# Однажды - тридцать лет спустя.

Сергей Иванович Чеботарёв

Однажды - тридцать лет спустя.


Да, да! Именно тридцать лет спустя после первой своей встречи на земле Афганистана вновь собрались бывшие сослуживцы из 3-го мотострелкового батальона 122-го мотострелкового полка 201-й мотострелковой дивизии 40-й общевойсковой армии. Конечно же, встречи в более узком составе сослуживцев данного батальона происходили и ранее, причём, довольно часто. Но вот что бы таким расширенным составом - впервые. Впрочем, стоит, наверное, всё рассказывать по порядку. Больше, наверное, в качестве импровизированного отчёта тем, кому не довелось присутствовать на данной встрече однополчан.


Ни для кого не станет открытием тот факт, что ветераны войны в Афганистане встречаются друг с другом довольно часто. Особенно это стало заметно в последнее время - ближайшие пять-шесть годов. С чем это связано? Первая причина, которая заставляла воинов-интернационалистов всеми фибрами своей души стремиться на встречи со своими "братанами" - не ослабевающая в памяти тоска по тому трудному, но славному времени, когда они, ещё совсем молодые, оказались в самом горниле той "закрытой для средств информации" войны. Что бы мне не говорили, но сейчас в мире существуют только отдельные экземпляры воинов-"афганцев", для которых их служба в Афгане является запрещённой или не желательной для разговоров темой. Хотя, есть и такие. Вторая причина - возрастного характера. Всё-таки, жизнь у этих ветеранов войны уже перевалила на вторую свою половину. Многим уже за пятьдесят или близко к тому. Выросли дети. Появились внуки. Кто его знает, сколько ещё доведётся прожить на этом свете? Может быть - десяток лет. А, может быть, и того меньше. Тем более, что статистика по "афганцам" сейчас звучит совсем не утешительно. Умирают своей смертью, гибнут в авариях и на производстве, кончают жизнь самоубийством. Может быть, предстоящая встреча - последняя? Не хотелось бы этого. Но и избежать своей судьбы - довольно сложное дело. Третья причина - зов памяти. Что бы "всколыхнуть" воспоминания отдельных моментов службы "там". Ну и, наконец, четвёртая причина - наличие появившейся в последнее время оперативной и объёмной связи через Интернет. Нашлись и находятся сейчас те люди, с которыми связаться, в принципе, уже не ожидал. Оповестить их о предстоящей встрече уже не представляет проблемы. А здесь уж вступают в силу все три предыдущие причины.


Скажу честно и откровенно, лично для меня приглашение на эту встречу сослуживцев нашего третьего, мотострелкового батальона, было явлением далеко неожиданным и довольно волнительным. Последние годы приходилось неоднократно слышать о том, что где-то и когда-то встречались ветераны той или иной воинской части, допустим, отдельного разведывательного батальона, 122 мотострелкового полка 201 мотострелковой дивизии, 66 отдельной мотострелковой бригады, какого-нибудь из парашютно-десантных полков 103 воздушно-десантной дивизии и так далее. Но, что бы вот так, составом всего одного батальона воинской части - не приходилось. Может быть, это я просто не полностью владею обстановкой? Тогда, извиняюсь. Во всяком случае, подготовка к этой встрече, в моральном плане, у меня началась сразу же после получения официального приглашения, то есть более чем за полтора месяца до самого события. По большому счёту, особых сомнения по вопросу ехать - не ехать у меня не возникало. Конечно же - ехать.


Появились, естественно, вопросы чисто бытового плана. Удастся ли взять билеты на поезд туда и обратно. Всё-таки, направление южное, в курортный период времени загруженное до предела. Благо, за максимально возможное до поездки время удалось этот вопрос решить относительно успешно. Второй вопрос - обеспечение денежными знаками на поездку. Опять же, в эту пору года с украинской национальной валютой всегда в Белоруссии ощущается определённая напряжённость. Что поделать? Основная доля причерноморских курортов приходится на Украину. Вот и скупают местные жители, желающие пройти курс оздоровления на море, гривны в массовом порядке. Конечно, и от "зелени" не отказываются. Но это уже двойной обмен денежных средств, влекущий за собой потерю какой-то части этих самых денежных средств. Пришлось и мне с грехом пополам приобрести какую-то часть необходимых денежек в виде гривен, а всё остальное - в виде долларов. Ну и третий вопрос - временного плана. Всё-таки, встреча намечалась на три дня. Плюс к этому - дорога ещё около суток. Даже если учесть, что два дня из них - выходные, то остальные двое суток - явно рабочие. Пришлось приурочивать к этому событию очередной отпуск. Благо с этим вопросом и вообще проблем не возникло. В общем, всё сложилось так, как было нужно.


Можете себе представить, сколько мыслей посещало мою голову весь период ожидания вплоть до самой встречи. Оно и понятно. Встреча со своей молодостью - явление не ординарное. Вернуться на три десятка лет назад, увидеть тех, кого сам помнишь ещё молодыми, и кто тебя помнит таким же - не каждый день такое возможно. Да и не каждый год. Увидеть своих однополчан - это ещё не всё то, что ожидаешь от подобных мероприятий. Говоря откровенно, на эту конкретную встречу я возлагал довольно много надежд чисто личного, творческого плана. Где и когда ещё удастся собрать обширный материал о боевой деятельности своих сослуживцев по батальону, как не в процессе непосредственного общения? Да ещё и длительного общения почти три дня. Представьте себе, сколько моментов бесценных воспоминаний должно было быть выплеснуто в благодарные уши таких-же как и ты сам товарищей. Причём, ложь и выдумка, даже имеющая под собой малую толику фантазии, в подобных компаниях, как правило, не допустима. Не просто не поймут, но и откровенно поднимут на смех. Стоит этого опасаться. А если и не высмеют открыть, то уж точно, посмотрят с сарказмом и в дальнейшем просто не станут воспринимать твои слова как правду:


"Обычный трепач, да и только. Что с него возьмёшь? Не стоит воспринимать подобного человека серьёзно".


Что, разве не так? Мало ли за последнее время многим из нас, прошедших дорогами Афганистана, приходилось слышать из уст "псевдо участников боевых действий" небылиц об Афгане? И то, что когда-то и где-то "за речкой" подорвали железнодорожный эшелон с "дембелями", ехавшими домой. Это при всём, при том, что тогда, в далёкие восьмидесятые годы протяжённость железной дороги на территории Афганистана была около десяти километров. И о том, что в горах Гиндукуша воевала советская морская пехота. И об обстреле "духами" советских военных гарнизонов из артиллерийских орудий большой и особой мощности, калибра чуть ли не в 400-мм.


Впрочем, полагаю, что пора закончить подготовительную речь и перейти к самой встрече. Тем более, что впечатление о ней осталось двоякого характера. По-порядку.


Встреча однополчан. День первый.


Как, каждому из приехавших на эту встречу, пришлось добираться до указанного места, можно, я думаю, пропустить. Вариантов было много. Сопутствовала всем без исключения только жара, которая, продержалась в Сумской области вплоть до момента возвращения сослуживцев по родным домам. Дождь мне довелось увидеть только тогда, когда увозивший меня поезд минул город Сумы. Повезло всем нам. Не омрачила непогода наше общение.


Стоит отметить один положительный факт, стоивший организатору нашей встречи неимоверных усилий. Хоть я и многие другие из участников встречи, понятия не имели о точном месте нахождения конечной точки своего следования, каждого из нас встретили и доставили на базу отдыха. Причём, встреча приезжающих было организована по системе "по цепочке". Очередные сослуживцы, прибывшие на встречу отправлялись встречать следующих. Здорово! А главное, продумано и вполне разумно.


Вот и меня встретили на железнодорожном вокзале населённого пункта Тростинец мои однополчане, которые, к слову сказать, меня совершенно не знали. Просто всех прибывших на поезде они оглушали громким кличем: "Третий батальон"? На этот клич можно было отреагировать только ответом: "Да! Третий батальон". Обнялись (хоть и не знали друг друга, но, всё равно, свои, родные), расспросили, кто, откуда, где, когда и кем был, прыгнули в машину - и на место встречи. А до него ещё около двадцати километров. Правда, учитывая то, что с местными дорогами не знакомы, поплутали немного, свернув несколько раньше нужного поворота. Однако, доехали.


И вот мы уже перед въездом на базу отдыха. Стоит, наверное, несколько отвлечься и коротенько описать место, где нам предстояло провести почти три дня.


Говоря откровенно, эта база отдыха, название которой за три дня нахождения в ней, я так и не удосужился узнать, относилась к категории места отдыха среднего класса. Расположена она на берегу речушки, которую, из-за сверх медленного течения, можно на первый взгляд принять за вытянутое озеро, шириной метров в сто. Берега относительно пологие с песчаным грунтом, но изрядно заросшие кустарником. Вот вдоль такого, не очень уютного пляжа, и располагается зона базы отдыха. Размеры площади её сравнительно не велики. Длиной около полутора сотен метров, да шириной метров восемьдесят. Жилые коттеджи представлены одно и двухэтажными домишками, с возрастом своего нахождения на этом свете более полувека. Нет. К категории дряхлых эти домики, в основе своей, сложенные из кирпича, отнести нельзя. Всё-таки, за ними, что видно сразу, следят и бережно ухаживают¸ как за курицей, несущей золотые яйца. Однако, и тем не менее, чувствуется, что у хозяев базы "не хватает золотого запаса", что бы развернуться и создать более внушительный жилищный фонд. На базе имеется кафе с довольно вместительным залом. Сразу же оговорюсь, что в момент нашего сборища, зал находился в состоянии ремонтных работ, что в принципе, нисколько не затруднило нашу встречу. Последний штрих к общей панораме местности. Массовка. Как вы понимаете, по нашему общему мнению, основными действующими лицами на базе были МЫ. Хотя, наверное, остальные отдыхающие с этим явно не соглашались. Однако, учитывая, что нас всё же было большинство, и вдобавок к этому, все "афганцы", высказывать своё мнение остальная публика поостереглась. Поэтому, будем считать их именно массовкой. Так вот, этой "массовки" было примерно столько же, сколько и нас. В общем, на момент нашей встречи на базе отдыха обитало около полутора сотен человек. Все размещались в домиках в отдельных комнатах по четыре-пять человек. Допустим, в том домику, где размещались офицеры и прапорщики, а было нас аж одиннадцать человек, на первом этаже в блоке имелось две комнатки, что-то наподобие гостиной с холодильником, умывальник и туалет. Всего в этом блоке обитало восемь человек, включая оператора со Свердловской киностудии. Ещё четверо располагались на втором этаже. Как я уже отмечал, непосредственно застолье батальона в пятницу и субботу проходило в зале кафе. Минизастолья по группам продолжались или в комнатах, или за столами прямо на улице. Но, об этом, несколько позднее. Вот, в общем, весь окружающий фон, который сопутствовал данной встрече однополчан.


Теперь, наверное, стоит вернуться непосредственно к тем событиям, ради которых мы все здесь и собирались. Непосредственно к встрече.


К величайшему моему сожалению, при входе на территорию базы отдыха, ни одного знакомого лица, которое могло бы броситься в глаза, я не увидел. Более того, хоть на "лобном месте", то есть, на площадке между домиками, находилось довольно много людей, которые обращались ко мне с вопросами: "Ты из третьего батальона, браток? Когда был в Афганистане? Где и кем служил?", после моего ответа: "Да. Из третьего батальона. 1981-1983 года. Миномётная батарея. Командир первого огневого взвода", - я видел на лицах встречающих явное разочарование, быстро переходящее в начальную стадию безразличия. По принципу: "Это не "наш человек". В чём здесь дело? Может быть, всё дело в том, что я офицер, который, как был ранее "не в почёте" у военнослужащих срочной службы, так и остался таковым "чужаком" чисто по привычке? Или же всё дело в том, что в чьей-то памяти моя личность не могла всплыть, так как меня, попросту, из именно этих сослуживцев по батальону, никто не видел? Всё-таки, основная масса служила в нашем батальоне тогда, когда я уже уехал из Афганистана. В общем, как того и стоило ожидать, первое моё впечатление от встречи с однополчанами, было не совсем "радужным". Я ожидал хотя бы более дружеских отношений. Однако, получил то, чего не ожидал. Приток адреналина в организме явно уменьшился. Хотя, ожидание встречи с теми, кто меня знал, кого знал я, с кем не виделся почти три десятка лет, не давало полностью "перекрыть краник" выброса в кровь этого стимулятора настроения.


"Всё ещё впереди. Ведь не для того, что бы печалиться и переживать раньше времени, я приехал за шестьсот километров. Может быть, кроме офицеров и прапорщиков, найдутся и те, кто меня реально знал когда-то? Не может того быть, что бы, не с кем было поговорить, вспомнить эпизоды, знакомые обеим сторонам, общих знакомых".


Таковы мысли, которые посетили меня в течение нескольких секунд после первых встреч с однополчанами. Согласитесь, что мысли не совсем те, которые следовало бы иметь в этот момент. Однако, это было именно так. "Слово из песни не выбросишь". Может потеряться весь смысл.


И вот она, долгожданная первая встреча с тем, кого я знал. Навстречу мне, со стороны дальних домиков, быстрым шагом приближался бывший старшина восьмой мотострелковой роты Валера Лисицин. Конечно же, я ожидал его увидеть. Переписка по Интернету, перезванивания по мобильникам, дали мне почти полную информацию о тех, кто должен был быть на встрече. Эта информация, обработанная в памяти, воссоздала в картинках лица тех сослуживцев, с которыми предстояла встреча. Конечно же, по состоянию того времени, когда мы расстались в далёком 1983 году. И, тем не менее. Итак, Валера. Один из вдохновителей и организаторов этого мероприятия. Встреча с ним было тёплой и радостной. Обнялись, расцеловались. И, как обычно, последовали стандартные в данной ситуации вопросы и ответы. Сходу. Что бы получить максимальную информацию за минимальный отрезок времени, и сразу войти в курс событий:


"Кто уже приехал? Кого нет? Какие ближайшие планы? Где разместились? Что...? Когда..? Почему..?"


Валера сразу же повёл меня туда, где для меня было подготовлено место ночного отдыха. Хотя, в тот момент времени, меня как-то брало сомнение, будет ли этот "ночной отдых". Не виделись очень долго. Есть что рассказать, чем поделиться. Даже "поплакаться в жилетку". Что ни говорите, но ближе друзей, на мой взгляд, в те далёкие времена, быть не могло. Хотелось надеяться, что мы остались друзьями и поныне. Ведь, не могло же время, пусть и длительное, полностью развеять в прах всех тех дружеских отношений, которые само же и создало когда-то? Хотя, всё может быть в нашей жизни. Человек надеется, а реальность диктует свои условия.


В комнате, или что бы быть до конца последовательным, в жилом блоке на первом этаже домика, меня ждали новые встречи. При входе в "гостиную" блока, Валера Лисицин сразу же громко провозгласил:


"Посмотрите, кого я вам привёл! Узнаёте?".


Первого, кого я увидел через дверной проём ближайшей комнаты, был Генка Жердев, который возлежал на кровати и читал книгу. Уж его-то не узнать было затруднительно. Начальник связи батальона - командир взвода связи. Дружба с ним в Афгане было крепкая и надёжная. С ним мы не раз бывали и на рейдовых операциях. И даже одновременно получали в политотделе дивизии партийные документы. Там же нам удалось вдвоём сфотографироваться. Так что эти полупрофессиональные фотографии имелись у нас обоих. Конечно. За прошедшие три десятка лет он приобрёл внушительную фигуру, несколько постарел. Вернее, стал солиднее. Только остались прежними глаза, улыбка, манера говорить и усы. Встрече с Геной я был безмерно рад. Опять же, объятий, вопросы, ответы, удивления и даже констатация фактов:


"Серёга. А ты почти не изменился. Только "потерял" усы. Всё такой же худой. Да седины прибавилось в волосах".


Впрочем, длительные разговоры были оставлены на потом. Нужно было поздороваться с остальными. Ведь в комнате были ещё сослуживцы. Отар Наниев. Наш маленький и смелый разведчик. Осетин с сердцем льва и душой орла. С ним в Афгане у нас не было возможностей долго общаться. Его деяния мне известны больше по рассказам других. Причём, все о нём отзывались тепло и одинаково восхищённо. Конечно же, он как был, так и остался верен своей натуре. С кавказской серьёзностью, вдумчивым и скрупулёзным исполнением всего, за что берётся. Мало улыбающийся. Но, если уж улыбающийся, то с полнейшей открытостью и заразительностью. Нельзя в ответ ему не улыбнуться.


Во второй комнатке на четырёх человек, где мне предстояло размещаться, кроме Валеры Лисицина находился командир нашего батальона Сергей Аксёненко. Наш командир, "батяня" и единоначальник. Когда-то, с высоты своей должности, для нас он был недосягаемым. А ведь, если так разобраться, всего-то годов на семь старше. И, тем не менее, человек, который отвечал за всех нас. Водил нас в бой. Распоряжался, по большому счёту, нашими жизнями. А что, не так? Порой от правильности принятия решения командиром, зависело то, кому жить, кому умереть, кому стать инвалидом на всю жизнь. Лично я убеждён, что места подвигу в жизни не должно быть. Подвиг совершается там, где явно допущена ошибка руководства, приведшая к необходимости подчинённым совершать данный подвиг. Порой, ответственными за "совершённый подвиг" у нас "назначают" кого-то из более нижнего эшелона власти. Вот и живёт любой командир в постоянных переживаниях, что бы, не допустить ошибок или, после случившегося факта, за то, что не смог оную предотвратить.


С Сергеем Алексеевичем Аксёненко встреча у нас произошла тепло и с долей сентиментальности. Я даже и не ожидал, что будет так трогательно. Всё таки, разница в служебном положении "тогда", несколько меня сдерживала. А оказалось всё гораздо проще и приятнее. Командир остался таким же душевным и приветливым. Время его не изменило. Даже внешне. Только полностью седая голова да морщины в районе глаз, в некоторой мере, указывали на то, что этот человек перешагнул рубеж шестидесятилетия. Остальное всё было знакомым и родным. Та же улыбка, на которую он не скупился тогда, тридцать лет назад, и щедро раздаривал сейчас. Та же манера говорить. То же умение внимательно слушать собеседника, не перебивая. И даже некоторая по-детски открытая и откровенная удивлённость от услышанных рассказов ("Да ты что"?) располагает к этому человеку. Лично для меня было очень приятно услышать, что все мои рассказы он читал, и в большинстве своём, на восемьдесят процентов, с ними согласен и в них изложено совершенно правильно. Остальные двадцать процентов можно "списать" на время, память и пробелы восприятия событий.


Вполне понятно, что при первых встречах с сослуживцами, особо длительные разговоры вести было как-то несподручно. Ведь хотелось увидеться с остальными знакомыми, обняться и обменяться приветствиями. А уж потом, за общим столом, через какой-то промежуток времени, можно было бы предаться воспоминаниям всласть. Благо впереди ещё было уйма времени - почти двое полных суток.


Следующим на очереди у меня стал Игорёк Лучников. Командир отдельного взвода автоматических гранатомётов АГС-17 "Пламя". Личность, должен вам доложить, очень интересная и своеобразная. С некоторой оговоркой на место расположения его гарнизона в Афганистане и редкость встреч, его можно назвать любимцем офицеров и прапорщиков батальона. Хорошее чувство юмора и подвешенный язык делали его приятным собеседником и "душой" компании. Как с ним произошла наша встреча здесь, на Украине? Расскажу коротко.


Как мне сказал Валера Лисицин, на Игоря, с его добровольного согласия, была повешена нагрузка - организовать обед всего нашего многочисленного коллектива. А на тот момент, официально уже прибыло на базу отдыха около сорока человек из третьего мотострелкового батальона. Попробуй-ка, накорми и напои такую ораву. Даже если принять во внимание тот вопрос, что все продукты, до мелочей, были организаторами уже заранее закуплены и уложены на хранение в холодильник.


Учитывая то, что Игорь, как оказалось, последнее время работал поваром в столовой, на него и взвалили эту ношу. Первоначально желающих оказать ему посильную помощь было достаточно много. Однако, в процессе работы, большая часть их, как-то незаметно отсеялась, решив, что даже плохой отдых - лучше чем хорошая работа.


Отправился я искать Лучникова. Благо, его примерное местонахождение мне сообщили. Опознать его среди массы окружающего народа, я надеялся с помощью старых воспоминаний и интуиции. Ведь не могло же так быть, что бы он внешне кардинально изменился за то время, как мы не виделись с ним?


На моё счастье, мне повезло, и я встретил Игоря на пути от одного места приготовления пищи к другому. Вдобавок к этому, шествовал он раздетый до плавок, да ещё и с огромнейшей, этак литров на двадцать, кастрюлей в руках. Вид, смею заметить, был с оттенком комичности. Представьте себе. Дяденька в солидном возрасте, с явно выделяющимся животиком, роста около ста шестидесяти сантиметров, в очками на носу, переносящий на вытянутых руках кастрюлю, внушительных размеров. Я-то его узнал сразу, как это ни удивительно. Черты лица, хоть с возрастом заметно округлились, но остались всё такими-же знакомыми. Решил я немного приколоться. То ли из озорства, то ли из вредности. Последовал я за Игорем к месту дислокации газовой плиты, куда, в принципе, он и направлялся со своей ношей. Дождался, пока кастрюля внушительных размеров была с определёнными потугами, установлена на конфорку, и задал чисто риторический, с оттенком глупости, вопрос:


"А что это вы здесь делаете"?


Ответ последовал незамедлительно, и также с расчётом на тот уровень интеллекта, который подразумевался у задавшего подобный вопрос, причём, не обернувшись ко мне и даже не бросив взгляд на того, кто вопрошал:


"Обед готовлю. Разве не видно"?


"Шакро, дорогой! Неужели не узнал"?


Вот тогда-то Игорь на меня посмотрел, узнал, и по глазам стало заметно, обрадовался встрече. Обнялись мы с ним, расцеловались, и пару минут стояли просто обнявшись, ничего друг другу не говоря. Только от избытка чувств, похлопывая друг друга легонько по спинам руками. Беседа наша была скоротечной, так как, сами понимаете, времени особо у Игоря не было. Приготавливаемая пища не могла ждать, пока мы наговоримся. Поэтому, отложили наше общение на более поздний срок. Говоря по-простому, на тот момент, когда общее застолье, запланированное на сегодняшний день, раздробится на более мелкие компании, создаваемые по интересам. Я, вполне естественно, предложил ему свою помощь в выполнении подсобных работ. От чего он великодушно отказался, сказав, что сделает всё сам. Мне оставалось только повернуться и направиться в домик, что бы, не мешать Шакро, и постараться собрать хоть какую-то общую информацию, которая могла бы пригодиться в последующем творчестве.


К сожалению, с теми, с кем я уже встретился, побеседовать не представлялось возможности. Командира батальона "захватили" вновь приехавшие только недавно, явно старающиеся выговориться, рассказать о своём житье-бытье, выразить свою признательность и любовь к нему. Валера Лисицин, весь в делах, бегал по территории базы и осуществлял какую-то, для меня малопонятную, управленческую деятельность. Что-то там, с расселением приезжающих и сбору денег с них за питание и проживание. Генка Жердев углубился в чтение книги о нашем полке, которую ему только на время вручил бывший начальник штаба батальона Миша Тетерятников. Понятное дело. Хотя, и не совсем понятное. Уж эту книгу-то можно было бы найти и в Интернете, и в продаже. Больше знакомых, сколько я не гулял по территории базы, найти я не смог. Предстояло только ожидать приезда начальника штаба и секретаря комсомольской организации батальона. Они были отправлены в город Тростинец с заданием организовать общее взаимодействие с местными властями по проведению митинга возле городского памятника "афганцам" на следующий день. Что это будет за мероприятие, я на тот момент ещё не знал. Да и организаторы держали этот вопрос в тайне. Может быть, что бы сделать всем сюрприз. А, скорее всего, в связи с тем, что не совсем были уверены в возможностях местного управленческого аппарата сделать всё так, как планировалось ими.


Распространяться сильно не буду, дабы не тратить излишне время. Встреча с начальником штаба батальона Мишей Тетерятниковым и секретарем комсомольской организации батальона Ваней Кузьминым прошла в какой-то степени не совсем так, как создалось у меня раньше в воображении. Несколько суше, чем хотелось бы. Я склонен отнести это к тому, что после встречи с представителями власти города Тростинеца, они оба были несколько обескуражены видимым безразличием с их стороны, и пытались мысленно представить себе, что нас завтра всех ожидает. В общем, я на них не в обиде. С приехавшим несколько позднее командиром взвода обеспечения Иларионовым тоже особо жарких объятий не было замечено. Как-то с ним в Афганистане я особо не контактировал. Единственно, получал продукты и предметы тылового обеспечения на свой взвод. Да и старше меня он был где-то лет на пятнадцать. Согласитесь, что для меня, в возрасте двадцати четырёх лет отроду, это была существенная разница. С остальными двумя офицерами, приехавшими на встречу, я и вообще не был знаком. Они друг друга знали. Я же видел их первый раз.


В общем, на этом первый этап встречи, который можно считать приветствием, закончился. Стоит, однако, отметить такой немаловажный момент. Основная масса офицеров и прапорщиков, да и десятка полтора бывших военнослужащих срочной службы, приехали на встречу в предыдущий день. Нужно продолжать? Или догадаетесь сами? Продолжу для тех, кто не совсем правильно меня понял. Вечер в день их приезда на эту базу удался на славу. Всем понятно, что на такие мероприятия без запаса водки обычно не приезжают. Причём, взять с собой одну поллитру - величайший просчёт. Вторая-то должна остаться на утро, что бы потом не метаться по округе в её поисках. Кое-кто берёт и значительно больший запас. В общем, к моему приезду, у моих друзей в запасе не было ни капли спиртного. Вполне понятно, что состояние их было крайне болезненным. В такие минуты даже мягкая поступь кошки кажется топотом стада слонов. Хочется или "поправить здоровье" новой дозой, или попросту отоспаться. Что все они и делали, выбрав или первый, или второй вариант. Привезённые мной запасы белорусской водки частично вывели из состояния ступора определённую часть офицеров и прапорщиков. Остальная масса сослуживцев, разбившись на небольшие группы, предавалась возлиянию в различных местах базы отдыха, находясь в томительном ожидании общего сбора. Причём, стоит отметить, с каждым прошедшим получасом, вероятность того, что приехавшие на встречу соберутся за общим столом, катастрофически уменьшалась. В конце концов, было решено собрать всех возле домика, где находился командир батальона, благо этот домик находился с краю территории базы, записать всех приехавших, огласить порядок мероприятий на ближайшие пару дней и попытаться, в сам процесс данной встречи, внести струю какой-то видимой организации. С некоторой долей погрешности, это сделать удалось. Хотя, не лишним будет отметить и такой момент. Власть командиров над подчинёнными уже давно потеряла свою актуальность и поблекла в своих красках. Все стали самостоятельными, опытными в жизненном плане людьми, для которых своё внутреннее слово гораздо весомее, чем команда любого другого начальника. Хотя, особых пререканий и явно выраженных недовольств никто не проявлял. Просто делали то, что им нравится, одновременно прислушиваясь к той информации, которую им доводили. Во время этого сбора, в качестве строжайшей рекомендации, было объявлено о том, что бы все сдали определённую сумму денег для уплаты руководству базы отдыха за проживание и для оплаты взятых "под честное слово" продуктов и горячительных напитков. Сборщиком денежных средств был назначен Валера Лисицин, который этим уже и занимался.


Забегая несколько вперёд, хочется констатировать такой, несколько неприятный факт. Большинство из приехавших сразу же сдали деньги, предпочитая рассчитаться полностью и не иметь никаких задолженностей в дальнейшем. Повторюсь. Большинство. Однако, "высветилось" несколько человек, которые под всевозможными предлогами стремились "откосить" от уплаты денег. У того деньги лежат на карточке и взять их можно только в городе. Другой "посеял" ключи от машины, где эти деньги и лежат. Вот найдёт ключи - тогда и расплатится. В общем, халявщики и здесь отметили своё присутствие. Не хочется гадать и строить необоснованные предположения, однако что-то мне подсказывает, что кое-кто так и уехал, не расплатившись за полученное удовольствие. Об этом знают только организаторы встречи, которым потом пришлось расплачиваться по всем счетам. Не знаю достоверно, как это выглядело на самом деле.


После этого, обрисованного выше, своеобразного построения личного состава батальона и составления, пусть и приблизительного списка приехавших, полуорганизованной толпой мы направились в зал кафе, что бы начать, теперь уже официальную часть нашей встречи. Или, попросту говоря, продолжить прерванные застолья. Из-за того, что многие уже в достаточной мере "приняли на грудь", от места импровизированного построенная батальона, до зала кафе мы передвигались почти полчаса. Нет, не подумайте только, что идти было трудно. Просто кое-кто находился в таком состоянии, что не мог просто так не остановиться, что бы что-то рассказать окружающим. А ведь идти нужно было всего-то метров пятьдесят. Вот и организовывались группы беседующих на всём этом протяжении, задерживая весь процесс начала мероприятия. Не знаю, как кого, но меня подобные действия, зачастую, просто выводят из состояния равновесия. Если уж решили, что пора начинать очередную фазу мероприятия, так делайте это сразу и без задержек. И не в желании быстрее выпить рюмку водки заключается всё дело. А в уважении остальных участников встречи.


Наконец-то все зашли в зал и с понуканиями, сопровождаемыми далеко не литературными выражениями, расселись за стол, который был поставлен в виде буквы "П". Меня так и подмывает отметить ещё одну особенность, которая бросилась в глаза и занозой застряла в мозгу. Офицеры и прапорщики сели своей кучкой. Сержанты и солдаты - своей компанией. Конечно, вполне понятно, что каждый желает за столом сидеть с тем, кто ему приятен. С кем можно поговорить в процессе застолья о понятных и близких вещах. Непонятно только одно. Почему же так и осталось в нас какое-то отчуждение между командирами и подчинёнными? Даже через столько лет. Даже с переходом в такой солидный возраст. Даже учитывая то, что все мы воевали вместе, были связаны одними действиями, одними заботами. Ведь у ветеранов Великой Отечественной войны подобное наблюдалось реже. Может быть потому, что фронтовики всю войну прошли вместе, Победу встречали за одним столом? Всё равно, не совсем это понятно. Хотя, с другой стороны. Я ведь и сам не выказывал особого рвения на общение с теми, кто меня не знает, и кого не знаю я. Трудно было мне найти с ними, не совсем знакомыми людьми, общую тему. Да и слишком уж болезненно воспринимал и воспринимаю тот момент, когда при моём подходе к группе беседующих, разговор прерывается и все глаза устремляются на меня. Это мне служит сигналом к тому, что я здесь лишний и пора уходить. Вот такова моя мысль, которая не даёт покоя и сейчас.


Застолье прошло в целом вполне нормально. Тосты, здравницы за командира батальона, какие-то поверхностные воспоминания прошедших дней и лет. Усиленное поглощение спиртных напитков в различных вариациях, и съестных запасов в размерах кто сколько сможет. Прослушивая позднее диктофонную запись, я так и не смог выудить из неё сколь-нибудь ценной для себя информации. Хотя, очень надеялся на это. Уже к появлению на небе звёзд, общество начало потихоньку расползаться по отдельным группам вне пределов зала кафе. Опять - по интересам. За столом осталась небольшая группа, которая всё время частично меняла свой состав. Одни - уходили. Другие - появлялись. Этакая своеобразная "заправочная". Вполне понятно, что ранее закупленное спиртное подошло к концу. Благо, рядом находилась стойка бара, в которой по мере необходимости, производилась очередная закупка в штучном порядке. Кто знает меру своих возможностей по употреблению спиртного - просто сидел за столом или же перебрался ближе к месту предстоящего отдыха. Для кого тормоза, в качестве жены, остались дома, "отрывался" по-полной. В разных уголках базы отдыха, в основном из жилых комнат, раздавались песни афганского репертуара. Благо, ансамбль "Салам", руководителем которого является наш же однополчанин и из нашего же батальона, приехав на нашу встречу, все три дня, включая и вечера, развлекал нас и остальных отдыхающих такими близкими "афганцам" песнями.


Не стану говорить за других, но приняв ту норму спиртного, которую мне определил мой же организм, немного поговорив с друзьями "за жизнь", я ближе к полуночи отправился спать. Подобные нагрузки желательно смягчать отдыхом, что бы, не сорваться в дальнейшем "в штопор". На этом для меня данный день и закончился.


День второй.


Утром, зная о том, что впереди предстоит довольно напряжённый день, решено было от ранних возлияний полностью воздержаться. Говоря нормальным языком, на спиртное до окончания митинга в городе, был наложен строгий запрет. Негоже появляться перед населением города, в форме и с наградами, в состоянии опьянения. Они ведь и ранее достаточно имели возможностей наглядеться на своих местных любителей "зелёного змия". В общем, вчерашние и сегодняшние увещания возымели успех. Правда, они подействовали не на всех. Несколько человек, не отойдя ещё от вчерашнего, успели приложиться к горлышку со спиртным различной крепости и утром, за что были лишены права и возможности участвовать в очередном культурном мероприятии.


Завтрак, как таковой, прошёл условно. Перекусили, по возможности, кто и что нашёл, что бы хоть немного утолить голод, переоделись, кто в парадную форму с наградами, кто в гражданскую одежду, тоже с наградами, кто просто в ту одежду, в которой приехал на встречу, и стали ожидать приезд автобуса, который администрация города должна была прислать за всеми нами. В общем и целом, к утру нас собралось уже около пятидесяти человек. И вот на эту ораву, нам прислали автобус ПАЗик. Представляете себе его размеры? Где-то около двух десятков сидячих мест. Кое-как в него залезли все те, кто мог без особых проблем участвовать в митинге. Восемнадцать километров от базы отдыха до города проехали в целом без затруднений. Высадили нас в центре города, в районе местного городского рынка, что бы мы могли закупить на нём цветы, которые должны были возложить к памятнику "афганцам".


Местные "афганцы", в лице организатора нашей встречи, бывшего механика водителя БТР-80 восьмой мотострелковой роты Сергея Сукачёва, уже позаботились о том, что бы подготовить гирлянду и цветы для возложения к памятнику, поэтому, нам осталось только сделать небольшой перекур, построиться в импровизированную колонну, и по проезжей части улиц города прошествовать к месту проведения самого митинга.


Коротко о том, каким я увидел город Тростиней. Именно увидел, а не такой, каким он является на самом деле. Только моё восприятие. Городок небольшой, патриархальной постройки. Во всяком случае, в той части, где я был. В центре имеются дома двух и трёх этажные. Достаточно отойти от центра, а это, на мой взгляд, район железнодорожного вокзала и рынка, как начинаются частные владения местных жителей. Совсем недалеко от того района, где мы проходили, возвышается солидных размеров, кирпичный, ухоженный православный храм. На улицах можно увидеть много разнообразных магазинов, как капитальных строений, так и в павильонах. Недалеко от храма, находится комплекс памятников. Именно комплекс. Так как он включает в себя и дань памяти защитникам Отечества в Великой Отечественной войне, и "афганцам", и ещё кому-то. Все они располагаются на одной линии вдоль улицы. Цветники, бетонные дорожки, газоны. В общем, место для всевозможных мероприятий воспитательного характера - очень даже неплохое. Если не сказать - отличное.


Памятник воинам-интернационалистам. Прямо скажу, что создан он с определённой выдумкой и без каких-то существенных затрат. Внушительный постамент, на котором установлен самый настоящий БТР-60 пб, с пулемётами на башне. Понятное дело, что любители запчастей и местные пацаны, изрядно пообщипали его навесное оборудование. Но не в этом суть. На передней стене постамента закреплена мемориальная доска. В общем, приятное внимание всем "афганцам", если взять в учёт, что и в Белоруссии, и в России, во многих более крупных городах памятников исполнившим свой воинский долг в мирное время, нет вообще.


Коротко сам процесс проведения данного мероприятия. Митинг вела работник Тростинецкого районного дома культуры. Выступили и наш командир батальона, и представители районной власти, и руководители областного и районного Совета ветеранов боевых действий на территории других государств. Местным "афганцам" вручили медали и памятные знаки от областной организации воинов-интернационалистов. Потом офицерам и прапорщикам нашего батальона были вручены медали "Защитник Отечества". Что бы не затягивать время митинга, а сказать по правде, жара стояла довольно ощутимая, и в парадных кителях многие чувствовали себя очень неуютно, было решено остальным представителям батальона вручить медали уже на базе отдыха, в более простой, домашней обстановке. В заключение девочка исполнила песню, посвящённую нам всем. На этом мероприятие и закончилось. Вернее, его официальная часть. В ожидании прибытия автобуса, который, между делом, в это время занимался частным извозом, занялись фотографированием.


По прибытию на базу отдыха, было организовано, как и планировалось, продолжение вручения медалей. После его окончания, опять сели за общий стол, что бы, не только выпить в компании, но и поесть более-менее сносно впервые за этот день. На этот раз кое-кто вообще к спиртным напиткам не прикасался. Имеются в виду те, кому предстояло завтра утром садиться за руль и везти своих товарищей домой. Как ни приятны подобные мероприятия, однако, пора и честь знать. Гульбáнить больше двух-трёх дней - непозволительная роскошь. Часть приехавших ещё раньше начала отправляться в обратный путь. Вечером, в районе семи часов, должен был уехать и командир батальона Сергей Аксёненко. Однако, это, чисто внутреннее табу на спиртное, касалось далеко не всех. Основная масса сослуживцев предавалась веселью по вчерашнему сценарию. Без всякой организации, без всяких "тормозов", не только напиваясь сами, но и напаивая вольных и невольных гостей. В общем, со славянским размахом.


Скажем по правде, в этот вечер многие со спиртными напитками явно перебрали. Заметно это стало уже после того, как мероприятие данного дня вошло в свою завершающую фазу. Наблюдать подобное стало просто неприятно. Поэтому, некоторая часть участников встречи, просто уединилась по своим комнатам. Вот и в нашем блоке пятеро офицеров и прапорщиков просто сели в кружок, и предались воспоминаниям и обычным, в подобных обстоятельствах, разговорам. Даже, говоря откровенно, больше не вспоминали, что и когда было в афганском прошлом, а рассказывали о том, что было в послевоенный период жизни и службы. Хоть мне подобные, услышанные рассказы, были знакомы, однако, в очередной раз в душе поднималась волна возмущения к той несправедливости, которая преследовала "афганцев" в их жизни. Почему, тех, кто честно исполнил свой интернациональный долг "за речкой", так сильно била судьба? За что? В чём они провинились? Порой, в этих рассказах красной нитью отслеживалась тоска по тому времени, когда мои, ещё молодые собеседники, находились на войне. Какая-то теплота и нежность, когда разговор касался друзей-"афганцев". В общем, на мой взгляд, выговориться смогли все, кто этого хотел. Поплакаться на дружеском и понимающем плече, избавиться, пусть и ненадолго, от той горечи, которая копилась годами.


Это уединение офицеров и прапорщиков, не прошло незамеченным для остальных компаний, гулявших во дворе. Были даже случаи, когда кое-кто их бывших военнослужащих срочной службы, в изрядном подпитии, заходили к нам в комнату, сперва, просто из любопытства ("А чем это вы здесь занимаетесь"?), а потом, видя, что у нас нет застолья и поживиться спиртным здесь возможности нет, начались претензии и упрёки ("Вы, товарищи офицеры, стали слишком гордыми. Не хотите запросто общаться с нами"). Первоначально кое-кто из нашей компании пытался оправдываться, что нам хочется просто пообщаться узким кругом друзей. А потом, видя, что сказанные слова пролетают мимо ушей тех, для кого, в сущности, предназначались, перестали обращать на них внимание. В общем, подобная обстановка вскоре стала раздражать, и, что бы избежать в дальнейшем подобных посещений, пришлось беседу закончить и отправиться спать.


День третий. Отъезд.


Утром, в шесть часов, в нашем блоке начались сборы к отъезду первой группы отъезжающих. На одной машине в сторону Ростова, должны были убывать Гена Жердев, Отар Наниев, Игорь Лучников и Валера Лисицин. Им, в сущности, нужно было ехать в одном направлении. Они и приехали на эту встречу одним экипажем, собравшись в условленном месте. Поэтому, наскоро перекусив, взяв с собой в дорогу небольшой запас еды, они, попрощавшись с теми, кто в это раннее время уже был на ногах, начали свой путь к своим домам. Следующими должны были уезжать в десять часов утра Миша Тетерятников и Ваня Кузьмин. Они ехали в сторону Днепропетровска. Хоть мне до моего поезда было ещё довольно много времени, однако, я попросил Ваню, подбросить меня до станции, где я мог вполне спокойно дождаться своего поезда. Общаться на базе отдыха мне больше было не с кем. Я никого здесь не знал, да и не узнал в процессе встречи. И меня не знали. Да и, говоря правдиво, складывающаяся здесь обстановка меня начинала угнетать. Что-то в ней было не совсем то, что бы хотелось. Полнейшая бесконтрольность и неуправляемость оставшихся участников встречи, безудержное возлияние спиртных напитков, могли привезти к совершенно ненужным эксцессам. Быть свидетелем этого, а, тем более, принимать в сим участие - удовольствие ниже среднего. Поэтому я и закончил свой пребывание на базе при первой же выпавшей возможности.


Домой я добрался к утру следующего дня. В общем-то дорога была не очень утомительной. Хотя, пересечение белорусско-украинской границы в ночное время - дело не особо приятное. Особенно, если взять в учёт, что приходится почти три часа бодрствовать в ожидании пограничников и таможенников сначала Украины, а потом - Беларуси. Как бы то ни было, но поездка закончилась. Осталось только проанализировать её результаты и сделать выводы на дальнейшее время.


Работа над ошибками.


Наверное, большинству из нас, давно знакомы подобные термины. Эта работа предназначена для того, что бы, не только запомнить свои ошибки, но и научиться их избегать. Хочется сразу же заметить, что сейчас я выскажу только своим субъективные суждения, не являющиеся даже отдалённо наставлением для всех остальных. Хотя, учитывая свой богатый опыт организаций встреч моих одноклассников, смею надеяться, что кое-что из сказанного ниже, может пригодиться. Итак, моё мнение по поводу организаций встреч однополчан-"афганцев".


Первое. Анализ всевозможных встреч подобного уровня, обдумывание различных вариантов, опыт, приобретённый во время проведения последней, изложенной выше встречи ветеранов, показывает, то подобные встречи необходимы, желательны и полезны. Однако, при всём всяком, состав встречающихся сослуживцев должен отвечать определённым требованиям. Слишком мало, на мой взгляд, когда-то служить в таком-то полку, батальоне или роте. Нужно ещё и служить там в определённый промежуток времени. Для "афганцев" этот временной отрезок, в лучшем случае, может составлять два-три, в крайнем случае - четыре года. Тогда есть вероятность встретить хоть кого-то, кто знал тебя, и кого знаешь ты. Для подразделений, участвовавших в боевых действиях в полном составе, типа, рейдовые батальоны, разведывательные роты, этого временного условия вполне достаточно¸ что бы предотвратить возможный вакуум в дальнейшем общении. Для тех же, кому довелось служить на гарнизонах, ещё одним условием может быть сбор в составе более мелкого подразделения, не более какоё-то линейной роты. В противном случае тебе угрожает возможность услышать фразу: "Кто ты такой? Тебя никто не знает. Не лезь со своими рассказами. Сиди и слушай". Это может привести к тому, что с первых же минут встреча с сослуживцами станет неинтересной и даже "давящей на мозги". Поэтому, моё мнение, чем меньше группа встречающихся, тем больше от неё пользы и заметнее сам результат, впечатления.


Второе. Взваливать всю ответственность за организацию встречи компании более десяти-пятнадцати человек на одного человека - опасное и неблагодарное дело. Будь он хоть "семь пядей во лбу" и имей неиссякаемую энергию, к началу самого мероприятия он будет как выжатый лимон и мечтающим только о том, когда же всё это мероприятие закончится. В качестве организаторов встречи должно быть хотя бы человека три-четыре. Во-первых, есть с кем посоветоваться и всё обмозговать. Одна голова - хорошо, две - лучше, три - вообще прекрасно. Да и распределить определённые участки подготовки значительно легче. Не придётся одновременно находиться в трёх местах.


Третье. Чисто армейская система. Есть командир, отвечающий за общую организацию. Есть заместитель по тылу, отвечающий за материальное обеспечение. Смешивание обеих обязанностей, так же, как и замена одних другими, приведёт только к неизбежной неразберихе. Так же и здесь. Кто-то один, или с помощью определённой группы людей, должен руководить ходом всего мероприятия. Тем же, кто осуществлял материальное обеспечение, стоит заниматься и дальше выполнением только этих функций. А уж основной руководитель распределяет, что кому необходимо сделать в тот или иной момент. Определить место общего сбора, сколько и куда будет заселено людей, порядок расчёта с организаторами материального обеспечения и срок его проведения¸ и так далее и тому подобное.


Четвёртое. Максимальное время для общения (встречи) не целесообразно растягивать на три-четыре дня. Наиболее оптимальный срок - один-два дня. Лучше - два, что бы после первого дня застолья, без которого, в общем-то, не обходится ни одно подобное мероприятие, можно было бы "отойти" от спиртного, и спокойно вернуться домой.


Пятое. Размещение приехавших и организация питания. Поверьте мне, это не последние вопросы, которыми стоит заниматься. Понятное дело, что не все из тех, кто приезжает на подобную встречу, располагают приличными суммами денежных средств. Вполне естественно, что "швыряться деньгами" многие просто не в состоянии. Однако, стоит заметить, что на подобные мероприятия вообще без денег не едут. Да и на пару дней, что бы пожить в нормальных условиях и обеспечить себе приемлемый отдых, деньги всегда берут. Поэтому, не стоит выбирать для встречи места по принципу "самые дешевые". Это приведёт к тому, что условия, мягко говоря, будут на грани "трущёбных". Вдобавок к этому, в подобных местах, как правило, большое скопление народа, желающего погулять и отдохнуть за скромные деньги. Вот если выбрать какоё-нибудь небольшой профилакторий, что бы там с небольшим запасом могли разместиться только участники встречи, дело будет самое нормальное. И они не будут мешать другим, и им не помешают хорошо пообщаться. По питанию. И на этом особо экономить нет необходимости. Особенно на обслуживающем персонале. Нанять повара с помощником и пару "подносящих-относящих", сейчас не составляет проблемы. И в денежном исчислении это будет не так дорого. В чём выгода? Только в том, что не придётся кому-то из участников встречи тратить своё, такое дорогое именно сейчас время, на то, что бы обслуживать остальных. Да и "жаба заедает", когда сам трудишься, а остальные предаются активному отдыху. Согласны с этим? Наверное, да. Не так, как было у нас. Человека три-четыре бегали все в мыле, стараясь создать другим нормальные условия, а эти другие только потребляли плоды их стараний, да ещё и, предъявляя свои претензии, что "приехали отдыхать, а не работать". Были, к величайшему сожалению и такие. Которые даже десяти минут не в состоянии были подождать, пока их обслужат "по полной программе".


Шестое. Встреча сослуживцев - это совсем не обычное, а, тем более, не ординарное мероприятие. Оно должно нести в себе определённую цель. И не самое главное на ней, напиться всем спиртных напитков "под завязку". Да и вдобавок к сказанному, в подобных мероприятиях, где собираются одинаковые по статусу на настоящее время люди, не место чествованиям кого-то в отдельности. Даже за какие-то прежние огромные заслуги. Это, порой, выглядит абсурдно. Даже смешно. Почему? На мой взгляд, потому, что под воздействием спиртного, порой само это чествование отдельного человека, перерастает в этакое обожествление. Кое-кому, недалёкому в своём умственном развитии, подобное будет очень сильно нравиться. Нормальному человеку, в начальном периоде будет льстить, а позднее станет просто навязчиво и до оскомины неприятно. Может быть, я в этом не прав? Наверное, прав. Наблюдая за нашим комбатом во время недавней встречи, я наяву видел, что ему на второй день было не совсем уютно. Так, или я ошибаюсь?


Всё-таки, основная цель подобных встреч - вспомнить и хорошее и плохое, всколыхнуть угасающие со временем воспоминания, услышать те подробности, о которых раньше даже и не знал. Хотя, существует немалая вероятность того, что по-прошествии значительного промежутка времени, этак в два-три десятка лет, кое у кого может преобладать не столько истинное воспоминание, сколько воображение. Больше фантазии, чем правды. Это, всё равно, не более пятой части от истины - вполне допустимые пределы. Зато остальное - бесценно. Не столько для себя, сколько для своих детей, товарищей в разных регионах бывшего Советского Союза. Хорошо, если подобное станет достоянием многих людей, останется где-то в различных печатных и электронных источниках. А если нет? Если просто "канет в небытие", вместе с теми, кто это всё знал и испытал на себе? Очередной лист истории останется "чистым", или дописанным не полностью. Вот заполнять-то этот пробел и будут другие, которые "ни ухом, ни рылом" в этом не сведают. Поэтому, даже сидя за столом с рюмкой в руке, на перекуре возле костра, на кровати, готовясь отойти ко сну, об этом не стоит забывать.


Седьмое. Наверное, самое ценное и важное. Вся организация данного мероприятия должна быть без какой-то навязчивости, легка, дипломатична, дружелюбна. Любые проявления командного метода руководства, малейшие признаки не восприятия приехавшего на встречу, а, тем более, склоки и пьяные разборки, приведут к тому, что данный человек, вряд ли соберётся ехать на встречу в очередной раз. Даже если он твердолобый как баран и с непробиваемой шкурой, как у бегемота. Просто, в голове, при получении приглашения на встречу, сразу же появится мысли, которые помогут перетянуть чашу весов "поеду - не поеду" в сторону отрицательного результата:


"Что я там могу извлечь для себя полезного? Увидеться с друзьями? Виделись совсем недавно. Да пусть и давно. Погулять, отдохнуть, попить водки? Это можно с успехом сделать и дома, не отрываясь от любимого дивана. Зато, сэкономлю деньги на проезд. Сумма, всё-таки, не маленькая. Да и за проживание и питание не придётся платить".


Пункты "работы над ошибками" можно было бы продолжать ещё очень долго. И по-крупному, и по мелочам. У каждого нашлись бы дополнения к вышесказанному. Главное, на мой взгляд, любое мероприятие должно оставить после себя, в основном, приятные воспоминания. Негатив? Не без того. В жизни всё бывает. И конфликты - не исключения. Но, если едешь, ожидая что-то мажёрное, и по возвращению домой внутренне ощущаешь, что твои надежды, в основном, сбылись, от очередной поездки никогда не откажешься. Как бы трудно это не было.


На сем свой отчёт заканчиваю. Может быть, получился он не совсем таким, каким должен был быть в глазах остальных участников прошедшей встречи. Что поделать? Это моё личное восприятие, мои наблюдения, моя оценка. Как бы то ни было, организаторам нашей встречи, в лице Сергея Сукачёва, я безмерно признателен. Он вынес на своих плечах такую тяжесть, такой организаторский стресс, который, пожалуй, не смог бы вынести никто другой из всех встречавшихся. Большего сделать было невозможно. Честь ему за это и хвала.