# Родина и государство

Юра Христензен

Этот маленький текст появился с легкой руки Кости Лабуса и благодаря стечению целого ряда обстоятельств.

Для меня Родина очень сильно зависит от того места на земном шаре, в котором я нахожусь в данный момент. Сейчас, когда я пишу эти строки, Родина это двор, в котором я вырос, где живут друзья детства, где ростут тополя, которые вымахали уже выше моего дома. Причем соседний двор, это уже не Родина. Что-то, где-то рядом, но не Родина. И даже в родном дворе, есть еще более родной подъезд, и окно из которого мама кричала "Юра, иди домой":)


Зато, когда я был на Тайване, мне казался родным каждый европеец, которого я встречал. За день настолько приедались китайские лица, что однажды я готов был расцеловать негра, которого случайно встретил в лифте. И он, судя по всему, испытывал похожие чувства. Такая вот негритянская Родина. Это трудно объяснить, это другая культура, другие лица, другая природа, другие запахи.


Ох, уж эти китайские запахи. Я сначала не мог понять что это такое, и откуда оно пахнет. Специфический запах китайской кухни появился на борту Боинга, следоваовшего по маршруту Стамбул-Гонконг и сопровождал меня во время всей поездки. В транспорте, на улице, в офисе, в гостиннице, даже во сне. Когда я издали замечал на тротуаре точку китайского общепита, тут же переходил на другую сторону. Утром мы завтракали в гостиннице, по вечерам нас водили по ресторанам, а днем приносили фастфуд из ближайшего Макдональдса. На второй неделе прибывания, жратва из Макдональдса казалась самой вкусной едой, какую мы ели. Потому что это единственое, что готовилось без специфических китайских приправ.


Звонок из Питера как весточка с Родины. Хотя от меня до Питера две тысячи километров. Поговорил, положил трубку в карман, но видать не удачно. Когда выходил, трубка так и осталась в такси. Тут же вернулся, желтая машина, за рулем китаец. Я давай его трясти за барки. Отдавай мол мою мобилу. Оказалось не он. А как похож, зараза. Вот еще, желтая машина, за рулем китаец. Я я уже деликатнее спросил, снова не он. Блин, все эти китайцы на одно лицо. Хоть бы машины в разные цвета красили:)


На следующее утро подбегает девушка из персонала гостиницы. Долго кланяется и что-то лепечет на своем. Гляжу, у нее в ладошках моя мобилка. Таксист нашел, выкопал в адресной книге номер гостинницы, позвонил, привез и передал на ресепшен. Что сказать, у чужой Родины тоже есть свои плюсы. Я говорю, зови таксиста, сейчас выставлюсь, отпразнуем находку. А она, он уже уехал! Как уехал, куда уехал!? Да уж, не понять им широту русской души. У нас бы на радостях посидели, отдохнули. Потом пошли за второй, за третьей. Пропили бы телефон, а заодно и такси:) Зато как посидели бы!


Когда возвращался в Одессу, первые европейцы стали мелькать в Гонконге. В аэропорту Гонконга мощная система кондиционирования и гораздо меньше чувствуется специфический китайский запах. Правда, когда покинули аэропорт и сели в самолет, запах снова усилился и европейцы куда-то подевались. В Стамбуле, о чудо, подходя к терминалу Стамбул-Одесса, слышим раскатистый русский мат. Это наши моряки возвращаются домой из рейса. Вот это уже Родина! Они девять месяцев ходили на рыболовецком траулере по Индийскому океану, затем экипаж заменили и ребята возвращаются домой.


В самолете парень метр на два достает бутылку какого-то буржуйского самогона, и ребята начинают отдыхать. Бутылки появляются с завидной регулярностью. В общее действо втянуты две наших дамы, которые челночят из Одессы в Шанхай. Сначала они упиралются и говорят, что в аэропорту их будут встречать мужья. Но моряк, почти год не видевший женщин, страшная сила, и дамы уже киряют наравне со всеми. Следующим в коллектив вливается молодой турок, который свободно говорит по русски и видимо давно живет в Одессе. Остальные турки пытаются что-то возразить. В результате один из них остается без плеера, который изымает наш парень метр на два со словами: "ну что тебе жалко что ли, прилетим, отдам".


Обстановка накаляется, но никто из турок не рискует пойти на прямую конфронтацию. А наши уже гудят во всю. Парень метр на два начинает подпевать арабским певцам из турецкого плейера. То ли у него со слухом что-то, то ли арабские мелодии не предназначены для исполнения в пьяном виде, но заканчивается все тем, что прибегает маленькая, сухонькая и уже немолодая турецкая стюардесса, и в две секунды восстанавливает порядок. Плеер возвращается владельцу, остатки спиртного изымаются, а парень метр на два, опустив голову, садится в кресло. Удивительно, но хрупкая турецкая женщина мигом сделала то, на что не решалась куча здоровых турецких мужиков.


Рейс длится всего час и подлетая к Одессе я с удивлением узнаю, что мои соседи турки, с которыми весь рейс общался на ломаном английском, прекрасно говорят по-русски. Прилетаем в аэропорт и тут же встречаемся с государством. А там, где начинается государство, Родина отходит на второй план. Сначала мы долго ждем трап, потом пешком с чемоданами в аэропорт, потом всех трясут на таможне. Короче государство по полной программе. Выхожу из аэропорта, меня встречают жена, дети и друзья. Ура, снова Родина!