# Здравствуй Афганистан (глава пятая)

Василий Михайлович Горшков

Дембель давай...


Дембеля...

В середине октября 1983года наше начальство всё-таки решилось собрать нас в полк для отправки на дембель. Вторая танковая рота, в которой я служил, находилась в боевом охранении на Джелалабадской дороге. Собирать нас по постам отправили нашего нового старшину, прапорщика М. Начинали с дальнего поста N 13. Наши дембеля: Володя Волошин, Сашка Фоменко, Федя Райманов, Андрюха Гилёв, Игорь Александров, Витя Поздняков, Серёга Рогов, Сашка Баширин, Юра Иванов, Ваня Трофимов, ну и конечно я, автор этих строк. На каждом посту устраивали проводы и обязательный салют из танковой пушки. Ближе к обеду дошла очередь и до меня. Из-за поворота вылетел танк, на броне которого сидело уже около пятнадцати человек. Танк остановился у поста, с него попрыгали наши дембеля. Начались проводы. Шароп лился рекой. Наш старшина в отличие от нас не был столь молодым и крепким, было заметно, что он уже хорошо набрался. А впереди ещё один пост на серпантине Махипара N1, он первый от Кабула и крайний для нас. Там в Кабуле ждёт нас дембель (наивно думали мы). Но пока не об этом. Напоследок я выпустил снарядов пять по горам, высадил коробку из ДШКа, и стали прощаться. Крепко обнялся со своим экипажем, пожелал им всем вернуться домой живыми и здоровыми и мы поехали. Отъехав от поста около километра, сердце защемило, будто прощался с родным домом.


Война прапорщика М.

- Стой, мужики! Дайте я, ещё раз жахну из пушки! - заорал я.

Спрыгивая с танка наш старшина поскользнулся и падая ударился головой о траки. Удар был не сильный, но кожу на затылке всё же оцарапал. Кровь хлестала как от сквозного ранения. И тут мы обнаружили, что у нас ни у кого не осталось даже бинтов, мы всё оставили своим заменщикам. Зато нашли простынь. Забинтовали голову прапорщика этой простынею, получилась чалма.

- До свадьбы заживёт! С боевым крещением старшина! - в диком веселье орали мы, разливая шароп. Забегая вперёд, расскажу о последствиях этого падения. По прибытии в полк, старшина сделал нормальную перевязку, и закрывшись в каптёрке со старшинами из других рот, поведал им как он командовал танковым взводом (к тому же взводом из одних дембелей) и лично уложил немало духов. Причём с каждым налитым стаканом их становилось всё больше, а действия старшины всё уверенней и отважней. Не помню, дошло ли дело до рукопашного боя, но скорее да чем нет. Иначе как оправдать ранение и не осколочное и не пулевое. Вот так началась война у нашего старшины.


Приехали...

До следующего поста мчались с песнями и криками "ДЕМБЕЛЬ ДАВАЙ!!!". Вот и первый пост. Самая макушка серпантина Махипара! Очередная остановка. Здесь у нас лучший механик водитель 180 МСП Витя Поздняков. Всё повторилось по отработанному сценарию. И вот мы снова в пути. Вот и "Чёртов мост", решили и с этим местом попрощаться. С ним, с этим мостом не самые весёлые воспоминания (мягко выражаясь). Постреляли по тем местам, откуда обычно духи доставали колонны и двинулись дальше. Ближе к вечеру мы добрались до своего полка на окраине Кабула.

Здесь нас ждали новости не совсем приятного характера в лице нового комбата капитана. И это в то время когда даже наш ротный был в звании майора. Встретив нас, вместо приветствия напустился на нас, не понравились ему наши усы и бакенбарды. Бакенбарды мы сбрили, а на счёт усов в уставе ни чего не сказано. Так и сказали ему. Было его немного жаль, в том плане, что он заменил нашего комбата, а остальные замы ещё прежние были все в звании подполковников. Решил на нас оторваться, да не тут-то было! Мы своё отслужили! Но с дембелем началась, какая-то чехарда. Отправки домой прекратились. Наш ротный был в госпитале. Все взводные на дороге. Мы были как бы сами по себе. Командир полка уехал, куда-то толи на учёбу, толи ещё куда, оставил за себя зама по тылу.


Дембельский аккорд...

Мужики наши общим собранием решили меня под танки бросить, т.е. сходить к нему на разборки. Встретились мы с ним, поговорили, он вместо дембеля предложил дембельский аккорд.

- Да на... кой он нужен нам этот аккорд! - "радостно" воспринял я эту новость.

- Домой не пущу пока не сделаете! - с той же "радостной" интонацией говорит зам по тылу.

- Да в гробу я вас видал у белых тапочках! - сказал бы на этот счёт известный киногерой. Я же выразился в более грубой форме.

- Хотя бы объясните нам, в чём дело? Почему прекратились отправки домой?! - я всё не унимался. Тогда он поведал, что в данный момент нас не могут отправить домой по причине (факты не проверенные и не подтверждённые, как и не опровергнутые) подготовки нашей дивизии к переброске в Сирию! Так как в это время Сирия и Израиль находились в состоянии войны. А с Сирией у СССР договор о военной взаимопомощи.

- Какая нах.. Сирия! Нам, что здесь не хватило! Почти два года на войне, а тут ещё какая-то Сирия! - я не находил слов от возмущения.

- Ни чего не поделаешь! Таков приказ! - уже без начальственных ноток продолжал подполковник. - В общем, надумаете делать аккорд, подходите!

На этом мы разошлись. Каждый остался при своём интересе! Через неделю, совсем ошалев от безделья, мы всё-таки пришли к з.п.т.

- Давай свой аккорд, иначе мы тут с ума сойдём от безделья! - признались мы.

- Ну, мы это дело исправим! Надо построить автозаправку. Руководить работами будет гражданский инженер. - сразу повеселевший, зам. по тылу познакомил нас с инженером и с предстоящей работой. Мы прикинули, что работы на пару недель не больше. А вдруг в это время начнутся отправки?! Сразу решили подстраховаться.

- Товарищ подполковник! Обещайте, что при первой же возможности отправите нас домой! - обратились мы к з.п.т.

- Мужики даю слово офицера! Только постройте мне эту АЗС. - заверил нас подполковник.

- Хуб! - дружно ответили мы.

- Не понял!.. А, совсем забыл, где мы находимся! - засмеялся з.п.т.

Работа предстояла творческая! Лопата, песок, цемент, ну и другие атрибуты для производства бетонных работ.

Когда начали работу по возведению этого монумента, качество работ напрямую зависело от нашего настроения. Поэтому для поднятия настроения работу начинали с перекура... одной заряженной сигаретки. А потом работа кипела как у стахановцев, сами удивлялись, как действует чарс в разных обстоятельствах...


Льготная отправка...

Закончился ноябрь, давно покончили с аккордом, а домой всё не отправляли. Наступил декабрь. На всех и на всё мы давно уже положили. Скитались по полку совершенно бесцельно. В конце декабря от штабных писарей узнали, что завтра будет отправлена одна партия дембелей льготников. Писаря притащили список этих самых льготников. Не было предела нашему возмущению, после прочтения данного документа! В списке числилось около пятнадцати человек очень уж заслуженных бойцов. Как, то: каптёрщики, повара, завскладом, кочегары и прочее.... . Мы дружно побежали к командиру полка (вернее к тому кто его замещал, так как его т.е. командира всё ещё не было). Выслушав нас и согласившись, что танкисты тоже заслуженные люди, и имеют право на дембель, не меньше чем каптёрщики, направил нас в штаб для оформления документов. При нас он позвонил в штаб и сказал начальнику штаба, что бы оформил нам документы.

19:30.

Примчались мы в штаб и радостно подаём свои документы Н.Ш.

- Вы чё припёрлись?! Какой нах.. дембель! У меня приказ никого не увольнять!!! - Н.Ш. встал в позу.

- А как же льготная отправка? - мы трясли перед его носом списком.

- Не ваше дело! Идите нах.., чтоб я вас не видел здесь! - Н.Ш. ничего не хотел слушать.

20:00.

Обиженные и разочарованные вышли мы из штаба, и побрели в расположение танкового батальона.

20:15.

- Нет мужики вы как хотите, а я к командиру. - психанул я.

20:20.

Я у зам. ком. полка. Напомнил ему про слово офицера, и то, что наша рота за последние два года не вылазила из рейдов и боевых охранений. Что все тринадцать дембелей имеют награды!

- А я разве против?! Я же вас отправил в штаб! - урезонил меня подполковник. - Идите в штаб и скажите Н.Ш., что я приказал!

Окрылённый его словами я двинулся к своим. Собрал их опять всех вместе, и мы пошли в штаб.

21:30.

Начальник штаба встретил нас отборной руганью. Начал ссылаться на мифический приказ. На что мы резонно заметили, что есть приказ от непосредственного его начальника.

- А мне пох.. эти приказы, у меня сверху указания! - не сдавался Н.Ш.

В общем, нам не удалось его убедить, что он не прав, не выполняя приказ своего непосредственного начальника. Часа полтора мы пытались его уговорить, но всё тщетно! Упёрся рогом и всё!

23:30.

Мы уже точно знали, что дембеля "льготники" уедут рано утром. Стояли возле штаба и курили.

- Мужики стойте здесь и никуда не расходитесь! Я сейчас! - предупредил своих, и побежал к з.п.т.

00:10.

Зайдя в модуль, где он жил я понял, что тот уже отдыхает. Я настойчиво постучал в дверь. Через минуты три в одном трико и с голым торсом выскочил з.п.т., он старался загородить приоткрытую дверь. Было понятно, что он не один и у него гостья.

- Опять ты?! Ну что ещё?! - он был явно не доволен моим появлением. Да и не удивительно! Любому бы не понравилось, что тебя выдёргивают из тёплой постели, да ещё на самом интересном месте.

- Н.Ш. опять послал нас на х.., - начал я.

- Куда послал, кого послал?! - зашипел з.п.т.

- И вас в том числе! - добавил я.

- Что?! Ну козёл! Жди! - он скрылся за дверью.

Через несколько секунд з.п.т. в танкаче на голое тело в тапочках на босу ногу, выскочил из комнаты.

- Бегом за мной! - На ходу крикнул он мне. Мы выскочили из модуля и побежали к штабу.

00:30.

С ходу забегаем в штаб. Часовой, что стоит на первом посту ошарашено смотрит на нашу делегацию во главе с полуголым з.п.т.. Врываемся в канцелярию. З.п.т. с порога начинает орать на Н.Ш., хватает его за грудки и в бешенстве говорит ему:

- Если эти мужики, ещё раз ко мне придут, я тебя пристрелю! Ты меня понял майор! - разворачивается к нам, - Давай мужики, отдайте документы писарям. И на этом давайте прощаться! Счастливо вам до дома доехать! - запахнул танкач и побежал к себе. Явно недовольный, но припёртый к стенке Н.Ш. дал указания писарям оформить наши документы.

25.12.1983г. 01:30.

Счастливые, мы выходим из штаба. На руках военные билеты и оформленные проездные документы.


Шмон...

04:50.


При полном параде, взбираемся в кузов тентованного "Урала" и едем в Кабульский аэропорт. Аэропорт забит дембелями. Нас формируют партиями по сто пятьдесят человек. Перед посадкой в самолёт команду выстраивают в две шеренги лицом друг к другу, и начинается шмон. Всё на чём написано не по-нашему изымается и уничтожается! Зубная паста, щётка, носовой платок и даже трусы. Все дембельские заморочки: вставки в погоны, набитые каблуки, загнутые бляхи, и прочее, всё ломается, вспарывается и разгибается! До нас пока не дошли, но мы начинаем волноваться! Дембель в опасности! В течении дня насмотрелись на тех бедолаг которые прошли досмотр. Настроение ни к чёрту! Начали потихоньку готовиться к досмотру. Бляхи об бетонку, становились ровные как кусок фанерки. К чёрту украшения - домой охота! К самолёту подводят партию дембелей которых только что обшманали. Посадкой командует какой-то подполковник, у него список в руках по которому он вызывает очередную жертву. У первого дембеля из этой колонны загнута бляха не по уставу.

- Отставить эту партию! Давай следующую! - командует подполковник. В спешке подгоняют нашу колонну, при этом докладывают ему, что нас ещё не шмонали. На что тот ответил, что сам будет проверять каждого! Мы уже стали подумывать, что надолго застрянем на пересылке. Но тут вышел командир ТУ - 154 на трап и крикнул подполковнику:

- Слушай, полковник! Через пять минут, не загрузишь мне самолёт, порожнём уйду. - Тот зло глянул на пилота и дал команду на посадку. Ни один десант в мире не грузился так быстро как мы. Не дай бог, ещё передумает! Спокойно вздохнули только после взлёта. Вышла миловидная стюардесса и объявила: "что туркестанский и весь краснознамённый аэрофлот в лице их командира, желает нам приятного полёта, и.... следующая фраза вызвала бурю радостных эмоций - выполняется рейс Кабул - Самарканд". Самарканд красивый город, а самое главное там нет таможни!


Самарканд...

Самолёт мягко касается взлётной полосы Самаркандского аэропорта. Выруливает и останавливается недалеко от аэровокзала. Сто пятьдесят дембелей вышли на родную советскую землю. На встречу к нам бежит прапорщик в форме пограничника. Это из Ташкента прислали таможенника, открыли филиал так сказать.

- Мужики постройтесь, я быстренько сделаю досмотр, и разойдёмся. - начал прапорщик. Наша реакция на это была понятна и самое скромное пожелание прапорщику было идти на х... Мужик оказался понятливый и сразу испарился. Зашли в здание аэровокзала и оказались единственными пассажирами. Из комнаты милиции выглянул дежурный капитан.

- Ребята! Пить будете, только мебель не ломайте! Пожалуйста! - только и сказал он, захлопнул дверь и больше мы его не видели.

Узнали в кассе, что есть билеты только в два направления, в Москву и в Уфу. Человек сто сразу поехали на Ж.Д., а те кто остались, пошли в буфет. Буфетчица ушлая баба сразу смекнула, кто к ней пожаловал, водку продавала по гос. цене, но расплачивались мы чеками, так как советских денег у нас не было. В разгаре "чаепития" появился патруль. Начальника патруля молодого лейтенанта, так и не уломали выпить с нами за наш дембель. Пацаны, что были с ним, забились в угол на скамейку и мирно посапывали. Наверно у них это был самый лучший выход в патруль. Всю ночь они так и проспали, пока мы отрывались. Лейтенант вызвал машину из финчасти, чтобы нам выдали деньги. К утру все были хорошо упитые, но на ногах в принципе почти все ещё держались. Пили культурно, мебель не ломали. Группа разделилась на две, те, кому надо в центр или дальше на запад взяли билеты на Москву, остальные в Уфу. В 9 часов объявили посадку на уфимский самолёт. Попрощались с теми, кто улетал на Москву и пошли на посадку.


Уфа...


И вот мы в Уфе. Нас прилетело человек двадцать. Оформили билеты кому, куда нужно было дальше лететь и пошли в ресторан. В ресторане в раздевалке бабуля, которая принимала наши шинели, охала и ахала когда мы вошли.

- Сыночки! Вам сюда нельзя! Вас же патруль заберёт! Вы и так уже хорошие! - бабуля пыталась урезонить нас. Но когда мы поснимали шинели, и она увидела наши ордена и медали, сразу переменилась.

- Вам, можно сынки! - бабуля растаяла.

Зашли в зал сдвинули три стола и продолжили "чаепитие". Первые полчаса разогревались, а потом пошли воспоминания.... В общем, заговорили о том, что нас свело вместе, о войне. Мат на мате это мягко сказано. Вскоре уже немногие могли ровно сидеть за столом.

- Солдат! Танкист! - вдруг я услышал за своей спиной. Обернувшись, я увидел, что за соседним столиком сидят четыре полковника.

- Послушай! Ты самый трезвый из вашей гвардии. Забирай своих орлов, хватит уже пить! Иначе вы домой не попадёте! - Я оглянулся и действительно кроме меня ещё только двое контролировали себя.

- Всё мужики давай на выход! Покурим, может, освежимся немного. - я встал из-за стола. Парни до того упились, что не согласиться не возразить уже не могли. Мы вышли на улицу, сели на скамейки. Тех, кто совсем вырубался, пытались привести в чувство, растирая снегом. Правда, надолго этого не хватало. Тут стали объявлять посадку на рейсы. Стали выяснять кто куда летит. У тех, кто не мог уже говорить, просто доставали билеты и если был его рейс, то вдвоём под руки просто заносили их в накопитель, а там просили гражданских принять груз и доставить в самолёт. Ни кто из персонала аэропорта не возражал, против таких пассажиров, все понимали от куда мы едем. Надо отдать должное, но дважды приезжавший патруль не вмешивался, и не пытался, как то препятствовать нашим действиям. Уже после обеда объявили и мой рейс на Свердловск.


Свердловск пассажирский...

В Свердловск мы приехали уже вдвоём. Я и Юра Иванов. С аэропорта сразу поехали на Ж.Д. вокзал. Часа через три проводил Юру Иванова, ему ехать до Тюмени. Сам же расположился в зале ожидания и закемарил. Мой поезд почти в полночь. Через какое то время меня разбудили. Открыл глаза, передо мной стоит патруль во главе с капитаном.

- Ваши документы?! - потребовал капитан. Надо сказать, что вид у меня был не самый свежий, два дня попойки и при этом не бритый, в общем, вид был ещё тот! Я достал военный билет и протянул капитану. Тот внимательно пролистал его, после чего вернул мне.

- Предлагаю пройти вам в воинский вокзал. Там вас никто не побеспокоит. - капитан был сама любезность. Я взглянул на часы.

- Да нет. Спасибо за заботу, но у меня поезд уже через час. - ответил я.

- Ну что ж, тогда счастливого пути! - капитан козырнул и развернувшись ушёл. Три курсанта из патруля двинулись за ним. Видимо капитан сам побывал в Афгане, раз не сделал мне ни одного замечания.


"Засада"...

...Поезд останавливался на вокзале поселка, где жили мои родители. Я стоял в тамбуре вагона и нервно курил. Два года я здесь не появлялся. Дома никто не знал о моём приезде. Когда поезд остановился, и проводница открыла дверь, я встал на нижнюю ступеньку и ошарашено смотрел перед собой. На перроне стоял мой отец.

- Батя я не понял?! Ты как узнал, что я еду домой?! - Спросил я его, когда мы с ним обнялись.

- Вообще-то я не тебя встречал, а Ольгу (Ольга моя старшая сестра), но раз так получилось, пойдём вместе её встречать! - ответил отец. Мы пошли вдоль перрона. На встречу шла, широко улыбаясь, моя сестра Ольга. За ней вприпрыжку мои младшие братишка с сестрёнкой, которые пришли с отцом и убежали далеко вперед, чтобы первыми встретить старшую сестру. Ольга сразу в слёзы, а когда выяснили, что мы ехали в одном поезде и в Свердловске вместе его ждали и не встретились.... Ох было удивлений. Младшие повисли у меня на руках и всю дорогу до дома не хотели отпускать. А дома нас ждало застолье! Ждали в гости одного, а тут сразу двое! Как полагается, налили за встречу, я выпил, и тут "засада"! Закусить уже не пришлось. Острая боль в правом подреберье свалила меня с ног. Меня скрючило, я побелел как белая простыня. Мысленно я уже стал прощаться с жизнью. Все вокруг бегали, суетились, не знали что делать. От боли мне свело челюсти, поэтому я не мог сказать, в чём дело. На фоне побелевшего лица моя старшая сестрёнка заметила ярко жёлтые белки моих глаз. Сразу все, поняв, накинула пальто и побежала к нашему соседу участковому врачу. Юрий Иванович был через пять минут с неизменным своим чемоданчиком. Вколол сразу штук шесть уколов. А когда меня отпустило, и я смог разогнуться осмотрел. В общем доктор Боткин подробно рассказывал об этой болезни. Вот так я приехал домой.... А на завтра Новый Год! Друзья! А я ....