# Афганская рассыпуха... (Караван)

Василий Михайлович Горшков

Караван...

С точки зрения здравого смысла, эта история скорее с чёрным юмором, чем просто смешная. Но тогда это воспринималось как очередное приключение. По крайней мере, тогда мы отнеслись к ней именно так и никак иначе.... А было это так... За то время, что мы простояли в Суруби, мы познакомились с начальником контрразведки, полковником Бородой. Борода это не фамилия и не псевдоним, просто полковник носил аккуратную окладистую бороду из-за чего и получил это прозвище. Против он ничего не имел, тем более что ни фамилии, ни имени нам знать неположенно было. С ним мы не раз ездили не по служебным делам, а попросту на рыбалку или на охоту. При этом, когда мы брали пару танков в сопровождение, он всё время шутил:

- Если на рыбалке, духи заметят мои красные трусы, то и танки не помогут!

На что я резонно отвечал:

- Тебе может и не помогут, зато я спокоен, когда я на танке, а не на уазике.

Так вот, было это в июле - августе 1983 года точно уже не помню. Мы тогда на втором посту Джелалабадской дороги стояли. Приезжает к нам этот самый Борода, и говорит:

- Мужики ваша помощь нужна. Сегодня будем брать караван, нужно десантуру подстраховать.

- Что делать надо?- спросил я.

- Да делать то собственно ничего не будем. Постоим в засаде чуток и обратно. Там батальон десантуры засел, как караван пойдёт, накроют его и всех делов. Так для подстраховки, если что постреляем для острастки.- обрисовал ситуацию Борода.

- Ну раз такое дело, грех не помочь,- ответил я за свой экипаж.

- Серёга заводи! Прокатимся!- крикнул я механику.

Уселись на броню и покатили. Караванная тропа находилась в паре километров от нас. Надо было съехать с дороги у тоннеля и взобравшись на него сверху попадали на тропу. В этом месте караванная тропа представляла собой довольно широкую расселину между хребтами гор. Мы двинули в перёд. Поначалу пока ширина ущелья была более пятисот метров, нас ничего не беспокоило. Но чем дальше, тем меньше эта затея нам нравилась. Ущелье стало сужаться, появилась зелёнка и даже какие-то постройки. Как мы не вглядывались, но заметить десантуру не могли, что действовало нам на нервы. Я спросил у Бороды:

- Точно десантура здесь?!

- Да, должна быть здесь! - без особого энтузиазма ответил Борода.

Между тем ущелье настолько сузилось, что вскоре и развернуться будет негде. Механик предложил вариант с перегревом двигателя. Глядя по сторонам и не видя никаких следов присутствия целого батальона десантников, я тоже стал подумывать о возвращении.

- Полковник двигатель греется, придётся возвращаться! - крикнул я Бороде.

Тот ни сколько не возмутился, и согласился на возвращение. Через час мы были на своём посту. Борода сел в свой уазик и укатил в Суруби. На следующий день ближе к обеду мы приехали на третий пост, чтобы пополнить запасы питьевой воды. В бассейне плескался наш общий знакомый полковник Борода. Завидев нас, он подплыл к краю бассейна:

- Здорово танкисты! Хорошо, что у вас вчера движок перегрелся! - начал Борода.

- Это почему, - спросил я.

- Да потому-то караван вчера прошёл, а вот десантура вчера отдыхала.

- Ну, ты даёш! - деланно возмутился я.

Ведь он не знал о нашей хитрости. Который раз интуиция спасала нас от неминуемой гибели. Оказалось что с караваном мы не встретились буквально случайно. Задержись мы тогда на полчаса, и встретились бы с головным охранением каравана из ста пятидесяти духов. А в ущелье, где толком нельзя развернуться, танк очень хорошая мишень. Поэтому раздевшись, всем экипажем мы плюхнулись в бассейн и принялись топить Бороду....