# Гражданка

Борис Геннадьевич Цеханович

Глава вторая, продолжение гражданской жизни

Глава вторая.

"НПО Строй"


Первые две недели я просто отдыхал. Не надо каждые два-три дня вскакивать в пол шестого утра, собираться, в семь бежать на трамвайную остановку и ехать почти через половину города, чтобы успеть к восьми. Сразу включаешься в приём дежурства, в этот вал звонков и только в 12 часов дня ты устало отваливаешься от пульта и можешь спокойно выпить чашку кофе.

А тут встаёшь спокойненько, потягиваясь одеваешь спортивную форму и пробежечка километра три. Завтрак, жена на работе и ты до шести вечера представлен сам себе. Я планировал такую беззаботную жизнь на месяц. Ну, а что? Пенсия почти пять тысяч рублей - средняя заработная плата по городу. Жена зарабатывает можно сказать отлично, работая главным бухгалтером фирмы. Но..., через две недели заскучал и решил поискать работу.

Вот прокрутился три года в охране с целью осмотреться и избрать другой вид деятельности. Прокрутился и так и не разобрался - Куда мне идти и чем заниматься в будущем? И по большому счёту у меня сейчас есть довольно большой опыт только охранной деятельности. И волей-неволей пришлось опять обратить своё внимание на охранные фирмы. Но уже идти туда не простым оперативным дежурным, а что-нибудь повыше - хотя бы и начальником охраны фирмы или его замом... Вот в этот момент размышлений и случайно встретился на улице с товарищем, воевавший со мной в первой Чечне. Оба очень обрадовались встрече. Зашли в кафешку и за пивком поделились своими жизненными удачами и проблемами. В принципе, проблемы больше были у меня, у него всё хорошо и работал он в такой продвинутой сфере, куда мне был просто заказан вход. И впереди, в ближайшем будущем, как он поделился таинственным шёпотом, придвинувшись ко мне - вот-вот должны были предложить совсем ХАРОШУЮ должность.

- А тебе, если хочешь - помогу....

На следующий день я уже шёл на собеседование и опять в охранную фирму, отвечающую за безопасность и охрану железнодорожного вокзала. За меня друг уже по ходатайствовал и поэтому, уточнив кое какие моменты предыдущей работы оперативного дежурного, предложили должность начальника смены.

- Ходить на службу будете раз в трое суток, в подчинении будет вот столько-то человек и ваша обязанность будет заключаться вот в этом....

- Да..., - добавил проводивший собеседование, видя моё непроницаемое лицо и понимая, что он был неубедителен, - если бы вас нам не рекомендовали, я бы промолчал. Но так скажу - между нами. Зарплаты у нас лишь чуть выше чем у других, но... Если начальник смены ПОКАЗАЛ себя, если нам интересно работать с ним, ему через некоторое время даём возможность открыть свой киоск в выгодном месте вокзала. Есть ещё пару способов поощрить нужных нам людей. Ну..., о них пока рано говорить... Как вам наше предложение?

Пообещав дать ответ завтра, я ушёл. Предложение не "Фонтан" и совершенно не по моему характеру. А также через своих знакомых в милиции довольно подробно знал изнаночную часть вокзальной жизни, где порядочного человека хоть в форме милиции, хоть на должности начальника смены или просто крутого охранника, представляющие определённую власть и за которыми стоит конкретная сила.... Вот эта "почти" вседозволенность незаметно засасывала того в тёмный омут сначала мелкого криминала, а потом вообще частенько лишала человека чести, превращая в обыкновенного рэкетира и смотрящего "за кормушкой" Поэтому уже через два часа позвонил и озвучил свой отказ. На вопрос - Почему? Ответил коротко - Из личных побуждений....

А на следующий день, в номере газеты "Работа" увидел объявление - "В охранную фирму требуется начальник охраны". Туда я и двинулся, сразу же как прочитал объявление прямо у киоска. Офис фирмы на улице Щорса, директор фирмы приятная женщина. Представился и она рассказала, чем занимается фирма и как она видит обязанности нового начальника охраны. Фирма занималась физической охраной в основном концертов и других публичных мероприятий. А это предполагало чуть ли не через день быть занятым до полуночи и позже. А этого я нахлебался в Армии и хотелось совершенно другого. Я готов выкладываться на работе в течение дня с высоким КПД, но вечер и выходные дни хочу отдыхать.

Примерно в таких бесплодных попытках прошло ещё несколько дней. И как всегда сработала и оказалась верной пословица - "Не имей сто рублей, а имей сто друзей". Забрёл вечерком "на огонёк" к товарищу и за совместным распитием спиртных напитков пожаловался ему на вот такой расклад поиска работы, который зашёл в тупик: - Даже не знаю теперь, в какую сторону двигаться...

Товарищ загадочно улыбнулся и налил рюмку: - Могу помочь. Мне вчера предложили должность Исполнительного директора одной из строительной компаний и они ждут моего ответа. Вроде бы всё нормально, но я себя просто не вижу в роли директора. Хрен его знает..., но не лежит у меня душа к этой работе. Так что если хочешь, я прямо сейчас позвоню и о тебе скажу...

Был бы трезвый - замахал бы отчаянно крыльями, с воплем - "Да ты что ....? Друг? Да никогда... Да я ж в строительстве - "ни рылом ни ухом".

Но сейчас, когда уже намахнуто несколько рюмок, бесшабашно махнул рукой и дал согласие. Товарищ сразу позвонил, отказался от работы и толконул меня в это дело, а на другом конце провода сразу предложили встретиться завтра в 9:00 по такому-то адресу.

Вроде бы вчера, под градусом всё воспринималось легко, но утром я брёл в сторону базы строительной компании совсем невесело. Строительная компания - Блин!? Исполнительный директор - Блин Клинтон!? Что такое кирпич, что такое цемент и как построить гараж, как нормальный мужик, я знал. Но это гараж с кривой кладкой, да для себя, а там ведь придётся делать что-то более серьёзное и для других, да ещё которые выложили за это немалые деньги и за это имеющие право совать свой нос во все щели и кривые углы....

База представляла из себя огороженную территорию в один гектар, где прямо за большими воротами размещалось двухэтажное офисное здание. Меня ждали. Представительный мужчина лет шестидесяти, Галанин Илья Матвеевич - как он отрекомендовался, быстрым и внимательным взглядом оглядел меня с головы до ног и, удовлетворённый увиденным, сходу предложил должность исполнительного директора.

- Вот в этом кабинете и будешь работать, - обвёл он руками простенький кабинет, потом ткнул в сторону приёмной пальцем, где меня перед собеседованием встретила молодая и привлекательная женщина, - а там твоя секретарша Ольга. Понравилась.

- Понравилась, но поймите меня правильно. У меня же никакого опыта в этом деле нет. Может что полегче предложите?

- Хорошо. Есть ещё две свободные должности - начальник отдела снабжения и менеджер.

- Тыловиков я ещё по армии терпеть не мог - поэтому не хочу, - брякнул я и Илья Матвеевич болезненно поморщился.

- Чего ж так категорично. Всякие там, как и в других профессиях. Ладно, тогда остаётся должность менеджера.

- Вот менеджером пойду, а там поглядим.

- Ну.., понятно. Менеджером - так менеджером, - Илья Матвеевич громко и резко хлопнул ладонями по коленям и энергично поднялся. - Пойдём, покажу тебе наше хозяйство и познакомлю с остальными.

- Так..., это наше здание, - Илья Матвеевич, махнул рукой на двухэтажное каменное здание с широким каменным крыльцом высотой в двадцать ступеней, - второй этаж ты видел. Там у нас все наши кабинеты...

Честно сказать, они меня не вдохновили. Более менее укомплектованные кабинеты были у директората. То есть совета директоров, куда входил Сам Галанин Илья Матвеевич, его сын Игорь Ильич и Алексей Иванович Котов, молодой парень с внешностью боксёра и одетый как новый русский. Ещё нормальной была приёмная, бухгалтерия, а вот комната менеджеров... Такое впечатление, что там только что закончилась стройка и пьяная бригада отделочников, забрав своё барахло, уползла, а туда вихрем залетели два менеджера..., потому что их честно предупредили: - Блядь..., быстрее занимайте кабинет, а то его другие займут.... - И те не просто залетели, но трудолюбиво затащили с ближайшей свалки разбитые столы и насмерть ушатанные стулья, чтобы застолбить кабинет. Когда мы зашли туда, там трудились два менеджера. Молодые парни, лет по двадцать пять.

- Николай и Арсений, - Илья Матвеевич одним широким жестом обозначил будущих коллег и сразу представил парней.

Николай сидел за старым, убитым компьютером, печатал и тихо матерился. Арсений что-то озабоченно считал на большом калькуляторе и тут же заносил результаты в тетрадку.

- Ребята. Внимание. Это, Борис Геннадьевич - наш новый менеджер и не надо так смотреть на меня. Он для вас не конкурент и будет заниматься исключительно полами.

Парни сразу помягчели лицами и уже с интересом поглядели на меня, а Илья Матвеевич небрежно махнул рукой в свободный угол, прокомментировав своё движение, - там у вас будет рабочее место...

И холодно, во всех помещениях было холодно, кроме бухгалтерии. На что Галанин старший самоуверенно заявил: - К осени запустим кочегарку и везде будет тепло...

А мне то что? Военного холодом не испугать. Я видел такие морозы, когда на полигоне на завтрак, обед и ужин буханки хлеба рубили топором или пилили ножовкой, чтобы было ровненько и поменьше ледяных отходов. Когда каша вытащенная из котла превращалась в кусок льда (ну...., не сразу конечно, но почти), а чай из горячего или очень горячего в кубовом котле, тут же становился просто холодным и когда, заходя в офицерскую столовую и видя малинового цвета буржуйку, все хором натужно-весело кричали: - Как кушаем? Стоя или сидя?

И это был не праздный вопрос, потому что в такие лютые морозы, даже одетые пару пропёрднутых каликов, да с начёсом, полушерстяные бриджи и ватные штаны не спасали любимую жопу от геморройного холода ледяной скамьи. И кушали..., кушали стоя, обступив раскалённую печку-буржуйку, которая совсем не грела, а только обжигала своим жаром на близком расстоянии.

Так что... Впрочем, я включился вовремя и успел услышать дальнейшее объяснение: - А там у нас, так сказать на первом этаже такая ни какая мастерская, бытовка для рабочих, и склад...

Точно, всё соответствовало тому что он сказал. Помещение квадратов так в сорок, верстаки, тиски и разная другая ерунда, при которой можно было ремонтировать что угодно - начиная с автомобиля и кончая банальной переборкой электро агрегатов. А вот где было настоящее тепло - так это в бытовке для рабочих. Козёл такой, с мощной нихромовой проволокой... Балдёж короче. Тут сидел Максим Иванович, добродушный мужик моих лет, который оказался снабженцем.

- Оооо, как раз, Максим Иванович... Максим Иванович, открывайте склад, как раз Борис Геннадьевичу и покажем его материал.

Склад был забит под завязку бумажным мешками, наполненных тем, чем я буду потом работать и жестяными банками по 30кг. Потом мне показали остальную захламленную мусором территорию, где располагался приличный размеров ангар: - Вот это всё, ту площадку за ангаром и вокруг ангара - всем этим займёмся летом. Вычистим, приведём в порядок и будем думать о расширении бизнеса. Тут вот ещё один небольшой цех, тоже его на лето оставляем. Просто сил пока не хватает. Оооооо..., а здесь у нас банька. Захочешь попариться, только скажи... А вот тут... Ну, тут у нас сам понимаешь - проходная, а это Света, наша охранница.

Уууу... Света то... типичная русская, красивая девушка. Стройная, не высокая, пропорции тела все соблюдены. Особенно привлекательно смотрелась грудь третьего размера. Стоячая. Но вот всё остальное, прямо кричало - Да, красивая, но я родилась и живу в посёлке Совхозный....

И это всё здорово снижало сногсшибательный эффект от таких природных данных, до просто деревенской красивой простушки. Вот всегда меня удивляло. Есть миллионный город Екатеринбург, в состав которого входил посёлок Совхозный, который так и назывался с советских времён Совхоз "Свердловский". Он, в советское время и по сих пор занимался сельским хозяйством на окраине миллионника и своим продуктом снабжал город. И вроде бы сел на автобус No26 и через пять минут ты в городе, где видишь - как одеты девушки, женщины, какая сейчас на улице мода, как себя ведут...

Фиг вам... На улице города сразу видно - она приехала с Совхоза "Свердловский", с такой же деревни, как и другие, находящиеся за сто км и дальше. Кстати, это не только к женщинам относится, но и к парням. Они в этом плане меньше заметны, но всё равно - когда видишь парня одетого в стиле "Всё со мной и на все случаи жизни": куртка, пиджак, тёплые ботинки... ну и вся остальная провинциальная атрибутика. Но, всё равно, девушка интересная, непосредственная с некой изюминкой...

- Ну вот, Борис Геннадьевич, наше хозяйство. Хочу заметить - не чьё-то или арендованное, а СВОЁ...., - Илья Матвеевич аж палец поднял гордо и значительно.

- Я согласен.

- Вот и хорошо. Давайте завтра к девяти часам подходите и начнём работать. Получите легковой автомобиль и поедем на первый свой объём.... А пока домой и всё спокойно переварите.

Да. Переваривать было полно чего. Тем более, что Илья Матвеевич наговорил мне много чего и из этого надо вычленить самое важное и что касается лично меня и будущей работы.

ООО "НПО Строй". Строительная компания. Но к строительству имеет такое...., опосредованное отношение. Дома не строит, но занимаются разными, мелочными общестроительными работами шабашными бригадами. Чтобы они не говорили мне, но прекрасно понимаю - качество от этих шабашников низкое. Но ими, под руководством Ильи Матвеевича занимались менеджеры Николай и Арсений. Николай - штукатуркой, маляркой, перегородками..... и другой фигнёй, а Арсений другими работами.... Так сказать, более эксклюзивными и требующие нетипичных решений.

Но это в общем плане была мелочёвка. Они, совет директоров, долго думали и пришли к выводу, что надо развивать новое направление - Полы. Бетонные полы с топпингами, сверх прочные, беспыльные, эстетические. Короче современные полы для производственных и складских помещений. И ещё наливные, самовыравнивающие полы для офисов и других помещений. Тоже прочных и беспыльные, простые в уборке. И что немаловажно, конкуренция была почти никакая. На город было всего пару компаний этого профиля. Но и они тоже сейчас находились почти в нулевом состоянии.

Вот под эти полы они решили взять менеджера, то есть меня. Как мне рассказал Илья Матвеевич, полов будет два типа. Один тип - Цембекс.... Как он мне прорекламировал - Разлил и он сам раскатывается.... Самонивелирующийся оказывается. Второй, какой-то топпинг... Самый прочный. По нему хоть на танке езди и не царапины. Короче, было над чем думать. Но раз согласился - будем работать и делать эти полы. Тем более, что Илья Матвеевич пообещал мне завтра вручить ключи от нового легкового автомобиля: - Твой будет, менеджерский...

На следующее утро в офисе было людно. Помимо секретарши Ольги, двух менеджеров Николая и Арсения, снабженца, бухгалтерши, приехали ещё сын Ильи Матвеевича и Алексей Иванович Котов. По комнате менеджеров хаотично перемещался ещё один мужик, лет пятидесяти, с внешностью кавказца, громко что-то рассказывая незнакомому двадцатипятилетнему парню, вольно, но опасно сидевшему на совсем дряхлом стуле.

Илья Матвеевич накоротке представил меня сыну и Котову, которые поглядели на меня разными по содержанию взглядами. Сын, высокий мужчина, неплохо выглядевший, лет тридцать восемь глянул на меня несколько высокомерно, а Котов - молодой парень с внешностью боксёра и одетый, как новый русский - с любопытством и исподлобья.

- Посиди здесь, Борис Геннадьевич, а мы тут посовещаемся немного.

Кавказец подошёл ко мне и протянул руку: - Валера... Боря..., - мы пожали руки друг другу. Следом поднялся молодой парень и тоже представился.

- Володя...,

- Борис Геннадьевич...

Минут через тридцать вся наша руководящая троица появилась в комнате менеджеров, туда же пришла вместе с ними бухгалтерша и секретарша.

Бухгалтерше, бальзаковского возраста и секретарше Ольге тут же предложили самые лучшие и крепкие стулья, куда они присели с опаской. Остальные присутствующие столпились по бокам, образовывая как бы зрительскую аудиторию, а перед нами выстроились в ряд наше начальство. Илья Матвеевич, как старший, посередине. Справа от него высокий сын Игорь, слева коренастый и крепкий Алексей Иванович.

- Ну что ж, - начал Илья Матвеевич, прокашлявшись в кулак, - в принципе формирование нашей компании, под наши будущие задачи, наконец-то закончилось и она имеет следующую структуру. Совет директоров: исполнительный директор - это буду я, директор по развитию - Игорь и коммерческим директором - Алексей. - Илья Матвеевич по очереди показал рукой на сына и на Котова.

- Секретарём или офис-менеджером, это уж как кому нравиться - будет Ольга. Бухгалтер - Наталья Ивановна. Менеджеры Николай, Арсений и Борис Геннадьевич. Николай и Арсений, тут всё ясно - вы занимаетесь по своим планам. А Борис Геннадьевич будет возглавлять у нас новое, половое направление. Вот сегодня и попробуем первый объект сделать.

- Володя, - Илья Матвеевич показал пальцем на парня, с которым я познакомился полчаса тому назад, - ты переходишь в подчинение Борис Геннадьевича первым рабочим по полам. А тебе, Борис Геннадьевич, завтра ещё двоих человек подгоню и у тебя будет полноценная бригада.

- Валера ты - прораб и на тебя ложится вся работа по организации и контролю производственного процесса на объектах общестроя Николая и Арсения. И начальником отдела снабжения назначается Максим. - Круглолицый Максим Иванович коротко кивнул головой в знак согласия.

Через пять минут совещание закончилось и я пошёл за Валерой принимать у него новый автомобиль, на котором должен был везти оборудование и материал в 40ую больницу, где и будем делать первый свой пол в кабинете главного врача. Я ожидал увидеть в гараже реально новую машину. Вернее, она полгода назад действительно была новым "Москвичём" - каблучком. Но сейчас она выглядела новой только с первого, беглого взгляда и в ещё полутёмном гараже.

- На ключи..., владей..., - Валера протянул мне железное колечко с несколькими ключиками, но я уже пригляделся и отодвинул протянутую руку.

- Не, Валера, сначала гляну. - И потрогал правое зеркало заднего вида, внушающее мне опасение. Так и есть, оно свободно и легко болталось в разные стороны и совершенно не поддавалось регулировке. Валера начал было петь, что это ерунда, но быстро замолк, так как только с третьей попытки и с трудом я сумел открыть отчего-то заклинившую дверь водителя. А дальше пошло одно к другому: капот открывался через протянутую в кабину тонкую проволоку, которая в свою очередь приматывалась к непонятному болту. Теперь я не мог захлопнуть водительскую дверь и она всё открывалась и открывалась. Как-то очень уж легко болтались педали и многое чего другого интересного обнаружилось в ходе даже вот такого лёгкого осмотра.

- Не..., Валера, я такую машину принимать не буду, - тоже самое я повторил и в кабинете Илье Матвеевичу, ввергнув его в изумление.

- А кто тогда всё это повезёт? - Имея ввиду материал и оборудование, растерянно произнёс Илья Матвеевич.

- Раз Валера ездил на ней - пусть и везёт.

- Нет, Борис Геннадьевич, Валера должен сейчас везти другой материал и на другой объект. Это твоя машина и ты на ней поедешь.

- Э..., нет, Илья Матвеевич, на этой машине только до первого перекрёстка можно доехать, если только не тормозить. А у меня столько денег нет, чтобы потом расплачиваться.

Глаза Ильи Матвеевича гневно и многообещающе блеснули молниями, в вспышках которых отчётливо разглядел - Это был мой первый и последний день работы в этой фирме. Из разговоров с будущими сослуживцами я уже знал - Илья Матвеевич был полковником окружного масштаба, его высокомерный сын - подполковник налоговик. То есть, люди, не терпевшие возражений от нижележащих. Ну..., так же, как и я... Когда-то в армии.

Правда, молнии только беззвучно блеснули и погасли до поры до времени, давая мне шанс доработать сегодняшний день до конца или только до обеда, потому что исполнительный директор принял неожиданное решение.

- Хорошо, - зловеще произнёс он, - я сам поеду за рулём. Вы только машину загрузите. А ты, Валера, на своей машине отвезёшь Володю и Борис Геннадьевича в 40ую и там меня ждите. Езжайте, а я минут через десять поеду.

Поездка прошла в угрюмом молчании и в обоюдном неудовольствии. Хорошо, хоть поездка была недолгая и через пятнадцать минут мы уже стояли на стоянке для транспорта больницы. А ещё через пятнадцать минут подъехал и Илья Матвеевич, который как только вылез, так сразу же обрушился с руганью на Валеру.

- Блядь..., - это было самое употребляемое слово на протяжении последующих пяти минут. В принципе, для Валеры, служившем в армии прапорщиком, оно было не новое, а обтруханное и заезжанное, поэтому все остальные знакомые армейские обороты, Валера выслушал довольно равнодушно. Но, слава богу, и Илья Матвеевич, выкинув в ругани весь негатив от езды, успокоился и уже довольно благодушно констатировал - новая машина за полгода была благополучно убита.

- Валера, ничего не знаю, - вполне спокойно отдал приказ исполнительный директор, - но месяц тебе на исправление недостатков. Завтра мне на стол дефектовочку и через месяц передаёшь нормальную машину Борис Геннадьевичу.

Остальной день прошёл увлекательно и познавательно. В кабинете главного врача 40й больницы. Надо сказать, самой большой больницы Екатеринбурга, а значит самого главного врача города, мы должны были сделать ровный пол оранжевого цвета из материала Цембекс Т2. Кабинет уже был освобождён от всего, в том числе и старого паркета, под которым оказалась "убитая" бетонная стяжка, испещрённая трещинами и выбоинами. Вчера, помимо разных размышлений и сомнений, по поводу моей пригодности к данной сфере строительства, я внимательно и вдумчиво прочитал технологию устройства самовыравнивающихся полов типа Цембекс. Такие же теоретические познания были и у Володи, и у Ильи Матвеевича. Поэтому мы и начали с теории. С самого лёгкого. Достали "букварь", то есть инструкцию - снова и уже вместе, горячо обсуждая некоторые не совсем понятные моменты, чуть ли не хором читали как его лить. Когда к нам в помещение заглядывал персонал больницы, мы хватали инструменты и начинали судорожно метаться, изображая бурную деятельность опытных половиков. А как только они исчезали, снова принимались за чтение технологии устройства полов из Цембекса. Закончив обсуждение - начали. Пропылесосили существующую бетонную стяжку, прокатали валиком грунтовкой, а через час густым ремонтным составом Цембекс У2, который мы размешали в ведре, зашпаклевали трещины, выбоины и другие неровности. Получилось вполне ровненько и неплохо. Подождали, как положено 2 часа, чтобы шпаклёвка встала, после чего нанесли следующий слой акриловой грунтовки Цембексил. Дальше всё должно было быть точно по-европейски. На 25 килограммовый мешок сухой смеси Цембекс Т2, засыпанной в большую ёмкость, нужно было вылить 5,2 тире 5,3 литра воды. В технологии чётко это проговаривалось - именно это количество. Причём, это проверялось специальным контрольным кольцом, с помощью которого оценивалось вязкость и текучесть смеси.

Всё сделали по технологии и кольцо показало - текучесть нормальная.

Мы втроём значительно переглянулись и почти торжественно приступили к замесу первого мешка. Всё как положено: я мерным стаканом тщательно замерив, вылил в ёмкость ровно 5 литров 300 грамм. Не больше, ни меньше. И Володя низко оборотистой дрелью начал перемешивать воду, куда я ровно сыпал содержимое мешка в течение двух минут, равномерно перемещая мешалку по ёмкости. Потом минута перерыва и вновь ещё одна минута перемешивания. Всё как по инструкции.

- Володя, выливай..., - Володя осторожно и равномерно разлил смесь в правом углу кабинета, которой хватило на 6 квадратных метров пола, где смесь красивым оранжевым покровом, ровненько покрыло бетонную стяжку.

- Ух ты..., - вырвался у нас одновременно возглас восхищения.

- Ух ты..., - послышался такой же возглас от дверей, откуда за нашими действиями уже несколько минут наблюдал главный врач. - Вот это пол красивенный...

Мы и сами были довольные и позволили себе лишь одну минуту полюбоваться своим трудом, потому что надо тут же прокатывать получившуюся поверхность игольчатым валиком. Да и следующую порцию смеси надо было готовить, чтобы без шва состыковать границы смеси.

Работа закипела, через пять минут ушёл удовлетворённый результатами главврач, а ещё через пять минут нам показалось, что смесь растекается медленней и, переглянувшись, наплевав на инструкцию... А чё там чехи...? Это они у себя в Европах... А мы сами сейчас и по-русски. Вместо 5,3 литра, я смело плесканул 5,8... Ого..., уже веселей растекается... А если ещё граммулек двести добавить...? Ещё лучше и ровнее ложится. Правда, какие-то чёрные точки появились.... А..., херня. Сравняется всё. В таком, здоровом и русском азарте мы быстро залили оранжевым раствором весь пол кабинета. Получилось ровненько. Но вот консистенция оранжевого цвета..., чего-то бледновато. Ни как в углу.

- Ничего, парни, - авторитетно изрёк Илья Матвеевич, - высохнет и завтра всё будет ровненько и в одном оттенке. А ещё когда покроем финишным лаком Цембексилом.... Вообще, смотреться будет.

Успокоенные заверением директора, мы быстро собрались и уехали. Пока, туда-сюда, закончился рабочий день и мы разбежались по домам. Утром, в офисе, в кабинете менеджеров, переминаясь с ноги на ногу, стояло двое незнакомцев, которые сдержанно ответили на моё приветствие. Один молодой парень, высокий, крепкий с лёгкой наглецой во взгляде. Второй в возрасте, лет сорок пять, кряжистый работяга и глянул на меня весьма настороженно. Через пару минут всё разъяснилось.

- Борис Геннадьевич, это твои новые подчинённые. Плюс Володя и они - вот тебе и ядро половой бригады. Давайте знакомьтесь... У вас есть минут пятнадцать и потом поедем на 40ую больницу.

Пятнадцати минут мне хватило. Вчера с Володей не было возможности пообщаться. Поэтому начал с Володи. С провинции. Служил в 201 дивизии. Утверждает, что в разведроте. А когда я спросил, чем от там, в разведроте, занимался, он неопределённо что-то промычал, при этом значительно покачал головой, намекая на некие тайные операции, в которых он якобы мог и участвовать. В принципе, он мне был мне понятен. Я встречался с такими в армии. В 201 дивизии он наверняка служил, но всё остальное.... Поработаем и всё станет понятно.

Мужик в возрасте. Николай. Рабочий и судя по нескольким ответам на мои вопросы - специалист по общестрою. Хочет работать, освоить новое в строительстве, но не понравилось, что на первое место он сразу выдвигает деньги. Ты сначала покажи себя - а потом можно уже и говорить, и выдвигать свои условия. И можно их обсуждать.

Молодой парень. Сашка. Так и представился - Сашка. Служил в ВДВ. Тоже из провинции. Дембельнулся осенью, отгулял положенные свои два месяца. Решил идти работать, но дома с работой было совсем швах и он подался в Екатеринбург. Разберёмся и с ним.

Слава богу, в 40й больнице мы не столкнулись с глав. врачом, а то бы мы выглядели совсем бледно. Как и наш вчерашний пол. Та часть, которая была сделана по всем правилам, смотрелась ничего, но всё остальное - бледно, неровно, с чёрными разводами и в двух местах красиво змеились крупные трещины. Кинули один взгляд во внутрь кабинета главврача и, толкая друг друга локтями, ринулись на выход. Прыгнули в машину и исчезли с территории городской больницы. Конечно, в машине мы немного посмеялись, а потом Илья Матвеевич погрустнел, объяснив, что всё равно придётся объясняться с глав. врачом. Остальные молчали, а я погрузился в размышления в поисках причины неудачи.

В офисе усадил своих подчинённых, выдал каждому техническое описание материалов и остальную бумажную хрень, где описывалось технология применения. Сам лишь пролистал, вспомнил как мы по-русски смело обращались с Цембексом и всё встало на свои места. А тут появился довольный Илья Матвеевич.

- Фуууу..., пронесло, парни. Сейчас созвонился с глав. врачом. Извинился за неудачу, объяснив, что это первый наш опыт, а тот всё воспринял нормально. Говорит - Ничего..., получилось ровно, так я там линолеум постелю. Фу... Ну, а ты, Борис Геннадьевич, разобрался - Почему так получилось?

- Да... Тут всё понятно. Нарушили технологию укладки. Первое - воды больше нормы заливали. Второе - где трещины, там у нас толщина слоя была больше 10 миллиметров, хотя слой должен быть в среднем 5 мм. Ну там есть ещё над чем работать и разбираться. На следующей поляне будем всё делать как положено.

Последующие две недели прошли абы как. Я, как совсем "зелёный" менеджер, ещё не знал, даже не понимал - Как искать объекты? Где искать? Как вести переговоры, когда найдёшь...? Поэтому все надежды возлагал на Илью Матвеевича. А тот развил кипучую деятельность. Часов в одиннадцать утра приезжал в офис и громко, со значением хлопал портфелем об стол, также возбуждённо заявляя: - Всё..., взял УКС города (Управление Капитального Строительства). Был у них на планёрке... Теперь все объёмы в нашем кармане. Борис Геннадьевич, езжай в Кино-концертный театр "Космос". Они капитальную реконструкцию делают. Считай площадь и прикидывай, как там будем делать...

На следующий день он с тем же апломбом, говорил о другой крупной строительной компании, у которой от берёт другие объёмы и я опять ехал туда, завидуя энергии и умению легко общаться и брать объекты. Но уже через две недели я только втихую посмеивался, понимая, что он таким образом пытается поднять свой авторитет в наших глазах, а на самом деле - всё это пыль в наши глаза. И никто и нигде не воспринимал его всерьёз.

Мы за это время изучили материал, технологию, привели в порядок оборудование и мои работяги стали постепенно звереть от безделья и возмущаться. Я их понимал. Мне платили 5000 рублей в месяц. А это было средняя зарплата по городу. Да ещё давали 800 рублей представительских. Чтоб я, если понадобиться, потенциального Заказчика сводить в кафе, кофе попить, винца... Если я найду объект и сумею его взять, то есть заключить договор, то мне отстёгивается премия, вознаграждение в размере 5 рублей за метр квадратный. В принципе - неплохо. Работягам тоже - пять тысяч рублей в месяц, если они не работают и 15 рублей за м2 если работают. За месяц можно делать около 5 тысяч квадратных метров и вот этой работы они и ждали. А её всё не было и они психовали. Психовали от того, что остальные строительные направления фирмы работали, а мы сидели на голом окладе.

Разочароваться и разбежаться они не успели. Кто уж там вышел на завод "Обработки цветных металлов" на проспекте Ленина, я не знаю. Но нашей фирме доверили обеспылить и отремонтировать бетонное основание чердачного помещения административного здания завода. Быстро собрались и помчались смотреть первый свой серьёзный объём. И я был удивлён.

Часто ходил мимо этого здания на проспекте Ленина 8 и даже не мог подумать, что там может размещаться завод. Высокое здание, современной архитектуры. Думал, что там какой-нибудь институт исследовательский или административные структуры. Действительно, в этом здании располагались кабинеты руководства завода, лаборатории и мастерские. Но ещё больше удивился, когда в сопровождении зам директора завода, спустились в обширные подземные цеха, прошли запутанным лабиринтом подземных коридоров, где через открытые двери и считанные секунды могли увидеть, что там делали с драгоценными металлами - золотом, серебром, платиной... Потом вышли к лифту и уже из подземелья поднялись на шестнадцатый этаж, а оттуда на чердак. 800квадратных метров, полные пыли, мусора и обломками оборудования.

- Внизу у нас лаборатории и нужно всё здесь прибрать, пыль тоже, отремонтировать стяжку и положить новый, беспыльный пол..., - зам директора ставил задачи ещё минут пять, но я его уже не слушал, так как всё было понятно, - все договорные вопросы решайте с Сергеем Павловичем.

И заместитель указал пальцем на пожилого мужчину, начальника отдела капитального строительства завода.

К самому процессу обсуждения договора меня не допустили. Наоборот выгнали из кабинета и минут пятнадцать оживлённо шушукались всем директоратом с Сергеем Павловичем. Иной раз в возбуждении превышали голос, но тут же осекались и вновь тихушничали, "опасаясь разглашения коммерческой тайны". Хотя какая такая тайна - по нескольким услышанным фразам было понятно - обсуждается размер цены и разные другие хитрые и интересные вопросы связанные с этим увлекательно-выгодным процессом. Вышли они оттуда очень довольные и удовлетворённые. Видать решили ВСЕ вопросы.

Через пять дней мы приступили к работе. И все эти пять дней прошли в метанье между офисом и заводом. Надо было решить кучу организационных и технических вопросов, а помимо всего был ещё и обыкновенным посыльным - "Отнеси на подписание договор... Принеси его обратно. Получи у них деньги на аванс..." и так далее. Но это всё были такие вопросы..., которые решались просто и воспринимались чисто механически, особо не задумываясь. Но вот когда сосредоточили все материалы и оборудование на чердаке, то пришлось столкнуться с некоторыми пикантными моментами, присущему предприятию, связанному с драг металлами. Ну, во-первых: в связи с тем что там работники работали и соприкасались с золотом, серебром, платиной и другими драгоценными металлами, на заводе все работали в одежде, которую предоставлял завод. То есть, приходишь на завод и проходишь в свою раздевалку. Естественно - мужчины в свою, женщины в свою. В первой раздевалке раздеваешься догола. Только одеваешь на ноги почти прозрачные, пластмассовые сланцы и по коридору идёшь голый, мотая членом метров тридцать и попадаешь на пункт охраны. Там тебя тщательно осматривают. Изымают вещи, не предназначенные для заноса. А это всё, что представляет из себя сосуд или скрытые полости, в которых можно будет потом вынести драгоценный лом. Не разрешалась для проноса на завод даже непрозрачная ручка. Но здесь, в принципе, всё происходило довольно лояльно. После того как тебя запустили, ты проходишь во вторую раздевалку и подходишь к своему шкафчику, где висит твоя рабочая одежда: армейские трусы, майка, носки, брюки, рубашка и ботинки. И после этого идёшь на своё рабочее место. Мы, конечно, на свой чердак, минуя почти все подземные цеха. Шли медленно, чтобы полностью удовлетворить своё любопытство. Конечно, нам делали замечания ответственные лица, гнали, ругали, но мы всё равно старались заглянуть в таинственные двери. Второе, с чем приходилось сталкиваться - это выход с завода. Вот это было гораздо более интересное действо, чем заход.

Приходишь опять в раздевалку, раздеваешься догола и становишься в длинную очередь голых мужиков. При этом, ярко вспоминая старый армянский анекдот.

Приходит к врачу пациент.

- Раздевайтесь...

Раздевается и врач удивлённо присвистывает.

- А чего вы такой грязный? В баню что ли не ходите....?

- Да хожу... Только вы, доктор, знаете что такое баня по-армянски? Не знаете?! Рассказываю. Заходишь в моечную и сразу закрываешь правой рукой задницу, чтобы тебе не всадили туда, левой рукой хватаешь свой член, чтобы самому никому не всадить. Правой ногой держишь тазик, чтобы не украли, а левой ногой моешься....

Примерно такая ситуация была и в очереди, где все азартно толкались или пытались пробиться на проверку без очереди. Но, наконец-то доходит очередь и до тебя. Ты смело заходишь в комнату осмотра. Сразу же подходишь к умывальнику и набираешь в рот воды. Задираешь голову кверху и начинаешь глокотать горлом воду и тут же её выплёвываешь. Это проверялся рот. Потом подымаешь свой член и мотаешь яйцами - туда сюда и шерстишь шерсть. Потом золупляешь кожу на члене, показывая, что там ничего не спрятано. Торжественно поворачиваешься задницей к охранникам, наклоняешься и, раздвигая ягодицы руками с некоторым стеснением показываешь им коричневое очко. Прямо ожидая туда хорошего то ли пинка, то ли толстого как сосиска пальца, одетого в резиновую перчатку. Но, слава богу, всё это обходится без такого интимного экстрима и тебе разрешается выпрямиться. Но на этом ничего не кончается. Начинают смотреть уши, нос, шурудить руками в волосах. Также осматриваются и другие складки тела. Блин..., Унизительно.... Но, таковы правила. И только после этого, тебя отпускают и ты идёшь голый по коридору в первую раздевалку с интересом гадая - А как баб проверяют?

В процессе работы на заводе мне, как менеджеру, приходилось по несколько раз в день приходить, выходить. И я до такой степени привык раздеваться и одеваться, а также голым ходить по той части завода, что всё это делал автоматически, совершенно не задумываясь над этим. И несколько раз не хило пугался. Выхожу с завода и бреду задумчиво по проспекту Ленина, а через пару кварталов чуть не падаю от испуга в обморок.

- Блядьььььььь..... Я же иду голыйййййй.... Блядьььььь!!!!!! - И хвать руками между ног, прикрывая член и яйца. А там брюки. - Блядььь. Чёрт побери... Ну надо ж... Так ведь чокнуться можно.

Плюнешь на асфальт и идёшь дальше, смеясь над глупой ситуацией. Но это так, мелочи.

Перед тем, как выходить на работу на заводе, я предупредил своих подчинённых: - Парни, не поймите меня превратно... Совершенно не хочу отбивать у вас деньги, но я иду работать с вами. Но буду работать бесплатно. Так сказать, бесплатная, рабочая практика. Теория одно, а практика другое.

Так и получилось. Встали мы вчетвером на чердаке, когда ушло всё заводское и наше начальство, почесали одновременно затылки и начали работать. Первый день практически весь ушёл на уборку чердака и обеспылевание старого пола здоровенным промышленным пылесосом, в результате чего нам открылась убогость старой бетонной стяжки испещрённой многочисленными трещинами различной длины и глубины. Но ими будем заниматься завтра, а сегодня с чистой совестью можно было разбегаться по домам. Хотя сегодня можно было и неплохо залететь. Часа два тому назад решили в очередной раз попить чайку и заодно перевести дух. Каждый занимался своим делом и, закончив свою часть, подтягивался к выходу из чердака, где было небольшое фойе. Мы уже сидели вокруг импровизированного стола, рядом с большой железной ёмкостью, куда ссыпали собранную пылесосом пыль и там уже было её дополна. И Сашка как раз заканчивал пылесосить. Через пару минут появился и он, довольно шмыгнул носом и присел к столу: - Так..., где там моя большая кружечка...?

- Закончил?

- Закончил, Борис Геннадьевич. Да там пыли то было всего на ведро....

- Хоть и ведро, всё равно не забудь пыль оттуда выгрузить.

- Ааа..., так я уже вычистил пылесос и пыль высыпал.

- Не понял? А куда ты там высыпал? Сюда же высыпаем...

- Да там труба какая-то широкая торчала из стяжки, я туда и высыпал. Всё ведро ушло, - Сашка беззаботно пожал плечами, а я забеспокоился.

- Сашка, ёлки-палки..., - нешуточно возбудился я, - хрен его знает, куда труба ведёт.

- А ерунда... Фигня, Борис Геннадьевич.

И я тоже не стал развивать эту тему и мы увлечённо, попивая сладкий и горячий чай, углубились в обсуждение завтрашних работ, но были грубо прерваны. Лестничный пролёт, ведущий на чердак, загудел от множества бегущих ног и к нам в фойе ворвалась толпа работников явно умственного труда, сплошь в белых халатах. Только встрёпанный и разъярённый зам директора был в костюме.

- Кто? Кто это сделал? - Заорал он, а сзади что-то возмущённо загалдели остальные.

- Что? Что мы сделали? - Пискнул придушенно я, хотя уже смекнул, что это очень плотненько связано с ведром пыли и Сашкой.

Зам директора обречённо махнул рукой и побежал вглубь чердака, а за ним бесформенной толпой ринулись остальные.

- Сашка, блядь...., - я яростно замахал кулаком в воздухе, а сам привстал и выглянул в широкий дверной проём. Толпа рысью пробежала в дальний конец чердака и активно заклубилась там, рассыпавшись на мелкие группки.

Но через пять минут, все они вновь нарисовались в фойе и обступили наш стол.

- Кто это сделал? Кто высыпал пыль?

Сашка судорожно сглотнул и затравленно, одновременно с надеждой, посмотрел на меня. Но, слава богу, они смотрели только на меня и не видели несчастное выражение лица молодого рабочего, который в испуге даже не замечал, как прихлёбывал чай из пустой кружки. А я наивно вылупил глаза и очень убедительно стал вещать: - Какая пыль? Пыль вся вот здесь. Видите, как её много...? Почти вся ёмкость...., - вот это тупое словосочетание "Вся пыль..., ёмкость..., много..." я жевал ещё минуты две и закончил банальным вопросом, - А что случилось?

Зам директора и остальные почти успокоились и ему только и осталось сокрушённо чертыхнуться. Оглянулся и нашёл глазами видать старшего среди этой братии в белых халатах.

- Сергей Петрович, ну всё нормально у вас там всё-таки?

- Да вроде бы ничего..., - неуверенно произнёс старший, - но перепугались здорово. Ведь такой контракт можно сорвать. Сейчас пойдём и проверим ещё раз.

Белохалатники развернулись и ушли, а озабоченный зам снова ушёл в глубь чердака и долго там бродил. Потом вернулся к нам и снова спросил, правда уже без экспрессии и не совсем убедительно: - Так вы точно пыль никуда не сыпали?

- Ну нет, конечно, - я постарался быть убедительным и тут же сам спросил, - а всё-таки - А что случилось?

Зам неуверенно потоптался около нас и сокрушённо поведал: - Да мы заключили контракт с итальянцами на очень большую партию драг металлов самой высокой пробы. А тут в самый пиковый момент непонятно откуда пыль вывалилась. Хорошо хоть всё готовилось под стеклянными колпаками и в закрытых боксах... Так что наверно обошлось...

Всё обошлось, но пришлось ещё раз довольно убедительно рявкнуть на Сашку. На следующий день зашпаклевали все трещины, и ещё через несколько дней представили готовый чердак директору завода, который был приятно удивлён. Да и мы сами были довольны, обкатав на этом объёме технологию и приёмы, необходимые для устройства бесшовных, самонивелирующихся полов.

Потом было ещё несколько мелких объёмов, где мы уже уверенно лили полы. И я наконец-то смог сам найти, договориться и подписать первый свой договор. Тоже небольшой - но для начала и это было хорошо. Как-то шёл по проспекту Ленина в сторону площади 1905 года и справа, чуть в глубине, увидел старое двухэтажное здание, которое явно реконструировали под магазин.

И точно. Внутри уткнулся в молодого человека, по-хозяйски распоряжавшимся рабочими.

- Да... Здесь будет магазин "Мир Ткани". Я хозяин. Да, мне интересно то, что рассказываете о полах и мне они нужны.

Через неделю мы сладились и закатали полы на площади в двести квадратных метров. Полы получились ровными и бесшовными. Но вот с цветом что-то прогадали. Они получились чересчур тёмными, а при чёрном потолке помещение смотрелось весьма мрачными, что очень огорчило молодого хозяина и его отца, профессора СИНГХА, финансирующего этот проект. Но они рассчитались с нами, а мы предложили, чтобы в помещение стало посветлее, положить на этот пол финское полимерное покрытие Темофлор светло-бежевого цвета. Получилось нормально и помещение заиграло.

Мне всё больше и больше нравилась эта сфера деятельности, я набирался опыта и впитывал в себя любую информацию, связанную со строительством, да и жизнью вокруг её. Пока работал на магазине, с любопытством наблюдал за северо-корейскими рабочими, составляющими основу всей рабочей силы на объекте. Они и жили здесь, подчиняясь жёсткой внутренней дисциплине. Как мне рассказал молодой хозяин - Попасть с нищей и голодной Северной Кореи в Россию, было большой удачей для любого корейца. Несмотря на то, что половину заработанных денег они отдавали в пользу Трудовой партии Кореи, а вторая половина зарплаты, которую они отсылали домой, была по корейским меркам очень большой и шикарной. Жили они как в армии, в город ходили почти как в увольнение, всего на несколько часов и очень редко. Для них существовала только работа и время для сна. Работали они с восьми утра и до девяти вечера и как говаривал хозяин - Один работающий кореец заменял трёх русских и десять таджиков. Раз в неделю к ним приходил партийный босс и проводил партийное собрание, где им доводилась политическая обстановка в мире. Естественно в корейской интерпретации и с поправкой на Россию, и на то что они видели вокруг себя. Ставились задачи на следующую неделю, жёстко критиковали отстающих.

Немного разобрался и внутри нашего коллектива и с нашим директоратом.

Галанин Илья Матвеевич. 60 лет. Служил в армии, дослужился до полковника и на пенсию ушёл с Дальневосточного округа с должности начальника КЭС округа (квартирно-эксплутационная служба). Честно говоря, эта информация поубавила уважения к нему, прекрасно понимая и зная с какими сильными соблазнами там сталкиваются офицеры. Не хочу мазать всех офицеров этой службы дерьмом, но очень много знал и сам сталкивался с большим количеством нехороших фактов этой службы. В нынешней его деятельности много было показного, псевдо значительного, бестолкового. Но с другой стороны, когда нужно было принять какое-либо техническое решение - он находил его и оно было оригинальным. По сути характера не злой, но чересчур мечтательным и иной раз переоценивал себя. Любил вспоминать своё участие в Чехословацких событиях 68 года, где он со своим взводом довольно успешно оборонял важный мост от бунтовщиков.

Его сын Игорь. Служил подполковником в налоговой системе. Высокомерный, но умный. Очень быстро схватывал всё новое и фонтанировал довольно интересными и оригинальными идеями, которые он сам не мог претворить в жизнь, потому что считал себя выше работы. Ему нужны были люди или помощники, которые бы претворяли его идеи в жизнь - тогда бы он был на коне.

Алексей Иванович. Типичный представитель нового русского, но отличался от них наличием ума и отсутствием малинового пиджака. Крепко сложенный, с внешностью боксёра, коим он себя иной раз и преподносил. Умел драться. Народ в фирме поговаривал, насколько это правда я не знал, но что у него была своя "бригада" и он каким-то неким образом был связан с криминалитетом.

Исполнительным директором был Илья Матвеевич, Алексей Иванович финансовым директором, а Игорь - здесь его статус был не совсем понятен, но скорее всего он позиционировал себя в роли мозгового центра фирмы.

Между ними были довольно сложные личные отношения. Илья Матвеевич здорово недолюбливал Алексея Ивановича, которого в свою очередь в фирму привёл его сын Игорь, с которым тот якобы дружил. Но мне кажется его присутствие в фирме было связано с обширными связями Алексея Ивановича в банковской сфере, откуда он мог свободно брать наличку или наоборот обналичивать любые суммы. Чего не могли отец с сыном. Отец всячески старался настроить сына против Алексея Ивановича, но тогда это предполагало деление бизнеса, что на тот момент было явно невыгодно в финансовом отношение. А сам Игорь имел ровные отношения с Алексеем Ивановичем. Так что на людях всё было нормально, но на всяких внутренних их совещаниях и советах директоров обстановка там была довольно напряжённая. И обсуждения различных вопросов со стороны Ильи Матвеевича носили скорее горячий характер. Но всё равно, несмотря на такие отношения между ними фирма двигалась вперёд, строила адекватные планы на будущее и в данный момент набирала обороты и опыт. Не отбрасывая в сторону любые планы и идеи по зарабатыванию нелишних, на этот момент денег. Где-то нарыли информацию о небольшом заводике выпускающий отечественные экскаваторы. Завод "лежал на боку", но ещё был жизненно способен и туда можно было вдохнуть жизнь, и качать потом деньги. На него имел виды один из наших региональных олигархов. Вот эту информацию они поимели и решили сработать на опережение. Самим выкупить по низкой цене, а потом перепродать его олигарху за приличные деньги. Всё это, конечно, таилось в тайне, но по нескольким репликам, сказанным вскольз, тем и другим моментам, телефонным звонкам и неожиданным поездкам в тот регион... Не составляло такого уж труда, чтобы сложить кусочки и понять общую картину. И ведь удалось им провернуть это дело. Молодцы.

Потянулись к нам в офис и потенциальные Заказчики. А ведь им надо показывать товар лицом. Так вышел Илья Матвеевич на здравоохранение города, которое в тот момент начинало реконструкцию комплекса из нескольких зданий одной из городских больниц. И городской комитет санэпиднадзора тоже решил сделать на одном своём объекте современные полы. А там очень хорошие объёмы по полам.

- Борис Геннадьевич, - попросил меня Илья Матвеевич, вызвав в кабинет, - надо показать твой объект "Дом ткани" санэпиднадзору и городским медикам. Там как раз два вида полов - цембекс и полимерный Темофлор, а они в процессе выбора. Надо им помочь в этом выборе и брать объекты...

За показ я не волновался. Как раз накануне закончили наносить полимерное покрытие и оно ещё было даже без пыли. Но получился конфуз. Если полы из Цембекса на лестничных площадках им понравились, то когда открыли дверь в помещение с полимерным полом, то сзади меня послышались удивлённые возгласы. Я и сам был поражён открывшейся картиной - по всему полу, равномерным слоем лежали тысячи и тысячи дохлых мух. И не просто каких-то там мушек, а здоровенных и одного типа.

- Это что это такое? - Мы зашли в комнату стараясь не наступать на мёртвых насекомых, но всё равно, почти каждый шаг сопровождался противным хрустом, заставляющим нас морщиться.

- Что это такое, я вас спрашиваю? - Вперёд вышел представитель санэпиднадзора. Это как раз по его профилю и он возмущённо задал коварный вопрос, - А это что значит - Там есть вредные вещества?

Да..., это было чревато большими неприятностями для нас. Пришлось выкручиваться, пообещать представить все документы на этот материал - паспорта, сертификаты и санэпидемологическое заключение. Представитель санэпиднадзора для вида ещё повозмущался, но было видно - полы понравились. Осталось только дождаться момента и тогда подтолкнуть их к правильному выбору. Уж потом я разобрался, что в полимерных полах были ингредиенты, безвредные для человека, но привлекающие именно мух, одного типа.

А тут уже с представителями фирмы, поставляющий полимерный материал для полов Темофлор выехал в город Полевской на один из заводов, занимающийся плавкой алюминия. Там нужно было посмотреть старые, разбитые полы вокруг печей и определиться - Что можно сделать?

Я никогда на подобных предприятиях не был и не мог представить - что мог там увидеть. Но увиденное поразило, огорчило и одновременно повеселило. Увидев, как проходила плавка алюминия... Достаточно было это увидеть, чтобы понять в какой жопе и на каком примитивном уровне работала наша промышленность. Не вся конечно, но думаю, что большинство. Самое удивительное, что при таком низком уровне производства, произведённый этим заводом алюминий поставлялся не только на российские предприятия, но и в США.

Нас присоединили к прибывшей из Германии делегации, которая тоже рассматривала вопросы поставки нашего алюминия на свои заводы.

- В процессе сопровождения посмотрите полы вокруг печей и потом представите свои предложения, - шепнули нам на ходу и нас повели по огромному цеху площадью около пятнадцати тысяч квадратных метров, в центре которых и стояли пять небольших печей. А на всей остальной этой площади громоздились гигантские кучи вторсырья и лома из алюминия. Меня больше всего поразили огромные кучи спрессованных в большие и плотные брикеты алюминиевых банок из под пива, соков и напитков. Каждый брикет, как нам пояснили, весит 18 килограмм. И вот из них такие офигенные кучи... Даже понятия не имел, что мы, Свердловская область, поглощаем в таких объёмов данные напитки. Рядом громоздились отвалы обломков двигателей и других алюминиевых составляющих. Вот эти кучи меня больше всего впечатлили. А дальше увиденное наполнило меня дебильной гордостью, на что немцы, наоборот, смотрели разинув рот и со страхом.

Пять небольших печей. Три из них клокотали расплавленным металлом, а две остальные загружались обломками и спрессованными брикетами лёгкого металла. Не знаю, как это выглядело в Германии или в США, но стоя среди изумлённых иностранцев, поневоле глянул на весь этот процесс их глазами. Вокруг печей, куда загружали вторичку, из которой впоследствии получится серебристый и лёгкий металл, царила лихорадочная суета. Человек десять рабочих хватали из кучи обломки алюминия, прессованные тюки из банок и вручную закидывали в широкие зевы печей. Тут же, но чуть поодаль, стояли наготове небольшие погрузчики переделанные и предназначенные для заталкивания подальше, в глубь печи кучи обломков. Как раз, когда мы подошли, одну печь закончили загружать, погрузчик злобно зажужжал двигателем, сорвался с места и большой металлической "рукой", на конце которой был приварен довольно большой пятак металлического листа, с разгону стал с трудом заталкивать алюминий в глубь печи. Но продвинув кучу обломков во внутрь печи и всего на метр, погрузчик забуксовал на обильно пропитанном маслом бетонном полу. Он отъехал немного назад и разогнавшись с силой ударил в затор в зеве печи, но сумел лишь немного дальше пропихнуть всё это и опять бессильно забуксовал. Погрузчик раз за разом разгонялся и бил, бил, загоняя металл всё глубже и глубже.

- Всё..., всё..., - заорали рабочие, останавливая работу погрузчика, только по им понятным признакам, что куча сырья встала на положенное место. Немцы были впечатлены таким подходом к подготовке плавки, но ещё больше они получили впечатлений, когда увидели саму плавку.

Мы обогнули по периметру печи и оказались с другой стороны, где три печи кипели расплавленным металлом. Конечно, много раз я видел в документальных фильмах и в кино или по телевизору кипящий метал, но увиденное воочию изумляло. Это была кипящая, тяжёлая вода, оранжево-солнечного цвета, излучающая нестерпимый жар. Но и тут русские рабочие поражали присутствующих своей работой и риском для жизни, на который они впрочем плевали и работали с азартом, соревнуясь - Кто кого? Рабочий металл или металл рабочего.

На наших глазах, поджарый работяга, в пропитанной обильным потом клетчатой рубахе, подхватил обломок, в котором можно было опознать кусок блока двигателя весом килограммов в десять. Схватил и резво побежал к широкой пасти печи, где яростно крутило, булькало, кипело, швырчало и стреляло огненными брызгами металлическое варево. Туда-то и летел рабочий. Туда, где было нестерпимо жарко и ждала смертельная опасность. Рабочий всё ближе и ближе... Немцы, да и мы замерли в ужасе. Потому что ещё немного и он сам вспыхнет от жара огненным цветком или сам туда улетит вместе с обломком и станет неотъемлимой частью стального варева. Но в какой-то, только ему известный момент, рабочий остановился на мгновение и без размаха, используя только инерцию бега, кидает деталь в печь и тут же стремительно бежит обратно, а за ним летят убийственные брызги расплавленного металла, желающие только одного - достать, обжечь и пронзить наглеца, осмеливающего кинуть им вызов. А рабочий, убежав, хватает новый кусок и вновь вступает в красивое и рискованное соревнование с раскалённым металлом. Понаблюдав, за такой рискованной в своей простоте работой пять минут, наша делегация сдвинулась к штабелю готовой продукции, где после небольшого пояснения мне стала понятна разница между работой русского алюминиевого металлурга, работу которого мы только что наблюдали и западного. Перед нами высились аккуратные штабеля из алюминиевых чушек, килограмм в десять и рядом несколько десятков огромных и объёмных брезентовых мешков, наполненных небольшими и одинаковыми алюминиевыми шарами, килограмма по два. Так вот, опять же из пояснений сопровождающего. Штабеля алюминиевых чушек были предназначены для российских заводов, где они вручную или с помощью погрузчиков загружались в печи. А брезентовые мешки с алюминиевыми ядрами готовились к отправке в США и предназначались для специальных пушек, которые выстреливали эти ядра в печи, без рискованного участия американского рабочего.

Посмотреть полы мы посмотрели, но даже коммерческого предложения не стали выставлять. Даже если бы мы сделали им новые полы, через месяц, старые, изношенные погрузчики, используемые для запихивания обломков алюминия в печи, вновь залили пол маслом и погрузчики бессильно буксовали в невозможности пропихнуть металл в глубь печи. Просто бессмысленная работа.

Но, всё это были интересные и любопытные мелочи. Главное я вошёл во вкус своей работы и почуял запах хороших денег. И не только запах, но и понимание, что "на полах" можно очень хорошо зарабатывать. Не нравилось мне только то, что сама организация работы в фирме была построена совершенно неправильно.

Насколько я понимал каковы должны были быть мои обязанности - как менеджера, это: поиск объектов, переговорный процесс, заключение договора и по получении аванса передача объекта в производство. Дальше я снова пускаюсь в поиск и окучивание следующего потенциального Заказчика. Да..., ещё по окончанию объекта оформление документов и сдача объекта. Получение окончательного расчёта.

Но вот такого алгоритма не получалось. Во-первых: у меня не было чётко прописанных обязанностей менеджера. А отсюда вытекало второе: как только заключался договор, тут же из менеджера превращался в обычного прораба и занимался обеспечением и организацией производства работ. Завоз материалов и оборудования на объект, ежедневный контроль работы бригады, решение разных текущих и возникающих вопросов в процессе самой работы. И у меня не оставалось абсолютно никакого времени для поисков новых площадей, что с меня периодически жёстко спрашивали и очень возмущались, когда я начинал в ответ выставлять встречные свои предложения об обязанностях менеджера, о принципах подхода к организации работы бригады и менеджера.

Напрягало и то, что у меня не было даже нормального рабочего места. Да..., не было даже рабочего стола со стулом. Я пошатался немного по нашей территории, выкопал какие-то доски. Что-то там сколотил и в качестве крышки стола водрузил на сколоченное обыкновенную деревянную дверь. Правда, для ровности я её закрыл фанерой. Теперь у меня был стол, а к нему поставил насмерть ушатанную табуретку. Телефон в фирме был один. У секретарши Ольги и приходилось занимать очередь, чтобы позвонить. Было два компьютера. Один более менее у бухгалтерши, а второй у менеджеров. Но такой убитый, старый и с такими примитивными функциями, что для того чтобы на нём оформить какой-либо документ, нужно было носить фамилию матрос Железняк и иметь железные нервы. Я никогда не работал в строительных компаниях и не знал другого, поэтому все эти трудности воспринимал нормально. Да и в офисе находился мало.

Перед первомайскими праздниками весь директорат, я и бригадир Николай поехали смотреть новый и как нам объяснили перспективный объём, который располагался на проспекте Космонавтов на территории завода Пластмасс. Там в одном из арендованных цехов выпускали пищевую плёнку для пищевых продуктов американской компании "Проктер энд Гембл". По идеи всё там должно быть очень гигиенично и просто чисто, но увиденное, это наивное убеждение, просто убило. Огромные машины, через которые пропускались рулоны плёнки и на которой печатались красочные сюжеты и известные названия продукции детского ассортимента, широко рекламируемые по всем телевизионным каналам, стояли на грязном замасленном полу, залитой краской всевозможных цветов. Оказывается, руководство фирмы, у которой был контракт с "Проктер энд Гембл", узнало о приезде в ближайшем будущем инспекционной комиссии и боялись, как бы из-за такого пола и банальной грязи с ними не разорвали выгодный контракт.

- Ну, как полянка? - С энтузиазмом спросил Илья Матвеевич, пока Игорь и Алексей Иванович о чём-то тихо толковали с молодым мужиком, являвшемся директором и одновременно хозяином этой фирмы.

- Да нормальная..., - я глянул на Николая и тот подтверждающе кивнул головой, - около 400 метров. Дней за десять сделаем. Только вот замаслена и краской залита....

- Каких десять дней!!!! - Возмущённо закричал наш потенциальный Заказчик, - трое с половиной суток. 30 апреля вечером заходите и 4го мая с утра мы начинаем работать уже на новом полу.

- Да вы что? - Теперь возмутился я, - да тут только четверо суток нужно слой грязи скребком сдирать, потом обезжиривать. А шпаклёвка...? Да тут работы....

- Не..., так не пойдёт. Либо берётесь на моих условиях, либо свободны.... Прямо сейчас и нечего тут рассусоливать. - Заказчик был очень категоричен и сделал вид, что сейчас уйдёт. Игорь сделал мне зверское лицо, типа - Молчать! А Илья Матвеевич изо всех сил моргал всеми глазами в том же направлении.

- А что я? Я ни чё... Я как фирма... Скажет.

Удовлетворённые моим ответом, директорат подхватил Заказчика под руки и потащил в сторону, чтобы не дай бог больше никто и ничего не ляпнул. А мы с Николаем отошли в другую сторону.

- Борис Геннадьевич, да они что охренели что ли? Там работы фуева туча, а дают всего около четырёх суток. Не..., на хер это нужно мне за копейки горбатиться, когда вся страна отдыхает и пьёт...

- Ты что? Думаешь мне самому это нравится? Пусть они сейчас базарят, договариваются. Думаю, что когда обратно поедем они сами на меня нападут, за то что я сомнение выказал при Заказчике, заодно и выскажу свои соображения.

- А не поздно будет? Ведь они сейчас договорятся и придётся выходить, - всё равно гнул свою линию бригадир.

- Да это даже к лучшему... Если придётся выходить, я хоть сумею выдавить для вас дополнительные деньги за работу.

- Только ты, Борис Геннадьевич, не перегни, а то бывает у тебя временами...

А в это время в углу кипели переговоры. Там активно крыли друг друга матом и обе стороны не шли на уступки. Причём основными доводами были следующее.

Заказчик: - Да кто вы такие, чтобы я вам такие бабки платил за квадратный метр? Откуда я знаю??? Может, вы аванс возьмёте и съе...тесь, а я без пола останусь...

Наши: - Да нам по хер. Сейчас уйдём, а ты останешься со своей проблемой один на один. А американцы через десять дней приедут. И что...? Да кинут они тебя с будущими заказами... И другим отдадут. А мы классные полы на заводе ОЦМ сделали. Знаешь такой на проспекте Ленина? На.., номер телефона зам директора... Звони...

Заказчик: - Да вы охерели... Может и сделали там полы... Я ещё позвоню и проверю... Но и цену заломили хамскую... Да я за эти деньги...

Такой обмен мнением продолжался ещё некоторое время, постепенно затихая, а когда перешли к цене, снова вскипели. Долго торговались, всё меряя в долларах. Яростно щёлкали по клавишам большого калькулятора и совали его друг другу под нос, азартно отстаивая свою цену. Но наконец-то сошлись. Наши сломались и согласились на цену Заказчика.

Минут пять мы ехали в машине молча, лишь наш директорат перекидывались раздражёнными репликами, недовольные друг другом. Каждый считал остальных виноватыми в такой низкой цене. Николай ткнул меня локтём в бок и выразительно посмотрел.

Я деланным, оптимистическим голосом только и успел спросить: - Ну так что....? - Больше ничего не успел спросить, так как сын с отцом обрушились на меня с руганью.

- Борис Геннадьевич, тебя туда на хрена брали? Чтобы ты посмотрел поляну и всё... Все свои сомнения ты потом должен высказывать. А мы будем принимать решение. А так ты ляпнул и мы теперь не с той ценой на какую рассчитывали...

- Во блин, Игорь Ильич... Да я и сейчас, вот здесь в машине, говорю, что за четверо суток хрен мы сделаем. Да хоть тысячу долларов за квадратный метр. Во-первых: у нас в бригаде всего три человека, а это очень мало. Во-вторых....

- Четыре..., - поднял палец, поддерживая сына Илья Матвеевич.

- А кто четвёртый? Новенький что ли? Так его ещё обучить надо...

- Четвёртый ты, Борис Геннадьевич..., - теперь палец Ильи Матвеевича требовательно смотрел мне в грудь.

- Илья Матвеевич, - почти весело воскликнул я, - а вы ничего не попутали...?

- Да ты как разговариваешь? Ты что забыл, кто ты такой в этой фирме? Кто ты и кто я? - Вспыхнул Илья Матвеевич.

- Это вы, Илья Матвеевич, забыли. Я - менеджер. Он - я ткнул пальцем в молчавшего Николая, - бригадир. И у него всего два подчинённых рабочих. И я тоже хочу задать вам вопрос - А для чего вы, Николая, тоже привезли? Вот спросите у него - Какое у него мнение?

- Борис Геннадьевич, ты уволен, - Игорь смотрел на меня совершенно спокойно и невозмутимо.

- Да ради бога. Только остановите машину, а то на ходу неудобно выходить...

- Всё... Хорош вам... Раззвизделись тут..., - впервые зло подал голос Алексей Иванович, - всё.. Шаааа... Едем все молча десять минут и потом будем базарить.

Базарить мы стали не через десять минут, а уже в офисе. Причём сначала уединился директорат и там минут десять они ругались между собой. Потом затихли и оттуда послышалось: - Борис Геннадьевич, заходи.....

- Садись. Давай обсудим...

- Не сначала обсудим - уволен я или не уволен?

Илья Матвеевич синхронно с сыном поморщились, а Алексей Иванович одёрнул: - Борис Геннадьевич не язви. У всех нервы. Мало ли что вгорячах сказали...

- Хорошо. Я слушаю.

- Так что? С Заказчиком мы договорились и нам непонятна твоя позиция в этом вопросе. Поясни. - Благожелательно начал Алексей Иванович.

- Алексей Иванович, вот я не понял. А что я должен пояснить? Я менеджер, а ручками у нас работают рабочие. Вот и спросите Николая - А хочет ли он за копейки в праздничные дни работать? Без сна и отдыха... Ведь им проще эти четверо дней спокойно отдохнуть, водчонки попить, тем более что погода будет отличной. Вот и спросите их...

- Нет..., - внезапно вмешался в наш разговор Игорь, - сначала ты скажи - Будешь на этом объекте работать или нет? А то сейчас Николай согласится, а ты потом их отговоришь. Будешь потом звиздеть, что работяги сами не хотят.

Я косо глянул на Игоря и буркнул: - Пойду. Честно сказать мне и самому интересно - Получится у нас или нет? Но, честно говоря.... Бесплатно как-то работать не хочется.

- Ну.., так бы сразу и сказал, а то тут начал воду лить. Денежек захотел - ну так заплатим, - от презрительного тона Игоря меня аж передёрнуло, но промолчал, лишь мстительно подумав.

- Посмотрим, как ты запоёшь....

- Николай..., Николай..., - чуть ли не одновременно закричали отец и сыном и на пороге появился бригадир, - проходи и садись.

- Ну, что скажешь, Николай? Вон, Борис Геннадьевич, хочет этот объект сделать. А как ты? Как остальные?

Николай замялся, искоса поглядывая на меня. Потом собрался с духом и путано высказался - И вроде бы - "Да". И вроде бы - "Нет".

- Понятно..., - голос Игоря был полон презрения ещё большего, чем когда он услышал мои условия по деньгам, - то есть, если я правильно понял... Если мы вам заплатим, то вы будете работать? Так ведь...?

Хоть и был Николай простым работягой и знал своё место в жизни и в обществе, но у него иной раз просыпалось нормальное мужское самолюбие. И тут тоже, правильно уловив все интонации в голосе молодого директора, который в жизни даже снеговой лопаты не держал в руках, он вспыхнул и смело вступил в спор.

- Не понял? А вы что - Хотите, чтобы мы бесплатно корячились весь праздник, а вы потом на нас денежку заработаете, ничего не делая? Спасибо за хлеб соль, а я пошёл. Вы не единственная фирма в этом городе, - Николай оторвал задницу от сиденья, но к нему тут же подскочил Алексей Иванович и сильно нажал обеими руками на плечи, усадив его обратно.

- Да вы все заколебали - нервные и обидчивые. Всё..., хорош. Давайте спокойно договариваться. Сколько ты хочешь, Николай?

Усевшись поудобнее, Николай, начал неторопливо рассуждать: о том, что работать придётся в праздник, тогда когда весь народ пьёт и гуляет. Что работа очень кропотливая и в сплошь ручная. И придётся работать в основном на карачках, а сроки действительно очень маленькие, поэтому придётся работать в спешке, а не шаляй-валяй. А в бригаде всего три человека, даже если и присоединится Борис Геннадьевич, всё равно будет очень тяжело. А в конце, совсем так ненавязчиво напомнил и о двойной ставке заработной платы. И наконец замолк, вовремя заметив нетерпение Игоря.

- Всё что ли? Сколько...? - Напористо и зло спросил Игорь, отчего Николай несколько стушевался и неожиданно даже для себя поднял обе руки, показав на обеих руках пальцами Vикторию, чем немало удивив директоров. А Игорь нешуточно взъярился.

- Я не понял, Николай - это римская цифра пять, или русская два и почему сразу на обеих руках?

Николай удивлённо посмотрел сначала на одну, потом на вторую руку и левую опустил, хрипло произнеся: - Два..., то есть двойная оплата...

Тут пришлось влезть мне, поняв что настало время немного наказать за жадность директорат и поэтому решительно вмешался.

- Да.., хочу добавить. У меня 30 апреля у старшего сына день рожденье, а я буду на работе, вместо праздничного стола. И что совсем немало важная и не последняя деталь предстоящей работы - спать нам там придётся в эти почти четверо суток работы в лучшем случаи часов девять. Всего. Так что, Николай, поскромничал - 2.5ая ставка. Плюс сюда моральное удовлетворение - 0.5 ставки.

На лицах присутствующих отобразилось удивление. Только если у Николая совсем удовлетворённое, то у директората самое разнообразное. Игорь стал как бы злобно надуваться, Алексей Иванович в удивлении захихикал, а Илья Матвеевич просто открыл рот, не зная, как реагировать.

- Ты ахерел, Борис Геннадьевич - Какие в два с половиной раза? - Первым, как я и ожидал, начал Игорь.

Вообще надо сказать директорат у нас был жадный и при расчёте, особенно когда шёл расчёт с подчинёнными. Тут считали каждую копейку. У меня была кузовная Газель, которую купил исключительно для себя и для того, чтобы построить хороший, каменный загородный домик, этажа в два и приличный капитальный гараж, потому что на заказах машин под строительные материалы в наше время можно было угрохать уйму лишних денег. При приёме на работу и узнав о наличие у меня Газели, очень обрадовались - "Вы, Борис Геннадьевич, если будете перевозить оборудование и материалы на своей Газели - мы вам всё оплатим". Нормально, можно было немного на этом и подзаработать. Так не тут-то было. И здесь себя проявил Алексей Иванович. Несколько раз мне заплатили, а как-то раз нужно было срочно перекинуть большой, промышленный пылесос на другой объект. Перекинул, а мне Алексей Иванович говорит - "Нет, Борис Геннадьевич, этот пылесос можно было перекинуть на легковой машине..., поэтому платить не буду".

"Но ведь нужно было тогда очень быстро доставить, а легковых машин у нас нет".

"Нет..., платить за грузовую машину не буду....".

Такое повторилось ещё несколько раз и я больше не использовал свою машину в производственных целях. А после того, как отказался, даже за плату перевозить, от меня отвязались. После завода ОЦМ у нас было несколько мелких объектов и вот на каждом объекте они меня подставляли перед Заказчиком. Тогда мы в основном получали деньги на аванс наличкой, за которой я ездил сам. Да и окончательные расчёты тоже. Помню, привёз от Заказчика аванс в 150 тысяч рублей (по тем временам очень приличная сумма) и мне для начала работ нужно было двадцать тысяч, что мне пообещали директоры. Привёз отдал.

- Подожди, Борис Геннадьевич, в приёмной. - Всё было понятно, потому что делёжка денег должна происходить только при своих и без лишних глаз. В течение десяти минут, мы с секретаршей Ольгой с удовольствием слушали из-за двери яростные споры, иной раз переходящие в крепкие выражения. Прыскали от смеха в самых пикантных местах и вновь замирали, прислушиваясь к увлекательному спектаклю.

Потом всё стихло, лишь оттуда доносилось неясное, но явно недовольное делёжкой бубнение. Дверь открылась и к нам вышли хмурые директора.

- Кто будет звонить, всё на завтра..., - бросил распоряжение Игорь Ольге.

Я встрепенулся, выскочил из кресла и уцепился в Илью Матвеевича, который выходил последним.

- Илья Матвеевич, а деньги? Мне ведь двадцать тысяч надо...

- Борис Геннадьевич, чего ты так переживаешь? Будут тебе деньги... Через неделю..., - равнодушно бросил мне через плечо Илья Матвеевич.

- Подождите. Так Я Заказчику обещал завтра начать работать и мне нужны деньги для начала.

- Ничего страшного - начнёшь через неделю, - поддержал через открытую дверь отца Игорь.

- Не..., погодите. Я обещал. Понимаете - Я. Я слово дал Заказчику. Я - а не ВЫ. И получается Я - обманул, а вы в сторонке.... Дайте хоть десять тысяч.

- А денег нет..., - так простодушненько заявил Илья Матвеевич.

- Как нет? - Удивился я, - я ведь только что передал вам сто пятьдесят тысяч.

- Да. Передал, но денег нет..., - как всё равно деревенскому дурачку, снова ответил мне Илья Матвеевич дурашливо сморщился и сокрушённо развёл руками. Мне только и осталось долгим взглядом посмотреть на Илью Матвеевича и ухмыляющегося в дверях Игоря.

И такое было несколько раз. Мне приходилось извиняться перед Заказчиком, назначать новые сроки и снова из-за директоров, вернее из-за их жадности, оказываться в глазах Заказчиков лгуном.

Вот сейчас и хотел отыграться. Поэтому, на возмущённый вопль Игоря, ответил твёрдо: - Не 2.5 раза, а тройная оплата...

- Это следующее, что я хотел спросить, но тогда может сейчас пояснишь про своё дебильное моральное удовлетворение.

Я посмотрел по очереди на каждого директора. Илья Матвеевич смотрел сурово и осуждающе, Алексей Иванович заинтересованно, но озабоченно. Он был здесь и в этой обстановке самый адекватный участник обсуждения. Конечно, ему не хотелось платить лишние деньги рабочим, в том числе и мне, но с другой стороны он хотел получить те деньги, о которых уже договорились. А эту работу в праздники могут сейчас сделать только мы. То есть бригада и Борис Геннадьевич. Также он понимал, что Игорь "закусил удила" и может просто всё сорвать. Просто наорать, оскорбить и бригада уйдёт... И деньги пролетят мимо. Игорь же был настроен воинственно, в ходе противостояния с какими-то работягами и с этим Борис Геннадьевичем, совершенно забыв о денежной стороне вопроса. Ему главное было поставить зарвавшегося менеджера на место. А ещё лучше показательно и с позором выгнать наглеца. Поэтому, прямо ждал моего ответа, чтобы припечатать, выступившего против него - ДИРЕКТОРА. Николай сидел насупившись, и тут было всё понятно - пойду на попятную, сломаюсь сейчас и он вздохнёт сокрушённо, но пойдёт работать даже за 1.5 ставки, а если я пошлю всех на фуй, он тоже встанет и уйдёт.

Посмотрев на всё это, можно было говорить и открыто. Но с другой стороны уходить мне не хотелось. Рано. Запах денег прямо дразнил, я его учувствовал, но ещё не знал и не имел достаточного опыта как их зарабатывать. Но в тоже время не хотел, чтобы мною тут помыкали. Поэтому тяжко вздохнул и предложил.

- Может просто остановимся на тройной оплате и будем работать...? А то боюсь, если начну объяснять, после этого придётся просто встать и уйти домой.

Судя по глазам Ильи Матвеевича, он тоже понял, что нам пора всем остановиться, но вот Игорь задиристо вякнул.

- Сказал "А", говори "Б", а уж мы тут разберёмся... Не тупые...

Я хмыкнул. Ну что ж, хочет услышать обидное - он это услышит.

- Морально удовлетворение в 0,5 ставки - это плата за твоё и ваше презрение, когда я заговорил об оплате вот этой работы. Я эти деньги не просто с вас хочу сорвать, а получить за работу. За свою работу и бригады. Вы там, во время праздника, водчонку будете пить, а потом завалитесь спать и все эти дни будете отдыхать, а мы пахать. И именно за эту пахату и прошу заплатить, а не за балдёж. Но это так обо всём и о всех.

А теперь лично от себя и про себя. Я, Илья Матвеевич и Игорь Ильич, знаю что такое субординация и стараюсь всегда придерживаться ей, если мне попадаются нормальные командиры и начальники. Если они не нормальные или не соответствуют моим критериям, то в них уважаю только погоны и их должность, но не уважаю их самих. Я подполковник. Армейский подполковник, который знает, что такое "живой" солдат, как его держать за яйца, который прошёл не одну войну и горячую точку и который отслужил в армии тридцатник календарей. Ты, Игорь Ильич, - от такого "тыканья" Игоря аж передёрнуло и он было открыл рот, но отец положил свою руку на его и сильно сжал, - тоже подполковник, только вот налоговой службы и в руках тяжелее авторучки ничего не держал и оттуда сбежал. Хотя я тебя в этом, в сбегание, не виню. Так вот, я не позволю тебе презрительно разговаривать со мной. Поэтому предлагаю: либо мы работаем - либо я пошёл. Николай тут правильно сказал - в этом миллионом городе вы не единственная компания.

Игорь было дёрнулся в ответку, но Алексей Иванович протестующе поднял руку, да и отец сильным сжатием тоже остановил сына.

- Борис Геннадьевич, - примирительно заговорил Алексей Иванович, - ну.., тройная ставка - это чересчур с твоей стороны. Давай разговаривать нормально.

- Давайте. А я настаиваю - объект очень тяжёлый. И заверяю, если мы пойдём - сделаем всё чтобы выполнить работу, но вот гарантию давать не буду. А то что 4 мая цех заработает на новом полу - обещаю. При нашей тройной ставке, вы тоже зарабатываете не хило. Да, объект, как вы сами говорите, перспективный. Сделаем и на остальных площадях вы эту тройную ставку только так отобьёте.

- И всё-таки - это много...

Дальше был банальный торг между мной и Алексеем Ивановичем. Игорь с отцом лишь молча фыркали на мои возражения, а мы спорили. Но, в конце концов договорились. Сошлись на 2.5 ставке, чему был особенно рад Николай.

Последующая неделя прошла в рабочем порядке. Договор, аванс, завоз материалов и оборудования на объект. Утряска различных рабочих моментов.

И вот наступило 30 апреля, когда мы в 18:00 заходим на завод и 4 мая в 10 часов выходим.

К проходной завода мы с Николаем приехали на моей Газели, где в кузове были кое какие мелочи, необходимые для работы и отдыха. Да и собирался в кабине спать, если придётся. Через пять минут появился Володя, а когда я уже начал нетерпеливо поглядывать в сторону проспекта Космонавтов, с шиком подъехал Сашка со своими друганами на Жиге четырнадцатой модели, что мне очень не понравилось и не зря.

- Борис Геннадьевич, ругайте меня, материте, но я не могу. Вот ребята на свадьбу пригласили, - и он, обернувшись, махнул рукой в сторону машины, откуда на нас глазело несколько парней.

- Сашка, да ты лучше бы не врал, а честно сказал - Не хочу, Борис Геннадьевич..., - укорил я его.

- Да не..., Борис Геннадьевич - свадьба, - продолжал неубедительно трепыхаться Сашка. Но я уже шептался с Николаем и Володей.

- Ладно, езжай, Сашка, но на мани-мани даже не рассчитывай. Твои деньги будут поделены между ними, - и ткнул пальцем в бригадира и Володю. А Сашка обрадовался и через пять минут укатил, правда, оставив нам бутылку водки. А мы, заехав на завод, через полчаса приступили к работе.

Первые двое суток мы усиленно работали над толстым слоем грязи, краски всевозможных расцветок и масляными лужами на полу: скребли, зачищали, драили, шлифовали болгарками, расшивали трещины, мыли горячей водой и разными растворителями всю поверхность пола и постепенно пол приобретал свой естественный вид. В первые сутки я дал себе и подчинённым поспать два часа с 4х до 6ти утра. А чтоб лучше спалось, выпили Сашкину водку. Ещё спали час с 16ти до 17ти. И вторые также. Перекусили и после 18 часов начали шпаклевать расшитые трещины, выбоины и вообще, ремонтным составом выравнивать очищенную поверхность пола, чтобы финишный слой был в пределах 5мм. А на местах, где мы не могли убрать до конца масло, наносили специальный химический состав под противным названием "Хемфис" с таким же прямо убийственным запахом, создавая некий мостик над разливами масел. Вот по окончанию этой работы я дал себе и парням поспать уже четыре часа. Я спал в кабине Газели, а ребята на мешках с Цембексом. Проснулись, вяло привели себя в порядок, более оживлённо позавтракали. Потом собрались и начали лить финишное покрытие. Я сидел на воде и отмерял точно 5,200 литра воды мерным стаканом и выливал в большую ёмкость, куда тут же высыпали 25 килограммовый мешок с сухой смесью. Володя мешал низкооборотистой дрелью всю эту смесь в течение 2х - 2х с половиной минут и тут же нёс её к месту заливки. Выливал и Николай специальной ракелью, настроенной на толщину в 5мм, равномерно растаскивал раствор вчёрную, давая потом самому растекаться ровным слоем.

Через минуту Николай хватал игольчатый валик и начинал катать по ровному, финишному слою выпуская пузырьки воздуха оттуда и уплотняя смесь. А мы с Володей мешали дальше. К трём часам ночи 4 мая, вконец измученные, сонные и уставшие, мы закончили работу и попадали, мгновенно заснув.

Мы бы спали и дольше, но нас разбудили своим шумом рабочие, пришедшие на смену. Приятно было слышать восхищённые и удивлённые возгласы работяг. Ведь они вечером 30 апреля уходили из грязного цеха, а пришли и увидели ровный, бесшовный, светло бежевый пол, на который даже боязно было заходить, не то что работать. Но постепенно они рассосались по рабочим местам, подготавливая машины к запуску. Подъехали и наши директора, которые тоже не могли сдержать своего удивления. Особенно радостно суетился Илья Матвеевич.

- Парни.... Парни... Ну...., блин..., чёрт вас побери. Ну надо же.., я даже не представлял, что так хорошо получится. Борис Геннадьевич, с меня два коньяка....

Удосужился выразить своё одобрение и Игорь, довольный скорым получением денег. Алексей Иванович, пожал руку нам всем и от души сказал - Молодцы!

Всю эту приятную суету прервало появление Заказчика в окружение свиты из подхалимов и "верных" людей. Один из них весь праздник контролировал нас и нашу работу, появляясь в самые неожиданные моменты. Что он больше делал - контролировал или старался словить на крамоле, я не знаю, но он всегда видел нас за работой и в полусогнутом состоянии.

Заказчик тоже был приятно удивлён и удовлетворённо гудел: - Ну вот..., а всё ныли - не успеем..., не успеем... Успели. Молодцы. Как комиссия уедет - весь остальной цех ваш и работать уже будете не спеша. - И мы с удовольствием оглядывали 1500 квадратных метров высокого цеха, мысленно подсчитывая, сколько заработаем там денег.

Мы всей толпой прошли по новому полу, заглядывая в разные и в том числе отдалённые закоулки цеха. Везде всё было чисто и свежо от вида нового пола.

- А тут ведь такая лужа масла была... А здесь... Как вы тут-то сделали? - Вот под такие радостные охи и ахи, мы прогулялись по обновлённому помещению и остановились. Я, Николай и Володя скромно отошли в сторону, понимая, что сейчас пойдут щекотливые вопросы, типа - А как с окончательным расчётом? Когда? Мы ведь выполнили все ваши условия...

А вот свита Заказчика, скромностью не страдала и обступила начальство, ожидая наверно жаркого спора о времени расчёта, так и о размере. Но они были жестоко разочарованы, Заказчик, с добродушным выражением лица, выслушал все какие положено вопросы - ответил и согласился со всеми финансовыми моментами.

Все мы снова повернулись к новому полу, полюбовались и по предложению Заказчика направились к будущему объёму, чтобы выслушать его пожелания и видения. Но только сделали шагов десять, как сзади послышался громкий и резкий треск, длившийся секунды три-четыре. Все замерли в недоумении, а я уже понял, что случилось, хотя в тайне надеялся, что это произойдёт дня через три, а если повезёт совсем, то после комиссии, когда всем, в том числе и Заказчику будет "Всё До лампочки". Глянул на Николая и, встретившись с его взглядом, стало понятно - он тоже правильно всё понял и вжал голову в плечи.

Медленно повернулись и неверяще уставились на новый пол. Вернее, на то что от него осталось. Как мы и предполагали: у нас банально не хватило времени для того чтобы полностью убрать грязь и обезжирить все масляные места. Ещё бы дня два-три и всё было бы сделано, как положено. Но..., этих дней у нас не было и что сделано то сделано. В тех местах, где это было сделано недостаточно, адгезии не было и там пол просто взорвался от взаимодействие сил внутри слоя ремонтного состава и финишного покрытия, направленных в противоположные стороны, при становлении в верхнем слое и нижнем, где между ними было всего 5 миллиметров. В помещении, где хранились валы с резными узорами, бетонный пол был чистый и там мы затратили гораздо меньше усилий при подготовке, и новый пол выстоял на 100%. А на остальной поверхности пола цеха 50% взорвалось и представляла из себя красивые, гончарные осколки от разбитой посуды в археологических раскопках.

- Бляяяяя...., - взвился возмущённый вопль Заказчика. А дальше было совсем не интересно. Нам не интересно. Мы ушли к мешкам с остатками материала и расселись на них. Николай с Володей уныло закурили, а меня вдруг стала разбирать дурацкая мысль - А выполнит Илья Матвеевич своё обещание насчёт коньяка или нет? Зверски захотелось выпить и меня совершенно не занимало - Кто виноват? Заплатит Заказчик или нет? Просто хотелось выпить.

После долгого и яростного спора, вся эта шобла подкатила к нашим мешкам. И диспозиция выглядела следующим образом. Илья Матвеевич и Алексей Иванович, отступили на задний план, а вперёд выдвинулся разгорячённый спором Игорь. Рядом с ним остановился Заказчик, требовательно уставившись на нас, а сзади толпился разночинный народ, довольный бесплатным развлечением, но тщательно скрывающий это.

- Борис Геннадьевич, всё это надо прямо сейчас исправить, - тоном приказа заявил Игорь.

Я глянул на молодого директора и похлопал рукой по мешку, на котором мы сидели, подняв небольшое облако цементной пыли: - Вот, Игорь Ильич, и начинайте. Тут как раз на исправление хватит. А мы четверо суток добросовестно отпахали... И хотим Бай... Бай...

Мне было всё по хер. Я устал, как собака и мною владело только одно желание - выпить и бухнуться поспать. Отогнать машину в гараж и выпить с мужиками. Мы это заслужили. А то, что там всё взорвалось - не наша вина. Мы..., предупреждали....

От такого неприкрытого и наглого выпада, Игорь растерялся, открывал и закрывал рот, пытаясь как-то выразиться, оглядывался на отца, тянул руку к Алексею Ивановичу... Потом его всё-таки прорвало и он уже стал взывать к совести Николая и Володи. Но и тут не встретил понимая. Они тоже думали только об одном - отдохнуть. Что Николай и сказал.

- Игорь Ильич, завтра сделаем, но сегодня.... Нет. Устали.

Я думал, что сейчас рёву со стороны Заказчика будет до небес, но тот в отличие от нашего начальства был более реалистичен.

- Так, погодите. Они ведь действительно уставшие. Что они сейчас наделают? Тебя как кличут? - Ткнул в меня пальцем и, получив ответ, продолжил и спросил, - А за сколько вы устраните недостатки?

- Послезавтра к вечеру всё исправим. Но как держаться будет, честно говорю - знаю. Всё на хер залито маслом.

- Ну, меня послезавтра устраивает. А насчёт масла..., - Заказчик печально и совершенно человеческим, нормальным тоном, хмыкнув, продолжил, - Ты хоть представляешь в какие долги пришлось влезть, чтобы купить вот это старьё и работать на нём? Были бы деньги нормальные, купил бы новенькие станки, оборудования и масла не было бы на полу. А..., мне это всё тоже так остое...ло. Так что, давайте до завтра.

Все они опять отошли к станкам, а Николай с Володей с двух сторон зазудели мне в ухо: - Борис Геннадьевич, иди к Илье Матвеевичу... Он обещал... Он обещал... Выпить хочется, да и тебе тоже... Иди.

Я и пошёл, хотя прекрасно понимал, что меня сейчас просто пошлют. С матерком, с оттяжечкой... Но ошибся. Илья Матвеевич, молча, под осуждающим взглядом сына, открыл портмоне и, не считая, выдал деньги, которых нам хватило аж на три бутылки "Белого Аиста". Николай жил совсем недалеко, от моего дома. А Володя даже не переживал, что всандалив бутылку коньяка, ему надо ещё добраться к себе.

Вот на посиделках Николай и заявил: - Борис Геннадьевич, только без обид. Никакого толка в этой компании ни ты, ни я не словим. Всё это ерунда. Ты давай, подсуетись с деньгами за эту работу и, как только получим, я ухожу.

Я его понимал и, судя по его рассказам о прошлых местах работы, был он летуном. Мужик с головой, с руками, мог работать и работал, когда надо было и по работе у меня к нему претензий не было - но летун. Больше трёх месяцев нигде не работал. И тут даже не в том, что он искал лучшую зарплату или отличную фирму. Просто он не хотел терять независимость, оставаясь на большее время на одном месте. А тут тем более подфартило и если директорат деньги за работу в праздник заплатит, он получит солидный куш, который при нормальной работе он бы зарабатывал несколько месяцев.

Посидели, выпили, а на следующий день встретились на заводе. Туда подкатил и Сашка, который заменил меня. И к вечеру следующего дня мы всё исправили. Но это было совершенно не то. И многочисленные заплатки совершенно портили весь вид. Но у Заказчика было другое виденье. Через неделю я вновь появился на заводе, чтобы подписать окончательные документы и был поражён увиденным. Перед приездом комиссии, для того чтобы пол выглядел однородно, Заказчик приказал его покрасить в аспидно чёрный цвет и теперь в цеху было мрачно, темно и совершенно не весело. Иностранцы тоже были в психологическом шоке от увиденного, из-за чего совершенно не обратили внимание на то что этой краской, была замазана грязь, масло, да и на самом чёрном полу многочисленный мусор практически был не заметен. Главное, что они увидели - как из нутра станков, тянулись весёленькие километровые полиэтиленовые ленты будущего упаковочного материала в фирменных рисунках и цветах "Проктер энд Гебл". Увидели, и пронырливый Заказчик сразу же утащил их в свой "греческий зал", где уже был накрыт богатый стол. Да и тут он им не дал даже спокойно поговорить, сразу "погнав лошадей", а через полчаса АКТ, на английском и русском языках с положительной оценкой был благополучно подписан.

Деньги Заказчик тоже заплатил и мы получили своё. А Николай молодчинка. Получил бабки в руки, аккуратно сложил их в карман и с удовольствием заявил: - Господа директора, хорошие вы мужики, но ну вас на фуй. Прощайте..., - и ушёл, оставив их с раскрытыми ртами.

- Борис Геннадьевич, ты про это знал? - Меня срочно вызвали в директорский кабинет, понимая, что я и Володя сейчас тоже можем выкинуть такой фортель.

- Знал...

- Знал и нам ничего не сказал..., - загудели возмущённо директора, - мы ему денег тогда не дали бы.

- Вот поэтому и не сказал. А чего это вы их не дали? Он работу свою сделал честно и он их заработал..., - мне не дали закончить и обрушились на меня, рассказывая о такой херне, как корпоративность и о долге, что я сам чуть их не послал. Но вытерпел и смолчал.

- Ты тоже наверно с Владимиром намылились? - Вопрос был задан Игорем в вызывающем тоне и я его мстительно разочаровал.

- Да нет... Рано ещё. Поработаем, если вы не против.

Против они не были, потому что в развитие полов, в материалы они вложили кучу денег и хотели получить от этого дела не хилую выгоду. И этому были неплохие предпосылки. А если мы уйдём - всё надо начинать сначала. Тем более, что у них сложились неплохие личные отношения с производителями материалов и лично с главным куратором по России с господином Бенджамином Эрбаном. Помимо ведь линейки материалов Цембекс - наливное самовыравнивающее покрытие, они выпускали и топпинги, сверхпрочные финишные покрытия бетонных полов системы Панбекс, которые в нашем регионе очень хорошо пошли. Их освоение и изучение в нашей фирме предполагалось чуть позднее.

Так вот мои директора пронюхали, что чешская фирма "Панбекс" в связи с хорошей раскруткой своего материала, решили строить завод в России по выпуску сухих смесей для полов и никак не могли решить - Где строить? То ли в Москве, где сходились в подавляющем количестве финансовые потоки, а вернее в городе Лобня, где у них был центральный склад и офис. Либо на Урале, чтобы застолбить Уральский регион за собой и продвигаться дальше в Сибирь. Вот мои и решили любым способом повлиять на решение чехов и завод этот построить здесь, в Екатеринбурге, чтобы впоследствии взять его под свой контроль. Или же второй вариант - самим его построить и уже самим оседлать распространение материалов и финансовый поток. Но вот денег, в нужном количестве, как раз у них и не было. Не было и достаточного влияния, для того чтобы повлиять на решение чехов.

И тут, неожиданно для директората, да и для самого себя, на первый план вышел я. Через несколько недель в Екатеринбурге должна была пройти довольно большая промышленная выставка Чехии. А я, через своего товарища, работающего очень высоко у губернатора, сумел найти выходы через чешское консульство на крупных бизнесменов Чехии, приехавших к нам в город в свете будущей выставки.

Когда я доложил о своих успехах в этом направлении, мой директорат сначала впал в ступор, а потом нешуточно всполошился от возможных перспектив и сразу решил встречаться. Даже Игорь посмотрел на меня уважительно тараща глаза, типа - Ни фига себе, Борис Геннадьевич, как может крутиться....

Тут же при них, позвонил чехам и договорился о завтрашней встрече в ресторане при отеле, где они остановились.

- Ест...., - Игорь аж чуть не заплясал от удовольствия, да и у остальных было приподнятое настроение, потому что идей у них было много и надо сказать неплохих по всем векторам строительства. И как бы я не относился к Игорю, но он мыслил довольно нестандартно и широко. Под него бы хорошо укомплектованный отдел, с активными менеджерами, нормальное финансирование и он мог хорошо развернуться.

- Так...., - он же и остудил все восторги, - рано ещё радоваться. Теперь нужно определиться с таким важным моментом - Как вести себя в ресторане? Что заказать? Чтобы не перегнуть палку, но и в тоже время быть в рамках. Папа, ты в Чехословакии служил..., ты же их знаешь... Как будем поступать?

Илья Матвеевич на миг задумался и неожиданно для нас матюкнулся: - Да чёрт их знает? Когда это было!? Тридцать лет прошло... А они крупные воротилы... Наверно, надо смотреть по обстоятельствам... А там видно будет - либо пьём и обсуждаем, либо не пьём и ведём переговоры.

На этом и решили. Правда, ещё минут десять обсуждали - Сколько надо брать денег на ресторан? После чего сошлись на десяти тысячах, а если что и если...., то с собой ещё десятку берут.

А дальше в течение двух часов обсуждали - какие проекты они предложат чехам. Я было хотел уйти, потому что они будут обсуждать своё - потаённое, но они меня остановили.

- Ты куда, Борис Геннадьевич? Ты завтра будешь начинать весь этот разговор и должен владеть всей тематикой, а не просто свёл нас и потом сидеть болванчиком. Ты тоже должен активно участвовать в переговорном процессе, тем более что это ты в их глазах являешься инициатором встречи и самих переговоров.

После жарких споров решили не разбрасываться целым фонтаном идей, а остановиться на трёх перспективных направлениях.

Первый: строительство с нуля престижного коттеджного посёлка. С нас выбор земельного участка, оформление, проектные работы и само строительство. С них финансирование.

Второе: строительство опять же на нашем земельном участке завода по производству сухих смесей для полов. Опять же - с нас всё самое трудное, с них финансирование.

Третье: организация производства по выпуску евродров. С них финансирование.

На следующий утро мы сидели в ресторанчике при отеле и нервно ждали.

- Борис Геннадьевич, на деньги, - Алексей Иванович протянул под столом пачку денег, - ты будешь расплачиваться, раз договаривался о встрече....

Мне то что! Но тоже волновался и не сразу заметил вошедших чехов, но их мигом засёк Илья Матвеевич - вот что значит служба в Чехословакии пять лет.

Обменялись рукопожатиями, они неплохо говорили по-русски, что сразу облегчило общения. Я несколько церемонно представил присутствующих, сам представился, после чего поинтересовался: - Господа, может быть позавтракаем, немного выпьем и заодно обсудим вопросы...

- Не.... Не..., не..., - активно запротестовали чехи, а судя по их несколько помятому виду, стало понятно, что вчера вечером всё прошло активно и бурно.

Заказали кофе, булочки, печенье и пока это нам несли обменивались сторонними любезностями и впечатлениями. А когда стол накрыли, Игорь намекающе толкнул меня ногой под столом.

- Господа, - я энергично начал переговоры, - в генеральном консульстве Чешской республики города Екатеринбурга, господин Михал Гелбич рекомендовал вас, как людей входящих в экономическую элиту страны, которые имеют интерес к расширению и распространению своих бизнес интересов на Российскую почву. Мы, со своей стороны, молодая и растущая компания, имеющую свою базу, перспективные идеи, людей, способные решать любые вопросы в сфере строительства. Имеем для этого необходимые связи, но не имеем достаточного финансирования, для того чтобы их развить и получать от этого выгоду. Нам бы хотелось, чтобы вы выслушали нас, высказали своё суждение и, если вас что-то заинтересует, мы готовы выслушать ваши встречные предложения....

Чехи с готовностью и с явным интересом закивали головами. От своего товарища, из близкого круга Росселя, я уже знал и директорат знал от меня, что эти чехи очень богатые и продвинутые мэны новой экономической волны пост советского времени. Новые чехи..., так сказать.

- А сейчас, господин Галанин младший, расскажет наше виденье и наши планы, - Игорь метнул в меня глазами молнию на несколько унизительное слово "младший", но с готовностью заулыбался и толково, убедительно рассказал о том, что мы обсуждали вчера. Алексей Иванович и Илья Матвеевич тактично и вовремя, подсказывали и направляли рассказ Игоря, когда тот иной раз увлекался и была опасность, что он совсем уйдёт в сторону. Но всё прошло нормально и чехи с интересом выслушали наш рассказ. Переглянулись и старший из них по имени Земан, с внешностью еврея, начал первым.

- Всё что вы рассказали очень интересно. Но..., по-русски очень наивно, - чехи засмеялись, увидев наши вытянутые в удивлении рожи от такого откровения. Отсмеявшись, продолжили, - только не обижайтесь и если бы вы эти свои бизнес планы по организации новых производств озвучили у нас в Европе, что означало новые рабочие места, да ещё были бы гражданами Европейского Союза - вопрос финансирования не стоял бы. Запросто получили бы пару миллионов евро под 2-3 процента годовых, с отсрочкой первого платежа на пять лет.

У нашего директората от такого увлекательно-финансового рассказа, глаза аж заблестели. А как ещё, когда в нашей стране банке готовы дать любую сумму, но под такие проценты - "Мама не горюй", что и не захочешь заниматься никаким предпринимательством. А чех продолжали нас разочаровывать: - Но в Россию, в производство сейчас никто вкладывать не будет. В крупное, готовое производство - Да. А в ваши начинания - Нет. Слишком рискованно - деньги возьмёте и потом ищите вас..., да и долго.

За столом повисло разочарованное молчание. Моё начальство шло на эту встречу полными радужных надежд, что они разом решат все свои проблемы - и такой облом. Чехи значительно переглядывались, тянули паузу, но когда поняли что настало время, предложили свой вариант решения наших проблем.

- Не расстраивайтесь. По заводу вашему решим следующим образом. Через три недели, на выставке, мы вас знакомим с председателем Торгово-промышленной палаты "Восток" и рекомендуем вас. Там же будет присутствовать и министр промышленности Чехии. Так вот ваш вопрос по строительству завода по выпуску чешских сухих смесей здесь либо он решит, либо будет решать министр, оба они заинтересованы приехать отсюда с готовыми проектами и предложениями.

По строительству престижного посёлка и выпуск евродров - Заинтересуете их...! Значит вам повезло, но скорее нет. Но в Европе сейчас очень модно устраивать в городах велосипедные дорожки. Вот под это деньги только так дадут. И хорошие деньги.

- Какие велосипедные дорожки и где у нас их можно проложить? У нас не модно на велосипедах ездить, - разочарованно пробурчал Илья Матвеевич.

- А это вы зря, - поддержал коллегу второй чех, - деньги и немалые дадут - это точно. А дорожки в городе можно запланировать и проложить от знаковых и памятных мест вашего города. Пусть будет для начала два..., три километра... И дадут деньги, поверьте. Вернее, нам дадут, а мы вам. А вы их потратите на свои дела и если спланируете всё нормально, организуете свои дела, то когда приедут с проверкой то у вас и посёлок будет уже не только построен, но и продадите коттеджи, получите выгоду и успеете сделать велосипедные дорожки, чтобы отчитаться за деньги. Ну..., понятно, что за эти услуги....

Тут чех сделал многозначительную паузу, а Алексей Иванович также значительно помахал рукой в воздухе, приподняв её до уровня плеча, типа - всё понятно, вы только деньги возьмите, а там договоримся.

Посидели ещё минут десять и разбежались - чехи оживлённые, предстоящими переговорами в резиденции губернатора, мы разочарованные. Но уже в офисе мой директорат немного успокоились.

- Ладно, Борис Геннадьевич, ты иди, а мы тут немного пошепчемся, - и я с удовольствием вышел из кабинета. Мне не интересны были эти планы, даже если бы я активно участвовал в дальнейших обсуждениях, переговорах, меня бы воспринимали, но к делёжке жирного пирога не допустили. Пусть мозгуют между собой, а я потом на их опыте поимею свой опыт. Как впоследствие стало известно, они решили пойти по пути предложенному чехами. Поиметь через них деньги и крутануться.

А пока крутился я. Затосковал десантник Сашка. Он и так был парень с ленцой, а тут увидел - чтобы заработать деньги, надо пахать. А пахать не хочется, а деньги нужны. Вот и родилась у него идея - купить пассажирскую Газель и заняться пассажирскими перевозками: - Во.., Борис Геннадьевич, это работа. Сиди себе, баранку крути и деньги с пассажиров собирай. Набрал сколько тебе нужно и свалил с маршрута....

- Дурак ты, Сашка. Видишь только внешнюю сторону..., - Сашка на мои слова только рукой махнул беспечно, а я продолжал.

- Ты не махай рукой, а послушай, что старшие говорят. У меня товарищ занимается этим делом и периодически пьём с ним пиво. Так что я немножко в теме. Так вот, он застолбил за собой один маршрут, надо сказать хороший и денежный маршрут. У него свои три Газельки и ещё около пятнадцати таких, как ты - наёмные со своими машинами, которые отстёгивают ему за то, что они работают на его маршруте. И работают полный день, а не как ты тут - поработал и свалил. Говорит, что очень хлопотно ему со своими машинами. Наши Газели очень часто ломаются, требуют ухода, он тоже кому положено отстёгивает и ГАИшникам тоже, чтобы препятствия ему не чинили. Так что там тоже пахать надо с утра до вечера, чтобы копейку заработать

- Аааа..., что вы волну гоните? Думаете, я ничего не знаю? У меня тоже друганы в этом деле работают, правда не здесь..., но здесь лучше и быстрей деньги заработаю. Да и планирую тут обосновываться, а не в своей глуши.

Получив очередную зарплату, Сашка тоже ушёл и остались мы вдвоём с Володей. По работе у меня к нему замечаний не было, но был он мутноватый. И особо я на него не надеялся. Но, слава богу, в работе у нас образовалась пауза. А то пришлось бы полы делать вдвоём. Илья Матвеевич, как исполнительный директор тоже "рыл землю копытом" в поисках толкового рабочего, а лучше всего бригадира. И тут я случайно встретил в городе бывшего своего подчинённого Тюнина Алексея. В последний год моей службы на должности начальника артиллерии полка, пришёл в противотанковую батарею командир взвода шустрый и толковый лейтенант. А тут я ушёл, вернее "меня ушли" на пенсию и как-то мы не пересекались. А тут у главпочтампа его встретил.

- Здорово, Алексей.

- Здравствуйте, Борис Геннадьевич...

Разговорились. Алексей был в ожидании увольнения из армии: - Надоело там, Борис Геннадьевич... Хернёй там занимался, вот и подал рапорт на увольнение...

А пока ждал, он параллельно работал, вернее был на подхвате у богатого русского. Выполнял различные его поручения, следил за рабочими на строительстве его коттеджа. Тот неплохо ему платил. Но это всё было так.... Временно...

- Так давай к нам. Вернее ко мне. Мне бригадир нужен. Не скажу, чтоб шоколадно, но деньги заработать можно неплохие. Но самое главное можно кое-чему научиться и приобрести опыт в весьма перспективном деле.

Мы зашли в кафешку и я немного рассказал, чем он будет заниматься и Алексей загорелся: - Борис Геннадьевич, завтра приду, посмотрю и если понравится, то через неделю... Мне ещё надо зарплату получить. А то хрен даст...

Через десять дней Тюнин работал у нас. К этому времени и нарисовался новый объём.

- Борис Геннадьевич, - Илья Матвеевич озабоченно посмотрел на меня, - тут на нас снова вышел завод ОЦМ. Понравилось им, как работаем. Вот и они хотят новые объёмы предложить, но не самом заводе, а в Верхней Пышме на УЗХРе. Знаешь такой завод?

Я в недоумении скорчил рожу, услышав такую непонятную аббревиатуру.

Илья Матвеевич хмыкнул: - Уральский завод Химических Реактивов. Вот там полы надо делать. Их производство постепенно вытесняют из города и они там хотят развернуть работы. Так что готовься. Да..., ещё. Надо за два-три дня сделать какой-нибудь стендик. Повесим в коридоре, а то совсем голо в офисе. А так придёт потенциальный Заказчик, а там фоточки, надписи, объясняющие суть нашей работы. Наглядно. Надо сделать, а то некому кроме тебя это поручить. Молодёжь в армии не служила, а ты там наверняка кучу разных таких штук в плане учебно-материальной базы делал.

Что ж работа плёвая. Огромный щит сколотил в столярном цеху, обтянул его ватманом. Подобрал фотографии, как мы делали полы на разных объектах. Разместил информацию по материалам. Получилось красочно и нормально. Мне понравилось. Но, вот как озаглавить стенд - тут я споткнулся. Вот не идёт никакое название и всё.... Я и так, и так крутил в голове разные варианты, даже старый, советский анекдот вспомнил. И вспомнил, как его первый раз услышал.

Подхожу как-то к очереди в магазин, а там три мужика, совершенно трезвые, развернули газету "Правда" - один зачитывает заголовки газет и все дружно смеются. Причём, после каждого заголовка смеются аж до слёз. Что за херня? Никак понять не могу. Ведь газета то серьёзная, определяющая политику государства и ничего такого смешного напечатать просто не могла. А они заливаются.

Спрашиваю: - А что смеётесь?

А они в смех, потом тот который читал заголовки, говорит: - А ты послушай - "Бутерброд обеду не замена".

Мужики залились беззаботным смехом, а когда я с удивлением спросил: - А что тут смешного? - Они аж загнулись от хохота.

Немного успокоившись, мужик зачитал новый заголовок: - Натужный оптимизм..., - и снова смех, глядя на меня.

- Читаю всё подряд - "Битва за урожай", "Награда за развал", "Планы на июнь", "Ещё одна провокация", "Дорогой наш главный редактор", "Мы правы, мы сможем"....., - мужики прямо запали от смеха, глядя как я таращил глаза и пытался понять, в чём тут причина веселья.... Всё оказалось просто и действительно смешно и уже через три минуты я сам ржал вместе с ними над заголовками и наше счастье, что на дворе был 77год, а не 37ой, потому что мы бы не смеялись, а валили лес где-нибудь на Колыме. А суть анекдота в следующем.

Телевидение в эфире показало картинку - мужик трахает раком женщину. И озвучило условие - Кто придумает меткое название этому рисунку, тому премия - миллион рублей. И страна закипела. На телевидение повалил вал писем с названием к рисунку. Этот вал уже перевалил за несколько миллионов названий, но ни одно Метко и Ёмко не подходило к сюжету рисунка. И вот приходит конверт и там сто названий и все прямо в точку. Мужика вызывают в Москву на центральное телевидение и в прямом эфире выдают ему желанный миллион рублей и задают вопрос: - А как так? Вся страна думала и ничего не придумала, а вы взяли и сто названий придумали... Откуда это?

Мужик мудро усмехнулся и говорит: - А вы откройте любую газету и прочитайте заголовки...

Вот точно. Практически 99% заголовок любой газеты полностью подходит под содержание рисунка.

Так и здесь, даже открывал газеты и читал название заголовков, но вот к моему стенду ничего это не подходило. А тут Илья Матвеевич зудит над ухом: - Борис Геннадьевич, ну чего ты затормозил...? Давай, завтра придёт представитель УЗХР, смотреть что мы из себя представляем. Надо ему понравиться и брать объём.

Подумал я, подумал и особо не заморачиваясь намалевал плакатным пером самое простое название. Скабрезно получилось и с двойным смыслом, но если ничего умного придумать не могу... Что теперь поделать? А так и название есть и по-военному коротко. Так и повесил стенд в коридоре напротив двери входа. Заходишь и прямо в него утыкаешься. Красиво, наглядно...

Вот на следующее утро, красиво и наглядно меня "жучили" прямо у стенда. Илья Матвеевич хватался за голову, Игорь что-то там осуждающе говорил об армейской тупости и скудности ума, а вот Алексей Иванович, наоборот ржал как сивый мерин и в восхищении показывал аж два больших пальца. Но отсмеявшись, тоже присоединился к хору остальных и потребовал убрать стенд. Но было поздно, дверь открылась и в коридор с улицы зашёл Заказчик, да не один, а в сопровождении ещё двух молодых, "вумных" клерков. Мой директорат сразу же заулыбался, расшаркался ножками и подхватил чуть ли не под ручки, чтобы мигом увести Заказчика в кабинет и чтобы он не успел обратить внимание на стенд. Но тот уже цепким глазом ухватил стенд и так весело, и заразительно рассмеялся. Да ещё к его смеху присоединились клерки и в этом веселье не было ничего осуждающего. И так минуты три, в течение которых они рассматривали стенд и с удовольствием комментировали на разные лады такой простенький заголовок - "Половая жизнь ООО "НПО Строй".

- Молодцы... С юмором и так запоминающее цепляет... Молодцы. Ну, а теперь можно и обсудить наши половые вопросы..., - и все вновь рассмеялись.

Объект был взят и по уходу они вновь остановились у стенда и посмеялись.

- Так что - Снимать что ли? - Задал я вопрос одновременно всему директорату, когда за Заказчиком закрылась дверь и на меня посмотрели осуждающе и как на последнего дебила.

Через несколько дней я увидел Сашку. Весь встрёпанный, в масле и грязи вокруг древней и гнилой Газели бегал мой бывший подчинённый.

- Сашка, здорово... Как дела? - Сашка в прострации поднял голову, чисто рефлекторно реагируя на своё имя и невидяще уставился на меня.

- Сашка, да ты что? Не узнал что ли? - Сашка нахмурил брови и наконец-то радостно включился.

- Ааааа...! Борис Геннадьевич..., - я вылез из своей Газели, на которой проезжал мимо.

- Сашка, что это за чудо?

- Да..., ладно, Борис Геннадьевич, подкалывать..., - слегка обиделся бывший коллега.

- А я не подкалываю. Просто, эта пассажирская Газель наверняка была выпущена под номером 1.

- Аааа...., да ладно вам... Это у меня аккумулятор сдох. Завтра куплю новый и всё нормально будет.

Я заглянул под поднятый капот: - Да тут и двигатель менять надо. Купишь АКБ, а завтра двигатель на дорогу вывалится. Сколько ты хоть работаешь?

Конечно, можно было Борис Геннадьевича и послать куда подальше, но когда стоишь вот так, сломанный на дороге - посылать как-то не с руки... Поэтому, Сашка примирительно ответил: - Второй день работаю на маршруте. Дёрните меня...

- Какие проблемы, дёрну конечно.

Дёрнул, двигатель заработал метров через сто. А, через месяц, как я узнал через общего знакомого, Сашка продал Газель и стал оформляться на вахтовую работу.

А пока, незаметно подошло время чешской выставки. Она проходила на Громова. Минут десять ушло на открытие, за которые выступили два чиновника. С нашей стороны и с их. Мелкие причём. Несколько в сторонке стояли наш губернатор Россель, чопорный чешский министр с лицом выражавшей то ли скуку, то ли презрение или брезгливость. Кучка наших и чешских чиновников, рядом с эстрадой переминался с ноги на ногу с готовностью небольшой оркестр гостей в национальной одежде, на красных лицах которых в отличие от министра был энтузиазм и не на голом месте, а ещё со вчерашней закваски. Они преданно смотрели такими же красными глазами на своё начальство и ждали только отмашки, чтобы с чувством забабахать гимн Чешской республики, гимн России.... А если нальют и попросят... и Канкан...

А вокруг небольшой эстрады у центрального входа кучковался остальной народ, виднелись там и наши знакомые чешские бизнесмены, терпеливо слушавший стандартные слова, гладкие предложения, щедрые заверения в том, что вот ... именно после этой выставки экономика Уральского региона... Да что там региона...? Страны... изменятся - Россия и Чехия... Рука об руку... И мы там стояли и тоже слушали, терпеливо ожидая когда ударят первые аккорды гимнов.

И они ударили, заставив всех значительно замереть, внешне показывая важность момента. И выставка началась. Я никогда не был участником такого мероприятия и не представлял - Что делать? Но мой директорат ринулся в выставочное пространство небольших, но живописных павильонов. Они были готовы общаться, обмениваться идеями, и себя насыщать уже идеями выставки, договариваться, качать информацию... Короче, активно работать. Но не тут-то было. Мы немного опоздали. Практически во всех павильончиках, чехи мигом выставили небольшие, лёгкие столики, накрыли их и теперь непринуждённо, за пивом и выпивкой общались друг с другом, совершенно забыв, а может даже не понимая зачем они сюда приехали и вообще какой смысл вкладывался в саму выставку. Складывалось такое впечатление, что им было наплевать на желание русских бизнесменов завязывать с ними деловые контакты, а единственная причина их тут присутствие - это демонстрация преимущества западного образа жизни, типа - вы смотрите и завидуйте нам и нашей жизни. А пока наши упорно продолжали бродить от павильона к павильону, рассматривали стенды, выставочные образцы. А надо отметить чехи хорошо подготовились и здесь было на что посмотреть, начиная от изящного Богемского хрусталя и кончая самым современным оборудованием и станками с компьютерной начинкой. Я в это время уже сделал пару кругов по выставочному залу и поднялся на второй этаж, где проходил показ чешской моды и чешского текстиля. По широкому подиуму шествовали высокие, стройные, шикарные манекенщицы с супер длинными ногами и сногсшибающей внешностью. В самом первом ряду, в единственном числе сидел министр с брюзгливым выражением лица, где открыто читалось - И кого сегодня на ночь выбрать?

Вот это мне нравилось и особо не заморачиваясь, я сел в первом ряду, недалеко от министра. Тот недовольно посмотрел в мою сторону, но я был прилично одет, в костюмчике с галстучком, не пьяный и никак не похожий на русского бандита... Вопросительно оглянулся назад и ко мне сразу подскочил какой-то чешский клерк, что-то прощебетав слегка возмущённо. Да понятно было, что меня просят удалиться с этого ряда и может быть и сделал это, но в это время на подиум вышла манекенщица с такой завораживающей внешностью, отчего у меня слабели ноги и я мигом превращался в банального Дауна. Поэтому твёрдой рукой отодвинул клерка и вожделенно уставился на восхитительную молодую женщину. Видать контраст между мною и министром был такой разительный, что женщина прежде чем повернуться на подиуме перед нами, смешливо и одновременно благосклонно фыркнула, улыбнулась мне и пошла обратно, вызывающе и сексуально покачивая попкой.

Так и просидел до конца этого представления. А когда я вновь, весь переполненный сексуальной энергетикой, предстал перед своим директорами, те радостно поделились новостью: - Нам тут вручили пригласительные билеты на вечерний приём, организованной чешской стороной. Там и произойдут все переговоры. На тебя тоже, Борис Геннадьевич, взяли, - важно сказал Игорь. Он был весь переполнен новыми идеями и прямо еле сдерживал этот фонтан в себе.

Вечерний приём, в старинном двухэтажном особняке "Дома Актёров" тоже не подкачал. Во всех комнатах и помещениях стояли столы заполненные выпивкой и закуской исключительно чешского производства, вокруг которых клубился деловой народ - мужчины и женщины. И если мужчины разнообразием во внешнем виде не блистали, то вот женщины выглядели в своих нарядах и в боевой раскраске очаровательно и было на что поглядеть. Разглядел я там и свою очаровашку, стоящую в стайке длинноногих манекенщиц. Она узнала меня и можно сказать очень многообещающе улыбнулась, отчего мой рот растянулся в блаженной улыбке. Но увы, я прекрасно понимал - ничего у нас не получится. Хотя может быть, в этот вечер я бы и пошаркал ногой перед ней, но меня уже нашли и поволокли к знакомым чехам. А те чопорно представили важному чеху: - Господин Черны, это единственные здесь, кто занимается реальным бизнесом и у них есть очень интересные проекты и огромное желание расширять своё производство....

В течение последующих двух минут, они ярко расписывали нашу фирму и нас самих.

- Хорошо..., хорошо.... Молодцы. Нам нужны такие контакты и мы приложим все силы для оказания реальной помощи, - проговорила важная шишка и сунула мне визитку, где значилось Иосеф Черны, Председатель смешанной торговой палаты "Восток".

- Какие у вас вопросы, господа?

Вперёд выдвинулся Игорь и озвучил вопрос строительства завода сухих смесей. Иосеф Черны слегка поскучнел, выразив это словами: - Оооо..., этот вопрос не в моей компетенции. Давайте подойдём к министру. Как раз он и владеет всеми полномочиями.

Министр уже был слегка поддат, весел и благосклонно выслушал нашу просьбу.

- Что....? Как только приеду в Прагу, так сразу вызову к себе всё руководство Панбекса и прикажу им пересмотреть своё решение. Так что не беспокойтесь и можете спокойно искать место под строительство завода...., - сказав ещё пару дежурных комплиментов нашему городу, он повернулся и важно удалился в другое помещение. Я тоже, с бокал пива, двинулся на звуки музыки и в большом зале, увидел давешный чешский оркестр. Музыканты хорошо навернув, о чём свидетельствовали красные лица и горевшие алкоголем глаза, тем не менее хорошо выполняли свою работы, наполняя весь особняк весёлыми звуками национальной музыки.

Приём удался. Я накачался всеми сортами пива, попробовал всю закуску и собрался следующим этапом ознакомиться и с более крепкими напитками, но слава богу, моё начальство меня вовремя утащило и отвезло домой. А то бы ....

А уже на следующий день, мы поехали смотреть новый объект - УЗХР. Там, как я понял объяснение начальника производства, в огромных чанах, кислотой обрабатывалась руда, откуда и выделялись золото, платина, серебро и другие дорогие металлы. Вот в этих помещениях и других и надо было делать полы при работающем производстве. И сложность здесь была такова, что в ходе переработки выделялись пары и газы, которые в одну минуту могли убить человека.

-.... В следующий приезд, мы определимся с маршрутом движения в этих цехах, так как к некоторым котлам нужно будет подходить только в противогазах. Противогазы мы тоже вам выдадим. Американские, так что в них будете в безопасности, - рассказывал начальник производства.

Мы прошли все цеха и остановились у небольшого помещения площадью в 200 квадратных метров: - Но сначала вы сделаете в этом помещении ванну с хим стойким полимерным покрытием для отстоя жидких химических растворов.

Ну.., уж тут наш директорат не оплошал - загнули такую цену, мотивируя мифической заботой о нашем здоровье, что мне с трудом удалось удержать челюсть в верхнем положении. Но видать начальник производства был к этому готов, понимая эти трудности, и цена его не смутила. Даже торга не была: - готовьте смету и давайте счёт на аванс.

Получив аванс, мы заказали материал и нанятой машиной закинули оборудование на объект, а вот по выезде с объекта я чуть было не размазался кровавой кашей по асфальту. Хотя..., после происшедшего всю дорогу до базы истерично смеялся, облегчённо смеялся и водитель, наплевав на то что я вышиб напрочь лобовое стекло. Слава богу, не убился, не покалечился и отделался лишь парой царапин.... Да и свою вину он тоже ощущал.

Мы выехали с завода. И если заезжали на завод с трассы, ведущей на Нижний Тагил, то возвращаться решили через город Верхняя Пышма. Поэтому свернули вправо и пока я разбирался с перепутанным ремнём безопасности, небольшая японская машина, с единым и огромным лобовым стеклом, набрала приличную скорость, тем более что для нас на первом перекрёстке горел приветливый зелёный огонёк. Вот тут-то и ждал нас неприятный сюрприз в виде приличной высоты "лежачего полицейского", через который нужно медленно переезжать, чуть ли не на пешеходной скорости. А на той скорости, с которой мы летели - последствия могли быть самые разнообразный. Кувырок через кабину коротенькой машины, а если не кувырок, то передний мост либо смещался к заднему мосту, либо мы бы ехали, радостно искря по асфальту всеми металлическими деталями, но без всех колёс. Да и других неприятностей могло быть ещё больше, также, как и траекторий, тем более что за "лежачим полицейским" находилась автобусная остановка полная народу.

И водитель принял единственно верное решение - Ударил по тормозам. Да до полика... Он то ладно... Ему не дало уйти в красивый полёт рулевое колесо, за которое он ухватился намертво. А вот я, с криком - "А ёб... тв... м...ть...", по всем законам физики и инерции, как с пращи полетел вперёд, едва успев выставить вперёд руки. Легко, всей массой тела, спружинив руками, выдавил лобовое стекло и вместе с ним полетел вперёд. Летел далеко, метров пять, причём лобовое стекло, как всё равно прилипло к моим рукам и так мы вместе, на огромной скорости и приземлились на серый асфальт. И вот это здоровая лобовуха и спасла моё тело, руки и коленки, от размазывания по дороге. Я удачно приземлился на стекло, которое к тому же было двойное и не рассыпалось от удара, а только всё покрылось многочисленными трещинами, и стремительно заскользил по асфальту, даже не заметив, как подъехал таким необычным способом к оторопевшим людям на автобусной остановке.

Ну...., я же ни какой-то там сангвиник или меланхолик, который бы потом медленно копошился на асфальте. Нет, я нормальный и резвый мужчина, поэтому мои дальнейшие действия ввели людей в ещё больший ступор. Я и сам был в ступоре, но в активном и не совсем контролировал себя и свои эмоции, поэтому резво вскочил на ноги, поглядел на руки и, не увидев крови или порезов, стал активно отряхивать штаны. Потом поглядел на народ на остановке и восхищённо произнёс элементарные русские слова, помогающие в экстремальных условиях выжить русскому человеку, как будто это было для меня банальным происшествием: - Ух ты ёбанн...й в рот....

Оглянулся на водителя, разинувшего рот сначала в испуге, а потом в изумлении и рявкнул на него: - Ну, чего встал? Давай подъезжай и поехали...

Так мы и уехали, провожаемые очень задумчивыми взглядами и наверно такими задумчиво-гордыми мыслями - Такое могут сделать только русские....

Если бы не Володя, мы с Тюниным ванну под отстой хим растворов хрен бы сделали. А так сначала установили опалубку под заливку бортиков ванны. Потом залили всё это бетоном. Через три дня сняли опалубку. И вот тут нас ждало самое трудное. Если на бортики мы сами заказывали бетон в Верхней Пышме, почти рядом с заводом, то вот на пол ванны бетон поставлял Заказчик. Нашли они на Химмаше самый дешёвый бетон и там заказали 5 кубов. А это совершенно на противоположном краю Екатеринбурга, километров так получилось за 30, да ещё везли бетон в кузове КАМАЗа около часа. За это время бетон расслоился, тяжёлая составляющая опустилась вниз, а на верх выдавило всю воду. И когда КАМАЗ задрал кузов, чтобы вывалить бетон во внутрь сколоченного нами огромного короба, сначала бурно вылилась вся вода, а следом нехотя съехала половина смеси так называемого бетона, а вторая часть насмерть прилипла к кузову. И если бы нам хватило свалившейся части бетона на устройство пола, чёрта с два мы бы взялись за очистку кузова. А так, после горячей словесной схватки с водителем КАМАЗа, пришлось целый час усиленно ковыряться лопатами, чтобы скинуть оставшиеся бетон в короб. Первый час я и Тюнин таскали бетон на носилках, пока у нас не вытянулись от тяжести руки до колен, Потом бегали с тачками и умерли окончательно, а бетона было ещё до фига и надо обязательно всё закончить в ближайший час, так как бетон начал "вставать". Володя в это время в ванне принимал от нас бетон и вручную его ровнял, хлопая обрезком доски и выбивая из бетона остатки воды, тем самым смачивая поверхность и ровняя её.

Видя наш тяжёлый Сизифов труд и, ощущая частично за это свою вину, начальник производства выделил большую металлическую ванну и прикрепил за нами погрузчик, который возил эту ванну к месту укладки бетона. За рулём сидел здоровенный парень деревенской внешности, который с ярко выраженной флегматичностью наблюдал за нашей работой. Может быть я его и не запомнил бы, но при очередной ездке, мы неудачно дёрнули ванну при опрокидывании, отчего она плюхнулась обратно на вилы погрузчика и часть грязной, бетонной жижы неожиданно сильно плесканулась и смачно хряпнулось на лицо водителя. Мы с Тюниным замерли в страхе, глядя на парня и понимая, что тот сейчас слезет с сиденья и надаёт нам очень хороших тумаков. А водитель, вместо ярко выраженного и ожидаемого гнева, заторможено провёл рукой по лицу, стирая жижу, потом долго смотрел на испачканную ладонь, замедленно поднял на нас глаза, где бегущей строкой, также медленно бежали мысли: - Слезть что ли и надавать им по морде..., чтобы они работали лучше...????? Или не слезать....?

Он смотрел на нас сквозь подъёмный механизм погрузчика и мы через некоторое время облегчённо вздохнули, прочитав в его глазах: - А хрен с ними, лень слезать...

Мы успели уложить весь бетон и все трое были просто вымотаны. Дрожали руки, дрожали ноги, дрожала каждая жилочка тела. Хорошо, что тогда мы приехали на моей Газеле, а то не знаю, как бы мы добирались такие разбитые до дома. Но ванна и пол в ней получились хорошие. Через три недели мы закатали химически стойкое покрытие, серо-голубого цвета, а вокруг ванны, по всему помещению налили самовыравнивающее покрытие Цембекс. Даже нам понравилось, я уж не говорю про Заказчика. Вот после этого мы взяли всю остальную площадь и по очень хорошей цене. Я уже не помогал, так как Тюнин и Володя легко справлялись без меня. Мне только и оставалось приезжать для контроля или решения каких-либо чисто технических вопросов.

Лето вступило в свои права, младший сын закончил девятый класс и ему нужно было пройти месячную производственную практику. А почему бы и не у нас? Спросил об этом старшего Галанина и Илья Матвеевич загорелся этой идеей.

- Слушай, Борис Геннадьевич, а если бы он с другом пришёл. Я бы их на месяц обеспечил работой тут на базе и заплатил бы ещё по три тысячи каждому.

Вечером поговорил с Генкой и тот сразу загорелся этой идеей: - Во..., я Андрюхе предложу и он согласится. А что там делать будем?

- Да..., на сколько я понял, будете наводить порядок на территории базы, а то она вся захламлена.

- Я согласен, а сейчас сгоняю к Андрюхе...

На следующий день они вышли на работу и начали чистить территорию. А я в это время пытался связаться с чехами. Сначала они отвечали ждите..., ждите решения. Потом, ссылаясь на то что они уезжают по делам в Израиль, совсем пропали. А к этому времени компания Панбекс приняла окончательное решение строить завод в городе Лобня. Так что наш директорат и наша фирма пролетели "как фанера над Парижем", а потом очень знающий человек нам весь расклад дал.

- Да вы что, парни? Да они европейцы ленивые и их надо постоянно в жопу пинать... Это не мы, русские, которые если загорятся какой-либо идеей, могут и ночами пахать, пока не сделают... Так что раз не отвечают и не парьтесь. Звиздаболы они... И ленивые, горазды только обещания давать.

Но печалиться было некогда, работы было полно и все суетились в меру своих способностей. Все были заняты, так как строительный сезон был в разгаре. Я на УЗХРе, Илья Матвеевич - общестроем. На новостройке мы взялись за устройство крыши очень сложной и затейливой формы и целыми днями, с менеджером Арсением, они думали и пробивали свой вариант устройства крыши. И надо сказать очень оригинальный и продвинутый. Их проект и выиграл конкурс, чем они очень и по праву гордились и теперь с энтузиазмом погрузились в это увлекательное действо. Алексей Иванович уехал в отпуск с женой в Египет, а Игорь искал новые направления в развитии компании.

Как-то раз я сидел в будке охраны и болтал с охранщицей Светкой о том, о сём. а в это время подъехал Илья Матвеевич. Видать он увидел меня через окно будки, бросил машину у ворот и забежал во внутрь.

- Борис Геннадьевич, надо срочно поехать на УЗХР и отвезти им счёт на оплату выполненных работ. Счёт заберёшь в бухгалтерии... Блин, нет чтоб вчера позвонить, а то посередь дороги пришлось указания отдавать..., - распорядился и выбежал на крыльцо.

Я только и успел подняться с табурета, как дверь вновь открылась и в помещении появился растерянный Илья Матвеевич, сообщив трагическим голосом: - А у меня машину угнали....

Как угнали? Ведь и минуты не прошло, как он подъехал и забежал к нам. Ну, просто времени не было чтобы угнать. Мы тут же вышли на крыльцо. Точно - машины не было. Странно и дико выглядел пустой переулок. Ну, не могли машину вот так..., за минуту угнать, тем более что Галанин - старший потерянно крутил ключи от машины в руках.

Так мы и простояли на крыльце минуты три, пока из-за поворота переулка не вывернул разъярённый мужичонка. Суматошно огляделся и побежал к нам.

- Там..., блядь, не ваша машина мой забор поломала....?

Да... Это была наша машина, вернее Ильи Матвеевича и тот любовно суетился вокруг неё, иной раз через порушенный забор забредая в огород мужика и топча грядку. А мужик сокрушённо матерился, пытаясь выдрать гнилые штакетины из таких же гнилых перекладин и зло ругался. Всё оказалось проще пареной репы, Илья Матвеевич банально забыл поставить её на ручной тормоз и та тихонечко, по небольшому уклону укатилась в глубину переулка и со всей скорости завалила два пролёта забора. Поцарапалась, но Илья Матвеевич не опечалился и с мужиком быстро договорился о цене вопроса по забору. Но мы долго смеялись над этим происшествием. Особенно Илья Матвеевич сам над собой. А через несколько дней вернулся из отпуска Алексей Иванович. Он первый раз ездил Египет и ему там очень понравилось. Не понравилась только полиция, где он просидел почти сутки.

- Да, блин, приехали и в первый вечер пошли в ресторан. А там сидела толпа арабов, то ли обкуренных, то ли еба...тых. Жена моя встала из-за стола и пошла к стойке что-то там заказывать и один из них взял и облапал её. Думал наверно, что раз их много, то русский зассыт дёрнуться. Очень они ошиблись в этом. Всех там положил. Вот сутки и сидел. пока наши с консульства разбирались, доказывали, что те сами по хамски себя вели. Короче, отпустили. Но теперь, как только иду по отелю, все арабы разбегаются, а сзади шепоток такой осторожный - Тайсон..., Тайсон...

Да..., Алексей Иванович... Он мог уделать.

Игорь в это время осуществил свою мечту и купил новенькую Субару Форестер. Очень дорогая машина и они с отцом вложили в эту покупку довольно много денег и теперь стали на всём экономить, чтобы восполнить финансовую дыру, что сразу сказалось на нас. Деньги стали выплачивать с трудом, рабочим задерживать.... И на этом фоне Тюнин пошёл на аферу.

- Борис Геннадьевич, - с таинственным видом он отвёл меня в сторону, - нашёл поляну, полимер надо сделать. Договорился за очень хорошие деньги. Так что, давайте втроём - я, вы и Володя за три дня сделаем её и получим очень даже неплохо. А то пока дождёшься от них...

Дальше Алексей назвал очень известную обувную фирму, расположенную недалеко от улицы Фрунзе.

Я задумался на некоторое время, а потом решительно мотнул головой: - Нет, Алексей. Тебе приказать не могу, а у меня принцип - не кидать тех с кем работаешь.

- Да ну..., Борис Геннадьевич. Какое кидалово? Это они нас кидают. Выплатили бы все деньги, может быть и не стал дёргаться.... А так не...

- Нет, Алексей. И мне не нравятся наши директора, но всё равно не пойду. Принципы - есть принципы.

- Хорошо, тогда помоги нам. Давай съездим и ты тоже посмотришь на их основание. Знаешь - один ум хорошо, а два лучше.

Во дворе фирмы "Синтур" нас встретил сам Заказчик. Здоровый, красивый молодой мужик метра под два с открытой детской улыбкой на лице. И также просто представился - Владимир.

Подвал, который открыл Владимир, после того как там устроят новые полимерные полы предназначался частично под склад и другая часть под офисные помещения. Бетонное основание требовало стандартную подготовку и всё бы ничего, но под бетоном не было гидроизоляции. О чём я сразу предупредил товарища.

- Алексей, влетишь...

- А..., фигня. Вон, основание сухое. Пока туда-сюда... Ты помоги нам, на своей Газели завезёшь сюда материал и оборудование, а мы тебя заправим.

На этом и порешили. Лёха провёл переговоры с Владимиром и когда я услышал окончательную цифру, то даже присвистнул. Молодец, Тюнин - хорошо он нагрел Заказчика.

У нас в этот момент не было объёмов и считалось, что рабочие отдыхают дома, поэтому я занимался по плану Ильи Матвеевича, который нарыл хороший объём на улице Комсомольской. Там проходила реконструкция больницы и я все эти дни был занял расчётами. Но неожиданный звонок от Тюнина, заставил прервать расчёты и я помчался на "Синтур".

Железная дверь подвала была закрыта на большой амбарный замок, а в небольшом, подвальном окне, у самой земли белело несчастное лицо Алексея.

Я присел у окна и выслушал печальную историю, от которой на меня пахнуло 90ми.

- Влетели мы, Борис Геннадьевич, - печалился подчинённый, - всё вроде бы сделали по нормальному: шлифанули, пропылесосели, все выбоины и трещины прошпаклевали, выровнили поверхность. Ну, всё как всегда. А когда нанесли грунтовку, там по поверхности такие капли воды выступили... Вот и Владимир, сразу всё прочухал и закрыл нас с Володей в подвале. Пока, говорит, не сделаете - хер отсюда выйдите... Мы уж тут сутки сидим...

Сзади Алексея, периодически мелькало белое лицо Володи и оно тоже было печальное, но он только молчал.

- Я тебя, Алексей, предупреждал, а тебе захотелось бабки срубить. Вот и получил. Как хоть думаешь выходить из этого положения.

Тюнин сразу оживился и зачастил словами: - Тут только один выход. Сейчас сдираем эту грунтовку шлифой и Болгаркой, потом паяльной лампой всё основание прожигаем и заново наносим грунтовку. Понимаю..., что влага всё равно пойдёт вверх и пучить будет, но это потом. Нам главное отсюда вырваться, а то ведь закопает в этом подвале....

- Ладно... Сидите... Пошёл искать Владимира.

Нашёл его быстро. Он озарился наивной детской улыбкой, которая уже меня не обманывала, потому что понимал - этот, с этой открытой, детской улыбкой действительно запросто убьёт и закопает...

- Пошли, - кивнул в сторону подвала.

- Пошли.

- Открывай, - коротко скомандовал ему.

- Зачем? - Наивно спросил здоровяк.

- Да потому что сидя в подвале, они тебе ничего не исправят. Открывай, разговаривать будем.

Разговаривали недолго. Объяснили ему всё, сказали, что для этого надо. Владимир задумался на минуту, испытующе глядя на нас, потом ткнул в меня пальцем.

- Ты отвечаешь за свои слова?

Теперь я ткнул пальцем в Тюнина: - Он отвечает, я лишь подтверждаю, что на данный момент -это самое лучшее решение.

- Хорошо..., - медленно и значительно произнёс Владимир, теперь показав пальцем на Володю, - он остаётся здесь, пока вы закупаетесь.

- Теперь давай разбираться с деньгами и базаром. На, Алексей, деньги на продукты... Да..., да. ... Не делай несчастных глаз. Ты просил три дня. Вот на три дня и закупай продукты. Можешь особо не стесняться. Жить эти три дня будете здесь. Мне нужен пол, а деньги фигня. Наживём ещё. Теперь вот держи деньги на то, что тебе нужно. Я тут особо не разобрался в вашем тарахтенье... Поэтому сами разберётесь. Хватит? Ну и хорошо... А теперь - вперёд. И смотри, Алексей, сделаешь как надо - я с тобой рассчитаюсь, как договаривались и забуду вот этот досадный момент. Не сделаешь - извини, разборки будут серьёзные.... И твой командир вам не поможет. Так что - Увы и Ах, но за базар надо отвечать...

Я приезжал каждый день и меня Владимир запускал в подвал на полчаса. Что ж работа шла и та тактика, какую мы избрали, оправдывала себя. Бетон в первые двое суток был высушен паяльными лампами в глубь на сантиметр. Потом закатали грунтовку и через сутки финишное покрытие. Получилось очень даже неплохо.

Владимир удовлетворённо поцокал языком: - Вот то, что хотел увидеть. Теперь я доволен и давай рассчитываться.

Рассчитался он достойно. Конечно, он не упустил возможности прочитать коротенькую лекцию на предмет - как очень дорого обходятся легкомысленные обещания и слова. Добавил ещё кое-что из нынешних суровых реалий жизни, от чего Лёха с Володей слегка позеленели и покрылись потом. Наверняка ледяным. Но рассчитался как обещал, а получив свои деньги Тюнин и Володя чуть ли не кланяясь, пятясь задом назад, выкатились с злосчастной территории. И только в кабине Газели несколько пришли в себя: - А теперь всё пофиг... Пусть попробует найти. А пол то..., месяца через три запузыриться...

Через несколько дней меня вызвал к себе Алексей Иванович.

- Борис Геннадьевич, тут мне доложили, что твои подчинённые сработали "налево". Как ты это объяснишь?

- А вам, Алексей Иванович, не доложили, что они в это время отдыхали, так как у нас нет объёмов по полам. А то, что они делают в это своё свободное время - это их личное дело.

- Во-первых, Борис Геннадьевич, то что у Вас нет объёмов по полам и Вы не обеспечили их работой - это Ваш провал, как менеджера - ледяным тоном стал отчитывать меня директор, - а во-вторых: в этом "леваке" фигурируете и Вы - и именно в рабочее время.

Я тоже превратился в ледяной айсберг и таким же тоном, но с хорошей толикой яда, начал давать отпор, опасаясь, что сейчас сорвусь и пошлю всех их на фуй. Но..., рано ещё: - Да..., должность менеджера, которой Вы тут пытаетесь меня упрекнуть - звучит очень красиво и гордо. Но, Алексей Иванович, при всём моём уважении к Вам, хочу напомнить, что в нашей компании ООО НПО "Строй" я ещё ни разу не видел своих обязанностей, как менеджера.... И не знаю в чём они заключаются. И вот у меня сложилось стойкое ощущение, что я тут обыкновенный прораб - привези, отвези, организуй, доставь и так далее. Да.., кстати и обязанностей прораба тут тоже не существует. Так что, Алексей Иванович, в рабочее время я могу находиться там где решу я. Так же хочу вас проинформировать, что Вами, как финансистом, не полностью выплачены честно заработанные данными рабочими деньги. Думаю - сколько, вы и сами знаете. Вполне возможно, если бы всё было заплачено, то они и не пошли работать "налево"....

- Что ж, Борис Геннадьевич, - Алексей Иванович уже нормальным тоном и почти весело включился в спор, - грамотно меня ты объехал и даже почти нечем тебя крыть. Но всё-таки есть чем. Но сначала, раз ты ссылаешься на отсутствие обязанностей, тогда вот тебе задача - разработать в течение пары рабочих дней обязанности менеджера и прораба. Как ты их видишь. Обсудим, посмотрим - и будем принимать их под роспись. И не только ты, но и другие менеджеры Николай и Арсений. А вот насчёт крыть, то хочу тебе тоже заявить - "левак" делался на нашем оборудовании. Вот если бы они работали на своём, да в своё свободное время, как ты тут говоришь - то тогда и предъявлять к ним и тебе нечего. А так оборудование было тайно вывезено. Причём тобой. Оборудование использовалось и так же тайно было возвращено. И кстати до сих пор не обслужено. Что на это скажешь? Давай...

Я тоже сменил тональность и не стал дёргаться: - Алексей Иванович, вы ж финансовый директор и тут вам флаг в руки. Можете за это слупить амортизацию оборудования. И честно сказать сумма то маленькая будет. Можете оштрафовать за вывоз и использование оборудования. Тут уж вы своём праве. Только я бы посоветывал, просто предупредить о недопущении в будущем. А то парни обидятся на задержку своих денег, да ещё и за штраф и у вас останется опять один Борис Геннадьевич. Да..., наверно и я тогда уйду. Просто неинтересно всё начинать заново.

Не знаю то ли подействовали мои слова, то ли они сами решили, но никаких репрессий не последовало. Но уже через две недели я схватился с директоратом и серьёзно.

Прошёл месяц с того дня, как пацаны у нас начали практику. За этот месяц они добросовестно вычистили всю территорию нашей базы, что теперь любо-дорого было на неё не только посмотреть, но и вдруг выявили скрытыми кучами мусора и не хилые возможности. И теперь Игорь довольно часто выходил на территорию и долго глядел на неё, что-то продумывая. Вышагивал, вымеривая только одному ему известные площади и опять надолго замирал в задумчивости, наверняка прикидывая, как более выгодно использовать очищенное пространство и получить из этого дополнительную выгоду.

- Илья Матвеевич, завтра у парней последний день. Давайте завтра вечером им в торжественной обстановке вручим заработанные шесть тысяч рублей на двоих. И такое..., хорошее напутственное слово им скажем. - С энтузиазмом предложил я, выловив в коридоре Илью Матвеевича. Тот поскучнел лицом, замялся, заоглядывался, как будто решил рвануть и сбежать, что здорово мне не понравилось.

- Так что, Илья Матвеевич? - Попробовал дожать исполнительного директора, но тот продолжал топтаться на месте, пряча от меня глаза. Потом через силу и смущённо выдавил.

- Решили по полторы тысячи рублей каждому...

- Илья Матвеевич..., мы же договаривались по три тысячи. Это что - кидалово такое? И кого? Пацанов....!?

- Какое кидалово? - В коридор вышли Игорь и Алексей Иванович и сразу пришли на помощь Галанину-старшему, - Ты о чём, Борис Геннадьевич, говоришь?

- Да..., мы решили, что по три тысячи для пацанов много, - начал вальяжно объяснять Игорь, - вон..., взрослые мужики у нас по пятёрке получают, а мы пацанам по трёшке отдадим. И что мы потом мужикам скажем? Они ж с нас потребуют тогда ещё большую зарплату.... Я уж жалею, что мы согласились на их работу. Бомжи вон, за тысячу всё бы тут вылизали....

- А мне плевать на этих мужиков и что они скажут.... Значит так они работают...

Игорь ехидно ухмыльнулся: - Борис Геннадьевич, зря ты так про работяг болтаешь. Ты ведь тоже пятёрочку получаешь у нас. Тоже не блещешь результатами. Так что помолчи лучше.

Илья Матвеевич от подмоги взбодрился и внёс свою лепту, сокрушённо заявив: - Борис Геннадьевич, погорячился я, когда мы с тобой договаривались. Действительно многовато, так что полторы тысячи тоже нормально.

Поддержал своих коллег и Алексей Иванович и мне только и оставалось, зыркать глазами, сдерживая гнев. Зря они так. Придётся им кое-что объяснить.... И я начал.

- Ага... Мы с вами, Илья Матвеевич, договорились, без споров, сразу и на три тысячи каждому. На основе нашего договора, я договорился с пацанами, пообещав им то о чём мы договорились. Парни работали нормально, все поставленные задачи выполняли. Мечтали, как получат деньги и их потратят на свою мечту. А тут такой облом - и по деньгам. И дядьки взрослые походя наступили своими грязными ботинками на их мечту. И я теперь я в их глазах трепло и мне завтра будет стыдно смотреть сыну в глаза. А вы в своих расчётливых рассуждениях и в своих глазах прекрасно смотритесь в белых одеждах. Спасибо.... Вы тут про бомжей очень красиво расписывали. Конечно, для них тысяча рублей большие деньги - столько палёной водки можно достать, сколько мы с вами на пять тысяч не купим. Только они без аванса работать не будут, а как получат его - хрен вы их увидите. Да и их ещё ведь контролировать надо, пинать под жопу и смотреть, чтобы они ничего не украли. Так что мне звиздеть про них не надо. И моими пятью тысячами укорять не надо. Заметь, я только начинаю и в отличие от работяг работаю головой и расту. И не сижу на пенсии.... Но, раз от меня результата у вас нет, тогда решаем следующим образом. Или вы рассчитываетесь с пацанами как положено, либо я сам из своих денег добавлю по полторы тысячи, потому что я уважаю свои слова и уважаю себя. Но тогда ухожу....

- Ты тут нам условия не выставляй..., - вспыхнул Игорь, а его отец злорадно добавил.

- Да можешь валить на все четыре стороны. Задолбал ты, Борис Геннадьевич, своими капризами, но только сначала отработаешь две недели и сдашь нам оборудование.

- Илья Матвеевич, хочу вас разочаровать и вам бы, как исполнительному директору нужно это знать. Я как пенсионер, имею право уволиться прямо сейчас и не отрабатывать эти две недели. А за оборудование я не расписывался и ничего сдавать не буду. Сами вывозите всё это с объектов. А насчёт увольнения приму решение завтра, по результатам расчёта парней. - Развернулся и ушёл из офиса домой. На душе было гадостно. Блин, так просто пообещали, а потом также просто кинули. И кого? Блин..., детей.

Не знаю, как они и в каких словах обсуждали мой демарш, но они приняли решение и после обеда Илья Матвеевич, хоть и не в торжественной обстановке, но вручили парням по три тысячи рублей.

А через пять минут меня Илья Матвеевич, пригласил в кабинет. Чувствовал он себя несколько не в своей тарелке и никак не мог начать щекотливый разговор. Как бы я к нему не относился, но Илья Матвеевич, по сути был неплохим мужиком. Да..., были у него закидоны.... Да у кого их нет!? Голова работала у него хорошо, энергичный был для своего возраста. Мог бы сидеть дома, на полковничьей пенсии, но пошёл в бизнес. Как руководитель, как исполнительный директор он был слабоват, но ведь это дело наживное. Главное работать над своими ошибками и наживать опыт. Так что у него всё ещё впереди. Но сейчас он мялся и я прямо ждал, когда он объявит о моём увольнении.

- Борис Геннадьевич..., - наконец-то начал он, - вчера мы в своём кругу всё обсудили и приняли такое решение. Теперь все финансовые вопросы ты должен решать либо с Игорем, либо с Алексеем.

Да..., теперь я понимаю его неуверенность и растерянность. Родной сын и его друг, отстранили Илью Матвеевича от финансов. Причём, Галанин-старший особо не скрывал своего неприязненного отношения к Алексею Ивановича, считая его бандитом и наркоманом, что часто выливалось в горячие ссоры и взаимные обвинения. И тут сын..., раз и встал на сторону недруга. И он ещё обязан это объяснять какому-то подчинённому менеджеру, Будешь, тут чувствовать себя неуютно.

Через минуту он всё-таки справился со своими чувствами и перешёл к деловым вопросам. Мне передавался объём работ по больнице, переживавшая крутой капитальный ремонт. Это когда от нормально функционировавшей больницы остаётся один каменный каркас и всё по-новой. Поэтому я должен завтра отвезти пару человек с руководства больницы на УЗХР и показать там выполненные полы. Такие же мы хотим и им предложить.

В указанное время я прибыл к разбитой в хлам больнице и на их машине поехали в Верхнюю Пышму. За рулём сидел директор больницы Сергей Николаевич и симпатичная женщина Светлана, которая каким-то боком была тоже причастна к капитальному ремонту этого учреждения.

Приехали и пошли по цехам, которые нам разрешили посмотреть. И тут произошёл смешной эпизод. Одну из комнат, мы закатывали самовыравнивающим покрытием Цембекс из последних запасов полугодичной давности. Это был уже критический срок для материала, но мы всё-таки рискнули и закатали пол в комнате. Материал лёг хорошо, но срок всё-таки сказался на портландцементе, составляющем основу материала и поверхность пола стала выглядеть как шагрень - в мелкую, мелкую зыбь.

Мы считали это браком, а заводчане приняли работу нормально. Вот я и решил отвлечь их чем-нибудь и провести мимо дверей этой комнаты. Директора больницы увлёк описанием материала, а вот Светлану, которая тоже внимательно слушала меня - почти тоже удалось. Она уже миновала открытую дверь, но боковым зрением уцепилась взглядом за пол.

- Стойте, - вскрикнула женщина и восхитилась, - вот это пол, Сергей Николаевич... Посмотрите какой пол... Он мне нравиться.

Не будешь же ей объяснять, что это бракованный материал, поэтому я нёс какую-то ахинею и тащил её из комнаты. Но та практически уцепилась за косяк и восторженно вопила: - Сергей Николаевич, я хочу такой же пол... Ведь это последний писк моды - шагрень на полу...

Пришлось ей пообещать, что у неё будет точно такой же пол. Смех и грех. Вот интересно, как я буду крутиться и что объяснять ей, когда дойдёт дело до полов в больнице.

А пока мы закупили бетонозатирочную машину, самую дешёвую Белорусского производства и стали готовиться к устройству полов нового типа. Топпинг называется. Илья Матвеевич и его сын Игорь прямо таяли в восторге от этого материала. И их даже не остужало скептическое отношение к топпингу Алексея Ивановича.

- Борис Геннадьевич, - восторгался Илья Матвеевич, - ты даже не представляешь, какой он прочный. Танк заезжает на этот пол и не царапины. Научимся делать - и мы будем первыми в городе по полам. Кроме нас Цембекс никто не льёт... И топпинг кроме нас никто.... Пока, а потом по полам у нас не будет конкурентов и все полы в городе будут наши....

Но я уже особо не верил им, они всегда от своих идей были в экстазе, а нам всё это осваивать и делать своими ручками. Да ещё потом и отвечать за качество работы.

Так оно и получилось: - Борис Геннадьевич, тут недалеко от нашего офиса есть небольшая площадь, на которой мы можем потренироваться с новым материалом - Топпинг. Надо сделать. Я там в общем договорился, а ты иди и реши все технические вопросы.

Чёрт! А какие технические вопросы я могу решить? Если я этот топпинг видел в нашем подвале, и то в запечатанном мешке. Да..., мог рассказать о топпинге, всё что прочитал в тех. описании материала. А если он задаст какой-нибудь лишний вопрос? И чего ему гундеть в этом случае? Посидел, за своим самодельным столом, филосовски раскинул мозгами... И пошёл в охранное предприятие с гордым названием "Гарда", которое действительно располагалось недалеко от нас. Директор, мужик сурового и самодовольного вида, рассказал мне в общих чертах что бы он хотел видеть или иметь от нашего пола. Рассказал сумбурно, многословно из чего я смог выделить, что будущий пол должен быть беспыльный и прочный. Да..., ещё и плотный. Что он под словом "плотный" хотел сказать, он и сам объяснить не смог. А я, довольно правдиво изобразив профессионализм и деревянный энтузиазизм на лице, самонадеянно заявил - Всё сделаем как надо. Успокоенный моим, ярко внешним проявлением желания прямо сейчас... Именно с этого момента..., кинуться в одиночку делать топпинговый пол, он провёл меня к неказистому сараю.

- Вот здесь, хочу этот пол. Мы тут кое-что решили делать помимо нашей охранной деятельности и самое главное, чтобы он не пылил....

Подписали договор с неплохой прибылью. Но, пока суть да дело, мы готовились. Хотели испытать бетонозатирочную машину, которая на строительном сленге называлась "вертолётом". Но ничего не получалось. Она если и заводилась, то через раз. И то, поработаем минут пять и глохнет. Как ни бились, ничего не получалось. Да и многое чего не понятно было. Понятно было только одно - она затирала поверхность свежеуложенного бетона. И затирала лопастями, которые как у настоящего вертолёта изменяли угол наклона. Чем меньше угол наклона - тем более ровнее и тщательнее затиралась поверхность. Это мы знали, естественно, только из технологии затирки. Но никогда этого не видели и не делали сами. С лопастями всё понятно было. А вот зачем в комплект машины входит ещё диск, который цеплялся на лопасти... Вот про это в описании машины ничего не было сказано. Пришлось отказаться от машины и всё делать по старинке и по-русски - ручками.

Залить ровную бетонную стяжку толщиной 90мм на площади в 64м2 для Тюнина с рабочими не составило труда. И теперь мы терпеливо стали ждать, когда нужно было засыпать сухую топпинговую смесь и начать затирать металлическими гладилками. И тут мы столкнулись с кучей непонятностей, которые нужно было решать по ходу действия и только по наитию. В технологии вроде бы всё было написано понятно, но вот когда соприкоснулись с практикой, вот тут пришлось горячо поработать мозгами. Поэтому день пролетел быстро и в многочисленных спорах - А как лучше сделать...?

Но..., хоть и трудно было, особенно на последнем этапе, когда затирали топпинг, но закончили.

Всё бы ничего, но на следующий день столкнулись с другой проблемой.

- Борис Геннадьевич, - прибежал с объекта озабоченный Алексей Тюнин, - с силером какая-то херня. В технологии написано, что расход 150-200 грамм на квадратный метр, а они ушли только так...

Я озадаченно зачесал затылок и сумел выдать только решительное, военное решение: - А вы ещё раз пройдите...

- Да, мы уже три раза покрывали... Истратили больше чем пол литра на метр, а плёночки на топпинге, как описано - нету...

Через десять минут я сам смотрел на пол. Точно - нету плёночки, которая даёт конечный результат. Вот эту эстетику, которой как правило и был доволен Заказчик, ничего не смыслящий в полах. Да и пол сам выглядел не особо. Нет..., так то он ровный, и заглаженный ничего... Но от картинки здорово отличался. Там, на фото, он блестел и выглядел как стекло, а тут шероховатая поверхность и в крупное зерно.

- Вот..., мы наносим, а оно уходит..., - Тюнин махнул рукой на пол и вопросительно уставился на меня, как будто я мог выдать сразу готовое решение.

Я кисло глянул на подчинённого и бухнул: - Вот так и будем сдавать...

С этой сдачей просто замаялся. Заказчику пол не понравился, но что-то конкретное сказать в этом плане не мог. Всё бубнил и бубнил - не нравиться и ВСЁ....

- Так что вам конкретно не нравится...? Говорите... Исправим..., - но тот только чесал затылок и снова говорил - Не нравится...

И отказывался платить, Моё начальство, тоже недовольно гудело и требовало от меня результатов, а конкретно денег за выполненную работу. Я водил своих директоров к сараю и просил их самих оценить пол. Но те тоже ничего не могли сказать и требовали, чтобы усилил нажим и выбил деньги.

- Вот блин...! - Не хило возмутился я через три дня, когда моё начальство снова наехало на меня с претензиями, - у вас, Илья Матвеевич, есть конкретные замечания к моей работе? Вот что мы там сделали неправильно? Давайте..., говорите... И будем тогда обсуждать. А то я бегаю туда, бьюсь с этим директором, а от вас никакой помощи нету...

Через три дня директор охранного предприятия вызвал меня.

- Пылит твой пол... Вот что..., - заявил он, обрадованный тем, что нашёл причину не платить. - Пошли...

Действительно весь пол был в тонком слое пыли, а два дня тому назад ведь её там не было.

- Ну что? А пели мне песни - беспыльный..., беспыльный пол... А я тут хочу стиральный порошок фасовать по пачкам и на продажу. А в таких условиях.... Короче, ничего я вам не должен. Наоборот - вы вернёте мне деньги за материал. И тогда мы будем в расчёте.

- Да ничего мы не будем возвращать...

- Тогда объясняй - Откуда здесь пыль, да ещё цементная? Ведь её здесь не было....

Чёрт! Я внимательно оглядел помещение и провёл рукой по заглаженной поверхности и посмотрел запачканную ладонь. Блядь - Вот откуда здесь она могла появиться, да ещё цементная? Включай, Боря, мозги. Ты ведь не лох... Но ничего умного не приходило в голову. Потыркавшись, под язвительным взглядом Заказчика, по сараю, промычал что-то невразумительное, признав про себя поражение. А мужик, удовлетворённо хмыкнув, стал закрывать створки ворот, что у него не получилось сразу, потому что под сильным порывом ветра, правую створку вырвало из рук и с силой приложило об стенку сарая. Он сочно выматерился и со второй попытки всё-таки закрыл ворота. Уже у его офиса, я вдруг остановился.

- А ну пойдёмте обратно...

- Куда? - Удивился Заказчик.

- Обратно... К сараю.

- Вот сами смотрите. Вчера и последующие дни ветра не было. А сегодня с утра он есть и дует с севера и в щель под воротами задувает пыль с вашего двора, который примыкает к бетонно-растворному пункту. Вот оттуда и пыль с цементом.

Директор посмотрел сначала на бетонно-растворный пункт, возвышающийся над забором. Потом заглянул во внутрь вновь открытых ворот.

- Не..ак... Не верю.

- Хорошо..., - я уже был на коне, - сейчас пригоняю сюда рабочего и он тут всё выметает, а завтра... Если будет ветер, мы снова обратно смотрим. Годится?

- Давай, - азартно согласился директор.

Так оно и получилось. И директору пришлось сдаться.

А через несколько дней я уволился. Всё произошло спонтанно и на эмоциях. Я просто психанул. Но перед этим произошли следующие события. Смешные и нервные.

Я сидел за своим столом и размышлял над новой задачей, которую мне поставил Алексей Иванович. Он не только поставил, но и свозил меня с Тюниным на новый объект в Краснолесье, где активно осваивалась заболоченная территория под новый коттеджный посёлок. Грязище, пылище, всё в строительном мусоре, кругом ямы, канавы, кучи строительных материалов и многочисленные коробки строящихся коттеджей. Вот в один из них, стоявший на самой дальней окраине и на небольшой возвышенности и привёз нас Алексей Иванович.

- Борис Геннадьевич, это дом очень нужного нашей фирме человека. Поэтому к задаче вы оба должны отнестись с полной ответственностью. Домом будет заниматься другая бригада, а вам нужно сделать ровный бетонный пол в гараже и вот здесь... Тут у него будет котельная, - Алексей Иванович по-хозяйски расхаживал по объекту и показывал большой гараж и будущую котельную.

- Так бетон, когда высохнет - пылить ведь будет, - заикнулся Алексей и тут же предложил, - может потом полимер нанесём?

Алексей Иванович недовольно поморщился. Как, потом оказалось - нужно было всё сделать быстро и дёшево. Поэтому он, с недовольным видом сделал замечание Тюнину.

- Делай, Алексей, то что тебе сказали....

Вот и сидел, и думал - Кем стяжку делать? У Тюнина своя задача была и его нельзя было дёргать. А больше никого не было. Володя, пару дней тому назад внезапно уволился. А когда Илья Матвеевич, заговорил об отработке в две неделе, тот его чуть ли не три буквы послал.

- Тогда ты хрен Трудовую книжку получишь....

- Да она мне и не нужна... Можете себе на память забрать..., - развернулся и ушёл. Причина была простая. Фирма задолжала большую сумму денег ему, мне и Тюнину и вроде бы не собиралась отдавать.

Сам я тоже не собирался ручками работать и тоже раздумывал уже почти всерьёз об увольнении. Всё уже достало.

А пока сидел и думал, как сделать пол в гараже. Впрочем, пребывать в раздумье долго не пришлось.

- Борис Геннадьевич, тебе рабочие нужны? - В помещение бодро и жизнерадостно ввалился Илья Матвеевич.

- Пффф.... Ещё как нужны... А что есть? - Оживился я.

- Тююю... Да ещё и бетонщики..., - Илья Матвеевич открыл дверь в коридор и скомандовал, - Заходи...

Два таджика, в возрасте. Выглядят ничего. Работяги. И как все таджики - умеют ВСЁ. Евроремонт, плитка ложим, кирпичи кладём, умеем бетон делать.... Стандартная песня всех таджиков.

- Ну что ж, поехали... Посмотрим, как вы евроремонт умеете делать. - И отвёз их на коттедж важного человека.

- Оооо.... Сделаем. Ровный стяжка будит...

Там работы то было всего не всего и на следующий день они доложили - Работа выполнена. Мне было некогда и я их отпустил. А на следующий день разразился скандал....

В нашу комнату менеджеров ворвалась толпа. Четверых человек, конечно, толпой сложно назвать, но криком и шумом, суетой мельтешения вокруг моего стола - они создавали ощущение довольно большой толпы. Тем более, что кричали все одновременно. Но...,трое моих директоров пищали виновато, оправдывающе... А вот четвёртый, с типично еврейской внешностью - там только пейсы не свисали по обеим сторонам головы - орал. И орал с пониманием своего законного права орать.

- Вы чё там...? Да вы чё там наделали...? Да я вас всех... Разорюююю... На бабки поставлюююю... Только за то, что вы меня за лоха решили поставить...?! Алексей..., я же тебе доверял... Я же тебя просил... А после того, что вы мне наделали... Да меня кинули... Просто и банально кинули... Кинули на сраном гараже... Как я теперь другим буду глядеть в глаза, когда меня самого на каком-то сраном полу развели как последнего лоха. Приезжаю на дом и думаю, что сейчас увижу нормальный пол, А там... Вы что там - в пьяном угаре делали...? - И так далее, и тому подобное...

Мои что-то пищали в ответ, теребили меня, задавая идиотские вопросы, типа - Чего вы там наделали? Как так получилось...?

Тут же поворачивались, как я уже понял, к Заказчику и виновато блеяли - Что они упустили... и что даже подумать не могли, что так получится... Всё исправим... И исправим немедленно...

Но Заказчик продолжал бушевать, распаляя себя в гневе. И, судя по тому, как труханули мои работодатели, мужик представлял видать реальную угрозу. Вернее, не он сам, а тем что стоит за его спиной.

В конце концов, он наконец-то сдулся и уже в менее угрожающем тоне, но достаточно многообещающе, предложил: - Поехали на место, там разборки продолжим....

На этом активная часть обсуждения результатов нашей работы закончилась. Мы бодренько вышли из офиса и попрыгали по машинам. Заказчик в свой наикрутейший джип, похожий больше на небольшую яхту. Илья Матвеевич в машину сына, а я и появившийся в этот момент Тюнин, в машину Алексея Ивановича. Тот меньше всего суетился в этой суматохе, да и более адекватно реагировал на разные критические ситуации. Сел бы в машину Игоря, так бы всю дорогу слушал возмущённое нытьё отца и сына. А так, половину пути проехали в молчании, пока я не нарушил его.

- Алексей Иванович, кто это такой? С типично еврейской внешностью....

Финансовый директор коротко хохотнул, мельком глянув на меня: - У него не только еврейская внешность, у него еврейская работа, еврейская фамилия и он действительно еврей... Это директор банка, через который идёт наша обналичка, а фамилия у него...., - и чувством произнёс фамилию, заставив Тюнина на заднем сиденье весело засвистеть, а я не удержавшись прокомментировал.

- Да..., даже моя подозрительная фамилия, рядом не стояла....

- Вот..., вот..., - продолжил Алексей Иванович уже довольно грустно, - через вот эти свои финансовые ниточки он может нас очень здорово подставить...

- А что хоть вообще случилось? - Влез в разговор Тюнин.

- Говорит, что отвратительно сделан пол в гараже и котельной.

Остальную часть пути мы проделали в молчании, и я всё прикидывал - Как это можно было сделать обыкновенную стяжку, да ещё и Отвратительно...?

Но когда открыли ворота, стало понятно - оказывается, можно... И даже если поставить перед собой цель - Так сделать - Хрен получится!!!

Ну..., я думал... Ну..., пол будет в буграх..., не совсем ровный... Но ко всему перечисленному смело можно прибавить - пол был в многочисленных раковинах, в острых бетонных шипах. Причём, в таких - если с разбегу на них упадёшь, то получишь такие раны - хоть сразу вези в больницу. Такая же картина наблюдалась и в котельной. Вообще, непонятно - как это можно было сделать? Но ведь таджики сумели ЭТО сделать....

Заказчик молча и заинтересовано смотрел на нас и на нашу реакцию. А вокруг меня снова захороводились директора, словно исполняя ритуальный танец.

- Борис Геннадьевич, как же так? Тебе ж доверили, а ты... Почему так получилось...? - Были и другие вопросы. Причём, они так задавались, как будто я сам лично тут ЭТО и наворотил. Сначала я молчал. Дипломатично молчал, понимая, что в присутствии Заказчика надо иметь "жертву", "виновника"... А потом, когда Заказчик уйдёт, уже в спокойной обстановке, в своём кругу обсудить - Как делать? Какими силами? И в какое время? Да и заодно разобраться - Как такое могло получиться? И степень вины каждого....

Так оно и произошло, но только частично. Заказчика горячо заверили, что всё будет исправлено и даже будет ещё лучше. И он, успокоенный, уехал, пообещав, приехать ровно через неделю и сам лично будет проверять ровность и всё остальное. И не дай бог - ему не понравится....

Теперь, когда он стремительно уехал, оставив за собой густой пыльный шлейф, можно было приступать ко второму этапу - обсуждению.... Но не тут-то было, отец с сыном вновь обрушились на меня с новыми упрёками, что я их подставил и вообще... . Мне напомнили обо всех моих предгрешеньях - действительных и мнимых, и вполне возможных, которые я сделаю в будущем, что я при своём дурацком характере стерпеть прямо не смог.

Отчего пришлось возмущённо взрыкнуть: - Это что? С больной головы на здоровую, что ли?

- А кто же тогда виноват? Я что ли? - С обидой в ответ вскинулся Илья Матвеевич и, ткнув пальцем в сторону сына, продолжил обвиняющее вещать, - Или он? А может быть Алексей? Ты, Борис Геннадьевич, хоть иногда притормаживай и думай. Ты людей сюда выставлял, ты задачу им ставил и ты должен был их контролировать. Так что не надо в сторону уходить. Или ты что-то другое можешь сказать?

Ну..., блин... Так перекрутить и свалить всё на подчинённого... Да без зазрения совести. Хорошо... Будем немного учить жизни.... Если они, конечно, что-то поймут.

- Так..., - со значением и медленно протянул я, - да..., и людей сюда выставлял, и задачу им ставил, и обеспечивал всем, что было необходимо для устройства нормальной стяжки. Только вы, Илья Матвеевич, как-то забыли немного. Что это вы привели ко мне этих рабочих и именно они, и при вас, рассказывали, что они умеют ВСЁ. Да я их видел всего два раза - когда вы их привели и когда им ставил задачу. Ааа..., ещё раз видел, когда они доложили, что работа выполнена. А где вы их нашли..., или они вас нашли...? Я не знаю. Устраивать им экзамены на профпригодность, у меня времени не было и вы это отлично знаете. А сидеть с ними и контролировать четырёхчасовую работу - у меня тоже времени не было. Так что не надо валить часть своей вины на подчинённого. Это вас не красит как..., - я хотел добавить "как офицера" и "как полковника", но вовремя остановился. Это был бы явный перебор. Но Илья Матвеевич правильно понял меня и прямо взвился.

- Договаривайте, Борис Геннадьевич.... - Что там меня не красит? Или у меня было время экзамены проводить и я их принял на пятёрку, после чего сплавил вам...., - и в его словах тоже часть правды. Мы работали "с колёс" и по-другому не получалось.

Поэтому, хоть и с трудом, но сумел перевести разборки с этой скользкой темы в более конструктивное русло. Уже в офисе мне в упор задали вопрос - Как ты будешь исправлять эти недостатки? Причём, в таком непримиримом тоне, что я чуть ли опять не вспылил. Сжал зубы и почти спокойно парировал.

- Я что ли?

- Да ты, Борис Геннадьевич. - Игорь даже ручку нервно и громко бросил на стол, как бы ставя окончательную точку в этом вопросе.

- У меня рабочих нет. И вы прекрасно это знаете. Тюнин бесплатно делать ничего не будет, так как ему фирма задолжала выше крыши. Я сам лично тоже не буду. В мои обязанности это не входит. Да и бесплатно тоже работать неохота.

- Так..., - многозначительно произнёс Игорь, резко откинувшись на спинку кресла и переглянувшись с отцом. И я понял, что работа моя в фирме, вот на такой минорной ноте, закончилась. И зарплату, которую должен получить через неделю - не получу. То есть проработал этот месяц впустую. А в моих планах было поработать ещё месяца два, как минимум. Игорь уже было открыл рот, чтобы огласить прогнозируемое решение, но его опередил Алексей Иванович.

- Игорь, погоди, - повернулся ко мне, - Борис Геннадьевич, выйди. Погуляй...

Они довольно долго судили и рядили насчёт моей дальнейшей работы. Мне вечерком эти подробности рассказала Ольга, подслушав чересчур горячее обсуждение. Игорь и Илья Матвеевич требовали моего немедленного увольнение - Заеб...л он уже своими капризами.... Хватит...

Алексей Иванович стоял на более конструктивном решении - Да..., достаточно он приносит нам негатива своей независимостью. Но..., с другой стороны - дело он своё знает. И если он берётся, то его контролировать почти не надо. Кого вот вместо него ставить? Тюнин пока не потянет. Как исполнитель он хороший, а как организатор.... Пока нет. А уволить - мы всегда его успеем. Сейчас надо думать, как из этого хренового положения выходить. И тут пока без Цехановича не справиться....

Я тоже в это время не сидел сложа руки и пошушукался с Тюниным. Тот за бабки согласен был сработать. Причём, за гарантированные и сразу после работы деньги. Обговорили цену вопроса и тут меня вызвали в кабинет директоров.

Градус накала предыдущего разговора значительно снизился. Игорь с Ильёй Матвеевичём, обиженные и надутые, блуждали глазами по стенам и потолку и старались не глядеть на меня. А весь последующий разговор в свои руки взял Алексей Иванович.

- Борис Геннадьевич, погорячились и хорош. Давай своё решение по исправлению недостатков. - Спокойно предложил он.

Ну, вот другой разговор. Я сел на стул, закинул ногу на ногу и изложил своё виденье, в процессе которого Игорь и Илья Матвеевич аж подпрыгивали на своих места в возмущении, сопели, но молчали. Даже Алексей Иванович болезненно поморщился, услышав цену вопроса. Цену нашей работы с Тюниным - пять тысяч каждому по окончанию работы и возврат всех денег, которые они нам задолжали.

- Борис Геннадьевич, а не загнул ли ты? Отдадим мы деньги, но такую сумму разом не получится. Частями отдадим...

- Тогда и мы, даже частями делать ничего не будем. Не верю я вам, что отдадите. Если сразу не можете, то потом и тем более... Да и мне тогда, чего тут делать? - Я сделал движение, якобы сейчас встану и уйду совсем. И с фирмы тоже...

- Хорошо, будут вам деньги. Только сделайте всё нормально, - решительно вмешался Илья Матвеевич, а Игоря аж перекосило от такого смелого заявления отца. Хотя я и в эти слова не верил. Но раз они согласились с моими условиями, хотя бы на словах, мне корячиться было тоже не с руки.

За последующие полчаса плодотворно обсудили с Тюниным все варианты и остановились на следующем плане устранения, вернее исправления недостатков. План простой - шлифовка, обеспылевание и устройство наливного, бесшовного покрытия Цембекс светлого цвета. И трудности здесь были связаны лишь со шлифовкой, которую мы очень не любили. Даже опасались её и было отчего. Шлиф машина, советского образца, обрабатывала бетон специальными камнями. И всё бы ничего, но конструкция гнёзд для камней была тупая или недоработанная. А может быть, мы просто не имели достаточного опыта. И в этих гнёздах камни крепились деревянными колышками. И когда она раскрутится по максимуму, то камни вылетали оттуда с охеренной скоростью и способны были запросто перебить или поломать ноги - что было одно и то же. Бог нас миловал, но всегда, когда начинали шлифовать старое основание, эти камни летали по объекту, как малокалиберные снаряды.

На следующий день, на своей Газельке, закинул на коттедж шлиф машину, наладили её и с опаской запустили. Пару раз пришлось резво уворачиваться от камней, но потом пошло и Алексей со шлифовкой справился в одиночку. И тут у него родилась интересная идея, которую он мне изложил на следующий день.

- Борис Геннадьевич, слушай. Раз так получилось, то предлагаю не просто налить светлый и однотонный пол, а подойти с дизайнерским подходом. Предлагаю. В котельной сделать однотонный пол, а в гараже..., - тут ухватился за карандаш и несколькими резкими росчерками нарисовал схему заливки, - вот тут, вдоль всех стен по периметру делаем из светлого Цембекса полосу шириной 50сантиметров. А внутри этого свободного прямоугольника забабахать шахматную доску. Тоже, со сторонами по 50см - светлый квадрат, чёрный, светлый-чёрный. Тем более, что на складе у нас есть несколько мешков чёрного Цембекса. Ну, как идея?

- А что!? Нормально. Нашим начальникам просто необходимо утереть нос. А то совсем нас ни за что не воспринимают. Думают, если уволят, то придут другие более умелые и послушные....

Пришлось повозиться, особенно на "шахматной доске", но зато, через два дня, мы сами, с удовольствием глянули на результат работы. Красиво получилось.

За это время Илья Матвеевич лишь один раз вяло поинтересовался - Как дела на коттедже? И также рассеянно, думая о чём-то своём, кивнул головой, услышав, что там всё нормально. Игорь здоровался со мной нейтрально, отводя глаза в сторону, и старался как можно меньше общаться. Даже по рабочим моментам. Алексей Иванович тоже успокоился. Но никто не поехал, предварительно, перед приездом Заказчика, чтобы удостовериться в моих словах. Доверие у них ко мне всё-таки было: раз Цеханович сказал, что нормально - то значит там действительно было нормально.

В назначенное время в наше, менеджерское помещение, с грохотом и шумом ввалился Заказчик. С грохотом, потому что неумело тащил в одной руке новенькое двухметровое правило, чтобы замерять ровность пола, а в другой двухметровый уровень и все эти инструменты задевали стены, стукались об углы, а в наше помещение он попал вообще с третьего раза - всё никак не мог одновременно протащить эти рейки через стандартную дверь.

- Фуууу..., - выдохнул он с облегчением воздух и жизнерадостно проорал мне и появившемуся начальству, - Ну, что? Поехали..., я вас сейчас трахать на полу буду.

И яростно затряс приобретённым строительным инвентарём. Директора кисло переглянулись, наверняка, мигом пожалев, что они не съездили и не посмотрели - Как там дела? Потом разом и угрожающе глянули на меня с Тюниным, как бы намекая - Звиздец вам там будет, если что-то не так пойдёт...

Потом с фальшивым оживлением засуетились вокруг Заказчика, выхватывая из его рук эти прибамбасы, но тот их не отдал и двинулся на выход. Смешно было наблюдать, как он неуклюже пёрся с ними на выход, задевая и заваливая всё, что попадалось ему на пути, производя весёлый грохот и шум.

В этот раз я ехал на его машине. Уселся на переднее сиденье, убрав с него пару кусков какого-то небольшого эластичного материала. Были они округлой формы, приятные на ощупь и очень хорошо ложились в руки.

Ехали уже минуты две и Заказчик, с хитроватой улыбкой поглядывал на меня, потом спросил с подначкой, кивнув на мои руки: - Что - приятно?

- Ага... Так и хочется мять...

- А ты знаешь, что это такое?

Я оглядел эластичный материал и пожал плечами: - Да хрен его знает...

Заказчик заразительно засмеялся: - Да это ж силикон... Который в женскую грудь вставляют...

Я тоже засмеялся: - То то же приятно в руки ложится...

Так мы весело и доехали до его коттеджа. Перед тем, как остановиться, я его предупредил: - Вы только сразу не идите в гараж. Только после моего сигнала, чтобы мы успели подготовиться.

- Ага... Чтоб штаны ширинкой назад успели повернуть..., - и загоготал.

Так же я предупредил и наших директоров и мы с Тюниным ломанулись вверх по склону бугра. Шустро сняли полиэтиленовую плёнку, закрывающую пол и сами на мгновение залюбовались своей работой.

- Можно, - крикнул я от ворот гаража и первым в нашу сторону ринулся Заказчик с уровнем в правой руке и в левой с правилом.

- Ну..., сейчас я проверю, - рявкнул он, подходя к воротам и остановился, с изумлением рассматривая выполненную работу.

- Ничего себе.... Да тут и мерить-то нечего, - кинул он подходящим директорам и, аккуратно прислонив уровень с правилом к стене, снова уставился вглубь гаража. На лицах директоров появилось одинаково тоскливое выражение, превратно истолковав возглас Заказчика. Они остановились недалеко и неловко затоптались на месте небольшим табунком.

- Чего там стоите? Идите сюда..., посмотрите, что ваши наделали, - недовольно позвал Заказчик и директора обречённо двинулись к гаражу и как-то так получилось, что Илью Матвеевича вытолкнули вперёд, потом шёл Алексей Иванович, а сзади крался Игорь.

- Смотрите..., - и банкир театральным жестом заставил несмело заглянуть наше начальство во внутрь гаража. Смешно было наблюдать, как менялось выражение лиц директоров. Сначала опаска увидеть непотребство и ожидание ругани Заказчика. Потом недоумение, потому что разум отказывался верить тому, что видели глаза. Следом шло облегчение, которое даже не скрывалось. Осанка сразу выпрямлялась и начальственные тела принимали значимые позы, выражая ничем не обоснованное самодовольство - Да.., мы такие... Да..., мы можем и вот так... И даже лучше.

- Ладно.., ладно... Не надо тут пучить из себя, - тонко подметив эти метаморфозы, поддел наших директоров Заказчик. - Не вы это сделали, а они. Если бы не они - я бы вас сейчас здесь поимел по полной. А потом бы тебя, Алексей, только уже у себя в банке. Но надо сказать - Удивили парни. Удивили. Не ожидал такого увидеть. Молодцы.

Это он уже сказал нам. Походил внутри гаража, приседая в углах и любуясь с разных точек полом. Зашёл в котельную: - А чего тут не сделали также? - Услышали оттуда несколько разочарованный голос.

Я пихнул Тюнина в ту сторону. Это была его идея и пусть он берёт эти лавры на себя.

- Здесь мало пространства и смотреться не будет. Поэтому тут такой пол...

Они вышли оттуда и Заказчик снова присел, поглядел и, как бы размышляя, спросил у Алексея: - А если такой же пол сделать на втором этаже дома. В самой большой комнате?

Алексей не успел ответить, как вперёд выдвинулся Игорь: - Запросто... Обсудим, что вы хотите, может ещё что-нибудь предложим....

Банкир, всё также сидя на корточках, приподняв голову и исподлобья, с лёгким презрением поглядел на Игоря.

- Я ж не с тобой разговариваю. Ты сюда сзади всех шёл, а это сделали они. И их мнение хочу слышать.

Тюнин задумался на мгновение, а потом бойко ответил: - Не..., сделать мы это сможем. Но не советую. Дома нужен не этот, так сказать - бетон, а дерево. Деревянный пол. Там уж что выберите - паркет, ламинат или ещё что-то....

- А ты что скажешь? - Кивнул он мне.

- Полностью с ним согласен. Такой пол, - ткнул пальцем в пол гаража, - хорош в цехах, офисах, магазинах, а дома должно быть уютно, тепло и комфорта, чтобы после работы спокойно отдохнуть.

- Во..., слушайте. Вам бы только деньгу сорвать с таких как я. А парни, по-честному всё растолковали. Так.., - Заказчик выпрямился и ехидно продолжил, - зная вас..., поэтому хочу, чтобы вы при мне рассчитались с ребятами. Давайте...

- Да мы сейчас приедем в офис и рассчитаемся, - бодро заявил Илья Матвеевич, - у нас, как раз, сегодня день получки. Вот и получат всё. - И Игорь с Алексеем Ивановичем с готовностью закивали, подтверждая сказанное.

- Не..., - банкир замотал протестующе пальцем, - сейчас и при мне. Они заслужили.

Директора переглянулись с недовольным видом и Алексей Иванович нехотя потянул деньги из кармана. Также медленно отсчитал мне пять тысяч, потом Тюнину.

- Довольны? - Буркнул он.

- Довольны..., довольны, Алексей Иванович. А если вы сегодня вместе с получкой и долги нам вернёте, вообще довольны будем, - весело заявил я и щёлкнул тощей пачечкой денег по ладони. Зря, конечно, так сказал - лица директоров не хило посуровели и как только мы приедем в офис, мне объявят за такую наглость об Увольнении. Да и получку хрен наверно получу. Но вырвалось и уже ничего не поделаешь. Но вырвалось кстати. У Заказчика на лице появилось заинтересованное выражение, от того, что он правильно уловил интригу.

- Так.... так.., так. А ну-ка, Алексей, и получечку прямо сейчас им дай. При мне! - Последние слова он произнёс с жёсткой ноткой в голосе.

Алексей Иванович хмуро глянул на меня и молча отсчитал положенные нам деньги, буркнув в конце: - Приедем, зайдёте..., в ведомости распишетесь.

Фууу..., теперь и увольнение было не страшно. Я думал, что на этом всё самое интересное и закончилось. Сейчас Заказчик уедет и начнётся весёлая проза жизни - с руганью, криками и плясками Святого Витта.

Но не тут-то было. Аукцион невиданной щедрости продолжился и вперёд снова выдвинулся хозяин коттеджа и тоже с деньгами в руках. Правда, толстая пачка денег в его руках смотрелось гораздо лучше и интересней.

- Так... Сколько там вам заплатили? По пятёрке!? - Банкир заинтересованно поглядел на нас, помолчал и продолжил, одновременно отсчитывая купюры, - это вам от меня премия. Думал, хрен сможете исправить. А вы, молодцы.... Вот вам, тоже по пятёрке. И в ведомости расписываться не надо, - поддел он Алексея Ивановича.

- Я и другим теперь ваших парней советывать буду. А теперь..., - продолжил он, - меня вообще-то трудно удивить. А сегодня вам это удалось. Удивили и вот за это.... ещё получите, - и в наших руках появилось ещё по пятёрке.

Вот это - ДА! Эх ещё бы он и заставил тут же и долги отдать.... Вот было бы. Но Заказчик удовлетворив своё тщеславие, тут же слегка разочаровал меня с Тюниным. Попрощался с мигом заулыбавшимися натянутыми улыбками директорами и укатил по своим банкирским делам. Директора тоже походили, для приличия задали несколько дежурных вопросов, искоса глядя на меня, и тоже укатили, даже не предложив нам места в своих машинах.

Мы поглядели вслед им и я с сожалением высказался в сторону уехавшего начальства: - Вот и работай с такими... По мелкому гадят... Не взяли. Да и хер с вами, а мы сейчас пойдём и по пивку по дороге навернём...

- Борис Геннадьевич, что так долго? - Недовольно встретил меня Илья Матвеевич. Мы с Тюниным неплохо прогулялись, не пропуская ни одного магазина и киоска с пивом. А что - Заслужили. И в кармане уютно лежала четырёхмесячная зарплата, которая тоже, помимо большого количества пива, грела и подзуживала на небольшой кураж.

- А чего тогда нас не забрали? Вместе с вами бы прибыли..., - я глянул на Игоря и Алексея Ивановича, с мрачным видом сидевшие в своих кресла и готовых устроить мне "порку". - А то бросили, вот мы пешочком и топали. Вот и долго.

Илья Матвеевич недовольно поморщился: - Не бросили, а культурно показали твоё место в фирме...

- Чтоб ты не особо вякал, а если что-то захотел сказать - чтоб сначала хорошо подумал, - поддержал отца Игорь. А когда тот не стал дальше развивать свою мысль, вступил в дело Алексей Иванович.

- Не совсем красиво ты поступил в присутствии Заказчика. Наши отношения между нами внутри фирмы - это наши отношения. И Заказчику их совсем не обязательно о них знать. Мы можем это между собой всегда решить...

- Ну, так давайте решать, - прервал я Алексея Ивановича, - мне вы должны три тысячи рублей.

- Какие три тысячи? - Удивился Илья Матвеевич.

- Как какие? А ванна под химию на УЗХРе, там были бетонные работы, а потом химстойкое покрытие... Забыли что ли? Или вы там нанимали других работяг. А бетонный пол с топпингом на охранном предприятии...? Дальше перечислять или вы думаете, что это я так работал... В благодарность к вам... Денежке вы ведь в полном объёме оттуда получили. Это мне три тысячи, а Тюнину вы гораздо больше должны...

- Ладно. С тобой разберёмся, а вот с какого хера у Тюнина аж 18 тысяч набралось? - Загорячился Илья Матвеевич, а Игорь вставил свою "копейку", - мы ещё с него штраф сдерём, за то что "налево" работал на оборудовании фирмы. Пусть ещё спасибо скажет, что не уволили...

- Да вы сначала заплатите, а потом про штрафы говорите. Вы Илья Матвеевич три дня тому назад с этими цифрами согласились, когда я их озвучил - один на один, а сейчас в чего-то в сторону уходите. Стесняетесь, что ли? Так только что тут говорили, что мы в своей фирме сами разберёмся. А тут сразу в сторону уходите. Так за свои слова тоже надо отвечать....

- Я за свои слова всегда отвечаю, - с гонором отпарировал Илья Матвеевич и пошёл в отказ, - ни про какие восемнадцать тысяч не знаю. Ты, Борис Геннадьевич, ещё очень молод, чтобы в словах полковника сомневаться....

- Аааа... Так это я ещё и вру. То есть полковник честный, а подполковник искажает факты. Спасибо. - Я развернулся и, громко хлопнув дверью, вышел в приёмную.

- Ольга, дай бумагу, - нервно попросил секретаршу. Та молча протянула стандартный листок и я, размашисто, крупными буквами, коряво, как будто только что закончил курсы ликвидации неграмотности, накатал заявление на увольнение. И двинул обратно в кабинет директоров.

- Три тысячи свои я вам дарю. А с Тюниным. за его деньги, внутри фирмы сами договаривайтесь, - и швырнул листок на стол.

В коридоре, уже почти на выходе, столкнулся с Алексеем: - Лёха..., всё. Уволился. Пошли они на хер.

- Да ты что, Борис Геннадьевич? А я...? А полы? - Выпалил в изумлении товарищ.

- Да пошло оно... Чтоб я ещё связался со строительством... Да ещё и с полами... Да - НИКОГДА В ЖИЗНЬ! Затрахало всё. А работу я всегда найду.

Хлопнул дверь и ушёл.


Продолжение следует