# Путешествие без границ. Часть V

Андре Дидерикс

Крайняя часть воспоминаний полковника Андре Дидерикса.

Часть V


Конец эпохи


## Глава 17


Колледж Сухопутных войск и переезд в Дурбан, 1988-1991 гг.


К этому времени я уже был майором, но по многим вопросам не соответствовал основным требованиям Пехотного корпуса. Четвертого декабря 1987 года, в местной больнице Фалаборвы родилась наша первая дочь Марна, а неделю спустя мы временно обосновались в Претории, где нам предстояло прожить весь следующий год, пока я проходил курсы тактики боевых групп в Военном колледже Сухопутных войск ЮАР. Теперь у меня появилась возможность проводить больше времени со своей семьей, чего мне до сих пор не хватало. В тот период мы проводили незабываемое время на семейной ферме Вентцелей, недалеко от Секунды. По окончании курсов в декабре мне сообщили, что я назначен командиром учебного крыла учебной школы Сил специального назначения 1-го разведывательного полка (также известного как 1-е Recce) в Дурбане.

Перед отъездом из Фалаборвы мне сообщили, что мы с коммандантом Бутом Свартом награждены медалью "Южный Крест" за выдающуюся службу. Их нам вручили на параде в Дурбане. В моем наградном листе было сказано следующее:

"В период с октября 1984 года по декабрь 1987 года майор Дидерикс командовал 54-й разведывательной ротой специального назначения и руководил рядом операций за пределами Южной Африки.

При проведении операции "Хвостовая часть" 20 мая 1986 года, майор Дидерикс был назначен руководителем операции, и отличился исключительной самоотверженностью и выдающейся службой. В ходе этой операции были совершены успешные нападения на две цели АНК в Зимбабве. Несмотря на всю сложность и опасность операции, она была проведена безукоризненно. Эта операция продемонстрировала и доказала секретную военную мощь Южной Африки в соседних государствах и обеспечила уважение к ее военному потенциалу.

В ходе операции "Катамаран-2" в период с октября 1984 года по 19 марта 1985 года и операции "Цербер", проводившейся с 11 октября 1985 года по 3 декабря 1985 года, под командованием майора Дидерикса, был достигнут большой успех, увенчавшийся сбитием самолетов противника. В ходе двух операций было сбито три вражеских самолета, в результате которых погибло тридцать три вражеских солдата. Успех этих операций можно отнести на счет самоотверженности и профессионального командования майора Дидерикса.

Майор Дидерикс также руководил рядом операций малых групп спецназ, проводившихся за пределами Южной Африки. Несмотря на то, что эти операции были очень чувствительными, проводились на большом удалении и требовали значительного умственного и физического напряжения, он великолепно руководил действиями своих групп".

Мы всей семьей прекрасно проводили время в Дурбане. Рано утром, 12-го октября 1989 года, в больнице Аддингтон родилась наша вторая дочь Анрè. Как и в случае с нашим первенцем, я присутствовал при этом событии. Очень смелый поступок для меня!

Я вынужден был признать, что дни моей активной оперативной работы остались в прошлом. Я смирился с этим, зная, что теперь моим главным приоритетом стала моя семья. Я уже не мог бы действовать с таким же мужеством и безраздельной преданностью и страстью, как в прошлом, поскольку операции малых групп требовали стопроцентной самоотдачи. Я был удовлетворен сознанием того, что сделал все, что мог. Я был чрезвычайно благодарен Создателю за то, что он провел меня через все это. Я также был очень благодарен начальству за предоставленную мне возможность и оказанное доверие. Я также был в большом долгу перед теми, кто поддерживал меня, а также перед малыми группами. Что касается моих оперативных дней, то они пролетели так быстро, что я был почти готов назвать их одним днем!

Что касается семьи, то нас постигло серьёзное испытание, когда мать Ритджи заболела раком. Несмотря на интенсивное лечение, ее здоровье все более ухудшалось. Анрè была крещена в церкви в Тричарде, и наша мать настояла на своем присутствии. Через две недели она умерла. Она была замечательным и очень талантливым человеком, ее уход стал большой потерей для нашей семьи и общества.

Учебная школа Сил спецназа являлась четко функционирующей и хорошо организованной структурой, во многом благодаря работе моих предшественников, особенно Малькольма Кингхорна. Во время его командования, была структурирована и формализована бóльшая часть учебного материала. Самоотверженность таких людей, как Джек Грифф, Франс ван Дейк (оба они - настоящие солдаты во всех смыслах этого слова) и многих других, обеспечивала то, что Силы специального назначения имели учебные материалы и учебную базу такого же уровня, как и у большинства военных организаций в мире, если не лучше.

Я возглавлял проект по усовершенствованию так называемого "нового" отборочного курса. Теперь подход к отбору кандидатов стал гораздо более научным, и основное внимание уделялось определению потенциала индивидуального кандидата, после чего он проходил короткий этап физического отбора, который состоял из серии физических упражнений, проводимых на протяжении относительно короткого периода времени. По мере того как курсанты уставали, они подвергались серии психологических и простых практических упражнений. На одной из отборочных программ мы застали всех курсантов врасплох, когда представили новое снаряжение под названием "осьминог". Он состоял из пяти тяжелых круглых шаров, соединенных между собой короткими цепями. Дело было не столько в его весе, весьма небольшом, а в том, что переносить "осьминога" в группе из четырех человек было крайне неудобно. "Осьминог" был представлен в качестве альтернативы хорошо известному "железному кресту", представлявшему собой пять отрезков железнодорожной рельсы, соединенных в центре с помощью опоры.

Я часто ездил в Мадимбо, на нашу тренировочную базу в северной части страны. Здесь река Лимпопо образовывала естественную границу между Южной Африкой и Зимбабве и являлась частью этого района. Местность здесь идеально подходила для проведения различных курсов, таких как выживание, бушкрафт, следопытство, тактика малых подразделений, минно-подрывное дело и множество других. В районе водилась разнообразная дичь. Для обеспечения учебного процесса тренировочная база была хорошо оборудована и оснащена. Я наслаждался такими визитами, так как это давало мне возможность проводить некоторое время в буше.

В 1991 году, в год проведения операции "Буря в пустыне", меня приняли на учебу в Высшие командно-штабные курсы при Военном колледже южноафриканских вооруженных сил в Претории. Мне пришлось упорно учиться, чтобы преодолеть нехватку знаний и опыта в ведении традиционной войны. Во время одного из запланированных визитов в Школу Сухопутных войск в Лохатле, во время демонстрации артиллерийского огня, я получил осколочное ранение в лодыжку, когда сидел на крыше боевой машины пехоты "Ратель". К счастью, ранение оказалось несерьезным. И хотя мне нравился Военный колледж, где у меня появилось много новых друзей, я был рад, когда курсы завершились. Прошло одиннадцать дооооолгих месяцев.

Я наслаждался отдыхом со своей семьей в Дурбане, когда мне позвонил бригадир Джейкс Сварт, на тот момент Командующий Силами специального назначения. Командующий Сухопутными войсками предложил мне командовать 21-й пехотным батальоном, располагавшимся в Ленце на юго-западной окраине Йоханнесбурга. Впервые пехотное подразделение было предложено возглавить офицеру спецназа. Для меня это была большая честь, и я принял этот вызов. Мое командование должно было длиться только два года, после чего я смогу вернуться в спецназ.


## Глава 18


21-й пехотный батальон южноафриканской армии и возвращение в Дурбан, 1992-1994 гг.


Двадцать первый пехотный батальон южноафриканской армии (обычно называвшемся просто - 21-й батальон) был сформирован как первое чернокожее многонациональное пехотное подразделение Сил обороны ЮАР. В 1992 году подразделение состояло из четырех рот. Рота "Дельта" представляла собой специализированную роту, состоящую из кавалерийского, мотоциклетного взводов и взвода служебных собак. Политический ландшафт Южной Африки быстро менялся. Нельсон Мандела был выпущен на свободу, и тысячи сосланных комбатантов ранее запрещенных политических партий вернулись в страну. Эти события привели к тому, что подразделение стало крайне политизированным.

Моя жена с готовностью приступила к своим обязанностям председательницы женского клуба части, и вскоре ее приняли жены других военнослужащих. Она тратила на клуб все свои силы и посвящала ему все свое время, и добилась больших успехов. Несмотря на все проблемы, с которыми мы столкнулись, это оказались два очень успешных года нашей жизни.

Оркестр 21-го батальона считался лучшим в Силах Обороны. Я часто выходил из своего кабинета, сидел и слушал, как они репетируют. Для меня это было настоящим тонизирующим средством.

Армия регулярно принимала участие в ежегодном армейском марше, который проходил в Швейцарии. Военнослужащие всех стран мира собирались для участия в марше, длившемся на протяжении трех дней и проводившемся на расстояние 70 километров через самые красивые районы Швейцарии. Меня пригласили принять участие в этом испытании вместе с двумя коллегами - коммандантом Кобусом де Коком, офицером разведки 41-й армейской группы из Джермистона, и коммандантом Йоханом Хефером, командиром подразделения связи, дислоцировавшегося в Ленце. Вместе с сотнями других кандидатов мы приехали на армейскую базу "Фоортреккерхойте" [Фоортреккерхойте (африкаанс Voortrekkerhoogte, "Высоты Фоортреккеров") - один из старейших военных комплексов южноафриканской армии, заложенный еще в 1902 году лордом Китченером для нужд Британской армии. В нем располагались ряд военно-учебных заведений и подразделений центрального подчинения. После падения режима апартеида база переименована в "Таба Цване".] в Претории, чтобы принять участие в двухдневном отборе. В отличие от других серьёзных кандидатов, я находился не в самой хорошей физической форме и не мог подготовиться заранее, но Ритджи убедила меня, что я должен хотя бы поучаствовать. В конце второго дня отбора меня, Кобуса и еще несколько более молодых ребят отобрали во вторую команду. Йохан Хефер попал в первую команду. В Швейцарии начались мои отношения с Кобусом де Коком, которые продолжились на протяжении нашей второй карьеры, во время которой мы создали новые успешные бизнес-предприятия в семнадцати африканских странах. Кобус - один из самых преданных и компетентных людей, которых я когда-либо встречал, вскоре ставший моей родственной душой.

Я начал страдать от проблем с поясницей, которые часто перерастали в хронические спазмы спины. Тяжелые рюкзаки и парашютные прыжки теперь начали брать свое! Меня поместили для лечения в военный госпиталь в Претории. Пока я лежал неподвижно в постели, мой друг и хороший хирург, коммандант Джордж Шарф, произвел мне биопсию небольшого вздутия, которое я обнаружил у себя на шее.

Я позвонил Калли Роосу, человеку, которого очень уважаю и который пользуется моим безоговорочным доверием. Калли, являвшийся в то время армейским капелланом, также был квалифицированным оператором спецназа. Он долго сидел возле меня в ту первую ночь в больнице, и помог мне понять, почему сейчас это произошло со мной, ведь мои дочери были тогда еще очень молоды. Но в конце концов я успокоился и вверил свою жизнь, как я это делал всегда, в руки Господа.

Было начало августа 1992 года, и Объединенный Демократический фронт начал общенациональную кампанию массовых протестных акций. Это был беспокойный день в подразделении, так как я должен был отправлять войска в различные места. В тот же день мне позвонил доктор Шарф и сообщил шокирующую новость: у меня обнаружили рак. Я был абсолютно опустошен и вынужден был уступить комфорту и безопасности, которые обеспечивала мне моя семья.

Мне посоветовали вести более спокойный образ жизни. В один из дней я вернулся в свою часть после операции и решил отклонить любезное предложение начальства занять менее ответственный пост в армии, и вскоре я вернулся к своей обычной суете. Первого января 1994 года я был назначен командиром 452-го парашютно-десантного батальона в Дурбане, который ранее являлся 1-м разведывательным полком. Я был очень благодарен за возможность командовать таким престижным подразделением, как 21-й пехотный батальон. Я был так же счастлив и горд вернуться в спецназ, на этот раз с повышением и уже в качестве командира. Мы прибыли в Дурбан в декабре 1990 года, и дети были рады снова встретиться со своими старыми друзьями. Мы поселились в традиционном доме командира. Это был уютный дом с прекрасным видом на океан. Мы были очень рады вернуться в Дурбан.

n

Было начало февраля 1994 года, и я решил нанести визит вежливости доктору Джорджу Шарфу в 1-й военный госпиталь Претории. Он только недавно вернулся в госпиталь после окончания высших командно-штабных курсов ВВС. Он осмотрел меня и подтвердил мои худшие опасения. После небольшой операции мне пришлось пройти радиотерапию в госпитале им. Х.Ф. Фервурда (позднее переименованном в Академический госпиталь Претории). Мне любезно предложили жилье в гостевом доме Колледжа Сухопутных войск, и бóльшую часть времени я проводил в штабе. В пятницу утром я договорился о ранней выписке, а затем проехал шестьсот километров до Дурбана на машине и прибыл в подразделение как раз ко времени послеполуденной физической подготовки. Выходные я провел, разрываясь между семьей и подразделением. В понедельник утром я провел утреннее совещание, а затем поехал обратно в Преторию, где для меня была назначена последняя встреча.

Учебная база Хеллсгейт находилась в провинции Северный Квазулу-Наталь, и ее название отражало ее драматическое расположение [Hellsgate (англ.) - ворота в ад]. Учебный полигон находился в подчинении учебного крыла 452-го парашютно-десантного батальона и использовался главным образом в качестве места для проведения отбора в Силы специального назначения, а также для проведения отдельных этапов цикла подготовки операторов. В этом районе также проводился ряд курсов повышения квалификации. Вместе с семьей мы провели в Хеллсгейте замечательные выходные. Базой командовал Пеп ван Зейл - превосходный человек и одна из живых легенд спецназа, с которым я впервые встретился еще тогда, когда он был полковым старшиной 32-го батальона. Пеп и его жена Магда изо всех сил старались сделать эти дни особенными для детей, - у них всегда была своя палатка, в которой они могли спать, и каким-то чудесным образом их не касались строгие правила пребывания на базе.

Наше подразделение должен был проинспектировать Генеральный инспектор Сухопутных войск. Тот самый генерал, против которого несколько месяцев назад я давал показания в суде Йоханнесбурга, должен был оценивать мое подразделение! Он и его жена, очень "религиозная" женщина, проходили по делу о мошенничестве, возбужденном против них за продажу имущества военнослужащим Сил Обороны, в основном черным, с использованием мошеннических схем. Будучи командиром 21-го батальона, я видел, что они действовали как хитрая команда, продавая дома моим солдатам, и злоупотребляя своим служебным положением. Инспекция обернулась разочарованием, так как генерал ловко воспользовался визитом, чтобы укрепить свое положение и в то же время облить грязью подразделение.

Разговоры о том, что мое подразделение теряет свой оперативный статус и становится только учебным подразделением, раздавались все громче. Эго, преувеличенные карьерные устремления и тайные планы создали в спецназе атмосферу застоя. Я был убежден, что пришло время сменить профессию. Неожиданно для меня мое решение поддержала жена. Мое увольнение из армии было проведено по медицинским показаниям, мое решение поддержали также несколько высокопоставленных офицеров, с которыми у меня были очень хорошие отношения. Я вышел на пенсию 31 декабря 1994 года, и мой статус боевого оператора изменился на статус военного пенсионера! Я посвятил военной службе 20 лет и это стоило каждой минуты моей жизни, о которых я никогда не пожалею и не забуду.

За период между созданием южноафриканских сил специального назначения и окончанием войны в Анголе в 1988 году из многих тысяч кандидатов, которые подавали заявки на участие в предварительном собеседовании в надежде попасть на курс подготовки военнослужащих сил спецназа, квалификацию оператора спецназа фактически получили лишь менее 480 человек. На самом деле я был одним из немногих избранных.

Вскоре я начал свою вторую карьеру. Моей первой задачей было создать частное охранное предприятие в Анголе. Франс ван Дейк был назначен моим менеджером, а нашими деловыми партнерами являлись люди с военным прошлым, и многие из них на самом деле были теми, кто в течение многих лет рассматривались нами как противники. После в определенной степени катастрофического начала, наш бизнес был основан и через несколько месяцев уже процветал. Мне нравилось жить в Луанде, а также путешествовать по стране. После двух лет работы в Анголе и до конца 2004 года я создал и управлял успешными предприятиями в Малави, Косово, Маврикии, Ботсване, Нигерии, Гане, Сьерра-Леоне и Кот-Д"Ивуаре. Многие навыки, которые я приобрел за время своей военной карьеры, нашли хорошее применение в гражданском секторе. Мне было комфортно находиться в среде, где на повестке дня стояло множество проблем. Моя жизненная философия в тот момент заключалась в том, что если я не могу ничего изменить, то не стоит придавать этому значение. За это время я встретил множество интересных людей и установил много прочных, и даже дружеских, отношений. С другой стороны, я также оказался в мире, где жадность и эгоизм были превыше всего, в мире, где слово "товарищество" мало походило на то, к чему мы привыкли в армии. Однако на другом конце спектра я встречал блестящих и искренних людей, без поддержки и дружбы которых моя жизнь не была бы прежней.

Во время моего последнего медицинского обследования в декабре 2002 года анализы показали, что раковые метастазы распространились по жизненно важным органам моего тела. Решение написать мемуары было моим давним желанием, а именно я хотел оставить мою историю своим дочерям, особенно о том армейском периоде, неотъемлемой частью которого они были в свои ранние годы. Эти воспоминания никогда не задумывались как официальная публикация, а являются скорее скромным и личным отчетом о почти двух десятилетиях службы в разведывательных частях южноафриканского спецназа.

Пусть уроки упорства, честности, верности, веры в Бога, смирения, гордости и воли к успеху, как они неоднократно показаны в этих мемуарах, окажутся ценными для них в их будущей жизни.


*****


Андрé Дидерикс скончался от рака 7 мая 2005 года.