# Жизнь прекрасна

Юрий Иванович Баранов

Ю.И. Баранов


ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА


Да ты че? Жизнь прекрасна! Сколько мы с тобой не виделись? Почти двадцать лет. Это же надо? Елки моталки!

Его красные уши, неестественно приклеенные к бледному треугольному лицу, пламенели и подрагивали от возбуждения.

Я ведь после училища попал в Воздвиженку под Уссурийском праваком на ТУ-16. Думал, Приморье, романтика и все такое. Ну, посмотрел на Тихий океан. Искупался. Стал потихоньку в себя приходить и думать. Командиром корабля стать - шансов никаких. Не в добрый час нас выпустили. Слишком большой выпуск оказался. Перепроизводство правых летчиков. Ясно, что командирами станут те, кому от рождения в спину дуют попутные ветры: сыночки и племянники. Да ещё те, кто задницу начальству лизать умеет. А я не умею. Ну, не умею и все. Как быть?

Стал я диагнозы копить и болячки. Подкопил и в госпиталь. А эскулапы - гипократы, гиппатуты моей бабушки, предлагают вернуть меня в полк с ограничением в летной деятельности и через год переосвидетельствовать. Накося. Выкуси, трубка клистирная. Я ведь уволиться хочу вчистую. А эти гуманисты в белых халатах не дают. Ну, я подумал маленько, подсуетился и нашел среди гуманистов этих самого гуманного. Уж, я ему спирта и красной рыбы перевозил немеряно. Помог родимый, помог золотой мой, яхонтовый и брульянтовый. Списали меня. Не годен я оказался к военной службе и летной работе, ни в мирное, ни в военное время. Вылетел я из армии, как пробка из бутылки шампанского и полетел прямиком домой. А дома устроился в Аэрофлот специалистом по седьмой воде на киселе. Полтора года непонятно кем работал и непонятно чем занимался, но в Аэрофлоте. А когда все ходы и выходы узнал, бегом на ВЛК.

Дескать, лихоманка отступила, здоров я снова. Берите меня летать, пока я готов вас осчастливить. Вот так я стал летать в Аэрофлоте, праваком на АН-24. Полетал, посмотрел. И понял - невпротык. Слишком много здесь ребят, у которых на глаза юбилейные рубли наклеены. Натуральным продуктом с такими не расплатишься. Плюнул я на все это и ушел. Оказалось, что в Аэрофлоте я даже пенсию налетал, аж сто рублей. Устроился в одну контору. На хлеб с маслом хватает. Зато я человек свободный. Никто надо мной не висит ежеминутно. Никто строем не водит. Никуда я не тороплюсь. Никаких ночных рейсов и придурков с авоськами в салоне.

- Ты то как? На чем летаешь?

- А помнишь на прыжках парашютных...

Уши его потускнели, стали бледнеть и, казалось, что они сейчас опадут зелеными лопухами от тоски и грусти.

.........................................................................................................

Давно я его не видел, и все вспоминал, как же он сейчас живет на свои сто рублей пенсии.

А недавно встретил.

Да ты че? Жизнь? Жизнь прекрасна! Я тут в одной конторке пристроился. На хлеб с маслом хватает. Его красные уши подрагивали от возбуждения и радости.

А помнишь?...


Июль 2005

ВЛК- врачебно-летная комиссия