# Неоказачество-2 (1997-2007)

Олег Вячеславович Губенко

"Буйство" начального периода казачьего движения и эйфория вхождения в Государственный реестр закончились для терских казаков состоянием некоего оцепенения. Вслед за наивысшим проявлением казачьей активности последовало время общего "застоя". Причин было несколько, но основная причина исходила от общей крайне негативной ситуации, сложившейся в российском обществе. Источником общенациональной депрессии являлись:

╜ внешнеполитический кризис, связанный с падением международного престижа России;

╜ чувство национального позора в связи с многочисленными долгами Российской Федерации перед международными финансовыми организациями;

╜ внутреполитическое противостояние между пропрезидентскими партийными группами с очень зыбкой идеологической платформой (НДР) и "левым" политическим фронтом, отстаивающим позиции, социально привлекательные для населения (КПРФ, Аграрная партия);

╜ национализм и сепаратизм в национальных республиках России;

╜ спад промышленного производства, безработица, инфляция, и, как кульминация проблем "экономического" блока - дефолт 1998 года;

╜ рост преступности и нередкие факты сращивания криминала и власти;

╜ наркомания и алкоголизация общества;

╜ демографический кризис.

Вышеизложенные экономические и социальные факторы для большей части населения страны отодвинули на второй план бывшие до этого приоритетными вопросы общественной жизни. Как следствие проявлений глобальной депрессии, наметилась тенденция оттока некоторой части казаков из рядов казачьих организаций. Объясняли они причины своего выхода по-разному, но в целом прослеживалось какое-то общее разочарование в том, что казачье движение, якобы, пошло не туда и не так, как планировалось изначально в 1990-1993 годах. Налицо было интуитивное осознание провала общей идеи возрождения казачества.

Идейная часть оставшихся казаков начала искать обоснование своей деятельности, готовая принять любую цель, к которой необходимо стремиться и которая, к тому же, не противоречит принципам казачьего традиционализма. Такой идеей, в первую очередь, явилась иллюзия государственной службы. Широко разрекламированная, она привлекала казаков возможностью занять определенную социальную нишу в обществе, и получить как моральное, так и материальное удовлетворение от своей исконно казачьей деятельности.

Ухватившись за предложенную федеральным центром систему Государственного реестра, казаки, тем не менее, интуитивно видели ущербность её, и осознавали необходимость определения для себя цели, стремление к которой будет являться общим стимулом дальнейшей деятельности. Так появилась ещё одна устойчивая мифологема, с воплощением в жизнь которой казаки связывали возможность сказочного разрешения всех своих проблем - мечта о будущем Законе о казачестве.

Мечта не была беспочвенной: в первой половине 90-х годов некоторыми депутатами Государственной Думы РФ разрабатывались разные варианты проекта Закона о казачестве, но более проработанный вариант был внесен лишь 11 июня 1996 года в порядке законодательной инициативы депутатами Л.А.Иванченко (КПРФ), А.Г.Мартыновым (НДР), С.В.Сычевым (ЛДПР), В.П.Зволинским (независимый). В один день с депутатами внес в Государственную Думу законопроект "О российском казачестве" Президент Ельцин (1, с. 42).

В данном случае "казачий вопрос", внесенный на обсуждение в Думу с разных сторон, явился возможностью и на этом фоне продолжить политическую борьбу. И интересы казаков, ожидающих Закон, совершенно не учитывались в условиях думских противоречий.

По совершенно необоснованным причинам представитель Президента РФ в Государственной думе А.А.Котенков отказался представлять президентский законопроект. Первоначально депутаты приняли решение создать согласительную комиссию по объединению двух вариантов Закона, но в дальнейшем было принято Постановление Государственной Думы No593-II ГД, в котором указывалось, что за основу принят законопроект "О казачестве".

Некоторые депутаты предлагали пойти на компромиссное решение и всё же объединить два законопроекта, но это предложение было отклонено.

Ответ со стороны Президента не заставил долго ждать. В письме Председателю Государственной Думы Г.Н.Селезневу Ельцин выразил негативную оценку проекту Закона "О казачестве".

Согласование состава комиссии было долгим и непростым, поэтому Закон "О казачестве" в первом чтении депутаты приняли только 20 февраля 1997 года. Наибольшую активность в принятии Закона проявили депутаты от КПРФ (82% от всего состава фракции), ЛДПР (82,4%) и НДР (77,8%) (1. с. 45).

Дальнейшие события развивались более интенсивно - во втором чтении Закон "О казачестве" был принят большинством голосов (60,4%) 11 июня 1997 года, в третьем чтении - 20 июня при 64,7% (1, с. 46). Однако, внутриказачье размежевание на "реестровых" и "общественных" послужило главным препятствием на пути принятия крайне необходимого для всех казачьих организаций закона.

3 июня 1997 года при Главном управлении казачьих войск был создан Общественный Совет атаманов войсковых казачьих обществ (1, с. 65), который на своем первом заседании 23-24 июня направил письмо на имя Председателя Совета Федерации Е.С.Строева с просьбой не включать в повестку дня Совета Федерации Закон "О казачестве". В отличие от Союза казаков России, восторженно встретившего принятый Думой Закон, атаманы реестровых казачьих войск считали, что принятый Думой Закон - "неконституционный по сути и губительный для казачества", а также "ставит крест на развитии казачьей государственной службы, служит интересам узкой группы деятелей от казачества" (1, с. 47).

Совет Федерации учел ходатайство Общественного Совета атаманов войсковых казачьих обществ и на заседании 4 июля 1997 года большинством голосов проголосовал за отклонение закона "О казачестве" (1, с. 48). Вслед за этим была сформирована согласительная комиссия по доработке Закона из представителей Государственной Думы, Совета Федерации и администрации Президента РФ - окончательное принятие Закона отодвигалось на неопределенный срок.

12 февраля 1998 года на основании Указа Президента РФ No162 последовала реорганизация Главного управления казачьих войск, которое было выведено из состава администрации Президента РФ и преобразовано в государственный орган при Президенте РФ. Планировалось, что Главное управление казачьих войск будет осуществлять "функции федерального органа по выработке единой государственной политики, направленной на возрождение и развитие российского казачества, и по созданию условий для её реализации". В Главном управлении казачьих войск атаманы разных уровней должны были состоять на ведущих государственных должностях: войсковые атаманы - на должности советников, окружные (отдельские) атаманы - консультантов (1, с. 38).

Категорично против нового государственного органа выступил Председатель Правительства РФ С.В.Кириченко, и 7 августа 1998 года Главное управление казачьих войск было упразднено и образовано Управление Президента Российской Федерации по вопросам казачества во главе с П.С.Дейнекиным (1, с. 39). Фактически, из руководящего казачьим движением органа, Главное управление казачьих войск превратилось в структуру, дающую казачьим войскам скорее только методическую и консультационную помощь. К 1999 году на Управление по вопросам казачества начали возникать нарекания по неэффективной работе со стороны некоторых казачьих лидеров. Вместо того чтобы требовать расширения функций Управления, как органа, призванного осуществлять общее руководство казачьими войсками, атаманы начали высказывать мнения о необходимости полного упразднения такой казачьей федеральной структуры.

В непростых условиях продолжающего противостояния власти и казачьего движения, утерявшего былую активность, в Государственной Думе, скорее уже по инерции, была осуществлена очередная попытка завершить работу над Законом "О казачестве".

К середине 1999 года согласительной комиссией Закон "О казачестве" был доработан, и 25 июня Государственная Дума РФ приняла его. Однако Правовым управлением аппарата Совета Федерации было определено, что данный закон противоречит земельному законодательству, Закону "Об общественных объединениях", а также части 2 статьи 132, статье 59, части 2 статьи 6 Конституции РФ. Таким образом, на заседании Совета Федерации 2 июля 1999 года Закон вновь был отклонен (1, с. 306-307, 310).

Государственная Дума рассмотрела повторно Закон "О казачестве" 17 ноября 1999 года (1, с. 310), приняла его в ранее принятой редакции и направила на подпись Президенту РФ. И здесь вновь сыграло свою роль обращение к Главе государства атаманов реестровых казачьих войск, просивших Закон не подписывать в связи с его, якобы, антиказачьей сущностью.

Незадолго до своей отставки, 5 декабря 1999 года, Б.Н.Ельцин направил Председателю Государственной Думы РФ Г.Н.Селезневу письмо, в котором Президент обосновал причины отклонения Закона "так как он содержит положения, противоречащие Конституции Российской Федерации и нарушающие систему российского законодательства, а также нуждается в концептуальной доработке" (1, с. 311).

Казачья общественность в массе своей довольно спокойно отнеслась к "снятию на финише" Закона "О казачестве". Для войсковых атаманов ещё жива была остаточная иллюзия о возможности участвовать на равных с российской элитой в каких-либо политических процессах, и поэтому они, в большинстве своём, считали, что, повлияв на ликвидацию неугодного Закона, они также спокойно смогут повлиять и на принятие того варианта Закона, который соответствует их чаяниям. Для рядовых казаков, в первую очередь, терских, принятие Закона на время отошло на второй план, уступив место участию в начинающейся антитеррористической операции на Северном Кавказе, с которой терцы связывали свои надежды на реванш в отношении "Северных территорий" Чеченской республики.

И с неожиданным для большинства россиян появлением на политическом горизонте России будущего Президента страны В.В.Путина связывали казаки свои надежды на качественно новое предложение разрешения казачьих проблем.

Новый Президент импонировал многим слоям российского общества, в том числе и казакам, своей молодостью, энергичностью и отсутствием явной связи с той группой "реформаторов" 90-х годов, которая ввергла страну в бездну экономического хаоса. Не особо смутило казаков и подписанное 11 октября 2000 года Председателем Государственной Думы РФ Г.Н.Селезневым постановление No674-III ГД, на основании которого Федеральный Закон "О казачестве" вообще снимался с дальнейшего рассмотрения Государственной Думой (1, с. 313).

Отсутствие крайне необходимого для терских казаков внимания со стороны федерального центра в отношении "казачьего вопроса" компенсировалось энергичными действиями властных структур Ставропольского края, желавших упорядочить раздробленное казачье движение на территории этого региона.

Сложность создания единой казачьей структуры в крае заключалась в том, что казачьи группы, проживающие на территории Ставрополья, были исторически неоднородными. На Кавказских Минеральных Вод, в Георгиевском, Кировском и Курском районах располагаются терские хутора и станицы. В Новоалександровском, Изобильненском, Шпаковском, Кочубеевском, Андроповском районах и городе Невинномысске проживают потомки кубанских казаков. Центральная часть края (Александровский и Грачевский районы) населена потомками линейных казаков, обращенных в крестьяне по окончанию Кавказской войны. В восточных и северных районах Ставропольского края образовались более "молодые" казачьи группы, спаянные единой судьбой выселения из мест традиционного проживания и раскулачивания после Гражданской войны и в ходе коллективизации.

В данной ситуации говорить об эволюционном процессе объединения разнородных казачьих структур в единое целое не представлялось возможным, поэтому губернатор Ставропольского края А.Л.Черногоров успешно использовал в деле казачьей консолидации административный ресурс.

25 марта 1998 года Губернатором Ставропольского края А.Л.Черногоровым было подписано Постановление No161 "О государственной поддержке казачьих обществ Ставропольского края, внесенных в Государственный реестр казачьих обществ Российской Федерации". В Постановлении были определены основные направления взаимодействия государственной власти и казачьих обществ на Ставрополье. Особенно важными, на наш взгляд, являются поручения губернатора о создании из числа казаков Терского войска подразделения патрульно-постовой службы в Курском районе и о формировании целевого земельного фонда для предоставления земель казачьим обществам. Впервые предлагалось внести в бюджет Ставропольского края следующие статьи расходов:

╜ 4 миллиона рублей на создание отряда милиции общественной безопасности Курского района;

╜ 800 тысяч рублей на государственную поддержку казачьих хозяйств;

╜ 4 миллиона рублей за счет земельного налога для финансирования работ по управлению государственными краевыми землями, в том числе для привлечения к работе членов казачьих обществ по контролю за использованием земель.

Контроль за исполнением постановления возлагался на Василия Павловича Бондарева - атамана Павловского казачьего отдела, являющегося секретарем Совета безопасности Ставропольского края. Он же осуществлял и подготовительную работу по объединению казачьих организаций Ставрополья в Ставропольский округ Терского казачьего войска, и на Большом Учредительном Круге Ставропольского округа 3 октября 1998 года он был избран атаманом новой казачьей организации.

Казаки, проживающие на территории Ставропольского края, связывали свои надежды на возможность возникновения нового позитивного импульса казачьего движения именно с наличием в руководящих структурах Ставропольского казачьего округа официальных должностных лиц. И эти надежды были не беспочвенны.

Благодаря административному влиянию со стороны А.Л.Черногорова и В.П.Бондарева, для казаков Ставропольского округа на основании Постановления No161 из земель фонда перераспределения в 1998-1999 годах было выделено 43 тысячи гектаров земли.

В свою очередь, Постановление губернатора Ставропольского края No161 опиралось на Постановление Государственной Думы Ставропольского края No371-29 ГДСК от 30 мая 1996 года "О Положении о порядке предоставления земельных участков казачьим обществам в Ставропольском крае" и на Постановление Правительства РФ No667 от 8 июня 1996 года "Об утверждении Положения о порядке формирования целевого земельного фонда для предоставления земель казачьим обществам, включенным в государственный реестр казачьих обществ в Российской Федерации, и режиме его использования".

На основании этих правовых федеральных и региональных актов казачьи общества обретали реальную возможность получения земель сельскохозяйственного назначения в постоянное бессрочное пользование.

Однако недостаточное качество выделенной земли и отсутствие механизма льготного кредитования казачьих хозяйств привело к тому, что значительная часть выделенных сельскохозяйственных угодий оказалась невостребованной, другая же часть очень часто напрямую не использовалась казаками и передавалась ими в аренду третьим лицам. При этом возможность оформления земли в постоянное бессрочное пользование на Ставропольский казачий округ была упущена, и земли передавались напрямую казачьим обществам, что затрудняло контроль за режимом использования земель со стороны казачьего источника, так и механизма воздействия на казачьи отделы.

Логическим продолжением процесса вовлечения казачьих обществ Ставропольского края в прогнозируемую и подконтрольную структурам государственной власти региона орбиту общественной жизни явился факт избрания Бондарева В.П. 27 мая 2000 года атаманом Терского казачьего войска.

Кандидатуру Бондарева поддержали не только казаки со Ставрополья, но и многочисленная группа казаков-осетин, представлявших Аланский республиканский казачий округ во главе с атаманом М.С.Козаевым.

Аргументами в пользу данного решения явились для казаков следующие факторы:

- богатый опыт административной работы;

- вхождение в команду губернатора Ставропольского края, как залог возможности решения вопросов государственной поддержки казачьих обществ;

- многолетний опыт работы в качестве атамана Павловского казачьего отдела, а с 1998 года и Ставропольского казачьего округа.

На фоне мощных казачьих интеграционных процессов в Ставропольском крае, возглавляемых войсковым атаманом и поддерживаемых краевой властью, далеко не конкурентами Бондареву в борьбе за влияние на казачьи структуры оказались атаманы "альтернативных" и малочисленных общественных казачьих войск Ставропольского - В.Шарков и Терского - М.Инкавцов.

Начало атаманского правления В.П.Бондарева совпало и с общим эмоциональным подъемом, наблюдающимся в российском обществе с приходом к власти Президента РФ В.В.Путина, и у казаков этот подъем был связан с надеждой на возможность появления нового импульса в развитии казачьего движения.

Военные действия на территории Чеченской республики, начавшиеся осенью 1999 года, казалось, заслонили собой все остальные казачьи проблемы - терцы с ностальгией вспомнили о событиях трехлетней давности. На примере Минераловодского казачьего отдела можно сказать, что казаки с величайшим подъемом приняли участие в формировании комендантской роты Наурской комендатуры, вошедшей в станицу Наурскую 11 ноября 1999 года и способствовавшей восстановлению там основных структур российской власти.

Количество казаков-минераловодцев достигало в Наурской роте в период с ноября 1999 по июнь 2000 года до 60% личного состава. В дальнейшем вместе с казаками Железноводского, Ессентукского, Предгорного и других отделов Терского казачьего войска минераловодцы на протяжении 2000-2002 годов разными по численности группами проходили службу в составе комендантских рот Шелковского, Надтеречного, Ножай-Юртовского, Итум-Калинского районов Чечни, а также Ленинской комендатуры города Грозный.

К сожалению, воинского подразделения, аналогичного 694-му отдельному мотострелковому батальону имени генерала Ермолова, в условиях политических реалий, сопутствующих Второй Чеченской войне, сформировать не удалось. Попытка создать в 2001-2003 годах так называемые Наурскую и Шелковскую казачьи стрелковые роты не увенчалась успехом. Казаков в этих ротах было незначительное количество, противодействие со стороны как военного командования группировки, так и гражданских структур власти Чеченской республики было значительным.

Казачьи атаманы с неохотой направляли в эти роты казаков, или же иногда выдавали за казаков обывателей, изъявивших желание служить по контракту в Российской армии. Некоторые группы казаков проходили службу в других частях, находящихся на территории Чечни, в том числе традиционно в подразделениях ГРУ, а нередко это были и те же самые казаки, что и в Первую Чеченскую войну. Тем не менее, прохождение казаками службы в зоне военного конфликта массовым явлением назвать невозможно, в том числе и по сравнению с войной 1994-1996 годов. Казаки в большинстве своем не хотели отрываться от традиционных занятий или же не могли пойти на службу в связи с возрастом и состоянием здоровья, государство же не предлагало казакам каких-либо иных, отличных от регламентированных федеральным законодательством форм прохождения военной службы. Да и волонтеры, в отличие от предыдущих военных конфликтов, армейским командирам теперь не требовались.

Изменился, по сравнению с Первой Чеченской войной, и общий психологический настрой казаков, проходящих службу в зоне военного конфликта. Если ранее казаки были движимы исключительно патриотическими порывами и нередко подчеркивали, что воюют без денег и не ради денег, то теперь масса идейных казаков оказалась разбавленной группой тех, кто подчеркивал, что пришел на войну из-за желания поправить материальное положение.

Под воздействием начавшихся в Чеченской республике боевых действий, в казачьей среде вновь возникли высказывания о необходимости воссоздания Терской области. Вариантов было несколько, вплоть до создания ещё одного субъекта Российской Федерации из Наурского и Шелковского районов в качестве буферного региона между "мирным" Югом России и "мятежной" республикой. Однако казачьи предложения остались без внимания.

С началом Второй Чеченской войны казаки возобновили проведение благотворительных акций, направленных на обустройство и оказание материальной поддержки беженцам из Грозного, а также на гуманитарную помощь русскому населению, оставшемуся в Чечне, и военнослужащим, проходящим службу в зоне военного конфликта.

На начало 2000-х годов приходится окончательное изменение этнической карты Чечни, и эта территория, как и Ингушетия, практически полностью превращается в моноэтническую республику. Так по данным на 2003 год русское население Ингушетии составляло примерно 2500 человек (менее 1% населения), в Наурском районе Чечни - 5600 человек (7%), в Шелковском районе - 3500 (5%), в Грозном и остальной части республики - около 3000 человек.

Не простая ситуация сложилась и в Дагестане. В Северной зоне республики за десять последних лет произошел значительный отток русского населения, доля которого снизилась с 54% до 30% (2, с. 26, 27). Тенденция к уменьшению количества русского населения прослеживается и в Кабардино-Балкарии, и в Северной Осетии-Алании, хотя там эти процессы не так явно выражены, как в других республиках.

Историко-этническое ядро терского казачества переместилось с территории непосредственного Притеречья на юг Ставропольского края (район Кавказских Минеральных Вод, Георгиевский, Кировский, Курской районы).

При Всероссийской переписи населения в 2002 году решением Правительства РФ было разрешено желающим в графе "национальность" писать "казак", таким образом, впервые в послереволюционную эпоху на официальном уровне определялось право казаков на этническую самоидентификацию. Не смотря на то, что большинство этнических казаков перестало считать себя самостоятельным этносом и при переписи записались русскими, на территории Терского казачьего войска определили себя казаками 4 949 человек, из них:

╜ на Ставрополье - 3 902;

╜ в Северной Осетии-Алании - 722;

╜ в Кабардино-Балкарии - 307;

╜ в Дагестане - 11;

╜ в Чечне - 4;

╜ в Ингушетии - 3 (3, с. 1).

На 2002 год Терское казачье войско состояло из Ставропольского округа (21 отдел, в том числе 3 из них на территории Чечни), Аланского округа (9 отделов), Кизлярского округа (3 отдела) и Моздокского особого приграничного отдела. Общая численность Терского казачьего войска (без учета членов семей казаков) составила 53 тысячи человек, из них 27 180 - в Ставропольском округе, и около 20 тысяч - в Аланском округе (4, с. 179-181).

При этом следует учесть, что в начале 2000-х годов продолжился наметившийся в конце 90-х годов процесс, связанный с существенным уменьшением численного состава казачьих обществ Терского казачьего войска. Главной причиной этого, на наш взгляд, является то, что социально-экономические изменения пореформенного периода принесли в некоторую часть казачьей среды проявление апатии к каким-либо общественно-политическим действиям, сделав приоритетным для человека принцип элементарного личного выживания в условиях общего затяжного кризиса.

Это послужило поводом к обретению казаками ещё одной устойчивой иллюзии. На многих Больших Кругах разных уровней, как и в 90-е годы, было подтверждено в качестве основной задачи казачьих обществ необходимость создания собственных экономических структур, без которых, как считали казаки, невозможно дальнейшее существование казачьего движения. Очень часто вопросы казачьей службы фигурировали на втором месте, а вопросы духовности - на третьем. Ко всему прочему, практически нигде не звучал призыв к приоритетной необходимости построения казачьей общины с цельной системой взаимоотношений, основанных на мощном традиционализме.

Ошибочность главенства задач экономического характера была доказана временем, когда в казачьих обществах собранные вместе совершенно разные по образовательному, имущественному и социальному типу люди не могли понять друг друга, и, делясь на группировки, "уничтожали" то противоборствующую сторону, то, объединившись, атамана, обвиняя фигурантов в финансовой непорядочности. Однако в большинстве случаев выводов из ошибок предшественников, или неудачников-соседей, очередные кандидаты в атаманы казачьего общества не делали, и повторяли ошибочный тезис о первоочередной необходимости "создания казачьей экономики".

Эти проблемы являются следствием, в первую очередь, отсутствия крепкого духовного стержня в казачьих обществах; общий процесс воцерковления казаков был и остается до сих пор недостаточным. Митрополит Ставропольский и Владикавказский Гедеон, а вслед за ним и возглавивший епархию епископ Феофан, как и многие священники приходов на территории Терского казачьего войска, призывали атаманов и казаков к тому, чтобы от формального и крайне редкого участия в церковных службах переходить ко всей полноте христианской жизни.

Некоторые шаги в этом направлении делались в тех отделах, где атаманами и казаками понималась приоритетность духовного воспитания. В 2003 году силами казаков началось строительство храма святого Георгия Победоносца в с. Зеленая Роща и в 2004 году в с. Варениковское храма Святых Царственных страстотерпцев (Степновское районное казачье общество), в п.Горячеводский (Пятигорский отдел) с 2004 по 2006 год казаками была построена часовня святых Исповедников и Новомучеников Российских, несколько казаков из отделов, находящихся на территории региона Кавказских Минеральных Вод, принимали участие в работах по восстановлению Второ-Афонского Свято-Успенского мужского монастыря на горе Бештау.

В других казачьих обществах также проводились подобные мероприятия, но, к сожалению, в большинстве случаев работа эта не носила системного характера, и не повлекла за собой изменения системы отношений с уклоном в область традиционализма между старшими и младшими, мужчиной и женщиной, атаманом и казаками.

Некоторые успехи в построении казачьей общины, основанной на православном фундаменте, были достигнуты в Минераловодском казачьем отделе:

╜ в 1998-1999 годах казаками проводились мероприятия по организации православного прихода в честь Всех святых в земле Российской просиявших в с. Левокумка Минераловодского района, с 2000 по 2004 год при содействии казаков в этом селе был построен храм;

╜ с 1999 года в Минераловодском отделе было отменено проведение Новогодней детской ёлки и началось ежегодное празднование ёлки Рождественской;

╜ с 2002 года вместо поздравления женщин в день 8 марта началось проведение праздничных мероприятий в соответствии с православной традицией поздравления женщин в День жен-мироносиц (2-е воскресение после Пасхи). В рамках праздничных мероприятий проводится конкурс-фестиваль народной песни среди коллективов школ города и района;

╜ с 2001 года ежегодно 17 июля по инициативе Минераловодского отдела казаки совместно с духовенством и прихожанами православных храмов города и района проводят большой Крестный ход, посвященный памяти Святых Царственных страстотерпцев. В честь этих святых казаками Минераловодского отдела в 2003 году начато строительство церкви на территории казачьей управы;

╜ существует традиция поздравления казачьих семей не с рождением ребенка, но с крещением его (при этом, как правило, дарятся ценные подарки);

╜ казаки отдела несут круглосуточное дежурство в соборе Покрова Пресвятой Богородицы города Минеральные Воды, где находятся мощи святого Феодосия Кавказского и хранится боевое знамя 694-го ОМСБ имени генерала Ермолова;

╜ дважды проводился коллективный обряд венчания с последующим торжеством свадьбы: в 2001 году - десяти казачьих пар, в 2003 году - семи.

Негативные социально-экономические тенденции 90-х годов спровоцировали и появление эсхатологических настроений у немногочисленной группы казаков Терского казачьего войска, изначально движимых идеей необходимости общеказачьего воцерковления. Если в XVIII-XIX веках проповедь о близком конце света казакам несли в основном уставщики-старообрядцы, то теперь в роли духовных учителей выступали представители "антиглобалистской" части священства Русской Православной церкви, или же (в большинстве случаев) покинувшее официальную церковь из "идейных" соображений духовенство и миряне. Примером этого может послужить факт поддержки атаманом станицы Суворовской В.Г.Новохатским "игумена" Василиска (Серого), проповедующего о непринятии новых паспортов и ИНН, являющихся признаком царства Антихриста, и не подчиняющегося священноначалию Русской Православной церкви.

Несмотря на незначительную степень воцерковленности казачьих обществ, элементы общинного мировоззрения, связанные с проявлением социально значимых действий, имеют место и в сегодняшнее время. Так в большинстве казачьих обществ при похоронах оказывается помощь семьям умерших казаков, в Горячеводске выдается денежная помощь при рождении ребенка и надбавка к пенсии ветеранам Великой Отечественной войны. В Невинномысске по инициативе атамана В.А.Кондратьева старики-казаки получают бесплатно молоко и сыр.

Очень успешно вопросы социального характера решаются в уникальном на территории Терского казачьего войска населенном пункте (более 90% казачьего населения) - с. Зеленая Роща Степновского районного казачьего общества.

Ярким примером казачьей общинной благотворительности является факт сбора денег казаками Терского войска на нужды семьи атамана станицы Ищерской Чеченской республики Н.Ложкина, убитого бандитами в декабре 2002 года. На эти средства казаки приобрели дом в городе Новопавловск Ставропольского края, куда семья Ложкина и была перевезена.

Особенное развитие практически во всех отделах Терского казачьего войска получила работа с молодежью. Проводится она разнопланово - это и шефские связи с детскими домами, и создание бесплатных спортивных секций, казачьих молодежных отрядов и казачьих классов в общеобразовательных школах. С 1997 года в поселке Иноземцево Ставропольского края при поддержке Правительства края и администрации города Железноводска ежегодно проводятся краевые молодежные казачьи игры, которые фактически переросли в ранг северокавказских региональных игр в связи с участием в них казачьих команд из Северной Осетии, Дагестана и Кабардино-Балкарии.

На проведение этого мероприятия, а также ежегодных казачьих игр "Казачьему роду - нет переводу" выделяются деньги из бюджета Ставропольского края. Находит поддержку молодежная программа и у правительства Северной Осетии-Алании. Так в станице Павлодольская Моздокского района на бюджетном финансировании уже много лет находится летний детский лагерь "Казачок Терека".

На Совете атаманов Ставропольского казачьего округа 11 ноября 2006 года в станице Ессентукской было принято решение о создании в регионе единой казачьей молодежной организации "Типчак".

В проведении молодежных мероприятий казачьим обществам на местах оказывается помощь муниципальной властью. При частичном или полном финансировании из бюджетов города Минеральные Воды и Минераловодского района казаки ежегодно проводят зимние и летние молодежные лагерные сборы с проведением военно-спортивных игр, конкурс-фестиваль народной песни среди коллективов школ города и района, разыгрывается чемпионат по футболу на кубок Минераловодского казачьего отдела среди школьных команд.

Отдельно стоит сказать об образовательных программах. На территории Терского казачьего войска действуют два крупных учебных заведения - Ставропольский имени генерала Ермолова кадетский корпус и Южно-Российский лицей казачества и народов Кавказа (Иноземцево). Есть несколько школ (в том числе и No19 пос. Горячеводский), где образовательный процесс построен с учетом "местного казачьего компонента".

Наиболее интересным является пример решения вопроса казачьего образования с использованием принципов общинной самоорганизации. Так Новопавловским городским казачьим обществом в 2005 году по инициативе атамана В.В.Самаричева было выкуплено здание бывшего детского сада с целью открытия казачьей общеобразовательной школы. В 2006 году Самаричев защитил в Министерстве образования Ставропольского края программу, по которой с 2007 года планируется начало работы Новопавловской казачьей прогимназии имени атамана Тутова (единая система дошкольного воспитания и начальной школы).

К сожалению, в вопросе организации казачьих учебных учреждений Терское казачье войско в связи с недостатком финансирования значительно отстает от Донского войска, где на 2005 год действовало 6 кадетских корпусов и 110 образовательных учреждений с областным статусом "казачье" (5, с. 6).

Ещё сложнее обстоит дело с получением казаками высшего образования. На постоянной основе Терское казачье войско сотрудничает только с Пятигорским филиалом Российского Государственного Социального Университета (РГСУ). Ежегодно, начиная с 2001 года, по инициативе директора этого учебного заведения Н.А.Бабенко, на Терское казачье войско выделяется более 20 бюджетных мест, что позволяет атаманам казачьих обществ направлять на учебу казаков и членов их семей. Разовое выделение квот другими вузами, по сравнению с РГСУ, не имеет системного характера.

Традиционное для терских казаков межнациональное общение нашло свое продолжение и в современный период. На протяжении нескольких лет казаки Степновского районного казачьего общества (атаман В.В.Жигалкин) успешно ведут диалог с представителями ногайского народа, а иногда и выступают с ногайцами единым фронтом в решении межэтнических проблем в восточной части Ставропольского края. Правлением Минераловодского казачьего отдела в 2000 году была проведена работа с представителями абазинского и черкесского народов на территории Карачаево-Черкесии с целью привлечения их в казачье движение. В августе того же года в Черкесске прошел Учредительный Круг, на котором делегаты Круга избрали атаманом К.З.Евгамукова и приняли решение о вхождении в Минераловодский казачий отдел на правах подотдела. В 2005 году на Большом Круге Терского казачьего войска абазинская община со статусом полка была введена в состав войска.

Вопрос привлечения представителей исламских этносов в казачье реестровое движение остается до сих пор открытым, и решение его невозможно провести путем силового административного давления. На это должны уйти годы плодотворного межэтнического диалога. И факт включения в 2006 году в Государственный реестр казачьих обществ Российской Федерации так называемого Ингушского казачьего округа без согласования с Советом атаманов России и без одобрения Большим Кругом Терского казачьего войска можно назвать необдуманным, и даже провокационным.

В период с 2000 по 2005 год деятельность атамана и правления Терского войска, как и других войсковых структур России, была осложнена отсутствием какой-либо общероссийской перспективы развития казачьего движения. Федеральный центр хранил молчание, никак не проявляя своё отношение к деятельности многочисленных и разрозненных казачьих организаций, более того, казаки крайне негативно расценили факт упразднения Президентом РФ В.В.Путиным 25 февраля 2003 года Управления Президента РФ по вопросам казачества, возглавляемого П.С.Дейнекиным. Его функции были переданы аппаратам полномочных представителей Президента РФ в федеральных округах, а для осуществления координации действий между казачьими войсками введена должность Советника Президента РФ по вопросам казачества, на которую был назначен генерал-полковник Г.Н.Трошев (6, с. 24).

Встречаясь с казаками в разных регионах России, Трошев обещал им, что выполнит два казачьих наказа - организует встречу атаманов с Президентом РФ, и будет способствовать разработке и принятию в Государственной Думе РФ Закона "О государственной службе российского казачества".

Фактически, казачьи войска России оказались в неравном положении в зависимости от степени контакта с региональной властью. Решение вопроса правового статуса и финансирования казачьих обществ в краях и областях России зависело от того, насколько богатым и политически стабильным является регион, как количественно и качественно представлены казаки в органах законодательной и исполнительной власти на местах, и какую социальную нишу казачье движение занимает в регионе.

Более благоприятные условия для развития казачьих обществ существовали в Ростовской области и в Краснодарском крае, но и на Ставрополье был сделан прорыв в вопросе решения правового статуса реестрового казачьего движения - 17 июля 2003 года Государственная Дума Ставропольского края приняла (при отсутствии федерального закона) Закон Ставропольского края "О казачестве в Ставропольском крае". Закон определял основные направления деятельности казачьих обществ, финансирование которых теперь возможно было осуществлять из краевого бюджета. Для казачьих обществ появлялась возможность создавать:

- казачьи экологические и природоохранные службы, а также различные егерские и природоохранные подразделения, действующие на основе договоров с природоохранными органами;

- отряды содействия органам управления лесным хозяйством;

- аварийно-спасательные подразделения казачьих дружин на основании государственного (федерального и краевого) и муниципального заказов;

- муниципальные казачьи дружины для охраны общественного порядка;

- резервные отряды местной самообороны (общественной безопасности);

- казачьи охранные предприятия, которые могли вести совместную деятельность с организациями вневедомственной охраны по охране объектов, находящихся в государственной и муниципальной собственности, а также сопровождению грузов.

К сожалению, обозначенные в данном Законе (как и ранее обозначенные в Указе Президента РФ No563 "О порядке привлечения членов казачьих обществ к государственной и иной службе") направления деятельности казачьих обществ, в полном смысле отнести к понятию государственной службы крайне сложно. Скорее, это эрзац-служба, в недостаточной степени регламентированная законодательством и, в большинстве случаев, (за исключением охраны общественного порядка и, может быть, участия в "местной самообороне") казаками не востребованная.

В сентябре 2003 года атаман Терского казачьего войска Бондарев В.П. на Большом Круге в Новопавловске был переизбран на второй срок.

Принятие за два месяца до этого события Закона "О казачестве в Ставропольском крае" способствовало укреплению позиций войскового атамана в казачьей среде, так как воспринималось казаками позитивным фактором, напрямую связанным с деятельностью В.П.Бондарева.

В период с 2003 по 2006 год были значительно укреплены позиции Терского казачьего войска в регионе. Вот самые основные события, свидетельствующие об этом:

╜ в республике Северная Осетия-Алания под эгидой Аланского республиканского казачьего округа объединилось несколько общественных казачьих организаций; на правах отдела в округ вошло казачье общество Южной Осетии; авторитетный, но стареющий атаман округа М.С.Козаев подал в отставку, и казаки избрали на эту должность атамана Правобережного отдела (г. Беслан) боевого и энергичного Х.К.Едзиева, популярного как в республике, так и за её пределами;

╜ на территории Кабардино-Балкарии (где до этого были наиболее сильными позиции казачьих общественных организаций) создан Терско-Малкинский казачий округ;

╜ казачьи отделы Ставропольского округа, находящиеся на территории Чеченской республики, были выделены в самостоятельный Терско-Гребенской округ, на диалог с руководством которого пошел Президент Чечни А.Алханов.

Вместе с тем второй срок атаманского правления был для Бондарева непростым. Связано это было, в первую очередь, с продолжающимся общефедеральным кризисом казачьего движения, явившимся следствием отсутствия правовой базы и четко определенной социальной ниши, которую казачьи общества, как реестровые, так и общественные, должны были занять. Во-вторых, у терцев последовало разочарование итогами антитеррористической операции в Чечне. Здесь казачьи позиции были окончательно утеряны, и в вопросе государственного строительства на этой территории федеральная власть почему-то сделала ставку на поддержку отдельных национальных лидеров, спровоцировав этим новый виток межтейповых противоречий.

Общая неясность задач сегодняшнего дня и неуверенность в дне завтрашнем способствовали появлению проблемы кадровой чехарды в основе Терского войска - Ставропольском казачьем округе. Так осенью 2004 года были предъявлены претензии атаману Ставропольского округа В.Ф.Чеботареву, в результате чего на внеочередном Большом Круге в Невинномысске в ноябре того же года он был переизбран раньше срока. Человек, сменивший его на этом посту - А.Г.Масалов, также продержался на атаманском посту недолго. Уже в марте 2006 года Большой Круг, состоявшийся в Минеральных Водах, освободил его от занимаемой должности. Атаманом Ставропольского казачьего округа был избран М.И.Серков.

Для того чтобы сгладить проблему казачьей неопределенности и некоторого разочарования, Бондаревым были предприняты меры по наращиванию краевого бюджетного финансирования Ставропольского казачьего округа. Эти действия демонстрировали атаманам и казакам присутствие стабильности в развитии казачьего движения на Ставрополье, и делали осмысленным процесс продолжения казачьего дела не только с точки зрения идейной, но и материальной.

В период с 1998 по 2003 год финансирование реестрового казачьего движения Ставрополья было, по сравнению с Доном и Кубанью, незначительным, и состояло, в основном, из спонсорской помощи. В 2003 году была принята краевая целевая программа "Государственной поддержки казачьих обществ Ставропольского края на 2003-2005 годы" в соответствии с которой Ставропольский казачий округ получал до 6-ти миллионов рублей ежегодно. Эти суммы позволяли казакам проводить краевые казачьи мероприятия, в том числе и социально значимые, чем казаки подтверждали, в первую очередь самим себе, законность собственных претензий на одно из ведущих мест в обществе. Для краевых властей выделение бюджетных денег казачьим обществам делало возможным влияние, хоть иногда и косвенное, на происходящие в казачьем движении процессы.

Однако сложность получения бюджетных денег на проведение масштабных мероприятий (в том числе и молодежных казачьих игр), отсутствие механизма финансирования органов управления Ставропольского казачьего округа, а также оказания материальной помощи непосредственно казачьим обществам делали систему финансирования реестрового казачьего движения Ставрополья довольно неэффективной.

Порядок и объем краевого финансирования удалось существенно изменить только благодаря событиям 2005 года.

Первое обещание Г.Н.Трошева казакам России было выполнено 25 мая 2005 года. Атаманы казачьих войск Российской Федерации встретились с Президентом РФ В.В.Путиным в рамках проведения празднований 100-летия со дня рождения М.А.Шолохова в станице Вешенской.

Атаман Терского казачьего войска В.П.Бондарев выступил с докладом, в котором подробно освещались проблемы казачьего движения на Северном Кавказе, особенно в национальных республиках. Было сказано и в отношении общеказачьих проблем, в частности, Бондарев предложил создать единую федеральную структуру управления реестровыми казачьими обществами Российской Федерации.

Президент Путин обещал привнести в казачье движение России новый позитивный импульс, связанный с тем, что в Администрации Президента РФ был разработан проект Закона "О государственной службе Российского казачества" и направлен на рассмотрение в Государственную Думу.

Встреча Президента РФ с казачьими атаманами не прошла бесследно, огромное значение ей уделялось не только в среде казачьей общественности, но и в целом среди всех тех, кто с интересом следил за событиями российской политики. Свои комментарии оставили и представители зарубежной прессы. Так корреспондент газеты "The Times" Джулиан Эванс писала: "Наполеон сказал однажды: "Дайте мне 20 тысяч казаков - и я покорю всю Европу, даже весь мир". Теперь президент Путин обращается к этническому меньшинству казаков, чтобы они помогли поддерживать порядок в беспокойных южных регионах России. Президент лично предложил в Госдуме законопроект по созданию особых казачьих подразделений службы безопасности для помощи в поддержании порядка и борьбы с терроризмом...Аналитики испытывают смешанные чувства в связи с этим проектом. Казаки славятся своей смелостью, и их сильные традиции могли бы сделать их неуязвимее в отношении коррупции - в сравнении с ФСБ или современной армией" (7, с.1).

Казаки с надеждой ожидали принятия федерального Закона, связывая с ним возможность разрешения всех накопившихся за пятнадцатилетний период новой казачьей истории проблем, и делали это, даже не взирая на скептические замечания, доносившиеся, в основном, из лагеря казаков-общественников. Критики говорили, что будущий Закон является рамочным и не раскрывает таких фундаментальных понятий казачьей жизни как имущественная и территориальная реабилитация, казачье самоуправление в местах традиционного проживания казаков, общинная земельная собственность. В то же время сторонники Закона (и таких было большинство) призывали к спокойствию и говорили о необходимости принятия Закона в любом виде, пусть даже сыром, для того, чтобы дать казачьему движению России хоть какую-нибудь правовую платформу.

Исполнение президентского обещания не заставило долго ждать. Уже 9 ноября 2005 года Закон No154 "О государственной службе Российского казачества" был принят Государственной Думой РФ в третьем чтении, 23 ноября одобрен Советом Федерации РФ, а 5 декабря подписан Президентом РФ В.В.Путиным.

Главными положениями Закона были определения, касающиеся взаимоотношений между казачьими обществами и структурами государственной и муниципальной власти, обозначены виды "государственной и иной службы российского казачества", а также порядок ведения государственного реестра казачьих обществ в Российской Федерации.

Наряду с тем, что сам по себе факт принятия федерального Закона "О государственной службе Российского казачества" является важнейшим историческим событием, в Законе есть и существенные недоработки.

В статье 5 данного Закона было прописано, что "...Российское казачество в установленном порядке:

1. оказывает содействие государственным органам в организации и ведении воинского учета членов казачьих обществ, организует военно-патриотическое воспитание призывников, их подготовку к военной службе и вневойсковую подготовку членов казачьих обществ во время их пребывания в запасе;

2. принимает участие в мероприятиях по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и ликвидации последствий стихийных бедствий, по гражданской и территориальной обороне, в природоохранных мероприятиях;

3. принимает участие в охране общественного порядка, обеспечении экологической и пожарной безопасности, охране Государственной границы Российской Федерации, борьбе с терроризмом;

4. осуществляет иную деятельность на основе договоров (соглашений) казачьих обществ с органами военного управления, федеральными органами исполнительной власти и (или) их территориальными органами, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и Органами местного самоуправления муниципальных образований в соответствии с законодательством Российской Федерации".

На основании вышеизложенного можно понять, что те виды деятельности, которые для казачьих обществ на данный период являются основными, подпадают под определение "иной" (т.е. второстепенной) службы, да и само это понятие очень расплывчато и не имеет серьезного юридического обоснования.

Право казаков, как и остальных граждан Российской Федерации, проходить государственную гражданскую, военную, а также правоохранительную службу и без того закреплено Конституцией и законодательством РФ, и говорить о том, что только Закон No154 открыл перед казаками перспективу нести эту службу, было бы нелепо.

Наряду с тем, что казачьим обществам в вопросах организации службы давалась возможность заключать договора с соответствующими структурами власти, сам порядок заключения таких договоров (соглашений) не был определен. Да и в целом Закон имел рекомендательный характер и не обязывал федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления муниципальных образований заключать с казачьими обществами договора о несении "государственной и иной службы".

Казаки вновь оказались заложниками не только финансовой ситуации в регионах и в муниципальных образованиях, но и личных симпатий или антипатий государственных и муниципальных чиновников, от которых зависел вопрос допуска казаков к организации тех видов деятельности, которые возможно было профинансировать из бюджета.

Кажется странным, что в Законе не было определено основным направлением казачьей службы подготовка и содержание в состоянии боевой готовности вооруженного резерва, находящегося под командованием Президента РФ. Остальные виды деятельности, прописанные выше, могли бы просто стать составными частями этой главной задачи.

Этот вопрос стал наиболее актуальным в нынешнее время, когда была пересмотрена военная доктрина России. Отказ от системы многочисленных военных приграничных гарнизонов, необходимых при фронтальной войне, в пользу мобильной профессиональной армии, способной подавить очаговую опасность, делает актуальным создание милитаризованных групп гражданского населения, проживающего на приграничных территориях. И казачьи войска, географически прикрывающие Россию с юга, востока, а теперь и запада, могли бы стать составной частью системы безопасности страны.

Вместе с тем нельзя не сказать и о главном позитивном факторе принятого Закона "О государственной службе Российского казачества". Заключается он в том, что наконец-то законодательно было подтверждено само существование казачьего движения в России, с которым приходиться считаться, и который невозможно выбросить из современного периода истории России с ярлыком "пережиток средневековья".

Наметившийся общефедаральный позитивный процесс укрепления статуса казачьего движения России нашел своё проявление и на территории Терского казачьего войска. В Северной Осетии-Алании Президент Т.З.Мамсуров, возглавивший республику в 2005 году, начал оказывать серьёзную поддержку казачьим обществам Аланского округа. Появились предпосылки и для значительного увеличения бюджетного финансирования деятельности казачьего движения в этом регионе.

Изменилась в лучшую сторону и ситуация в Ставропольском крае. В краевой целевой программе "Государственной поддержки казачьих обществ Ставропольского края на 2006-2008 годы", утвержденной постановлением Губернатора Ставропольского края от 20 апреля 2006 года No223, была обоснована сумма в размере 50-ти миллионов рублей (на трехлетний период).

Увеличение бюджетного финансирования позволило часть выделяемых финансовых средств направить на нужды созданного в 2006 году по инициативе атамана Ставропольского округа М.И.Серкова и при поддержке атамана Терского казачьего войска В.П.Бондарева государственного учреждения "Ставропольский казачий культурный центр". Таким образом, был сформирован профессиональный штаб округа.

Вдвое, по сравнению с предыдущим периодом, (с 1,5 миллионов до 3-х миллионов рублей ежегодно) увеличилось финансирование Ассоциации казачьих фермерских хозяйств, возглавляемой Д.Г.Молчановым. Казачьи хозяйства по программе поддержки казачьих сельхозпроизводителей получали компенсацию фактических затрат по покупке:

╜ технических средств и запасных частей к ним - 40%;

╜ сельскохозяйственных животных и рыбного посадочного материала - 50%;

╜ семян, горючесмазочных материалов и кормов - 60%.

Возможность получения компенсаций, пусть и на небольшую сумму (не более 200 тысяч рублей), являлось серьёзным подспорьем для казаков, занятых в сельском хозяйстве.

Был наконец-то решен вопрос и о материальной поддержке казачьих отделов Ставропольского округа. Так на бюджетные средства были приобретены и переданы казачьим обществам 17 единиц автомобильной техники, сотовые телефоны, спортивный инвентарь, компьютеры и принтеры (8, с. 2). Каждый казачий отдел получил материальных ценностей, в среднем, на сумму 400 тысяч рублей.

К сожалению, государственная поддержка казачьих обществ является существенной только на Ставрополье и в Северной Осетии-Алании. В Дагестане, Чечне и Кабардино-Балкарии бюджетное финансирование деятельности казачьих обществ, внесенных в Государственный реестр, или же отсутствует, или же имеет мизерные объемы.

Эйфория, связанная с событиями 2005 года (встреча войсковых атаманов с Президентом России и принятие Закона "О государственной службе Российского казачества"), сменилась растерянностью и разочарованием.

На протяжении всего 2006 года казаки Терского казачьего войска, да и других казачьих войск России, с нетерпением ждали Указов Президента РФ и Постановлений Правительства РФ - подзаконных актов, запускающих механизм реализации Закона "О государственной службе Российского казачества". И полное молчание со стороны федерального центра в отношении казачьего вопроса вызывало у казаков недоумение.

Казалось, Москва специально оттягивала время, как это было и раньше, отложив "дорогой подарок" на тот момент, когда казачий электорат будет востребован на фоне каких-либо широкомасштабных событий политической жизни страны. И события эти - выборы в региональные и федеральный Парламент 2007 года и Президентские выборы 2008 года были уже не за горами.

В сентябре 2006 года Большой Круг Терского казачьего войска, проходивший во Владикавказе, большинством голосов переизбрал атамана В.П.Бондарева на третий срок.

Начало нового периода правления атамана Бондарева было связано и с новшеством в общественной жизни Терского казачьего войска. Если ранее в казачьей среде декларировался принцип политического нейтралитета ("казаки - вне политики"), то теперь, накануне выборов в Государственную Думу Ставропольского края, (состоялись 11 марта 2007 года), терцев начали призывать к политической активности.

В подкрепление факта включения атамана Бондарева на конференции политической партии "Единая Россия" в партийный список кандидатов в депутаты Государственной Думы Ставропольского края, Совет атаманов Ставропольского казачьего округа 29 декабря 2006 года принял решение о создании в каждом казачьем отделе Комитета сторонников "Единой России".

27 января 2007 года в Ставрополе состоялся Казачий форум сторонников партии "Единая Россия", в работе которого приняло участие около 1 500 казаков. Перед терцами выступали политические деятели, возглавившие краевой партийный список кандидатов в депутаты: Губернатор Ставропольского края А.Л.Черногоров, заместитель Председателя Государственной Думы РФ В.С.Катренко, Председатель Государственной Думы Ставропольского края Ю.А.Гонтарь, атаман Терского казачьего войска В.П.Бондарев. На форуме казаками было принято решение о поддержке на предстоящих выборах политической партии "Единая Россия".

Прокомментировать эти события сложно. Разворот на 180 градусов, от полной аполитичности до бескомпромиссной поддержки партии "Единая Россия", безболезненно прошел для тех казачьих лидеров, и казачьих обществ, ими возглавляемых, которые и до этого принимали участие в политической жизни региона. Отстаиваемое ими ранее мнение о необходимости участия не только в качестве статистов в происходящих политических процессах, но и активно внедряться в перспективные политические движения и партии, наталкивалось на непонимание и отторжение. Теперь ситуация стремительно менялась.

В эпоху современных правовых реалий, когда федеральное законодательство окончательно захлопнуло двери в Государственную Думу Российской Федерации перед внепартийными кандидатами в депутаты, среди некоторой части казаков возникло осознание необходимости формирования явно выраженной собственной политической стратегии. Иначе казачье движение России будет окончательно и бесповоротно вычеркнуто из списка общественно-политических групп, участвующих в процессе формирования правового поля страны.

Первый шаг казачьей политической стратегии должен заключаться в как можно более массовом участии казачьих обществ в избирательных кампаниях на местном уровне, и муниципальные выборы в Ставропольском крае в 2006 году доказали возможность победы казаков. Так первая проба политической борьбы была удачной - более 30 казаков Ставропольского округа вошли в состав депутатского корпуса, или же возглавили исполнительную власть на местах. К примеру, атаман Средне-Кубанского отдела А.Ермолов был избран Главой с. Кочубеевского (райцентр в Ставропольском крае), сотник Минераловодского отдела К.Гамаюнов занял должность Главы города Минеральные Воды.

К сожалению, до сих пор в казачьей среде существуют негативные факторы, мешающие процессу консолидации казаков вокруг общих политических целей и задач.

Некоторая часть казачьей общественности лишь по инерции принимает участие в начавшемся политическом процессе, не понимая, и не желая понимать, его сущности. Главная опасность таится в том, что как атаманы, так и рядовые казаки некоторых казачьих обществ пребывают в состоянии затяжной ностальгии по тому психологическому настрою, который сопутствовал казачьему движению в начале 90-х годов. Люди живут воспоминаниями о многотысячных акциях, в результате которых казаки пытались (и очень часто безуспешно) решить какие-либо общественно-политические вопросы, о той иллюзии власти, которую казаки применяли к попавшим в водоворот тех событий людям, и главное, о беззубости властей всех уровней перед лицом казачьей стихии.

Существует и ещё одна негативная тенденция, также свойственная некоторым казачьим обществам Терского казачьего войска. Здесь ностальгия о былом соседствует с полярно иными настроениями. Если в предыдущем случае присутствует пример псевдо-идейной бездейственности и даже инфантильности, приукрашенных былыми (иногда мифическими) заслугами, то в других казачьих обществах мешает консолидации казаков коммерциализация, которая порождает многочисленные скандальные финансовые истории, приводящие к смене атамана и правления. Достигнув на каком-то этапе значительного подъема, такие казачьи общества, в итоге погрязшие в череде скандалов и кризисов, значительно слабели и теряли позиции в обществе.

Современный период российской истории принес в казачью среду многочисленные иллюзии, связанные то с государственной службой, то с возможностью силового влияния на власть, то с желанием поспекулировать "казачьей идеей" в коммерческих целях. И каждая из этих химер разбивалась о стену реальности сегодняшнего дня, в котором казачье движение, подстраиваясь под ритм жизни общества эпохи тотального прагматизма, не выдерживало конкуренции с более энергичными, консолидированными и беспринципными силами, играющими на своем поле и по своим правилам.

Говоря о казачьих проблемах, нельзя не упомянуть и о кадровом голоде в казачьих структурах. Ускоряющийся темп современной жизни не позволяет отставать от общих образовательных и профессиональных требований, предъявляемых сегодня к руководителю любого уровня, иначе казачьи общества не смогут претендовать на право влияния на политический, социальный и экономический климат не только в стране или в регионе, но и на местах.

Делая ставку на второстепенные цели и задачи, акцентируя внимание на эрзац-службе и неумелых экономических потугах, мы уходили всё дальше и дальше от самой главной идеи "возрождения казачества" - необходимости возрождения казачьей общины.

Занять достойное место в политической системе страны, создать мощную казачью экономику и целенаправленно отстоять необходимость несения казаками государственной службы можно только при условии воссоздания казачьего социума, в котором традиционализм, принципы самоорганизации и система отношений внутри него стоят на уровне подобных процессов в религиозной общине.

Имея богатый потенциал казачьей культуры, необходимо внедрять элементы старого уклада с поправкой на социально-экономические и политические реалии сегодняшнего дня, и делать это, прививая не поверхностное восприятия православия, но стремление к глубинному осознанию христианского вероучения.

Это позволит создать в казачьих обществах и действенную социально значимую систему. Вопросы отношений между старшими и младшими, мужчиной и женщиной, ребенком и родителями, а также призрение сирот, вдов и инвалидов в такой системе должны строиться не только на основе федерального и регионального законодательства, но и, в первую очередь, обычного общинного права (в современном его варианте).

Только такая общественная модель - милитаризованная община, построенная на фундаменте православного традиционализма, сможет не только устоять, но и добиться как экономических, так и политических успехов.

Стоит отметить ещё один позитивный фактор Закона "О государственной службе Российского казачества": именно осознание его ущербности может подтолкнуть казаков к вопросу необходимости борьбы за власть, поскольку упомянутый Закон будет успешно реализовываться только там, где законодательная и исполнительная власть сконцентрирована в руках у казаков. И именно от того, будут ли они победителями политических баталий будущего, напрямую зависит возможность перехода понятия "государственная и иная служба российского казачества" от иллюзии к долгосрочной осязаемой перспективе.


Примечания:


1. Таболина Т.В., Казачество: формирование правового поля. - Москва, 2001.

2. Петров Г., Большой Круг Терского войскового казачьего общества. - "Казаки" No1, 2003.

3. "Терский казак", No9 (10), сентябрь 2005.

4. Масалов А.Г., Возрождение казачества на Северном Кавказе в конце XX - начале XXI века. - Ставрополь, 2002.

5. "Донские войсковые ведомости", No9 (162), 18 ноября 2005.

6. Податев В., Казаки: прошлое, настоящее, будущее. - "Казаки" No1, 2003.

7. Julian Evans, Putin sends for Cossacks in fight against terrorism. - "The Times", July 02, 2005.

8. "Казачий Терек", No7(95), июль 2006.