# Недолгая война разведчика Фадеева

Валерий Вениаминович Горбань

"Недолгая" война разведчика Фадеева


Первой "боевой" операцией в Великой Отечественной войне для Вани Фадеева стал поиск немецких парашютистов, которых якобы кто-то увидел возле их родной деревни Аксинькино Калужской области. На облаву собрались всем миром, вооружились палками, вилами... Потом, на фронте он не раз вспоминал эту историю и только головой качал. Повезло, что никого тогда не нашли. Нетрудно представить, что сделали бы матерые вооруженные диверсанты с этой толпой энтузиастов.

А 11 июля 1941 года девятнадцатилетнего Ивана Фадеева вместе с другими земляками провожали на фронт. Все было, как у всех: женщины плакали, мужчины хорохорились. Весельчак Герася Ежиков с самым серьезным видом обещал провожавшим: "Не плачьте, бабоньки, я вам Гитлера в мешке привезу!". И ведь повезло ему, одному из немногих! Пусть без обещанного сувенира, но вернулся домой.

К месту будущей учебы шли пешком, по железнодорожным путям, по следам немецких бомбежек.

Сорок первый год научил серьезному отношению к подготовке пополнения. Наставники гоняли молодежь на полигонах под знаменитым Козельском нещадно. В августе отобрали всех, у кого было хотя бы 7 классов образования, переодели в "гражданку" и отправили на восток. В тыл. В городе Березняки Молотовской (ныне Пермской) области Фадееву и его товарищам объявили, что им предстоит учиться на командиров среднего звена.

- Кто не согласен, выйти из строя!

Вышли несколько человек, желавших немедленно отправиться на фронт. Оставшиеся на восемь месяцев стали курсантами Ленинградского Краснознаменного военно-пехотного училища имени С.М. Кирова. По окончании, в зависимости от успехов в учебе, получили кто по одному, кто по два лейтенантских кубика в петлицы. Кстати, потом они узнали, что их рвавшиеся на фронт друзья были отправлены... на трехмесячные курсы младших лейтенантов.

Старательный, сообразительный Фадеев получил два "кубаря" и был сразу назначен на должность командира стрелкового взвода. А вскоре командир полка отметил находчивые и грамотные действия свежеиспеченного лейтенанта на учениях и принял решение назначить его командиром взвода полковой разведки.

Так на плечи двадцатилетнего Ивана Фадеева легла ответственность за судьбы полусотни разведчиков и всех однополчан. Ведь разведка - глаза и уши полка. Снова пришлось учиться. Тридцать пять лет спустя ветеран очень сопереживал лейтенанту из фильма "Аты-баты, шли солдаты", которого допекал бывалый фронтовик - ефрейтор Святкин в исполнении неподражаемого Леонида Быкова. В сорок втором он сам попал в такую же ситуацию. Большинство подчиненных - опытные обстрелянные мужики. У сержанта Кудапина была даже медаль "За отвагу", полученная еще в 1939 году на Халхин-Голе. Фадеев оказался сметливей своего киношного собрата. Он тоже честно готовился к занятиям и старательно их проводил. Но иногда позволял вместо давно освоенных, набивших оскомину упражнений переходить к отработке темы "подразделение на отдыхе"... Разведчики грамотно организовывали охранение и ни разу не подставили своего юного командира. Более того, они исподволь опекали его и охотно делились своим боевым опытом.

Фронтовая жизнь началась в июне сорок второго.

Тогда же, в полку случилась история, ставшая горьким уроком для всех. Товарищ Фадеева по училищу, двадцатидвухлетний зам. начальника штаба по разведке, получив в полку водку для бойцов, изрядно выпил сам. Прихватил чужую гармошку из роты автоматчиков, сел на коня и отправился к разведчикам. Ротный пустился за ним вдогонку. Похититель гармошки пугнул преследователя выстрелом из пистолета. На скаку, не целясь. Но, по закону подлости, попал ему в руку. А потом, забившись в блиндаж, ранил в живот полкового адъютанта, своего приятеля, который попытался забрать у него оружие. По приговору трибунала виновный был расстрелян. Фадеев, и так-то не большой любитель водки, после такой беды вообще на нее смотреть не мог. Бойцы взвода с удовольствием избавляли командира от его "наркомовских"...

Боевое крещение взвод принял на Дону, в шолоховских местах, между станицами Казанская и Мигулинская. Получили задачу переправиться на вражеский берег, наблюдать, чем занимаются немцы и попытаться захватить "языка". Переплыв ночью через Дон и затаившись у дороги, зафиксировали, что немцы возят бревна, явно готовя переправу. Долго ждали возможности прихватить зазевавшегося фрица, но не получилось. По закону разведки, возвращались другим маршрутом. И услышали в ночной тишине "Хальт!"... Ударил пулемет. Разведчики ответили огнем. Вдруг с той стороны кто-то закричал по-русски: "Обождите, не стреляйте!". Разведчики замерли, неужели на своих наткнулись? Но взлетели ракеты, освещая все вокруг и прижимая их к земле, как куропаток. Пулемет снова начал поливать очередями. Фадеев хорошо запомнил, как цвикали пули и как охолонула его простая мысль: "Вот сейчас чикнет в лоб - и привет!". Он дал команду отходить. Когда собрались на условленном месте, одного из товарищей не досчитались. Вернувшись, доложили начальнику разведки полка. Разговор был короткий: "Пойдете искать. Разведка своих не бросает".

На следующую ночь вновь отправились через Дон. И услышали, как кто-то плывет навстречу. Оказалось - пропавший боец. В суматохе ночного боя он потерял ориентировку. Но сообразил уползти подальше от места, которое утром прочесывали немцы, и переждать день, затаившись в высокой ржи.

У Фадеева - гора с плеч.

До декабря сорок второго ходили за Дон, "как на работу", из ночи в ночь. Но каждый выход был неповторим.

Однажды наткнулись на телефонный провод. Перерезали, устроили засаду. Удача улыбнулась: появился связист-одиночка, правда, на редкость здоровенный. Чуть было не раскидал навалившихся на него разведчиков. Брыкался, пока боец Сараев, тоже крепкий мужик, большой любитель борьбы, не треснул его гранатой по голове. Тащили этого бугая, отдуваясь и чертыхаясь про себя. Одно радовало: связисты - народ очень осведомленный. А когда дотащили к своим, обнаружили, что немец уже мертв. Сараев оправдывался: "Да я же его легонько!". Какое там...

В другой выход удалось выкрасть немецкого часового. Тот успел крикнуть. Немцы в блиндаже рядом всполошились, разведчики забросали их гранатами и спешно потащили "языка" к реке. Он смирно молчал, но на одном участке вдруг забился, замычал. Прислушались: вроде как "Минен! Минен!". Оказалось, что умудрились перелезть через минное поле... Добрались в полк. Разведчиков похвалили, и тут же: "Нужен "контрольный" фриц. Мало ли что этот наврет...".

Еще несколько выходов закончились безрезультатно.

По-разному случалось. Вроде бы удачно прошли во вражеский тыл, укрылись на окраине леса и выследили немецкую рабочую команду, целое отделение. Лежали, выжидая, не отлучится ли кто-нибудь из них в лес. Но, неожиданно поднялась тревога, разведчиков прицельно обстреляли. Правда, удалось вырваться, отделавшись легким ранением одного бойца. А где случилась промашка - поди узнай!

С занятого врагом берега переправился житель одной из прифронтовых деревень. Рассказал, что в их районе особенно бесчинствуют полицаи из местных. Разведчикам было приказано отправиться в деревню и уничтожить одного из наиболее лютых предателей. Задача была непростая, пришлось идти в глубокий вражеский тыл. Но, добравшись до места, разведчики узнали, что полицая нет на месте. То ли спугнуло его что-то, то ли отлучился по своим холуйским делам. На этот раз повезло иуде.

Сейчас историю Великой Отечественной перевирают все, кому не лень. Уже сформирован устойчивый стереотип: советские командиры подчиненных не жалели, выстилали фронт трупами, за любое неисполнение приказа расстреливали пачками. На самом деле, фронтовики шли по родной земле, выжженной врагом, видели страшные следы его злодеяний. У многих в оккупации оставались их семьи. И они сами рвались вперед, спрашивая с себя по высшей мерке.

Никто Фадеева и его разведчиков за неудачи не наказывал и не попрекал. Взять "языка" - не кошку поймать. Все понимали, что после исчезновения часового немцы на их участке стали втройне осторожными.

А вскоре полк провел разведку боем. Нужно было оттянуть на себя силы, которые фашисты могли перебросить для прорыва Сталинградского котла. И фадеевские орлы, хорошо изучившие немецкие позиции, захватили в блиндаже сразу двенадцать пленных, получив за это устную благодарность командира полка...

Знаменитая фраза: "Я бы пошел с тобой в разведку". Это - высшая оценка взаимного доверия людей. Во всем абсолютно.

В один из выходов Фадеев с товарищами оставался "за линией" несколько дней. Послали гонца за припасами. Лес, укрывавший их, отделялся от реки заросшим лугом, который каждый раз приходилось преодолевать по-пластунски. Возвращаясь, посыльный полз в густой траве и темечко в темечко цокнулся с немцем! Подняли головы, посмотрели враг на врага... Ни одному из них не хотелось вступать в схватку с непредсказуемым исходом. Молча расползлись в разные стороны. Добравшись до своих, боец честно рассказал об этом Фадееву, хоть и понимал, что могут найтись горячие головы, обвинить в трусости. Командир немедленно сменил дисклокацию группы. И не зря. Немец тоже оказался дисциплинированным. Буквально час спустя все окрестности луга, особенно примыкавший лес, прочесали густые облавные цепи. Вера солдата в справедливость своего командира спасла группу.

Прикрывали друг друга не только в бою, Служил во взводе боец Николаенко, который еще в начале войны побывал в окружении. Вдруг приказ: всех "окруженцев" из разведки убрать. На всякий случай... Исключение только для коммунистов и комсомольцев. Собрались разведчики, подумали. Парень хороший, надежный. Приняли в комсомол, оформили протокол задним числом. И никогда потом о своем решении не пожалели.

В наступлении они всегда шли впереди, минимум на полчаса опережая основные силы.

Зимой, когда лег снег, ходили на лыжах. И, как-то, скатываясь с горки, чуть не въехали прямо фрицам в объятия. После суматошной перестрелки взлетели обратно наверх, чуть ли не быстрей, чем спускались.

Один раз осветительная ракета воткнулась в снег возле самой головы Ивана. Лежал он ничком возле этого фейерверка и чувствовал себя специально подсвеченной мишенью в тире. Но, оказалось, шальная была ракета. Не заметили.

До поры до времени взводу везло. За линией фронта не потеряли никого. Был только один случай: "дома", в расположении полка вышел разведчик из блиндажа покурить. На грех, рядом ударил снаряд, осколки достали солдата... Но ту беду уравновесила судьба. В наступлении основная часть взвода переночевала в большой избе. Утром только собрались, отошли от места ночлега, как прилетел снаряд - и не стало избы, только огромная воронка задымилась.

9 февраля 1943 года под городом Славянском, уже на территории Украины, взвод занял территорию кирпичного завода. От холодного ветра и шальной смерти укрылись в огромных печах для обжига с толстыми кирпичными сводами. Фадеев с сержантом Кудапиным пошли расставлять посты, чтобы немцы не застали врасплох. И вовремя. К заводу, тоже видимо на разведку, направился немецкий танк. Один танкист высунулся из люка, Фадеев послал в него автоматную очередь. Люк захлопнулся, и танк поспешно отошел. Начался артиллерийский обстрел. Пришлось бежать назад к печам. И в этот момент сзади ударил разрыв. Ивана швырнуло взрывной волной, метров пять летел. Ударился о мерзлую землю. Сначала было ощущение, что отнялись ноги. Попробовал повернуть голову, осмотреться. Тут подбежали бойцы, унесли командира в безопасное место. В мышце левого бедра - огромная дыра, кулак можно просунуть. В левой руке тоже нарастала боль, рукав намок от крови. Разведчики перевязали своего командира.

-Как сержант? - Спросил взводный.

- Убит!

Один маленький осколок... Но точно в висок.

Оперировали Ивана в прифронтовом госпитале в Миллерово. Несмотря на страшный вид, рана в ноге оказалась менее опасной, кость не задело. А вот рука... Снарядная сталь так раздробила кости чуть выше локтевого сгиба, что их кусочки потом выходили восемь лет. Еще несколько мелких осколков попали в спину. (Много лет спустя Иван Антонович упал неловко. Почувствовал боль в спине, думал повредил что-то. Рентгенолог посмотрел снимок: "У вас в тканях какой-то посторонний предмет"...)

И все же оставался разведчик Фадеев везучим человеком. Ногу и руку ему сохранили военные врачи, а жизнь - ангел-хранитель.

Пока шла операция, налетели немецкие бомбардировщики. От близких взрывов в операционной вылетели стекла, усеяв весь пол. Но в само здание фашисты не попали. А несколько дней спустя, когда его вывезли в тыл, госпиталь все же разбомбили. Погибли десятки раненых и медиков.

Не зря мама говорила своему Ванятке, что он в рубашке родился...

Повезло и его отцу - Антону Васильевичу, которого тоже призвали в действующую армию, в саперную часть. Рукастый был человек, умеющий и дом построить, и со скотиной управиться, и по бондарному делу, и по сапожному... А вот воин из него, конечно, был еще тот: почти глухой после сильной простуды, один глаз не видит. Командир ему попался разумный. Пристроил мужика в тыловое подразделение, и горя не знал. Вся часть ходила в исправных сапогах, кони - в нормальной упряжи. Так и дослужил Фадеев - старший до Победы.

Но свою дань с их семьи война все же взяла.

В отпуске после ранения успел Иван проститься с братом Владимиром, который пережил блокаду Ленинграда, и, вернувшись в родную деревню, был призван в армию. Маленький, худой, еще не оправившийся от последствий страшного голода, Володя обнял брата:

- Прощай, Ваня!

- Да что ты такое говоришь - "прощай"! Еще свидимся.

- Нет, я чувствую, что не вернусь...

В октябре сорок третьего пришло извещение, что Владимир Фадеев геройски погиб при форсировании Днепра.

А Иван четыре с половиной месяца провел в госпиталях. Окончательно восстановить руку не удалось. Несколько раз давали ему отпуск для лечения, а в итоге комиссовали. Направили в родную школу военруком. Преподавал и физкультуру.

С 1951 года Фадеев стал работать в средней школе города Гвардейска Калининградской области (бывший восточно-прусский Тапиау). В школе практически не было спортивной базы. Он стал инициатором строительства спортивного тира. С находчивостью истинного разведчика провел операцию по устройству бассейна в подвале школы. Невелик был бассейн, 12 с половиной метров в длину, но в те времена и такой - редкость. С военными решили вопрос о передаче школе спортивного зала. Оборудовали стадион.

И ребятишки из маленького провинциального Гвардейска под руководством своего наставника пошли на штурм спортивных высот, дерзко завоевывая награды областных и всесоюзных соревнований в самых разных видах спорта.

Блестящий доклад Фадеева на республиканских "Педагогических чтениях" в 1962 году в Москве стал свидетельством незаурядного таланта педагога и его высокого профессионализма. А заслуженные звания "Отличник физической культуры", Отличник народного образования", "Почетный гражданин Гвардейского района" - мирными наградами бывшего разведчика.

Сегодня Иван Антонович - старший в своем роду. Вместе с супругой Анастасией Михайловной они вырастили сына и двух дочерей. А дальше пошла такая веселая статистика: на одного внука и одного правнука приходятся по пять внучек и правнучек!

Когда Иван Антонович рассказывает о войне, о своей судьбе, он часто, словно извиняясь, говорит: "Вот так недолго мне пришлось повоевать, неполных девять месяцев". Недолго?.. За это время погибли и были ранены сотни тысяч других солдат. Многие не успели ни разу выстрелить, даже увидеть врага, а то и вообще, добраться до фронта. Но любой из них, взявший в руки оружие и отправившийся защищать свой дом, свою страну - Герой.

Так что, разведчик Фадеев, кавалер великой солдатской медали "За отвагу", чист перед памятью своих боевых товарищей.

Он сделал все, что мог, на фронте.

И еще больше - за себя и погибших друзей - в мирной жизни.

* * * Все произведения автора - на сайте: http://vgorban.ru/