# Памятный Крест

Виталий Иванович Иванов

Владу на кануне Дня Победы приснился очень странный сон.Буд - то он проснулся оттого, что почувствовал чей - то взгляд.Кто - то сидел за столом и молча смотрел на него. Он был в форме красноармейца.Полумрак комнаты скрывал лицо незнакомца. Влад ничего толком не мог сообразить, откуда в его комнате взялся этот человек и кто он такой?

Пауза затянулась, Влад смотрел на него, а он на Влада. Наконец Влад сумел выдавить из себя пару слов: " А, ты кто? "

- Да твой прадед,внучек.

Тут Влад совсем опешил от такого ответа.

- Какой прадед ? Ничего не понимаю!

- Обыкновенный.

- Так ведь ты же пропал без вести на войне.

- Верно, пропал. А точнее сказать, был убит во время боя под Смоленском.

- Значит ты погиб?

- Да, в конце сентября 41 - го.

- А по всем документам из архива, ты числишься, как пропавший без вести.

- Бывает, но кто тогда мог точно знать про многих из нас? Никто.

- Значит погиб... Дед, ты хоть расскажи, как всё было?

- Что рассказывать, внучек? Война, она и есть - война. Без потерь не бывает.Ладно, слушай: " Каким чудом столько времени мы тогда смогли продержаться,можно только гадать. Бои шли изматывающие, бились не на жизнь,а на смерть.Потери были огромными и ещё полная неразбериха. Командиры принимали решения исходя из обстановки, которая складывалась непосредственно только на их участке. Что происходило у соседей справа и слева, никто толком ничего не знал.Да и были ли вообще эти соседи на флангах. Почти по всем основным дорогам двигались немецкие моторизированные колонны. Получилось так, что мы небольшими группами пытались выйти из окружения на воссоединение со своими. Но где конкретно они находились, никто из нас конечно не знал. От нашего противотанкового взвода,после последнего боя, в живых осталось только четыре человека. Старшина, да нас трое "желторотиков". Одна уцелевшая "сорокапятка" и три снаряда к ней. По две гранаты на брата, да по одной обойме патронов к каждому "винтарю". Вот и весь боезапас. Как хочешь, так и воюй. Те места, где мы отступали, старшина знал очень хорошо. Он сам родом был оттуда. Вот и решил он, обойти основные дороги и продвигаться в сторону заброшенных торфяных разработок, по лесной. "Сорокапяточку" не стали бросать, лошадка у нас была, впрягли. К вечеру вышли к торфяникам. Пушку замаскировали, но поставили её так, чтобы она своим стволом смотрела в сторону дороги. Перекусили сухариком, да запили водицей из родника. Тот родник был знаменит на всю округу.Вода в нём была наичистейшая и студёная, а на вкус даже сладковатая. Ночь прошла спокойно, по утру хотели уже сниматься с места, как услышали нарастающий гул работающих двигателей. По дороге шла небольшая немецкая моторизированная колонна, из трёх танков и одной бронемашины. Кузов у бронемашины был открытый, и мы видели, что в нём сидело человек десять, автоматчиков. Впереди всей колонны ехал ещё мотоциклист. Мотоцикл был с коляской и пулемётчиком. Можно было конечно нам отсидеться, не обнаруживать себя и пропустить колонну. Но старшина принял решение - вступить в бой. Воякой он был можно сказать опытным, не нам чета, в финскую ещё воевал. Сказано, сделано. Действовали слаженно и быстро. По задумке старшины, один из бойцов должен был уничтожить мотоциклиста и пулемётчика. Ещё один должен был забросать бронемашину гранатами. А я со старшиной, с одного выстрела должны были вывести из строя последний танк, который замыкал всю эту колонну. Весь замысел был рассчитан на то, чтобы подрывом бронемашины, которая шла впереди и подрывом танка в хвосте колонны, закупорить два других в середине колонны и тем самым лишить их манёвра по прямой. В таком случае, им оставался только один выход - съехать с дороги. А там торфяник, увязли бы они в нём, и добивай их потом из орудия. Только бить нужно было без промаха, ведь у нас на всё про всё было только три снаряда. По одному на каждый танк.

Немцы не ожидали нашей внезапной атаки, шли беспечно, как на параде. А мы всё сыграли как по нотам. Сработал замысел старшины, на все сто процентов сработал. По его команде открыли огонь. Николай с одного выстрела срезал мотоциклиста, Сергей точно бросил гранаты в бронемашину. Она встала, и ребята вступили в бой с автоматчиками. Мы со старшиной тоже не оплошали, всадили первый снаряд в самый крайний танк, тот загорелся. Два оставшихся немецких танка оказались в центре колонны зажатыми с двух сторон. Как и предполагал старшина, они попытались выбраться из этой ловушки и съехали с дороги. Но торфяник от дождей раскис и сделал своё дело. Танки увязли в нём по самое брюхо. Я быстро вогнал в "казённик" ещё один снаряд, старшина выстрелил. Попал точно, загорелся и второй танк. Мы со старшиной видели, что башня третьего танка разворачивается в нашу сторону. Значит, они засекли нашу позицию. Здесь уже всё шло на секунды. Мы выстрелили друг в друга почти одновременно и последнее, что я увидел, было то, как столб чёрного дыма взметнулся вверх из башни третьего танка.

Вот так тогда всё и произошло. Ну ладно, мне пора. Он встал и направился к двери. Вот что хотел сказать тебе ещё внук: "Знаю, что скоро идти тебе в армию, а ты не хочешь и ищешь возможности уклониться от службы. Мне стыдно за тебя, если это действительно так. Запомни, на всю свою жизнь запомни, что в нашем роду трусов и дезертиров никогда не было. Пусть твоя совесть будет тебе судьёй. А настоящий мужик должен уметь защищать свой дом, своих родных, свою Родину.


Этот странный сон долго не давал Владу покоя. Он всё время вспоминал и вспоминал его.В назначенный срок, Влад явился в военкомат по месту жительства и ушёл на срочную службу. Попал служить в ВДВ. Ещё дал себе слово, что после окончания службы, обязательно постарается отыскать место того боя, в котором погиб его прадед. Должны же местные старожилы знать, где под Смоленском были старые торфоразработки со знаменитым на всю округу родником. И он обязательно поставит на том месте "Памятный Крест" в честь своего прадеда и тех ребят, которые погибли в том бою, в конце сентября 1941 года.


= Я НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ - ДЕДА =


Я никогда не видел - деда

Он в сорок первом под Смоленском

Пропал не встретив День Победы

В боях тех у деревни " энской "


Сейчас его, я - много старше

Почти на двадцать с лишнем лет

Дороже Памяти о павших -

Наверно в мире, больше нет.


И от него осталось фото

На нём он снят перед войной

В военной форме, возле "дота"

Красивый парень, молодой.


И нет покоя в моём сердце

Не отпускает та война

На все запросы - " Не известно"

Архив ответил для меня.


Казённый бланк, простой листочек

Всю жизнь свою, я - берегу

И сорок первый, между строчек

Я вижу будто на яву.


Тот бой, у той деревни " энской"

Я представлял себе не раз

Хранит земля в краю Смоленском

Всех " Неизвестных" и сейчас.


Я никогда не видел - деда.