# Я и Т-64 (почти смешная история)

Василий Чобиток

Отрывок из главы "Т-64 в войсках" книги "Основной боевой танк Т-64" Автор - Василий Чобиток (капитан запаса, 1989-1994 гг. - Киевское высшее танковое инженерное училище, 1994-1999 гг. - Конструкторско-технологический центр МО Украины, инженер/старший инженер-зам.нач.отдела).

Мой опыт общения с Т-64 небогат, он ограничивается изучением и вождением этой машины во время учебы в училище, а также войсковой стажировкой на должности ЗКВ (заместитель командира по вооружению или устаревшее - зампотех) роты.

Во время учебы профильным танком в КВТИУ был Т-72, который изучался довольно досконально. В то же время, изучению Т-64 и Т-80 уделялось достаточно серьезное внимание. Так, например, на вождении из 6-10 танков участвующих в заезде 2-3 обязательно были шетьдесятчетверки. И уже здесь я начал замечать противоречивость машины. Первое время на вождении мне доставалась семьдесятдвойка (Т-72А, Т-72Б), я к ней привык, показывал очень неплохие результаты. Когда впервые сел за рычаги "пилорамы" (так мы с товарищами попадая на танкодром называли Т-64 за характерный звук двигателя - высокочастотный стук двухтактного дизеля с присвистом турбины), то сначала особой разницы не почувствовал (отделения управления обоих машин практически не отличаются), однако в процессе движения меня постоянно тревожил какой-то дискомфорт. Не сразу до меня дошло, что дискомфорт вызван пониженными динамическими свойствами Т-64 по сравнению с Т-72. Шетьдесятчетверка слабее реагировала на утопление педали подачи топлива, а обороты двигателя на тяжелых участках падали быстрее.

По причине меньшей тяговооруженности я не любил водить Т-64, предпочитая Т-72. В то же время, благодаря хорошей плавности хода у Т-64 были свои поклонники и несколько человек из моего взвода старались на вождении сесть только за рычаги шестьдесятчетверки.

Наиболее интересные впечатления остались от войсковой стажировки. В ноябре-декабре 1993 года я проходил стажировку в должности ЗКВ 1 танковой роты в танковом полку, который расположен в ПГТ Гвардейское Днепропетровской области. В ноябре 93-го стояли морозы около минус 20 градусов, заканчивался летний период обучения и полк ожидал итоговою проверку Министерства Обороны.

Все танки 1 тр (Т-64Б) принадлежали к боевой группе и стояли в боксе на хранении. Танки покрашены, вычищены, выровнены по нитке, в боксах идеальный порядок. На случай пожара к крюкам на переднем лобовом листе присоединены штатные тросы и свободными концами однообразно положены на бетонный пол, образуя между собой букву "Х". Обучение вождению и стрельбе личный состав роты проходил на учебно-боевых танках третьей роты.

Как обычно проверка начинается с учебной тревоги. Утром, за час до подъема объявлена тревога. После десятиминутной суеты и, на первый взгляд, бестолковой беготни оказываемся в парке. Еще через пять минут ворота в боксы открыты и личный состав мнется в ожидании (так как танки боевой группы, то заводить их можно только по указанию проверяющего).

Прибыл проверяющий. Командир роты капитан Суббота как положено доложил и застыл в ожидании. Проверяющий спрашивает: "Какой танк будем заводить?". Ротный бодро отвечает: "Товарищ полковник, какой укажите, тот и заведем". Проверяющий прошелся вдоль танков и, указав на третий танк, сказал: "Этот. Полтора часа хватит?". Ротный: "Товарищ полковник, за час управимся!". Проверяющий улыбнулся, посмотрел на часы и пошел в сторону других боксов. Когда проверяющий отошел на достаточное расстояние, ротный выдал на гора свой запас нецензурной брани и закончил тираду словами: "Он, что гад, не мог указать на этот (указывая рукой на второй танк) или на этот (указывая на четвертый)? Обязательно надо тыкнуть в тот, который мы уже два года не заводили!".

Танки на хранении находятся без аккумуляторных батарей, которые хранятся в аккумуляторной, поэтому чтобы завести танк необходимо "бросить" через люк механика-водителя дежурную группу аккумуляторов находящихся в боксе. Так как обычно дежурная группа имеет неполную зарядку, то ротный во избежание проблем с частично разряженными аккумуляторами послал бойцов в аккумуляторную за свежезаряженными. Сразу же два из наиболее опытных механиков-водителей приступили к контрольному осмотру и подготовке танка к запуску двигателя.

Через 20 минут после получения задачи аккумуляторы стояли на штатном месте, все было готово к началу запуска двигателя. С запуском подогревателя проблем не было, еще минут через десять-пятнадцать охлаждающая жидкость прогрелась до требуемой температуры больше 100 градусов. После пятиминутной паузы, необходимой для отдачи тепла деталям и агрегатам двигателя, ротный подает команду механику-водителю "Заводи!". Механик выполнил все необходимые подготовительные операции, включил масловпрыск (масловпрыск осуществляется при низких температурах в цилиндры двигателя для облегчения пуска) и нажал кнопку стартера и одновременно рычаг клапана воздухопуска (комбинированный запуск двигателя). Коленвал начал с трудом проворачиваться, двигатель не запустился. Ротный приказал снять танк с горного тормоза (что по правилам при запуске двигателя делать нельзя), все находившиеся перед танком разошлись в стороны. Попытка пуска была осуществлена еще три раза, танк на стартере медленно прополз в сторону открытых ворот, несмотря на то, что избиратель передач стоял в нейтральном положении.

Видимо в коробках передач при установке танка на хранение оставалось масло трансмиссии, масло на морозе загустело, в результате чего создавалось дополнительное сопротивление при запуске.

Попробовали сделать двойную откачку масла из коробок передач - не помогло. Заданное проверяющим время уже прошло, ротный начал нервничать. Снова включили и выключили подогреватель. Ротный вскочил на лобовой броневой лист и, резко опуская ногу в сапоге по колено в люк (что меня крайне удивило - верхняя часть шлемофона механика находится на уровне крышки люка), с нервными нотками в голосе приговаривал "Заводи, заводи!". Этот метод тоже не помог...

К месту действия начали постепенно собираться офицеры из соседних рот. Кто-то предположил, что при запусках картер двигателя залили маслом. Двух бойцов отправили под танк сливать масло из картера двигателя. Масло слили в два ведра и залили в заправочную горловину системы смазки двигателя. Посаженные аккумуляторные батареи заменили на новые, воздух же в воздушной системе давно закончился и дальнейшие попытки запуска осуществлялись только стартером.

Пришел проверяющий: "Еще не запустили? Ну ничего, ничего...", ротный: "Товарищ полковник, только полчасика, запустим". Проверяющий тактично удалился.

А в соседнем боксе уже полчаса назад запустили двигатель танка комбата. Один из зампотехов соседних рот предложил дернуть наш горемычный танк и завести с буксира. Обратились к зампотеху батальона, он сказал, что не даст командирский танк - вдруг, наш танк, когда заведется двигатель, ударит его в корму. Зампотех батальона ушел, а в его адрес зампотехи других рот, выпускники омского училища, бросили, мол все они киевляне козлы, с чем большинство присутствующих учитывая ситуацию согласилось.

Прошло четыре часа. Поскольку я как стажер лицо неответственное, то активного участия в происходящем не принимал, оставаясь сочувствующим наблюдателем. Я был в отцовской зимней полевой куртке устаревшего образца с перешитыми на 10 см пуговицами, и мне было довольно тепло, а вот ноги уже начали коченеть. Так как попытки завести танк до сих пор не удались, то ЗКВ батальона наконец дал добро на запуск двигателя с буксира.

К нашему танку, который на аккумуляторах уже выехал на полкорпуса из бокса, подогнали танк комбата. Два троса, закрепленные на носу танка прицепили к корме командирской машины. Тросы короткие, поэтому есть большая доля вероятности ударить буксирующую машину в корму, когда двигатель заведется. За рычаги сел командир первого взвода. Танк комбата потянул и когда буксируемый танк полностью выехал из бокса, взводный бросил педаль сцепления, танк немного клюнул, движение замедлилось, после чего из выпускного коллектора вырвалось пламя, на мгновение погасло и, возобновившись, превратилось в настоящую реактивную струю. Реактивная струя, преодолев расстояние в десять метров, ударила в стену бокса. После примерно трехсекундного горения (незабываемое зрелище) огонь погас, двигатель взревел, и танк дернулся вперед. Так как к рывку вперед взводный был готов, то он резко выжал педаль сцепления и одновременно педаль остановочного тормоза.

Эпопея с двигателем наконец закончилась, а проверка только началась...

Поскольку на итоговой проверке первой роте выпало сдавать боевую стрельбу, то заранее необходимо было пристрелять четыре танка (три участвуют в боевой стрельбе, один запасной). Пристрелку осуществляли командир роты капитан Суббота и взводные, а я, как зампотех, при сем присутствовал. Быстро осуществили выверку по удаленной точке и приступили к пристрелке пушки штатными снарядами (учебная болванка, имитатор осколочно-фугасного снаряда). Первый выстрел ротный сделал специально мимо цели для разогрева пушки и удаления смазки из канала ствола, второй и третий выстрелы были сделаны в брезентовую мишень натянутую на деревянный каркас. Мишень находилась на расстоянии примерно 1800 м. После первого пристрелочного выстрела ротный навел угольник прицела в ту же точку, в которую наводил до выстрела, после этого выверочными ключами (без изменения положения оси канала ствола пушки) навел угольник прицела на отверстие в мишени. Второй выстрел подтвердил точность выверки. У ротного осталось две неизрасходованных болванки, не долго думая, он бьет в нижнюю часть левого и правого краев мишени. Оба снаряда попадают в деревянные стойки каркаса и мишень падает как подкошенная - восторгам ротного и взводных нет конца и к вечеру уже весь полк знает как командир 1-й роты завалил вражеский "танк". А бойцам на директрисе ставится задача по ремонту каркаса мишени. Через два дня сдача стрельб штатным снарядом. И опять не повезло ротному. Офицеры сдают стрельбу вначале, и командир первой роты стреляет в первом заезде. Первый выстрел пошел точно в цель, когда зарядился второй, ротный заметил, что башня самопроизвольно начала поворачиваться вправо в сторону вышки управления, повернул пульт влево - башня начала рывками поворачиваться влево и опять срываться вправо. Улучшив момент, когда ствол смотрел в сторону мишеней, ротный не целясь выстрелил и отключил стабилизатор. Танк с неисправным стабилизатором заменили на запасной и в дальнейшем проблем при стрельбе не возникало.