# Колея

Владимир Владимирович Галахов

КОЛЕЯ


Сталь рельса холодит ухо даже через ушанку. Приложить голое ухо к этой железяке - это точно отморозить его, а то и вовсе оторвать... Моя задача услышать. Услышать характерное гудение металла, когда по рельсам пойдет поезд. Это сложно, много постороннего шума, даже от того, как царапают промерзшую колею мои товарищи, подкапывая землю под рельсовым стыком. Порой они задевают лопатками рельс, и я слышу это звякание. Еще надо услышать постукивание колес дрезины, если немцы решат пустить перед эшелоном патруль. Хотя патруль так и так будет, пеший от ближайшей станции или на дрезине. Тогда с пулеметом и, не дай Бог, мои товарищи не успеют, как следует засыпать снегом свои следы. Шнур тянуть придется за те дальние посадки, немцы срезали все деревья метров на пятьдесят от колеи. Даже там за редкими кустами трудно будет укрыться. На прошлом выходе за свою неосторожность мы дорого поплатились. Укрывшихся за посадками подрывников заметили и сходу ударили из двух пулеметов. Никто не смог уйти живым. Надо, чтобы они успели. Я слушаю... Тук-тук-тук. Это не колеса. Это моё собственное сердце мешает.

Взрывчатки мало, раньше из невзорвавшихся снарядов и бомб можно было наковырять достаточно тола. Дело крайне рисковое. Пара наших уже погибла на таком. Да еще и взрыватели надо добывать. Нажимные были, да все вышли. К тому же просто нажимной взрыватель бесполезен. Если перед эшелоном идет дрезина с патрулем, она и заставит сработать нажимной. А надо, чтобы он сработал под паровозом основного эшелона.

Звук, приходящий по рельсе от идущей по пути дрезины другой, его несложно распознать, но сложно вовремя услышать. Под тяжелым эшелоном рельсы как бы начинают постанывать. Как бы гудят от напряжения. Ну, и еще бывает, что перед особым каким-то эшелоном пускают проверочный. Это сцепка из двух, а то и трех платформ с песком впереди паровоза. Сцепка идет медленно, специально заставляя срабатывать взрыватели, даже если они взяты с больших противотанковых мин. Даже зимой, когда из-за морозов, бывают осечки с такими взрывателями, тяжелые платформы могут продавить рельс до нужного, и мина сработает. Только толку от нее мало. Не песок нужно пустить под откос. С той стороны от группы, которая сейчас уже маскирует свою работу и протянутый шнур, есть еще один наблюдатель. Он там, чтобы махнуть, предупреждая, о появлении патруля с противоположной стороны. И у него в руках мина последней надежды, мина-"нахалка". Если основной заряд не сработает, то через сотню метров из кучи снега бросится прямо под колеса наезжающему паровозу он. Ему только надо поджечь короткий запальный шнур... Нескольких секунд горения хватит, чтобы паровоз наехал на то место, где мина-"нахалка" окажется рядом со стыком рельсов. И тогда взрывом испод колесной пары будет отброшен рельс, и паровозные колеса начнут крошить и резать шпалы. Накренившийся паровоз потащит за собой с насыпи идущие следом вагоны...

Если он успеет поджечь и встать. Если охрана на паровозе не расстреляет его в упор из автоматов и пулеметов, если машинист не успеет переложить реверс и затормозить тяжелую массу эшелона. Если... Впрочем для него этого если уж не будет. При всех этих если, ему не укрыться от огня охраны, от срывающегося с насыпи локомотива, от наползающих следом тяжелых вагонов. А если все же очень повезет? Думает ли он сейчас об этом повезет - не повезет? Вряд ли. Об этом лучше не думать. Иначе не будет сил подняться из снега... Я слушаю... Тоненький звук, слегка нарушающий тишину, раздается внезапно.

Приоткрываю ресницы... Из-за поворота колеи показывается черная точка локомотива...

- Дедушка, дедушка, уходи скорей! Поезд тебя раздавит!

На виске след от колеи детской железной дороги... По рельсам, проложенным прямо по ковру моей комнаты, жужжа маленьким моторчиком и издавая другие "паровозные" звуки через встроенный микродинамик, спешит игрушечный локомотивчик с такими же вагончиками... Он черный с красным сбрасывателем, за ним тендер с двумя батарейками, которые и дают ему шустро шевелить шатунами и проворачивать колесики. Колея изгибается по кругу. За игрушечными деревьями его сразу и не увидишь...

И не услышишь, как под тяжестью груженых вагонов стонут и гнутся рельсы. Только колея уходит куда-то далеко.