по спине, - жив еще!?

- Ха! Скажешь! "Шайтан" бессмертен! Это вы тут собак воспитываете, дрессировщики, блин. "Фома" мне вон рассказал, что полроты полегло - смеясь, ответил тот.

"Гаппарыч" налил "Беку" чай в пиалу и пригласил за стол. "Бек", взяв пиалу со стола, кивнул "Гаппарычу" в знак благодарности и повернувшись к "Шайтану", с возмущением воскликнул:

- "Фома" - индеец, он много пьет огненной воды и трубкой мира злоупотребляет.

Вообще-то обвинения "Бека" были напрасными, потому что все знали, "Фома" не пьет и не курит, но сейчас это не имело значения. Так "Бек" выражал свое отношение к достоверности слов "Фомы". "Шайтан" усмехнулся:

- Понял тебя. А что там было-то?

Бек:

- Да нормально все.

Он помолчал, а потом как захохочет:

- Приколись, стоим мы с Валерой, за углом дома, а во дворе, слышу: стрельба из автоматов. Думаю, ну, все, дух нас засек и открыл огонь, а наши - в ответ. Мы же поначалу хотели его "по-тихому" взять. У Валеры 6П9, он прижался к стене спиной, и стоит, пистолет стволом вверх держит. Слушаем, какой там беспредел творится. Вылезать с пистолетами все таки стремно, там площадка открытая и огонь из автоматов ведут. Тут Валера поворачивается ко мне и говорит: "-я щас падат бюду", - И при этом ствол мне в лицо направляет! Я его руки со стволом вверх приподнимаю, и говорю: "-Ээ! Стой, что ты вдруг падать будешь! Зачем?" - а он опять стволом мне в лицо тычет и: "-Я щас падат бюду", - а потом закатывает глаза и падает. Там в темноте видно не было, как потом оказалось, сердечник пули "5.45" рикошетом отскочил от асфальта и ему в локоть вошел. Он и не понимал, от чего ему плохо.

"Бек" еще рассказал немного о других новостях и ушел по своим делам. "Гаппарыч" и "Шайтан" остались вдвоем.

- А за что тебя "Бонд" наказал? - спросил "Шайтан" у "Гаппарыча".

"Гаппарыч" добродушно улыбнулся, снова разлил чай по пиалам, по местному обычаю - на пару глотков.

- А он меня и не наказывал, я в эту комнату недавно переселился, вот дверь отремонтировал, "Бонд" мне помог. Если хочешь, второе место свободно - вселяйся.

- О! Хорошо. Только я сейчас в отпуск собрался, как вернусь - займу. Надо еще в госпиталь съездить к пацанам.

"Шайтан" допил чай и выплеснул заварку из пиалы в открытое окно. Достал сигарету из пачки и закурил.

- Они легкие все, скоро сами здесь будут, - сказал "Гаппарыч".

Солнце заглядывало в распахнутое настежь окно, лучи его пробивались через листву деревьев и весело скакали по свежевыбеленной комнате. Внутри комнаты было чисто, тихо и уютно.

Позже, "Шайтан" все-таки заедет к Валере в госпиталь, остальные к этому моменту уже выпишутся. А сейчас он отправлялся домой. Ноги сами несли его к жене и сыну. Про все, что было связанно с командировкой, он тут же забыл. Легкость наполняла все его тело, а впереди ждал отпуск и сказочная среднеазиатская осень.