# За дружбу!

Ашот Эрнестович Бегларян

Самвел всегда входил без стука, как, наверное, и подобает старому боевому товарищу. Я радовался его внезапным визитам - подобно порыву свежего ветра он разом отгонял уныние и скуку, которые целыми днями владели мною. Энергия у Самвела переливала через край: он шутил, пел, смеялся здоровым, задорным смехом, и я заражался его бодростью, жизнерадостностью и беспечностью, забывая хотя бы на время о своём почти безвыходном, как в прямом, так и переносном смысле этого слова положении...

Вот и сегодня он шумно вошёл в незапертую, как обычно, дверь, да не один, а с ребятами - Давидом и Камо. Словом, собрались боевые друзья-разведчики, весь экипаж нашего БТРа...

Признаюсь, поначалу это меня очень удивило - все вместе не встречались давно, вот уже год. 'Сегодня же праздник - День защитника Отечества!' - вдруг осенило меня, и я удивился не столько своему 'открытию', сколько тому, что мог не помнить об этом.

Самвел торжественно нёс шампанское и большой, замысловатой формы пузырь водки. У ребят же в руках были всевозможные кульки с яством. Быстро, по-армейски накрыли на стол.

- Ну что, ветераны, начнём хвалить друг друга, ведь сегодня - наш день! - Самвел поднял стакан. - За нас!..

Выпили, и стол оживился. Ребята стали вспоминать войну - нет, не свои подвиги, а курьёзные, почти анекдотические ситуации, без которых не обходится ни одна война.

- А помните как Тигран, выйдя ночью по нужде, спросонья забрёл на вражеский пост и, матерясь по-армянски, стал будить спящих часовых, а те и не поня...

Взрыв хохота прервал Камо на полуслове.

- А этот... как его?.. Ну что вечно попадал в истории... Рома... Помните как, приняв однажды на грудь, вдруг расхрабрился и решил за 'языком' сходить, но сам попал в 'плен' к нашим же из нижних постов?

И снова безудержный смех. У Давида даже слёзы полились, и со стороны могло показаться, что не хохочет он, а рыдает.

- Да, чуть не забыл! Я же тебе деньги сразу за два месяца принёс! - Самвел вдруг обратился ко мне, картинно ударив себя по лбу. - В собесе сказали, что к празднику наскребли.

Признаюсь, я давно ждал этих денег. Мне, колясочнику, пособие нужно было как воздух: лекарства, мази, бинты и прочее. К тому же врач рекомендовал срочный курс против пролежней. Конечно, инвалидов войны, а тем более таких, как я, пригвождённых к месту, в основном обслуживают бесплатно. Но не могут же государство и общество быть постоянно в курсе всех твоих проблем, а потому, как ни крути, определённые расходы приходится делать самому.

- А за март не дали? - спросил я.

- Я же приносил в прошлый раз, - удивился Самвел.

- Это же за февраль было...

Воцарилась неловкая пауза. Все с недоумением посмотрели друг на друга.

- Как? - Самвел отрезвел и стал серьёзным. - Подожди, в прошлый раз...

Я понимаю, что случилось недоразумение. Разговор принимал весьма неприятный оборот, а потому стараюсь поставить на нём точку.

- Я, наверное, что-то спутал...

Но Самвел - не мальчик: он, конечно же, догадывается, что я говорю не совсем то, что думаю.

- Сколько тебе тогда принёс? - допытывается он.

- Не помню... В последнее время у меня путаница в голове, провалы в памяти. Как это по-научному называется?.. Прогрессирующий склероз что ли? - улыбаюсь я, пытаясь вернуть разговор в прежнее весёлое русло. - Ребята, а помните как у села Айкаван?..

- Нет, подожди, по-моему...

Я делаю последнюю, решительную попытку сменить тему:

- Послушай, разговор этот мне не нравится. Зачем разматывать клубок колючей проволоки, которая никому не нужна? Зачем зря колоться и царапаться? Давай о чём-нибудь другом...

- Логично! - поддерживает меня Давид. - А теперь слушайте тост.

- Только давай покороче, а то всё стынет, - вставляю я, облегчённо вздохнув.

-За дружбу!..


2004 год