# "Кооператив Калитка"

Борис Геннадьевич Цеханович

Из серии "Лихие 90ые"

Кооператив "Калитка".

(из серии "Лихие 90-е)


Помыв руки, я уселся за обеденный стол. Жена стала накрывать к обеду лишь только на нас троих: на нас обоих и младшего сына.

- А что, Денис, обедать не будет?

- Он уже отобедал, - ответила чем то озабоченная жена.

- А.., ну ладно.

Обед прошёл в молчании: я думал о том, как буду пытаться заканчивать обслуживание противотанковой установки, загнанной в ПТО. Жена погрузилась в свои мысли. Лишь младший сын, беззаботно шурудил ложкой, косясь на большие, аппетитного вида, котлеты.

Отобедов, только прицелился к дивану, чтобы посидеть минут шестьдесят на спине, как мои планы нарушила жена.

- Боря, у Дениса неприятности.

- Что у него случилось? Двояков нахватал? - Я разочарованно уселся в кресло, понимая что отдых рухнул.

- Нет. Тут всё нормально. Он сегодня подрался и ему поставили под глаз синяк.

- Ну, так ничего страшного. Синяки украшают мужчину.... Даже если он драку и проиграл. А в чём всё таки проблема? Он что-то кому-то сломал? - У меня всё ещё не исчезала надежда на спокойный послеобеденный сон.

- Давай, лучше ты с ним сам поговори. Денис, иди сюда, - позвала жена старшего сына из его комнаты и тотчас ушла, когда он зашёл в большую комнату.

- Ну что синяк как синяк, - прокомментировал я увиденное, когда сын уселся напротив меня в глубокое кресло, - что случилось? Рассказывай.

- Да неприятности, пап. Со шпаной местной подрался, а те стрелку мне на субботу назначили. Обещали, если я не принесу деньги.... Приличную сумму, то они меня ножиками попишут.

- Ну, ни фига себе, - я аж присвистнул от удивления и одновременно возмущённо, - ну-ка, давай рассказывай да поподробнее.

К концу не радостного повествования я был в тихом бешенстве и готов был прямо немедленно куда то бежать, кого то убивать, рвать и уродовать.

В принципе, то что рассказал мне сын в новинку не было. Советский Союз рухнул два года назад и на просторах страны творилась вакханалия и беспредел. Народ разбился на банды и бандочки, которые "правили бал" и резвились в городах и весях ничего не боясь, даже ментов, которые были зачастую в сговоре с бандюганами. Причём, они даже не таились и в нашем славном городе Екатеринбург даже ввели подобие формы, чтобы было сразу видно кто и к какой банде или группировке принадлежал. Так на улицах криминальная пехота в одном районе щеголяла в определённого вида кепочках, в другом все бандюганы ходили в спортивных штанах, в третьем носили одинаковые курточки и все вместе были обвешаны различной толщины золотыми цепями и перстнями. Они вершили суд и рулили по понятиям. Другая, активная часть народа разбилась на группы, группочки и сообщества, которые объединившись могли довольно успешно отбиться от обнаглевших отморозков и даже локально сами могли перейти в наступление. К счастью офицерский коллектив гарнизонов, в том числе и нашего сплотился перед такой опасностью и довольно успешно противостоял наскокам. Этому способствовала и то, что в нашем военном городке неплохо поработала рота спецназа, которая у нас располагалась. Так только за два месяца своей чересчур активной деятельности рота под командованием капитана Алтшульц наш городок был очищен от мафии, которая успела осесть у нас. Правда, при этом были капитальные перегибы со стороны роты и его командования по отношению как к обычным жителям городка так и к офицерам, но городок был жёстко очищен от уголовщины, в результате чего шесть трупов криминальщиков, образовавшиеся в ходе этого противостояния были повешены на Альтшульца. Нельзя, конечно, весь локальный успех борьбы с беспредельщиками в городке приписать спецназовцам и сами офицеры давали успешно дружный отпор. В отдельных стычках участвовал и я. Как то вечером мы офицерской компанией сидели у одного из своих сослуживцев, отмечая его день рожденья. В самый разгар пирушки вывалили на улицу, чтобы у подъезда перекурить и немного охладиться. В это время на территорию городка заехали две машины бойцов одной из местной группировки, чтобы тряхнуть "нового русского" проживающего в городке. Вот в тот момент, когда они слегка пинали коммерса ногами на земле у подъезда мы и вывалили. Коммерсантов, "новых русских" мы сами не любили, но это была наша территория и особо мы не просто не любили, а ненавидели этих стриженных братков. Разборка была короткой и беспощадной. Через несколько минут мы уходили обратно в квартиру товарища, оставив на земле восемь окровавленных, в бессознательном состояние тел. Остальной, разобщённый народ смирился и молчаливо терпел этот хаос и беззаконье....

- .... Да завелась около нашей школы шпана. В основном они трясли мелюзгу до восьмого класса: отбирали деньги, заставляли тащить из дома ценные вещи... Ну, и вообще, перцовали среди них. А ту они совсем обнаглели. Посчитали, что это хлопотно вылавливать жертвы по одиночке и решили действовать по другому. Как кончаются уроки, они становились у дверей школы, объявив о создании кооператива "Калитка" и со всех выходящих, естественно кроме взрослых и учителей, брали плату. Все их боялись и безропотно платили дань. Вот представь, папа, они за день набирали больше твоей месячной зарплаты. Действовали они уже несколько дней и получилось как то так, что я ни разу не попался им. Да и честно говоря и не знал про этот "кооператив". А тут с одноклассником Сергеем Афанасьевым, ну отца его ты знаешь... Выходим и напарываемся на них.

Гоните деньгу, - говорят нам и объясняют установленные ими правила. Мы с Серёгой послали их подальше и пошли спокойненько домой. Они догнали и снова, но уже с угрозами, потребовали с нас деньги. Мы их опять послали. Естественно, подрались. Вот синяк я и получил. Они старше и сильнее, поэтому хоть мы денег всё равно им не дали, но поле драки осталось за ними. Они сказали, что если завтра в двенадцать часов мы не принесём им по пятьсот рублей, то нам включат счётчик и назначили стрелу на 12 часов дня в субботу около школы. Вот и всё.

Я зло и сильно втянул сквозь крепко сжатые зубы воздух и выдохнул его: - Что хоть это за скоты?

- Да я и не знаю. Видел несколько раз тусующемися вокруг школы. Ни имени, ни фамилии. Им по девятнадцать-двадцать лет. Нигде не работают. Трясут деньги с малышни тем и живут. Живут где в нашем районе. Всё. - Сын с надеждой смотрел на меня.

- Ладно, не ссыы сын. У нас есть время до завтра. Ты сможешь узнать их фамилии и где живут?

- Да, смогу наверно...

- Давай тогда к вечеру надо мне всё это знать. Да, ещё попробуй узнать - Под кем они ходят?

Вторая половина дня прошла у меня под знаком злобно-боевого возбуждения и как только пришёл домой то сразу же спросил сына: - Ну..., узнал?

- Да. Но только фамилию и адрес одного.

- Мне хватит. Давай, записываю, - я тут же в коридоре, не раздеваясь, записал данные и присвистнул, - Уууу..., да он рядом с городком. Отлично. Завтра я его отрехтую так, что он забудет что на часах есть цифра двенадцать и слово суббота тоже. Всё я пошёл к Афанасьеву старшему.

А тот сам собрался идти ко мне.

- Боря, ну и скоты они. Чего будем делать?

Подполковник Афанасьев был преподавателем в артиллерийском училище, был неплохим мужиков, но размеренная и спокойная преподавательская жизнь наложила свой отпечаток. Он был ведомым и даже сейчас не мог ничего путного предложить, поэтому решение ждал от меня.

Я достал бумажку с записанными данными по противнику и помахал ею перед лицом товарища.

- Евгений Николаевич, пошли к "железным братьям" там пивка попьём и обсудим, как завтра будем действовать.

План у меня был следующий: завтра с утра идём вдвоём по означенному адресу. Хорошо тряханём щенка. Попугаем, выбиваем у него адрес второго и также действуем со вторым негодяем.

Подполковник отхлебнул из бутылки пива и огорчённо протянул: - Блин, Боря, я завтра с утра не могу. У меня в первой половине две пары занятий подряд. Может на вторую половину дня перенесём?

- Не, Евгений Николаевич, у нас есть время разрулить всё это только до 12 часов дня. Так что надо в первую половину.... Попроси, чтобы кто то провёл вместо тебя.

Но Афанасьев только огорчённо протянул: - Нет..., не получится.

Потом встрепенулся с надеждой: - Боря, а если бы ты до обеда эти вопросы решил, а я к тебе после обеда бы присоединился.

- Да ты что, Евгений Николаевич, после обеда к застолью надо готовиться. Кстати тебя тоже поздравляю с Днём Артиллерии...

- Ой, бляяя...., точно. Завтра же День Артиллерии и после обеда я тогда тоже не могу. У нас тоже в училище торжественное и банкет. Боря, ну что крутанёшься сам? А?

- Да не беспокойся - отдыхай. Я такой злой, что завтра и с пятерыми такими справлюсь, не то что с двумя.

Мы ещё постояли с полчаса, выпили по паре бутылочек "Стрельца" и разошлись.

После полкового развода все офицеры-артиллеристы собрались в канцелярии командира дивизиона, где в течении двадцати минут быстро обсудили все вопросы по проведению вечером полкового вечера по поводу нашего праздника. Так уж получилось, но меня, капитана Бондаренко и Тетрюмова выбрали для закупки продуктов на праздничный стол. Бондаренко пересчитал деньги, врученные начальником артиллерии, которые мы собирали в течении недели и, положив их в карман, заверил: - Сейчас прямо на оптовый рынок и через два часа ждите нас.

- Погоди, погоди, Серёга, не через два часа, а через три. Мне тут надо рядом с городком заскочить по адресочку и жёстко разобраться кое с кем.

- Что такое, Боря? Если на тебя наезжают, так давай мы тоже присоединимся. Что случилось? - Начальник артиллерии вопросительно смотрел на меня.

- Да тут такое дело..., - и в течении двух минут обрисовал ситуацию. Офицеры оживились, а начальник артиллерии решительно встал из-за стола.

- Боря, поехали. Сейчас мы там устроим Куликовскую битву....

Благодарно улыбнувшись, я остановил офицеров, готовно поднявшихся из-за столов: - Парни, спасибо, но я думаю что нас троих будет более чем достаточно. А, Олег, Сергей?

- Боря, да никаких проблем. Поехали.

Иной реакции я и не ожидал. Коллектив полка был дружный и сплочённый и не только в военных делах, на полях учений или за столом полковой вечеринки, но и в обычной жизни, когда надо встать и предъявить противнику мощь и силу офицерского коллектива.

Пока мы ехали по известному адресу, как то вспомнился недавний случай наезда криминальщиков на наших офицеров. Два другана, Андрей и Генка, оба капитана, оба командиры мотострелковых рот, поехали в город на машине Андрюхи по своим делам. Около автовокзала Андрей совершенно случайно подрезал двигующиеся в попутном направлении автомобили, что и привело к небольшому ДТП. Одна машина, уходя в сторону лишь слегка притёрлась к деревянному забору, а вот второй, увиливая от столкновения, въехал в фонарный столб, но не катастрофично. У него был разбит правый передний подфарник и ещё пару незначительных повреждений. Пассажиры первой машины, двое мужиков, выскочили, осмотрели почти незаметные царапины на дверцах, обматерили Андрея, сели в машину и уехали. А Андрей направился ко второму автомобилю, вокруг которого крутились два патлатых, высоких парня лет двадцати пяти.

Андрей полностью осознавал свою вину, в кармане были приличные деньги, поэтому решил разрулить ситуацию на месте миром. Но подойдя к парням, сразу же получил кулаком в глаз. На этом все мирные переговоры и закончились. Андрюха с Генкой до того растерялись, что вот так запросто, среди бела дня, в городе, офицеру, капитану, командиру мотострелковой роты залепили в глаз, что застыли соляными столбами и немо открывали рот на вопли взбешённых парней. Краткое содержание этих воплей сводилось к тому, что они оба попали...., что они оба влетели на квартиры и если они сейчас оба не рассчитаются прямо здесь на месте, то им будет включен счётчик. Короче, всё закончилось тем, что Андрей и Генка безропотно отдали все деньги, что у них на тот момент были в карманах. Андрей положил в руки пострадавших вдобавок ваучеры, которые оказались при нём. А когда те сказали - Мало. Снял с пальца обручальное кольцо и бросил в общую кучу.

- Ну, вот, - довольно осклабились парни, - повезло вам командиры. Езжайте с богом.

... - Боря, - пьяные, расстроенные Андрей и Генка, обойдя все кабинеты, теперь сидели в моей канцелярии и жаловались на сложившуюся дурацкую ситуацию, - ну ладно, мы виноватые и не скрывались, а собирались извиниться...., а тут сразу в рыло. Ну, что за ерунда?

Я быстро налил в кружки водки и сунул их товарищам, Андрюха, Генка машинально намахнули и продолжили: - Боря, отдали двадцать пять тысяч деньгами. Да на эти деньги три, пять, десять подфарников можно купить. Мало. Дали ваучеры - опять мало. Суки, пришлось ещё обручальное кольцо отдать. - Андрюха горестно понурился головой. Подождав немного для приличия, я осторожно спросил.

- Слушай, Андрей, а ты знаешь вообще уличные законы? Не удивляйся на мои слова. Я их тоже не знаю. Но тут случайно услышал от одного авторитета, так уж получилось, что с ним немного знаком, так вот он говорит - что такой синяк, как у тебя, без предъявы, имеет цену сейчас пятьдесят тысяч рублей. Так что ты теперь можешь потребовать с этих недоносков гораздо больше и вернуть ещё своё кольцо.

Андрей с безнадёгой махнул рукой и, взяв бутылку, сам разлил водку: - Да мы так растерялись, что даже номеров не записали. Где их теперь искать?

Прошло пару дней и поздно вечером в дверь моей квартиры заполошно застучали. На пороге стоял запыхавшийся Генка.

- Боря, давай быстрей на КПП. Все наши там собираются. Уроды приехали..., - сказанул и умчался вниз. В принципе, мне разжёвывать и не надо было. Мгновенно одевшись, выхватил из-за двери тяжеленный черенок от пожарной лопаты, который стоял на всякий случай за дверью и помчался на центральное КПП городка. Здесь уже было семеро наших, которые тут же ввели меня в курс дела.

- Пришли сейчас к Генке эти чмыри и сказали, что тех денег мало. Давай ещё столько же. Генка извернулся: говорит, сейчас нету, а через тридцать минут на КПП принесёт. Вот и собираемся.

- Не понял, а откуда они Генкин адрес узнали?

- Да он ещё тогда, растерялся и сказал свой адрес.

- Блин, дурак....

Через пять минут появились Андрей и с виноватым видом Генка, которого все разом дружно обругали. А ещё через десять минут подъехали и вымогатели. Держались они уверенно и их совсем не смутил перевес сил.

Ткнули Андрея и Генку пальцем в грудь и сказали: - Значит, так командиры. Денег вы заплатили мало и через три дня оба приносите сюда. На ваше сраное КПП, каждый, по тридцать тысяч рублей. Понятно?

Драться бы дрался, но лезть в первые ряды из-за того что мои товарищи непростительно растерялись и не ответили несколькими ударами в ответ, не собирался. Но развязный и уверенный тон ублюдков, которые посчитали себя хозяивами города, заставили забыть меня благие намерения и я выскочил вперёд.

- А теперь послушайте вы - уроды. За синяк без предъявы через три дня, сюда, оба приносите по пятьдесят тысяч. Понятно?

- А ты, капитан, чего чирикаешь? Ты тоже хочешь деньги принести? Всё, время когда вы перцовали закончилось, так что сиди и не вякай, не с тобой разбираются.

Градус разборок повышался и наглецы почуяв, что им могут сейчас очень качественно настучать по роже, быстро завернули разговор: - Хорошо, всё понятно - не договорились. Ладно, через три дня, в двадцать часов забиваем здесь стрелу. Принесёте деньги - может разойдёмся по миру. Не принесёте - включим счётчик.

Наглецы сели в машину и быстро уехали, а мы остались у ворот КПП, горячо обсуждая сложившуюся ситуацию. Запоздало пожалели, что не записали номера автомобиля, чтобы вычислить кто есть кто и кто за ними стоит. После недолгих рассуждений решили: вполне возможно, что на стрелку они приедут кодлой - поэтому, на стрелку идём все вместе. Ещё других офицеров полка подобьём.

Через три дня, в девятнадцать пятьдесят у ворот КПП нас собралось всего человек восемь. Обещали прийти многие, но оказались здесь только мы. Правда, прослышав о разборках, подошло человек десять от 105 полка.

- А вы чего пришли? Это ж нашего полка касается.

- А чего? Сегодня мы вам поможем, завтра вы нам, - что ж в такое время они рассуждали здраво и у нас возникла надежда, что уж с восемнадцатью мужиками беспредельщики побоятся связываться.

Но когда на нескольких машинах подъехали бандюганы и из них вывалили громилы под два метра роста, надежда как то сама собой утухла. Ребята были крепкие, держались независимо и в драке пожалуй тоже были не детьми. Мы хоть и численно их превышали, в качестве здоровья и силы явно уступали. Надежда ещё была на командира разведроты - Андрюша, как мы его звали. Рост два ноль пять, широченные плечи, ну а если он бил то как то так получалось, что тело попавшего под удар подбрасывало высоко в воздух, оно немыслимо складывалось пополам и летело как то довольно далеко....

Но Андрюши тоже что то не было, хотя он твёрдо нас заверил - Буду.

От толпы криминальной пехоты вальяжно отделились инициаторы сего мероприятия и смело направились к нам.

- Ну что, командиры, бабки принесли? - С презрением и бесстрашно бросили нам вопрос парни, чувствуя за собой сильную поддержку.

- А ху-ху не хо-хо....? - Также нагло последовал ответ, чем немало озадачив противную сторону. Они просто были уверены, что увидев такую силу мы пасанём и если даже мы и не принесли денег, то они нас запросто додавят. Но мы были настроены драться при любом раскладе и это выбивало вымогальщиков из колеи.

Парни загорячились, стали наезжать на нас, пугая дальнейшими разборками и обрисовывая наше мрачное будущее - голые, нищие, без квартир и машин офицеры и такие же нищие и обездоленные члены семей. В обоюдной словесной перепалке были расставлены все точки, прозвучали слова взаимных оскорблений и перед воротами КПП повисла зловещая тишина. Жители городка, которые в этот момент оказались невольными свидетелями, испуганно шмыгали мимо нас, старательно отводя глаза от агрессивно настроенной толпы.

Что ж все слова были сказаны и теперь осталось только драться. Парни обернулись на свою силовую поддержку и те, бросив сигареты на снег, не торопясь, но с угрожающим видом направились в нашу сторону. Впереди пёр бычара: бритая рожа, покрытая устрашающими шрамами. Расстёгнутая на груди дорогая кожаная куртка, а на толстой шее непременный атрибут - толстенная золотая цепь. Сзади, ухмыляясь и предвкушая разгром офицерни двигались подельники, такие же уроды. Главное, что убивало нас, они ничего не боялись. Раньше, в нормальное советское время если офицера не дай бог где то, кто то избил, то делом об избиении занималась не ментовка, а комитет государственной безопасности. И разбирались они быстро и круто. А сейчас государство нас бросило и мы должны были защищаться сами.

Покрепче ухватив черенок от пожарной лопаты, я внутренне собрался и стал выбирать себе противника и выбор был небогат: все были гораздо крупнее и тяжелее меня. Ребята тоже рядом перетасовывались, выводя более сильных в первые ряды.

- Ну, сейчас закрутятся дела...., - со злой лихостью промчалась наверно не только у меня горячечная мысль. - И если мы сейчас проиграем драку, тяжеленько нам придётся. Наваляться суки....

Я оглянулся назад и в этот момент увидел Андрюшу, который вывернул из-за ворот и, вытирая губы рукой, при этом что то дожёвывая, пробрался в первый ряд нашей шеренги.

- Ребята, извините, - виновато закричал командир разведроты, - на ужине в офицерской столовой задержался. А кого тут бить?

Подсказать и показать кого надо бить никто не успел. Андрюша развернулся и со всей дури ударил кулаком в челюсть главного громилы, стоявшего напротив него и с любопытством смотревшим на казавшегося наивным военного здоровяка. Если бы я попал под этот удар то одно из двух - либо у меня оторвалась бы голова, либо моё тело в полёте смело бы сзади стоящих. Но бандит весил килограммов 130 поэтому он мгновенно вырубился и рухнул на руки своих подельников. Все на мгновение оцепенели, а Андрюша как ни в чём не бывало спросил нас: - Этих тоже молотить что ли?

Но молотить никого не пришлось. Бандиты подняли тело своего главаря и молча потащили его к машинам. Неумело загрузили туловище в машину, при это хорошо приложив его головой о корпус. Сели сами и уехали, оставив зачинщиков всей этой свары на наше усмотрение.

- Нееее, их бить не буду, - запротестовал Андрюша, - я их ведь просто убью.

Андрюша слегка торкнул тыльной стороной ладони одного из них в лоб и тот послушно завалился на ледяную дорогу.

- Ну, вот видите... Нееее..., бейте сами.

Бить мы их не стали: от такой резко поменявшейся ситуации они сильно испугались и были почти в полуобморочном состоянии. Помахав кулаками перед их рожами, дав хороших пендалей под жопу и посоветывав вообще забыть, что в городе есть наш военный городок дали им возможность уехать.

Пока шли разборки, Олег Тетрюмов списал номер машины, марку и цвет и уже на следующий день мы знали хозяина машины и адрес проживания. А послонявшиеся вокруг этого дома солдаты-разведчики в гражданке выяснили, что это мелкая шпана и за их спинами серьёзной силы нет.

А ещё через день, сняв с машин номера мы поздно вечером нагрянули на квартиру водителя легковушки. Пара хороших зуботычин и кровь пущенная из носа быстро поменяли жизненные приоритеты шестёрки. Размазывая слёзы, сопли и кровь по роже, неудачливый хулиган мгновенно сдал адрес своего подельника, куда тут же умчались группа "захвата". Через пятнадцать минут оба несостоявшихся гангстера стояли на снегу во дворе около легковушки и сильно дрожали: как от холода так и от страха. Но, конечно, больше от страха.

Сначала были разбиты все стёкла в машине. Царапать и бить корпус мы не стали, но зато в печку и на пол машины химик полка со сладострастием разлил жидкий хлорпикрин. Смысл этого действа был следующий: теперь, зимой на легковушке можно ездить только с открытыми окнами. Если закрыть стёкла или запустить печку то от испарения паров хлорпикрина можно было и блевануть. Я уж не говорю про сопли, кашель и обильные слёзы. Урок был хороший и больше они не появлялись в поле нашей деятельности.

Примерно такой же сценарий хотел и я провернуть с обидчиками моего сына. Пятиэтажка, засранный и ободранный подъезд, обшарпанная дверь квартиры, куда я громко постучал кулаком. Дверь через полминуты несмело открылась и на пороге появился испуганный отец уракагана, из-за плеча которого выглядывала такая же забитая судьбой и безнадёгой мать.

- Здравствуйте, здесь проживает Нестеров Виктор? - Дальше церемониться не стал и, отодвинув в сторону родителей зашёл в полутёмный и узкий коридор. За мной также решительно зашли и мои товарищи, невольно вытеснив хозяина и хозяйку из квартиры на лестничную площадку.

- А вы кто такие? - Несмело пискнул отец и отодвинулся на всякий пожарный от дверей квартиры на противоположный край и так небольшой лестничной площадки.

- Мы из военкомата? А вы что там стоите, давайте заходите и где ваш сын Виктор?

Поняв, что грабить их не будут и что это действительно настоящие военные и у них дело к сыну, хозяева зашли в квартиру и Олег Тетрюмов закрыл за ними дверь.

- Сын, вон спит... в большой комнате..., - отец открыл дверь в комнату и вяло мотнул головой на диван, где спало его "ненаглядное" чадо и с надеждой в голосе спросил, - Что действительно в армию забираете?

- Нет, гражданин, мы пока с ним воспитательную работу проведём, а с вами такую же работу проведёт наш товарищ. Сергей, проведи родителей на кухню и пообщайся там с ними. А мы здесь поработаем.

Когда за Серёгой и родителями плотно закрылась кухонная дверь, мы тоже закрылись и подошли к дивану.

Криминальная скотина спала на продавленном, лоснящемся от долгого употребления диване безмятежно и беззаботно, отчего в глубине меня стала подыматься и рваться наружу вполне понятная ярость и желание действовать быстро и безжалостно. Но я сумел подавить в себе это справедливое чувство мести, так как считал по жизни - "Каждая скотина должна знать и понимать за что её карают". Поэтому, сжав в кулаке край материи, сдёрнул такой же грязный и занюханный плед со спящего.

Открывшиеся картина заставила нас с Олегом поморщиться: мы служили в армии много лет и прекрасно знали что такое казарма. Её запахи, крепкий солдатский дух, но ощутить эти запахи и дух в квартире....

В квартире было жарковато, даже душно, но парень лежал под пледом одетый в грязное, застиранное трико и, судя по запаху, он носил его недели две и столько же наверно не мылся. Об этом также свидетельствовали грязные ноги с длинными и крепкими, загибающимися ногтями на пальцах с чёрными каёмками грязи под ними.

И эта скотина ещё хотела подрезать моего сына!!!!!

- Вставай сволочь...., базарить будем..., - я с силой ударил сапогом по заднице спящего и тот от удара мигом вскинулся.

- А..., Чтоооо? Чего надо? - Надо отдать должное парень быстро просёк кто к нему пришли и о чём базар будет. Да и не видно было, что он и сильно испугался. Быстро придя в себя, парень под нашими тяжёлыми взглядами прошёл к креслу-качалке и спокойно уселся туда. Подтянул под себя ноги и стал невозмутимо ковыряться пальцем между грязных пальцев ног.

Передёрнувшись от омерзения, я спросил: - Ну и доложи, за что ты моего сына избил? За что он должен денег тебе принести?

- А что я? - То ли парень до сих пор не мог врубиться в какое неприятное положение он попал, то ли, решив - А всё равно отъебо....ат, то хоть понаглею....

- Есть правила, - продолжал бесстрашно гнуть свою линию парень, - и не я их устанавливаю, а жизнь. Сказано плати - значит должен платить. А они нас на три буквы послали.... Вот и получили...

Дальше он не смог продолжить. Олег, стоявший до этого спокойно и слушавший разглагольствование недоноска, развернулся и со всей дури ударил говорившего в челюсть. От сильного удара кресло-качалка мигом перевернулось, парень кувыркнувшись через спинку, растянулся вдоль стены, а Олег сделал шаг вперёд и наступил ему на горло сапогом и стал давить его. Парень ухватился руками за сапог и стал активно сопротивляться, пытаясь ослабить давление, но вышедший из себя Олег молча давил и давил. Лицо извивавшегося стало синеть, послышался сдавленный хрип и умоляющие меня глаза задыхающегося уставились на меня.

Я присел и легонько хлопнул рукой по сапогу: - Хватит, он мне пока живым нужен....., чтоб второго достать...

Олег убрал ногу и парень так и остался лежать, растирая горло руками и сипло прокашливаясь, а Олег тяжёлой глыбой навис над ним: - Боря, давай кончай с ним, а потом я им снова займусь....

И тут парень испугался, вдруг поняв, что его вот так запросто военные могут замочить. Прямо здесь, в его квартире. Испугался ещё сильнее, когда я наклонился над ним и сгрёб левой рукой у него на груди спортивную футболку. Приподнял над полом и шипящим от ярости голосом спросил.

- Так это ты хотел моему сыну счётчик включить????? - И изо всей силы врезал ему кулаком в лицо.

- Так это ты хотел его подрезать..., - и новый хлёсткий удар обрушил его на пол. Я вновь приподнял не сопротивляющегося парня над полом.

- Я его растил, я его правильно воспитывал, надеялся, что он жить будет и радовать нас с женой будет, а ты его хотел ножичком..., - я бил его с остервенением, бил и не жалел. Ну и что, что я сломаю ему челюсть, нос, расплескаю его мозги по полу. Раз эта скотина так жизнь начинает, так и в будущем никакой пользы от него не будет.

Наверно я его бы всё таки и убил, но меня вовремя оттащили от него прибежавший на шум Бондаренко и Тетрюмов.

- Ладно, хорошо.... Пока ему хватит. Сергей, иди там к родителям, не надо им это видеть. Вставай, скотина, с тобой ещё не закончили.

Парень медленно, опираясь на стенку, поднялся с пола, лицо было разбито всмятку и вдрызг, но он уже был сломлен.

- Так, давай говори, где второй проживает? - Тот согласно мотнул головой, но от страха у него перехватило горло, да и Тетрюмов ему не хило там сдавил сапогом, поэтому из его горла вырывались лишь истеричные и сумбурные вскрики.

- Ладно, успокойся... Бери бумагу и пиши адрес.

Парень неровным шагом подошёл к столу и слепо зашарил руками, а наткнувшись рукой на вязальную спицу, вдруг сильно сжал её и тут же получил двойной удар по лицу как от Тетрюмова, так и от меня.

- А ну брось дурить....

- Да это мне случайно в руки попалась..., - внезапно проблеял парень и, наконец то взяв в руки ручку, попытался на клочке бумаге написать адрес подельника. Но руки сильно дрожали, бумага рвалась и только через пару минут он смог накарябать несколько строк - адрес, имя и фамилию пособника.

- Ну, вот видишь, как это просто сдавать своих товарищей, - я удовлетворённо рассматривал записку, - и рядом он здесь проживает. Ладно, сегодня некогда, а завтра мы к нему нагрянем.

- А ты чего не в армии? - Вдруг задал я ему вопрос.

- Отсрочка у меня..., - бичуган поняв, что сегодня его убивать не будут, поэтому ответил уже более ровным голосом.

- Всё, отсрочка отменяется, - я несильно ткнул его кулаком в грудь, - через пару недель, когда сойдут синяки, идёшь в военкомат и просишься в армию. Если в течении месяца не решишь вопрос, то тебя каждый день будут отлавливать мои бойцы и пиз...ть до потери пульса. Ты понял меня? Ну, вот и хорошо.

Плотно закрыв дверь в большую комнату, мы вышли в коридор, куда сразу же вышел и Бондаренко, а за ним родители.

- Как вас зовут, уважаемые?

- Меня Олег Петрович, а жену Татьяна Ивановна.

- Очень приятно. Что ж вы так запустили воспитание сына? Вот сейчас пришлось уж очень сильно втолковывать ему, что служба в армии это Священный долг каждого гражданина. А он что то свою Родину не совсем любит... Не хорошо получается. А, Олег Петрович?

Пожилой мужчина как то смешался и занервничал. Потом справился с собой.

- Да не больно молодёжь сейчас нас родителей слушает. Норовит жить своим умом. Вот и у нас вся надежда на армию. Заберите его в хорошие войска....

Уже в машине Сергей рассказал немного о родителях шпанёнка.

- А что вы хотите? Он и она рабочие завода РТИ. Обычные работяги, образования нет, зарплата маленькая. Вся жизнь в мелочной борьбе за лишнюю копейку. Если бы не советская власть, фиг бы они имели даже такую квартиру. И чего спрашивается этот балбес будет слушать своих забитых жизнью родителей? Когда кругом рекэт, бандитизм и в любом фильме показывают как легко можно хапануть кругленькую сумму денег и при этом ни минуты не работать. Так что пока эти хрущёвки для работяг не будут снесены и пока будут такие убогие родители, на которых стыдно равняться - будут и такие ублюдки.

Полковой вечер посвящённый Дню Артиллерии прошёл великолепно, а на следующее утро, выпив для поправки здоровья по паре бутылок ледяного пива мы с подполковником Афанасьевым пошли по другому адресу.

На наш стук двери открыла заплаканная мать и сквозь слёзы спросила, запустив нас в коридор: - Кто вы такие? И что случилось с Мишенькой?

- Мы с военкомата, а в чём дело?

- Вчера пришёл к нашему сыну его друг Виктор Нестеров. Весь избитый и говорит моему со смехом: мол, к нему приходили из военкомата... работу воспитательную провели... Готовься, завтра к тебе придут - бьют сильно и больно. Вот мой Мишенька и сбежал из дома... Вы, что тоже бить его будете?

- Лучше надо за сыном смотреть, не знаю как ваше имя... отчество - тогда и бить не будут. Да, мы с военкомата и если ваш сын не пойдёт сейчас в армию, то знайте - он попадёт в большую беду... Так что думайте. Через месяц он должен быть в армии.

Вроде бы воспитательную работу провели нормальную, но всё таки решили перестраховаться насчёт стрелки. В субботу к двенадцати часам я и Евгений Николаевич стояли около школьного крыльца. Денис и его друзья, а их собралось человек двадцать, притаились за углом школы. Так на всякий случай. Вдруг охеренная кодла приедет. Да в кустах ещё сидело человек пять солдат с танкового батальона.

В принципе, мы были уверены, что стрелки не будет, но были неприятно удивлены когда ровно в двенадцать на небольшой пятачок перед школьным крыльцом с улицы вдруг вырулила иномарка битком набитая молодёжью и резко остановилась перед крыльцом.

Озадаченно переглянувшись друг с другом, мы резво рванулись к машине, решив внезапностью ошеломить и сломить противника. Подскочив с обеих сторон автомобиля мы мгновенно открыли дверцы и я мигом выдернул из-за руля молодого парня и занёс руку для удара. Евгений Николаевич немного замешкался, но тоже успешно вывалил на замерзшую землю своего противника, но тут холодный воздух прорезал крик моего сына.

- Папа, не бейте их... Это не те....

Я, продолжая держать одной рукой растерянного парня за грудки и не опуская занесшую руку для удара, окинул взглядом также застывшего над поверженным врагом Афанасьева, солдат-танкистов мчавшимся к нам из кустов, выскочивших из-за угла школьников с палками в руках и с недоумением спросил: - Как не те? Ровно двенадцать и начало стрелки.

- Не те, пап, отпусти... это другие, но тоже местные...

- Извини парень, но тебе сегодня здорово повезло, - я поправил на нём одежду и добавил, - езжай отсюда, у нас тут стрелка забита....

Приехавших не надо было уговаривать. Мигом развернувшись, машина исчезла со школьного двора, а прождав ещё минут тридцать и мы ушли по домам. Больше этих парней возле школы не видели. Через месяц, солдаты-разведчики доложили: парни ушли в армию. А после Нового года через свои связи в военкомате узнал: Нестеров Виктор попал служить на Таймыр, а Мишенька Звягинцев в ВМФ на три года.


Екатеринбург

Сентябрь 2011 года