# Переходный возраст

Лаура Кимовна Цаголова

Он взорвался.

Он рухнул рваным сумраком с потолка.

Он полетел вниз.

А тебя подбросило вверх.

Вы встретились.

Пересеклись.

На мгновение.

Всего на одно мгновение.

И один из его осколков

рассек всю твою предстоящую явь.


Когда начался обстрел, ты спала. Ты даже успела что-то увидеть во сне, что-то из прежнего, выдуманного тобой, собранного практически из ничего... Ты брала пустоту и населяла ее персонажами ярких фантазий. Получилось вполне сносное королевство. Не самое идеальное, но и не такое, как эта обезображенная реальность. Беда была лишь в том, что тебе приходилось играть все роли самой. Даже роль палача. Может, поэтому палач получился слишком добродушным. Он не мог рубить головы. Он мог бить баклуши, пить горькую и точить топоры для мужичков, возводящих церковь на крови, казненных задолго до того, как обустроился этот игрушечный мир...


Первая пуля попала сразу в него.

Пуля была разрывная.

Маленькая.

Но для крошечного твоего государства

ее удар был атомной катастрофой,

после которой лишь пустота.

Но уже не та,

изначальная, ровная, чистая...


В воздухе запахло огнем (горела штора), взвинченной пылью (ты опять не убиралась в комнате несколько дней) и чем-то еще живым, но уже исчезающим. Тебе пришлось долго и осторожно, открывать глаза, опасаясь мелкой стеклянной крошки от осыпавшейся люстры. Когда взгляд перестал слезиться, ты увидела ЕГО...


ТВОЙ МИР валялся повсюду, такой беспомощный, перебитый, перепутанный... А вокруг грохотало, скрежетало, ухало и гудело. Ты не успела даже отчаяться: в комнату вбежал отец, схватил тебя, как котенка за загривок и потащил в туалет. В туалете стены - сплошной бетон. Даже, если все взлетит на воздух, эти стены не дрогнут. Они - не твой мир. Они - НАСТОЯЩИЕ, ОБЩЕПРИНЯТЫЕ, ЛИТЫЕ!


Бой закончился лишь под утро. Всю ночь ты сидела на крышке унитаза и хохотала. Мама пристроилась рядышком, на полу. Она гладила твои руки, плакала причитая: "В какое пекло ребенка привезли! В какое пекло..." Тебя мутило сгустками нервного смеха. Тебя передергивало от страха, пока не выдернуло окончательно...


Все это время я сидел в комнате, упрямо пытаясь склеить твой мир. Знаешь,нам,дежурным ангелам, иногда удаются незначительные чудеса. У меня почти получилось. Не хватало одного единственного осколка - белого перышка в правом крыле. И крыло твоего фарфорового ангелочка теперь казалось увечно коротким. Я, бы мог одолжить ему свое, но оно - в настоящую величину. Сразу бы обнаружилась разница...


Когда ты вошла,

в комнате пахло свежестью и чистотою.

Будто не было никакого ночного обстрела.

Все стояло на своих местах.

Люстра не разбита.

На шторах не полыхают цветы...

Но в твоих глазах

не угадывалось радостного удивления.

Они опустели на целую сказку...

А твой маленький мир,

так старательно воссоздаваемый

моей молчаливой любовью,

выглядел глупой,

разбитой

игрушкой...


Февраль,1982 г. (из моих "афганских" тетрадей)...