# Дорошенко В.Ф. Рокада

Алексей Анатольевич Чаботько

Неопубликованные воспоминания

Полковник Дорошенко В.Ф.


Родился 5 октября 1927 гола на Украине. Война, оккупация, последний "военный призыв" - 1944 год. Участие в боях в 17-м отдельном артиллерийском полку.

Срочная служба в Одесском военном округе.

Курсы офицерского состава и служба в ГСВГ, Одесском военном округе, УрВО, СибВО, ТуркВО, МВО, ПриВО, ЗабВО.

С 1971 по 1975 год в должности командира 126 отдельного автомобильного батальона 159 отдельной дорожно-строительной бригады участвовал в строительстве автодороги М-55 "Байкал".

Батальон был лучшим не только в бригаде, но и в округе. За успехи в руководстве частью в 1974 году награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Другие награды: Орден Отечественной войны 2-й степени, медали "За взятие Берлина", "За Победу над Германией" и многие другие.

Умер 7 декабря 2010 года. Похоронен в Москве.

Вечная ему память.


Рокада.

(Мемуары)


Будем честны и кратки. Эти воспоминания я написал, прежде всего, для своих друзей. Рассказывая о тех событиях, свидетелем и участником которых являлся, я напоминаю о том, что мы вместе с друзьями пережили. Участникам этих событий легче понять практические и личные решения, которые приходилось принимать мне как командиру.

Нам всем, и командирам, и подчинённым, пришлось испытать многое. Что хотя бы значит уехать без семьи в неизвестную даль, в Забайкалье, из города Йошкар-Ола (Марийская АССР), где тогда находилась наша часть.

Начальником строительства ракетно-ядерного объекта в Йошкар-Оле был полковник-инженер Питалев Герман Михайлович. Он мне запомнился очень энергичным, подвижным, исполнительным, честным человеком, заботливым командиром. Молодой, общительный, полный надежд, жизни. Он человек исключительной честности и благородства.

Молодому поколению двадцать первого века то время, наполненное глубоко волнующими для нас событиями, о которых я, свидетель, рассказываю сейчас нередко представляется седой стариной. Поэтому, повествуя о том, что довелось пережить мне и моим подчинённым, я хотел бы помочь нынешней молодёжи осмыслить и понять патриотическую атмосферу, царившую в то время.

Однажды в один прекрасный весенний день меня вызвали в Главное управление специального строительства Минобороны Советского Союза, где нас, командиров частей, принял генерал-полковник-инженер К.М Вертелов. На стене кабинета висела огромная карта Сибири, а на столе начальника главка лежала подробная карта Забайкалья.

Была поставлена задача по передислокации частей, в том числе и нашей, в Забайкалье для строительства рокадной автомобильной дороги Улан-Удэ - Чита.

Итак, цель поставлена! Есть такое великое слово - "надо", которое всё расставляет по своим местам. Батальон отправлялся в город Петровск-Забайкальский в распоряжение 159 Отдельной дорожно-строительной бригады, которую формировал инженер-подполковник Ю.В. Субботин.

На второй день нас вызвали на приём в Министерство обороны. Принимал нас заместитель Министра обороны по строительству и расквартированию войск генерал армии А.Н. Комаровский. Мы обсуждали значение рокадной дороги для экспедирования военных и народно- хозяйственных грузов.

По возвращении в свою часть, которая стояла на площадке Ноль (её называли Нолька) в 10-и километрах от города Йошкар-Ола, я собрал подчиненных на планёрку. Все чувствовали, что предстоит переезд, но не знали куда. А я, командир, приехал только что из Москвы и привёз новости. И чтобы служба мёдом не казалась, я сообщил, что нам предстоит переезд в далёкое Забайкалье.

Всеобщее неудовольствие вызвало то обстоятельство, что опять приходилось уезжать без семей, поскольку в Забайкалье не было жилья (хотя мы привыкли к этому, ведь это был уже седьмой переезд части). И мне пришлось им напомнить, что:

- наш автомобильный батальон формировался в 1960 году в городе Тирасполе, входившим тогда в Одесский военный округ. Формированием занимался танкист-подполковник Ковалёв Иван Сергеевич. И с этого времени часть поступила в распоряжение Главного управления специального строительства МО СССР, которое строило объекты ракетно-ядерного комплекса.

- далее последовала передислокация в Уральский военный округ, в город Нижний Тагил;

- затем был переезд в Сибирский военный округ, город Тюмень, станция Богандинская;

- позднее - передислокация в Туркестанский военный округ, станция Тюра-Там, Байконур;

- в 1967 году часть передислоцировали в Московский военный округ в Кострому, посёлок Сусаннино;

- потом переезд в Приволжский военный округ, город Йошкар-Ола.

И вот теперь предстоит переехать части в Забайкалье, в город Петровск-Забайкальский. Так как перед страной открывались новые перспективы развития транспортной системы Сибири для нужд народного хозяйства и обороны.

Мы уже давно уяснили, что в жизни нужно рассчитывать только на самих себя. Это более надёжный вариант.

Принятые нами меры дали возможность в короткие сроки передислоцировать часть тремя эшелонами.

Первой погрузку техники, имущества и личного состава произвела 1-я рота старшего лейтенанта Е. Добрышкина. Начальником эшелона был назначен заместитель командира по хозяйственной части майор П.И. Краснов.

Вторым эшелоном шла 2-я рота во главе с начальником штаба батальона майором В. Бережным.

Третьим эшелоном была отправлена 3-я рота капитана А.В Новикова и ремонтная рота старшего лейтенанта А.П. Старцева. Этот эшелон возглавил я.

Для сдачи подвижной автомобильной ремонтной мастерской N3 (ПАРМ-З) пришлось оставить заместителя командира по технической части майора Легкодыма Ивана Васильевича и отделение ремонтников.

Медицинскую часть возглавлял врач автобата лейтенант Василий Васильевич Лябин, отличный специалист, потрясающий и удивительный человек.

Железнодорожные эшелоны по сорок платформ и вагонов каждый отправились до места назначения в Забайкалье. Мимо нас проплывали необъятные сибирские просторы!

На одной из стоянок эшелона в вагон вошёл капитан и, представившись, доложил, что он, Халитов Альфред Усманович, назначен к нам в батальон на должность заместителя командира по политической части вместо заболевшего майора Яничкина Анатолия Дмитриевича. Он рассказал, что в 1971 году окончил историко-филологический факультет Казанского университета им. Ленина. Срочную службу проходил в артиллерийских частях в Туркестанском военном округе.

Забегая вперёд, хочу сказать, что он оказывал мне огромную помощь в воспитании рядового, сержантского и офицерского состава. В части не было "дедовщины", хотя имелись случаи нарушения воинской дисциплины. Были и аварии, но катастроф, слава Богу, не было. По прибытии молодого пополнения водителей, мы их обучали в течение месяца вождению машин, а потом подсаживали их к старослужащим водителям. Они были стажёрами, и на машинах с правой стороны лобового стекла и на заднем борту кузова выставляли табличку "Ученик".

По прибытии в часть пополнения, я, как командир части, принял решение поговорить "по душам" с молодёжью, пока готовилось обмундирование и топилась баня. Беседа длилась несколько часов, разговаривали обо всём, что интересовало солдат.

Разговор был необходим также для того, чтобы не допустить "дедовщины". Я инструктировал, как нужно действовать, если кто-то будет издеваться, к кому обращаться и т.д. После меня беседу проводили капитан А.У. Халитов и начальник штаба майор В. Бережной.

Такие разговоры давали положительные результаты: никто из солдат не покинул часть, никто не был осуждён за нарушения. И наконец, нами проводился жесткий контроль на трассе и в казарме после отбоя. Вот таким образом искоренялась "дедовщина" и нарушения воинской дисциплины.

Еще несколько слов о капитане Халитове. Он показал себя эрудированным, хорошо воспитанным, внимательным, с большой интеллектуальной силой человеком. Это мощная, притягательная, мыслящая и ответственная личность. Такой вот воспитатель! Работая с ним я пришёл к выводу, что важнее всего для человека не только сильный характер, но и осознание цели в свой жизни и движение к ней. Для него такой целью было воспитание достойного солдата. Несмотря на молодость, он уже научился справляться с серьёзными задачами. С каждым днём он набирался опыта, правильно решал задачи по воспитанию личного состава части. Он был беспредельно жизнелюбив и столь же гостеприимен. Когда же его выдвинули по службе на должность заместителя начальника политотдела бригады, мы были за него рады.

Каждый уголок нашей огромной страны имеет свои прелести, необходимо только их разглядеть. Подъезжаем к Байкалу.

Открыть Байкал для России суждено было енисейскому казаку Курбатову Афанасию Ивановичу, который более трёхсот лет тому назад побывал со своей казацкой дружиной в этих удивительных краях. Он первый принялся составлять "чертёж Байкалу и в Байкал падучим рекам и землицам..."

По приказу Петра I в Нерчинске построили сереброплавильный завод, а в Петровске-Забайкальском -- железоделательный завод. С этого и началось развитие промышленности Забайкалья.

Откуда пошло название озера Байкал? Долго спорят по этому поводу учёные. Одна из гипотез гласит: на якутском языке "бай" означает "богатый", "кель" - "озеро" - "богатые воды". Именно так переводят название озера якуты, потомки местных жителей, курикан. Впрочем, так же оно звучит и на языках других тюркских народов.

Как ответить на вопрос, сколько лет Байкалу? Учеными предполагались различные способы определения возраста озера... и получались различные результаты: от нескольких тысяч до нескольких десятков миллионов лет.

Глубина озера достигает 1620 метров. По одной из версий 20 миллионов лет назад в Сибири случилось сверхмощное землетрясение, в результате которого на большой территории опустилась земля и образовалась огромная впадина. Эта узкая яма, как рана на теле планеты, прорезала реки и горы, леса и степи, под землю ушли все живые и неживые обитатели тех мест. Только быстрые горные реки не прекратили своё течение. Они устремились в провал водопадами, и долгие годы заполняли его. Сейчас в Байкал впадает более 300 рек, им потребовалось около 400 лет, чтобы заполнить каменную чашу. Насколько это много - судите сами. В котловину Байкала можно было бы вылить воду 110-и таких морей как Азовское.

Байкал - жемчужина Сибири. После Иркутска кажется, что вдруг за поворотом, лежит на земле большой отвалившийся кусок неба. Что за чудо! Но как только пройдёт первое изумление, замечаешь отблески солнца на голубой глади воды, сливающейся с горизонтом. Море! Огромное, бескрайнее море, которое не окинешь глазом. Вода прозрачная, необыкновенная, сквозь неё видно дно. Берега гористые, покрытые лесами. "Богатое озеро" изобилует рыбой. Знаменитый омуль - "царская рыба".

Но и это благоденствие нарушают природные стихии. В 1950-м и 1959-м годах на Байкале были сильные землетрясения. Разрушению подверглись дома, дороги. Из-за обвалов на железной дороге было остановлено движение поездов.

Байкал не перестаёт удивлять людей. Нрав этого старейшего в мире озера и сегодня до конца не изучен. Но красота края завораживает. Это можно почувствовать, только побывав на месте. Воистину, природа Байкала удивительна и чудесна!

Эшелоны шли около 12-15 дней до станции Петровский Завод. Наш последний эшелон был остановлен на участке, проходившем вокруг Байкала. Перед этим несколько суток подряд шли страшные ливни, реки вздулись, потоки бешеной воды сметали всё на своём пути. Не остановила разыгравшуюся стихию и насыпь железной дороги. Сильные обвалы размыли полотно, эшелоны с двух сторон остановились, в том числе и наш. Ремонтные бригады из Иркутска и Улан-Удэ работали днём и ночью, освобождая железнодорожное полотно от упавших камней и деревьев, занимаясь восстановлением движения поездов, которые стояли впритык друг к другу.

Мы стояли на путях всего в нескольких метрах от воды. Решили искупаться, но вода оказалась очень холодной. Тем не менее, нам всё-таки удалось помыть ноги и постирать портянки. А на одной из вершин сопок мы увидели огромный бюст Сталина, который был виден со всех сторон по ходу движения поезда.

Поезд движется так извилисто, что видишь то переднюю часть локомотива, то последние вагоны. Здесь, в Забайкалье, мы почувствовали величие гор, а себя -- песчинками в этом огромном мире. Именно в высокогорье происходит переоценка ценностей.

Эшелон подходит к станции Петровский Завод, на перроне нас встречают представители отдельной дорожно-строительной бригады: заместитель командира бригады по тылу, подполковник Некрасовский Леонид Моисеевич, заместитель командира бригады по технической части подполковник-инженер В.А. Шевченко, офицеры нашей части. Нам было определено местоположение части на восточной стороне села Новопавловка, что в сорока километрах от города.

На перроне вокзала г. Петровск-Забайкальского установлен памятник-обелиск декабристам. Город окружают сопки, поросшие лесом. Возвышается над городом сопка декабриста Лунина, продуваемая всеми ветрами. Когда мы вместе с инженером-подполковником В.А. Шевченко (с которым мне пришлось служить на Байконуре) поднимались на вершину сопки Лунина, мы чувствовали, что не остаётся сил на другие эмоции. Один восторг! Весь мир как на ладони! Сопки, тайга. Слова ни к чему. Мы молчим.

Спускаемся, то и дело, приземляясь на пятую точку. Ноги уже не гнутся. Но нужно двигаться дальше, на станцию Новопавловка.

Мы прибыли на станцию Новопавловка 1 августа 1971 года. Это большое село. Из предприятий только лесопромышленный комплекс и угольный разрез и сопки, сопки, поросшие тайгой...

Часть расположилась на восточной окраине села, на опушке леса. На станции нас встречал майор Науменко, командир дорожно-строительной части. Он прибыл со своей частью из Костромы и уже начал собирать сборно-щитовые дома и казармы для личного состава. Ему была поставлена задача: построить городок для двух наших частей: солдатскую столовую, штаб, солдатский клуб, казармы, а также построить в селе два сборно-щитовых дома для офицеров батальонов.

Личный состав поселился в палатках. И у костров на ночных стоянках из-за того, что было холодно, неунывающие ротные остряки смеялись, что у отчаянно мёрзнувших солдат "с одного бока июль, а с другого декабрь".

Строительные материалы поступали на станцию ежедневно. Разгрузкой занимались солдаты командира дорожно-строительной части Науменко. Доставкой грузов занимался полковник Некрасовский Леонид Моисеевич, который неутомимо днём и ночью звонил, слал телефонограммы и заявки в Москву и в близлежащие строительные организации Сибири на строительные, горюче-смазочные материалы, битум, железобетонные изделия. Я запомнил его как чуткого, надёжного, умного и трудолюбивого человека. В нём был сильный внутренний стержень, поэтому на него можно было всегда и во всём положиться.

Поскольку до трескучих забайкальских морозов необходимо было успеть вселить личный состав в казармы, военные дорожники работали без перерыва. Одновременно силами нашего водительского состава и ремонтников авторемонтной роты А.П. Старцева начали строить склад запасных частей, пункт технического обслуживания и цеха: моторный, сварочный, кузовной, аккумуляторный и др.

Автомобильный парк обнесли изгородью из колючей проволоки, установили вагончик под КТП (контрольно-технический пункт) и разграничили стоянки между ротами, покрасили столбики белой краской. Предварительно выровняли землю грейдерами, скреперами, прокопали водосливные канавы. В каждом подразделении поставили машины передвижной авторемонтной мастерской ПАРМ-1.

Невдалеке оборудовали и огородили изгородью, покрашенной белой краской, подъезд к складу горюче-смазочных материалов. Обустроили заправочный пункт автомобилей. Этой работой занимались начальник горюче-смазочных материалов, старший лейтенант А.А. Дроздов, кладовщик, старшина В.Н. Резник и приданный им личный состав.

Автомобильный парк и склад горюче-смазочных материалов выделялся своей непривычностью на фоне сибирской земли. Автомобили: КрАЗы, МАЗы и ЗИЛ-555 ежедневно выезжали в рейсы, перевозили строительные материалы, балки мостовых пролетов, трубы, сборно-щитовые изделия для казарм, вывозили грунт в выемки, отсыпали полотно дороги и т.д.

В соседнем селе Тарбагатай стояла воинская механизированная дорожно-строительная часть, которой командовал майор А.И. Зданчук. Он обеспечивал строительство дороги специальной техникой: экскаваторами, скреперами, бульдозерами, катками и т.п. Так и работали три части вместе на одном из важных участков дороги в производственной связке.

После 15 августа 1971 года началось постепенное понижение температуры, ежедневно на один градус. Начал падать снег, а в январе 1972 года начались трескучие сибирские морозы, которые достигали отметок в -50 -53 С. От морозов ломалось железо, трескалась резина, с трудом заводились двигатели машин. При буксировке машин колёса шли юзом, скользили, а масло в двигателях, коробках передач и задних мостах застывало, двигатели ломались. Лопались блоки, так как мы их заливали горячей водой (вместо антифриза, которого не было). Пришлось дать указание каждому водителю, чтобы имели при себе проволоку, с помощью которой при замерзании нужно было прочищать отверстие сливного краника блока двигателя. Мы ставили две-три машины в тёплый бокс мастерских и утром заводили машины с буксира, хотя это и не положено. Были сделаны из листового железа поддоны-жаровни, в которые заливали солярку, поджигали ее и ставили их под картер двигателя, коробку передач и задний мост. Таким образом заводили машины, которые выходили в рейс.

Только на следующий год нам привезли оборудование: печь работала на солярке, а трубы развели по подразделениям для 1-ой, 2-ой и 3-ей роты. Трубы имели подводку к двигателям и картерам задних мостов. К ним подавался горячий воздух, благодаря чему машины заводились быстрее.

Когда я описываю морозы в Забайкалье, у меня всплывает в памяти служба в Германии. Там была похожая ситуация. В Германии я служил в боевых частях и инженерной части. Инженерная часть располагалась в городе Карл-Маркс-Штадт (Саксония) при Советско-германском акционерном обществе "Висмут". Я участвовал в вывозе урановой руды из Саксонских и Тюрингских шахт.

Город Иоганн-Георген-Штадт, в котором дислоцировалось подразделение по вывозу руды, находится на высоте 1200 метров над уровнем моря. Зимой, когда морозы доходили до -30, мы создали "адскую машину" - установили на тележке коробку передач с электромотором с гибкой заводной рукояткой. Чтобы завести машину, мы включали первую передачу, вставляли в храповик коленвала ручку, и двигатель заводился. А прогрев двигателей ночью дежурными водителями и в Германии, и в Забайкалье результатов не давал, и многие двигатели размораживались, трескались блоки, сливные краники замерзали. И спасти двигатели мы не успевали.

А сибирские морозы продолжали лютовать. Подпирали небо столбы белого дыма над селом, валившего из труб изб. Солдатам, прапорщикам и офицерам выдали валенки, ватные брюки, а офицерам ещё и полушубки.

До января военный строители успели поставить три казармы, и мы поселили 1 -ую, 2-ую и 3-ю роты. В казармах температура достигала +14+16 С.

Мне и начальнику штаба майору Бережных пришлось жить в вагончике, который промерзал насквозь: внутри на стенах изморозь, иней; хотя истопник топил всю ночь, приходилось спать одетым: в валенках, брюках, не снимая полушубка и с завязанными на тесёмках шапками-ушанками.

Домашние вещи начальствующего состава хранились в палатке: холодильники, радиоприемники, телевизоры и т.д. Но здесь они не понадобились. Только на следующий год, когда были достроены в селе два сборно-щитовых дома, эти вещи перевезли в комнаты. Хочу заметить, что, несмотря на такое хранение, аппаратура впоследствии работала хорошо.

Строительство казарм, клуба, штаба и овощехранилища продолжалось всю зиму. Заместитель командира по хозяйственной части, майор П.И. Краснов построил овощехранилище, он заготавливал в соседних сёлах овощи и закладывал их на зимнее хранение. Кроме того, он построил свинарник, который находился за частью. В колхозе закупили поросят, и в части, таким образом, образовалось подсобное хозяйство из 15 свиней. Потом водителям, уходившим в ночную смену, выдавали сало, да и на праздники улучшали рацион солдатской кухни. Так постепенно налаживался солдатский быт.

Насыщенные заботами будни по строительству дороги, заслонили на некоторое время мысли о семье. Пока строились два дома, офицеры жили на частных квартирах, но по мере готовности домов прапорщики и офицеры обеих частей получали комнаты, приезжали их семьи.

Жизнь на трассе, в автопарке и в расположении части шла своим чередом. В том же 1971 году меня избрали поселковым депутатом. На одном из заседаний совета было принято решение дать населению близлежащих сёл (Зугмары, Талбага, Новопавловка и Хохотуй) телевизионный сигнал, поскольку из Петровска-Забайкальского он не доходил - мешали сопки. Со связистами района договорились о том, что мы прокопаем траншею на одну из сопок и вместе с ними уложим и засыпем кабель. Вышку взялись установить связисты, которые вела линии ЛЭП. Эту организацию возглавлял Беседин Виктор Дмитриевич. Мы выделили несколько солдат и для этих работ. Контролировал "стройку" мой заместитель по политчасти Э.Б. Краснопольский. Все работы были завершены к Новому 1972 году.

Старшего лейтенанта Старцева я отправил в Москву закупить четыре телевизора "Темп" и духовой инструмент для художественной самодеятельности части. На Новый год разрешил солдатам после "отбоя", когда они уже были в постели, посмотреть телевизор - программу "Время". Местные жители сёл также смотрели первый раз телевидение. Затем они нас благодарили за представившуюся им возможность смотреть телепередачи.

Однако потом случилось непредвиденное: через два дня, ночью буряты из села Зугмары отрыли два метра траншеи и обесточили кабель на сопке. Они объясняли свой поступок тем, что эта сопка для них является священной (на кустарниках у них там висели ленточки).

Спустя какое-то время на депутатском совещании подняли вопрос об антисанитарном состоянии колодца в этом же селе Зугмары. И я выехал на "рекогносцировку" местности, которая представляла собой настоящую миргородскую лужу (болото), точно по Гоголю. Посреди села стоит колодец, окружённый болотом, ходят козы, собаки, гуси, утки. В этой же луже плавают трупы животных. И эта территория занимала примерно полгектара. Я осмотрел колодец. Из части вызвал командира роты, капитана Н.Г. Белого и приказал ему взять в ближайшее воскресенье 15 самосвалов ЗИЛ-555, решить вопрос с погрузкой дресвы (крупный песок) и засыпать эту грязь. Грейдер, который нам предоставил командир части Зданчук, должен был привести территорию в порядок. И уже вечером капитан Белый доложил о том, что приказание выполнено.

В понедельник, предварительно позвонив, приезжает в часть председатель поссовета Ц. Цыренов. Он сообщил, что буряты объявили забастовку и требуют вернуть колодец в первоначальное состояние. Мы поехали в село вместе с заместителем командира по политической части Э.В. Краснопольским (его трагический уход из жизни нас всех глубоко потряс). Приезжаем. Видим: сидят старики-буряты, старухи, курят. Лица у них плоские, как блюдца, изрезаны морщинами. Они глядят на нас глазами, напоминающими пол-луны. И молчат. Молодежь в стороне стоит, щёлкает кедровые орешки и тоже молчит.

Говорю Цыренову: скажи, что я не буду ничего переделывать - полнейшая антисанитария. Пусть берут воду из горной речки Хилок, которая протекает рядом с селом. И мы уехали, оставив Цыренова с его соплеменниками. После недельной "неаполитанской забастовки" (когда человек на работе, но не работает), буряты стали брать воду из колодца.

Достойна внимания также ещё одна история. В один из июньских дней на контрольно-технический пункт автопарка пришёл егерь Новопавловского леспромхоза Марченко и привёл с собой четырехмесячного медвежонка. Егерь рассказал нам, что он больше не может держать дома медвежонка, жена недовольна, просит отвести его в тайгу. Но в лес его нельзя отправить, он ручной, привык к людям и в лесу просто не выживет. Марченко рассказал также, что Миша (так звали медведя) постоянно устраивает в квартире беспорядок: карабкается по занавескам, срывает их, изорвал когтями обои и поцарапал мебель. Егерь нашёл его маленького (совсем комочек), в тайге. По-видимому, он потерялся, так как охотники вспугнули медведицу. Пришлось забрать его в дом, где он стал любимцем егеря. Егерь попросил пристроить куда-нибудь медвежонка. Мы приняли решение оставить его в автопарке и поставили его на котловое довольствие. По просьбе рядового Криваченко (бывшего колхозника-скотника) назначили его присматривать за зверем. Он сколотил будку, протянул железную проволоку по земле и привязал медведя верёвкой. И когда машины уезжали или возвращались из рейса, медвежонок вскакивал на подножку кабины и получал свою порцию сахара. В остальное время он катал автомобильные покрышки, и ему очень нравилось, когда дневальный ему подыгрывал.

Со временем медвежонок вырос, съедал целое ведро каши. Его пришлось посадить на цепь. Всё это время он был забавой для солдат: они боролись с ним, научили делать подножки и укладывать на лопатки. Таким образом, Миша был помощником дежурного и дневальным, и охраной одновременно. В воскресные дни часто приходили школьники, чтобы посмотреть на медведя, увидеть, как он играет со скатами и резвиться.

Когда командира третьей роты А. Новикова перевели в другую часть (именно он отвечал за медведя), тот взял его с собой.

Запомнилось мне и посещение Новопавловской сельской школы, где тогда в 6-м классе училась моя дочь. Кабинеты школы встретили меня запахом черемши (похож на запах чеснока). Хотя местные жители этого запаха даже не ощущают. Директор школы Воробьёва Е.В. попросила меня оказать посильную помощь в оборудовании кабинета труда (технологии): для обучения старшеклассников по специальности водитель. Нужна была машина или хотя бы двигатель со списанного автомобиля. Автомашины они изучали до этого по плакатам и некоторым деталям. Я обсудил этот вопрос с заместителем командира части по технической части И.В. Легкодымом и с командиром ремонтной роты, капитаном А.П. Старцевым. Мы пришли к выводу, что можем помочь школе и предоставить ей списанный автомобиль. Машину восстановили, покрасили и отбуксировали в школу. Чтобы вкатить машину в кабинет технологии, предварительно разобрали стену 1-ого этажа (затем стену восстановили), а выхлопную трубу вывели наружу.

Какое счастье было в глазах школьников, как они радовались, что двигатель работает!

Анатолий Павлович Старцев - это образ внешне резкого, честного человека, при этом душа добрая, вибрирующая, мятежная, как оголённые провода. Исполнительный, добросовестный. Он организовал, а затем и руководил рок-группой части, которая выступала с концертами в Новопавловских домах культуры "Шахтёр" и "Разрез". Слава о группе разошлась по всем близлежащим сёлам: Баляга, Тарбагатай, Торбага, Хохотуй, где они также давали концерты. Кроме того, по просьбе директоров школ в майские и июньские дни он как военрук проводил с учащимися 7 и 8-ых классов военно-спортивную игру "Зарница", а с учащимися 9 и 10-ых классов военно-спортивную игру "Орлёнок". С какой радостью ученики участвовали в играх: разведка, строевые приёмы, наступление, бой, отработка тактики и военная топография. От директоров школ мы получали грамоты, самому Старцеву А.П. также вручали похвальные листы.

Наш женсовет в праздничные дни организовывал в складчину вечера. На них особенно отличилась дружная музыкально-песенная семья старшего лейтенанта Лучникова Ивана Владимировича, который сам виртуозно играл на баяне, а его супруга, певица и баянистка, Алевтина Сергеевна была руководителем хора при доме культуры "Шахтер".

В одном из таких вечеров принимал участие, приехавший неожиданно в часть, комбриг Ковшов Владимир Дмитриевич. Высок, строен, лаконичен, он обладал зычным командирским голосом. Осмотрев расположение части, мы поехали с ним на строительство дороги, где подразделение капитана Егорова отсыпало насыпь. Комбриг остался довольным организацией работ на выемках и других участках. Но без замечаний всё же не обошлось, нужно было устранить некоторые недостатки. Затем мы возвратились в часть и пообедали в солдатской столовой.

Наблюдая за поведением этого человека, я впоследствии понял, что к чему бы ни прикасался Владимир Дмитриевич, всё приобретало планетарный размах. Он ставил перед собой главную задачу, которая состояла в следующем: объединить и сосредоточить усилия личного состава бригады на неотложных и узловых проблемах - сдать автодорогу в срок. Он был твёрд в своём слове и неуклонно стремился к цели. Можно сказать был точен как полнолуние. И во время службы в Казахстане, в Сары-Шагане и других точках, на каждом, этапе своего жизненного пути он всегда чётко определял для себя приоритеты.

Его цели были важны для страны, а мысли сразу находили своё воплощение. Благодаря его энергии и организаторским способностям, в работе дорожных частей происходили положительные изменения: повысился объём земляных работ, их качество.

Я пишу о нём как о человеке, отличавшемся и категоричностью суждений и добрым нравом, способностью сближать людей. Он мотался по трассе днём и ночью, вникал буквально во всё: почему стоит экскаватор, какие запчасти ему необходимы, сколько самосвалов обслуживает данный участок, сколько отсыпано погонных метров полотна дороги, сколько заасфальтировано, как поступают строительные и горюче-смазочные материалы и т.д.

Можно задать вопрос, почему В.Д. Ковшов всю свою жизнь отдавал такой неистовой, всепоглощающей работе? Он не мог жить иначе. Смысл всей его службы заключался в непрерывном творческом труде. Он стремился раскрыть самого себя, реализовать свои мысли и чувства. В этом исступлённом труде командира была огромная радость организатора - радость созидания, счастье творить для народа свой страны и Забайкалья - сдать участок дороги в отличном состоянии.

Командир ремонтной части Юрченко Александр Семёнович также внёс свой вклад в успешное строительство дороги. Он сумел изыскать резервы в ремонте дорожных машин, которые часто выходили из строя, вгрызаясь в непреступные скальные породы, добывая грунт из выемок для отсыпки полотна дороги. Юрченко был молод, счастлив, напорист. У него был не только сильный характер, но он чётко осознавал задачи, поставленные перед ним и всегда двигался к цели. Ещё одна характерная его черта это чуткость и сердечность. Он обладал хорошим чувством юмора и весёлым фонтанирующим темпераментом.

Я часто ходил пешком, без машины, из ДОСа через сопки и лес в часть. С каким внутренним волнением поднимался я на высокий склон сопки и слушал утреннюю неподвижную тишину, вдыхая острый смолистый запах деревьев. Здесь есть всё, что должно быть на земном шаре. А о забайкальском воздухе я даже и не говорю. Это действительно нечто особенное. Насыщенный лесом, очищенный электрическими разрядами высот, он кажется неким целебным напитком. И не вдыхать его нужно, а пить, небольшими глотками, соблюдая, разумеется, осторожность, чтобы не вызвать у себя с непривычки головную боль. Таким образом, я приходил в часть к шести часам на подъём личного состава и контролировал выполнение распорядка дня.

В жизни каждого человека происходит порой что-то очень важное и значительное, а для окружающих это может остаться незаметным.

Событие. Случай. Закономерность. Они становятся вехами на жизненном пути? И да и нет. Но именно от них мы начинаем новый отсчёт времени. Для нас случившееся -- главное. Так было и в моей судьбе. За трудные и долгие годы ХХ-ого века:

- война;

- оккупация;

- "последний военный призыв";

- 17-ый отдельный артиллерийский полк

- 1945 год, конец войны; окружная школа орудийных мастеров.

- город Вознесенск (Николаевская область, УССР);

- группа Советских войск в Германии, города Шверин и Магдебург.

- Одесский военный округ, город Николаев;

- Уральский военный округ, город Нижний Тагил;

- Сибирский военный округ, город Тюмень;

- Байконур;

- посёлок Сусанино (Костромская область);

- Приволжский военный округ, город Йошкар-Ола;

- ЗабВО, город Петровск-Забайкальский.


Вспоминается песня, сочинённая военными строителями, бардами полигона Байконур:


Засыпают пески,

Ночью там холода,

Саксаул там растёт,

Привозная вода.


Тюра Там, Тюра там

Не забыть тебя нам.


Как говорят, один переезд равнозначен двум пожарам. Хотя можно сказать, жизнь офицера во многом была типична для того времени. И всё равно нельзя рассказать обо всех переменах. Впрочем, я и не ставил перед собой эту цель. Я выбрал лишь основные, "поворотные" моменты в своей жизни.

Это было время надежд. Темпы строительства нарастали. Время не ждало! И чем ближе заветный срок, тем оживлённее стройка, тем шире размах работ. В результате трасса протянулась участками до самой Читы.

Однако не всегда получалось работать слаженно, и поэтому темпы строительства были разные: то снижались, то увеличивались. Причин тому было много, но они все решались коллективом бригады. Ведь историю делают люди. И эти люди творили судьбу страны. Одним из них был В.Д. Ковшов. Он не имел себе равных в деле. Ведь знаменитые семь чудес света - ничто по сравнению с дорогой - этим величайшим инженерным творением в Сибири.

В.Д. Ковшов (а он потом прошёл и горнило Афганистана) показал себя человеком колким, ершистым, палец в рот не клади - откусит. Он очень много знает, эрудирован. Я сам не раз убеждался в его, поистине, безграничной осведомлённости в области экономики, политики и других отраслях знаний. Трудно писать о человеке, с которым давно расстался, которого ты уважал и ценил как командира. Да, Владимир Дмитриевич относился к тем людям, в общении с которыми чувствуешь себя легко и просто. И общение с ним, в каком бы настроении он ни был, всегда проходило интересно. Он никогда не старался казаться умнее, чем он есть. Но почему-то всегда чувствовалось его превосходство, даже когда в споре оказывалось, что прав именно ты, а не он.

Да, в нём было рыцарство, в этом сыне Донбасских степей. Поражало его умение отстаивать свою правоту, когда он говорил, глядя прямо в глаза и не отрекаясь от сказанного, не изменяя себе в споре. Это навсегда привязало меня к нему. Этот человек близок и дорог мне, взглядом, характером, добротой, сердечностью. Он всегда помогал людям. Его голос, иногда суровый, командирский, а иногда такой добрый, даже детский, улыбки, замечания, жесты, не заставляли нас сомневаться в его искренности и честности. С ним всегда было легко дружить, и от одного сознания, что он есть, становилось спокойнее.

Как командир он всегда работал с горячностью, увлечённо, с головой погружаясь в свои замыслы по строительству дороги. Ковшов поддерживал меня и питал энергией. Это великий человек!

Но возвратимся назад. С появлением в городе Петровске-Забайкальском дорожной бригады круто изменилась судьба этого края.

Именно большое значение Транссиба и рокадной дороги для страны подхлёстывало активность жителей в придорожных городках и посёлках. Там забурлила деловая жизнь. Обновленное дыхание чувствовалось во всём.

Эти воспоминания и размышления ценны, прежде всего, тем, что человек чувствует корнями свою Родину. А для этого нужно выстрадать, нужно пройти через определённые испытания, отказаться от неких благ. Быстротечное время. Незаметно летит оно, внося заметные перемены в нашу жизнь.

Я невольно вновь и вновь обдумываю события тех дней и прихожу к мысли, что Забайкалье -- необыкновенный край и что строительство автомобильной дороги требовало от нас творческого подхода. Несомненно, Забайкалье очаровывает и манит..

А трасса уходила всё дальше, на восток. Местность гористая, сильно пересечённая. Ненадёжная почва, обрывистые склоны речных долин и ручьёв вынуждали нас делать высокие насыпи полотна дороги. Дорого нам стоило строительство таёжных участков, много сил и времени отнимала эта работа. Здесь, в тайге, военные строители впервые встретились с вечной мерзлотой. Земля, к удивлению многих, не оттаивала даже в июле. Замёрзший песок уподоблялся камню. Поэтому приходилось взрывать почву.

Так росла магистраль. Строительство автодороги на нашем участке приближалось к завершению. На сотни километров через сопки и тайгу протянулась она, обходя деревеньки, посёлки, спускаясь по асфальтированным съездам к населённым пунктам.

Опять приближается осень, и каждый день становится всё холоднее и холоднее, по ночам нередки заморозки. Природа Забайкалья долго не канителится. Климат здесь резко континентальный - времена года меняются быстро. Лиственницы, берёзы, осины желтеют, надевая свой осенний наряд. Эта игра красок смотрится особенно красиво.

Весна. По долинам рек луговины с цветущими зелёными коврами. Забайкалье весной облачается в свои разноцветные наряды - в цветы. Их великое множество, они украшают землю на протяжении всего лета. Незабудки, ромашки, маки неповторимо красивы в скупом на краски Забайкалье. Когда смотришь на этот ситцевый наряд, невольно напрашивается сравнение с хорошо знакомым разнотравьем Подмосковья. Цветы похожие, привычные, но каких-то очень нежных тонов. Все сопки покрыты розовым цветом. Это зацвёл багульник -- символ красоты и богатства Севера. Богатый запахами свежести аромат багульника и мха кружит голову, поднимает настроение.

Лето в Забайкалье - это "фабрика кислорода", все растения здесь круглые сутки вырабатывают продукцию, которой нет цены. Солнце почти не заходит. Все жители - и мы в том числе -- снова радовались хрупкому лету, желанному теплу.

За годы службы судьба сводила меня с разными людьми. Сколько уроков жизни, сколько переживаний, сколько чувств и мыслей. Чего за это время только не было, сколько интересных людей я повстречал на своём пути. И вновь всё оживает в памяти, снова и снова переживаю радость, что вижу лица друзей. Особенно на встречах с ветеранами дорожного строительства. Иные из тех, с кем я прожил бок о бок, отдали Родине чуть ли не пол жизни. Они совершили то, что должны были совершить.

И разве мы думали тогда, кто виноват в развале СССР, в шоковых реформах, социальных бедах, катастрофическом обвале всей экономики и о многом другом. Необходимо понять, осмыслить то непростое время. Катастрофа тех лет лишила нас, меня, большой Родины - Советского Союза. Мы жили в климате, лишённом национальных распрей. Мы дышали воздухом огромной страны, готовящейся к выходу на новые горизонты. И мы остро пережили распад СССР. Но мы никогда не выходили за рамки корректности.

Я, мы, всегда соблюдали такт и чувство меры. И всё, что в рамках такта и чувства меры могло быть сделано, мы сделали.

И нас, ветеранов, не в чем упрекнуть. Жизнь не останавливается. Сейчас возникают новые задачи, новые ситуации. Главное - идти вперёд. А нам, ветеранам, нужна правда, вся правда и ничего кроме правды. Правда нужна всем.

Лучшая школа жизни для меня была армия. Всё мы, Ковшов В.Д., Некрасовский Л.М., Старцев А.П., Халитов А.У., Лучников И.В., Юрченко А.С., Лябин В.В. и другие, считаем, что забайкальский период нашей службы было потрясающим временем жизни, о чём мы никогда не пожалеем. Главное в службе то, что ты постоянно находишься в коллективе, а в нём столько разных взаимоотношений! Хочешь, не хочешь, а учиться их выстраивать нужно.

Когда я уехал из Забайкалья, я, конечно, многое потерял. Ведь друзья у меня - только со службы. Новых друзей на гражданке уже приобрести сложно, знакомых - сколько угодно. К сожалению, с годами друзей становиться всё меньше. Я рад, что у меня ещё остаются друзья, которых я ценю и уважаю.

Я считаю, что счастье - это когда перед собой ставишь цели и их достигаешь, без этого жить невозможно. Но важно соотносить свои возможности и соизмерять их с поставленными целями и задачами.

Разумеется, ни жизнь, ни история на этом не закончились. Да и кончается ли жизнь?


Дорошенко Виктор Фёдорович.


11 апреля 2008 года.


Рокада, рокадные пути (от франц. rocade) - железные, шоссейные или грунтовые дороги в прифронтовой полосе, проходящие параллельно линии фронта. Рокады служат для маневрирования войсками и материальными средствами.