# Из писем с войны

Дмитрий Бабкин

От кого: МИТЯ Баракибарак, провинция Логар. 56 ДШБ. ИГОРЬ Асадабад, провинция Кунар. Батальон спецназа.

Бабкин ДмитрийИз писем с войныСоздан: 17/08/2004, изменен: 17/02/2009, 33kДневник: Афганистан, МемуарыОт кого: МИТЯ Баракибарак, провинция Логар. 56 ДШБ. ИГОРЬ Асадабад, провинция Кунар. Батальон спецназа.============================================================

Из писем с войны

ОДИН ЧЕЛОВЕК, МИТЯ:

Ну, здравствуй, это я!

Наконец-то все определилось, и я могу написать тебе, что произошло за эти две недели, как я уехал из Гайжюная. Сегодня праздник - 7 ноября, и первый день моей службы все в той же в/ч п./п. 44585 (помнишь тот чирчиковский адрес). Кажется, что прошло гораздо больше времени, но это, наверное, от расстояния и количества событий и мест.

Короче, все по порядку. 25 октября нас подняли в 6 часов утра, одели, выдали все шмотки, какие положены, и уже днем мы - около 70 человек из всех частей учебки - были на вокзале в Каунасе. Оттуда на электричке нас привезли в Вильнюс. Аэропорт - рейс 8086, Вильнюс - Куйбышев - Актюбинск - Ташкент (Ту-134), 6 или 7 часов полета. Вокзал. Электричка. Чирчик. Мы снова попали в то место, где проходили курс молодого бойца. У меня аж сердце защемило, когда я увидел ворота части. Встреча со старым. Но там все изменилось. Теперь это пересыльный пункт на пути в Афганистан. Кого там только нет: и артиллеристы, и связисты, и танкисты, и мотострелки, и химики, и проч., проч., проч. Ну, тут, уж мы впервые, пожалуй, почувствовали что такое десантники. Все нацепили береты, тельники, и другие регалии десантных войск. И вся эта трехтысячная толпа чернопогонников нас уважала. Нас боялись. Мы превосходно сыграли роль ярых десантников. Бедные офицеры сбились с ног собирая нас по городу, по гауптвахтам, и другим веселым местам. Хорошо, если ночью в казарме спала половина народу. Остальные, где только не шлялись. Короче, полная свобода (читай анархия).

29 октября прибыло еще 60 человек из Гайжюная. Наши силы удвоились. И мы бы перевернули весь Чирчик, если бы в ту же ночь нас не отправили в Кабул.

Ташкент. Аэропорт. Ту-154Б-2. Один час двадцать минут полета. Самолет пошел на снижение. Внизу показались горы и долины Афганистана. Это красиво, как может быть красиво однообразие коричневой пустыни. Очень красиво. И страшно...

Кабульский аэропорт. Наши самолеты, вертолеты, истребители, танки, бронетранспортеры, солдаты, офицеры - вокруг, война. Пересыльный пункт под Кабулом. Пятеро суток. Грязь. Холод. Дождь. Снова грязь. Полное безделье и покой. Братская могила.

Снова аэропорт. Два "Боинга". Ожидание вертолетов. Афганские солдаты. Наконец пришли вертолеты. Ми-8. 45 минут над горами. Гардез. В/ч 44585. Плакат над входом: "Слава советским десантникам". Солнце. Днем жарко. Ночью холодно. Жить можно. Но нас, несколько человек отправили еще дальше - ближе к границе. В отдельное подразделение части - за перевал. БТР-70. Дорога. Ездят такси из Гардеза, и как-то не верится, что здесь стреляют, что рядом душманское гнездо. Подвезли несколько афганцев, один говорит: "Афганистан - не хорошо! Афганистан - душман, басмач, не хорошо!", - говорит, а сам улыбается как-то злорадно.

Короче, здесь нормально - живем в казармах (повсюду в Афгане советские войска живут в палатках), есть баня (даже в Гардезе ее нет), ну и т.п.

В общем, все o'key - пишите письма мелким почерком.

Так получается, что все время времени ни на что не хватает. Это хуже всего - крутишься, как белка в колесе, и все равно всего сделать не успеваешь.

Здесь, в Афганистане, жизнь сурова и требовательна, и остаться человеком очень тяжело, по крайней мере, поначалу. Такая жизнь одних закаляет, других заставляет спускаться по наклонной плоскости все ниже и ниже до самого конца.

Кем же окажусь я? Хватит ли сил и воли и чувства собственного достоинства, чтобы продержаться эти пятнадцать месяцев и не пойти ко дну?

Еще меня мучает.... Однажды ночью, я вышел на улицу и посмотрел на чистое небо. Там не было Большой Медведицы! Ее там просто не было! Млечный путь, Южный Крест, Зодиакальные созвездия, все есть, а Медведицы нет. Почему-то звездное небо у меня всегда ассоциировалось с ней. Небо Родины.

Это ностальгия. Порой хочется идти и идти все время на север сквозь мрак и холод, через мины и пули, грязь и голод! Удивительное чувство.

Сразу прошу, прости меня за то, что так долго не писал. Сначала у меня болел большой палец на правой руке так, что я ею вообще ничего не мог делать (он и сейчас еще болит, видишь, какой корявый почерк). Потом просто не было никаких мыслей и желания что-либо писать. Сейчас, правда, нет ни одного конверта, но я уже пишу. Короче, вот уже с десятого января я лежу в инфекционном отделении Кабульского госпиталя. У меня вирусный гепатит (желтуха) - самая распространенная болезнь в Демократической Республике Афганистан. В Союз меня, к сожалению, не отправляют т.к. мой военный билет остался в части. А была, кстати, одна эвакуация в Запорожье, но не судьба видно мне до срока попасть на Родину.

Что не говори, а здесь я сильно набрал в весе. Кормят здесь неплохо - не сравнить с батальонным пайком. Дают и белый хлеб, и творог, молоко, молочные каши, яйца и т.д.

С января, и по самый апрель я лежал в инфекционном госпитале в Кабуле. В общем, отдыхал. Желтуху обычно лечат в Союзе, но мне не повезло: военный билет остался в части, а без документов границу пересечь нельзя. Хотя, это может и к лучшему, потому что, побыв с месяц в Союзе, обратно возвращаться в ДРА очень даже неприятно. Итак, в середине апреля меня, наконец, выписали. Три дня мы с одним парнем обитали на аэродроме в Кабуле в ожидании вертолетов: то они перегружены, то в Гардез их просто нету, то еще что-нибудь. Но, ничего, в Кабуле уже было жарко, и поесть у нас было что. Как-то выжили. Наконец, загрузились, и полетели в Гардез. Еще ночь на БТРах переночевали и поехали в батальон. Вот и все приключения по дороге.

Сейчас война продолжается. Правда, теперь я уже не оператор - поставили другого, ну да черт с ним. Зато теперь на операциях я хожу на кишлаки вместе со всеми. Это правда, тяжелей и опасней, но зато интересней. Ладно, будем живы, не умрем.

Жара стоит адская. Рота получила новые машины вместо вышедших из строя. Скоро придет молодое пополнение. Со снабжением стало гораздо лучше. Теперь мы регулярно получаем сгущенку, творог и сигареты, чего раньше не было. Я с дрожью вспоминаю зиму, когда мы доставали сигареты только на выездах: стреляли у бабаев (афганцев). Правда, тогда, мы курили 'Kent', Oxford', 'More', 'Red and White', но их было так мало. Теперь мы курим "Памир", "Северные", "Донские", но их у нас, зато считают не пачками, а на килограммы.

Жара выматывает, но самое худшее еще впереди. Ведь впереди июль и август. Ведь впереди еще почти год службы здесь, на краю земли. Будь проклята эта жизнь над пропастью.

Прости меня за мое частое молчание. Но, честное слово, нет ни времени, ни сил часто писать письма. Да и содержание дается с трудом - настолько все однообразно. Сейчас вообще тяжело стало жить: каждый день наряды, хоть вешайся - из караула в караул. Дело в том, что уволили больше половины батальона, а молодых еще не привезли. Вот и осталось нас в роте человек 40, а во взводе 6 человек. Вот и ходим каждый день в наряды.

Я долго тебе не писал. Отчасти потому, что писать, в общем, то нечего было, потом поехал в командировку. Кабул, Пулихумри... сейчас снова Кабул. Получали новую технику из Союза. Скоро поедем обратно. Здесь, в Кабуле, живем припеваючи. Питаемся, раз в 10 лучше, чем в батальоне, смотрим всякие фильмы - мексиканские, французские, индийские, чаще всего показывают серию про карате, только вот до сих пор не пойму, кто эти фильмы производит: толи Япония, или Гонконг, или, может, Тайвань... Короче, не фильм, а постоянная беспрерывная драка в течение полутора - двух часов. Ширпотреб.

В остальном все нормально. За время поездок я поправился килограмм, наверное, на 10, а то ж вообще был кожа да кости. Так что сейчас здоровье так и прет из меня.

Вот, наконец, вернулся из командировки. Покатался за полтора месяца. Был в Кабуле, Гардезе, Газни, Баграме и их окрестностях. Был на концерта Эдиты Пьехи, был даже на дискотеке в Кабуле. Заимел новых друзей, не потерял старых. Чуть было даже в Союз не заехал, но не хватило документов, а потом, когда съездил забрал военный билет в части, было уже поздно. Понасмотрелся всяких кинобоевиков, типа "Фея карате" или "Золотой удар". Действует отупляюще.

Имею сообщить, что служба моя армейская проходит нормально, вот. Здоровье мое тоже не ухудшается, хотя, и не прет, конечно, тоже. И не смотря на отсутствие здесь условий для создания какой-либо диеты, несмотря на волнения, печень после желтухи, ведет себя хорошо.

Только вот одно мне не нравится. Оказывается, не осталось ни одной ведомости, которая бы свидетельствовала о том, что я не получил получку за 4 (четыре!) месяца - ноябрь, декабрь, январь и февраль. А это 54 чека! Представляешь. Так что у меня прибавились, как видишь, еще и денежные хлопоты. Просто безобразие.

Еще могу тебе сообщить, что скоро получу высокую правительственную награду - медаль "За отвагу". Представление в Москву ушло в начале октября. Вот. Гордись. Ну, а так, все по-прежнему. Уже тошнит от этой службы. Сейчас, как подумаю, что я тут пережил, так голова кругом идет. В общем, все хорошо, прекрасная маркиза...

Главное, что вырвусь отсюда живым, и относительно здоровым.

ДРУГОЙ ЧЕЛОВЕК, ИГОРЬ:

18 марта, в 1 час ночи наша колонна пересекла государственную границу с ДРА около города Термез. Перед этим была погрузка и 2-хсуточный переезд в Термез из Чирчика. И вот, 18 марта, после отдыха, мы двинулись в путь по земле Афганистана. У каждого автомат, куча боеприпасов, все в полно боевой готовности отразить неожиданное нападение врага. А оно могла случиться, как нас предупредили, в любую минуту. Все было очень интересно. И сама дорога, и встречные афганские машины, и странно одетые люди, аулы, дувалы, и т.д., и т.п. Это был первый день нашего пути. Машина работала отлично, забегая вперед, скажу (сплюнул три раза) что она не подвела меня ни разу, а дорога была длинная, по моему спидометру - 789 км. И вот, только вчера, 29-го, мы, наконец, целые и невредимые прибыли на место нашего лагеря. Правда, ехали не все эти 11 дней. Из них 6-ть стояли на последней нашей стоянке в расположении ДШБ около города Джелалабада. Наш же лагерь находится около города Асадабада, на границе с Пакистаном. Отсюда видны вершины пакистанских гор. Границы, как таковой нет, кругом горы, между ними река - это и есть условная граница. По-моему я уже слишком далеко забежал вперед, ничего не сказав о самом переезде почти через весь Афганистан. Чистым временем выходит ехали мы 5-ть дней. Выезжали утром, часов в 7, а вечером приезжаешь на очередную стоянку. Дорога асфальтированная, правда, под Джелалабадом и дальше вся в рытвинах и выбоинах. Проезжали огромные туннели в горах, перевалы. Скажу не хвастаясь, что машину водить научился довольно неплохо. Трасса очень сложная - серпантин, т.е. с одной стороны скалы, с другой пропасть, и дорога извивается как змея, а скорость 40-60. Так начинаешь чувствовать машину, что 13 тонн слушается тебя как велосипед. Сами горы очень красивые, такую красоту только в кино раньше и видел, а оазисы - все зеленое, благоухающее. Даже не верится, что где-то тут есть душманы, банды. Кстати, за все время движения нас так ни разу и не обстреляли - "прямо обидно". Правда, разок стреляли, но, как говорится, ответным огнем мы уничтожили...

На обочинах иногда попадается наша разбитая техника, и заминированные участки дороги приходится объезжать, и подорванные мосты, а так едешь, как будто по родному Кавказу на "жигулях". Лично у меня такое ощущение, что я где-то на юге.

"Путешествие" наше длилось 11 дней, из них пять мы простояли в Джелалабадском ДШБ, пока они расчищали нам дорогу от мин и душманов, которые водятся в этом районе в большом количестве. Было днем 40 градусов жары. Загорали, купались в речке, даже ловили рыбу. В нашем лагере немного "холодней" - градусов 30, но это и лучше, а то от жары не знаешь куда деться. Теперь обживаемся на новом месте. И вот, наконец, 29 марта, мы прибыли на место. Расположились мы около г. Асадабада, в 8-ми километрах от Пакистана. Рядом с нами стоит пехотный батальон, артиллеристы. Есть аэродром для вертолетов. Наш же лагерь расположился на крохотном пятачке (1 км. на 800 м.). Это, как бы остров, так как со всех сторон окружен водой и горами. Воды тут много, слава богу, течет река Кунар, арыки. А ведь ты же знаешь, что такое тут вода.

Пока то, что мы в Афганистане, в полном смысле не ощущается. Что будет дальше, посмотрим. Кормят довольно неплохо, да и подкармливаемся тушенкой, сгущенным молоком. Перевод ваш не получил, т.к. из Чирчика мы уехали 13-го марта. Могу сказать, что там я провел лучшее время моей службы. И вообще, только не подумайте, что это высокие слова, то, что я увидел, то, что я понял, чему научился за время службы в этом батальоне - это все и есть жизнь.

У меня жизнь протекает как в трудовом пионерском лагере. Строим себе палатку, заграждения, натягиваем масксети. Чтобы вы немного имели представление о моей жизни, распишу свой день (а они похожи друг на друга, как две капли воды). До вчерашнего дня все спали по своим машинам, вчера перебрались в палатку, т.к. она уже почти готова. Это не просто палатка, а целый дом, обтянутый брезентом. Все стены оббиты досками, пол будет выложен камнями.

Так вот. Утром встаем сами, без всякого подъема, это часов в 6.00. В 6.20. завтрак. Поели, и на работы, кто куда. Работаешь потихоньку до обеда, т.е. до 13.00. В 14.30 опять развод на работы. В 18.00. начинает темнеть, и, к 19.00. наступает непроглядная темень. В 19.30. ужин, и в 20.30. вечерняя поверка и отбой. Так и живем. Правда, уже группы ходят на задания, но это без всяких боев, а так, как поход в горы. Я никуда не выезжаю, и в ближайшее время не собираюсь. Сидишь тут, как на зоне - с трех сторон вода, а с четвертой - колючая проволока, и самый длинный путь в лагере не больше километра.

Сегодня градусов 35 на солнце. Я загорел как негр, хожу в одних трусах и панаме. Ночью холодновато, накрываешься одеялом и шинелью. Погода как на Луне. Почти неделю шли дожди, точно, как в Белоруссии. Под шум дождя вспоминался дом, а вообще, дом вспоминается очень часто. Соберемся своей дружной компанией, и мечтаем о том, как будет на гражданке, как соберемся, все вместе у меня в поселке, и будем вспоминать о службе. Ведь это только на первый взгляд все однообразно, а для нас даже самое простое здесь, уже событие.

Остался год, даже меньше года нашей 4-х летней разлуки, и извини меня за откровенность, я хочу, чтобы такой человек как ты, остался моим лучшим другом навсегда. Поэтому, только поэтому, я бы очень хотел, чтобы такое событие в твоей жизни, как женитьба, произошло в моем, так сказать, присутствии. НО, опять таки, ведь я ничего не знаю, ты даже не писал мне об этом, поэтому, решай сам. Главное, чтобы все было o'key.

Теперь, немного о себе. В общем то, у меня все по-прежнему. "А здесь стреляют, а здесь, как прежде идет война". Война здесь у нас и правда идет не малая. Проводится крупная операция, в которой задействованы целых две армии. Цель ее, перекрыть, или, по крайней мере, частично перекрыть в этом месте границу с Пакистаном. Штаб и ЦБУ расположились тут, у нас, понаехала тьма начальства. Я со своей БМП-КШ стою около штаба, держу связь. В этом мне "помогает" целый кабульский полк связи, который развернулся здесь же. Громят духов, как могут: и артиллерия, и авиация, и "ГРАД". Там и пехота, и ДШБ, и наш спецназ. Скоро, правда, операция кончится, тогда поживем немного "в мире". У нас как всегда жара - градусов под 60, но ничего, приспособились немного, переносим. Открыли тут чековый магазин (я, кстати, получаю 13.80), так что пьем "Sisi", греческий апельсиновый сок и т.д., ты все это сам в свое время вкусил.

В любимой твоей Средней Азии, как всегда светит яркое солнце, и горы, чернеют своими громадами, на фоне голубого неба. Правда, к всеобщей радости, жара стала чуть-чуть спадать, иногда идут дожди, и тогда веет откуда-то Белоруссией - ее погодой. Да, Митька, мучает меня ностальгия, тебе ведь знакомо это чувство?

"Когда же дембель, я мать увижу и дом родной?"

А пока все по старому: отбои, подъемы, зарядка, "пайка", построения, работы и, в перерывах между всем этим, боевые операции - не реже раза в неделю. Я тоже иногда выезжаю на своей БМП-1-КШ.

Стоп!

На этом самом месте мне сообщили, что я иду в горы на операцию, помощником радиста. Так что сегодня уже 24-е... Всю ночь мы спускались с гор, потом 10 км. по равнине, потом на броне домой. Теперь 16.00., я капельку оклемался, и вот решил продолжить это письмецо. Что это была за операция, и как она прошла, я распространяться не буду, скажу только, что сил я растратил столько, сколько можно растратить за неделю беспрерывных каторжных работ...

Я думаю, тебе это знакомо, но наш батальон отличается сложностью выходов, и даже ДШБ в этом отношении, достается намного меньше. Спецназ, есть спецназ, и комментарии здесь излишни.

Опять сижу с Ратмиром на станции телефонистом на коммутаторе. Его напарник, Санек, на операции, я его подменил. Где-то неделю назад я тоже ходил на операцию помощником радиста. Полазил по горам вдоволь, даже слишком. Теперь как на даче, отдыхаю. Пишу письма, благо для этого занятия здесь все условия. А вообще, распорядок моего обычного дня я вам уже описывал в самом начале моего пребывания здесь. Он, в общем, не изменился.

Вот Ратмир шлет вам большой привет, он сейчас жарит блинчики. Да, да, не удивляйтесь, мы тут иногда занимаемся кулинарией, пытаемся разнообразить свой моцион.

Очень я соскучился по вам, по Минску, по дому. Завтра, 5-го августа, ровно 15-ть месяцев, как я служу. Осталось 9-ть. Помните, как у Высоцкого:

9-ть месяцев - это не лет,

Первый срок отбывал я в утробе,

Ничего там хорошего нет.

Не помню, как в утробе, но тут действительно ничего хорошего нет. Ну, да ладно, прорвемся. Не мы первые, не мы, к сожалению, последние.

Ну, а у меня все как всегда. Опять сижу на дежурстве с Ратмиром. Санек - его сменщик, заболел. У нас теперь многие болеют этой болезнью. Москитная лихорадка называется. Температура большая, слабость, головные боли. Но это не страшно - дня 3-4, и от болезни и следа не осталось. Гораздо хуже что-нибудь типа желтухи или тифа. Сейчас вот заступил на ночь, до 5-ти утра пересижу - передремлю. В 5.00 у нас подъем, в 7.00 завтрак, в 8.00 смена. Потом можно поспать до обеда - обед в 13.00, а в 14.00 снова заступать на дежурство до 20.00. Ночь отдыхаешь, и в 8.00 снова на смену. Такой вот круговорот. Ратмир живет так уже 4-е месяца. Поесть, посидеть на дежурстве, поспать, поесть и снова на дежурство - кажется живи, не тужи. А попробуй так месяц, год? Но, конечно, это лучший вариант. Так можно служить даже тут, в Афгане. Каждому свое, никто тут не выбирает чем заниматься. Вот и я посижу с Ратмиром еще денек-другой, и опять сяду за штурвал своей БМП-1-КШ.

Вы спрашиваете, в чем заключаются мои выезды тут? Постараюсь объяснить.

Я выезжаю с бронегруппой. Бронегруппа - БТРы, БМП берет на броню десант, и выезжает в район намечаемых боевых действий. Высаживается десант, и пешим порядком идет в горы, в то место, где по каким-либо данным засели душманы, например, в каком-нибудь кишлаке, или туда, где проходят караванные пути из Пакистана. Бронегруппа остается в назначенном месте для прикрытия. Все это делается ночью. К утру люди возвращаются, и, на броне едут домой, т.е. в лагерь. Какова же моя задача, вернее задача моей машины? Во-первых - связь, и, во-вторых - на ней ездит комбат. Комбат всегда сам ходит в горы, а вообще, в горы ходят все. Вот и я полазил по скалам помощником радиста, помощником, в смысле физической помощи, т.е. тащил аккумуляторы, воду, сухпаек. Так что всего попробовал...

Немного посмотрел по телевизору фестиваль. Смотришь, как будто трансляцию с другой планеты. Вот когда показывают в программе "Время" Афганистан, Ливан, Иран или еще что-нибудь в таком роде - тогда все понятно, война, она и в Африке война...

Шучу, конечно. Просто тут отвыкаешь от цивилизации, от нормальной жизни.

По-прежнему дежурю в аппаратной. Моего командира - радиста, ранило на операции, и теперь БМП на приколе. Говорят, что ему перебило кисть, так что не знаю, появится ли он здесь вообще. Может, молодого пришлют, было бы не плохо, а, вообще, без разницы. Сейчас экипажи наших связных машин увольняются, кто будет ездить на операции? У нас две "Чайки", и две БМП-КШ. Из экипажей этих машин останусь только я, все остальные дембеля.

Наступила осень, и вместе с ней, начались болезни. Желтуха, тиф, малярия...

И, как по закону подлости, желтухой у нас, в группе связи, заболело уже восемь человек, и все дембеля. К тому же, почти все радисты с центровых станций, так что в последних у нас сейчас сильный дефицит.

Где-то в конце октября, начале ноября, должно прийти молодое пополнение. Скорее бы хоть какое-то изменение, новые лица. А то все рожи уже приелись до чертиков.

Операции у нас теперь почти каждый день. Дело к зиме, духи спускаются с гор в кишлаки. Поэтому, операции в основном по проческе кишлаков, и довольно успешные. Наград наш комбат не жалеет, уже, наверное, полбатальона награжденных, конечно, больше всего в разведроте.

Надо будет и мне как-нибудь собраться на войну, а то засиделся на станции, давно не ходил. К тому же кишлаки чесать лучше, чем в горы лазить. Ну, вот, вкратце, и все мои новости.

1 час ночи. Только что прибегал наш командир. Унюхал запах жареных блинчиков (мы их с Ратмиром делали себе на ужин, так сказать доп. паек), и спросил: "Как там, солдат, блинчиков сварганить можно?" И это в час ночи! Ужас! Теперь в соседней станции мой коллега "варганит" их ему, благо, собрали с миру по нитке - у кого плитку, у кого муку, воду, у кого жир. Вот так иногда он юродствует - наш командир.

Ладно, потерпим еще полгодика, не так оно, конечно, все и страшно. Может и стоит все это того неописуемого счастья возвращения на Родину, к родным и близким. Как говорится, полюбить - так королеву, проиграть -так миллион, а служить - так в Афгане, - это я уже от себя добавил.

Еще вы спрашиваете насчет комсомола, эпидемии. В комсомол я в ближайшее время вступлю, пока руки не доходили. Эпидемия вроде, немного утихла, заболевают меньше, возвращаются с лечения те, кто заболел раньше. Им теперь на дембель, жалеют, что и 100 грамм за возвращение не выпьешь. Но это все временно, потом восстанавливается, можно будет хоть ведрами пить! Шучу.

17 декабря будем отмечать традиционный армейский праздник - 100 дней до приказа. Обычно на него тех, кому уходить, стригут налысо и под бритву. Может и я подстригусь, если все так решат. До дембеля отрастут новые - это даже полезно.

Уже 11 дней батальон на очередном длительном выезде. Я опять остался. Это, так сказать, отдых перед большой работой. С 1-го по 10-е февраля должны уволить всех оставшихся дембелей, в том числе и экипажи командно-штабных машин. Уволят их без замены, и когда она будет неизвестно. В общем, останется только наша БМП-КШ, и вся нагрузка падет не наши плечи. Так что придется еще повоевать до дембеля.

А пока батальона нет - живем, как в пионерском лагере - ни отбоев, ни подъемов и т.д.

До приказа уже 65 дней!

Наши передавали, что воюют неплохо. Взяли много оружия, и т.д., и т.п. Придут они числа 25-го. И, видимо, числа 10-го февраля опять поедем на войну до весны. А там и дембель не за горами. Одно не радует, что уволить могут поздно, как этих дембелей. Ведь экипаж второй БМП-КШ еще тут - сейчас на войне. А проводить тут еще одно лето вовсе не охота. Тут и сейчас днем можно в одних трусах ходить. Снег белеет только на вершинах самых высоких гор.

У меня всего хватает, даже кофе растворимый пью. А для вас это роскошь, ведь так?

У нас, в городе Асадабаде провинции Кунар, жизнь течет, как и прежде - стреляют. Теперь мы воюем по несколько другой тактике. Весь батальон выезжает куда-нибудь к Джелалабаду или даже к Кабулу на недели две. Там становимся лагерем, и делаем вылазки на кишлаки, караваны и т.п. Вот и теперь, весь батальон смылся под Кабул, а я, на этот раз остался так сказать дома. Дежурю, т.е. сижу на связи на своей БМП-КШ. Я же "специалист широкого профиля": и радистом могу быть, и механиком-водителем, а надо было, и простым разведчиком по горам лазил. Последнее, конечно, самое неприятное, но тоже, в некотором роде, полезное дело. Правда, механикам-водителям в последнее время на этих затяжных выездах тоже приходится нелегко. Духи, педерасты, ставят мины, где только могут. На последней операции была масса подрывов. Погиб, подорвавшись на фугасе, мой друг. Мы с ним вместе были в Печах в одной роте.

На этой же операции с нами "воевал" корреспондент газеты "Правда", так что, в скором времени, читай о нас в этой газете. Ну, да ладно. Если все будет нормально, приеду расскажу тебе подробней, обо всем, что было. Ты один сможешь меня понять по настоящему. Я вспоминаю, как ты рассказывал мне об Афгане. Не врубался я тогда в твои рассказы. Для непосвященных это все пустые слова.

У меня все нормально. Сижу на связи, иногда выезжаю на ТСП (тактико-специальная подготовка). Только вчера проводилась первая операция в этом месяце недалеко от нашего лагеря. Сегодня она еще продолжается. Я остался, как запасной вариант, на случай, если понадобится помощь, я должен буду выехать с комбатом и подмогой. Сейчас сижу на связи, слушаю, что там у них происходит. Скажу для вас, что у них все нормально. Зато выехал Ратмир на связном БТРе, как радист. Они развернулись за км. 8 от лагеря. Вот какие обширные сведения я вам доложил об этой операции.

Вы спрашиваете, участвовал ли я на той операции, про которую написано в "Правде"? Я же написал, что участвовал - она была еще до Нового года. Ну, а комбат, именно тогда, мог быть и не со мной. Он ездит или на моей машине, или на других КШ-мках.|

У нас было 4 или 5 таких операций - длительных, и далеких от лагеря. Я был на двух, на остальные не ездил. Ну их к черту, такие операции. Едешь к черту на кулички, а потом живи неделю, две в БМП.

Ну, а случай в газете описан обычный. Так что можно было даже и не разобраться, когда именно это было. Обычное продвижение колонны ночью и выход - такое бывает часто.

Вчера отмечали день рождения одного друга - хорошо отметили - мягко говоря, и грубо выражаясь (или наоборот). Вот сегодня сплю в своей БМП полдня, что бывает редко, обычно я сплю полдня в палатке. Но, так или иначе, твое письмо пробудило меня от тяжелого сна, подняло настроение, и я решил тоже взяться за перо и бумагу, что в последнее время я делаю крайне редко. Сам знаешь, как пишутся письма под конец службы... вот, вот ... плохо пишутся. Как говорится - "как аукнется, так и откликнется", поэтому и получаю я соответственно столько же, т.е. последнее время мне вообще не пишут. Хотя я их всех, подлых, поздравил с 8-м марта, когда был на выезде в Джелалабадской провинции. Мы там две недели воевали и довольно успешно. Потом приехали, но вскоре опять отправились в те края. Разрушили там еще пару-тройку кишлачков и вернулись с победой. Неделю назад были на войне недалеко от Асадабада. По ту сторону Кунара, т.е. не так давно, до апрельской революции, это были пакистанские земли. Отсюда и вытекающие последствия. Почти год назад, в мае 85-го, наш батальон положил на той стороне, правда не там, где были в этот раз, 28 человек убитыми и в два раза больше раненными (не помню, писал я тебе об этом или нет). Тогда это было в кишлаке. Подробности при встрече. Теперь два батальона спецназа - наш и 1-й джелалабадский, поползли на две с половиной тысячи метров. Там, по данным агентурной разведки, был укреп район с ДШК, ЗГУ, безоткатками, телефонная связь между постами и с Пакистаном. Так оно и было. Кстати, один склон этой высоты афганский, а другой, уже Пакистан. Опять таки не буду вдаваться в подробности. Беда постигла в этот раз 1-й батальон. 11 человек убито, около 30 ранено. В район боевых действий прибыли (конечно, не на сами горы) большие начальники с большими звездами. Трое суток шел бой. Захватили и уничтожили массу оружия и духов. Поддерживала армейская артиллерия и авиация. Опять таки, подробности при встрече. Ребята побывали в Пакистане - в общем, операция была не слабая.

Духи - педерасты последнее время охуели. Обстреливают нас тут почти каждый день. Позавчера, после послеобеденного развода, начали обстрел и одна мина или р/с, черт его разберет, угодила прямо на место построения, а там в это время ставилась задача 4-ой роте обеспечения. В результате 1 убит и 7 тяжелораненых. Убит дембель. Хорошо, что мы ушли с плаца, буквально через пять минут туда угодила эта проклятая мина, а мы как раз стоим за 4-ой ротой...

И эти ебанные подрывы... Прямо передо мной подрываются БТРы, БТСы, меня бог миловал (сплюнул три раза). Под дембель становишься суеверным. А тут, сам видишь, дембель в опасности. Но я не плачу и не рыдаю, жду его родимого как манну небесную.

А ты, милай, правильно заметил - ПМО 68, написано у меня на панаме. Было бы отлично, если бы строго придерживались срока увольнения - апрель - июнь. А то у нас тут могут "пошутить", и уволить в августе. Но я, все же, конечно, надеюсь на лучшее. Всем я пишу: "Если бы вы знали, как я хочу домой." А ты, ведь знаешь, как я хочу, сам так же хотел. Но, так или иначе, готовь дорогой мой друг банку водки в полном смысле этого слова (ведь теперь ее продают именно в этой таре), и жди меня. Я вернусь с победой, и мы устроим революцию души и тела, а если понадобится, то и революцию в полном смысле.

Бачи всех стран соединяйтесь!

Да сгинет "мирное" афганское небо над головой! Да постигнет соседний Пакистан кара небесная, и сгинет он! Во веки веков, аминь!