# Маршал

Александр Иванович Бешкарев

"МАРШАЛ"


После долгого празднования очередной годовщины вывода советских войск из Афганистана бывший воин-интернационалист Лёха с красивой украинской фамилией Журавель возвращался домой. Был бы Лёха чуть трезвее, выбрал бы дорогу длиннее и поспокойнее. Но так как ноги заплетались, и очень хотелось спать, то решил сократить путь. И в очередной раз права оказалась народная мудрость о короткой дороге, которая не всегда бывает быстрой.

Свернул Журавель под арочку, за которой до дома и дивана всего-то метров триста. Но сразу за аркой уже много лет находилось отделение милиции. Сержант, куривший на крыльце, поманил Лёху пальцем. Бредущий на "автопилоте" интернационалист не то, что палец, сержанта не заметил. Пришлась тому отклеиться от стенки, сделать пять шагов и остановить Леху рукой. Не обращая внимания на заверения Журавля о полной трезвости и наличии квартиры вон в том доме, милиционер затолкал упирающегося ветерана в отделение.

На простой вопрос дежурного, кто такой, Лёха чистосердечно признался - Журавель. На свою хмельную голову сразу получил звездюлину. - Мля, ты ещё издеваться будешь? - Фамилия дежурившего в ту ночь капитана была Воробей и ростиком он был гораздо меньше Журавля. - В "обезьянник" его, пока не протрезвеет - дал он команду сержанту. А перед "обезьянником" у задержанных положено карманы досмотреть на предмет недозволенного и пришлось Лёхе карманы выворачивать. Из наружных карманов на стол легли монетки в крошках табака, зажигалка и мятая пачка сигарет, а уж когда Журавель расстегнул курточку... Дежурный даже из-за стола привстал - на Лёхином пиджаке сверкали четыре медали и два памятных знака за Афган. - Ну, не хрена себе, "маршал Василевский"! - воскликнул Воробей и продолжил - Я пятнадцать лет в милиции служу и всего одна медаль. Чьи железяки понацеплял, салобон?

Сержант оказался сообразительней дежурного. Выскользнув в двери, метнулся на второй этаж и вернулся с одним из заместителей начальника милиции. Тот, глянув на медали, приказал отвести "героя афганской революции" на служебном УАЗике домой, и сдать на руки жене. Через четверть часа Лёха уже спал на застеленном специально для него в коридорчике стареньком "пьяном" диване. А ту арочку и курящих на крыльце милиционеров теперь даже трезвый, Журавель обходит стороной.


02.06.06