# Мулла

Алексей Анатольевич Чаботько

Кабульские встречи

Мулла


В штабе 40-й армии ожидали прибытия с инспекторской проверкой Маршала Советского Союза. Какого, не помню, да это и не важно. Естественно, командование армии готовилось к приему высокого начальcтва. Отзвуки этой подготовки докатились через только что созданный 342 УИР (управление инженерных работ) и до нашей 159 ОДСБ (отдельной дорожно-строительной бригады).

Появление нового руководящего органа в вопросах обустройства войск в Афганистане в лице 342 УИР отрицательно воспринималось всеми офицерами бригады, приложившими массу усилий для создания в полевых условиях на пустом месте военных городков, парковых и хозяйственных зон батальонов, организации собственной производственной базы по выпуску за счет местных инертных материалов строительных конструкций, регулярной доставки автомобильными колоннами из Союза элементов сборно-щитовых казарм, различных строительных материалов от цемента, кровельных материалов до гвоздей и многое другое. Но решение нашего прямого начальника, заместителя Министра обороны по строительству и расквартированию войск, по подчинению бригады УИРу, не подлежало обсуждению.

Ожидалось, что Маршал Советского Союза может посетить полк, обеспечивающий охрану штаба 40 армии.

Грунтовая подъездная дорога от дворца Амина до городка полка была разбитой, в ухабах и требовала ремонта. К тому же она пересекалась небольшой горной речушкой, движение машин и боевой техники через которую осуществлялось вброд.


Кабул.

Дворец Амина.

Его восстанавливали

бойцы 159 ОДСБ


Перед нашим батальоном механизации была поставлена задача в кратчайший срок сделать ремонт дорожного полотна, отсыпать проезжую часть щебнем и уплотнить его, нарезать кюветы и, самое сложное, установить трубу для пропуска вод речки в теле насыпи дороги.


Командир 2-й роты 1720 батальона механизации 159 ОДСБ ст. лейтенант Розов В.Н.


С этой целью на объекте была сосредоточена необходимая в таких случаях строительно-дорожная техника: бульдозер, автокран, автогрейдер, каток и автоскреперы, а также взвод личного состава под командой командира 2-й роты ст. лейтенанта Розова В.Н.

Поставленная перед нами задача была выполнена в срок и поездка Маршала Советского Союза в полк должна была пройти комфортно, без тряски и пыли.

И все бы хорошо, но через несколько дней наша работа по прокладке участка дороги приняла неожиданный оборот.

По случаю убытия в отпуск зампотеха батальона майора Меньшенина Ю.М. я исполнял его обязанности. К тому же комбат с начальником штаба и замполитом убыли в 342 УИР на совещание по дисциплине. В качестве старшего начальника в батальоне оставили меня.

Нахожусь в парковой зоне. Прибегает дневальный по парку и сообщает, что дежурный по батальону просит срочно подойти в штабную палатку к телефону. Выясняется, что на КПП бригады находятся два майора Афганской армии, которые хотят встретиться с командованием батальона механизации по очень важному делу. Прошу пропустить, вызываю переводчика-таджика и выхожу к воротам части встречать непрошенных гостей.

Подъезжает белый "Ниссан" с афганскими номерами, из которого выходят два совершено разных по виду офицера-афганца: один невысокого роста, мешковатый, полный, с блуждающим неуверенным взглядом, второй - с великолепной офицерской выправкой, спокойными и уверенными движениями, гордый красавец-пуштун.

Через переводчика прошу гостей пройти в размещающийся в 40-местной палатке кабинет командира, который использовался также для проведения совещаний с офицерским составом и прапорщиками части. Обстановка кабинета аскетична. Несколько разнообразят обстановку только два больших вращающихся вентилятора, да панели стен палатки, обшитые плитками из прессованных опилок, в лицевую поверхность которых вкраплены веточки забайкальского багульника, что вызывает неподдельный интерес афганцев.

Объясняю, откуда и каким образом привезена эта плитка, рассказываю, как красиво цветет багульник, какие в Забайкалье морозы и как там сейчас прохладно.

В палатке, несмотря на вентиляторы, было жарко. Предложил гостям холодный чай и интересуюсь, чем обязаны их визиту.

Они рассказывают, что во время выполнения нами задачи по ремонту подъездной дороги пострадала собственность низкорослого майора-афганца. Его легковой автомобиль "Тойота" был оставлен на обочине дороги возле штаба Афганской армии. По маршруту, проходящему мимо этого штаба, наши бойцы возили скреперами каменистый грунт на "бугры" к месту производства дорожных работ.

Самоходный скрепер МоАЗ Д-357, стоящий на вооружении нашего батальона, представлял собой мощную универсальную строительно-дорожную машину, предназначенную для послойной разработки грунтов различной плотности, их транспортировки и отсыпки слоем заданной толщины. Мощь скрепера характеризуют такие данные, как полная масса с грузом - 36 тонн, максимальная скорость транспортировки - до 50 км/час, и высота колеса в рост взрослого человека.

Накануне этого случая мы получили молодое пополнение из Союза. За каждой сложной машиной закрепили к старослужащим по молодому бойцу в качестве учеников.

И вот представьте себе картину - по дороге, имеющей плавный округлый изгиб возле штаба Афганской армии, на обочине которой стоит миниатюрная "Тайота", со скоростью 40 км/час движется 36-тонная махина скрепера, за рулем которой сидит молодой солдат без достаточного опыта вождения.

Как впоследствии объясняли виновники дорожно-транспортного происшествия, они "не почувствовали", что наехали задним колесом на легковушку. Соотношение веса и размеров были не в пользу автомобиля и привело к тому, что "Тойота" восстановлению не подлежала.

Переговоры по урегулированию конфликтной ситуации к взаимному согласию не привели. Афганцы настаивали на компенсации нанесенного ущерба деньгами. Мы со своей стороны, не имея такой возможности, предлагали возместить нанесенный нашими бойцами урон запасными частями к автомобильной и дорожной технике, либо продуктами питания.

Чувствуя, что переговоры заходят в тупик, предложил афганцам сделать небольшой перерыв и перекусить.

По команде начпрода батальона ст. прапорщика Бояна бойцы оперативно накрыли большой стол для совещаний в кабинете командира, принесли несколько порций обеда из офицерской столовой, добавили кое-что из продуктов складского запаса.

У меня была фляга со спиртом. Сомневался, стоит ли афганским офицерам его предлагать в качестве выпивки или нет. В конце концов решился. Афганцы испугано отказывались, затем, устав от моих настойчивых просьб, сдались. Показал им, как нужно разводить спирт водой, как пьют шурави неразведенный спирт по образцу фрагмента в фильме "Судьба человека".

Выпили за советско-афганскую дружбу. Завязался непринужденный разговор. Рассказали друг другу о себе. Высокий афганец действительно оказался из кочевого племени пуштунов, окончил военный колледж в Англии, командует батальоном, охраняющим мавзолей Тимур-шаха, перенесшего столицу из Кандагара в Кабул, летний павильон эмира Абдуррахмана и могилы самого эмира, его семьи и императора Джахангира.

Выпили еще. Разобраться в запутанной истории древнего Афганистана было сложно. Но меня не история интересовала, а разрешение непростой конфликтной ситуации. Однако мои попытки перейти к ее решению со стороны афганцев никакого отклика не находили. Майоры хорошо захмелели. Вышли на свежий воздух. На мой вопрос: "Что будем делать дальше?" они предложили приехать в гости в расположение афганского батальона. Пришлось приглашение принять. Расстались друзьями.

В круговерти решения неотложных вопросов эксплуатации и ремонта техники, подготовки колонны тяжелых машин к маршу в Союз прошло более недели.


Cт.лейтенант Чаботько А.А. проводит краткую беседу и инструктаж крановщиков перед выездом на линию. Кабул. Хайрхана. ТеплыйСтан


Звонок с КПП бригады - меня ждет офицер-афганец для разговора. Сажусь в машину и еду на КПП. Встречаемся со старым знакомым, пострадавшим от наших скреперистов. Повторно приглашает в гости и просит назначить конкретную дату и время. Определяемся на ближайшее наше, а не афганское (по-нашему пятница), воскресенье.

После завтрака и моих уговоров выезжаем на автобусе вместе с заместителем командира батальона майором Горским В.К., прихватив с собой нехитрые гостинцы со склада: печенье, рыбные консервы, говяжью тушенку и флягу со спиртом. В оговоренном месте нас встречают и сопровождают в расположение афганского батальона охраны, находящегося на пологой горе в центре Кабула в прохладной тени сосен. Встречают нас старые знакомые. После обмена приветствиями с традиционными афганскими вопросами о здоровье, наших делах и т.д. (ХубОсти, ЧетурОсти, ДжурОсти) нам предлагают чай, конфеты. Лучшего чая мне раньше не приходилось пробовать. Обратил внимание на значительную дистанцию между афганскими офицерами и солдатами по сравнению с нашей армией.

М-р Горский В.К. - капитан сборной бригады перед встречей по волейболу с афганскими дорожниками


После недолгого представления незнакомых офицеров друг другу, краткого общения поступает предложение от хозяина-пуштуна пройти к накрытому столу на открытом воздухе под сенью деревьев.

Место прекрасное, удобные плетеные стулья, отличный вид на раскинувшийся внизу Кабул, дует легкий приятный ветерок. Где-то тихо журчит вода. На столе овощи, фрукты, афганский тоненький с белыми и светловато-коричневыми зернами рис, лепешки, вино. Откуда-то рядом до нас доносится запах дыма и готовящегося шашлыка. После нашего открытого обжигающему солнцу и пыльному ветру Теплого стана кажется, что мы попали в рай. Красота!

За столом вместе с известными читателю лицами присутствовали еще два майора-афганца: замполит батальона, проводящий в солдатские массы политику Народно-демократической партии Афганистана (НДПА) и мулла -представитель мусульманского духовенства. В замполите ничего не было примечательного, кроме того, что он был интеллигентным, предупредительным, спокойным человеком, был сухощав и неплохо знал русский язык.

Мулла - полная противоположность замполиту. Уверенный в себе, в постоянном движении, несмотря на полноту, смеющийся, старающийся со всеми быть запанибрата. Хотя взгляд у него был очень внимательным и иногда в них сверкали недобрые искорки. По крайней мере, мне так казалось. Он мне внешне чем-то напоминал Берию.

Афганские солдаты подают нам первые порции аппетитного шашлыка и приносят бутылочки розовато-морковного цвета почти полностью замерзшей фанты. И тут возникает заминка - нечем открыть вино и фанту. С первым удалось разобраться быстро, используя известный способ открывания бутылок, закупоренных пробкой. А вот фанту никак не удавалось открыть, т.к. афганские алюминиевые вилки и ложки были очень мягкими.

На память мне пришел однажды виденный у десантников Витебской дивизии случай открытия бутылок при помощи пистолета.

Молча, без предупреждения, достаю из-за пояса брюк "макарова". Смотрю, сидящий рядом со мной мулла вздрогнул и с опаской смотрит в мою сторону. Вытаскиваю магазин, затвор перемещаю в заднее положение и ставлю его на затворную задержку. Вставляю пробку между стволом и рамкой и открываю бутылку за бутылкой. Срываю аплодисменты. Особенно радуется мулла, одобрительно похлопывая меня по плечу.

Поднимаем один за другим бокалы, звучат тосты, настроение у всех великолепное. Шутим, особенно этим отличается мулла. Куда-то исчез языковой барьер. Дошла очередь и до нашего сверхсекретного оружия - спирта.

Отдохнули мы хорошо, расслабились, что-то узнали из жизни афганцев. Расставались с некоторым сожалением. Пора домой.

Узнав, по какому маршруту мы поедем, за нами увязался мулла. Он хорошо захмелел, шутил, говорил, что не знает, к какой жене ему ехать. Несколько раз мы останавливались, прощались с ним по-афгански - мулла с удовольствием обнимался и целовался с каждым из нас. Он выходил, осматривался и возвращался назад к нам, объясняя, что обознался. И так повторялось бесконечно.

Когда он наконец вышел из автобуса окончательно, мы вздохнули с облегчением и, немного отъехав, как по команде, дружно сплюнули в открытые окна автобуса.


Примечание:

Тимур-шах - сын Ахмад-шаха.


Ахмад-шах (1747--1773) -- основатель независимого Афганского государства -- империи Дуррани , полководец пуштун Ахмад-хан. Объявив себя шахом, он принял титул Дур-и-Дуррани ( "жемчужина из жемчужин"), объединил разрозненные афганские племена и сделал Кандагар столицей афганского государства, включавшего большую часть бассейна Инда. Ко времени его правления относятся первые дружественные контакты с Россией.


Абдуррахман сохранил независимость Афганистана во 2-ой англо-афганской войне.


Император Джахангир - из семьи Великих Моголов.


1