# Дежурство по полку

Борис Геннадьевич Цеханович

Армейская быль, рассказанная старым, мудрым офицером за чаркой водки.

Дежурство по полку.


Резкие и громкие в тесном помещении пистолетные выстрелы мигом сдёрнули помощника дежурного по полку с топчана, где он добросовестно и сладко почивал. Всё ещё толком не проснувшись, даже не заметил как выдернул пистолет из кобуры и замер. В помещении никого не было.

- Не понял? Это что мне приснилось? - Но в ответ была только тишина. Тишина была и в соседнем помещении, где и размещалась само помещение дежурного по полку.

- Товарищ капитан...., - Олег Удинцев на всякий случай тихонько, на грани чуть ли не ультразвука, окликнул через дверь своего ротного, с которым и был на дежурстве.

- Тихо..., тихо... Чего ты орёшь? Иди сюда. - Точно такой же шёпот донёсся из-за двери.

Старший лейтенант на всякий случай чуть приоткрыл дверь и в узкую щёлочку попытался что-нибудь рассмотреть. Но его позиция была неудобная и кроме края пульта дежурного, да клубящейся непонятной то ли пыли, то ли странного дыма ничего не рассмотрел.

- Чего ты там ссъышь, заходи, - прозвучал злой шёпот капитана Халемина.

- Да ничего я не ссу..., - Удинцев демонстративно широко открыл дверь и шагнул в дежурку, но на всякий случай напрягся и приготовился тут же открыть огонь. Но стрелять ни в кого не пришлось. В углу дежурки, прикрывшись стулом и направив пистолет на небольшое окошечко в стене, сидел капитан Халемин, командир пятой мотострелковой роты. В отличии от других полков, где в дежурках было большое окно, через которое наряд мог контролировать вход в штаб, здесь было маленькое окошечко куда можно было засунуть лишь голову. И то если она была бы без фуражки. Окошечко выходило в небольшой предбанник между двумя входными дверями и сейчас оттуда валил светло серыми, густыми клубами то ли дым, то ли пыль, постепенно заполняя собой небольшое помещение дежурки. И тишина.

- Товарищ капитан, что хоть случилось? В кого стреляли?

- А хрен его знает в кого или во что, - дежурный зло перематерился, - прикемарил немного, а тут что то как зашипит. Я глаза открываю, а в окошко вот это такой мощной струёй влетает... И вроде бы там..., в глубине.... Человек виднеется. Ну, я туда и бабахнул половину обоймы и теперь не знаю что делать? Но что то, там в коридоре, шипит....

Капитан замолчал и вместе с помощником стали прислушиваться. Действительно, в предбаннике что то тихо шипело. Больше никаких звуков не доносилось.

- Ладно, пошли смотреть кого я там может быть завалил.

Посмотреть не удалось, только они открыли громко заскрипевшую дверь и вышли в просторный вестибюль, как на втором этаже, где находился пост No1 с Боевым Знаменем полка, ударила длинная автоматная очередь, прочертив по беленной стене ряд красивых лунок. И опять тишина.

- Ёб... Тв.... м...ь.... Караул в ружьё! - Очнувшись от мгновенного столбняка, заорали одновременно офицеры глядя друг на друга, но вызывать караул в дежурку помчался помощник, а капитан Халемин скользящими шагами, стал осторожно двигаться к лестнице. Прокукарекав в телефон команду "Караул в ружьё! Нападение на первый пост", к ротному мгновенно присоединился помощник и они стали тихо подыматься по лестнице на второй этаж. Старший лейтенант прикрывал дежурного со спины и водил пистолетом по пустому вестибюлю, а капитан вытянув шею двигался вверх и со страхом ждал того мгновения, когда ему придётся высунуть голову над полом второго этажа и поглядеть на первый пост. Перед этим страшным моментом, они остановились и старший лейтенант Удинцев поглядел на своего командира, который боролся сам с собой - и подставлять лоб под пулю не хотелось и в тюрьму садиться тоже. Буквально неделю назад на полковой зачитке приказа зачитали краткие выводы расследования по одному из полков Дальнего Востока. Там китайцы перешли границу и выкрали Знамя полка. То что полк расформировали это херня, а вот должностные лица, причастные к этому происшествию, в том числе и наряд по полку получили "по самое не хочу". И выговоров там совершенно не было. Начальник штаба майор Лухов чуть ли не целую минуту зачитывал, кто попал под трибунал.

И вот теперь это их коснулось. Как то сразу вспомнился караул полка, вырезанный во время известных событий. Совсем недавних, всего каких то шесть лет тому назад. И старший лейтенант затосковал - Лучше пулю в лоб, чем ....

Примерно такие же мысли бродили и в голове дежурного и сами того не ожидая, оба и одновременно, подняли головы над уровнем пола второго этажа и глянули в сторону поста и тут же нырнули обратно, уворачиваясь от автоматной очереди.

Присели, обсыпанные штукатуркой и радостно слушали вопли, доносившиеся со второго этажа: - Чтооо..., получили суки? Хрен меня возьмёте...

Эти вопли ложились бальзамом на души обоих офицеров, так как увернувшись от пули успели разглядеть, что стрелял в них часовой от Знамени, рядовой Храмцов с первого взвода.

- Храмцов, какого хера стреляешь по своим? - Окликнул солдата ротный.

- Товарищ капитан, это вы что ли? - Тоже обрадовано закричал солдат.

- Я..., я..., - командир роты неосторожно приподнялся над полом и тут же очередная очередь вспорола штукатурку над его головой и Халемин нырнул обратно на лестницу.

- Ты что, ёб... тв... м...ь стреляешь? Сучара..., - заорали офицеры.

- А откуда я знаю, вдруг вы под пистолетом.... Я же не знаю, что у вас там за стрельба. И я вам сейчас не подчиняюсь... Только начкар и разводящий...

- Тьфу долбоёб, - ротный сплюнул с досады, - у тебя хоть всё нормально?

- Нормально, товарищ капитан.

- Ну и хорошо. Пошли, Олег, глянем в предбанник и караула что то долго нет....

Но тут на улице послышался неистовый топот сапог, потом хлопнула дверь с улицы в предбанник. Послышалась резкая команда начкара - Кого то там охранять. И в вестибюль ворвалась толпа караульных во главе с начальником караула и начала растекаться в разные стороны по просторному помещению.

- Что тут произошло? - Подскочил начальник караула лейтенант Филатов, командир первого взвода.

- Там твой Храмцов стрельбу учинил. Иди разбирайся.

- Стой..., стой..., погоди, а там кто? - Дежурный мотнул стволом пистолета на предбанник.

- Да там валяется кто то. Одного оставил на охране. А что хоть тут у вас произошло?

- Вот сейчас и будем разбираться. Ты иди своего Храмцова с поста снимай.

Дежурный сунул пистолет в кобуру и вместе с помощником зашли в предбанник. Лучше бы они туда не заходили. На полу, в углу маленького помещения, валялся песочный огнетушитель и тихо себе сипел, выпуская тоненькую струйку песчаной пыли, которая уже почти осела и покрывала приличным и равномерным слоем всё помещение предбанника. В другом углу валялась прострелянная офицерская фуражка. Тут же стоял караульный, направив автомат на фигуру человека, также полностью прикрытой слоем пыли. Правда, он не лежал, а находился в сидячем положении, на корточках, и с закрытыми глазами. В тусклом свете лампочки было непонятно кто это такой, но когда дежурный и помощник с нехорошим и томительным чувством наклонились к нему и тот открыл глаза - всё сразу стало на свои места. Это был начальник штаба полка майор Лухов.

Надо сказать, что полк в котором произошло это происшествие считался в Центральной Группе войск средним по всем показателям. С устоявшимися своими хорошими и нехорошими традициями. Командир полка и всё командование лежало на своих должностях давно. То есть в полку жизнь текла спокойно, постепенно затягиваясь болотной ряской.

А тут по замене из Союза, на должность начальника штаба полка, приехал энергичный майор Лухов, который своей нерастраченной энергией взбаламутил полковое болото и начал проводить в жизнь свои требования. Ну, а службу войск сам бог велел отладить и вернуть в нормальное русло. Тут то он и столкнулся с капитаном Халеминым и у них обоюдно и внезапно возникли неприязненные отношения друг к другу.

Капитан Халемин был из "стареньких", готовясь в этом году замениться в Союз. Имел у командования полка твёрдый авторитет и рота его была на хорошем счету, а в руках командира роты вообще смотрелась как "игрушечка". Правда, иной раз командир роты допускал в общении с начальством некоторые элементы хамовитости и беспардонности. Будучи дежурным по полку допускал различные отклонения от вполне справедливых требований нового начальника штаба, чем его очень злил. Частенько спорил с ним или пускался в обсуждении приказа. Но больше всего Лухово злило, что Халемин, отпустив отдыхать помощника, мог сам спокойно заснуть за пультом.

- Когда-нибудь я тебя словлю за этим делом и тебе не помогут твои старые заслуги...

Вот и пришёл ночью неожиданно с проверкой начальник штаба. Наряд по КПП спал и не предупредил дежурного, а тот удобно завалившись на пульт дежурного, сладко почивал, но чутко. Поэтому мигом вскочил, когда начальник штаба снял со стены песочный огнетушитель и пустил струю песчаной пыли в дежурку. Начальника штаба тоже спасла быстрая реакция и он успел нырнуть вниз. Пострадала лишь фуражка.

И вот начальник штаба открыл глаза. Медленно выпрямился, глядя на остолбеневших офицеров и караульного. Открыл рот, чтобы торжествующе заявить, что он словил Халемина спящим и сочно обругать дежурного по полку, пообещав все мыслимые кары дисциплинарных наказаний и партийных в том числе. Открыл и тут же закрыл, понимая что и в его действиях много от лукавого и неправильного, выходящего за рамки разумного.

- Что у тебя с часовым и со Знаменем? - Только и спросил начальник штаба. А когда он вышел в вестибюль и с ужасом разглядел расстрелянную стену, то понял - этот скандал замять в полку не получится и он выйдет на уровень командования Группы.

- Чего хоть ты стрелял, сынок? - Спросил он у уже караульного Храмцова, когда его представили пред очи майора Лухова.

- Когда стрельба в дежурке началась, думал нападение на штаб. Вот и занял оборону. - Храмцов честными глазами и добросовестно смотрел на начальство, а то аж застонало, представив что могло случится в ходе такой проверки.

Скандал и разборки были грандиозными. И приказ по Группе тоже с раздачей "подарков", начиная от дежурного по КПП и кончая.....

На своей должности еле удержался начальник штаба. Получил "несовпадение с должностью" за неразумную инициативу при проверке службы войск. Капитан Халемин по дисциплинарной линии получил "Строгача", а на партийном собрании вспомнили ему много чего и там ему влепили тоже строгий выговор. Чему он был больше всего огорчён, надеясь замениться в Союз на должность начальника штаба батальона. А так ему как минимум год ничего не могло светить.

Поощрён был лишь рядовой Храмцов. За инициативу и отличное несение службы он был командованием поощрён десятидневным отпуском с выездом на Родину.


Екатеринбург

Сентябрь 2012 года