# Истоки жестокости

Сергей Иванович Чеботарёв

Истоки жестокости.


Мне кажется, любому нормальному человеку, в тот или иной момент его жизненного пути, приходилось сталкиваться с фактами жестокого, а порой и садистского поведения людей, находящихся с ним рядом, и, как следствие, задавать себе вопрос: "Откуда же берётся эта жестокость в людях?" Для начала, вот как толкуется понятие жестокости и садизма в различных словарях (взято обобщённо из нескольких источников):


Жестокость (бесчеловечное, грубое и оскорбительное отношение к другим живым существам) - это морально-психическая черта личности, которая проявляется в нанесении морального или физического ущерба, в грубом и деспотичном отношении, а так же в получении внутреннего удовольствия от страданий людей или животных. Жестокость - это понятие близкое к агрессии, однако она является более устойчивой личностной структурой. Жестокость предполагает полное безразличие к нуждам и страданиям другого человека или живого существа. Она не допускает мысли о том, что ему может быть больно, плохо, грустно, обидно, досадно. Человеку, проявляющему жестокость, "не больно за другого". Жестокости сопутствуют бесчувственность, эмоциональная холодность, безразличие, отсутствие милосердия. Обратной стороной жестокости является чрезмерная ранимость. Нередко эта деструктивная морально-психологическая черта появляется в результате перенесенной психотравмы или под влиянием длительного воздействия психотравмирующей ситуации. Человек, заковывается в жестокость, как в броню, а внутри его остается страдающее Я. Оно амбивалентно. С одной стороны оно совершенно не готово признать значимость другого человека, а с другой стороны оно хочет, чтобы его любили, жалели и ласкали. То есть жестокость - это своего рода прикрытие от страха, противоречия между чувством собственной неполноценности и высокими притязаниями общества.


Причины развития жестокости:


Иногда жестокость начинает развиваться с малого и "невинного" - дети в играх используют элементы издевательства над насекомыми и животными (над бабочками, жучками, кузнечиками, ящерицами, кошками, лягушками, птичками), и постепенно доходят до притеснения слабых детей.


Нередко жестокость является последствием вседозволенности, когда сильный не видит греха в том, чтобы причинять боль слабому.


Чем дальше человек удаляется от Бога и погружается в нечестие и беззаконие, тем больше он становится жестоким: "Праведный печется и о жизни скота своего, сердце же нечестивых жестоко" (Притч.)


Когда человек постоянно смотрит на проявление зла, когда кто-то кого-то обижает, причиняет боль (в боевиках, в боевых видах спорта, в армии и т. п.), он может огрубеть и его сердце черствеет, теряет сострадание и становится жестоким.


Неумеренность в наказаниях и излишняя строгость, когда она проявляется без любви и милосердия, может перерасти в суровость и жестокость (жестокое наказание, побои).


Жестокость может быть следствием доведенного до крайности чувства мести.


Садизм (назван по имени французского писателя маркиза де Сада, описавшего его) - в широком смысле - склонность к насилию, получение удовольствия от унижения и мучения других. Понятие "садизм" впервые введено в научный обиход Крафт-Эбингом в изданной в 1886 г. монографии "Psychopathia sexualis".


Но это всё общеизвестные факты, облачённые в словесный "футляр", дабы донести до остальных поверхностный смысл данного направления поведения человека. Действительно же, зарождение и развитие жестокости, садизма в человеке, происходит постоянно на наших глазах, при нашем общем попустительстве и молчаливой поддержке. С малого. Где-то, на глазах у всех, малыш отрывает лапки у кузнечика. Старший по возрасту подросток, мучает котёнка. Юноша бьёт палкой привязанную на цепь собаку. Мужчина стегает по голове уставшую до невозможности лошадь. Можно продолжать и дальше. Это же в отношении животных! Беззащитных животных - смею вам напомнить. Которые, в силу своей слабости или искренней привязанности к человеку, не могут дать сдачи. Зато, бурю возмущений в обществе вызывают случаи, когда доведённая до отчаянья избиениями собака, наносит травмы, или загрызает своего хозяина. Это же животное! А люди? "Человек это дикое животное, покрытое тонкой плёнкой цивилизации". Что, не правда? Все мы "белые и пушистые", пока обстоятельства и окружение не заставят выплеснуться наружу всему страшному и дикому, таящемуся внутри нас. Платоны Карачаевы встречаются только в романах или в единичных случаях на сотни тысяч человек. Это современная аксиома. Вот и мне, неоднократно, приходилось задумываться над вопросом жестокости, таящейся во мне самом и в тех людях, которые меня окружали. Или анализируя свои собственные поступки, или обдумывая увиденные своими глазами факты или рассказанные другими случаи. Попытаюсь, с вашей помощью, хоть немного разобраться в этом вопросе. Озвученные вслух мысли воспринимаются самим собой значительно яснее и полнее. Да и вопрос, мне так кажется, довольно существенный, что бы его затронуть. Тем более, что связать я его хочу именно с Афганистаном.


Не удивляйтесь, что мной затронута эта тема. Не просто так, с бух ты, барах ты, захотелось высказаться по поводу жестокости. Просто в последнее время пересмотрел ряд художественных фильмов военной направленности, которые мне, скажу прямо, доставляет удовольствие смотреть в качестве отдыха, и поймал себя на мысли, что даже старые советские фильмы, прошедшие через сито идеологии и цензуры, несут в себе определённый налёт побуждения к этой самой жестокости. Возьмите, для примера, "Афганский излом", "Груз 300". Не стану писать рецензию на эти фильмы, дабы не уподобляться кинокритикам. Хотя, скажу откровенно, эти фильмы я просматривал несчетное количество раз. А уж о современных российских художественных фильмах, особенно, "выпеченных" в современных кинематографических "печах", вообще разговор не ведётся. Насилие, граничащее с садизмом, порой так и плещет через край. Пожалуй, это один из первостепенных истоков воспитания жестокости у молодёжи. Впрочем, пожалуй, это уже повторение общеизвестных высказываний. Поэтому, дублироваться не стану. Не примите как плагиат. Мнение данное поддерживаю целиком и полностью. Просто констатирую это как факт.


Такую серьёзную "болезнь", существовавшую в армейском строю, да и чего скрывать, дающую и сейчас отдельные всплески, как "дедовщина", особо затрагивать не стану. Ни для кого не секрет, что первые всходы этой "болезни" появились отнюдь не в армии. Страшная и непредсказуемая по своей жестокости "болезнь". И не люди в погонах виновны в том, что издевательства над несколько более младшими по возрасту приобрели столь обширные размеры. Хотя, на это можно и возразить. Неоспоримый факт, что пагубная традиция издевательства над "молодыми" перекочевала в армию из профессионально-технических училищ Советского Союза. Ну а там, попав в благодатную почву, дала буйные всходы. Должен признать и тот факт, что зачастую командиры подразделений сами были виноваты в том, что "дедовщина" "подняла голову" и приняла такой массовый характер в армейской среде. Изначально в войсках её воспринимали только в качестве жесткого метода поддержания дисциплины и воспитания молодого пополнения. Руками младших командиров и солдат, более раннего призыва. Не разглядели более глубокой сущности данной проблемы. Когда разглядели, ужасная традиция приняла необратимый характер. Как в цепной ядерной реакции. К сожалению, всё плохое всегда укореняется в разы лучше, чем хорошее. Как сорняки. Борьба с "дедовщиной" заняла не один десяток лет. Да и сейчас ведётся не ослабевая. Кое-где, при наличии сильного и принципиального командира, "дедовщину" удаётся свести на корню. Хотя не факт, что с приходом нового, более безразличного командира, не появятся новые всплески. Сперва, маленькие, а потом и серьёзные. Знаю и уверен в том, что с ними можно и должно бороться. Сам боролся всю свою службу и не без успеха.


Перейду к очередным высказываниям своей мысли. Небольшой психологический этюд. Касаемо тех, кто побывал в условиях непосредственного ведения боевых действий. Независимо от того, где это было - Афган, Чечня, Египет, Вьетнам. Немного напрягите свою память и покопайтесь в своих далёких ощущениях, относящихся к данному периоду своей жизни. Все мы в "горячие точки" приезжали обычными людьми, у которых всё мироощущение подчинялись понятиям мирной жизни и гуманной советской идеологии. Большинство из нас воспринимало жестокость как зло, с которым нужно вести активную или, чего греха таить, пассивную борьбу. То есть, оставаться беззучастным. Получив в руки боевое оружие и без ограничения боеприпасы, а также, на вполне легальном основании право его применять против врагов, у большинства начались ломки сознания и выработанных прожитыми годами стереотипов. Первое время стрелять по живым мишеням было как-то не совсем привычно. Не говоря уж о том, что бы убивать людей. Первое время. Вспомните первого увиденного вами убитого душмана, возле которого, на удивление вам, не суетились врачи и милиция. Кто-то воспринял это с удивлением. Для отдельных, это было настоящим шоком. Следующий шаг - первый убитый лично тобой враг. Пусть мне говорят что угодно, приводят любые словесные аргументы, но такого первого убитого в душе переживали все, без исключения. Только полностью психически ненормальный человек в состоянии хладнокровно убить другого человека и не переживать после этого данную смерть. Даже через силу сохраняя внешнюю невозмутимость. Пыжась строить из себя этакого многоопытного и хладнокровного воина. Всё равно, первая смерть человека от твоей руки, по твоей воле, в душе переживается всеми обязательно. Со временем эти переживания блекнут, особенно тогда, когда подобные случаи периодически повторяются. Уже через пол года или чуть больший промежуток времени, труп врага воспринимается более обыденно, чем труп животного. Я не хочу приравнивать всё это к понятию жестокости. Однако, что-то такое, какие-то отголоски жестокости в этом есть. Пожалуй, безразличие к боли и неисправимой трагедии других людей, и есть первый шаг к жестокости. Не удивительно, что люди, прошедшие через войну, становятся в дальнейшем прекрасными боевиками и киллерами. Я не говорю обо всех поголовно. Понятное дело, что к этим не совсем привычным для понимания нормального человека занятиям должны быть внешние побуждения или жизненные обстоятельства. И, тем не менее.


Впрочем, как и в каждом правиле, в проявлении жестокости имеются определённые исключения. Умалчивать о них нет необходимости, тем более, что все о них и так знают. Хотя, говоря откровенно, к явно выраженной жестокости со стороны одного человека по отношению к другому, отнести их можно только условно. Конкретизирую на примере. Под воздействием каких-то внешних факторов у человека может появляться истерика в прогрессирующей форме. Как можно вывести из неё? Способ весьма простой и безотказный. Надавать ему оплеух. Жестоко, болезненно, однако, весьма эффективно. Приходилось ли вам в Афгане сталкиваться с явно выраженной растерянностью молодых солдат, которая, чего греха таить, способна была перерасти в откровенную трусость? И ещё до начала первого боя, и уже в ходе самого боя. Мне - приходилось. Причём, методика "лечения" была довольно жестокой, но отработанной до мелочей. Моральное, а порой и физическое оскорбление личности. Кому-то хватало только морального унижения, что бы перебороть свою растерянность и в последствии стать нормальным бойцом. Некоторым приходилось "вбивать науку" силовыми методами. Однако, чего уж там, были и такие, у которых растерянность из своего зачаточного состояния так и не вышла, превратившись в откровенную трусость. Одного такого труса их нашей миномётной батареи, пришлось переводить служить в тыловое подразделение части, где он не имел прямой возможности подвести своих товарищей в самый ответственный момент. А второй, кстати говоря, славянин из Киева, попросту дезертировал в Союз, где и попал впоследствии под следствие. Хотя, всё изложенное в данном абзаце, повторяю, относится к исключениям из правила.


Довольно часто и раньше и сейчас приходится слышать рассказы о фактах жестокости мусульман в отношении людей другого вероисповедования. Дескать, все, кто не верит в Аллаха, для мусульман является врагом и подлежит жестокому истреблению. Не совсем правильное толкование. Ислам не проповедовал ранее и проповедует сейчас ненависть ко всем прочим религиям. Более того, эта вера, как и все остальные, существующие на земле, пропогандирует не только любовь к ближнему, но и терпимость к иноверцам. Другое дело - враг. Не только идеологический, но и юридический. Афганистан. Он практически всё время своего существования боролся с войсками, стремившимися его завоевать и покорить. Не говоря уж о ближайших соседях. Те же англичане, американцы и мы. Борьба с оккупантами всегда и везде велась не на жизнь, а на смерть. Вооружённая борьба. Ну а, как довесок к ненависти к врагу, появилась ненависть к иноверцу. Думаю, что я ничего не путаю. А особая врождённая жестокость мусульман - вопрос явно спорный. Неизвестно, кто более изощрённый в проявлении жестокости: мусульмане или славяне. У меня лично сложилось впечатление, что само понятие жестокости не имеет национальности. Садизм присущ конкретно каким-то личностям, а не нациям и народностям. Видимо всё зависит от воспитания и внутренних наклонностей. Хотя, первое просто катализирует второе. Внутренние порождения садизма и жестокости всегда можно приглушить соответствующим воспитанием. Если, к примеру, меня с детства родители учили состраданию к боли других, то никакие примеры других людей не могли потом возбудить во мне жестокость по отношению к людям. Да! Могло на основе привычки, появиться некоторое безразличие, как это было в Афгане. Убитые мной или другими сослуживцами "духи" не воспринимались как какие-то, ещё недавно живые организмы. Наподобие камней, кустарника, выжженной травы. В то же время, равнодушно смотреть на издевательства сослуживцев над животными, а тем более, над людьми, я не мог и не хотел. Лучше убить, чем мучить. Это - гуманнее.


На ум невольно приходит один, запомнившийся мне с детства пример из популярного художественного сериала советского времени - "Адъютант Его Превосходительства". Кто смотрел этот сериал, может быть вспомнит. Момент разговора начальника контрразведки белогвардейцев полковника Щукина со своим подчинённым, занимавшимся допросами пленных красноармейцев и мирных граждан, и проявлявшим при этом изощрённые садистские методы. Когда он задал ему вопрос:


"Поручик. Была ли у Вас мать?"


Ничего удивительного в этом эмоциональном всплеске контрразведчика нет. Ведь белогвардейские офицеры, в своём подавляющем большинстве, были выходцами из дворян, получившими блестящее образование и воспитание, вылощенные в светских салонах, ставившие понятие "честь" и "верность Отчизне" превыше всего остального в жизни. Для них проявление крайней жестокости и садизма было неприятно. Даже по отношению к заклятым врагам. Это только общее отступление, которое, впрочем, может увести в сторону от основной темы. Поэтому, вернусь к прерванному.


Пожалуй, стоит теперь попытаться разобраться, "откуда растут ноги" у пресловутой жестокости. Воспитание и силу привычки, как уже оговоренные причины, попросту упускаем. Впрочем, и эти два основные корня в активизации внутреннего садизма можно или усилить, или полностью свести на нет. Ну да, не будем к этому возвращаться заново. Суть моих очередных размышлений сводится к следующему. Как-то само собой было замечено, что наибольшие, самые необузданные вспышки садизма были и есть сейчас у тех людей, которые, в какой-то момент времени, и в каких-то конкретных условиях, стали вне закона. Судите сами. Предатели своего народа всегда отличались наибольшей изощрённостью в причинении боли и страданий своим вчерашним соплеменникам. Причём, не только в местах, где ведутся боевые действия, но и в, казалось бы, благополучных регионах. Что это? Месть за своё бесчестье? Чувство неотвратимого возмездия и от того, вседозволенность? Отчаянье из-за отсутствия обратного пути назад, потери родных и друзей? Наверное, всё это вместе создаёт тот дьявольский коктейль, ту гремучую смесь, которая молниеносно делает из человека полнейшую скотину. Прошу прощения. Сравнение подобных людей со скотиной, только порочит животных. Животные убивают только по необходимости добычи себе или потомству пропитания. Сытый лев убивать ради забавы не станет. Тем более, мучить жертву, перед тем как убить. А человек - станет. Ради удовольствия и самовыражения своей силы. Сколько раз приходилось в Афганистане слышать рассказы о том, что советские солдаты, перешедшие на сторону "духов", отличались крайней жестокостью по отношению к своим сослуживцам. Далеко за примером мне ходить нет нужды. Тот же бывший сержант Бомбер из 122-го мотострелкового полка. Мало того, что стал чёрным пятном в истории полка своим дезертирством, так ещё своими последующими действиями на службе у "духов", запятнал себя в качестве кровавого палача. Уверен, что подобные случаи в Афгане были не единичными. Ведь не зря в художественном фильме "Груз 300" Свердловской киностудии, среди душман показан один советский перебежчик. Причём, не в качестве страдальца и зашуганного иноверца, а вполне активным членом банды. И избивает он советских людей не по принуждению, а вполне осмысленно. С особой жестокостью. Соответственно, ответные к нему действия шурави, не менее действенные. Смерть предателю от удушья с использованием рук. Как символ неотвратимости возмездия.


Стоит ли рассказывать о том, как обращались басмачи с попавшими в их руки шурави? Наверное, стоит, без излишних подробностей, что бы не испортить всем настроение и аппетит. Слава Богу, лично мне не довелось попасть в их лапы. Хотя, видеть результаты расправы душман с советскими солдатами, пришлось. Первый и наиболее запомнившийся случай был во время проведения рейдовой операции в районе Мармольского ущелья. Тогда, 1 сентября 1981 года, изрядно потрепали роту рейдового батальона 149-го мотострелкового полка, которая действовала по соседству с нашим батальоном. Более подробно я описал этот случай в рассказе "За одного битого". Благо, для своих кровавых деяний у душман тогда было очень мало времени. Поэтому долго мучить свои жертвы, получая от этого удовольствие, басмачи не имели возможностей. Добили раненых холодным оружием или камнями, забрали оружие, боеприпасы, более-менее ценные предметы из военного и личного ассортимента, и скрылись. В том случае за семь жизней наших парней "духи" заплатили, по крайней мере, тремя десятками своих. Насколько я помню, двоих раненых душман, которых, по странному стечению обстоятельств, басмачи не смогли забрать с собой, наши офицеры добили выстрелами из пистолетов. Кровь за кровь. Смерть за смерть. Хотя, можно было их перевязать и с помощью вертолётов эвакуировать в Мазари-Шариф. Только зачем? Что бы они после излечения вновь оказались в банде? Вероятность здесь практически равна девяносто девять процентам. Один процент оставляю на то, что они умрут от полученных ран, или будут убиты в стенах ХАДа (афганской контрразведки).


Рассказов же о том, как "духи" изгаляются над пленными советскими военнослужащими, в мою бытность в Афгане, да и позднее, ходило по ограниченному контингенту советских войск в Афганистане масса. Пресловутый "красный тюльпан". Слышали о таком? Конкретизировать тогда не стану. Отрезание голов живым людям. Вырезание звёзд на спине и животе. И так далее и тому подобное. Не говоря уж о методах проведения "допроса с пристрастием". Ярые палачи застенков гестапо содрогнулись бы от ужаса, побывав в "духовских" руках. Во всяком случае, подобные рассказы заставляли наших военнослужащих принимать все меры, что бы не попасть живыми в руки басмачей. Не только невредимым, но и раненым. Сдаться в плен душманам вовсе не означало остаться живым. Смерть могла подстерегать в любой момент времени и в любом месте. Плохое настроение у главарей банды или охранников. Погиб кто-то из состава банды в перестрелке с шурави или активистами. Показался охранникам взгляд пленного "косым". Взглянул неверный на местную ханум заинтересовано. Да, мало ли какая причина может повлиять на появление у басмача желания убить беззащитного пленного? Важно то, что ему, душману, за это ничего не будет. За исключением выговора от главаря банды в связи с потерей энной суммы денег. Ведь каждая голова советского военнослужащего имела свою определённую расценку. Живая или мёртвая. Живая, естественно, несколько дороже. Независимо от того, в каком она состоянии. Поэтому, желательно было сохранить хоть какую-то жизненную искру в теле пленного. Зато уж издеваться над шурави можно было по-полной. Здесь запретов не существовало. Чем жесточе были всевозможные глумления над неверными, тем больше почёта в банде такому извергу. Самой обыденной пыткой было уже ограничение пленных в питании и воде. В общем, плен для советского военнослужащего в Афганистане был страшной угрозой. Лично для себя, с первого и до последнего дня пребывания "за речкой", я в подсумке, в кармане для маслёнки, носил ручную гранату Ф-1. Менялись подсумки, но граната оставалась неизменной. Самый быстрый и безотказный способ покинуть этот мир, прихватив с собой пару врагов. И даже в момент ночного боя под Мармолем, когда практически все гранаты были израсходованы на отражение атаки басмачей, эта Ф-1 оставалась в качестве резерва. Благо, наше отчаянное сопротивление в кромешной темноте на совсем уж близкой дистанции, не допустило до рукопашной схватки, которую лично я ожидал с внутренним содроганием. Этого последнего этапа обороны, моя группа в два десятка человек, ни за что бы не выдержала. Все бы погибли или же попали в плен. Так что, в создавшейся обстановке, крайний выход оставался один. "Мёртвые сраму не имут". Что-то я увлёкся персональными воспоминаниями. Может быть и по теме, но, несколько уклонился от взятого курса.


Почти всё вышесказанное относится к нашим врагам. Не стану отрицать, что садизма и изуверства у "духов" было выше крыши. Тем более, что никаких законов для них не существовало. Прокуроров и судов собственных не было. Требования соблюдения норм международного права не соблюдались. В общем, самая обыкновенная структура бандитских шаек. Именно поэтому все антиправительственные формирования в Афганистане назывались бандами. Оно и правильно. В этом была вся их сущность. Так было и в "армии" Панджшерского ущелья у Ахмад Шаха Масуда, знаменитого "Панджшерского льва". Хотя, по рассказам, там была хоть какая-то дисциплина и правопорядок.


Чем отвечали советские военнослужащие на жестокость своих афганских врагов? Скажем так. После оплеухи по правой щеке, левую не подставляли. Наоборот. Силе противопоставляли силу. За смерть платили смертью. Причём, всё это делалось с утроенной силой. В данном случае, против честного боя я совершенно не возражаю. И против методов массового устрашения ничего особо не имею. Особенно, если подобные действия происходили по указаниям сверху. Значит, всё было в рамках закона. Хотя, носили явный характер нарушения общепринятых законов о гуманизме. Например, гибель советской колонны или заставы в результате нападения басмачей вблизи соседнего с дорогой населённого пункта. Ну, что здесь сказать. Душманы ушли, а жители остались. Бомбо-штурмовой удар по кишлаку. С широким афишированием по всем возможным каналам, за что такое возмездие со стороны шурави. Ведь можно же предположить, что это нападение совершили жители кишлака? Шаткое, но оправдание своей жестокости. Это уже месть не одиночного человека, но целой системы. Хотя, и не правильно. Но ведь не единичными были случаи персональной мести. Причём, с особой жестокостью. Приведу пару примеров, которые мне известны.


Эту историю я услышал ещё в то время, когда до моей замены из Афганистана оставалось довольно много времени. Будем говорить так, что примерно в 1982 году. Более точно припомнить не берусь. Пустая затея. Достоверность переданной информации также остаётся не на моей совести. За что купил, за то и продаю. Хотя, на мой взгляд, всё это так и могло быть. По логике вещей.


Как-то случилось в какоё-то местности, ближе к центру Афганистана, что в плен к "духам" попал советский солдат. Не стану врать, бо не ведаю, из какой части и в каком конкретном районе такое произошло. Зато достоверно знаю, что был солдат родом с Северного Кавказа, и, как говорили все чеченцы, из Грозного. Видимо это было их особым национальным шиком, указать своё место жительства столицей автономной советской республики. Суть не в этом. Мусульманин попал в плен к мусульманам. Тут уж обозвать его иноверцем для душманов, язык не поворачивается. Тем более, что религиозные традиции у чеченцев оставались всё время незыблемыми, независимо от того, царский режим, Советская власть или что-то иное руководило жизнью в этом регионе. Даже в комсомол национальная молодёжь вступала чисто по необходимости, следуя духу времени и требованиям военных комиссаров к призывникам. Скажем так. Подавляющее большинство и чеченцев, и ингушей, и дагестанцев, и азербайджанцев, в силу почитания своих традиций и предков, верили в Аллаха. В общем, возвращаясь к прерванному, "духи" в активной форме унижали и издевались над шурави, невзирая на то, что религия у них была одна и та же. По сути дела, взятому в плен мусульманину было не только не легче, но и в некоторых вопросах, труднее. Это чисто в качестве общей информации.


Как это было всегда, учитывая то, что всё руководство оппозиции правительству Афганистана находилось в Пакистане, обеспечение бандформирований и подготовка боевиков осуществлялась там же, пленного чеченца решено было переправить на одну из баз мятежников возле афгано-пакистанской границы. Конвоировали шурави пара-тройка "духов". Шли они от одной своей явки к другой, останавливаясь на короткий отдых. Переход занял несколько дней. Почти уже у самой границы чеченцу удалось освободиться и завладеть оружием. Конвоиры, а заодно и всё семейство явочного дома были убиты. После этого начался переход бывшего пленного в обратном порядке к себе в часть. Как бы вы поступили на месте чеченца? Я бы, уж точно, постарался выйти к ближайшей советской воинской части или блок-посту. И проще, и надёжнее, и безопаснее. Оттуда бы меня доставили без особых проблем к месту дислокации своей части. Или вертолётом, или попутной колонной. Наш герой выбрал совершенно иной вариант. Хорошо запомнив весь путь, по которому его вели к границе, он пошёл назад именно по нему. И не просто пошёл, а "посетил" все басмаческие явки, на которых ему удалось до этого побывать. Думаю, уже догадались о сущности и результате его посещения басмаческих явок. Все эти явки были ликвидированы. То есть, чеченец вырезал всех живых, кто оказался в тот момент на месте. Обычным ножом. Без применения огнестрельного оружия. Таким образом, он добрался до своей части. Естественно, в банду его пленившую, заходить, что бы передать душманам "привет" и весть о своём освобождении, чеченец не стал. Хватило соображения, что со всеми этими бандитами ему в одиночку не справиться. В своей воинской части бывший пленный рассказал сотрудникам контрразведки всю свою эпопею. Первоначально, что вполне логично, ему не поверили. Однако, проверка достоверности изложенных чеченцем фактов показала, что всё им рассказанное - чистая правда. В указанных им кишлаках, действительно были вырезаны семьи хозяев явок. Действия солдата были признаны правомерными, хотя и не в полной мере законными. Контрразведчики сокрушались только по той причине, что явки были уничтожены, а не взяты под контроль. Тут у каждого - свои цели. Что в этой истории важно? Наверное то, как чеченец вырезал семьи пособников басмачей. Лично у меня рука не поднялась бы, убивать женщин и детей. Даже из чувства мести. Слишком уж это жестоко. Хотя, оправдать его можно. Не уничтожь он всех поголовно, неизвестно, удалось бы дойти до конечной точки своего движения. В Афгане воевали все. И мужчины, и женщины, и дети. Кто - с оружием в руках. Кто - в качестве осведомителей и связных. Удалось бы кому-то из уцелевших семейства явки, опередить чеченца - на следующей явке, ждала бы его засада. Такой вот расклад. Или ты, или тебя. Это вам и, пусть слабый, но аргумент в пользу жестокости шурави в данном конкретном случае. Хотя, кому доводилось служить или даже просто сталкиваться с выходцами из Северного Кавказа знают, что кровная месть у них стоит на том же уровне, что и личная честь. Не отплатить обидчику с лихвой - позор для и чеченца, ингуша, дагестанца. Восток - дело тонкое.


Но это - люди Востока. Казалось бы, для выходцев из европейской части Советского Союза, проживших весь предыдущий период своей жизни в цивилизации, напитанных с детства чувством гуманизма, проявления жестокости по отношению к себе подобным должно быть не приемлемо. Как бы ни так! Как я уже говорил, славяне отличались не меньшей жестокостью, зато, большей изобретательностью в её проявлении, чем те же афганцы. Приведу пару примеров, связанных с пребыванием советских войск на территории Афганистана.


Слышали вы о такой игре, имевшей место среди ограниченного контингента советских войск в Афганистане, как "А ну-ка, догони!". Если не слышали, коротко расскажу. Пленного душмана, который не рассказал советским военным всего того, что он знал, а передавать его в афганский ХАД было теперь совершенно бессмысленно, как правило, стремились попросту уничтожить. Тем или иным способом. Самое простое - расстрелять. Ещё страшнее для правоверных - убить без крови, то есть, повесить. Потом всегда можно было сослаться на то, что пленный пытался совершить побег и был в процессе этого мероприятия убит. Однако, это была уж слишком лёгкая смерть для лютого врага. Где-то, в какой-то период времени, в наших войсках была придумана жестокая игра, получившая название "А ну-ка, догони!". Видеть мне её не довелось. Зато, слышал её описание пару раз от сослуживцев. В чём её суть. Приговорённого к смерти без всякого суда душмана, чаще всего с неофициального позволения сотрудников ХАДа, связывали верёвкой по рукам со стороны груди. К связанным рукам привязывали намертво ручную гранату. К кольцу гранаты привязывали один конец верёвки, а другой её конец крепили к корме боевой машины пехоты. Стоит дальше продолжать? И так понятно. БМП движется - "дух" за ней. И так до первого падения или отставания. Финиш - взрыв. Чем-то напоминает пресловутую английскую игру "Подколем свинью". Наверное, слышали о такой? О ней подробно упоминается в книге "Капитан Сорви-голова". Садизм в неприкрытом виде.


Следующий пример. Допрос группы из двух-четырёх басмачей, с целью получениия необходимых сведений. Достоверных и с наименьшими хлопотами. Сажают "духов" в вертолёт, поднимаются на высоту метров в двести, и начинают летать по кругу. Из группы душман выбирают самого зашуганного, который, предположительно, может "расколоться" с наименьшими затратами сил и средств. Допрос начинают не с него, а с самого непреклонного и стойкого из врагов. После нескольких вопросов, не добившись требуемых сведений, выбрасывают его без каких-то дополнительных страховочных средств в люк вертолёта. Подобным образом поступают с остальными, пока в десантном отделении не останется последний, потенциальный "говорун", или же пока не заговорят все сразу и без принуждения. Как правило, сведения в этом случае получают правдивые и в полном объёме. Конечно, метод садистский. Особенно для мусульман. Почему-то, не знаю только конкретно по какой причине, но смерть без крови для них была делом позорным. Видимо, это было связано с какими-то поверьями или традициями. Причём, именно насильственная смерть без крови. Болезни и старость в учёт не брались. Видимо поэтому допрос в вертолёте являлся эффективным, но крайне беззаконным средством. Однако, слова из песни не выбросишь. Что было, то было. Не стану доказывать свою правоту, однако мне кажется, что за подобное кто-то должен был, в тот период времени, пострадать. На законном, юридическом основании. Возможно, в каком-то приговоре военного трибунала это, пусть и иносказательно, отображено. Если же нет, то подобные делишки, были уж слишком аккуратно сделаны.


Пытки пленных с применением малых токов телефонных аппаратов, кислоты и щёлочи, соли, прочих болевых средств описывать не стану. Сам не участвовал, не видел и имею только общие сведения. Можете поверить, у самого от того, как всё это представлю, дрожь по телу в виде мурашек. Не доставляет удовольствие подобное придумывать и отображать в сознании. Только, что делать. "Взялся за гуж, не говори, что не дуж". Сам вызвался поднять данную тему. Выговориться нужно, что бы облегчить душу.


Бытовые проявления жестокости среди военнослужащих ограниченного контингента советских войск в Афганистане. Были, что не удивительно, и такие. Особенно в отношении к местному населению. Чему удивляться? "Лес рубят - щепки летят". Под горячую руку в пылу боя, зачастую нашим войскам попадали и мирные жители. Выжившие в этой мясорубке мужчины, добровольно и с охотой уходили в банды, являясь гарантированным резервом в восполнении душманских потерь. В этом виноваты были мы сами и необдуманные приказы наших начальников. Всё, что связано с уголовно наказуемыми преступлениями, типа, изнасилование афганских женщин с последующим их убийством, ограбление и убийство зажиточных афганцев и свидетелей данных преступлений, и прочее, и прочее, упускаю, так как на этом приходилось мне уже останавливаться в рассказе "А стоило ли это того". Военный трибунал свою оценку уже поставил. А вот некоторые случаи, когда применялись насильственные действия в отношении населения афганских кишлаков, вкратце отмечу.


В бытность нашего третьего мотострелкового батальона на охране трубопровода, по которому перекачивали из Союза в Кабул дизтопливо и керосин, довольно большие потери топлива происходили из-за того, что местные жители возле кишлаков попросту повадились воровать его непосредственно из труб. Закончился, допустим, керосин у дехканина для ламп. Он, вместо того, что бы пойти и купить его в лавке, берёт жестяную ёмкость на 25-30 литров, кирку-мотыгу, и выходит в укромном месте к трубопроводу. Пробивает киркой дырку в трубе и заливает из струи, бьющей под давлением несколько атмосфер, свою ёмкость. После этого, спокойно уходит себе домой. А труба продолжает фонтанировать до тех пор, пока на перекачивающей станции не обнаружат, что в трубе упало давление. Пока соберутся, пока выедут на трассу, пока обнаружат пробой, на земле оказывается несколько тонн топлива. Вот и сравните. Тридцать литров набрал дехканин, а наши потери топлива исчисляются в тоннах. Местным жителям эти потери были глубоко по барабану. Не их же добро. Ответственность за потери топлива с трубопроводов была возложена на командиров подразделений, осуществлявших его охрану. Не на трубопроводный батальон, а на общевойсковиков. Ежемесячно из Кабула приходил анализ потерь топлива с трубопровода, с "приветами" командиру батальона. Понятное дело, что подобное положение вещей командира батальона явно не устраивало, и всем нам была поставлена задача¸ в случае обнаружения любого афганца вблизи трубопровода, без предупреждения открывать огонь на поражение. Местных жителей об этом через представителей местной власти предупредили. Однако, предупреждение не подействовало. Начался отстрел нарушителей. Даже, скажем так, не обстрел, и просто обстрел всех, появляющихся возле труб. Пару раз и мне приходилось открывать огонь по нарушителям, обнаруженным возле трубопровода. За результат ничего конкретного сказать не смогу. Стрелять - стрелял, а вот попал ли... Проверять не стал. Могу предположить, что на всём протяжении трубопровода от Хайратона до Кабула, подобные приказы имели силу. И не один десяток дехкан или бача, поимели от этого ранения или смерть. Вот вам и бытовое проявления жестокости.


Во время проведения блокирования и "зачистки" кишлаков и вообще довольно часто случались факты неосознанного беззакония. Единственно, что мы старались соблюдать неукоснительно, так это правило - не производить обыск жилых домов и проверку документов у местных жителей. Ради своей же собственной безопасности. Зато стрельбу по всем, кто пытался выбраться из кишлака за кольцо блокировки, вели со всей пролетарской ненавистью. Так, я уверен, было во всех рейдовых батальонах. И не просто стреляли, но и убивали. Мина, знаете ли, не выбирает, кого поразить своим осколком. Да и пуля особо не избирательна. Ей всё равно, мирный это житель, или закоренелый душман. Вот вам, пусть и вынужденная, однако, жестокость. Только, это не самый негативный элемент при проведении блокирования и "зачистки" кишлаков. Сколько было случаев стрельбы непосредственно по жилым домам ради озорства? Просто так, от скуки. Одному Аллаху теперь известно, сколько пуль, мин, снарядов, бомб, нашли свои невольные жертвы среди мирного населения. Скажете, что всё это пустяк, издержки войны? Я же назову это обычной вседозволенностью. Попробуйте-ка, в мирной жизни, даже в условиях нахождения на войсковых полигонах, беспричинно, просто так, выпустить из ствола оружия пулю, мину или снаряд. Приедет "чёрный воронок", возьмут вас пара дюжих дяденек под белые ручки, и препроводят на беседу к "сердобольному" прокурору. С одной стороны, можно это жестокостью и не называть. Так, безответственность и озорство юнцов. Только это не освобождает всех нас от более серьёзного суда. Суда своей совести.


Пожалуй, на этом стоит закругляться. Сказано уже достаточно для того, что бы сделать какие-то выводы. Надеюсь, что каждый для себя их уже давно сделал. Свои же собственные я всё-таки постараюсь изложить. В меру своего понимания.


Где же находятся эти самые истоки человеческой и бесчеловечной жестокости?


В первую очередь, жестокость процветает в том человеке, у которого она была заложена на генетическом уровне. Согласен, что крупицы жестокости есть в любом человеке. Однако, с самого раннего возраста их можно подавить, упрятать в глубине подсознания, сделать чем-то вроде табу. Всё зависит от родителей, их понимания того, что жестокость породит ещё большую жестокость. Даже нахватавшись на улице в неблагополучной компании негативных примеров, подросток или юнец, под воздействием родительских поучений и положительных примеров, может напрочь отказаться он понятия жестокости в своей личной жизни. Это совершенно не означает, что нужно растить "тепличного человека", мямлю, не умеющего постоять за себя. Однако, чувство собственного достоинства, подготовленность к бою, совершенно не противоречит отрицанию жестокости по отношению к другим. Союзниками родителей в этом важнейшем моменте воспитательного характера, должны быть учебно-воспитательные структуры, не зависимо от того, детский это садик, школа, колледж, институт.


Следующий шаг. Окружающая нас всех обстановка. Опять же, обращусь к понятию, - "жестокость порождает ещё большую жестокость". Понятное дело, что у войны не женское лицо. Грязное и неблагодарное это дело - воевать. Смерть врага - благое дело. Если не ты его, то он тебя. Однако, и в этой ситуации не стоит забывать, что ты цивилизованный человек. Не опускаться до уровня садистов, для которых ничего святого на свете не существует. Поверьте, это, при должном воспитании, совсем не трудно. Затормозить в себе те низменные инстинкты, которые пытаются вырваться из твоего подсознания, можно и нужно. Достаточно только представить себя на месте того, к которому ты пытаешься применить акт жестокости. Твоя, пусть и виртуальная боль, тебя же и остановит.


Пагубное влияние окружающих нас людей. Особенно в раннем возрасте формирования личности. Вспоминаю себя самого в первое время нахождения в Афганистане. Двадцати трёхлетний лейтенант. Хотелось показать себя вполне сформировавшимся офицером. Самым позорным в то время казалось, не откликнуться с достоинством на клич: "А тебе слабо?". Именно подобные подзуживающие реплики, толкали людей на путь необдуманности в поступках. Вспомните себя самих. У большинства из нас тогда не хватало духа и выдержки сказать в открытую: "Слабо! Да и дурное это дело. Я себя проявлю в других, не менее значимых делах. А сейчас, увольте. Ведь это прямая дорога к преступлению". С возрастом, приходит мудрость. Мозги начинают думать не только о том, как "сберечь свою честь", но и о том, что бы остаться до конца честным по отношению к самому себе. Жаль только, что только с возрастом.


В общем, до тех пор, пока каждый конкретный случай жестокости, садизма, презрения к более слабым, не получат яростного отпора преобладающего большинства окружающих, с этим явлением не справиться. Стоящие безучастно, проходящие рядом с отсутствующим, безразличным видом - хуже участников и соучастников. Они только показывают преступнику, что общество не станет их карать за содеянное. Это моё видение данной проблемы. И не примите вышесказанное в качестве поучения. Просто высказывание собственных мыслей и собственного мнения. На сим и закончу.