# Бонапартизм - Бунт в войсках

Анатолий Иванович Каменев

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА (из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Каменев Анатолий ИвановичБонапартизм - Бунт в войскахСоздан: 08/02/2014, изменен: 08/02/2014, 57kФрагмент: ПолитикаЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА (из библиотеки профессора Анатолия Каменева)============================================================

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

"А пуще всего не забывайте дела ратного, дабы не уготовать себе судьбы Империи Византийской".

Петр I

Отступление Наполеона из Москвы.

Художник Адольф Нортен

35

БОНАПАРТИЗМ.

В широком смысле - это диктатура, лавирующая между социальными группами в условиях неустойчивого социального равновесия. Это - метод властвования, основанный на диктатуре личности. Это - Наполеон, расстреливающий якобинцев, самодержавный монарх, обративший республики, окружавшие Францию, в королевства и раздавший их своим братьям, зятьям и маршалам. Понятием бонапартизма мы обязаны Р. Михельсу и Дж. Бернэму. Бонапартизм следует рассматривать скорее как естественное завершение демократии, нежели как ее противоположность. Это деспотизм, покоящийся на демократической концепции, которую он фактически отрицает, но каковая, теоретически, доводится при нем до своего логического конца. Подобного рода режимы нередко получают демократическое узаконение посредством народного волеизъявления. Добившись "всенародного" одобрения, формулу народного "самоуправления" либо родственные ей формулировки ("воля нации", "диктатура пролетариата", "воля революции" и т.п) используют для уничтожения или существенного ограничения тех индивидуальных прав и частных свобод, которые поначалу и преимущественно с либеральной точки зрения связывались с демократической идеей. Поэтому, по мнению Бернэма, правителя бонапартистского типа теоретически можно считать квинтэссенцией демократического режима; в его деспотизме как бы выражается воля всемогущего народа, самостоятельно управляющего собой и подчиняющегося самому себе. (Энциклопедия Брокгауза Ф.А. и Ефрона И.А. (1890 - 1916гг).

36

БРАК ОФИЦЕРА.

Браки военнослужащих почти во всех современных государствах обусловлены существенными ограничениями, особыми для офицеров, нижних чинов и гражданских чиновников военного ведомства. Прежде всего, требуется разрешение начальства. Сущность этого ограничения сводится к требованию представления имущественного обеспечения (Германия, Австрия), когда получаемое офицером содержание недостаточно для обеспечения семьи; государство не признает возможным обременять свой бюджет назначением молодым офицерам содержания, обеспечивающего и их семейства. Затем, в целях поддержания достоинства офицерского звания и охраны интересов офицерского быта, закон требует признания брака пристойным, т.е. не нарушающим достоинства офицерского звания (Россия, Германия, Австрия, Франция). В некоторых государствах (Россия) требуется еще определенный возраст офицера, в целях предупреждения необдуманных браков, а в других (Австрия) вступление в брак ограничивается определенным процентом женатых офицеров части. В России постановления, ограничивающие вступление в брак офицеров, впервые появляются при Петре Великом, когда в 1722 г. было воспрещено гардемаринам жениться "без указа" под угрозой 3 лет быть в каторжной работе. Это запрещение было распространено затем в 1764 и 1766 гг. на офицеров пехоты и кавалерии, причем командирам полков вменялось в долг "входить в рассмотрение материальной обеспеченности и пристойности браков обер-офицеров". В 1796 г. устанавливается, что все вообще желающие вступить в брак офицеры уведомляли об этом своих шефов или командиров полков, а приказом императора Павла I (1800 г) предписывалось всем генералам, штаб и обер-офицерам испрашивать на вступление в брак Высочайшего соизволения. Указом 1808 г. право разрешения брака генералам и офицерам было предоставлено командующим генералам. В 1849 г. это право было предоставлено командирам полков-в отношении штаб и обер-офицеров, начальникам дивизий - в отношении командиров полков и бригадных генералов и корпусным командирам - в отношении начальников дивизий. В 1866 г. был издан закон об офицерских браках, по которому воспрещалось вступать в брак до 23 лет, требовалось представление, в возрасте от 23 до 28 лет, имущественного обеспечения, приносящего не менее 250 рублей годового дохода, и признание пристойности брака. Но практика выяснила, что правила эти не вполне достигали цели, т.к. требование имущественного обеспечения в большинстве случаев оставалось мертвою буквою вследствие частого фиктивного обеспечения. В виду этого в 1898 г. была образована под председательством генерала Любовицкого комиссия для пересмотра закона 1866 г. Проект ее был признан неприемлемым, и в 1899 г. была образована новая комиссия генерала Бибикова, труды которой и легли в основу изданного в 1901 г. и действующего до последнего времени закона, которым более повышен размер имущественного обеспечения (единовременный вклад в 5 тыс. или недвижимое имущество, с чистым ежегодным доходом не менее 300 р.), изменены условия принятия его в обеспечение и установлено новое ограничение: требование прослужения 2 лет в одной части, где женится офицер. Однако и этот закон в скором времени подвергся значительным изменениям: отменены требования прослужения в части 2 лет и представление имущественного обеспечения. Действующий закон 1909 г. устанавливает следующие ограничения: достижение офицером 23 летнего возраста, признание брака пристойным и разрешение его компетентною военной властью. Под пристойностью брака закон разумеет добрую нравственность, благовоспитанность невесты и соответствующее офицерскому званию общественное ее положение. Вопрос о пристойности браков строевых штаб- и обер-офицеров разрешается окончательно командиром части, но в отношении обер-офицеров этот вопрос предварительно рассматривается судом общества офицеров. По отношению к офицерам, служащим в управлениях, учреждениях и заведениях военного ведомства, вопрос о пристойности брака разрешается теми начальствующими лицами, от власти которых зависит разрешение брака. Право разрешения брака принадлежит командиру части; наличность разрешения начальства требуется в отношении всех вообще военнослужащих; оно должно быть удостоверено письменным свидетельством. Брак без разрешения влечет наложение на виновных дисциплинарного взыскания или зачисление в запас, если оставление офицера на службе будет признано невозможным со стороны главного начальника военного округа. В Германии имперское военное законодательство относительно браков военнослужащих ставит одно ограничительное условие - наличность разрешения начальства. Более подробные определения по этому предмету содержатся в законодательствах союзных государств. Наиболее систематично этот вопрос разработан в прусском законодательстве, постановления которого почти целиком приняты всеми остальными германскими государствами. В Пруссии для офицеров и врачей требуется наличность разрешения брака королем, признание его пристойным, а до чина штабс-капитана включительно, кроме того, представление имущественного обеспечения: для штабс-капитанов-не менее 1.500 марок, поручиков и подпоручиков-2.500 марок годового дохода. В Австро-Венгрии разрешение на брак офицеров может быть дано при наличности следующих условий: а) чтобы брак был признан пристойным, б) чтобы он не превышал установленного в части % (от 1/2 до 1/3) женатых офицеров; полковники и генералы, а также офицеры ландвера этому ограничению не подвергаются, в) чтобы брак штаб- и обер-офицеров, за исключением строевых полковников и подполковников, был материально обеспечен представлением определенного реверса; он должен заключаться в капитале, величина которого зависит от чина и возраста; для подпоручика - 60 тыс. крон; поручика - 50 тыс., капитана - 40 тыс. и майоров-30 тыс.; строевые офицеры, не достигшие 30 лет, представляют реверс на 50% более. Офицеры, достигшие 60 лет, должны представить засвидетельствованную нотариальным порядком подписку невесты об отказе от пенсии и пособия от казны в случае смерти мужа. Сила этой подписки не распространяется на случаи, когда офицеры будут убиты на войне, погибнут при исполнении служебных обязанностей во время эпидемии и т.п. Во Франции право на брак офицеров ставится в зависимости от двух условий: разрешения начальства и признания пристойности. Брак без разрешения влечет придание суду или дисциплинарное взыскание; вдова же и дети офицера, в случае его смерти, лишаются права на выслуженную им пенсию. Особенности взглядов на офицерский брак за границей и в России (Я.В. Червинка). У нас родители отдают своих детей в военные корпуса на казенный счет чаще всего по недостаточности средств для воспитания их в других учебных заведениях. Впоследствии же большая часть этих детей, не чувствуя никакого призвания к военной службе, все-таки выходит в офицеры по той же причине неимения средств для другого специального образования по окончании обучения в корпусах. Главную причину этого явления следует искать, несомненно, в допущении среди наших офицеров огромного количества бедных браков, которым воспитание детей положительно не по силам. Сколько способных, симпатичных молодых людей томятся в военной службе, к которой никакого влечения не чувствуют, принося ей мало пользы, между тем как для гражданской деятельности были бы очень полезны. Совершенно своеобразно сложился в России взгляд на офицерские браки. Между тем как в армиях наших западных соседей вступление офицеров в брак до крайности затруднено установлением там сравнительно высокого имущественного ценза и в особенности строгою разборчивостью при уделении согласия на брак, у нас чаще всего так или иначе обходят и те незначительные препятствия, какие здесь могут встретиться при заключении офицерских браков, и в результате громадное большинство наших офицеров оказывается женатыми чуть ли не с младших чинов, притом часто без всякого обеспечения. Это просто невероятно по понятиям, обычным в заграничных армиях. Множество поэтому офицерских детей вырастает в условиях весьма незавидных, умножая число интеллигентного пролетариата. А сколько служба теряет от таких браков-трудно и сказать. Стесненный такими обстоятельствами офицер уже не располагает собою так, как до брака. Исполнительность его по службе до некоторой степени зависит уже от семейных его дел. Полковые дамы разнообразно влияют не только на своих мужей, но и на прочих офицеров. А так как во многих воинских частях почти все старшие офицеры женаты и холостых (в младших чинах) сравнительно мало, то здесь процветает, если позволительно так выразиться, "женское царство" со всеми теми симпатичными, а еще несимпатичными и, с военной точки зрения, вредными атрибутами и последствиями, которые каждому известны. В числе вредных назову только неизбежную критику, какой часто подвергаются доходящие до семейных кружков служебные распоряжения, какие подобной критике во всяком случае не подлежат. Важные вопросы об офицерских браках (Ф. Волошинов). Вопрос первый. Кто полезнее для службы и кто серьезнее относится к ней, холостые или женатые офицеры? Из всего, что писалось по этому поводу до сих пор, надо придти к убеждению, что женатые являются более ревностными и более серьезными служаками, чем холостые. Да оно и понятно: женатые более дорожат службою, так как всякие перемены деятельности для него менее удобны, чем для холостого, и, признав раз службу источником средств к существованию и себя и своей семьи, женатый, конечно, не может не дорожить службой более, чем холостой. Мое мнение, что женатый офицер желателен в части и что именно на женатых возможно возлагать более серьезные обязанности. Затем, женатые вообще вносят дух порядка и порядочности отношений в полковую семью и зачастую влияют благотворно на молодежь. Весь вопрос в том, чтобы женатый мог существовать на службе. Думаю, что прибавка жалованья и выполнение некоторых мер, ниже указанных в моей статье является достаточным обеспечением для женатых. Вопрос второй. Замечалась ли в военное время разница в храбрости холостых и женатых офицеров? До сих пор мне лично никогда не приходилось слышать, чтобы в наших войсках женатые офицеры выказывали в военное время меньше храбрости, чем холостые. Напротив того, мне известны факты, что многие женатые, имевшие по разным причинам полное право не идти на войну, шли туда именно для того, чтобы их дети никогда не имели случая впоследствии покраснеть за них; это же самое обстоятельство, помимо прочих, заставляло их и в бою быть настолько же храбрыми, как и другие. Разве черногорцы, у которых семейные начала стоят так высоко, плохие воины. Разве наши линейные казаки не умели быть лихими воинами и разве самое желание обеспечить безопасность их семьям не делало их еще храбрее? Думая, что раз навсегда должно считать, что в военное время нет и не может быть разницы между холостыми и женатыми, а если и найдется в виде исключения какая-нибудь разница, то скорее в пользу женатых. При условии современного боя, нужна особая уравновешенность и выдержка, чтобы умно, толково и систематически добраться до неприятеля. Лихость и удаль хороши в рукопашном бою, но для выдержанного наступления одних этих качеств мало и, если мы допустим, что женатый обладает большею выдержкой, чем холостой, то и в бою в некоторых случаях преимущества будут на стороне первого. Вопрос третий. Нужно ли стеснять браки офицеров или же только нужно регулировать их и напротив того поощрять, принимая во внимание условия нравственности, гигиены и условия правильного увеличения населения государства сильными и здоровыми гражданами? Всякий, близко знающий молодого офицера, отлично знает, какой процент молодежи погибает от невоздержанной холостой жизни. Молодой офицер мало бережет себя потому, что не рассчитывает скоро стать отцом семейства, т.е. гражданином в полном и высоком смысле. Брак, обставленный различными стеснениями, представляется ему чем-то недосягаемым и как бы заранее обрекши себя на безбрачие, он ведет зачастую жизнь мало воздержанную и нередко быстро погибает, становясь негодным не только для военной, но и для всякой другой службы. Не спорю, что молодежь зачастую склонна к неподходящим бракам, но это именно потому, что, обрекши себя по необходимости на безбрачие, она ищет себе развлечений не там, где нужно, а затем, случайно увлекшись или будучи умышленно увлечен и запутан, молодой офицер уже силою обстоятельств вынужден хлопотать о разрешении вступить в брак, зачастую далеко не соответственным его званию. Совершенно другое будет, если офицер сам будет смотреть на себя, как на правоспособного быть женихом и если также будут смотреть на него и в обществе. Во всяком случае, однако, вопрос о браке должен быть урегулирован. Вопрос четвертый. Какие меры могут быть проектированы для правильной постановки вопроса о браках? Намечу пока некоторые из них: А) Безусловное воспрещение жениться ранее 22-х лет. Б) Воспрещение жениться без известного материального обеспечения до получения роты или эскадрона, а иногда и после этого. В) Представление известного имущественного обеспечения в роде реверса, как это делается и теперь, но совершенно не в том виде. Прежде всего, мне кажется, что решение вопроса об обеспечении должно быть предоставлено начальнику части, который в каждом данном случае обязан обсудить его с членами суда общества офицеров, а затем уже решить, какое обеспечение и в каком именно виде должно быть предоставлено. Положим, например, что вполне хороший, солидный офицер, не имеющий долгов, может сравнительно скоро получить роту и желает жениться на солидной, хорошо воспитанной, не болезненной девушке из хорошей семьи, о которой известно, что она не только не вовлечет мужа в долги, а, напротив того, сумеет сократить его расходы, внеся известный порядок в хозяйство. Ясно, что в таком случае нет основания требовать реверса в 5.000 рублей, а может быть возможно ограничиться реверсом всего в 3.000 рублей. Реверс этот должен быть положен наличными деньгами в денежный ящик и из этого реверса, по постановлению суда общества офицеров и с разрешения начальника части, можно будет, в случае крайней необходимости, выдавать офицеру пособия, причем реверс будет оставаться в ящике до тех пор, пока это признает нужным начальник части и, во всяком случае, как это указано ниже, не менее десяти лет. При обратных условиях начальник части может быть найдет нужным потребовать реверс и не в 5.000 рублей, а гораздо больше. Затем, следовало бы установить, что с момента вступления в брак офицер обязательно должен застраховать жизнь в сумме, положим, 10.000 рублей, причем вносимый реверс должен обязательно обеспечивать десятилетний взнос страховой премии. Если смотреть на реверс с такой точки зрения, то ясно, что он должен, прежде всего, состоять из суммы десятилетних взносов в страховое общество, а затем из той суммы, которую будет признано необходимым в данном случае потребовать для обеспечения различных случайностей. Во избежание излишней требовательности можно установить, что реверс не должен превышать, например, тройной суммы взносов за десять лет в страховое общество. При этом само собою устанавливается весьма разумное правило, что тот, кого страховое общество не принимает на страх, не может и жениться. Г) Таким же порядком, как вопрос о реверсе, должен обсуждаться и вопрос о благопристойности брака, причем за начальником части должно оставаться безусловное право на окончательное решение вопроса о том, предоставлять ли и в каком именно виде прошение офицера начальнику дивизии или же нет, и затем окончательное разрешение должно уже даваться начальником дивизии на основании вполне секретного представления начальника части. Никаких предвзятых идей о поощрении безбрачия офицеров быть не должно. Мне, кажется, и этих мер уже достаточно, чтобы урегулировать вопрос о браках. Теперь возникает вопрос, как удержать женатого офицера в строю и какие ему дать для этого преимущества. Сразу ответить на этот вопрос трудно, но думаю, что некоторые указанные ниже меры могли бы принести в этом деле существенную пользу. А) Без ущерба для службы можно разрешить женатому иметь при себе в качестве казенной прислуги двух нижних чинов вместо одного, но при этом необходимо, чтобы один из них чаще менялся, что и возложить на ответственность командира роты и эскадрона. Б) Устроить так, чтобы дети офицеров, состоящих в строю, обязательно воспитывались на казенный счет, причем, если мальчики по своим физическим недостаткам не могут быть приняты в корпус, то они должны быть помещены в какое-либо профессиональное училище, соответствующее их способностям и подготовке, начиная хотя бы просто с ремесленного училища. Во избежание чересчур больших расходов казны можно бы допустить даже, чтобы за воспитание детей взималась некоторая незначительная плата, но, во всяком случае, со служащих в строю меньшая, чем с вышедших со строя. Вообще же, безусловно, необходимо, чтобы каждый, служащий в строю, знал, что воспитание его детей обеспечено и что отказа в приеме детей, хотя куда-нибудь ему не будет. В) Можно установить, что вдовы офицеров, умерших во время службы в строю, имеют преимущественное право на получение каких-либо мест, например, по ведомству учреждений Императрицы Марии и т.п. Нам нужна армия сильная, бодрая духом, бодрая нравственно, уважаемая народом, находящаяся в лице всех ее членов (не только нижних чинов) в тесном общении со всеми классами народонаселения, так как сила России в духе ее народа. О нравственной стороне офицерского брака (Д. Кашкаров). Нельзя ставить офицера в условия жизни, не свойственные нашему национальному характеру. Русский народ, как о том свидетельствует его история, силен не воинственностью, а истинно военным духом, которого заботы о семье поколебать не могут. Первый голос в определении степени благопристойности офицерского брака, казалось бы, должен принадлежать суду общества офицеров части (суду чести). Желательно, чтобы соображения материального характера не преобладали над нравственными. Доступ в офицерскую семью лиц из среды чуждой, не военной, отличающейся материализмом взглядов, по возможности, должен быть ограничен. Дворянские семьи, богатые высокими традициями, наиболее желательны. Конечно, личная нравственность и развитие должны иметь первенствующее значение. Представление окончательного, последнего слова при разрешении браков корпусному командиру является вполне основательным: этот начальник по своему высокому положению свободен от всяких частных, посторонних, влияний. Он может смотреть на дело вполне объективно. Литература: Браки офицеров // Разведчик. - 1898. - NN407, 409, 410, 411, 415, 416, 420, 426; Брачные вопросы. // Разведчик. - 1901. - N553; Калугин Л. О браках русских офицеров // Военный сборник. - 1862. - N5; Марков В. О значении офицерской семьи и о воспитании будущих офицеров // Военный сборник. - 1898. - N9. (ВЭ, т. 5; Червинка Я. В. Военная карьера у нас и за границею (Профессиональные беседы в современном духе). - Варшава, 1912; Волошинов Ф. О форме одежды и о браках офицеров // Военный сборник. - 1898. - N11. - С. 196 - 201; Кашкаров Д. Военно-административные заметки (по поводу сокращения переписки, браков офицеров и формы одежды) // Военный сборник; А.И. Каменев).

37

БРАК ХРИСТИАНСКИЙ.

Свойства христианского брака. 1. Как богоустановленное таинство, христианский брак и по своим свойствам и по тем обязанностям, какие возлагаются на супругов, отличаются чистотою и совершенством, духовностью и святостью. 2. Отличительными свойствами христианского брака служат: его единство и нерасторжимость: а) христианский брак, как единство двух полов, прежде всего, должен быть союзом одного мужа с одною женою; коль скоро муж и жена составили одну плоть, то нет уже нужды им разделять свою любовь между кем-нибудь еще третьим, четвертым; б) другое свойство христианского брака - его нерасторжимость, по которому брачный союз между мужем и женой заключается не на короткое время, но на всю жизнь; по учению Иисуса Христа, одна только и есть уважительная причина развода - прелюбодеяние мужа или жены (Матф. 5, 32; 19,9); но и в этом случае развод не заповедуется, не вменяется в обязанность, а только дозволяется; развод вообще есть отступление от понятий брака, от общего закона, и потому самому он есть зло; но это зло допускается по необходимости, во избежание большего зла; развод допускается исключительно в уважение к попранным правам лица потерпевшего, ради восстановления нарушенной справедливости; в) как союз тесный, единый и нерасторжимый - христианский брак налагает на мужа и жену и обязанность самой искренней христианской любви. Христианские супруги, уважая в себе общечеловеческие достоинства, - а особенно искупление наше, без различия полов, Господом Иисусом Христом и сыновство наше Богу, - должны взаимно и в одинаковой мере уважать и любить друг друга; а с другой стороны, сообразно своим природным свойствам и отличию от жены, муж должен защищать, руководить и управлять женою, как немощнейшим сосудом, существом слабейшим его. Но это господство и главенство мужа над женой - вовсе не тот деспотизм и насилие, какие иногда терпит жена от мужа, особенно среди простого народа; христианский муж должен быть такою же главою своей жены, какою Главою служит Иисус Христос по отношению к Своей церкви. Всякие нужды и потребности жены - физические и нравственные - он благоразумно старается удовлетворить. Все даже малейшие недостатки жены служат для него предметом беспокойства, самых сильных забот и самопожертвований. Жена, естественно, и внутренне соединена с мужем; она есть его собственное тело. Отсюда, не любить жену - значит не любить самого себя. Сообразно с этим, и обязанности, предписываемые жене, не заключают в себе ничего противного ее интересам и достоинству. Она должна любить своего мужа так же, как церковь любит Господа. Церковь же свято и богобоязненно исполняет Его волю: так поступать должна и христианская жена по отношению к своему мужу. Она должна повиноваться ему, как Господу Богу (Ефес. 6,6-7). Муж является для нее как бы представителем Иисуса Христа, и поэтому не может предлагать ей каких-нибудь незаконных требований. Жена же, почитая высокое достоинство мужа, относится к его требованиям с совершенною доверчивостью, покорностью и уважением. Она боится мужа (Еф.5, 33) в том смысле, что признает его высокие достоинства, как представителя Господа, и высоко ценит его любовь. Тертуллиан так изображает брачное сожительство христианских супругов. "Как описать счастье брака, - говорит он, -определяемого церковью, освещаемого ее молитвами, написываемого ангелами на небесах, благословляемого Богом Отцом! Известно, что чада Божии не вступают в брак без согласия Отца своего. Как же приятны должны быть узы, соединяющие два сердца в единой надежде, в единой вере, в едином законе! Они - как дети родного Отца, как рабы одного Господа: нет между ними никакого раздора или разделения ни в душе, ни в теле. Они два в единой плоти: где плоть едина, там и душа едина". (К жене, ч.2, гл.9). 3. Таким образом, братия, в христианском браке нет тех грубых и суровых отношений мужа к жене, какие часто ставятся в вину христианству, неправильно понимая христианское главенство мужа над женой; нет и той неограниченной свободы жены, за которую так ратуют многие современные женщины. В христианском браке дано каждому свое, без ограничения и умаления естественных прав мужа и жены. Источники духовных противоречий в семье. Главное заблуждение относительно семейной жизни ныне состоит в том, что все ищут и ждут от семейной жизни счастья как чего-то готового, что непременно они должны найти без трудов и усилий. Но такого готового счастья ни в каком роде и нигде нет на нашей земле: все здесь трудом добывается. Богатство требует труда для накопления и сохранения от растраты и расхищения; самые прочные и великолепные здания - поддержки и исправления от ветхости и повреждений; человеческое общество - охраны от внутренних и внешних врагов; родство и дружба - от недоразумений и столкновений. Очевидно, что и семейная жизнь и счастье не могут в этом отношении составлять исключения - и их надобно возделывать и охранять. Ныне два условия признаются прочным обеспечением семейного счастья: счастливый выбор жениха и невесты и предварительно установившаяся крепкая взаимная склонность, обещающая нерасторжимый союз в будущем. Никто не отрицает великой важности этих условий, но никто из людей, знакомых с опытом, не решится сказать, что счастливым выбором и взаимною склонностью все будущее счастье супругов обеспечено. Это рай, который надобно еще возделывать и хранить. Прежде всего, под это доброе начинание нужно подвести основание, на котором зиждется истинное, то есть разумное, сознательное, духовное счастье человека. Все увлечения нашего сердца проходят вместе с переменами, неизбежно происходящими в предметах, к которым они направлены, и в нас самих. Красота телесная вянет, к богатству привыкают, вкус к удовольствиям по времени притупляется - не изменяются и не ослабевают только связи, составляемые на общем направлении супругов к разумным целям, на постоянной потребности друг в другу как в необходимой силе, содействующей достижению этих целей, на взаимном уважении друг к другу как к силе действительной и надежной и на взаимном утешении от сознания достигаемого успеха. Только при согласии супругов во взглядах на эти главнейшие их обязанности и при дружном их исполнении получают настоящее значение и красота, и образованность, и достаток, и взаимная любовь, как средства для достижения целей или как утешения в трудах. Без этого единства убеждений является у супругов разлагающая разность во вкусах и взглядах, направление склонностей в разные стороны, а главное - бессодержательность и пустота семейной жизни, которой нельзя наполнить никакими чувственными удовольствиями. Если эта пустота и отсутствие высших целей и благородных трудов, предлежащих супругам, обнимет обе половины, то семейное счастье сгибло, и дом становится жилищем праздности, ссор и пороков как в родителях, так и в детях; если же эта неспособность к труду семейной жизни является в одной половине, то вторая половина становится бременем для другой, и ее участь - иногда затаенное, но всегда неизбежное охлаждение и даже пренебрежение от другой стороны как к мертвой силе, задерживающей общее дело и вредящей ему. Таково чувство, сопровождающее печальный взгляд разумного мужа на жену, бросающую без призора детей для светских удовольствий; таковы мысли жены о муже праздном и ленивом или разоряющем дом расточительностью и другими пороками. Когда равно пусты и рассеянны и муж и жена, то их неизбежно постигает и другая заслуженная кара - потеря уважения и любви со стороны детей их. Воображая, что счастливым выбором партии обеспечивается навсегда семейное счастье и что оно упрочивается первою склонностью, многие супруги ныне опускают из виду и то, что в первое время супружества они еще не знают ни друг друга как должно, ни даже самих себя в новом своем положении. Только стоя близко друг к другу, как стоят супруги, и только по времени они могут изучить образ мыслей, вкусы, склонности, привычки друг друга, причем, к удивлению многих, в избранниках сердца вместе с достоинствами, привлекшими любовь, открываются и значительные недостатки. Обнаружение недостатков, неожиданные мысли, желания и требования поражают иногда обоих супругов как нечто необычайное, для счастья опасное и доказывающее ошибку, сделанную в выборе. При дальнейшем обнаружении недостатков эта мысль подтверждается, и умножающиеся столкновения, споры и размолвки при недостатке наблюдения за собою и снисходительности друг к другу принимаются за доказательство, что счастье улетает, что брак не удался, что вместе жить невозможно, что нужно разойтись. Между тем, как правила христианской жизни требовали от обоих супругов при благодарности к Богу за найденные друг в друге достоинства, быть настороже и ждать обнаружения недостатков как неизбежной принадлежности каждого человека; изучить их, отнестись к ним со всей снисходительностью, какой требует взаимная любовь, и приниматься с кротостью и терпением за исправление друг друга. Ныне в супругах, знакомых с современными ложными взглядами на взаимные отношения людей между собою, все направленно против этого основного правила семейной жизни: и признание за каждым безусловной свободы иметь во всем и отстаивать свои взгляды и убеждения, каковы бы они ни были; и самолюбие, не дозволяющее смириться пред другим хотя бы для собственного блага; и, наконец, ложные понятия о душе человеческой, по которым все внутренние качества признаются неизбежным проявлением организма и физических отправлений, а обнаруживающиеся в человеке важные недостатки приписываются среде, в которой он воспитан, а не ему самому, так что его можно только лечить, а не исправлять и в случае неудачи в лечении остается только бросить. Прибавьте к этому, что такой суд произносится новыми людьми только о других, а сознание собственных недостатков не допускается, как малодушная измена собственным убеждениям и складу своей природы, к которому другие должны приспосабливаться и относиться с уважением. И вот супруги бегут друг от друга. Почему? Сначала они так любили друг друга, так верили в прочность и неизменность любви! Потому что не имели смирения, чтобы сознаваться в своих недостатках, лишающих другого счастья и спокойствия, и по любви к нему не хотели поработать над собою и исправиться; потому что не имели уменья посоветовать и спутнику жизни наблюдать за собою и постепенно исправляться - и терпенья подождать исправления с летами; наконец, потому, что забыли или вовсе не знали различия между недостатками, исправляемыми и неисправляемыми, и не умели примириться с последними и уживаться с ними, как приходится в подобных случаях уживаться с чужими людьми. Но к мужу и жене новые люди требовательнее, чем к чужим: чужие могут иметь неисправляемые недостатки, нам до них дела нет - а свой человек, которого мы любим, которому клялись в вечной верности, обязан их не иметь; он должен быть совершенство; он обязан дать нам полнейшее счастье; и если этого мы не находим, то вправе оставить его и искать счастья с другим, в котором нет этих недостатков, хотя, конечно, найдутся другие. Но труд перенесения в супругах недостатков друг друга есть право на благодарность со стороны, имеющей недостатки, к другой, терпящей их. Это укрепляет любовь, так как имеющий недостаток старается утешить снисходительного друга другими, лучшими свойствами своей души. Внимание к слабости и недостатку такого близкого человека, как муж или жена, возбуждает жалость к нему и утверждает в терпении, которое само по себе есть добродетель; в этой добродетели человек, имеющий христианские убеждения, и для собственного усовершенствования обязан упражняться с ревностью и постоянством. Он не может бросить того, с кем сжился сначала первою, живою и ясною любовью, потом любовью, по слову Апостола, милосердствующей, потом любовью долготерпящей, наконец, любовью верующей в плоды терпения и в возможность исправления человека, которое иногда бывает и сверх ожидания, при особой помощи благодати Божьей (1 Кор. 13, 4-8). По этим воззрениям истинно, честно любящие друг друга супруги не могут бросить друг друга за недостатки (если они не обращаются в преступления), иначе для них потеряется главная цель супружеской жизни - любить друг друга не с увлечением для одних наслаждений, а с самоотвержением для общего блага, временного и вечного. В этом случае полезно вспоминать наставления святого Иоанна Златоуста: "В супружестве надо всем жертвовать и все терпеть для сохранения взаимной любви; если она утрачена - все пропало". А любовь, и радующаяся о любимом. и скорбящая, и терпящая, - все любовь, то есть единственно прочное чувство, услаждающее нашу земную жизнь; и подвижники любви знают, что любовь жертвующая доставляет духу несравненно высшее утешение, чем наслаждающаяся. Это любовь христианская, о которой сказано: мы сильные, должны сносить немощи бессильных и не себе угождать. Каждый из нас должен угождать ближнему во благо, к назиданию. Ибо и Христос не Себе угождал (Рим. 15,1-3). Эта именно любовь и заповедана христианам как высшая добродетель, созидающая благо человечества. Если она иссякает у нас в супружествах, где ее жертвы сопровождаются и многими утешениями, то можем ли мы надеяться сохранить ее в общественной жизни нашей? Упадая в семействах, она и в обществе заменяется отношениями своекорыстными, себялюбивыми, а затем и пороками, разрушающими порядок общественной жизни. Немало вредят в наше время семейному счастью разные обычаи и предрассудки, не согласные с христианскими понятиями о супружеской жизни. Сюда мы относим позднюю женитьбу у мужчин, особенности воспитания женщин, и крайнюю свободу супругов в отношениях к чужим лицам другого пола. Продолжительная холостая жизнь развивает в мужчинах не только крайнюю разборчивость в выборе себе жены, по их избалованному, а иногда и испорченному вкусу и по излишним требованиям, но и разные эгоистические привычки, не соответствующие основному закону семейной жизни, по которому супруги обязаны заботиться больше об угождении друг другу, чем личным склонностям. Муж, привыкший до брака проводить свободное время в веселых собраниях, делать издержки из своего состояния только для себя, располагать время по-своему, с трудом мирится с строем жизни семейной, где он обязан больше тратить для жены и детей, чем для себя самого, посвящать им свое свободное время и заботиться больше о благоустройстве своего дома, чем о своих личных удовольствиях. Все это для избалованного свободного человека становится стеснительным; он рвется из дому вон и тем дает семье испытывать оскорбительное чувство, что она для него бремя, и переносить одиночество и как бы сиротство при живом муже и отце. Но едва ли не самый опасный враг семейного счастья - это крайняя свобода, позволяемая ныне в отношениях супругов к сторонним лицам другого пола. Стеснять жену или мужа в этом отношении почитается ныне и неблагородным, и не соответствующим истинным понятиям об уважении к человеческой личности, и признаком грубой ревности, и обидным недостатком взаимного доверия и прочее, и прочее. Но между всеми этими правами на свободу мужа и жены от взаимного надзора недостает самого законного - и не только права, но и обязанности мужа и жены заботиться о нравственной безопасности друг друга. Христианское учение о человеческой слабости и о силе соблазна не теряет своего значения при всех здравых понятиях об уважении и доверии друг к другу. При нынешних героях и героинях, почитающих для себя честью победы известного рода и искусство соблазнять супругов и расторгать наилучшие супружеские отношения; при современном учении о свободе чувства; при разнообразных раздражающих чувствительность общественных удовольствиях - со стороны супругов оставлять друг друга на произвол случая, без молчаливого, кроткого и любовного попечения и взаимного охранения от соблазнов, и несправедливо, и жестоко. Точно так же неблагоразумно и допускать в свой дом в слишком близкие отношения к семье друзей под предлогом свободного и полнейшего доверия мужа к жене - и обратно. У многих таких простодушных супругов была выкрадываема этими мнимыми друзьями супружеская любовь, а все мы беспрестанно видим расторжение некогда счастливых браков, подготовленных этими дружескими отношениями. А что касается до нас, то много раз видели горькие слезы и отчаяние обкраденных в этом отношении мужей и жен - честных и благородных, но неразборчиво доверчивых". Полезные советы на каждый день. Благоразумная супруга! Если желаешь, чтобы муж твой свободное время проводил подле тебя, то постарайся, чтобы он ни в каком ином месте не находил столько приятности, удовольствия, скромности и нежности. (Пифагор). Жена, домогающаяся власти, становится тираном своего мужа, а господин, сделавшись рабом, бывает смешным и жалким созданием. (Ж.-Ж. Руссо). Женщина, смеющаяся над своим мужем, не может более его любить. (О. Бальзак). Кто взял богатую жену, тот взял себе более госпожу, нежели жену. Если жены и без того бывают исполнены гордости и склонны к честолюбию, то когда и то будет им прибавлено, как они могут быть сносными для супругов? А кто взял жену, равную по состоянию, или беднейшую, тот взял себе помощницу и сотрудницу и внес в дом все блага; потому что нужда бедности располагает ее беречь своего мужа и во всем слушаться его и повиноваться ему, и устраняет всякий повод к несогласию, вражде, гордости и оскорблению, а напротив делается союзником мира, единодушия, любви и согласия. (И. Златоуст). Мужчину унижает долгая осада; женщину, наоборот, она покрывает славой. (Стендаль). Чем больше милостей женщина дарит мужчине, тем сильнее она его любит и тем меньше любит он ее. (Лабрюйер). Не чувствовать страданий не свойственно человеку, а не уметь переносить их не подобает мужчине. (Сенека). Золото пробуют огнем, женщину - золотом, а мужчину - женщиной. (Сенека). Для мужчины нет ничего более обидного, чем обозвать его глупцом, для женщины - сказать, что она безобразна. (И.Кант). Мужчина соблюдает чужую тайну вернее, чем свою собственную, а женщина лучше хранит свою, нежели чужую. (Лабрюйер). Мужчина говорит то, что знает, женщина - что нравится; первый, чтобы говорить, нуждается в знаниях, вторая - во вкусе; первый должен иметь в виду полезные вещи, вторая - приятные. (Ж.-Ж. Руссо). Мужчина лучше философствует о сердце человеческом, женщина лучше его читает в сердце мужчин. (Ж.-Ж. Руссо). Слезы женские трогают у мужчин они бывают настоящим растопленным свинцом; потому что для женщины слезы бывают облегчением, для нас же пыткою. (Байрон). Должно приучать себя в добродетельным делам и поступкам, а не к речам о добродетели (Демокрит). Не совершай того, чего не следует делать - даже под угрозой смерти; не откладывай того, чего следует делать, - вот извечная заповедь. (Мудрость древней Индии). Побеждай гнев мягкостью, зло - добром. жадность - щедростью, ложь - правдою. (Мудрость древней Индии). Говори приятное, но не льсти; будь героем, но без хвастовства; будь щедрым, но не к недостойным; будь смелым, но без дерзости. (Мудрость древней Индии). Один лишь раз приказывает царь, один лишь раз высказывает свое суждение достойный, один лишь раз отдают замуж девушку - три эти дела делают лишь раз. (Мудрость древней Индии). Не будь ни слишком близко, ни слишком далеко от царей, старших и женщин: окажешься слишком близко - они погубят тебя; окажешься слишком далеко - они будут бесполезны для тебя. (Мудрость древней Индии). Побеждай жадного деньгами, гордого - мольбой, глупого - притворством, мудрого - правдивостью. (Мудрость древней Индии). Жестокость - даже к злым - ведет в ад. Что же говорить о жестокости к добрым? (Мудрость древней Индии). Тот, кто правильно указывает на мои ошибки, - мой учитель; тот, кто правильно отмечает мои верные поступки, - мой друг; кто мне льстит, - мой враг. (Сюнь-цзы). Мудрых и способных людей надо выдвигать а должности независимо от их положения; ленивых и неспособных людей нужно немедленно отстранять от должности; главных злодеев нужно казнить, не дожидаясь их перевоспитания; обычных, средних людей нужно воспитывать, не дожидаясь, когда к ним придется применять меры наказания. (Сюнь-цзы). Каждый человек должен преимущественно браться за то, что для него возможно и что для него пристойно. (Аристотель). Мышление - великое достоинство, и мудрость в том, чтобы говорить истинное и чтобы, прислушиваясь к природе, поступать с ней сообразно. (Гераклит Эфесский). Когда хочешь посоветоваться с кем-нибудь о своем деле, обрати, прежде всего, внимание на то, как он устраивает свои собственные дела. (Исократ). Дальше всех уйдет тот, кто не уступает равному себе, сохраняет достоинство в отношениях с сильнейшими и умеет сдерживать себя по отношению к беззащитным. (Фукидид). Не делай того, что осуждает твоя совесть, и не говори того, что не согласуется с правдой. Соблюдай самое важное, и ты выполнишь всю задачу своей жизни. (Марк Аврелий). Пусть дела твои будут такими, какими ты хотел бы их вспомнить на склоне жизни. (Марк Аврелий). Не уклоняйся от дела, но и не суетись через меру. (Гораций). Не наказывай грозным бичом того, кто заслуживает лишь плетки. (Гораций). Тот, кто оказывает услугу негодяю, совершает двойную ошибку: во-первых, помогает тому, кто помощи не заслуживает, а во-вторых, подвергает опасности самого себя. (Федр). Большинство людей употребляет лучшую пору своей жизни на то, чтобы сделать худшую ее более печальной. (Лабрюйер). Тот, кто хлопочет за других, всегда исполнен уверенности в себе, как человек, который добивается справедливости; выпрашивая или домогаясь чего-нибудь для себя, он смущается и стыдится, как человек, который клянчит милости. (Лабрюйер). Когда судишь других, ищи в их вине отсутствие вины. Тогда в людях будет согласие. Когда судишь себя, ищи вину там, где не вины не видно. Тогда твои добродетели еще более упрочатся. (Хун Цзычен). Литература: Архиепископ Амвросий (Ключарев).О семейном счастии и христианском воспитании: духовные поучения. М., 1997; Вейнингер О. Пол и характер. - М., 1909; Ветринский И. Я. Русские письма о счастливой жизни по ее возрастам. - СП б., 1848; Дьяченко Г. Вера. Надежда. Любовь. Катехизисные поучения. - М., 1993; Кэй Э. Женщина: жизненные потребности, индивидуальность, эволюция души. - М., 1907; Мниховский А. Женственность. - Киев, 1885; Мужчина и женщина, врозь и вместе в различные эпохи жизни. - СП б., 1859; О женщинах (за и против). Афоризмы, изречения, парадоксы, сентенции известных писателей и философов. - СП б., 1909; Стеллецкий И.Н. Психологическая защита женщины. - Екатеринослав,1906; Фуллье А. Психология мужчины и женщины и ее физиологические основания. - Одесса, 1894. (А.И. Каменев).

"Стрелецкий бунт", (1862)

Художник Николай Дмитриевич Дмитриев-Оренбургский.

38

БУНТ В ВОЙСКАХ.

I. Вегеций о причинах солдатского бунта и принимаемых мерах к его устранению. (Сокр). Иногда войско, собранное из разных мест, поднимает мятеж и, не желая сражаться, делает вид, что оно полно негодования, почему его не ведут на войну. По большей части это делают те, которые на своих стоянках жили долго в покое и роскоши. Непривычные к суровому образу жизни, ненавидя труд, который им неизбежно придется переносить в походе, кроме того, боясь сражений, так как уже раньше они уклонялись от военных упражнений, они теперь прибегают к такой дерзости. Обычно подобную рану лечат многочисленными средствами. Пока они живут отдельно и каждый находится в своем помещении, надо, чтобы трибуны или их заместители, а также их непосредственные начальники заставляли их с самой непреклонной суровостью заниматься всяким обучением и требовали от них исключительной выдержки и послушания. Они должны постоянно делать военные упражнения на поле - "капмикурсионы" (бега на поле), как они их сами называют, [у них постоянно проверяют, в порядке ли оружие]; они не должны иметь никаких отпусков, обязаны непрерывно наблюдать за приказами и сигналами, стрелять из лука, бросать копья, кидать камни из пращи или рукою, делать движения при полном вооружении, при помощи коротких палок вместо мечей учиться колоть и рубить; в этих занятиях их должно задерживать большую часть дня до пота. В той же степени их нужно заставлять учиться бегать и прыгать, чтобы уметь преодолевать рвы. Если есть по соседству с их стоянкой море или река, то в летнее время нужно заставлять всех плавать, кроме того, рубить леса, прокладывать пути по зарослям и отвесным скалам, обтесывать деревья, рыть рвы, уметь занимать то или другое место и, выставив щиты, не дать товарищам столкнуть их с позиции. Когда воины - будь то легионеры или вспомогательные отряды или всадники - пройдут такие упражнения и такую выучку на местах своего жительства, они впоследствии, когда соберутся для похода из различных отделений, конечно, из чувства соревнования скорее будут желать сражения, чем покоя: никто не помышляет о мятеже, кто носит у себя в груди уверенность в своем искусстве и силах. С другой стороны, и военачальник должен действовать осторожно: при содействии своих трибунов, их заместителей и низшего командного состава он должен узнать, кто в легионах, во вспомогательных отрядах или конных батальонах является беспокойным и мятежным элементом; это он должен разузнать по всей справедливости, а не доверять завистливым нашептываниям наушников. Этих лиц он должен со всей предусмотрительностью выделить из лагеря и послать на выполнение какого-либо дела, которое для них самих могло бы показаться желательным, например, для укрепления и охраны крепостей и городов; и сделать это он должен так тонко, чтобы те, которые высылаются, думали, что они почтены особым избранием. Никогда вся масса по единодушному решению не нарушает порядка, но она подстрекается немногими, которые надеются на безнаказанность за свои пороки и преступления в случае, если их вину разделят многие. Если же крайняя необходимость советует применить лечение железом, то наиболее правильным будет, по обычаю предков, наказать зачинщиков, чтобы страх поразил всех, а наказание - немногих. Но более заслуживают похвалы те вожди, войско которых приведено к послушанию трудом и привычкой к упражнению, чем те, чьих воинов ужас казней заставил оказать повиновение. (Вегеций. Краткое изложение военного дела). II. Пример возникновения солдатского бунта в восках Александра Македонского. Меры, предпринятые им по пресечению волнения среди воинов. (Курций Руф). [Поводом для бунта солдат послужило решение Александра оставить в Азии небольшой контингент солдат, чтобы посредством гарнизонов обеспечивать там владычество Македонии. Когда стало известно, что ветеранов отпустят домой, а другие останутся в Азии, возникло волнение. "Солдаты, рассчитывавшие, что царь постоянное место своего пребывания выберет в Азии, были недовольны и, забыв о всякой дисциплине, проводили по всему лагерю мятежные беседы и одновременно со все большей дерзостью разом стали требовать у царя отпуска со службы, показывая на свои седые головы и на лица, обезображенные рубцами от ран"]. [Из главы 2]. <...> 13. Их не сдерживали ни порицания военачальников, ни уважение к царю; своим мятежным шумом они не давали ему даже говорить, а сами с солдатской грубостью открыто заявляли, что никуда оттуда больше не пойдут, кроме как на родину. 14. Наконец, водворив тишину, скорее потому, что видели волнение царя, нежели потому, что сами могли быть чем-нибудь тронуты, они стали ждать, что он скажет. 15. Тогда царь сказал: "Что означает ваше внезапное упорство и дерзкая распущенность? Я боюсь даже вымолвить: вы явно нарушили мой приказ и сделали меня из царя просителем, не оставив за мной права ни говорить с вами, ни наблюдать, ни убеждать вас, ни управлять вами. 16. Я принял решение одних из вас отпустить на родину сейчас, чтобы с другими вернуться несколько позже, а теперь вижу, что шумят не только те, которым предстоит уйти теперь, но и те, с которыми я решил следовать за ушедшими вперед. 17. Так в чем же дело? Находясь в разных условиях, вы поднимаете общий крик. Я очень хотел бы узнать, кто из вас жалуется на меня: кто уходит или кто остается?" 18. Здесь вся сходка единодушно ответила, что все жалуются, так что можно было подумать, что это ответ из одних уст. 19. Тогда царь продолжал: "Клянусь богами, я не могу поверить, чтобы у всех была та же причина недовольства, на которую вы указываете, ведь она не распространяется на большинство войска, поскольку я отпускаю больше солдат, чем оставляю при себе. 20. Существует, несомненно, более веская причина, отвращающая всех от меня. Когда же это все войско отступалось от своего царя? Даже рабы не покидают своего господина всей массой, всегда находятся такие, которым совесть не позволяет покидать оставленного прочими. 21. Но я, точно забыв о вашем чудовищном непослушании, стараюсь найти средство от неизлечимого зла. Я отказываюсь от всех своих надежд, которые возлагал на вас, и решил обращаться с вами не как со своими воинами - вы перестали быть таковыми, - но как с неблагодарными, забывшими о своем долге. 22. Вы предались безумству в благоприятных условиях, созданных для вас, забыв о том состоянии, из которого вас вывела мой милость; но, клянусь богами, вы заслуживаете, чтобы вам в нем и состариться, так как лучше справляетесь с бедственным положением, чем с благополучием. 23. Что же это, наконец? Вчерашние данники иллирийцев и персов, вы брезгуете Азией и добычей со стольких народов? Вам, недавно ходившим полуголыми при Филиппе, будничными кажутся плащи, расшитые пурпуром? Глаза ваши не выносят золота и серебра? Вы соскучились по деревянным сосудам, по плетеным щитам, ржавым мечам? 24. Я принял вас на службу именно с таким оружием, да и с долгами на 500 талантов, в то время как все царское имущество, основа всех моих дел, составляло не более 60 талантов. Однако, опираясь на него, - не взыщите - я создал свою империю, охватывающую большую часть мира. 25. Или вам надоела Азия, которая славой ваших подвигов сравняла вас с богами? Вы торопитесь вернуться в Европу, бросить своего царя, в то время как у большинства из вас не хватило бы денег на дорогу, если бы я не уплатил ваших долгов именно из азиатской добычи. 26. И не стыдно вам будет вернуться к женам и детям, натянув на свое ненасытное брюхо доспехи побежденных народов, да и лишь немногие из вас смогут показать дома награды за свои победы; а у остальных залогом осуществления их надежд служит их же оружие. 27. Нечего сказать, хороших я лишусь солдат, которые стремятся к своим сожительницам и у который от всех богатств осталось лишь столько, чтобы оплатить это удовольствие, поэтому перед бегущими от меня будут открыть все границы; удалитесь скорее отсюда; я с персами буду охранять ваш тыл. Я никого не держу, уйдите с глаз моих, о неблагодарнейшие граждане! 28. Радостно примут вас ваши родители и дети, вернувшихся без своего царя! Может, выйдут навстречу дезертирам и перебежчикам? 29. Клянусь богами, я буду торжествовать по поводу вашего бегства и, где бы я ни оказался, я вознагражу себя, оказывая уважение и предпочтение перед вами тем, с кем вы меня оставляете. Вот тогда вы и узнаете, много ли силы у войска без царя и сколько силы в одном мне". 30. Затем он, негодуя, сошел с трибуны, смешался с толпой вооруженных и, подметив ранее тех, кто особенно резко выступал против него, хватал их по отдельности рукой; так он отдал под стражу своим телохранителям 13 человек, не посмевших ему сопротивляться. [Из главы 3]. 1. Кто бы мог поверить, что такое бурное собрание сразу успокоилось под действием внезапного страха, когда увидели, как повели на казнь людей, виновных не более, чем все остальные. <...> 3. Так сильно подействовало на, них либо само имя царя, которому у всех народов, а пребывающих под царской властью, воздается почет наравне с богами, либо внушаемое лично им уважение, либо доверие к человеку, осуществляющему свою власть с такой силой. 4. Они, конечно, показали необычный пример покорности и нисколько даже не были раздражены казнью своих соратников, когда стало известно, что их убили с наступлением ночи; наоборот, каждый в отдельности старался не упустить случая проявить в чем-нибудь свою покорность и послушание. 5. В самом деле, когда на следующий день царь их не принял и допустил к себе только солдат-азиатов, они подняли жалобные стоны на весь лагерь и кричали, что они сейчас же умрут, если царь будет продолжать гневаться. 6. А царь, проявляя обычное во всех своих начинаниях упорство, собирает сходку иноземных солдат, заперев македонцев в лагере, и когда собралось, много народу, призвав переводчика, обратился к ним с такой речью: 7. "Когда я переправлялся из Европы в Азию, я надеялся присоединить к своей империй много славных племен, большую массу людей. И я не обманулся в том, что поверил молве о них. 8. К этому прибавилось еще то, что я вижу храбрых людей, непоколебимо преданных своим царям. 9. Я раньше думал, что все здесь утопают в роскоши и от чрезмерного благополучия предаются страстям. Но, клянусь богами, вы несете военную службу честно и ревностно, проявляя преданность духа и тела и, будучи храбрецами, верность почитаете не менее храбрости. 10. Сейчас я говорю об этом впервые, но знаю это уже давно. Поэтому я произвел среди вас набор молодых людей и включил вас в состав моего войска. У вас та же одежда, то же оружие, но послушание и дисциплинированность гораздо выше, чем у других. 11. Я сам взял себе в жены дочь перса Оксиарта, не погнушался иметь детей от пленницы. 12. Позднее, когда я пожелал произвести более обширное потомство, я взял в жены дочь Дария и ближайшим друзьям своим дал совет народить детей от пленниц, чтобы таким священным союзом стереть всякое различие между победителями и побежденными. 13. Поэтому знайте, что вы мои прирожденные воины, а не наймиты; в Азии и в Европе единое царство, и я даю вам македонское оружие. Я заставил забыть о вашем иноземном происхождении: вы мои граждане и воины. Все сравнялось. 14. Как персам не следует порочить нравы македонцев, так и македонцам не должно быть стыдно перенимать нравы персов... Одинаковы должны быть и права всех, кто будет жить под властью одного царя...". [С обычной для себя решительностью Александр расправился с зачинщиками бунта. Никакие увещания и советы он уже не принимал к сведению]. (Курций Руф, Кн. Х, гл. 2-4). III. Как успокоить солдатский мятеж (Фронтин). 1.Консул Авл Манлий узнал, что солдаты на зимних квартирах в Кампании составили заговор, чтобы перерезать хозяев и завладеть их имуществом. Он распространил слух, что они будут зимовать в том же месте; отсрочив, таким образом, план заговорщиков, он избавил Кампанию от опасности и при случае наказал виновных. 2. Л. Сулла, когда в легионах римских граждан свирепствовал опасный дух раздора, хитростью отрезвил ожесточившихся. Он поспешно приказал объявить, что враг подходит, издать клич, призывавший к оружию, и дать боевой сигнал; все единодушно объединились против врага, и раздоры заглохли. 3. Когда войско Помпея перебило сенаторов в Милане, он, боясь возникновения беспорядков, если вызовет только виновных, приказал явиться с ними вместе и таким, которые не были причастны к преступлению. В результате виновные не побоялись явиться, так как, поскольку их не выделили, они думали, что их вызывают не в связи с их проступком, а те, у кого совесть была чиста, бдительно сторожили виновных, чтобы на них самих не легло пятно в случае бегства тех. 4. Г. Цезарь, когда некоторые его легионы затеяли мятеж и, казалось, угрожали даже гибелью полководцу, утаил свой страх, вышел, перед воинами и требующими отставки сверх ожидания с угрожающим видом дал ее. Раскаяние заставило уволенных дать удовлетворение императору и впредь более послушно отдаться делу. (Фронтин. Стратегемы. Вестник древней истории, N 1, 1946).