# Собеседование

Борис Геннадьевич Цеханович

Армейская быль

Собеседование.


- Молодцы..., молодцы..., ничего не скажешь, - командир разведроты старший лейтенант Матвеев повернулся к своим бойцам, стоявшим около стола, - парни, если бы мы служили в Союзе, завтра бы вас в отпуск отправил. А так я подумаю, как вас поощрить. Обязательно поощрю. Боря, что скажешь?

Чучело полутораметрового крокодила действительно было сделано мастерски. Зелёное чудовище, на кривых, сильных, полусогнутых ногах, с чуть полуоткрытой пастью, только чтобы показать ряд острых зубов, слегка согнутый хвост на прекрасно отшлифофанной подставке из красного дерева было готово к атаке. Особенно хорошо получились глаза, которые одновременно горели злобой и были равнодушны.

- Да.., хорош крокодильчик. Только вот в толк ни как не возьму, на хрена он тебе такой здоровый нужен? У тебя же в Мулино однокомнатная квартира и куда ты его поставишь? На шестнадцать-восемнадцать квадратных метров... У меня двухкомнатная квартира и то не знаю куда бы я его поставил.

Толя присел заглянул крокодилу в пасть и выпрямился: - Да он мне и не нужен. Зато за него любую должность, в любом месте куплю. Честно скажу, я сюда и выбирался с той целью, чтобы отсюда скакануть в другое место. Куда-нибудь в Кантемировскую или Таманскую дивизию, а то Мулино за три года мне вот так надоело. Ну, ты ж был в Мулино, сам знаешь... До ближайшего города полтора часа езды на автобусе, а я хочу в городе большом и нормальном послужить...

- Что ж, нормальное желание, только не пойму как тебе здесь крокодил поможет?

- Как? Давали взятки раньше борзыми щенками, а сейчас в управлении кадров округа крокодилами, да говорящими попугаями берут. Вот и дам крокодилом. Мало? Так я попугая везу, надо и денег добавлю, но буду служить там где я захочу. - Матвеев в злом, внезапном вспыхнувшем раздражении аж по столу кулаком застучал.

- Толя, Толя, ты чего так возбудился?

- Да ну их на хрен... Для меня это довольно больная тема. Пошли, у меня в канцелярии водка есть, выпьем, заодно и крокодила обмоем.

Я не стал уточнять, кого он послал на хрен и вслед за Толиком вышел из мастерской роты. Между лёгких зданий казарм разведки и зенитчиков, прошли ко входу расположения разведроты. В полутёмной, оттого прохладной канцелярии Матвеев порывистыми, резкими движениями, всё ещё не отойдя от вспышки раздражения, выставил на стол бутылку кубинской водки "Бокой", отломил от ветки под столом несколько созревших бананов и пододвинул ящик с мандаринами.

Молча чокнулись, выпили по первой, зажевали водку дольками мандаринов и начали чистить бананы. Толик после первой успокоился и уже спокойным тоном сказал: - Я сюда чтобы попасть, такие деньги на лапу дал кадровикам, что до сих пор обидно. Ужимал себя и жену во всём... Поэтому чтобы эту обиду компенсировать я должен всё сделать, но попасть служить туда куда хочу. А то мне кажется, что с меня чересчур много взяли.

Мы помолчали, выпили по второй и я осторожно задал ему вопрос: - Ты только не злись на мой наивный вопрос, но чего то не пойму. Ты хороший, можно сказать, отличный командир роты, рота у тебя как игрушка. Там ты в Мулино тоже был на хорошем счету и ты хочешь сказать, что давал взятку, чтобы сюда приехать?

Толя удивлённо посмотрел на меня, даже чуть отодвинулся от стола: - Да. А ты что не платил?

- Нет, не платил.

- Боря не звизди... Сюда каждый попавший либо платил, либо у него за спиной "паровоз" был, как у вашего старшего лейтенанта Чурбакова дядя министр МВД. У тебя, что тоже кто то есть?

- Нет. Я простой и прямой как дюймовая доска. И за мной никого нету. Сказали - поехал. Никто ничего не просил, даже не намекал. Ни в полку, ни управлении кадров. Потому и задаю такой идиотский вопрос.

- Так ты ничего не ПЛАТИЛ? Тебе сказали и ты поехал?

- Да. Причём это было как поощрение за хорошую службу.

Матвеев долгим взглядом посмотрел на меня, потом налил водки: - Боря, если ты врёшь насчёт того что не платил, то я не понимаю твоего расчёта. Зачем врёшь? А с другой стороны не пойму зачем тебе врать?

Я хмыкнул: - Скажу честно, ты не первый кто не верит мне. Если бы мне предложили такой вариант, то я наверно послал бы на х... Никогда никому не давал и давать не буду. Чего за фигня такая: завтра так орденами и медалями торговать будут.

Мы выпили, а пока закусывали Толик размышлял в слух: - Это ты хочешь сказать, что у вас кадровики в округе честные, белые и пушистые, а у нас взяточники. И если бы я служил в Уральском округе, то мне не пришлось бы давать на лапу две тысячи рублей, чтобы уехать сюда. А поехал бы просто так - за хорошую службу. Ну не верю я в это, Боря. Этого не может быть...

- Про то, что они белые и пушистые, утверждать не буду. А в моём случаи было именно так как я говорю. Если хочешь могу рассказать как было. Там тоже был один неприятный момент, когда мог и не поехать на Кубу....


* * *


- Товарищи офицеры, теперь приказ министра обороны No 76 этого года.. Тихо, тихо, товарищи офицеры, что за базар? Приказ этот касается командиров подразделений, сидите и слушайте, можете что-нибудь полезное для себя записать...., - начальник штаба полка вновь опустил голову к бумагам и стал читать приказ. Примолкшие было офицеры, через минуту относительной тишины вновь стали перешёптываться. Я тоже добросовестно попытался вникнуть в суть приказа, но хватило меня лишь на полминуты, а дальше мои мысли переключились на более интересные размышления. Вчера в полк приехал генерал Гамов начальник ракетных войск и артиллерии округа, вывел меня и капитана Богомолова к летнему клубу и сказал - К ноябрю месяцу я тут вижу лазерный артиллерийский полигон с классами, с хорошим и красивым полем и другими атрибутами. Дам денег, выделим солдат человек десять, освобожу вас от нарядов и вперёд. Сделаете нормально и мне понравится получите по медали "За боевые заслуги"...

Получить медаль "За БЗ" конечно приятно, но гораздо лучше быть на полгода освобождённым от нарядов и быть самостоятельной единицей в полку. Но строительство начнётся только в мае, а сегодня конец марта. Через две недели сдача весенней проверки, суета, нервозное дёрганье, впереди куча строевых смотров и сама сдача сбивала приятный, весенний настрой. Я недовольно поморщился от этих мыслей и тут же вскочил услышав команду "Товарищи офицеры". В тактический класс, где проходило полковое совещание зашёл командир полка подполковник Шапошников и сразу же прошёл к небольшой, аккуратной трибуне с красочным гербом СССР.

И сходу поднял меня вопросом: - Цеханович, чем занимаешься завтра?

Я вскочил и, не задумываясь, назвал тему занятия по специальной подготовке, место проведения и какие вопросы отрабатываю в ходе занятия.

- Молодец, садись, но это тебе так кажется, что ты завтра занятие проводишь... Теодорович, - Справа от меня не спеша поднялся командир дивизиона, - Теодорович, Цеханович с завтрашнего дня в отпуске. Понятно?

- Так точно, товарищ подполковник, но только у него отпуск по графику в сентябре.

- В сентябре так в сентябре, но идёт он завтра. Обсуждению этот вопрос не подлежит. Цеханович, - я опять вскочил с места, - после совещания ко мне зайдёшь....

Дальше совещание покатилось по своей колее, а я погрузился в размышления. Командир полка пользовался среди офицеров заслуженным авторитетом и уважением, поэтому какого либо подвоха с его стороны я не ожидал. Хотя такие неожиданные, незапланированные выверты в службе могли предполагать и довольно неприятные изменения военной судьбы: такие как замена в ЗабВо, ДальВо, куда я ехать совсем не хотел. А что ещё - ну просто не знаю. Но, честно говоря, идея с отпуском в апреле мне понравилась. Тут было много плюсов: избегал сдачу проверки, апрель ожидался быть тёплым и солнечным, судя по марту, в отличии от дождливого и серого сентября. И с отпуска выхожу после первомайских праздников. Спокойно выхожу и спокойно вливаюсь в рабочий ритм. А с сентябрьского отпуска выхожу и прямо на осеннюю проверку. На хрен это мне нужно...?

Перед тем как подняться к командиру полка, я подошёл к командиру дивизиона: - Товарищ майор, вы в курсе дела?

- Это я тебя хотел спросить, что за ерунда?

Я лишь в недоумении пожал плечами: - Сам не могу понять...

Шапошников встретил меня, усадил за стол и сам обмяк в своём кресле, после чего пожаловался: - Устаю я, Боря. Вроде весь день крутишься и не чувствуешь усталости, а вечером прихожу в кабинет, сажусь в кресло и всё.... Состояние - ни рыба, ни мяса. У тебя то как дела?

- Товарищ подполковник, вы ж как командир полка знаете, что нормально. От себя только добавлю, что залётов, о которых вы не знаете, у меня нет. - Я выжидающе замолчал.

Командир рассмеялся: - Конечно знаю. Это я так - для завязки разговора. Боря, знаем мы друг друга уже четыре года. И я тебя знал как хорошего прапорщика - командира взвода, и сейчас два года как ты офицер тоже к тебе претензий нет. Молодец. Что прежний командир полка Кривулькин, что я хотели бы поставить тебя командиром батареи, но ты ж прекрасно понимаешь. Если бы мы служили в Елане или в Чебаре, тут проблем бы не было. Был бы ты комбатом. Но Свердловск окружной город и мне сверху округ навязывает разных сынков и своих протеже... И не в моей воле тебе дать батарею.

Поэтому, как нормальный командир полка, если не могу тебя повысить, то по другому могу решить этот вопрос. Ты как отнесёшься если тебя опять за границу пошлют служить?

- Да нормально, товарищ подполковник, даже отлично. Но ведь ещё четырёх лет нет, как я с Германии заменился...?

- Ерунда всё это. Я уже два месяца этот вопрос для тебя пробиваю...

- Аааа, то-то мне месяц назад был звонок - Спрашивали в какой части Анголы я хочу служить: северной или южной?

- Ну и ты что ответил?

- Конечно, в южной...

- А какая разница? Ангола есть Ангола... Юг или север...

- Нет, товарищ подполковник, разница большая. На севере служба спокойная, а на юге с южноафриканцами постоянно бодаются, да ещё с повстанцами.... Хотелось бы боевой опыт приобрести.

- Боря, ты дурак, - с экспрессией наехал на меня командир, - тебе тридцать один год, а всё в жопе "пионерская зорька" играет. На хрен тебе это надо? Я тебе другой вариант приготовил. А как ты насчёт Республики Куба?

- Оооо... Да это моя большая мечта. И хотелось бы там послужить.

- Вот и хорошо. Езжай туда служить на два года, да ещё с семьёй, а не скакать по саване как ужаленный в задницу. Поэтому с завтрашнего дня в отпуск. Начальник строевой части всё знает и даст тебе направление на медицинскую комиссию. Проходишь с семьёй. Ну и жди вызова. Но сразу хочу предупредить: к сожалению туда едешь опять на должность командира взвода. Большее я продавить не смог. А так, Цеханович, это моё командирское спасибо за службу.

Так и получилось. Прошли всей семьёй медицинскую комиссию. Получил справку, что годен как я, так и моя семья для службы в странах с жарким климатом. Сдал справку в строевую часть и стал ждать вызова.

.... Прошло четыре месяца, но никаких телодвижений в мою сторону по поводу службы на Кубе не происходило. Я и семья сначала с нетерпением ожидали вызова, потом накал постепенно стал снижаться и мы с женой уже махнули на "загранку" рукой, считая что она "пролетела" мимо нас и очередной чей то сынок поехал вместо меня.

Но в конце августа меня внезапно вызвал в строевую часть капитан Васильков: - Боря, завтра в штаб округа на собеседование к члену военного совета по поводу службы на Кубе. Это последнее что тебе придётся пройти.

...Коридор управления кадров округа был полон офицерами, также прибывшими на собеседование. Все хаотически и взволнованно перемещались по замкнутому пространству, общаясь друг с другом и пытаясь поиметь хоть какую-нибудь информацию по предстоящему собеседованию. Но никто ничего не знал, что подымало градус волнения.

Вскоре из дверей в коридор выскочил прилизанный и весь такой делано-озабоченный подполковник-кадровик: - Товарищи офицеры, строиться. Сейчас проверимся и идём на собеседование.

Мы быстро выстроились в одну шеренгу вдоль стены и так получилось, что я оказался третьим с правого фланга. Оглядев выстроившихся, подполковник с красной папкой в руке подошёл к правофланговому капитану.

- Представьтесь, товарищ капитан, и куда вы едете?

- Капитан Перминов. Еду в Мозамбик советником.

Кадровик открыл папку и стал водить по списку ручкой: - Капитан Перминов, капитан Перминов... ага вот... Нет... вы в Мозамбик не едете. В сторону. - И сделал шаг вправо, к следующему претенденту.

- Капитан Чернов. Еду в Танзанию. Должность не знаю. - Браво представился офицер.

- Подполковник смешно задрыгал ручкой в пальцах и сделал пометку в списке: - Вы тоже в Танзанию не едете. Отойдите в сторону.

- Чёрт побери, сейчас и меня прокатят. Вот обидно будет..., - мелькнула у меня мысль, а я уже представлялся, - Старший лейтенант Цеханович. Республика Куба. Должность не знаю.

- Так, есть. Должность вам там скажут, - и подполковник черкнул галочку против моей фамилии, а я еле сдержал вздох облегчения. А рядом представлялся майор, едущий в Монголию.

- Чего это у вас, белены в строевой части объелись? Какое собеседование? Монголия - это часть Забайкальского военного округа. Идите отсюда и езжайте спокойно в свою Монголию.

Таким образом подполковник проверил остальных и стал инструктировать: - Сейчас подымаемся на второй этаж и по пять человек заходите в кабинет члена военного совета. На все его вопросы отвечаете чётко и кратко. Никаких глупых вопросов и вообще вопросов не задаём. Всё. Напра-Во!

- Товарищ подполковник, а нам что делать? В часть ехать? - На капитанов было жалко смотреть. Ещё полчаса тому назад они видели себя в Африке, в пробковом шлеме, а сейчас....

- Ах ты чёрт! Я ведь про вас совсем забыл. Как вас, товарищ капитан? А да, Перминов. Вы у нас ехали в Мозамбик, но теперь вы едете в Перу. Будете служить в столице Лима, на их ней базе - там наш сектор есть. А вы, капитан Чернов, едете на острова Зелёного мыса в Фристаун. Вместо своей сраной и пыльной Танзании, на Атлантике будете служить. Становитесь в строй и пошли, товарищи офицеры.

Счастливые капитаны, заняли свои места в строю и мы направились на второй этаж. Я попал в первую пятёрку и стоял как раз по середине маленькой шеренги перед большим, массивным столом, за которым восседал генерал-лейтенант и всматривался в список кандидатов. Сзади него в угодливой позе стоял подполковник, почтительно тыча в список и слащавым голосом что то объясняя члену военного совета.

- Хорошо, понял. Поехали что ли? - Генерал взял в руки красный карандаш и посмотрел на первого в шеренге.

Как такового собеседования и не было, офицер представлялся, генерал смотрел в список, где были краткие данные по кандидату. Если возникал какой-либо вопрос, генерал его задавал, как правило дежурный, типа - Готов ехать служить за границей? А когда офицер браво отвечал, то член военного совета благосклонно кивал головой и красным карандашом делал пометку - Готов. Так дошла очередь до меня.

- Старший лейтенант Цеханович. Республика Куба, - чуть громче обычного доложил я, увидев обращённый на меня взгляд.

- Так...., - протяжно протянул генерал, оглядев меня и ткнулся в список, читая мои данные и опять удовлетворённо протянул,

- Готов, старлей ехать?

- Так точно, товарищ генерал-лейтенант, готов,

- Хорошо, - доброжелательно буркнул генерал и прицелился карандашом, чтобы поставить против моей фамилии красную галочку.

Я тихо стал сквозь усы выдыхать воздух облегчения, видя как глаза генерала пробегают последние графы списка напротив моей фамилии и карандаш почти опустился к списку и тут он озадаченно замер.

- Не понял? А ты старший лейтенант с какого года рождения?

- С 1955 го..., - Доложил, мгновенно просчитав последующие развитие событий, и опечалился. - Иэххх, хрен меня сейчас пропустят на Кубу.

- Что он тут делает, товарищ подполковник? - Генерал возмущённо повернулся к кадровику и тот сразу же сделал два мелких шажка вперёд, что не напрягать начальственную шею.

- Товарищ генерал-лейтенант, это кандидатура от артиллерийского полка, характеризуется крайне положительно...

Член военного совета гневливым взглядом смерил кадровика: - Подполковник, ты сколько в кадрах служишь? - Офицер слегка покраснел и что то пролепетал в ответ, а генерал повысив голос, начал разнос, - ты, подполковник, прежде чем вести ко мне на собеседования хоть прочитай его личное дело. Ты что не видишь сам, что положил мне на стол? Вот смотри начало службы - февраль 1976 года, командир взвода и сейчас, в 1986 году, ты мне представляешь на беседу опять командиром взвода. Это ведь почти одиннадцать лет....

- Товарищ генерал-лейтенант, он начальник разведки дивизиона, вот тут написано, - попытался оправдаться подполковник и густо покраснел, поняв что сморозил глупость и ещё больше усугубил своё положение.

Генерал грузно повернулся и многообещающе посмотрел на офицера: - Да вы я смотрю засиделись в штабе округа и вас надо бы опустить вниз, чтобы там, отделе кадров дивизии, вспомнили, что должность начальника разведки артиллерийского дивизиона равнозначна должности командира взвода.

- Он уже одиннадцать лет лежит на должности, ему тридцать один год и вы ещё хотите, чтобы он там на Кубе работал? Да ему лень и по большому счёту и не интересно уже работать. По возрасту майора должен в этом году получать, а он всё ещё старшим лейтенантом ходит.

Я молчал, не зная какие аргументы приводить и так, чтобы не ввергнуть члена военного совета в ещё больший гнев. Генерал откинулся на спинку кресла и смотрел на меня, принимая решение, а подполковник сделал шажок назад, скрывшись за спиной начальника.

- Ладно, товарищ старший лейтенант, по человечески я тебя понимаю. Обидно и семья наверно уже настроилась.... Давай-ка мы направим тебя служить в военкомат и солдат нету, и служба спокойная. - Генерал слегка повернулся к кадровику, - Где у нас есть капитанская должность в военкомате?

- Каменск-Уральский городской военкомат. Начальник первого отдела.

Член военного совета удовлетворённо кивнул головой и почти отечески заговорил: - Всё. Для вас, товарищ старший лейтенант, собеседование закончилось. Езжайте в свой военкомат. Служите там.

- Товарищ генерал-лейтенант, - моё лицо опахнуло холодом бледности. А была не была. Хуже уже не будет, - я не согласен с вашим решением. И могу аргументировано объяснить почему.

Генерал, член военного совета округа, не привыкший к обсуждению нижестоящими своих решений, удивился моему заявления и тут же безаппеляционо ответил.

- А мне по большому счёту плевать - согласен ты или не согласен. Здесь не колхоз, чтобы обсуждать принятые решения. Хотя, честно говоря, любопытно. Излагай. Попробуй меня переубедить...

- Действительно, я одиннадцать лет служу, именно служу командиром взвода и на равнозначных должностях, - подполковник-кадровик возмущённо корчил мне рожи и махал за спиной генерала рукой, типа - Ты, что с ума сошёл, спорить с генералом....? Молчи дурак..., Я же просил не задавать глупых вопросов... Ты куда лезешь? Я тебя вместо Каменск-Уральска в деревенский военкомат зашлю.... Но меня понесло и я отчаянно боролся за службу на Кубе, - но если вы внимательно прочитаете мои анкетные данные, то увидите, что восемь лет из одиннадцати я служил командиром взвода прапорщиком. И только с 1984 года, когда получил первое офицерское звание лейтенант, уже офицером служил взводным. Это во-первых. Во-вторых: при таких характеристиках, какие дало командование полка я легко бы пробил себе службу в военкомате и давно бы там служил. Но это не моя "голубая мечта" - мне нравится служить в войсках и дальше хочу там и служить. Прошу вас пересмотреть своё решение.

Подполковник уже не махал руками, а обречённо ждал очередного разноса за безумное поведения старлей, осмелившегося вступить в спор с окружным начальником. Генерал же озадаченно хмыкнув на мою тираду, склонился над списком, а потом заинтересованно поглядел на меня.

- Хм, действительно. Ты что экстерном сдавал?

- Так точно. Экстерном, в 1981 году за Коломенское артиллерийское училище.

Генерал вновь откинулся на спинку кресла и, слегка постукивая себя красным карандашом по волосам, задумчиво произнёс: - Ну что ж, ты меня почти убедил. А вот скажи мне, чего ты так рвёшься на Кубу?

Собрался с духом, понимая что именно сейчас я и должен совсем убедить генерала: - Честно скажу, товарищ генерал-лейтенант. Чего греха таить, но боевая подготовка за границей, надеюсь и на Кубе, проходит более интенсивно и качественно, чем здесь. Не маловажно, что хочется освоить в военном отношении и этот регион. К примеру, там такая интересная особенность для меня артиллериста. В Германии поправка в дирекционный угол вводится в среднем - 1-47, здесь - 2-51, а на Кубе, говорят, 0-00 или же 0-01 и может быть знак минус или плюс. Хочется посмотреть самому и показать мир семье. Не маловажно, что и хочу там заработать денег по больше...

- Во..., - в азарте перебил меня генерал, - если бы ты честно про деньги не сказал, хрен бы я тебя пропустил. Но молодец, не покривил душой. Убедил, Цеханович. Езжай на Кубу, но после Кубы только в военкомат. Так здесь я и пишу. Понял меня?

- Так точно! - А пока член военного совета делал приписку напротив моей фамилии, облегчённо подумал, - Хрен вам, а не военкомат после Кубы.

После окончания собеседования, в коридоре управления кадров, подполковник оторвался на мне по полной. Орал, что когда я вернусь с Кубы он загонит меня в Байкаловский военкомат, где вечно буду ходить в резиновых сапогах и так и умру капитаном. Много было и других красочных, ёмких по смыслу и содержанию обещаний, но на всё это я снисходительно улыбался и молчал. Каждый делал свою работу. Наконец поток будущих кар на мою карьеру иссяк и опустошённый, потерявший свою лощёность подполковник отпустил меня.

Были впрочем опасения, что он попытается вставить палки в колёса, помешать мне уехать на Кубу, но в десятых числах октября из Главного управления кадров пришла телеграмма с вызовом, в течении трёх дней рассчитался, накрыл поляну и в ту же ночь убыл с семьёй в Одессу, откуда уходил мой пароход.


* * *


За два с половиной года, что я служил на Кубе, коридор управления кадров округа ни капли не изменился. Только вместо деятельного подполковника по коридору бегал шустрый капитан, которому я представился и показал предписание, где белым по чёрному было написано - В распоряжение штаба округа.

- Хорошо, товарищ старший лейтенант, подождите в коридоре. Сейчас разгребусь с делами и займусь вами.

Вот я и стоял в коридоре уже несколько часов, за которые вымерял шагами его вдоль и поперёк. Знал каждую царапину на стене, на полу и потолке. Ещё немного и, озверев от скуки, смог наверно бы начать мерить коридор спичкой, чтоб хоть как-нибудь убить время. Капитан за это время раз тридцать выбегал из дверей своего кабинета и на мой молчаливый вопрос тараторил: - Ещё немного подождите, товарищ старший лейтенант.... Ещё немного...

Я и ждал. В управление кадров приходили такие же офицеры как и я, быстро решали вопросы со своим распределением и уходили: кто злой, а кому то было по барабану дыра это или нет. Из-за границы был только я один, поэтому так в коридоре, в гордом одиночестве, и проторчал до обеда. Но мне было интересно и я терпеливо ждал того момента когда, по утверждению многих на Кубе, с меня начнут тянуть взятку. Настроен был воинственно и ничего не собирался давать - Пошли они на хрен, сучары. Перед самым обедом увидел и знакомого по собеседованию подполковника, но теперь он был полковником. Солидно выплыл из дверей того же кабинета, что и суетившийся капитан. Бросил на меня мимолётно-узнавающе, многозначительный взгляд, где можно было прочитать всё: от горделивого-спесивого типа - я полковник, а ты всё ещё старлей... Или же - ты пыль на дороге, что захочу то и сделаю с тобой - Выше кадров только солнце.

Поглядев таким образом на меня, полковник барственно удалился из коридора. Офицерская столовая штаба округа встретила приглушенным гулом и приятным сюрпризом. Я увидел за одним из столиков полковника Огаренко, который одно время был моим командиром перед Кубой. Оба обрадовались встрече и, обменявшись банальными при таких встречах вопросами - кто, где, зачем и почему, уже спокойно стали общаться. Огаренко служил в штабе артиллерии округа и, узнав о предстоящем распределении, прямо спросил - Куда хочёшь попасть?

- В арт. полк, товарищ полковник. Куда же ещё?

Огаренко задумчиво посмотрел на меня: - Боря, во первых арт. полк уже не тот, что два года назад, а во вторых, тебе пора комбатом быть. А там должностей нет. Тебе капитана когда получать?

- Да вот, как раз сейчас.

- Ну, вот и ладненько. Есть должность командира батареи, но противотанковой в 324 полку. Как - пойдёшь?

- Да хотелось бы, хоть в дивизион 324го полка попасть, а то противотанковая батарея...., да отдельная

- Боря, - Огаренко решительно прервал мои сомнения, - у тебя квартира в 32м городке и ты хочешь там же служить?

- Конечно, товарищ полковник.

- Ну, всё тогда. Ты мне ещё спасибо скажешь за командира противотанковой батареи. В дивизионе ты подчинённый, а в противотанковой батарее сам себе хозяин. Доедай и пошли к начальнику ракетных войск и артиллерии округа.

Перед дверью начальника Огаренко попросил предписание и, получив его, смело постучал в дверь. Генерал, когда мы зашли в кабинет, был явно не в духе и я уже сомневался в успехе нашего предприятия. Но Огаренко, не обращая внимания на его неудовольствие, положил перед начальником предписание.

- Товарищ генерал-майор, знаю данного офицера и рекомендую его на должность командира батареи.

Начальник бросил на Огаренко недовольный взгляд и раздражённо пробурчал: - Ну раз знаешь, так чего ко мне пришёл? В Елань или Чебаркуль его определяй, буду я ещё командирами батарей заниматься.

- Товарищ генерал-майор, в Елани и Чебаркуле свои выдвиженцы есть, - Огаренко совсем не спасовал от неудовольствия генерала и продолжал давить, - опять же квартира ему там нужна будет. Куда без семьи? Что за служба? Давайте его в 32й военный городок. У него там квартира есть. Пусть и спокойно служит.

- Огаренко, ты же прекрасно знаешь, что там должностей комбата нету. Если так хочешь, пусть идёт начальником разведки в первый дивизион, там как раз разведчика нет. А потом посмотрим... Как сам себя покажет... Всё, идите от меня..., - отмахнулся от нас начальник.

В принципе, я был доволен даже и таким раскладом, хотя капитана и хотелось получить. Но Огаренко не унывал и снова стал напирать на генерала: - Товарищ генерал-майор, так чего его на эту должность опять: он с неё на Кубу ушёл и опять приходит туда? Ему расти надо.

Полковник для вида задумался на несколько секунд под нетерпеливым взглядом начальника ракетных войск и, как будто вспомнив, радостно воскликнул: - Товарищ генерал, а если его вместо этого майора-пьяницы, что в 324м полку на противотанковой батарее лежит? Он месяцами на службу не выходит. Вот молодого, перспективного и поставим.

У недовольного генерала проявилась на лице заинтересованность и он даже хмыкнул от удовольствия: - Хм..., точно. Заколебал пьянчуга. За штат майора, а его на должность. Где предписание?

Огаренко с готовностью подсунул предписание и в углу генерал быстрым, размашистым росчерком написал - В войсковую часть 61931 командиром противотанковой батареи. И расписался.

- Товарищ полковник, доволен? Всё, тогда идите, у меня своих делов полно....

Горячо поблагодарив полковника и пообщавшись ещё минут двадцать, я направился на свой пост в коридор управления кадров. Промурыжили меня, на удивление, до вечера.

В половине восьмого вечера в коридор выглянул капитан: - Товарищ старший лейтенант, заходите.

В кабинете, куда я зашёл помимо капитана находился знакомый полковник и подполковник, которые, зарывшись в бумаги, изо всех сил изображали кипучую деятельность.

- Вот так и работаем каждый день. Просто горим на работе, - капитан устало плюхнулся на свой стул и предложил мне присесть.

- Ну, давай те теперь разбираться с вами. Сразу скажу положение сложное и даже не знаю, что вам предложить.

- Ну, что-нибудь предложите... Для начала, - сделав слегка обиженный вид, буркнул я.

- Расклад вот, небольшой - Елань, да Чебаркуль. И то только командиром взвода. - Сделал пробный ход капитан.

- Что такое Елань я уже знаю - служил там. В Чебаре не хочу без квартиры мыкаться. Давайте другие варианты.

- Есть и другие варианты, - из-за спины послышался насмешливый голос полковника, - Байкаловский военкомат.

Я повернулся на стуле в сторону говорившего, пока не определившись как держать себя с ними, то ли агрессивно, то ли независимо.

- Помните, товарищ полковник?

- Конечно, я ещё уважаю себя. Особенно когда прилюдно меня дерут. Долг платежом красен.

- Злопамятны вы, нехорошо так....

- Ты старлей, сиди и не чирикай, а то Байкаловский военкомат Москвой покажется. Есть и другие варианты - похуже Байкаловского военкомата. Ты, старший лейтенант, лучше доложи, где полгода болтался? Я тебя с осени ждут. Вот с этого и начнём.

- На Кубе и служил. Где мне ещё болтаться?

- Ты не звизди. На Кубе два года служат, а ты два с половиной отсутствовал. Вот и получается: осенью прибыл и полгода балдел..., - полковник разговаривал со мной назидательно, даже не сомневаясь в том что разоблачил меня, и в его понимании цена вопроса от этого только увеличивалась. Но от вообще хамского поведения, да в повышенном тоне, его останавливало моё спокойствие.

- В предписании всё написано: убыл, прибыл, когда убыл... Какие вопросы? - Делано удивился я.

- Таких предписаний я тебе могу сотню на штамповать. И цену им прекрасно знаю. Так что лучше правду скажи - Отдыхал, товарищ полковник. Давайте полюбовно решим вопрос. Чтоб из этого помещения дальше не вышло. - Полковник подмигнул и победоносно оглядел своих коллег.

- Ооо, да мне тут и скрывать нечего. Меня на Кубе ещё на полгода дедушка Ахромеев оставил. В ГУК в десятку позвоните, там и номер приказа скажут и всё остальное что вас интересует.

- Какой дедушка Ахромеев, - полковник ехидно, но одновременно несколько удивлённо нахмурил брови.

- Как какой? Маршал Советского Союза Ахромеев. Начальник генерального штаба. Других больше нет.... - В кабинете повисла удивлённая тишина, которую с возмущением нарушил полковник.

- Старлей, ты чего нам лапшу пытаешься повесить? Какой он дедушка? Ты простой и деревянный по пояс и за тобой никого нет. И у тебе есть выбор: либо мы решаем все вопросы по хорошему или же по плохому. Выбирай.

- А какая разница: родной он мне или не родной? Главное, что я его так называю дедушкой, - я отчаянно блефовал, но в тоже время абсолютно не врал. Действительно, в мае прошлого года к нам приезжал начальник генерального штаба маршал Ахромеев и я лично к нему обращался с просьбой оставить меня ещё на полгода на Кубе по семейным обстоятельствам. Ахромеев вник в мою просьбу и через два месяца из ГУКа прислали приказ о продлении срока пребывания. Когда ребята узнали об этом то взвыли от досады и зависти, многие хотели с подобной просьбой обратиться к Ахромееву, но пасанули, а осмелился только я. Поэтому смело продолжал напирать на полковника. - А если у вас есть сомнения, звоните в Москву и уточняйте. Главное уточните чей это был приказ. А то давайте я сам позвоню, тем более что знаю кому звонить.

Смело пододвинул к себе телефонный аппарат и неторопливо снял трубку, понимая что меня сейчас остановят. Так оно и получилось.

- Положи трубку. Завтра я сам позвоню и всё уточню, - на данном этапе опытный полковник сразу потерял интерес к этому вопросу (хрен его знает, что ему завтра скажут насчёт наглого старлея. Может и правда Ахромеев каким то боком к нему относится) и перефутболил меня к молодому капитану, - Сергей сам с ним дальше разбирайся.

А я, почувствовав общую неуверенность, сразу же заявил: - В военкомат не хочу. У меня в 32м военном городке есть квартира, вот туда и давайте.

- Но там нет должностей, товарищ старший лейтенант, - сходу отказал мне капитан, но помолчав несколько секунд добавил, - хотя, надо посмотреть. Ничего не могу обещать, довольно сложно будет вас туда продавить.

- Ну и в чём проблема? - Честно говоря, мне уже всё надоело "валять Ваньку" и я желал, чтобы скорее всё закончилось и поехать домой.

- Слишком длинная цепочка получается. Есть там кого снять, но это надо всё согласовать начиная от полка и кончая вашим начальником ракетных войск и артиллерии. А он жутко не любит когда мы, кадровики, решаем кадровые вопросы артиллеристов. - Сгустив краски для приличия, капитан замолчал, считая что все намёки сделаны.

- Ну, так звоните, стыкуйте всё, разбирайтесь. Это ваша "трудная" работа. Моя работа по джунглям скакать была на Кубе и никто у меня не спрашивал трудная или нет. А когда в рейды ходил против партизан в Никарагуа я тоже никому не говорил, что это страшно и опасно. Это моя работа. Сколько вам времени надо. Три, четыре дня? Я тогда и приду.

В кабинете повисла удивлённая тишина. Все три офицера смотрели на меня как на дебила, потом они переглянулись удивляясь моей тупости и снова уставились на меня.

- Мда..., - протяжно протянул полковник и прокомментировал дальше, - умом Россию не понять, аршином не измерить.... Мдааа...

- Я что то не то сказал? - Обвёдя удивлённые лица офицеров, помолчал и ещё раз спросил. - Может быть что то не понимаю?

Мои вопросы повисли в воздухе, но после продолжительной паузы, полковник, стряхнув оцепенение, с апломбом заявил: - Самое херовое, что ты старший лейтенант, так и не понял - Куда ты пришёл? И никак не можешь понять, что у тебя сейчас решается твоя дальнейшая военная судьба. Вот здесь в этом кабинете, вникни в это, - полковник назидательно пальцем постучал по столу.

- Так я никак не могу понять - Что надо? - В лоб задал вопрос.

Инициативу разговора взял в свои руки полковник, который повёл его жёстко: - Уже почти ничего не надо. Чтобы быть объективно справедливым по отношению к вам, чтобы бы вы потом нигде не вякали, что вас засунули - предлагаю вам убыть на должность командира учебного взвода в артиллерийский полк в Елань. Тоже капитанская должность. Давайте сюда предписание и флаг вам в руки.

- А я не желаю туда ехать. Согласно приказа министра обороны, - дальше я протараторил название, номер и дату приказа, - есть у меня квартира в 32 м военном городке, вот и давайте мне там должность.

- Нет там должностей, поэтому поедешь в Елань, - упорствовал полковник.

- Я перед тем как к вам идти, зашёл к начальнику артиллерии дивизии полковнику Шапошникову. Он мне с ходу три капитанских должности назвал, куда бы он хотел меня поставить, - отпарировал я.

- А мне плевать на твоего полковника Шапошникова. - Последовал азартный ответ.

Я молчал, все остальные с любопытством смотрели на меня, считая что заломали старлея.

Полковник решил додавить: - Ну что разговариваем нормально или едешь в Елань - в почётную ссылку на капитанскую должность.

- О чём разговаривать будем? - Буркнул я, придав лицу разочарованное выражение.

- Цеханович, вроде бы ты в возрасте, жизненный опыт приличный, а ведешь себя как пацан. Коньячок бы принёс, сели, выпили, спокойно всё обсудили и езжай ты в свой 32й военный городок. Служи спокойно, а ты в бутылку лезешь...

- А что обсуждать, посылайте и всё, - тупо повторил я.

Все тяжело, чуть ли не одновременно вздохнули, типа - ну и тупица и полковник почти менторским тоном стал мне вбивать: - О крокодилах, которые в болотах плавают. О говорящих попугаях, которые летают и матом кроют, только русским. О магазинах "Берёзка" и, чёрт побери, инвалютных рублях.

- А вон о чём? - Чуть ли не радостно воскликнул я и все остальные облегчённо закивали головами - Наконец то разродился.

- Тут хочу вас разочаровать. Крокодилов и попугаев не привёз - я там боевой подготовкой занимался, в отличии от некоторых. А с "Берёзками" сам разберусь без посторонней помощи, - по мере того как я ядовито это говорил, лица у присутствующих становились кислыми и разочарованными.

- Полковник зло сплюнул и протянул руку: - Давай сюда предписание. Раз ты дурак, то дураков надо учить. Сожалею, но учебный взвод ты не потянешь. Поедешь в военкомат, в лес, в Чердынь - это на севере Пермской области. Ты уж извини, но ничего личного, а только выполнение приказа члена военного совета. Давай.

Я достал удостоверение личности, оттуда вытащил свёрнутое вчетверо предписание и протянул его полковнику: - Вы там только внимательно, в левом уголку, прочитайте, что написал начальник ракетных войск и артиллерии округа генерал-майор Иванов.

- Во, во. Прочитали? Вот давайте предписание на 34 мотострелковую дивизию.

- Кто это тебе написал? - Полковник развернул ко мне предписание.

- Ну там же написано, товарищ полковник, воинское звание, подпись. Поверьте, я её не подделывал. Можно только побыстрей, а то я у вас целый день проторчал. Устал.

Всё остальное заняло не больше десяти минут. В гробовом молчании капитан настучал новое предписание, шлёпнул штамп, печать. Полковник молча, с брезгливым выражением, подписал его. И буркнув - Идите, старший лейтенант. Служите - Вручил его мне и перестал обращать на меня внимание. Я внимательно прочитал, убедился что всё нормально, щёлкнул каблуками и вышел из кабинета.

На крыльце штаба округа постоял немного и осуждающе покачал головой: - Что то в нашем государстве не того твориться, если полковники вместе с капитанами, не стесняясь взятку тянут со старшего лейтенанта.

Был июнь 1989 года и я даже представить не мог, что это только начало. Что это только цветочки....


Екатеринбург

Январь 2011года