# Дождь

Андрей Анатольевич Ялаш

Как то приехав домой из очередного выезда в поиск, в район ожесточенных боев 1942-43 гг, решил написать этот рассказ.. Основываясь на реальных событиях происходивших там многие годы назад.

Серая сетка дождя накрыла все вокруг..

Серым кажется сегодня все - скалы покрытые мохнатыми лентами мхов, небо затянутое свинцовой мутью и лежащее на сопках тяжелым покрывалом ,и даже зеленые карликовые березы скрученные полярными ветрами в невероятные узлы кажутся серыми..

Вы когда нибудь видели серый цвет зеленого оттенка или наоборот? Это цвет смерти.

Смерти , которая пришла к нам в виде веселых , крепких парней, разговаривающих на грубом гортанном языке.

И с цветком эдельвейса на форменном кепи.


Но сейчас смех прошел, как прошлогодний снег смытый дождями этого щедрого на воду края. Слишком многое им пришлось пережить за минувшие два года жизни среди этого дикого пейзажа который в военных сводках обозначается как "Мурманское направление".И это видно по лицам, напряженным, перечерченным той складкой горя в уголках губ, которая появляется у солдата потерявшего многих.. Очень многих.

Но у меня тоже есть такая складка. И я жду.

Жду, когда мне ничто не помешает принести горе и боль в еще несколько австрийских или немецких семей. Я очень терпелив.


Сегодня я на охоте. И моя дичь опасна и тоже умеет охотиться, но от этого только сильнее кипит кровь, толчками бьется в груди, и эти толчки отдаются на руки. Надо успокоиться.

Надо подумать о чем нибудь хорошем, как мама когда то говорила..

А видь у них тоже есть мамы. И сейчас где то очень далеко, где нет этой промозглой сырости, ветра забирающегося за шиворот пропитанной водой телогрейки, нет комаров назойливо вьющихся около лица, они сидят , вяжут какие нибудь теплые носки и с тревогой ловят обрывки новостей с фронта. А по вечерам достают из заветных шкатулок письма, пропахшие потом и дымом костров и перечитывают их в тысячный раз.

И молятся...


Вот они начали потихоньку втягиваться в низинку между сопками, огибая болото. Семеро. Пусть подтянутся ближе, хотя в оптику я уже вижу даже заплатки на их одежде и фонтанчики воды летящие из под сапог.

Вот теперь самое время.

Подвожу перекрестье сетки прицела между сосредоточенных глаз впередиидущего фельдфебеля. О чем он сейчас думает, какие мысли сейчас в его голове? Какие планы и мечты?

Плавно выбираю холостой ход курка...

О чем он мечтает? Или мечтал..

Знакомый удар в правое плечо, ватный свист в ушах . и краем глаза успеваю заметить туманное красное облачко на долю секунды возникшее за головой фельдфебеля, и почти физически ощущаю как пуля проломив лобовую кость черепа , все еще быстрая и мощная, прошив мозг, выходит из затылка жертвы и уже смятая впивается в горло идущего в след человека , ломает ему хрящи трахеи и гася энергию дробит позвонки.

Удачный выстрел. Плюс два. Осталось пятеро.


За те первые секунды пока длится небольшое замешательство в рядах противника , я успеваю перекатиться за камень и исчезнуть, раствориться в тундре..

На болоте вроде как тихо, только двое лежат и пар от них идет но им уже всеравно. Всякое движение замерло - выжидают. Выцеливают. Теперь только скорость и удача.

Но вижу я вас, вижу.Сейчас..

Удар в правое плечо и колено егеря сидящего за камнем, похожим на перевернутый стакан , взрывается красными крупными брызгами , заляпавшими красным и камень и мох вокруг и наверное самого егеря... Следом за этим слышу страшный вой, почти звериный.. Это вой боли, безумной , всепожирающей боли. И опять растворяюсь среди камней.

Но теперь каменная крошка выбитая пулями противника с того места где я находился секунду назад больно сечет по рукам и лицу. Комья ягеля взлетают то там то тут и сыпятся на спину. Пули с глухим звуком впиваются в торф или с визгом отскакивают от камней. Но меня уже там нет.

Я уже выцеливаю белое лицо с расширенными глазами солдата, который пытается прижать своего катающегося от боли товарища к земле.

Плавно на спуск и удар в правое плечо....

Солдат, мальчишка лет восемнадцать, заваливается на спину, глядя правой пустой глазницей в свинцовое небо над собой..

И еще на спуск и еще удар в плечо...

Раненый затихает, только ноги кажется живут отдельно от тела, и пытаются унести его куда то от этого кошмара быстрым бегом..

Плюс четыре..Перекат в сторону.

Все, надо уходить, больше мне шансов не дадут..

Потихоньку ползу за выступ сопки - видеть они меня не должны, а как перевалю за него так и все, можно приклад резать начинать.

Вот и выступ.. Как же противно вот так вот в мокрой одежде то. Ну ничего, доберусь до своих, обсушусь, согреюсь.. Опять же водочки можно ..


И вот после этих мыслей я умер. Умер от короткой очереди из МР-40 в правый бок..

Просто немцы шли двумя группами, и вторая пришла на звук выстрелов. Шел 1943 год.