# Ложная тревога

Олег Викторович Бабаков

Ложная тревога.


Прошло уже два месяца командировки, жизнь наладилась и текла своей чередой, наряды, зачистки, охрана моста. Утро сменяло ночь, день - утро, и так далее время бежало по своим неумолимым законам, в природе наступила осень. Это ощущалось в первую очередь ночью. Хотя вокруг было все еще зеленым, но постепенно меняло свой цвет. "Зеленка", окружавшая станцию, как-то из сочно-зеленой превратилась в коричневатую и поредела, ночи стали холоднее и, казалось, стали еще темнее, чаще стали лить дожди. Все это наносило свой отпечаток и на службу, отряд устал, меньше слышалось смеха, да и разговоров тоже.

Это были обычные сутки. Вечерняя смена ушла на посты, пришедшие с постов поужинали и разбрелись по территории. Кто отправился в спортзал, кто в баню. Кто смотрел телевизор в "Каминном зале" - так называли единственное большое помещение в отряде, где стоял длинный стол и был установлен телевизор с видеомагнитофоном. "Каминный зал" использовали и как место для проведения совещаний, и как столовую в ненастную погоду, а вечером там собирались свободные сотрудники посмотреть телевизор или видак, почитать более-менее свежую (с задержкой на неделю) прессу, поиграть в нарды или шахматы, а то и просто посидеть потрепаться или попеть песни под гитару.

Работа в дежурной части, также шла своим чередом, периодически звякал коммутатор, посты докладывали обстановку напротив их постов, дежурный выслушивал их молча и записывал доклады в рабочую тетрадь, изредка отдавал распоряжения, напоминая о бдительности и внимательности: ночь обещала быть темной, так как небо было затянуто тучами. Тут же в дежурке замполит с командиром готовили ежесуточное донесение, после 00 часов дежурный передаст его в сводный отряд.

"Чайку бы сейчас" сказал командир.

"И я не против", поддержал комиссар.

"Тебе зеленый или черный?" спросил командир, подымаясь из-за стола.

"Как себе" буркнул комиссар, склоняя бородатую голову над столом, делая последние записи в документах.

В это время коротко брякнул коммутатор.

"Говори" коротко бросил в трубку дежурный.

Все замерли, молча глядя на дежурного, а тот, выслушав доклад и отняв трубку от уха, коротко сказал:

"Второй докладывает - по зеленке кто-то с фонариком шарится, просит разрешения на работу".

"Ну вот, попили..." коротко бросил командир.

И уже конкретно дежурному:

"Свяжись со вторым, иду к нему, первому передай, чтобы внимательней был, кто не спит, только тихо, все в ружье и на второй, остальных, если начнем "шуметь"....."

Командир быстро накинул висевшую в дежурке разгрузку, привычным движением взял в руки автомат, "Мой кармультук", ласково называл он его, предмет зависти многих, АКМС с ГП-25 и круглым пулеметным диском на 75 патронов, и уже на ходу крикнул дежурному ...

"Да, и не забудь предупредить соседей..." быстрым шагом пошел в сторону второго поста.

"Погоди, я с тобой" бросая писанину, вдогонку крикнул комиссар, надевая на ходу разгрузку, он схватил свой автомат и исчез в темноте вслед за командиром.

События начали разворачиваться согласно выданным распоряжениям, зажужжала ручка коммутатора, дежурный быстро передавал распоряжения командира. Из "Каминного зала" выбежало несколько вооруженных бойцов (оружие всегда находилось при бойцах, где бы они ни были) и исчезли в темноте по направлению ко второму посту.

Две тени подошли ко второму посту и, быстро ответив на оклик постового, прошли на наблюдательный пункт, вслед за ними прибыло и подкрепление.

Второй пост находился в центре траншеи, проходящей по берегу отводного канала, который защищал станцию "Червленая Узловая" от бурного Терека в весенний период. С одной стороны он примыкал к первому посту, расположенному на крыше трехэтажного дома, в котором находился дежурный по станции, первый пост имел круговой сектор обстрела, на нем находилось все тяжелое вооружение отряда АГС- 17 и ПКМ, постоянно дежурила "кукушка". С другой были позиции наших соседей - отряда ОМОН Забайкальского УВД на транспорте. Вдоль всего канала на протяжении станции были отрыты окопы в полный профиль, оборудованы блиндажи, индивидуальные огневые точки. Все было основательно и надежно. Даже связь была дублирована (телефонная и радио). Но это был и один из самых опасных постов. К осени канал пересыхал и не представлял уже большой преграды. "Зеленка" находилась на противоположном берегу канала, на расстоянии 30 метров от окопов (бросок гранаты). Правда за последнее время она поредела и стала коричневатой, а не зеленой. Конечно, все подходы к окопам периодически закрывались всякими техническими средствами, они с такой же периодичностью срабатывали, а разведка, так же периодически обследующая зеленку, перед расположением с той периодичностью находила, лежки не то снайперов, не то наблюдателей, а иногда следы крови, а то и окровавленные бинты. Поэтому второй пост нес напряженную службу, особенно ночью, и полученная с него информация озаботила командование отряда.

"Ну, показывай, где тут у тебя фонари в "зеленке" - спросил командир старшего наряда.

"Да вот в этом направлении" - и боец показал направление, в котором наблюдал непонятное свечение из "зеленки". Все пришедшие на пост стали вглядываться в темноту ночи и практически сразу увидели сквозь листву колеблющийся огонек, как будто, кто-то осторожно пробирался сквозь "зеленку": он то пропадал, то вновь появлялся, и было такое впечатление, что он движется по направлению к посту.

"Первый ответь Деду" по радиостанции запросил первый пост командир.

"На связи первый" моментально послышался ответ - "Ты посмотри в "зеленке" напротив начала окопов приблизительно, на расстоянии примерно 400-600 метров, никто не лазит с фонарем?" спросил командир.

Радиостанция щелкнула в ответ, дав понять, что вопрос понятен. Прошло несколько томительных минут. Прибывшие бойцы заняли огневые позиции и были готовы открыть огонь в любой момент. Замелькали тени в расположении соседей. А огонек все мелькал и мелькал....

Наконец

"Дед - первому" раздалось в динамике радиостанции.

"Говори" послышалось в ответ.

"У меня все чисто" коротко ответил первый.

"Продолжай наблюдать" бросил в микрофон командир и, сунув радиостанцию в карман разгрузки, повернулся к замполиту.

"Ты будь здесь, а я на первый, сам погляжу".

"Хорошо" сказал замполит, поднимая к глазам направленный в сторону странных огоньков бинокль.

Через пару минут командир был на первом посту.

"Ну, как дела" - спросил он старшего и подошедшего снайпера.

"Хоть что-нибудь видно?"

Оба бойца отрицательно замахали головой. Командир взял у старшего "Циклоп" (так в шутку бойцы отряда прозвали бинокль ночного видения "Байгдыш", за его большой объектив) и стал осматривать предполагаемое место, где должен был бы находиться непонятный источник света, всполошивший всех. Но экраны бинокля светились ровным зеленым светом, не обнаруживая ничего интересного. Отдав "Циклопа" старшему, командир еще долго осматривал зеленку, оценивая местоположение возможного нахождения непонятного источника света. Темная "зеленка" лежала перед ним и просматривалась сверху практически до Терека, и дальше до Терского хребта. Слева сиротливо светили огнями Дорбанхи, до них было километров десять.

Минут через пятнадцать командир вернулся на второй пост.

"Ни хрена там не видно" ответил он на немой вопрос комиссара.

"Есть предложение пугнуть немного" - продолжил он - "Давай стрельнем по фонарикам"

"Давай" согласился замполит, "Только соседей предупредим, чтоб не палили без толку".

"Ага, подымай второго снайпера" - "А я здесь" - послышался голос из темноты - "И пусть дежурный предупредит "соседей" - продолжил командир.

"Шурик" - позвал он снайпера - "Дай-ка свою красавицу" Подошедший снайпер передал командиру винтовку СВД.

"Как пристреляна?" - спросил он - "Сто по центральному, а дальше как полагается" - ответил снайпер.

"Ну, посмотрим..." сняв крышки с прицела, командир привычным движением загнал патрон в патронник, и изготовился к стрельбе.

Сухо щелкнул выстрел, в ночной тишине он прозвучал громко и неожиданно, за ним еще один, и еще. Стрельба прекратилась, командир еще долго смотрел в прицел.

"Ничего не пойму" - сказал он - "если бы кто был в "зеленке", то, по крайней мере, погасили бы фонарь, а он как светил, так и светит".

"А может быть это гнилушка" - произнес с улыбкой в голосе, кто-то из бойцов из темноты.

"Или скопление светлячков" - уже со смехом сказал стоявший рядом комиссар, "Сколько ты там их поубивал, убивец!"

Легкий смех прошелестел по окопу.

"Завтра разведка по трупам определит, если другие ночные твари не подъедят их" - в тон ответил командир. А самого в голове складывалась картинка, полученная на первом и втором посту.

"Мост ответь Деду" - прозвучала командирская радиостанция.

"На связи" ему сразу ответили.

"Белую ракету вертикально над расположением" - прозвучал приказ.

По правде говоря, запустить ракету вертикально удалось только со второй попытки. Первая ракета полетела туда, куда ей хотелось, кто был в Чечне, знает эти ракеты, они редко летят так, как надо. В основном норовят полететь именно туда, куда им хочется.

"Все, отбой" - сказал командир после правильного отстрела ракеты.

"Попасть в лампочку на столбе на окраине Дорбанхов все равно никто не сможет" добавил он смеясь, "Это надо же было так лажануться" и забрав свой "кармультук" пошел в сторону расположения.

"Пошли чай пить замполит" с улыбкой сказал он.

"Нет, ты объясни, почему так?" ответил тот.

"В дежурке объясню... и тебе, и всем желающим" - сказал он в ответ.

Через несколько минут в дежурке собрались все любопытные. На столе лежала на скорую руку нарисованная не то схема, не то кусок карты местности. Кругом дымились кружки с горячим чаем. Объяснения были короткими, со схемой все стало понятно сразу.

"....таким образом мы пытались попасть в фонарь на столбе на окраине Дорбанхов на расстоянии около десяти километров" подвел итог разговора командир.

"Осень проредила "зеленку", вот и стал через нее просвечивать фонарик, вернее лампочка на столбе, а движущаяся листва, ветки и расстояние сделали картинку реалистичной с точки зрения движения по "зеленке" - добавил он - "Ну что ж, и на старуху бывает проруха".

Проведенная утром разведка подтвердила ночные расчеты.