# Птица Феникс в погонах. Часть 8

Сергей Иванович Чеботарёв

Птица Феникс в погонах.


Часть VIII. На поприще "поднятия с колен народного хозяйства".


1


Наверное, самое страшное, что может быть в жизни кадрового офицера, прослужившего энное количество лет в Вооружённых Силах, это тот миг, когда он окончательно и бесповоротно принимает решение о своём увольнении из рядов этих Вооружённых Сил. Зачастую, данное решение "рождается" в страшнейших муках и сомнениях, в процессе бессонных ночей, проведённых в кухне за стаканом водки возле пепельницы, наполненной окурками папирос "Беломорканал". Многим сугубо гражданским людям, кому подобный момент не суждено было самим пройти, попросту не дано это понять:


"Ну, подумаешь! Что здесь такого? Ушёл из армии, сменил военную форму на гражданский сюртук, полевую сумку на цивильный портфель. Перестал бояться зонтика, когда идёт в головном уборе. Молодой, относительно, мужчина, в самом расцвете сил. Однако, в отличие от всех остальных, которым нужно ждать подобного момента до шестидесяти лет, уже получает солидную пенсию. Можно найти какую-нибудь, "не пыльную" работу и жить в своё удовольствие".


Так-то оно так, да не совсем. Понятное дело, что военные уходят на пенсию по возрасту или же по выслуге лет, как правило, в возрасте сорока пяти - пятидесяти лет. По меркам всё того же гражданского населения, ещё в возрасте, когда грех не работать где-то в сельском хозяйстве или на промышленном производстве. Или же в различных структурах власти. Вроде и здоровья хватает, и энергии пока вполне достаточно. Однако, есть здесь свои вопросы. Всё-таки, за спиной двадцать пять и более лет службы в Вооружённых Силах. Да не просто службы, а, порой, тяжёлой службы. Хотелось бы просто отдохнуть, расслабиться, уйти от всяческих проблем. Да эти проклятые денежные проблемы, порой, не позволяют подобное сделать. Как ни посчитай, но к моменту увольнения из армии, у большинства таких офицеров подросли уже дети. Хорошо, если они уже успели получить высшее образование. А если нет? Если им ещё предстоит учиться четыре-пять лет в университетах? Обучение-то платное! Причём, платить за обучение приходится довольно солидные суммы. Да и кормить-одевать тех же деток нужно. Да не просто "одевать", а покупать модные одёжки, которые тоже стоят солидных денег. Вот и вынуждены родители, заработавшие уже себе право не отдых, идти трудиться в народном хозяйстве. Отучились дети, стали сами зарабатывать деньги, обзавелись семьями. Новые вопросы финансового характера. Построй им жильё, купи машины, обеспечь внуков всем необходимым. Опять, папа-мама - дай! И так, бесконечно, до тех пор, пока "ноги носят". Только в могиле можно родителям "успокоиться" и забыть обо всём.


Кстати о "могиле". Или, не совсем кстати. У кадровых военных есть одно наблюдение, переходящее в определённое, проверенное жизнью поверье. И связано оно именно с возрастной отметкой полувекового юбилея. В чём его суть? Как это ни покажется странным, только вот кадровые военные, уволившись из армейской среды, как правило, долго не живут. Получил пенсионное удостоверение, военный билет офицера запаса, и, смотришь, через год-два безвременно "склеил ласты". В народе раньше говорили: "Уволился из армии, снял портупею и рассыпался". Почему "раньше"? Просто последние два десятка лет портупею, как атрибут военной формы одежды отменили. С чем же связано вышеназванное явление? Скорее всего, с тем, что эти самые офицеры, сменив род своей привычной деятельности уже просто не смогли произвести без потерь внутреннюю перестройку своего организма и мышления. Трудно, поверьте, после четверти века нахождения в атмосфере постоянного служебного напряжения и стрессов, в ожидании "вызовов на ковёр" и "вливаний" не за себя, а за своих подчинённых, которых "не сумел воспитать", перейти к ответственности только за себя самого. Это уже просто сила привычки всей предыдущей жизни. Изрядно затруднительно, просто так, одним махом, изменить привычный ритм жизни. В одно мгновение выбросить из головы все мысли, которые бытовали в ней до этого. Вся жизнь была посвящена только службе. Пусть "без выходных и проходных". Пусть с ежедневными нервотрёпками. Пусть в холоде, под дождём, в жару и зной на стрельбищах и полигонах. Но это была своя жизнь, привычная, предсказуемая в своей непредсказуемости. Как теперь жить дальше? К чему привыкать? К тому, что после работы тебя уже никто не сможет вызвать из дома на службу? Или к тому, что какие бы то ни было взыскания, ты можешь получить только за свои собственные просчёты и ошибки? Теперь, в гражданской жизни, всё должно быть по-иному. Спокойно спать, уходить на работу к восьми часам, возвращаться сразу же после окончания рабочего дня. Знать, что в субботу и воскресенье никто тебя не побеспокоит, кроме твоей собственной жены и детей. Вроде бы "лафа", в атмосфере которой, всю свою сознательную жизнь живут нормальные гражданские люди. Только, вчерашние кадровые военные, офицеры в запасе к подобному не привыкли и привыкают с трудом. Порой, многих из них хватает на сам процесс в подобном "привыкании" от силы на пару лет. Не могут примириться с тем, что служба в Вооружённых Силах осталась в прошлом. От подобных мыслей появляются болячки, запои и, как результат, "шлях да могилы". Зато, уж, если перешагнул после увольнения в запас рубеж пятидесятилетия, смог адаптироваться к местным условиям жизни, дальше будет легче. Или, несколько перефразируем. Если после увольнения из рядов Вооружённых Сил бывшему офицеру (хотя, "бывших" то и не бывает) посчастливилось прожить пять лет, дальше ему скорая смерть не грозит. Весь его организм перестроился, адаптировался к гражданской жизни, вошёл в колею. Опять же, к слову. Многие офицеры, после увольнения из армии, стараются устроиться на руководящие должности или заняться личным бизнесом. Вот им-то перестраиваться особо не приходится. Режим жизни и работы довольно схож с предыдущей военной службой. Только со значительной долей дополнительных материальных удовольствий.


Но, вернёмся к тому, что начали несколько раньше. К рубежу увольнения из армейской среды и проблемам внутреннего характера. К тому, что пенсии в сорок-сорок пять лет от роду, для обеспечения семьи и её потребностей, просто не хватает. И идут вчерашние люди в погонах "поднимать с колен народное хозяйство", как это было после Победы в Великой Отечественной войне. Однако, и, тем не менее, существуют в этом определённые сдерживающие факторы.


Первый из них заключается в том, что кроме военного дела в той или иной форме, офицер больше ничего, как такового, не умеет. Когда-то, в далёкие курсантские годы, государство, вроде бы позаботилось о том, что бы обеспечить будущих профессиональных защитников Родины хоть какой-то гражданской специальностью. И названия у их высшего гражданского образования были довольно звучные - инженер или преподаватель. В то же время, двадцать пять лет службы в рядах Вооружённых Сил полностью "выветрили" из голов офицеров командных профилей те знания, которые они когда-то получили по своей гражданской специальности. Естественно, вспомнить что-то, хоть поверхностно, не представляет большой трудности. Да и на реальном производстве эти чисто теоретические знания, как правило, не требуются. Пара-тройка месяцев, и можно не только войти в курс дела, но и стать вполне неплохим профессионалом. Вот здесь-то и возникает вторая проблема. Хоть возраст ещё довольно далёк от предельного, но карьерный рост на новом поприще уже, как правило, не "светит". Что такое, в возрасте сорока пяти - пятидесяти лет начинать всё с самого начала? Как говорится, "от печки", с должности мастера или, в лучшем случае, начальника цеха. Это притом, при всём, что уволился из армии с должности командира батальона и порой даже выше. Как-то, не солидно. Вот вам и начальные переживания, связанные с работой на гражданке. Но и это ещё не всё. К моменту подписания Министром обороны приказа об увольнении в запас, появляется настоящая головная боль об устройстве на работу. Не такое это простое дело. Психологически тоже возникают проблемы, связанные с последующим трудоустройством. Идти работать простым работягой на завод, как-то не хочется. Хотелось бы устроиться где-нибудь в таком месте, где меньше хлопот. Как обычно шутят недавние военные:


"Лучшее место для работы "на гражданке" - быть начальником кадрированной пасеки. Мёд есть, а пчёл - нет".


То есть, любой военный пенсионер предпочитает, что бы, не пытаться вновь начать карьерный рост, только уже вне армейского строя, найти себе тихую, спокойную, желательно, неплохо оплачиваемую работу. Это, как обычно, начальники кадровых органов, инженеры по технике безопасности, контролёры и более высокие начальники ведомственных охран, сторожа и прочее. Но и на эти, казалось бы, не столь престижные должности, существует, обычно, своя очередь. А где подобной очереди нет, там, вполне понятно, возникают вопросы:


"Должность свободная? Неплохо оплачиваемая? В престижной организации? Почему? Будь она спокойная и не "пыльная", её бы давно заняли. Значит, что-то здесь не так. Если другие на эту должность не хотят идти, или на ней не могут удержаться, стоит ли мне лезть в эту кабалу? Видимо, стоит воздержаться от ненужных экспериментов. Пусть такое "удовольствие" и дальше остаётся вакантным".


Ну и напоследок, в качестве дополнения к данному пространному вступлению к последующему повествованию непосредственно о Владиславе Сергеевиче Птице, хочется сделать ещё одно небольшое отступление. Связано оно с теми кадровыми офицерами, которые вовремя "прочухали" момент и уволились из армии "по собственному желанию". Было таких людей довольно много. Да и сейчас это не редкие случаи. Стимулом для их увольнения была "возможность сразу же влиться в народное хозяйство" не хорошие места. Кое для кого, некоторый промежуток времени, необходимый для всей процедуры увольнения из армии, знакомые "придерживали" определённые высокооплачиваемые должности. Для других, родственники подготовили места в "индивидуальной коммерческой деятельности". Третьи просто получали возможность уехать за границу, где, опять же, с помощью родственников и знакомых, устраивались жить неплохо. Эту категорию так можно и назвать: "военные, уволившиеся из-за личного интереса посредством связей". Для подобных людей особых психологических проблем не возникало. Они знали, что их ждёт впереди. Были готовы к определённого рода деятельности. Имели своеобразный "страховой полис". Поэтому, эти кадровые военные, скорее исключение из правил, чем само правило. Больше говорить о них не будем. Все это знают, сталкивались с подобным, или, в худшем случае, слышали на стороне.


2


Сентябрь 1987 года стал заключительным месяцем пребывания подполковника Птицы Владислава Сергеевича в рядах Вооружённых Сил Российской Федерации. Отслужив двадцать два календарных года в армии, он сразу же был уволен в отставку подчистую, с правом ношения военной формы одежды.


Что же он приобрёл за эти два с лишним десятка лет служения Родине? Конечно же, не в семейном плане, где посторонняя помощь, пусть исходящая от государства, ни Владиславу, ни Татьяне не требовалась. Всё, что хорошее было создано в их семье, сделали они только сами. В лучшем случае, опираясь на поддержку и помощь своих родных. Да, наверное, стоит упомянуть, хоть и, вскользь. Птица и его подруга жизни, в основном всё делали своими руками, головой, интуицией и неимоверной работоспособностью. Помощь старались ни от кого не просить. Единственный период времени, когда эта помощь была востребованной, и, хоть, "скрипя" сердцем, но Татьяна её принимала, это в период, после последней аварии Влада, тогда, когда он находился длительный период времени в лечебных заведениях. Вот именно этой самостоятельностью, полнейшей независимостью от других, включая и своих родных, всегда гордилась данная семья. Всё своё. Заработанное своими собственными руками. Выстраданное годами лишений и трудностей. Это было дорого сердцу. Двое сыновей, которыми нельзя было не гордиться. Сыновья, к слову будет сказано, воспитывались Владиславом в ярко выраженном "спартанском" духе. Таня, как и любая любящая мать, неоднократно ставила Владику в укор, что он с детства держит своих детей "в ежовых рукавицах". Понимать то она, понимала, что всё это делалось на пользу детям. И, в то же время, нежное материнское сердце всячески сопротивлялось этому пониманию. Хотелось сделать в детстве жизнь обоих сыновей более "солнечной", светлой, тёплой, обеспеченной. Что бы, хоть немного, сгладить и оградить их от тех трудностей, с которыми приходилось сталкиваться всей этой семье. Но, как говорится, "жар и холод закаляют мужчину". В трудностях воспитывается настоящий человек, которому в дальнейшем не страшны любые испытания. Более подробное знакомство с этим "коллективным приобретением семьи" мы оставим на потом, что бы осветить его несколько дальше.


А вот что сама Родина дала офицеру и его семье за столь длительный срок безупречной службы?


Погоны подполковника, незначительную, прямо скажем, для выпускника военной академии должность, да десяток наград на парадном кителе, среди которых орден "Красная звезда" был, справедливости ради, заслужен им более чем достойно. И заслужен не на паркетном полу в штабах различного уровня, а в период его службы в Афганистане. На поле боя, которое не всеми признано таковым.


Далее, что ещё? Первую "свою" квартиру из вторичного фонда в городе Смоленске. Квартира эта была получена перед самым увольнением подполковника Владислава Птицы из Вооружённых Сил России. По большому счёту, если бы не ордер на эту трёхкомнатную квартиру, врученный Владику в 1997 году, сам факт увольнения был бы ещё под большим вопросом. Почему? Да всё потому. Что такое было в то смутное время уволиться из армии без всякой жилищной площади для семьи? Значит, в дальнейшем остаться без всякой перспективы на приобретение своей собственной жилплощади. Пока ты служишь, о тебе, как об очереднике на квартиру ещё помнят. Да и ты сам не даёшь начальникам об этом забыть. Будешь "дёргать", тормошить, напоминать периодически. И кому-то "влезть" в эту очередь вне всякой очереди впереди себя не позволишь. Хотя, кто смог бы когда-либо проконтролировать работу жилищной комиссии, возглавляемой руководителем органа тыла? Уж эти ребята могли "обвести вокруг пальца" любого, придумав или подстроив всевозможные причины, почему данному человеку квартира дана раньше тех, кто в очереди стоял впереди него. Вопросами коррумпированности чиновников военного аппарата заниматься не станем. Чья из них вина была доказана соответствующими органами - получили достойное наказание. Кого за руку не поймали - "совершенно чист перед законом". Продолжим раскрывать квартирный вопрос Птицы. А соль его была в том, что, как уже отмечалось, квартира эта была из категории "бывших в употреблении". Вполне естественно, с предыдущих жильцов домоуправлением плата за проведение ремонта квартиры, после её освобождения, была взята в полном объёме. Только деньги эти Птица не получил. Почему? Да просто потому, что по нашим тогдашним законам, деньги, полученные домоуправлением, передаче на руки другим жильцам не подлежат. Пожалуйста. Если есть желание, вам домоуправление, на удержанную с предыдущих жильцов сумму, сделает ремонт своими силами. Какой это будет ремонт, каждый прекрасно понимает. Всё сделают так, что придётся в очередной раз ремонт переделывать. Да ещё и сам этот ремонт по времени затянут на пару недель. В общем, от данной услуги домоуправления, обычно все нормальные люди отказывались. По уму, удержанную сумму домоуправление должно было погасить за счёт квартплаты. Должно было... Ан, не всегда так получалось на практике. Просто чиновники данного ведомства, порой "забывали" про эту самую задолженность. Вот и получилось, что на самом деле, ремонт в полученной квартире Птице пришлось делать самому за свой счёт. Благо, он это умел делать превосходно. Годы службы и переезды с квартиры на квартиру научили его всем видам строительных и ремонтных работ в разряде "любителя". Трудность заключалась, в принципе, в двух причинах. Во-первых, состояние здоровья не позволяло всё, что требуется сделать быстро, с требуемым качеством. Боль в спине не позволяли трудиться с утра и до вечера. Во-вторых, денежные знаки, имеющие хождение на территории России в то время, не говоря уж о "зелени", были с семье в крайне ограниченном количестве. Первое время помогала та материальная помощь, которую выдало Птице Министерство обороны России при увольнении в запас. Что-то в первое время удалось купить и сделать, что бы, не жить в пустой квартире. Потом, когда эти запасы подошли к концу, ремонт квартиры пришлось временно приостановить. Как результат, вся квартира к нормальному проживанию в ней была готова только к осени 1998 года. Да и то, о том понятии, который хоть примерно, включает в себя "евроремонт", доже мечтать не приходилось. И то, хорошо, что "малой кровью" удалось создать более-менее подходящие условия для проживания. Значительно более качественный ремонт квартиры, отложили на "потом", до лучших времён.


Следующий вопрос тупикового характера - покупка мебели и создание относительного уюта в квартире. Вот здесь уж возникли настоящие препятствия, которые и более "резвая лошадка", чем Птица, вряд ли сумела бы преодолеть. Ведь в Эстонии, по сути дела, осталась вся мебель и бытовая техника семьи. Её так и не удалось вывезти в Россию. Именно поэтому всё пришлось приобретать заново. Что-то, подходящее под категорию "необходимо именно прямо сейчас", купили ещё до получения уже своей квартиры. Что-то - на деньги, полученные по увольнению из армии. Жить можно было. Пусть и не совсем комфортно, но, терпимо. Опять же, дешевую мебель из категории "ширпотреб" покупать не хотелось. На элитную мебель, которая предназначалась в то время в основном для "новых русских", денег не хватало. Поэтому, как это было всегда, по крупицам начали откладывать деньги с пенсии Влада и получки Тани в сберегательные банки. Скромно надеясь, что через пару-тройку лет удастся собрать необходимую сумму и сделать свою квартиру такой, что можно будет ей не только гордиться, но и с удовольствием и внутренним желанием возвращаться в неё по вечерам.


Очередное "приобретение" Владислава Птицы, из разряда "благодарность Родины за ратный труд". Инвалидность второй группы со статусом "пожизненная". Серьёзнейшие проблемы с позвоночником, которые, по сути дела, и привели к этой самой инвалидности. Болезнь Боткина и малярия, полученные в период службы в Афганистане. Инсульт, заработанные в последний год службы в армии. Множественный перелом правой (рабочей) руки. И ещё ряд болячек по мелочам. В общем, медицинская книжка Влада могла служить ярко выраженным "учебным пособием" для начинающих медицинских работников, специализирующихся в различных сферах здравоохранения. Только вот это "учебное пособие" имело реальную "привязку" к одному реальному человеку. Приобретённых "болячек" с лихвой хватило бы на троих. А для одного - сверх меры. Главное во всём этом было то, что Птица не "хныкал", не расслаблялся, вёл активный образ жизни, в пределах возможного, стремясь не скатиться к лежачему состоянию. В нём всё продолжало "бурлить", не позволяя болезням взять верх над собой.


В общем, подводя итог уже сказанному, особо "хвастаться своими приобретениями" за последние два с лишним десятка лет службы, относящимися к подвиду "государственных подарков", Владиславу Птице не приходилось. Так, на уровне среднестатистического кадрового военного тех времён, когда, вроде бы и в пучину нищенства не опустился, и вспомнить, кроме боевого прошлого, в общем-то, и нечего.


3


А в государстве Россия в этот самый временной отрезок, жизнь шла своим чередом. Буйным цветом расцветал в энтой самой России мутировавшийся на славянский манер, западный вид капитализма. Новые частные хозяева всего того, что ещё совсем недавно принадлежало русскому народу, "качали" деньги из народного достояния, гордясь тем, что их годовой прирост капитала на несколько порядков превосходил доход "акул мирового бизнеса" Моргана и Форда. Термин: "новые русские" - становился явно нарицательным понятием во всём мире. "Аттракционы беспримерной щедрости" этих самых "новых русских" за границей, повергали в шок самых богатых людей мира. Обычно тогда, когда они, ради простого развлечения, "выбрасывали на ветер" в полном смысле этого слова, сотни тысяч долларов за один день. И всё это на фоне того, как большинство населения России, не имеющее возможность добраться до "кормушки", в прямом смысле, бедствовали, перебиваясь с хлеба на воду. На вокзалах и в городах стали появляться самые настоящие беспризорные дети. Нищие, бомжи, превратились в обычный атрибут более-менее крупных населённых пунктов. Преступные группировки возникали, как грибы после дождя, во всех без исключения регионах страны. Достаточно было где-то появиться скопления денежной массы в русской или иностранной валюте, как это влекло за собой возникновение определённой группы людей, желающих жить за чужой счёт. Любое частное предприятие, включая мелких индивидуальных предпринимателей, облагалось негласным "налогом". Не станет ни для кого секретом, что все, или большинство данных новоявленных "бандюков", были выходцами из всевозможных спортивных обществ, или вчерашних представителей силовых структур государства. В более мелких организованных преступных группировках (ОПГ) требовались "вышибалы", пусть даже с "отбитыми головами" и интеллектом, как у питекантропа. Другие, более солидные ОПГ, выставляли и более серьёзные требования к своим новым кадрам. С обязательным умением владеть всеми видами оружия и планировать силовые операции "местного значения". Попав, после безвременного увольнения из армии в условия, близкие к практическому выживанию, очень многие из бывших военных, а тем более, имеющих опыт ведения боевых действий, "погнались за длинным рублём" и стали обычными (в стандартном понимании обывателей) бандитами и душегубцами. Вполне понятно, что из подобного "болота" обратного пути назад не было. Предстояло, или расти по иерархической лестнице, становясь всё более высокопоставленным "мафиози", или, сложить свою голову в одной из "клановых разборок". Хотя, чему удивляться. Как все, наверное, помнят, в конце прошлого столетия большинство телевизионных программ всех телеканалов СНГ были переполнены всевозможными художественными фильмами зарубежного и отечественного производства, практически в открытую прославлявших и пропагандирующих мафию и бандитизм. Причём, в виде, далеком от "робингудовского" характера. Ни о какой "защите угнетённых" и "притеснении богатых" в этих фильмах речи, чаще всего, просто не велось. Сплошные убийства налево и направо, без разбора, кто прав, а кто виноват. Для людей, "слабых головой" подобные фильмы становились своеобразным магнитом. Ничего не делать. Ходить с полузаконным "стволом" в кармане. Изредка выезжать на "вытрясание" денег к "крышуемым". Периодически участвовать в каких-то разборках с перестрелками или в налётах на "денежные места". И за всё за это иметь такие деньги, о которых простые трудяги, даже мечтать не могу. А с деньгами можно было всё иметь. Вот такой калейдоскоп в чёрных или багровых тонах. Такой, в изображении штриховым методом, представлялась жизнь в последние годы прошлого столетия.


Именно в эту новую жизнь предстояло окунуться Владу. И не просто "окунуться", а сделать свой последующий выбор. Существовать остаток жизни в нищете? Заняться частным бизнесом? Пойти наёмным рабочим? Присоединиться к одной из местных ОПГ? Приходилось выбирать. Ни одна из подобных раскладок жизни, в первое время после увольнения из армии, Птице не подходила. И заниматься противоправными деяниями ему совершенно не нравилось. Да и, говоря правдиво, не очень-то хотелось возвращаться назад в атмосферу войны. Хотелось спокойствия, стабильности, семейного уюта. Ещё бы к этому всему, да сносное финансовое обеспечение. А вот его-то, как раз и не хватало. Пенсия по инвалидности позволяла с относительным трудом сводить концы с концами. Ни о каких приобретениях средней руки, хоть для обустройства квартиры, хоть для отдыха, мечтать просто не приходилось. Да и детей ещё предстояло растить, выучивать, обеспечивать. В общем, нужны были деньги. Хорошо бы, устроиться на солидную работу, которая обеспечивала бы получение терпимого заработка! Да, вот беда. Законы страны категорически запрещали работодателям принимать работников, у которых имелась инвалидность второй группы. Естественно, по знакомству и связям можно было бы обойти любой закон. Только, где взять эти "по знакомству и связям", если сам в Смоленске "без года - неделю". Вот и приходилось подрабатывать там, где закон предъявлял менее жесткие требования.


Первые полгода Владислав Птица на какую-либо работу совершенно не мог устроиться. Сколько работников отделов кадров местных организация и предприятий города Смоленска видели его фигуру в своих помещениях? Сейчас, пожалуй, и сказать трудно. Везде отвечали на просьбу устроиться на работу или прямым отказом, или безразличными обещаниями, которые у нас уже давно научились и привыкли давать. Знаете, обещания и фразы, сказанные этаким бесцветным тоном:


"Пока что мы Вам ничего предложить конкретного не можем. Вакантных должностей, которые бы Вам подошли, нет. Может быть, в ближайшее время, что-то появится. Мы Вам перезвоним, как только что-то будет известно".


Вроде бы, и участие проявили, и даже какую-то надежду оставили на благополучное решение просьбы. И, позвонить пообещали. Только вот, телефончик-то, даже не удосужились спросить. Да и фамилию - тоже. Так, всё безлико. Кому позвонят? Куда? Результат вполне известен и предсказуем. Ты - за порог, и о тебе здесь сразу же забыли.


Следующей попыткой заработать деньги было известное всем нам "течение челноков". Слышали о подобном? Конечно же, слышали. Ещё его называли "течением мешочников". Собиралась определённая группа заинтересованных людей. Садилась на такой же определённый транспорт и следовала на какую-то определённую торговую базу, расположенную в России или ближне-дальнем зарубежье. Там, исходя из имеющихся денежных средств, покупался товар, пользующийся спросом в родном городе. Хорошими довольно партиями, которые можно было уложить в большие баулы, перенести до транспорта и потом, по возвращению домой, занести в свою родную квартиру. В дальнейшем, этот товар, или перепродавался перекупщикам с определённым "наваром", который мог достигать двойной цене отданной за товар, или просто продавался в торговых "точках" лично или одним из членов семьи. Освободившись от большей части товара, "челноки" совершали очередную ходку. И так, всё время. Без выходных и проходных. В любую погоду. На любое расстояние. Бизнес - есть бизнес. Пусть он и мелкий. Порой, для того, что бы "ходки не были пустыми", эти самые "челноки", отправляясь за очередной партией товара, брали с собой из дома то, что, несомненно, пользовалось спросом в других местах. Так как диапазон поездок был довольно внушительным - от Урала и Турции, до Польши и Архангельска, - то и увозимый товар имел различную классификацию. Многие, наверное, помнят, что бешеным спросом в той же Польше пользовались товары военного ассортимента бывшей Советской Армии: шинельное сукно, диагоналевый материал, портяночный материал и даже кальсоны, как тёплые, так и повседневные. Этого добра у офицеров, прослуживших в армии от десяти и более лет, было навалом. Вот и пошли эти запасы за границу. Стоит, наверное, для общей информации, напомнить, что свои поездки "челноки" совершали, как правило, еженедельно. Сказать по правде, нагрузка на этих людей была колоссальная. Чему удивляться? Попробуй-ка, хоть раз в неделю, соверши длительную поездку, допустим, из Смоленска в Варшаву. Пусть и на комфортабельном междугороднем автобусе. Не очень-то это и легко, провести около десяти - двенадцати часов в сидячем положении. Тем более, когда имеются ярко выраженные противопоказания, связанные с позвоночником. Потом, по прибытию на торговую базу, потаскай тяжеленные сумки с товаром. Побегай "в мыле" по всем инстанциям, с целью - сдать подороже, а купить подешевле. Загрузи купленный товар в автобус, и в обратный путь. Не для всякого вполне здорового человека подобные "туристические поездки" были под силу. А что говорить о Владе, у которого инвалидность была связана с повреждением станового хребта. В общем, уже через полгода боли в поясничной части стали посещать Владика довольно часто. А чуть позднее, Владислав понял, что ещё немного подобных экспериментов, и последствия могут стать необратимыми. Зато в первичный период работы "челноком" удалось заработать довольно неплохие, по тем временам деньги, появились определённые запасы "капусты", жизнь стала более-менее радовать. Однако и о своём здоровье приходилось задумываться. Задумываться очень серьёзно.


Как на грех, в 1999 году в России грянул кризис денежной системы. Все накопления, заработанные с таким огромным трудом, превратились в "труху". В государстве, в среде всего народа, поселилась неимоверная депрессия. Судите сами. Имелись в сберегательной кассе деньги, которые, по самым скромным прогнозам, были в состоянии обеспечить мало-мальское благополучие хоть в ближайшие пару лет, и вдруг всё это обесценилось в несколько раз. Мало того, что вклады прекратили радовать своими нулями после ряда цифр, так ещё и цены начали расти изо дня в день. Казалось, что выдержать подобное психике обычного, нормального человека, не под силу. Особенно, если учесть тот фактор, что в большинстве своём люди среднего возраста ещё не успели забыть времена существования Советского Союза, когда цены по всей стране были совершенно одинаковыми и стабильными. Даже сейчас, спустя десятилетия после развала СССР, многие из "рождённых в СССР" помнят стоимость наиболее ходовых товаров. Молоко - 13 копеек, подсолнечное масло - 1 рубль 1 копейка, водка - 3 рубля 62 копейки, спички - 1 копейка и так далее. А тут, когда цены росли почти каждый день, причём, увеличивались не просто на копейки, а порой от двадцати и до ста процентов, это становилось в категорию кошмара. В этот период времени, больше всего пострадали пенсионеры. Почему? Да потому что, их пенсии хватало буквально только на то, что бы заплатить за коммунальные услуги своей квартиры и с величайшим трудом продержаться до следующей пенсии, питаясь хлебом и молоком. Мясные продукты для них стали недоступными. Спасибо рекламам, которыми изобиловало телевидение. Только благодаря тому, что "Соль - это белая смерть!", "Мясо - это красная смерть!", "Чёрная икра - это чёрная смерть!" и прочим лозунгам, можно было не особо переживать, что перечисленные продукты перестали появляться на столах большинства населения страны. Только "новые русские" и их соратники, которым не нужно было "бояться смерти", "не страшась за своё здоровье", продолжали за обе щёки уплетать и мясо и икру и красную рыбу, от которых все остальные просто бы "поумирали на следующий же день".


Вполне естественно, в свете ранее сказанного, денежные запасы семьи Птицы, как и у большинства остальных активных жителей России того периода, прекратили своё бренное существование. Всё приходилось начинать с нуля, беря отсчёт сентябрём 1997 года. Радовало во всей этой ситуации только одно, что удалось за прошедшие полтора года хоть немного обустроить свою квартиру: сделать косметический ремонт, купить кое-куда в комнаты новую мебель и бытовую технику. В общем, не все деньги, заработанные в период деятельности "челноком" были обесценены. И в голове и на языке крутилась одна фраза: "Хорошо, что мы хоть что-то ранее приобрели. Сейчас бы это стало явно невозможным".


В этот самый период Владик устроился работать стрелком военизированной охраны ВОХР. Работа была самого, что ни на есть, пенсионного характера. Сутки на работе - трое суток дома. Конечно, провести двадцать четыре часа на работе, тем более, на работе, связанной с выполнением обязанностей по охране и обороне какого-то объекта, да ещё и с карабином СКС на плече - это дело не шуточное. Да и ответственности хватало, что называется, "по самые ноздри". Не поставят же в народном хозяйстве вооружённую охрану для обеспечения охраны, допустим, склада с металлоломом? Нет необходимости. А вот склады государственного резерва продовольствия, особо важные объекты, представляющие экологическую опасность, и кое-что ещё, охранять нужно было особенно тщательно. Угроза проникновения на объекты, охраняемые ВОХРом, была и будет существовать всегда. Да и вообще, само нахождение на посту с боевым оружием представляло само собой большую опасность. Судите сами. Появилось у группы далеко не законопослушных граждан, желание нажиться за общественный счёт методом ограбления какого-то склада. Проведена тщательная разработка плана нападения, в котором немалое место отведено нейтрализации средств охраны. Технические средства можно просто отключить. А вот живые организмы, лучше полностью или частично ликвидировать. Всё таки, это не обычный сторож, типа "Бабушки - Божьего одуванчика". Он может и стрельнуть. Вот вам и альтернатива. Убить охранника или быть убитым самому? Кому как. Так что, у стрелков ВОХРа опасностей расстаться с жизнью было сверх много. Даже то, что кому-то в голову может прийти мысль просто завладеть огнестрельным оружием с целью улучшения личного охотничьего арсенала, ставило жизнь стрелка ВОХРа под угрозу. Но, это всё уже простые размышления по случаю. В то же время, можете поверить, что основная масса стрелков ВОХРа об этом думает постоянно. Понятное дело, что нахождение на посту с оружием, само собой, значительно увеличивает заработную плату, по сравнению со сторожами, причём очень даже существенно. Но и опасность - тоже.


Как бы то ни было, Влад Птица этот "кусок хлеба" отведал сполна. Чем хороша была эта работа? Тем, что после смены с караула, в течение двух суток можно было заниматься чем угодно. Ходить на рыбалку или охоту, собирать в летнее время грибы и ягоды, заниматься огородом или личной своей машиной. Полная свобода действий. Главное было, в установленное время прибыть на очередное дежурство и сутки отработать. Потом - часов пять-шесть поспать и вновь - свободен как ветер. Хотя, стоит напомнить, что в этот период времени, когда Владислав был стрелком, денежной массы в семье всё-таки сильно не хватало. Даже с учётом пенсии Владислава Птицы, зарплаты стрелка ВОХР и денежного содержания Татьяны. Стоило подумывать о том, как устраивать жизнь старшего сына. Да и младший уже из разряда "детства в коротких штанишках" стал переходить в категорию раннего юношества. И для еды и для обеспечения одеждой для всех, требовались деньги. Причём, деньги большие. Вот и приходилось Владиславу неофициально подрабатывать на своей личной машине "Ниве" частным извозом. Как это тогда называлось - "ночной бомбила-таксист". В дневное время данная подработка была несколько затруднена. Слишком много было государственных такси и зарегистрированных в соответственных инстанциях частников. Ночью же можно было неплохо заработать. В удачные ночи¸ удавалось получить чистый "навар", почти равный половине заработной платы на работе стрелком. В общем, и этот метод честного, но, нелегального зарабатывания денег, не остался Владиком не опробованным. Хотя, следует отметить, мало того, что работа ночью таксистом представляла существенную опасность, в частности, можно было за пару сотен рублей "навара", получить монтировкой по затылку или ножом в бок, так ещё и здоровье не позволяло делать подобные выезды каждую свободную ночь. Что такое - восемь часов в кресле водителя? Это - изрядная нагрузка на позвоночник. Это - отёчность рук и ног. Да и вообще, неблагодарный это труд. Пусть и доходный. Однако, благодаря таксованию, удавалось довольно сносно сводить концы с концами. В общем, машина в то время была не только "средством для передвижения", но и реальной "кормилицей".


Следующим этапом трудового пути Птицы, после работы стрелком ВОХРа, с которой всё-таки пришлось уйти, была работа заведующим складом на частной фирме. В этой работе, по большому счёту, всё было хорошо. Всё, да не всё. Обычная "система славянской ориентации". Стандартное недовольство работника нанимателем и нанимателя работником. Ещё бы! Каждый ведь действует в только своих собственных интересах. Работник хочет, с ростом реальных доходов и прибыли нанимателя, получать также как можно больше. А наниматель, в свою очередь, стремится иметь большую прибыль, оставляя за собой право, не увеличивать заработную плату работнику. Стандартные противоречия владельцев и производителей. Вспомните систему распределения прибыли у американских бизнесменов, которую всем нам рассказывали в школьной программе в процессе изучения обществоведения. Десяти процентный "навар" крупного владельца предприятия в Америке, считался для него верхом счастья. Весь остальной доход шел на денежное стимулирование рабочих и расширение производства. У славян, ставших бизнесменами в очень короткие сроки, если чистый "навар" от производства составлял менее 100 процентов, то это производство считалось убыточным, так как не давало возможности мгновенного обогащения. Сразу следовали "штрафные акции", основывающиеся на приостановке выплаты итак незначительных заработных плат рабочим, обмане налоговых органов и своих же партнёров. В общем, это вопросы экономического плана, косвенно касающиеся жизни Владислава Птицы. Однако, касающиеся. Та же не совсем регулярная выплата "денежного удовольствия". Те же жалобы на мизерные доходы, что не позволяет поднять заработную плату своим работникам. Та же работа полу авральным методом без составляющей всякой дополнительной материальной компенсации. В общем, этот период времени для семьи Птицы памятен только тем, что доходы были несколько выше, чем на предыдущей работе. Да и ещё, вращение в системе частного предпринимательства, дали определённые экономические и юридические знания, что пригодилось Владику в дальнейшей жизни.


Понятное дело, что только на одной зарплате и пенсии и в тот период времени прожить было весьма затруднительно. Владу пришлось "крутиться" где и как только возможно, не упуская ни малейшей возможности повысить рост благосостояния семьи. Естественно, без каких-то существенных нарушений закона. Мелкие нарушения, подходящие под категорию административной ответственности - не в счёт. Был случай, что в процессе работы удалось обнаружить мелкую частную фирму, занимающуюся пошивом рукавиц для рабочих. Производство конечной фазы было организовано неплохо. А вот вопрос с сырьевым материалом для этих самых перчаток, решался очень сложно. Ткацкие фабрики, производившие в то время брезент, применяемый для изготовления рукавиц, как это и следовало ожидать, цены на свою продукцию установили очень высокую. В этом случае выгоднее становилось закрыть само производство, чем покупать брезент по предложенной цене. Влад предложил свою помощь, и, используя старые связи в бывшей своей мотострелковой дивизии, сумел помочь руководству данной фирмы закупить по бросовой цене списанные тенты общего покрытия для боевой техники. Конечно, дело было оформлено с некоторыми обходными маневрами в отношении с законодательством. По закону, списанные тенты подлежали сдаче в приемные пункты вторсырья. На эти пункты было сдано по требуемому весу всевозможное тряпьё, собранное, где только возможно. Получена накладная на сдачу. А сами тенты перешли в собственность фирмы. Из них пошили рукавицы. Только эта сделка принесла фирме баснословный "навар" более чем в 500 процентов. Естественно, руководство отблагодарило Владислава весьма достойно. Да и дивизия не осталась, в конечном итоге, в накладе. Что бы, не "подставлять" командование переводом денежных средств от частной фирмы в государственную структуру, было решено закупить определённые сельскохозяйственные продукты, которые передали как безвозмездную помощь воинским частям для улучшения питания военнослужащих срочной службы. И это в тот период, когда с продовольственным обеспечением данной категории военнослужащих возникали существенные затруднения.


Но и на этом деятельность Владислава Птицы не ограничивалась. Где-то удавалось выступить посредником в приобретении другой строительной фирмой необходимых строительных материалов. И опять - "благодарность". В другом месте, используя появившиеся связи, удавалось помочь в сбыте продукции в регионы России. Вот именно так, присоединяя заработанную копейку к копейке, Влад создавал базу для дальнейшего материального обеспечения нормальной жизни всей своей семьи.


Работа на "постороннего дядю" в этот период времени, позволили Владу хоть немного собрать денег и открыть свой собственный бизнес. Понятно, что это был всего только маленький магазинчик, торговавший всевозможной мелочью. Но зато - свой собственный. Без наёмных рабочих. Сам - снабженец. Сам - продавец. Только всю бухгалтерию вела жена Татьяна. Хотя, некоторые попытаются выразить своё недоверие данной системой: "Как это так? Не может такого быть, что бы в тех случаях, когда магазин оставался без хозяина, уезжавшего за товаром, торговля замирала". Вполне резонно. Тогда, да и в прочих подобных ситуациях, бухгалтер Татьяна становилась продавцом. Хоть и "частная лавочка", но требовала постоянного вложения труда. Даже в выходные дни. За то, что этот магазинчик мог оказаться закрытым во время, определённое для его работы, могли последовать штрафные санкции той организации, которая выдала лицензию на торговлю. Вплоть до лишения этой самой лицензии. Даже болеть в подобных случаях, было затруднительно. Вот вам и личная собственность. Вот вам и свобода торговли. Ничего подобного. Жесточайший контроль государственных органов за индивидуальным предпринимательством, дабы можно было в любой момент "прижать к ногтю" любого, не угодного или слишком строптивого. Это уж из категории "размышлений на вольные темы". Хотя, в конечном итоге, размышления, не лишённые здравого смысла.


Скажем так. Частное предпринимательства Владислава Птицы, в виде магазинчика, просуществовало не очень долго. Слишком много заморочек стали сопровождать любые, пусть самые незначительные действия этого "бизнесмена". Нет! "Наезды "братков" разнообразной окраски и толкования Владика не пугали. Да их, по большому счёту, как таковых и не было. Или "постеснялись" местные "деятели преступного толка" связываться со столь мелким предпринимательством, то ли просто не захотели иметь дело с "афганцем". Гадать не стоит. Всё равно, тот, кто доподлинно знает "всю подноготную" данного вопроса, ничего не расскажет. А предположить можно что угодно. Проблемы, как это ни удивительно, стали возникать именно с государственными структурами. С одной из них мы уже имели возможность ознакомиться. Строгий контроль за соблюдением регламента рабочего времени. Что удивительно, но чиновники районного и городского масштаба не захотели сделать никаких скидок и послаблений инвалиду войны. Пресловутое: "Мы Вас туда не посылали!" А то, что довольно часто Птице приходилось посещать лечебные заведения, и находиться в них - когда в стационарном режиме, когда в амбулаторном - никого не интересовало. Да и просто, в периоды болевых обострений в позвоночнике ему нужно было элементарно отлежаться дома. Каждый случай закрытия магазина в рабочее время приходилось подтверждать справкой. А иначе - пиши объяснение и подвергайся экзекуции. Анахронизм, да и только. Вдобавок к этому, ежегодные отчёты налоговой инспекции, тяжеловесные по своему оформлению учётные документы, отнимали массу сил, времени и нервов. Наработаешь, бывало, на сто рублей, а на бумаготворчество затратишь из них же сто пятьдесят рублей. В общем, если перечислять все эти заморочки, с которыми столкнулся в индивидуальном предпринимательстве Влад Птица, уйдёт очень много времени. Кто прошёл через подобные мытарства, знает это без каких-то дополнительных разъяснений. Кому сие "счастье" на жизненном пути не подвернулось, может пребывать и дальше в абсолютном неведении. Зато, спать будет спокойно. В общем, закрыл свою "лавочку" Владислав. Пару-тройку месяцев походил в налоговую инспекцию, пока смог сдать всю отчётную документацию, аннулировал лицензию и опять приступил к новой трудовой деятельности.


На этот раз суждено ему было окунуться в более крупный бизнес. Правда, только по своей значимости, но не по доходам. Уговорили его местные друзья и сослуживцы пойти коммерческим директором в Открытое акционерное общество инвалидов войны России. Существовала такая организация в Российской Федерации. А может быть, и сейчас ещё продолжает функционировать. Задумка у неё на то время была прекрасная. И цели актуальные. Оказание в своём регионе материальной помощи тем россиянам, которые потеряли своё здоровье, защищая Родину. Для самого Владика Птицы всё в работе этого ОАО было понятно и близко. Что ни говорите, но и он сам своё здоровье положил на алтарь России. Пусть и в далёкие времена существования Советского Союза. Однако, и тогда Россия не прекращала своего существования. Даже общепризнанное народное и общегосударственное название не меняла. Согласитесь, что даже после Октябрьской революции 1917 года, образования в 1922 году Союза советских социалистических республик, наше великое государство так на Западе до 1992 года и продолжали называть Советской Россией. В целом, работа коммерческим директором вышеназванной организации Птице нравилась. Больше всего в ней привлекало то, что можно было наяву видеть, как деньги, заработанные Открытым акционерным обществом инвалидов войны России, превращались, в те же самые коляски для инвалидов, лишённых до этого времени возможностей передвигаться, в протезы, простенькие автомобили со специальными органами управления, другие, крайне необходимые товары. Да и выделение лекарственных средств, установка оград и памятников на кладбищах, закупка путёвок в специализированные санатории и профилактории. Сколько их существовало, и будет существовать вопросов и проблем инвалидов войны? Масса. Рыночные отношения, что не говорите, пусть и не в полной мере, но, хотя бы, в моральном плане, освободили государство от многих забот об инвалидах и ветеранах войны. Что вы, "жертвы боевых действий" ещё хотите? Вам платят пенсии? Выделяют, пусть и небольшие пособия на лекарства? Обеспечивают бесплатным проездом. Остальное - по отдельному списку и за отдельную плату. Да и то, на усмотрение чиновника. Понравится какому-нибудь клерку, наделённому властью, рожа просителя - найдёт средства для помощи. Если же человек явно вызывает антипатия - не обессудьте! Нет в региональном бюджете на это денег! Если выделит Москва, тогда и поговорим. Ждите ответа! И этот ответ можно было ждать годами, а то и десятилетиями. Поверьте, многие из инвалидов и ветеранов, чисто из чувства гордости, старались и стараются не "обивать пороги" различных государственных структур. Трудное это дело - просить. Не всякий в состоянии переступить через своё, выработанное годами жизни, понятие о чести и достоинстве. Такие выражения, как "просить", "клянчить", "попрашайничать", вбитые в наши головы ещё советской идеологией, тяжело было поставить на один уровень с понятиями "обязаны", "их долг". А ведь именно государство, правительство, власть послало этих, совершенно, в какой-то период времени здоровых и полных сил людей на войну. Пусть государства этого уже нет. Парни, получившие увечья и ранения на войне, могли бы без этой самой войны, жить долго и счастливо, ни в чём не нуждаясь, все блага добывая своими силами и трудом. Теперь же они, по сути дела, должны были жить "с протянутой рукой". И почти всегда, если они уж обратились к власти с какой-то просьбой, то к этому их подтолкнула крайняя нужда. Конечно, существовали, существуют и будут существовать отдельные индивидуумы, для которых хождение по государственным структурам и "выколачивание" для себя лично материальных благ доставляло удовольствие. Там - добьются бесплатного ремонта крыши своего частного дома, здесь - бесплатного или льготного выделения дров на зиму, в другом месте - получение вне очереди государственной квартиры. И так, до бесконечности. Ходят, скандалят, портят нервы другим. Добиваются выполнения своей личной цели любыми средствами, вплоть до применения клеветы и наговоров. Только таких людей, хочется верить, - единицы. И строить на их примерах отношение ко всему обществу - страшнейшая ошибка. И, в то же время, подобные "просители" - та пресловутая "ложка дёгтя в бочке мёда".


4


Кстати, что бы в дальнейшем не возвращаться к вопросу об отношении НОВОГО государства к ветеранам БЫВШЕЙ страны, хочется обратиться к страничкам истории почти вековой давности. Слишком уж у нас явственно соблюдается мировой закон "Развития хода истории по спирали". История же эта, которая представляется на ваш суд, абсолютно документального характера. Ничего в ней не выдумано. Не вдаваясь в подробности с названием действительных имён, назовём его героя ЧЕИ. То, что случилось с ним, имело место с десятками тысяч мужчин того времени, той эпохи.


Жил на Руси парень, родившийся в конце девятнадцатого века. Ничего особо примечательного, вроде, в нём не было. Обычный выходец из многодетной крестьянской семьи. Все его предки веками жили и работали сугубо на земле в нижнем Поволжье. Служили, при необходимости, в армии царь-батюшке. Не увиливали от налогов и работ. В 1861 году получили от государства "вольную" и небольшой надел земли. Нужно заметить, что семейство было, на самом деле, работящее, смышлёное и умеющее делать ВСЁ, что только было нужно для полностью самостоятельного проживания в сельской местности.


Однако, не всё в жизни зависело от простых жителей любого государства. "Человек - предполагает, а Бог - располагает". Ну, может быть, не столько Бог, сколько его "наместник на земле" - руководитель государства - будь то царь, король, Генеральный секретарь или Президент. Грянула в 1914 году Первая мировая война. Российской империи понадобилось "пушечное мясо", то бишь, людские ресурсы, необходимые для "кормления" такого ненасытного зверюги, как война. Вполне закономерно, что более грамотные рабочие из городов были призваны в артиллерию, сапёрами, на флот. Крестьяне мобилизовывались в пехоту и кавалерию. Вот и ЧЕИ оказался одетым в серую солдатскую шинель, папаху из натурального барашка, (головной убор, который в нынешние времена доступен только полковникам и генералам) и с трёхлинейной винтовкой Мосина в руках. Умчал железнодорожный воинский эшелон молодого крестьянского парня, а теперь уже солдата пехоты, на Западный фронт. Вполне естественно, не являясь даже командиром отделения, ЧЕИ только строго выполнял наставления своих родителей ("Служи Отечеству так, что бы за тебя не было стыдно") и приказы своих командиров. Сказать по правде, носить серую шинель ему довелось не очень долго. Во время наступления на австрийцев, в бою он получил пулю в коленный сустав и остался лежать на поле боя. К сожалению, это наступление не увенчалось успехом, и оказался раненый русский солдат в плену у врага.


Стоит заметить, отношение к пленным в ту войну было несравнимо с более поздними войнами. Значительно более человечным и чутким. Положили этого пленного русского в австрийский военный госпиталь и начали лечить. Понятное дело, что хирургия в то время была ещё не такой развитой, как в нынешнее время. Рану солдату залечили, однако коленный сустав потерял свою подвижность. В какой-то период времени, был произведён обмен пленными между австрияками и русскими, в результате чего, ЧЕИ оказался опять среди своих соплеменников. Долечивался он уже в русском военном госпитале, где лично из рук брата последнего русского царя Великого князя Константина получил за храбрость новенький солдатский орден "Святого Георгия" четвёртой степени. Это - как плата государства Российского за пожизненную инвалидность своего солдата. Куда теперь можно было использовать калеку? Никуда! Армии он был более не потребен. Уволили его подчистую, выдали денежное довольствие и компенсацию за всю службу и отправили домой, в Поволжье.


Не станем скрывать, что хоть стал ЧЕИ инвалидом, но государство, обременённое тяжелейшими расходами, связанными с ведением той войны, его не бросило на произвол судьбы. Получил инвалид войны, кавалер боевого ордена, внушительный надел земли в личное пожизненное пользование, солидный беспроцентный кредит на обустройство и полное освобождение от налогов. Используя свою крестьянскую смекалку, неимоверную работоспособность, построил небольшой дом, завёл живность, обзавёлся хозяйственным инвентарём. Женился на уроженке соседней деревни. В молодой семье, постепенно, появился достаток. Ещё бы! Имея такие льготы, трудясь без устали на своём личном хозяйстве, в то время только бездарь и совершенный лентяй не смог бы твёрдо "стать на ноги". Понятное дело, что не сгибающаяся в колене нога доставляла массу трудностей крестьянину. Это же, не сидеть в конторе за столом и перебирать бумажки! Труд сельскохозяйственного рабочего требовал постоянного движения и нагрузки на ту же ногу. Попробуй-ка, вспахать поле, идя за плугом, когда опора на одну ногу весьма слабая. К вечеру, после трудового дня, боль в ногах не позволяла заснуть. Но ведь семье нужно было жить. И уже ранним утром ЧЕИ можно было вновь видеть за работой. В зимнее время, когда на крестьянском хозяйстве наблюдалось временное затишье, ЧЕИ занимался ремонтом и налаживанием своего инвентаря, изготавливал нехитрую мебель, ремонтировал и шил обувь. В общем, в его руках любая работа спорилась. Он умел делать ВСЁ. Так его научили родители.


В России в 1817 году грянула Великая Октябрьская социалистическая революция. За те три года, которые со времени своего ранения и до этого всемирного исторического явления, ему отмерила судьба, личное хозяйство ЧЕИ вышло в разряд крепких середняков. И вот тут-то начались существенные проблемы. "Пришёл гегемон, и всё пошло прахом!" Новая, Советская власть не собиралась церемониться с защитниками "веры царя и Отечества", да ещё и награждёнными за это действие орденами. Мало того, что были отменены все награды царской России, так ещё их и надевать категорически запретили. Не зависимо от того, когда и при каких обстоятельствах они были получены. Кто-нибудь, когда-нибудь видел, что бы на кителе Маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова, рядом с советскими и иностранными наградами красовался бы Полный бант Георгиевского кавалера? То-то и оно. Кроме запрета на награды, были полностью отменены и все льготы, которыми до революции пользовались инвалиды войны и орденоносцы. Для хозяйства ЧЕИ в этот период начались огромные трудности. Вначале, учитывая тот факт, что личное хозяйство семьи было крепким, он чуть не попал под "раскулачивание". Спасло только то, что вступились за него соседи и земляки, клятвенно заверив особых представителей ЦК РКП(б), прибывших для выполнения экзекуций, что за весь период существования своего личного хозяйства, ЧЕИ не пользовался наёмным трудом других людей. Всегда всё делал сам, своими руками.


Однако, с 1917 года хозяйство этого крестьянина постепенно начало хиреть. Задавили его продразвёрсткой и продналогами. Изрядно "общипали" местные Поволжские банды. А потом и вообще, "деятели Советской власти насильно вынудили эту семью вступить в колхоз, с передачей всего своего хозяйство данной организации. Даже дом, построенный за собственные деньги и собственными силами, стал по закону колхозным. Хуже всего то, что, если на своём личном хозяйстве ЧЕИ мог по малу трудиться на любых поприщах, то в колхозе его, как инвалида с ограниченными возможностями движения, определили возить воду. Много ли трудодней можно заработать водовозу? Да и вообще, можно ли было в колхозе прокормить семью из шести человек? Нельзя! В данной семье на долгое время воцарила нужда. Только тогда, когда дети "стали на свои собственные ноги", начали жить своими семьями, оказывать помощь родителям, жить стало легче. Правда, пенсию ЧЕИ так от государства и не получил. Не было тогда законов, что бы назначать пенсию инвалиду Первой мировой войны. А стаж работы в колхозе, с учётом возраста, не соответствовал параметрам назначения пенсии.


К чему этот эпизод? Да ещё и с такими подробностями. Что бы, хоть косвенно вывести определённые закономерность в исторических процессах. Какие? Самые непосредственные. Развал Советского Союза произвёл не менее разрушительные действия во всех республиках бывшего СССР. Все награды Советского государства стали упраздненными, а в Республиках Прибалтики ещё и категорически запрещёнными. Льготы участникам боевых действий в ряде суверенных государств отменили или сократили до минимума. Хорошо ещё, что в славянских государствах не тронули ветеранов Великой Отечественной войны. Хватило у кого-то соображалки. В общем, всё прошло по аналогичному кругу, как и в далёких двадцатых годах прошлого столетия.


Стоит ещё заметить, что и дед Владислава Птицы, коренной казак, почти всю свою жизнь прослуживший в казачьем полку, дислоцировавшем в Петрограде, тоже "имел счастье" столкнуться с некоторыми издержками деятельности новой Советской власти, о которых упоминалось несколько выше. Не станем приводить подробности, дабы не погрязнуть в "клевете" на существовавшую ранее власть. Сами можете представить себе, что довелось пережить в "колыбели революции" верному "сатрапу царской власти", каковым являлся любой служивый казак.


5


Однако, отвлёклись, хоть и по существу. Пора возвращаться к Птице. На чём мы остановились? На должности коммерческого директора в Открытом акционерном обществе инвалидов войны России? Вот с сего момента и продолжим. Много сил, сноровки и умения вложил Владислав в эту свою новую работу. Не станем превозносить его заслуги "до небес", однако, факт остаётся фактом. Много он сумел сделать для пользы своего ОАО. Прошло пару лет, и стал он уже директором Открытого акционерного общества инвалидов войны России. Вот теперь он уж точно мог развернуть деятельность данной организации, воплотить все свои планы, без оглядки на то, как на это посмотрит глава ОАО. Как всё-таки, наивны эти военные? Всё "витают в облаках" и с большим трудом возвращаются на бренную землю. Предыдущий то директор ушёл с данной доходной должности, в общем-то, только потому, что почувствовал "ветер грядущих перемен". В государстве начался очередной новый период "охоты на ведьм". Всё-то чиновникам казалось, что процветание какоё-то коммерческой организации "наносит вред всему обществу". Ещё бы! Платят исправно налоги, а они-то, говоря откровенно, глядя даже не вооружённым глазом, явно "драконовские". Во время плановых или внезапных проверок вся документация в полном порядке. Никаких грубых нарушений законодательства правоохранительные органы и всевозможные контролирующие организации, типа Пожарной охраны, санэпидемстанции, Охраны труда, обнаружить не могут. Санкции и штрафы по мелочам погашаются своевременно. А указанная организация, вопреки логике, продолжает функционировать, да ещё и по учётным документам, приносит прибыль. Значит, с точки зрения чиновничьего аппарата, надо ещё более ужесточать требования. Что бы, засранцы, не могли даже вздохнуть. Что бы, "упав на колени", не смогли уже подняться. Были какие-то льготы по налогообложению? Ликвидируем! Пользовались у нотариусов правом беспошлинного оформления документов? Ликвидируем! Распределяли полученные доходы между нуждающимися инвалидами войны по своему усмотрению на основании решения совета акционерного общества? Запретить или ввести жесткий контроль администрации города! В общем, нервотрёпок у Владислава Птицы со временем стало столько, что не успевал выйти из одного чиновничьего кабинета, как нужно было стучаться в дверь другого. Татьяна, бывшая к тому времени уже бухгалтером этой организации, не успевала писать нужные и ненужные отчёты.


В общем, как и следовало ожидать, направленная деятельность некоторых чиновников государственного аппарата на постепенное "удушение" среднего и мелкого частного бизнеса принесла свои плоды. У Владислава Сергеевича начался период апатии. Зачем прилагать неимоверные усилия к получению дополнительных прибылей от деятельности общества, если львиная доля их уйдёт в государственный бюджет, а потом, на выплату заработной платы всё тех же чиновников? Что от этого выиграют инвалиды войны? Какие-то крохи, от которых и польза-то не велика? В глобальном масштабе сделать что-то стало крайне затруднительным. Не секрет, что всякий труд, кроме материальной заинтересованности должен приносить и моральное удовлетворение. Для крупных бизнесменов, вся заинтересованность которых заключается только в "загребании сверхприбылей", моральный аспект заключается в увеличении банковского счёта. "Денег много не бывает"! Для Птицы же, хотя он также совершенно не игнорировал денежный вопрос, моральное удовлетворение было в оказании посильной помощи своим "товарищам по несчастью". Вполне понятно, не за свой собственный счёт. За счёт организации, которая когда-то могла это делать, а теперь, стараниями определённой группы людей, подобные возможности стала терять. В общем, скажем прямо, как это ни парадоксально, начал Влад Птица терять свой первоначальный "запал". Сама проделываемая работа стала ему мало интересной. Что-то придумывать, изобретать новые способы получения прибыли, не увлекали его. Что это? "Старость подкрадывается незаметно?" Нет. Губительные действия существующей системы. Когда не "Государство - для народа", а совсем наоборот. Ладно, не станем "цеплять" государственный строй. К сожалению, любая административная система состоит из отдельных личностей. Пусть и, чего греха таить, не совсем "чистоплотных". И законы придумывают подобные отдельные личности.


Кстати о Законах. Интересное наблюдение, свойственное всем государствам, у которых приемлем в общении русский язык. Законы у нас принимаются всегда после длительного обсуждения законодательными органами. Вроде бы, всё в этих самых законах предусмотрено. "Это нужно делать только так, а вот это делать нельзя!". Ничего, кажется, в двойственном понимании не предусмотрено. Однако, достаточно закону вступить в свою силу, как "на местах" начинается трактование данного закона так, как его понимает каждый отдельный чиновник. Внезапно появляются "наводящие вопросы" в вышестоящие инстанции, исходя из конкретных условий данной местности. "Сверху" следуют разъяснения в виде циркуляров. Смотришь, а уже через полгода Закон перевернули с ног на голову. Скажете, не так? Очередное извращение фактов? Нужен пример? Извольте! Простой пример. Кодекс о труде. В любом государстве существует такой закон. Небольшая книженция, стандартного размера и толщиной около двух сантиметров. Всё, что касается прав и обязанностей в этой книжке изложено в виде лаконичных статей. Только читай и выполняй в полном объёме. Не тут-то было. Инструкции и разъяснения этого самого Кодекса о труде занимают несколько внушительных томов, по своей толщине, если их сложить один на другой, занимающие в высоту более сорока сантиметров. "Эту статью нужно понимать так, а можно и так. В зависимости от обстоятельств". "Широк и многообразен русский язык!"


Конечный результат трудовой деятельности Владислава Сергеевича Птица. Добровольное увольнение с должности директора Открытого акционерного общества инвалидов войны России. Полностью переход на "самообслуживание" своей жизни и деятельности. Жизнь только на ту пенсию, которую даёт государство и те накопления, кстати говоря, по Российским меркам, довольно скудные, которые удалось собрать за полтора десятка лет после увольнения из армии. Хорошо ещё, что правительство России в последнее время существенно подняло денежное содержание военнослужащим. Может быть и за счёт того, что армию "мужественно" возвратили к временам самого начала царствования Петра Великого. "Потешные войска". Ну да, это уже "проблемы негров, которые шерифа не интересуют". О безопасности государства должны заботиться соответствующие руководители. Значит, Российская армия теперь находится в тех самых минимальных пределах, обеспечивающих безопасность. Жираф большой, ему видней!


В настоящий период времени Птица занимается активным отдыхом на пенсии. Этим следовало заняться уже давно. Да вот, существовавшие жизненные проблемы не позволяли этим заняться. Теперь, когда, вроде всё "устаканилось", можно заняться самим собой.


В первую очередь - побеспокоиться о своём здоровье. Слишком уж часто в последнее время о себе начали напоминать боли в позвоночнике и руке. Да и головные боли, не связанные совершенно с решение жизненных проблем, стали посещать эту седую голову. Последствия инсульта, полученного на завершающем этапе службы в армии, тоже игнорировать совсем не стоит. Не шуточное это дело. В общем, пусть и не дряхлый ещё организм, однако, требует тщательного укрепления, лечения и внимания. Никто о тебе не позаботится так, как это нужно тебе самому. Что нужно для поддержки здорового образа жизни? Да ничего особенного, что, в сущности, необходимо где-то искать и доставать. Всё рядом. Дача на берегу Днепра. Пусть и не достроенная ещё до конца. Пусть, довольно скромных размеров. Зато, своя, созданная своими собственными руками. Экологически чистая, из брёвен толщиной в сорок сантиметров, обшитая внутри досками. Даже сам труд на даче, на чистом воздухе, вдали от автомобильных выхлопов и отходов промышленного производства, способен не укорачивать, а явно продлевать жизнь.


Второе увлечение, которым не удавалось заняться всё предыдущее время, в особенности во время службы в Вооружённых Силах. Рыбалка. Да и говоря откровенно, не так-то часто этим можно было заняться исходя из самих условий местности. Средняя Азия вообще была лишена мало-мальских водоёмов, где бы водилась приемлемая съедобная рыба. Об Афганистане речь вести нет смысла. Всё понятно вполне. Прикарпатье, хоть и являлось неплохим местом для рыбалки, однако же, создавало определённые трудности во временном понятии. Трудно себе было представить, что бы командиру развёрнутой реактивной артиллерийской батареи удавалось выкроить полдня для того, что бы оставить на этот срок своё родное подразделение без присмотра. Тут бы, хотя бы, просто отдохнуть в кругу семьи эти самые полдня, одновременно находясь в томительном ожидании очередного непланового вызова на службу. Хотя, чего греха таить, случались прекрасные моменты. Не без того. Во время учёбы в академии Ленинграда, понятное дело, было не до рыбалки. Да и все свойственные этому занятию причиндалы Влад с собой в этот прекрасный город заранее не взял. Можно было, конечно, выйти на Неву с удочкой или поехать на побережье Балтийского моря. Но, опять же, маленькие дети и какое-то чувство вины перед Татьяной, которая всё свое свободное время тратила на детей, не давали Владу просто так взять и уехать куда-то на рыбную ловлю. В общем, этот период времени также был, практически вычеркнут из календаря рыболова Владика. Более-менее любимым занятием удалось позаниматься во время службы в Прибалтике. Там были и условия стоящие, и возможностей вполне достаточно. Но, служба есть служба. Не всегда погодные условия соответствовали наличию свободного времени. Есть время - да на улице ливень. Нормализовалась погода - нужно идти на службу. Понятное дело, что это в основном обычные отговорки для самоуспокоения. Однако... После увольнения из армии, вроде бы, настало самое время предаться этому занятию в полной мере. Как бы ни так! Вновь стали возникать проблемы субъективного и объективного характера. И вот только сейчас, когда свободен как ветер, можно заняться рыбной ловлей не торопясь, вдумчиво, основательно. Выбирая себе без особой суетливости, и места хорошие, и условия подходящие. Хочешь - день. Хочешь - неделю. Главное, вовремя сообщать своей супруге, что жив, весел, доволен, при делах. Есть клёв - нету клёва. Безразлично (условно).


Что ещё нужно пенсионеру? Что бы семейство было здорово и счастливо. Что бы был достаток у всех. Что бы дети и внуки могли чаще приезжать в гости и им было где разместиться, отдохнуть, развлечься.


6


Что бы повествование было полным и оконченным, следует, наверное, несколько слов сказать о сыновьях Птицы.


Старший сын Павел, тот что, как вы помните, родился 25 мая 1982 года. К моменту увольнения Птицы из армии, парню минуло пятнадцать лет. По его собственному желанию и с благословления родителей он поступил с профессиональное техническое училище на специальность автослесаря. Говоря откровенно, была у мальчишки определённая склонность покопаться в машинах разнообразных конструкция. Да и наличие у Владислава Птицы личного автомобиля "Нива", с которым, как вы все понимаете, приходилось часто и довольно основательно возиться, дабы не превратить со временем оный в неподвижную груду железа, приучили Павла с малолетства помогать своему родителю в этом не совсем благодарном деле. Конечно, специальность слесаря по ремонту автомобилей была не весть какой престижной в те отдалённые года. Хотя, довольно изрядный наплыв старого автомобильного хлама из-за границы, постепенно делал эту работу, не столько престижной, сколько денежной. В общем, что бы вы не говорили, первичный выбор профессии Павлом был сделан самостоятельно и без нажима со стороны отца и матери. О том, что бы дальше продолжить династию военных, речи быть не могло. Опять же, дабы, не допустить некоторой недосказанности, вспомним, что у старшего сына Птицы были в детстве определённые проблемы со здоровьем, что сделало невозможным не только службу в качестве кадрового военного, но и действительную срочную службу. Проблемы со здоровьем удалось успешно уладить, благодаря тому, что они, эти самые проблемы, были выявлены на ранней стадии своего развития. А вот отметка об этом во всех медицинских карточках остались. И потянулись шлейфом в личное дело призывника в местном военном комиссариате. Исходя из вышесказанного, Павлу в Вооружённых Силах России служить не довелось.


После окончания профессионально-технического училища, Павел устроился работать по полученной специальности, сперва в государственное ремонтное учреждение, а немного погодя - в частную фирму. С самой первой зарплаты, Владислав Птица "посадил" сына на "вольные хлеба". Что это значило в его понимании? А только то, что все свои деньги он приносил и отдавал матери на питание и покупку одежды. Если ему требовались какие-то деньги на личные развлечения, приходилось просить данную сумму у матери, естественно с согласия отца. И пусть деньги в семье уже тогда водились, но и пустая трата оных не поощрялась. Тем более, что уже тогда была поставлена конкретная цель - построить сыну отдельную квартиру. Деньги на неё собирались по крохам, откладывая с зарплат и пенсии ежемесячно. В результате этого, уже к двадцати пяти годам удалось Павлу купить в Смоленске двухкомнатную квартиру. Скажете, что слишком уж сурово воспитывал Владик своих сыновей? Может быть и так. Всё-таки, молодому парню хотелось, и погулять, и сходить на концерт современной молодёжной эстрадной группы, и в ресторане с девушкой посидеть. Всё это так. В тоже время, Влад приучил сыновей к кропотливому труду. Ведь он же замечал, что с восемнадцати летнего возраста, Павел, получив право на управление автомобилем, втихаря вечером брал машину отца и занимался нелегальным таксованием, тем самым зарабатывая деньги на свои личные, неподотчётные родителям цели. Хорошо ли это? С точки зрения государства - нарушение законов. С точки зрения Владислава - привыкание к самостоятельности, к добыванию дополнительных денежных благ своими силами и средствами. Уроки жизни, преподанные родителями с малых лет, не прошли для Павла бесследно. Закончил он заочно университет. Поднакопил денег. Переехал работать в Москву, где, продав свою квартиру в Смоленске, купил себе уже столичную квартиру. Женился. Осчастливил отца фамильным внуком. Работает на престижной и довольно денежной работе. Ездит на хорошем автомобиле. Ни в чём не нуждается. Что ещё нужно? Об этом Павел и его жена знают сами.


Младший сын Антон, тот что, как вы помните, родился 9 июня 1987 года. У него начало жизненного пути было несколько иное. Хлопца с детства манило море и погоны кадрового военного. Никаких противопоказаний на этот счёт природа ему не указала. Здоровье - отменное. Голова на месте. Физическое развитие - соответствующее своему отцу. В общем, опять же, с благословления родителей, поступил он учиться в Санкт-Петербургское нахимовское военное училище. Годы учёбы не только не ослабили его желание быть военным, но и укрепили направление дальнейшей карьеры кадрового военного - Военно-морской флот. Правда, с подсказки Владика, пошёл он не по командной стезе, а по несколько иному направлению. Поступил Антон в филиал Академии тыла и транспорта Вооружённых Сил Российской Федерации на факультет горючего и смазочных материалов. Понятное дело, что должность начальника ГСМ совершенно не перспективная в армии. Однако же, гражданская специальность, полученная на факультете, давала некоторую уверенность в завтрашнем дне - "Проектирование, сооружение и эксплуатация нефте-газопроводов, нефтехранилищ". Так как сейчас в армии бардак, с такой специальностью они, имеется в виду выпускники факультета, возможно, смогли бы найти работу и на гражданке. Согласитесь, что весьма жизненная специальность в России. Да и, пожалуй, самые богатые люди России сейчас, зачастую, связаны, так или иначе, с нефтью и газом. Почему? Не станем "утопать" в глобальных экономических и политических вопросах. Все это знают. Да и обращались к подобным темам за время повествования уже не однократно.


Вышеназванный факультет Антон закончил в 2009 году. Опять же, по его собственному желанию, получил распределение на Тихоокеанский флот. В новенькой лейтенантской форме офицера Военно-морского флота России, с кортиком на ремне и надеждами на достойную службу кадровым военным, уехал он к месту службы. Однако, служба эта оказалась весьма непродолжительной. Всего и отслужил Антон на офицерских должностях один год и два месяца. И был уволен по "организационно-штатным мероприятиям", как теперь называется сокращение в армии ("Строительство нового облика Вооружённых Сил Российской Федерации"). Согласитесь, что увольнять молодого офицера, который не прослужил в армии в звании офицера и пяти лет - верх глупости и абсолютное отсутствие расчёта. Для чего нужно было обучать его в высшем военном учебном заведении пять лет, на полном государственном обеспечении, что бы потом, после года службы, "выбросить" из армии. А, тем более ещё и таких, которые до этого пять лет обучались в нахимовском училище. Человек, у которого за спиной десять лет нахождения в военной форме, пусть он был и не на срочной службе, и не кадровым офицером, выбрал данную специальность "Родину защищать" не "с бух ты барах ты". Его стремления были выработанные годами. И служил бы он честно и старательно. Уж можно было бы таким людям подыскать место службы где-то ещё, в другом месте. Ан, нет. Уволили из армии. Угробили мечту детства. Вполне понятно, что после увольнения где-то пол года Антон находился в глубокой депрессии. Вывел его из оного состояния Владислав Сергеевич Птица:


"Я уже шашкой намахался, отдав свой долг Родине и за себя и за своих сыновей. Хватит пребывать в абстрактном состоянии. Надо выбирать хорошую гражданскую специальность и начинать новую жизнь".


В общем, по настоянию своих родителей, пошел Антон заочно учиться для получения второго высшего (юридического) образования. Но главная цель в этом была помочь сыну перестроить сознание, перевести свою жизнь "на гражданские рельсы", обзавестись друзьями в этой самой новой жизни. Владик и Татьяна приняли решение, купить себе скромную двухкомнатную квартиру в Смоленске, а свою бывшую трёхкомнатную, полученную от государства, оставить младшему сыну. Помогли ему купить свою машину. В общем, и здесь не оставили сына "на произвол судьбы. Теперь дело только за самим Антоном. Всё у него, твёрдо уверен, получится.


Заключительная часть.


Наверное, на этом закончим повествование о жизни и военной службе Владислава Сергеевича Птицы. Не лёгкая судьба. Тяжёлая служба. Да и конечный результат службы весьма и весьма плачевный. Сколько раз самой Судьбой было предначертано ему "превратиться в прах"? Сколько ударов за период службы выдержал этот офицер? В принципе, большинство из них, наиболее значимых, было освещено в повествовании. И, назло Судьбе, на страх врагам, этот человек вновь "возрождался из пепла", гордо поднимая свою голову, которую не смогли склонить даже полученные тяжелейшие травмы. Хотелось сказать банальную фразу, которая сейчас уже и не воспринимается серьёзно: "На таких людях мир держится"! А разве не так? Разве станут опорой и гарантией сильного государства те парни, которые правдами и неправдами увиливают от службы в армии? Или же те, кто получив в наследство от родственников внушительные денежные средства, умеют только их тратить, но не зарабатывать? Трудности закаляют человека. лень и безделье - превращают его в рыхлую массу, не способную к созданию чего-то ценного. Это не мои слова.


Что хотелось бы отметить? Довольно часто всё, что описано в этой повести, происходило с огромным количеством офицеров, рождённых после Великой Отечественной войны. Трудно сказать, в чём причина подобных трудностей, возникавших на жизненном пути этих офицеров. То ли, здесь виновата сложившаяся в Советской Армии обстановка. То ли определённая группа высшего командного состава Вооружённых Сил Советского Союза, возомнившая себя "наместниками Бога на Земле", всячески культивировала в офицерской среде этакое принижение личного достоинства младших со стороны старших. Трудно было, находясь в этой самой системе, являясь, по сути дела, одним из шестерёнок её, остаться до конца человеком, не потерять свою сущность. Во всяком случае, лично мне крайне редко доводилось видеть и встречаться с офицерами старшего и высшего звена (полковниками и генералами), о которых можно было бы сказать с полной уверенностью в своей правоте: "Строгий, но справедливый. Человек с БОЛЬШОЙ буквы. Опытный и знающий командир, за которым его подчинённые пойдут и в огонь и в воду". Конечно же, нет! Хороших офицеров в числе старшего и высшего состава было достаточно. Большинство из них были опытными и грамотными. Не меньше встречалось строгих. И в не справедливом отношении многих обвинить было изрядно трудно. Однако, что бы все эти прекрасные качества, которых ждут подчинённые от своего командира, одновременно в одном лице сочетались очень редко. Не зря в армейской среде бытовала такая аксиома, которую воспринимали все, без исключения офицеры, как руководство к действию:


"Можно быть "хорошим" или для начальников или для подчинённых. Одновременно "хорошим" быть для тех и других невозможно! Будешь мил подчинённым - начальство "съест". Если же наоборот - подчинённые подстроят определённые гадость".


Правильно ли это? Естественно. Такая система бытовала в Советской Армии. Да и сейчас положение вещей не намного лучше. "Наследники традиций" прекратившей существовать Советской Армии, тщательно и целенаправленно "перетащили" многое, самое негативное, уже в новые армии суверенных государств. А здесь уж нашлись продолжатели этих традиций.


К чему всё это, выше сказанное? Да к тому, что хоть Владислав Птица и был одним из колёсиков нашей армейской системы того времени, причём, далеко не маленьким, он всё-таки сумел остаться ЧЕЛОВЕКОМ. Не утерять в своём "служебном движении" всех тех прекрасных качеств, которые так терпеливо и старательно закладывали в него с детства его родители. Любили и уважали его подчинённые? Судить об этом могут только те, кто был непосредственно и реально в числе этих самых подчинённых. Можем, естественно, сделать это и мы. Только основываясь на содержании этого моего повествования. Доверяете вы моему мнению, не подвергнете сомнению то, что мой рассказ не вымысел? Верите, что всё выше изложенное не имеет субъективной подкраски? Тогда, верьте, что вам был представлен именно настоящий ЧЕЛОВЕК и настоящий ОФИЦЕР. Это моё мнение, моя точка зрения.


Рассказывать о службе и судьбе Владислава Сергеевича Птицы с самого начала было легко. Почему? Видимо потому, что ничего допридумывать не пришлось. Весь рассказ его, порой до мелких штрихов, совпадал с личными ощущениями, эпизодами, да порой, целыми временными отрезками. Что-то знал из личного опыта. С чем-то встречался в предыдущих беседах с другими офицерами. В общем, на мой взгляд, в данной повести, пусть с долей субъективизма, но отражена, в чисто "скелетной форме", судьбы и служба кадровых офицеров моего поколения. Можете с этим не соглашаться. Индивидуальную точку зрения обязан иметь каждый думающий человек. Иначе это не человек, а последний баран в стаде себе подобных.


На сим и закончим. Напоследок хотелось бы пожелать Владиславу Сергеевичу Птице и всем, кто нашёл в его судьбе сходство со своей личной, не терять оптимизма. Жить, согласовываясь со своей совестью, своим мировоззрением. Жить долго, и пусть, хоть уже в солидном возрасте, знаться только со счастливой жизнью. Не хворать, не получать плохих известий. Всегда ощущать поддержку друзей, которые, я в это верю, готовы для друга на всё. Удачи ему, успеха, любви, которую он до сих пор имеет в лице своей жены Татьяны, детей и их семей.