# "Чистокровный танкист"

Анатолий Иванович Каменев

А. Каменев. Правительство: "Стучу уже лет 30-ть"...

Каменев Анатолий Иванович"Чистокровный танкист"Создан: 22/11/2014, изменен: 22/11/2014, 84kФрагмент: ПолитикаА. Каменев. Правительство: "Стучу уже лет 30-ть"...============================================================

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

"Бездна неизреченного"...

Мое кредо:

http://militera.lib.ru/science/kamenev3/index.html

Македонская фаланга против слонов царя Пора

Н. Попель

"Чистокровный танкист"

("Танкист до мозга костей!")

(фрагменты из кн. "Впереди -- Берлин!")

Продолжение...

Экипажи танков копаются в машинах -- буквально каждый нашел себе дело.

Не приходит сон к усталым воинам!

Непрерывные двухмесячные бои поломали, спутали режим дня, приучили неделями не спать, не мыться, не бриться, обедать и ужинать, когда позволит боевая обстановка.

И огромная инерция этой боевой страды все еще несет куда-то танкистов, и им в диковину, что ночью можно поспать, а не ремонтировать танки.

**

Уже три дня мы с Михаилом Ефимовичем объезжаем части, вручая правительственные награды, и в каждой бригаде -- одно и то же.

Катуков ворчит: "Везде полуночники".

Выпив крепкого чая у гостеприимного Володи Горелова, Михаил Ефимович лукаво спросил хозяина:

-- Устал, небось, на бригаде?

-- Никак нет! -- удивлен Горелов.

-- Вот, советовались мы с Кирилловичем: не пора ли тебя на корпус выдвигать?

Горелов насупился:

-- В нашей армии на корпусах командиры есть. В другую -- не пойду.

-- Не торопись, планы Военного совета тебе неизвестны. Гетмана выдвигают на первого замкомандующего армией. Вот и будет вакантная должность! На бригаде ты сидишь более двух лет, командовал неплохо, Герой Советского Союза, образование подходящее -- академик! Один академик и сменит другого: ведь у нас их в армии -- раз, два... Сам знаешь. Подумай!

Горелов подумал.

Потом сказал:

-- За доверие -- спасибо. Но если можно, выслушайте мое мнение. У Гетмана корпус боевой, хороший, но там и свои комбриги опытные, и зам неплох; главное -- танкистов среди них хватает. А я свой корпус люблю и до конца войны готов в нем остаться на бригаде. Но если хотите выдвигать -- с охотой пошел бы замом к генералу Дремову. Для дела это будет полезно: я в нашем корпусе все бригады знаю, знаю и офицеров, и солдат, кто чего стоит. Иван Федорович -- неплохой комкор, но, -- Горелов пожал плечами, -- мало внимания танкам уделяет. Если доверите место его зама -- с удовольствием пойду.

**

Предложение Горелова ломало наши планы.

-- Твое мнение? -- спросил меня Катуков.

-- А твое? -- отвечаю ему вопросом на вопрос. -- Горелову бригаду не я, а ты сдавал. Сам преемника выбирал себе. Дремов-то действительно танкового образования не имеет. Природа танковых войск ему не очень близка. Если удовлетворим желание Горелова, то, конечно, подкрепим Дремова.

-- Горелов, а обижаться не будешь? -- спросил Катуков. -- Если вместо Гетмана назначим на корпус не тебя, а твоего друга Бабаджаняна?

**

Горелов даже привстал от волнения.

-- За Армо только рад! Кандидатура подходящая. Бабаджанян -- почти танкист. И на корпус больше меня подходит: сумеет лучше организовать взаимодействие с пехотой.

Ответ был не без доли яда: Горелов гордился своим "чистокровным танкистским" образованием.

-- Ну что ж, в принципе, считай, поговорили. Будем докладывать по инстанциям. Но в бригаде работу не ослабляй.

-- Для меня бригада -- мой дом.

-- Хотим узнать твое мнение: кого командиром бригады вместо тебя подобрать?

Горелов, волнуясь, мерил крупными шагами комнату, брови его задумчиво сдвинулись, губы шевелились, как бы произнося одну за другой фамилии. Мы не торопили.

Иногда энергичным взмахом головы он как бы отбрасывал неудачную мысль.

Наконец остановился.

-- Считаю, что наилучшей кандидатурой будет не мой зам и не начштаба, а Темник -- командир танкового полка из бригады Костюкова. Был с ним в нескольких боях. Грамотный, смелый, спокойный. Под танком не раз вдвоем лежали -- разговаривали. Рассказывал, что он из политработников: значит, будет хорошим командиром.

-- Ты Темника хорошо знаешь? -- спросил меня Катуков.

-- Да. На Халхин-Голе он был начальником политотдела танковой бригады, с начала войны выпросился на фронт. Танкист до мозга костей! Окончил высшие курсы усовершенствования при Академии бронетанковых и механизированных войск.

-- Сочетание неплохое: политработник и командир,-- задумался Михаил Ефимович.-- Но как, Горелов, твои орлы примут Темника?

-- Все будет хорошо. Ручаюсь.

-- Ну что ж. Темник так Темник. По-моему, кандидатура подходящая.

Катуков отодвинул от себя пепельницу, подошел к двери и распахнул ее. Легкий, напоенный запахом смолы ветер освежил нас.

**

Из бригады мы поехали в штаб армии.

Катуков всю дорогу находился под впечатлением беседы с Гореловым.

-- Предложили корпус -- ведь не пошел! Прав был Дремов, когда просил его к себе замом.

Горелов с двух лет воспитывался в Уржумском детдоме: его отец, кровельщик, разбился на работе, мать умерла вскоре после отца.

Путь у него был прямой: ФЗО, завод, из пионеров -- в комсомольцы, по путевке комсомола -- в танковое училище.

Потом -- армия: взвод, рота, академия...

Да, такой человек предан своему боевому коллективу.

-- Редкий человек. А Бабаджанян, думаешь, от корпуса не откажется?

-- Думаю, что все же согласится.

**

В штабе встретили секретаря Львовского обкома партии Ивана Самойловича Грушецкого.

У него было к армии много просьб, больших и малых.

Касались они восстановления хозяйства Львовщины. Ведь прошел всего месяц, как область была освобождена от гитлеровцев.

-- Может, трофейные лошаденки найдутся? А то беда: на коровах пашут. Горе, а не пахота!

-- Есть лошаденки, дадим. А танковой армии они и по штату не положены.

-- Инвентарь у нас старый, машины разбиты!

-- Отремонтируем. Да и трофейных машин дадим. Не откажем.

Иван Самойлович от души благодарил нас -- представителей армии.

-- Провожу завтра партийный актив, приглашаю вас. Послушайте, как живет освобожденная область.

**

Всю дорогу в двести километров до Львова заполнили разговоры о давних историях и взаимоотношениях руководителей партийных и советских организаций с армией.

Партактив проходил в уцелевшем здании Львовского оперного театра.

Оно до отказа было заполнено секретарями райкомов, председателями исполкомов, пропагандистами и другими партийными и советскими работниками.

Почти все были в гимнастерках со следами споротых погон, некоторые прихрамывали, опираясь на палочку, другие вели записи левой рукой: правый рукав был прихвачен поясным ремнем.

Многие среди них -- наши боевые друзья: танкисты, артиллеристы, пехотинцы, саперы. И сам секретарь обкома генерал И.С. Грушецкий, с которым мы вместе воевали еще с сорок первого года, только два месяца, как оставил армию.

Внимательно слушали мы доклад Ивана Самойловича Грушецкого: больше трех лет не доводилось нам бывать на областных партактивах...

Огромная работа предстояла труженикам Львовщины -- мы прошли всю область с боями и видели разрушенную до основания промышленность, сожженные села и города. Казалось, десятилетия понадобятся, чтобы возродить когда-то цветущий край.

Но секретарь обкома говорил о сроках куда более коротких -- руками женщин и искалеченных войной мужчин ведется гигантская восстановительная работа.

**

Мы с Катуковым внимательно слушали Грушецкого и мысленно прикидывали, чем и как мы сможем помочь.

Деловыми, по-солдатски лаконичными и боевыми были выступления коммунистов.

Ветерком мирной жизни повеяло от решения актива, той жизни, когда солдат становится каменщиком или сеятелем.

Да, хоть и не повержен еще враг, хоть впереди еще многие километры фронтовых дорог, но так уж устроен человек -- он всегда стремится к светлому, радостному. И как же нам было дорого слышать думы и заботы людей о будущем, о том часе, когда навсегда умолкнут орудия и в белую кипень оденутся вновь по весне возрожденные сады родной Украины.

**

После актива мы неотступно начали думать, как лучше подготовить людей к предстоящим боям.

-- Давай посоветуемся с работниками ПОарма, -- предложил я Катукову.

На второй день в светлом украинском домике, где размещался политотдел, Журавлев собрал всех работников ПОарма. Как и всегда, первыми явились подполковники А.Т. Слащев и Н.Н. Михайленко. Они только вчера вечером прибыли из полков и бригад.

Много рассказывать о задачах политической работы по подготовке личного состава к предстоящим боям не требовалось: работники политотдела армии, прошедшие войну, понимали все с полуслова. Но теперь жизнь выдвигала новые задачи, новые формы и методы моральной подготовки солдат и офицеров к боям: нужно было организовать непривычные для фронтовой жизни дивизионные партийные школы и марксистско-ленинскую подготовку офицеров.

-- Как лучше это сделать? Где взять учебники? Кто разработает планы занятий? -- спрашивал Журавлев, покачиваясь с ноги на ногу.

-- Методические разработки и учебные пособия,-- предложил Слащев,-- напишут работники отдела пропаганды. А ленинские труды попросим у Львовского обкома.

Уже на другой день Слащев и Павловцев выехали во Львов и из Львовского университета привезли большое количество необходимой литературы, чудом уцелевшей от немецких оккупантов.

**

Несколько тысяч коммунистов и комсомольцев, офицеры и солдаты армии накануне великого похода на запад сели за учебу.

Марксистско-ленинская теория, освещающая путь к миру и счастью трудового народа, помогала нам в борьбе, вела к полной победе над гитлеровской Германией.

Учился партийный актив всех первичных организаций армии -- парторги и комсорги подразделений. Для них было создано 9 дневных школ партийного актива и 63 вечерние школы.

В школах изучали историю Коммунистической партии, вопросы партийного строительства и партийно-политической работы в Красной Армии.

Два с половиной месяца, вплоть до начала наступления, планомерно занимались люди в школах, в группах армейского, корпусного и бригадного партийного актива.

В армию вливались новые части: экипажи боевых машин из запасных полков.

Это были разные люди: пожилые и совсем еще юные -- 1925 -- 1926 года рождения, бывалые фронтовики, прибывшие из госпиталей, и необстрелянные солдаты, люди многих национальностей.

Особенно много было тех, кто более трех лет находился на временно захваченной врагом территории.

Все эти особенности пополнения учитывались командным составом и политработниками в боевой и политической подготовке.

Прежде всего, надо было приобщить новичков к традициям советской гвардии, -- в этом большую помощь политработникам оказали ветераны, Герои Советского Союза.

**

Командиры и политработники настойчиво боролись за повышение военного мастерства воинов, боеспособности частей и подразделений.

Большое внимание уделялось высокой бдительности -- вопросам сохранения военной тайны, разоблачению вражеской агентуры, борьбы с благодушием и самоуспокоенностью.

Важной воспитательной задачей являлось укрепление боевого содружества Красной Армии с Войском Польским, вступившим в борьбу с немецко-фашистскими захватчиками.

Большую помощь армии оказывал наш представитель при Польском правительстве генерал-лейтенант Сергей Савельевич Шатилов, который передавал нам конкретные материалы о положении Польши, содействовал нашим встречам с руководителями Польского правительства и Войска Польского.

**

Каждый день с утра до вечера мы с Катуковым разъезжали по частям.

-- Настоящая лаборатория! -- радовался Михаил Ефимович.

И действительно, район размещения армии напоминал гигантскую военную лабораторию. Всюду отрабатывались приемы и методы будущего наступления: каждая полянка превратилась в танкодром, полигон или автодром.

Танкисты учились взаимодействию с авиаторами, разведчики обобщали опыт,-- одним словом, вздохнуть было некогда на этом "отдыхе".

Как-то раз по дороге на полигон услыхал знакомый голос: "Запевай!"

Из строя донеслось:

Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой!

Петя! Петя Мочалов командует.

**

Бронетранспортер остановился.

Крепкогрудый, уверенный командир роты лейтенант Мочалов четко доложил Катукову.

-- Вот он, богатырь! -- засмеялся Михаил Ефимович. -- Знаменитый Петр Мочалов!

Даже уши Мочалова запунцовели от смущения.

-- Ну, поздравляю, лейтенант, с новым орденом и с новым званием! -- Катуков крепко сжал узкую ладонь командира роты.

-- Как здоровье? -- спросил я Петю.

-- Хорошо, товарищ генерал! -- Но, заметив мой испытующий взгляд, смутился и добавил: -- Швы иногда побаливают, очень уж большие.

-- Как пополнение? Откуда? -- спросил Катуков.

-- С Украины. Ничего народ, хороший, только сыроватый,-- ответил он солидно, как подобает комроты, и оглядел своих бойцов, которые с любопытством смотрели, как их лейтенант непринужденно разговаривает с командованием армии. -- Молодые, по восемнадцать лет всего.

А самому Мочалову исполнилось недавно двадцать.

Но за плечами у него лежали два года войны. Курская дуга, Днестр и Висла!

Глядя на складки, обозначившиеся у верхней губы, на твердое выражение лица, я чувствовал: перед нами действительно стоит зрелый человек.

-- Как "старики", помогают тебе?

Прежняя застенчивая улыбка заиграла на его губах.

-- Так их же рядовых почти нет, товарищ генерал. Кто на взвод пошел, кто на курсы лейтенантов. Да не беспокойтесь, к наступлению рота будет готова выполнить любые задачи.

-- А почему думаете, что будет наступление? -- спросил Катуков.

-- А как же? Для чего мы сюда пришли? Не сидеть же сложа руки!.. И общая политическая обстановка такая... Берлин впереди! Приемы наступления сейчас отрабатываем...

-- Правильно думаете! А как с преодолением танкобоязни? Приучаете новичков?

-- Так точно, утюжу. Некоторые дрожат, придерживать их по первому разу приходится. Когда "тридцатьчетверка" над головой проходит, успокаиваю: "Да не бойтесь, он уже прошел, вы живы остались, немного только земелькой присыпало". Ведь роту доверили, товарищ командующий, вот и готовлю ее. Если жизнь в бою солдатам придется отдавать, то какой ценой? Надо, чтобы недаром погибать! Родина с меня за каждого спросит! И каждая мать тоже: как сынок погиб? А что ей ответить, если он вдруг по сырости, по неумелости даром голову сложит? -- В голосе Пети слышалась какая-то отцовская нота. -- Вот и готовлю.

-- Ну, друзья,-- обратился к роте командарм,-- кто не вас совсем не воевал? Ого! Ну, не горюйте, вырастут из вас командиры, как ваш лейтенант. Самое главное -- никогда не забывайте, о чем он вам говорит.

**

По плану Михаил Ефимович должен был ехать в корпус Гетмана, где шла передача соединения Бабаджаняну.

Но Катуков неожиданно заявил, что передумал: "Заедем лучше вместе на передачу к Горелову, а потом к Гетману".

Разговор этот начался еще в штабе и продолжался сейчас в автомашине.

К нему молчаливо прислушивался сидевший на заднем сиденье невысокий офицер, смуглый, усатый -- новый командир "Первой гвардии" полковник Темник.

-- Скажи, о чем задумался? -- шутливо обратился к нему Катуков. -- Сидишь, как невеста на выданье. В старину говорили: "Хоть за курицу, да на свою улицу". Мы тебя просватали не на сторону, а в своей армии, в свой корпус, да еще в какую бригаду! Вся армия с Московской битвы ее знает. Эх, сколько тогда корреспондентов ездило! Горы бумаги исписали...

-- Позвольте, товарищ командующий, сказать свое мнение, -- негромко начал Темник. -- Бригада отличная, я бы даже сказал, исключительная бригада. Но...

-- Что "но"?

-- Есть в ней отдельные слишком гордые офицеры...

Вспомнилось, как сам Темник "гонорился" перед своим новым комбригом Костюковым всего три месяца назад. А вот теперь ему самому предстояло побыть в этой трудной роли.

-- Конкретнее? -- спросил Катуков.

-- Вот, например, комбат Бочковский. Знаю его хорошо: смелости очень много, но гонору, пожалуй, еще больше. А я спуску не буду давать.

-- Бочковский? Вы что, шутите?! Да вы знаете, о ком говорите? За Коломыю его в приказе Верховного Главнокомандующего на всю страну отметили! Вам это известно?

-- Слышал, читал...

Было видно, что Катуков Темника не убедил.

-- Может, это вскружило Бочковскому голову? -- взволновался Михаил Ефимович.

Признаюсь, мне было тяжело слушать Темника.

Бочковский был человеком исключительной личной смелости. Но в чем-то прав был Темник!

-- Двадцать второй год ему, а уже капитан, комбат, Герой! В нем много хорошего, но подчас проскальзывает зазнайство. С ним надо поработать. Вам поможет в этом подполковник Ружин. Он хорошо знает Бочковского.

**

Бригада построилась на полянке.

Лица у людей были встревоженные, хмурые.

Солдаты внимательно поглядывали на комбрига: какой-то слушок, видно, уже прогулялся по частям.

Подъехали Дремов и Литвяк.

Катуков принял рапорт от Горелова и, выйдя на середину, приветствовал однополчан неизменным: "Здравствуйте, первая советская танковая гвардия!"

Потом Михаил Ефимович пошел вдоль рядов.

То тут, то там узнавал друзей по подмосковным боям. Он жал им руки, поздравлял с новыми званиями и орденами.

Особенно долго задержался около старшины И.Ф. Кухарева, грудь которого украшал новенький орден Красного Знамени. Старшина славился тем, что кормил людей всегда своевременно, несмотря ни на какие обстоятельства.

Сейчас, разговаривая с командующим, Иван Федорович Кухарев радостно улыбался.

**

Шедший рядом со мной Горелов был расстроен, глаза воспалены.

-- Что с тобой?

-- Николай Кириллович, не могу я больше. Всю ночь просидел с "дедом", выложил душу. Я люблю его, верю больше, чем себе. У нас все общее: радости, горе, всякая забота и удача. Знаю, что есть командиры, которые считают своего зама по политчасти наравне с замом по строевой, зампотехом, зампотылом, делят там чего-то. А мы с Антоном Тимофеевичем три года проработали, жили душа в душу, он был совестью нашей бригады, и его ни с кем другим сравнить нельзя было.

-- Ты отклонился, Володя. О чем же ты с Ружиным целую ночь проговорил?

Горелов помолчал, потом тихо сказал:

-- Сердце изболелось! Все, как хотел, получилось: сам остался в своем корпусе, самый близкий друг на корпус Гетмана пошел. А чувствую -- будто в один день снова стал круглым сиротой. Тяжко уходить из бригады. Признаюсь, сознательно задержал вынос знамени. Может, не поздно? Поговорите с командующим!

-- Приказ подписан. Комбриг приехал...

**

И вот прозвучала команда, которая заставляет трепетать сердце воина, сколько бы раз он ее ни слышал:

-- Под знамя -- смирно!

Тысячи людей замерли.

Торжественно вынесли святыню бригады.

Ветер слегка шевелил тяжелый бархат, обагренный кровью погибших боевых товарищей. А на фоне красного стяга внимательно вглядывался в своих солдат Владимир Ильич. Вот знамя близко, различаются золотые буквы: "Первая гвардейская танковая бригада".

Блестит орден Ленина, орден Красного Знамени, ордена Кутузова и Богдана Хмельницкого. Каждая награда -- память о славных сражениях, о массовом героизме, о том, как остановили несметные полчища врага под Москвой и под Курском, как истребляли их на Украине, как шли с Лениным на знамени и в сердце вперед, на запад. Лицо знаменосца сосредоточенно.

Мимо людей проносят символ великого дела коммунизма: каждый может умереть, но знамя, но светлые цели нашей борьбы, воплощенные в дорогом имени Ильича,-- они бессмертны!

**

Знамя застыло на правом фланге.

Катуков начал читать приказ.

После слов: "Герой Советского Союза гвардии полковник Горелов Владимир Михайлович назначается заместителем командира восьмого механизированного корпуса первой гвардейской танковой армии" -- будто стон пронесся над рядами.

Михаил Ефимович заметил это, оторвался от текста приказа и заговорил:

-- Лучший из лучших, командир гвардейского танкового полка, показавший образцы мужества и отваги, полковник Темник назначается командиром первой гвардейской бригады. Военный совет доверяет ему и надеется, что под командованием товарища Темника Первая танковая гвардия сохранит свои славные традиции и донесет знамя до логова гитлеризма -- до Берлина! Ура!

Командующий даже не прочитал подписи под приказом: троекратное "ура", как взрывы, потрясло все вокруг.

Головы приподнялись.

Люди оживленно поворачивались друг к другу: "Темник? -- читалось на лицах. -- Что это за такой Темник? Ну-ну, поглядим, чего этот Темник стоит".

**

Зычный бас Горелова:

-- Смирно! Знамя на середину!

И снова лица -- строгие, торжественные, как бы освещенные изнутри светом.

Горелов и Темник подошли к знамени.

Оба были бледны, только глаза сияли. Горелов взялся за древко, сделал два шага вперед и встал на одно колено. И весь строй опустился, как и он, перед своей святыней.

-- Не посрамите! -- голос Горелова звучал грозно.-- Не уроните честь и славу гвардии...

Больше он не мог говорить, приник к знамени губами и застыл.

Потом Горелов протянул знамя Темнику.

Темник, тоже опустившись на правое колено, поцеловал красный бархат, и звуки его голоса разнеслись перед строем:

-- Клянусь тебе, родная партия, клянусь тебе, наш советский народ, пока бьется сердце в груди и глаза видят свет, -- будем нести это знамя туда, куда прикажет нам наша Родина.

Встал и, крепко сжимая древко, пошел вдоль строя гвардии.

Знамя медленно проходило мимо одного ряда, второго, третьего.

Потом Темник снова вышел на середину.

С этой минуты он -- уже командир бригады.

**

После почти трехмесячного пребывания в распоряжении Ставки Верховного Главнокомандования во второй половине ноября 1944 года мы получили директиву: "Первой гвардейской танковой армии войти в подчинение Первого Белорусского фронта и сосредоточиться в районе севернее Люблина".

Курвиметром вымеряем расстояние: по воздуху 300 километров, по дорогам 450 -- 500. Передислокацию приказано провести комбинированным маршем: танки, самоходки и тяжелые грузы пойдут железной дорогой, а все остальные -- своим ходом.

Надо произвести передвижение незаметно, скрытно. А попробуйте-ка скрытно двинуть несколько тысяч машин и десятки тысяч людей -- так, чтоб вражеский лазутчик не заметил никаких следов!

Задачка!

**

Кипит работа: Шалин с Никитиным ищут на карте подходящие дороги, долго думают над переплетениями красных и черных жилочек.

Дороги должны быть проезжими и в то же время проходить подальше от городов, и надо, чтоб вели они прямее к цели и чтобы имелись леса для стоянок в дневное время. Много различных соображений учитывали штабисты, чтобы укрыть армию от вражеских глаз, пока, наконец, согласно кивнули головами: найдено!

Темными осенними ночами с 25 по 30 ноября войска армии совершили небывалый марш и вышли в назначенный им район в установленное время.

У хозяйственников -- не меньшие задачи: надо рассчитаться с местными гражданскими хозяйственными учреждениями.

Начальник тыла армии генерал Василий Фомич Коньков докладывает, что местные товарищи интересовались: "Чего вы так торопитесь? Уезжаете, что ли, оставляете нас? Мы можем поставлять вам овощи и в другое место, укажите только, куда!" -- "Нет, что вы! Просто должать не хочется, давайте уж рассчитаемся".

Справка:

Коньков В. Ф. Время далекое и близкое. -- М.: Воениздат, 1985

http://militera.lib.ru/memo/russian/konkov_vf/index.html

После этого разговора армия еще два дня стояла будто бы на месте. А потом -- не стало никого. Точно в срок армия успела передислоцироваться в район Каменки, севернее Люблина, и густой лес поглотил ее.

**

После сосредоточения в полосе нового фронта командование армии обязано было прибыть, представиться и доложить о состоянии армии командующему фронтом, члену Военного совета, начальнику штаба и некоторым начальникам родов войск.

Мы с Катуковым поехали представляться.

В командование Первым Белорусским фронтом за месяц до этого вступил маршал Советского Союза Г.К. Жуков вместо принявшего Второй Белорусский фронт маршала Советского Союза К. К. Рокоссовского.

Первым делом заехали к начальнику штаба фронта генералу М.С. Малинину, одному из способнейших начальников штаба фронта, старому танкисту. С помощью офицера, выделенного Малининым, легко нашли красивый, увитый зеленью домик, где расположился маршал Жуков. Еще издали узнали со спины небольшую коренастую, плотно сбитую фигуру маршала, прогуливавшегося по асфальту.

**

Вот Жуков повернулся, и мы двинулись навстречу.

-- А, танкисты приехали?

-- Товарищ маршал...

-- Здравствуйте, товарищи! -- протянул руку маршал.

В крепком рукопожатии, в веселом рокоте голоса чувствовалась доброжелательность.

Перебросился с нами общими фразами:

-- Все закончили?

-- Хвосты подчищаем.

-- Хорошо, хорошо! Ведь я вас специально у Верховного выпросил -- знаю все-таки по прежним боям. Не подведете?

-- Никак нет, товарищ маршал, не подкачаем!

-- Не завтракали еще? Пошли ко мне.

-- Что вы, товарищ маршал, мы сыты.

**

Жуков был прост, спокоен, откровенен.

В его домике всюду виднелись следы большой работы: лежали карты, схемы, документы...

-- Сидел несколько дней, -- пояснил он, заметив, как мы оглядывали его резиденцию, -- продумывал план операции. Главное, как лучше маневрировать танковыми армиями? Отдельно вас пускать или вместе с Богдановым? В основном все продумал и дал начштаба для окончательного оформления. Завтра к Верховному везу план на утверждение.

-- Еще встретимся, -- прощался он с нами. -- После возвращения побываю в вашей армии! А сейчас доложитесь, кому нужно, и займитесь боевой подготовкой. Готовьтесь, готовьтесь и еще раз готовьтесь. Дела предстоят большие.

На душе стало полегче после этого разговора,

**

Следующим посетили члена Военного совета фронта генерал-лейтенанта К.Ф. Телегина.

Об этом человеке хочется рассказать поподробнее.

Еще в восемнадцатом году юный Костя Телегин вступил в Омске в Красную гвардию и с ее отрядом присоединился к дивизии уральских рабочих легендарного полководца Василия Блюхера.

Бил колчаковцев, дошел с боями до Байкала.

Ум, смелость, боевую и деловую хватку молодого коммуниста достойно оценили товарищи по оружию: в двадцатом году в составе Блюхеровской дивизии комиссар полка Телегин вел бойцов через Сиваш на штурм Перекопа.

Потом был комиссаром в отдельном пограничном батальоне, воевал против Махно.

Окончив Военно-политическую академию, стал одним из руководящих работников Политуправления погранвойск. Бои у озера Хасан, финская война -- все это обогащало его боевой опыт.

В начале Отечественной войны Телегин стал членом Военного совета Московского военного округа, а затем и членом Военного совета Московской зоны обороны.

Когда в 1942 году на территории МВО формировался наш корпус, обеспечение корпуса кадрами и материальное обеспечение шли через Телегина. Я испытывал удовлетворение, работая с этим дельным, умным человеком.

Отношения у нас были простыми и дружескими.

Константин Федорович вручал нашему корпусу первые боевые знамена.

В конце декабря 1942 года он был назначен членом Военного совета Донского фронта. С тех пор победы Донского, Центрального, а позже 1-го Белорусского фронтов были связаны с именами Маршала Рокоссовского и члена Военного совета Телегина: от Волги и до предместий Варшавы успели пройти соединения фронта к ноябрю 1944 года.

**

Телегин почти не изменился за эти два года: та же бритая голова, тот же широкий выпуклый лоб, из-под которого пристально глядят умные глаза, фигура подтянутая, легкая.

И тот же размеренный, вдумчивый, ровный голос.

Катуков вскоре после своего доклада попросил разрешения удалиться -- надо было идти к другим начальникам.

А я остался.

Константин Федорович интересовался всеми деталями жизни армии: и кадрами, и качеством пополнения, и наличием транспорта, и обеспечением армии, и многим, многим другим.

Мой доклад получился очень долгим и подробным.

Затем я по-дружески спросил:

-- Ну, как чувствуете себя с новым комфронтом?

Телегин подумал, чуть приподнял брови и спокойно ответил:

-- Пока неплохо. Георгий Константинович всеми мерами поддерживает сплоченность, творческий дух всего нашего коллектива, умело направляет на решение задач. Но что касается оперативной стороны дела -- тут Жуков особенно силен, многоопытен! -- Телегин задумался. -- Да, два года провоевал с Константином Константиновичем, хорошо сработались, и осталось наилучшее воспоминание.

-- Знаю Константина Константиновича,-- отозвался я. -- Обаятельный человек.

-- Что, воевали вместе?

-- Нет, я служил у него в кавкорпусе.

**

В дверь постучали.

Вошел высокий смуглый брюнет.

Это был Семен Яковлевич Озерянский -- заместитель начальника разведывательного отдела фронта.

-- Прошу прощения,-- обратился он к Телегину,-- есть новость о Варшаве. Николаю Кирилловичу, наверное, тоже интересно послушать.

Мы с Озерянским были хорошо знакомы еще с довоенных лет по совместной работе.

-- Докладывайте! -- сказал Телегин.

Коротко, четко Озерянский нарисовал обстановку в польской столице.

Гитлеровцы уже подавили восстание.

Не только героические повстанцы, но даже их жены и матери были репрессированы и брошены в концлагеря, за колючую проволоку.

Детей продавали на специальном базаре в местечке Серцы; цена за ребенка колебалась в пределах до 25 марок.

А тем временем некоторые руководители восстания, заранее рассчитывавшие использовать пожар народной ненависти для захвата ключевых позиций, попали в гитлеровском плену в условия, как выразился Озерянский, "не хуже лондонских".

Доклад Озерянского был закончен, и разведчик вышел.

**

Константин Федорович обратился ко мне:

-- Смотри на карту. Военный совет фронта утвердил вам станции снабжения -- вот они: Леопольдув и Окшея и станцию выгрузки Соболев.

-- Растительности маловато, -- сказал я, вглядываясь в район, обведенный красным кружком. -- Леса мало, чтобы укрыть грузы и поступающие эшелоны.

-- Политграмоту тебе читать? Есть лес, нету леса -- где я тебе его возьму? Насажу, что ли? А все, что дает нам тыл, ты обязан сохранить до последнего грамма и винтика! Потеряете запасы -- сорвете фронтовую операцию.

-- Мне ясно.

-- Ясно-то тебе ясно, а вот если потеряете запасы, тогда видно будет, ясно ли это тебе и твоим людям. Объясни, чтобы поняли: каждый выстрел фронта -- это поезд боеприпасов, а в бою стреляют тысячи раз. Чтобы только одна ваша армия пошла в наступление, понадобятся сотни цистерн горючего, тысячи вагонов боеприпасов, продовольствия и всего прочего. И все это нужно не только разгрузить, но и зарыть в котлованы -- спрятать от авиации. От нас нужна какая помощь?

-- Емкостей не хватает.

-- Немного дам. Остальное изыскивайте на месте. Учить ученого -- только портить! Рыть котлованы тебе не будем, своими силами обойдешься. Запиши-ка номера эшелонов...

Торопливо заношу в блокнот десятки номеров: за каждым стоит поезд, идущий сейчас в адрес армии с горючим, боеприпасами, запчастями, продовольствием и другим имуществом.

Окончив диктовать, Телегин улыбнулся:

-- Вот бы удивились классические военные теоретики или современные западные, услышав разговор каких-то членов Военных советов, занимающихся вопросами, которые должен решать полководец. Для них это совершенно непонятное явление в жизни советских военных организаций, как непонятна и сама социальная суть наших Вооруженных Сил.

-- А трудновато вам, Константин Федорович, заниматься всем этим одному? Железные дороги и шоссе разбиты, непрерывность снабжения под угрозой. А тут еще дополнительная работенка появилась -- комендатуры...

-- Да, приходится крутиться, как белке в колесе. ПУР с весны обещает дать второго члена Военного совета. Но не хватает кадров. Все говорят: "Справишься пока один". Вот и справляюсь. Ладно, поезжай. Скоро заеду к вам, познакомлюсь с армией.

**

См. далее...

Николай Кириллович Попель (1901 - 1980) - генерал-лейтенант танковых войск, автор книги "Впереди -- Берлин!"...

*****************************************************************

Если посмотреть правде в глаза...

Немец: Россия встречает нас с распростёртыми объятиями.

Март 1918

"Главный порок русской политики"...   34k   "Фрагмент" Политика. Размещен: 27/08/2013, изменен: 28/08/2013. 34k. Статистика. 552 читателей (на 21.11.2014 г.)

Иллюстрации/приложения: 8 шт.

Керсновский. История Русской Армии. -- ч.I -- IV. Белград, 1933 -- 1938.

Главным пороком русской стратегической мысли было какое-то болезненное стремление действовать "по обращению неприятельскому".

Отказ от самостоятельного мышления вел к отказу от инициативы, подчинению воле неприятеля, переоценке врага, недооценке в то же время наших сил.

Подводя итог состоянию Русской Армии к лету 1914 года, мы можем увидеть два ее слабых места:   -- во-первых, слабую технику;   -- во-вторых, неудовлетворительный высший командный состав.

Исправление первого недостатка было вопросом двух-трех лет. Гораздо серьезнее был второй -- наследие предшествующей эпохи застоя и оскудения духа.

Офицер.    Качество его было превосходно.   Третья часть строевого офицерства имела свежий боевой опыт -- и этот опыт был отлично использован и проработан.

Оживлена была программа военных училищ, где решено было в 1913 г. ввести трехлетний курс... Сильно повысился и уровень кандидатов в офицеры.

Еще совсем недавно -- в куропаткинские времена и в 1905 году -- отношение русского общества к Армии и к офицерам было резко отрицательным и пренебрежительным.

К мундиру относились с презрением -- "Поединок" Куприна служит памятником позорного отношения русского общества к своей армии. Военная служба считалась уделом недостойных: по господствующим в то время в интеллигенции понятиям в "офицеришки" могли идти лишь фаты, тупицы, либо неудачники -- культурный же человек не мог приобщаться к "дикой военщине" -- пережитку отсталых времен.

Конец девятисотых годов принес резкий перелом. В 1905 году гимназии и университеты были очагами революции, в 1917 стали очагами контрреволюции.

Русское офицерство не образовало сплоченной касты -- государства в государстве -- каким был прусско-германский офицерский корпус.

Гвардия Петра I была государственным учреждением исключительной важности -- мыслящим и действующим отбором страны.

Императорское Правительство совершило жестокий промах, недооценив великой политической роли в стране организованного, сплоченного в монолит офицерского корпуса. Оно не сумело ни его подготовить, ни его ориентировать.

Переходя к оценке русского полководчества, будем кратки: его не существовало.

Русской Армии не хватало головы.

Прежде всего, потому, что она имела несколько голов.

Сколько голов, столько умов -- и в результате ни одного ума...

Огромный вред принесла частая смена полковых командиров -- назначение на короткие сроки командирами полков офицеров Генерального Штаба, незнакомых со строем и чуждых полку.

Ставка, не сознавала огромного значения, командира полка.

Полк -- отнюдь не чисто тактическая инстанция, как батальон или дивизия. Это -- инстанция духовная. Полки -- носители духа Армии, а дух полка -- прежде всего, зависит от командира.  -- В этом -- все величие призвания полковника.

К началу третьей осени Мировой войны определились силы, ставшие подрывать устои Российского Государства.

Первую группу составляли придворные круги -- уклонявшиеся от фронта Великие Князья и представители "высшего света".

Вторая группа -- чрезвычайно могущественная и влиятельная -- представлена была всей либеральной общественностью во главе с Государственной Думой, Земско-Городским Союзом и Военно-Промышленным Комитетом.

Оппозиционная общественность использовала несчастье России -- поражения на фронте -- к своей выгоде, развив иступленную антиправительственную агитацию.

Третья группа притаилась в подполье.

Это была зловещая группа пораженцев. Политические эмигранты марксистского толка -- партия с.-д. большевиков во главе с Лениным -- составляли за границей ее головку, а в самой России находились кадры "боевиков".   -- Цель -- социальная революция.   -- Средство - вооруженное восстание и развал Армии.   -- Исполнители -- "боевики".   -- Поддержка -- Германское Командование.

Объезжая войска осенью 1916 года, Император Николай Александрович вызывал из строя старослужащих солдат, вышедших с полком на войну.   Выходило по два-три, редко по пяти на роту -- из иных рот никто не выходил.

Измельчание состава повлекло за собой и изменение облика Армии.

Превосходными оказались офицеры из подпрапорщиков.   Офицеры, не умевшие держать себя ни на службе, ни в обществе. Слово "прапорщик" сделалось нарицательным.

Результат:    "Меч кует кузнец, а владеет им молодец".   Молодцов было еще достаточно, но кузнецов не стало.

Погибший кадровый офицерский состав был незаменим.

Целей войны народ не знал.

Сами "господа", по-видимому, на этот счет не сговорились. Одни путано "писали в книжку" про какие-то проливы -- надо полагать, немецкие. Другие говорили что-то про славян, которых надлежало то ли спасать, то ли усмирять.

К царствовавшему Императору народ относился безразлично, но обаяние царского имени стояло высоко.

Царь повелел воевать -- и солдат воевал.

Случай в Кавалергардском полку ...   27k   "Фрагмент" Политика. Размещен: 18/03/2013, изменен: 20/03/2013. 27k. Статистика. 978 читателей (на 2111.2014 г.)

Обновлялось: 17/03/2013 г. Посетителей - 1.585.255. Объем - 55123k/915. Иллюстрации - 5.579

Иллюстрации/приложения: 6 шт.

Декларация достоинства офицера.

Исторический пример. В 1813 году, вскоре после Кульмского сражения, на одном из переходов цесаревич Константин нагнал колонну кавалергардов и увидел, что полковник В. Каблуков едет в строю вопреки уставу в фуражке, а не в каске.

Возмущенный брат императора (Константин Павлович - А.К.) подскакал к Каблукову, сорвал фуражку и, наговорив резкостей, двинулся дальше.

А между тем полковнику, раненому под Аустерлицем тремя сабельными ударами в голову и двумя штыками в бок, приказом по полку разрешалось носить в строю фуражку. Однополчане знали об этом, а брат императора не удосужился узнать о причине нарушения формы одежды.

Вечером на бивуаке Каблуков объявил однополчанам, что собирается подать рапорт об отставке.

Все офицеры, возмущенные выходкой цесаревича, в солидарность с офицером также подали рапорта. К ним присоединился и командир полка Депрерадович и шеф кавалергардов Уваров.

Это известие дошло до Александра I.

Через несколько дней цесаревич проводил смотр в полку.

После многочисленных проверок, Константин собрал офицеров и сказал, что считает себя виновным в нанесении обиды "полковнику и доблестному кавалеру Каблукову", признав, что всему виной его чрезмерная горячность, просил извинить его и забыть сей прискорбный случай.

"А если, добавил Константин Павлович, кто-нибудь из офицеров останется этим недоволен, то я согласен дать каждому личную сатисфакцию".

От имени полка Каблуков ответил, что кавалергарды вполне удовлетворены и со своей стороны просят забыть это происшествие...

Конечно, победителем из этого конфликта вышел не только Каблуков, а, говоря современным языком, весь офицерский коллектив, ставший на пути грубости.

Хотя солидарность офицеров, вставших на защиту оскорбленного офицера, вызывает уважение, тем не менее, можно с полной уверенностью сказать, что каждый из них поступил бы точно также, как это сделал оскорбленный полковник.

Что побуждало их поступать таким образом?

Прежде всего, понятие чести и личного достоинства: их они ставили превыше всего и не могли допустить попрания достоинства человека и офицера от любого, даже такого могущественного человека, каким был цесаревич Константин.

Литература. (См.: Каменев А. Как распорядимся наследством? // Армия. - 1991. - N24. - С.47 - 49).

(См.: Похоленчук Б. "Блестящие тускнеют офицеры..." // Красная звезда. - 1991. - 8 октября. - С.2; Бурда С. В зеркале человеческих душ //Армейский сборник. - 1998. - N6. - С. 15 - 17).

(См.: Ищенко П. Нет, не умерла офицерская честь // Красная звезда. - 1990. - 10 февраля. - С.3)

Исторический пример. М. Горький в своей "Песне о соколе" рассказывает о жизни двух живых существ: уж, пребывающем в дремотном состоянии, довольствуясь теплом и сыростью; соколе, который рвется ввысь и не может смириться даже с мыслью о жалком существовании.

Эти два литературных персонажа как нельзя лучше показывают нам и два типа людей: приспособленцев, которые могут пожертвовать даже своим достоинством человека ради материальных или иных выгод; людей, которые ни при каких обстоятельством не пожертвуют человеческим достоинством.

Человек должен уважать в себе то, что возвышает его над всеми прочими живыми существами.

Без самоуважения не может быть уважения других людей.

Унижение не достойно человека.

ДОСТОИНСТВА ЧЕЛОВЕКА

ДЕКЛАРАЦИЯ ЛИЧНОГО ДОСТОИНСТВА ЧЕЛОВЕКА

Выводы: человек должен:

Тщательно оберегать дары Божии, свою индивидуальность, не соблазняться желанием "стать как все".

Знать свое жизненное предназначение и не уклоняться от него, особенно с целью обогащения, тщеславия, гордости.

Обуздывать свои плотские желания, низменные страсти и наклонности, не предаваться пресыщению; знать во всем меру, место и время.

Деяниями своими преумножать достижения человеческой мысли, бережно относиться к опыту предков, их достижениями, извлекать полезные уроки из опыта прошлого и не допускать ошибок, сделанных ранее предшественниками и самим собою.

Бережно относиться к родственным и национальным связям, не позволять им ослабевать и рваться; крепить взаимопонимание, мир, согласие, дружбу и любовь среди окружающих.

Не позволять унижать или оскорблять себя, принижать значение личности.

Не попадать в физическую от пищи, алкоголя, наркотиков и прочих средств, ослабляющих духовную силу человека, разрушающих гармонию человеческих сил и ведущих к деградации.

Не позволять никому устанавливать над собой духовную власть, диктат, помня, что такой властью обладает лишь Бог.

Не судить, не осуждать других, не будучи в состоянии этого делать в силу то ли духовной незрелости, либо в силу личного несовершенства, помня поучительный смысл притчи "О сучке и бревне".

Не допускать поступков, позорящих звание Человека.

Не совершать противоправных, преступных деяний, особенно против других людей.

Не допускать действий и поступков, которые своим негативным примером разлагают младших или равных, ведут к пороку, уклонению от исполнения долга и обязанностей.

Заботиться о родных и близких, делать все возможное для их благополучия, процветания и счастья.

Защищать себя и окружающих от несправедливости, подлости, предательства, измены, коварства и расчета.

Не поддаваться унынию, скорби, меланхолии. Всегда иметь Надежду, упование на помощь и поддержку Свыше.

Не гордиться, не возноситься, не хвалиться ни тем, что было, ни тем, что есть, ни тем, что будет.

Всегда иметь скромность, смирение, довольство имеющимся, не завидовать и не зариться на чужое добро или достояние.

На Бога надеяться, но и самому не плошать. Не ждать "манны небесной", а использовать все возможности, чтобы добиться выполнения намеченного и необходимого.

Не гнаться за славой, почетом, признанием и расположением кого бы то ни было.

Не меняться по сути с возвышением по служебной линии, имущественного положения и т.п.

Не утрачивать те добродетели, которые были обретены на предыдущих ступенях развития.

Не терять друзей.

"Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные..." (Матф. 7 15)

Генерал Куропаткин

"Церковь сгорела, а кабак отстояли"...   42k   "Фрагмент" Политика. Размещен: 15/03/2013, изменен: 17/03/2013. 42k. Статистика.  1109 читателей (на 21.11.2014 г.)

Иллюстрации/приложения: 9 шт.

Уподоблю мысли Ф.М. Достоевского, выраженной в притче: "Загорелось село и в селе церковь; вышел целовальник и крикнул народу, что если бросят отстаивать церковь, а отстоят кабак, то выкатит народу бочку. Церковь сгорела, а кабак отстояли"...

И.А. Ильин: "Довольно раба! Русская душа должна приобрести уклад волевой, достойный и царственный. Она должна выстрадать и выковать себе духовный характер"...

Исторический пример. 29-го июля 1815 г. в Париже произошло происшествие, незначительное на вид имевшее, однако для Русской Армии самые печальные последствия и определившие на длительный срок весь уклад ее жизни.

-- В этот день, проезжая Елисейскими Полями, Император Александр I увидел фельдмаршала Веллингтона, лично производившего учение двенадцати новобранцам.

-- Это явилось как бы "откровением" для Государя: "Веллингтон открыл мне глаза, - сказал он, - в мирное время необходимо заниматься мелочами службы".

Современники Александра I-го (Ермолов, Муравьев и др.) находят происшествие далеко не случайным и приписывают его хитроумному расчету Меттерниха.

Зная болезненную страсть Александра I к муштре, австрийский канцлер без труда уговорил Веллингтона разыграть эту сцену, в надежде на то, что Император Всероссийский после этого с головой уйдет в дорогую ему шагистику и не будет больше вмешиваться в политику, благодаря чему у Австрии и Англии окажутся развязанными.

Акция удалась...

Победоносная армия прочно стала на долгие годы на путь плацпарадной муштры.

В чем же причины этого печального явления?

-- "...Горе новой армии заключалось вовсе не в ее увлечении небоевыми отделами обучения, как это склонны думать многие, а в том, что это увлечение попало в руки бездарности, в том, что одной внешностью стали оцениваться и ограничиваться качества начальников.

Безусловно, прав был китайский полководец Сунь-цзы, который около 2 тыс. лет тому назад верно определил искусство борьбы с противником и вывел формулу стратегического одоления врага: "Кто искусно ведет войну, тот покоряет чужие войска без сражения, захватывает чужие крепости без осады, сокрушает чужие государства без длительных кампаний. ...Не прибегая к войне, можно иметь выгоду".

Другой глубокий мыслитель, К. Клаузвиц, назвал войну хамелеоном, в силу того факта, что враждебные действия одной стороны против другой нередко рядятся в разные одежды, вводя тем самым в заблуждение правительства, общественные силы и народ в отношении истинных намерений противной стороны.

Отсюда, безусловны две фазы, или две составляющие войны: 1)противоборство невоенными средствам; 2)непосредственная вооруженная борьба.

Противоборство невоенными средствам.   На первой фазе ставится и решается важнейшая задачу - возбудить воинственность и агрессивность собственного народа и сломить волю противной стороны к сопротивлению.

Исторические примеры.-- Наполеон со времени своего прихода к власти стремился поколебать позиции Англии в Индии, подчинить французскому влиянию восточное побережье Средиземного моря, Сирию, Египет, Персию. Именно под его дипломатическим нажимом турецкий султан Селим III и занял откровенно враждебную позицию по отношению к России. ...

-- Наполеон же принудил Россию к участию в системе Континентальной блокады -- экономической блокады Великобритании в 1806 году. Главной целью установления этой системы было сокрушение экономического могущества Великобритании путем изоляции ее от традиционных рынков сбыта на континенте.

Литература. См.: Попов В.В. Войны на Кавказе и западноевропейские "цивилизаторы" // Военно-исторический журнал. - 1997.- N4.- с.60,61; Орлов А.А. Император Александр I: "Я ненавижу англичан не менее вас..."(В угоду Наполеону Россия присоединилась к Континентальной блокаде Великобритании) // Военно-исторический журнал. - 2000.- N5.- с.67,68 и др.

Примеры   идеологической подготовки войны- подрыв духа населения страны-противника

-- ...18 ноября (1 декабря) 1917 года генерал от инфантерии Э. Людендорф, фактический главнокомандующий германской армией на восточном фронте, отреагировал на события в Петрограде заявлением о том, что русская революция для Германии не случайная удача, а естественный результат германской политики.

(См.: Базанов С.Н., Пронин А.В. Бумеранг братания // Военно-исторический журнал. - 1997.- N1.- с.35,36 и др. )

Формирование "пятой колонны" внутри этой страны, вербовка провокаторов, шпионов, вредителей, поощрение и возбуждение оппозиции;

Диверсий научных - вбрасывание в оборот разного рода провокационных и ложных "новых" теорий и концепций, а также поддержание на "плаву" устаревших взглядов; организация "утечки мозгов", подрыв экономической и материальной базы науки, шельмование ученых-патриотов и т.п.).

Просчеты собственного правительства, военного руководства, а то и прямое вредительство по отношению к армии, которые подчас имеют место в силу либо недостаточной компетенции, невежества, а то и политической конъюнктуры и злого умысла.

Исторический пример.

-- Попавшее под контроль временщиков Военное министерство, начиная с апреля 1917 года, без конца "перетасовывало" генералитет, суетливо перемещая военачальников с одних должностей на другие и незамедлительно увольняя любого заподозренного в нелояльности к новому режиму.

-- Костяк армии - офицерский корпус подвергался разнузданной травле со стороны левой прессы, активно призывавшей к поражению собственной армии и собственного правительства.

-- Временное же правительство вместо того чтобы поддержать единственный подлинный оплот государственности - офицерские кадры, дать им элементарную правовую и социальную защиту, всячески их унижало, экономило на денежном довольствии, игнорируя то обстоятельство, что для большинства кадровых военнослужащих и их семей оно является единственным источником средств к существованию. ...

Война - угроза национальной безопасности и национальным интересам

А.Е. Снесарев задолго до Великой Отечественной войны, анализируя возрастающую мощь Германии, писал, обращаясь к правительству:

"Но как воевать и чем воевать? В этом сложном вопросе, пожалуй, самую крупную роль играет сторона ресурсов и средств. Чем воевать? Откуда взять средства для жизни страны и для воюющей армии?   Как уберечь в этом новом водовороте трат и расточительства уцелевшую народно-хозяйственную машину?".

Возвратимся к важной "Формуле стратегического нападения Сунь-цзы"

Мы должны научиться с точки зрения нашей национальной безопасности и национальных интересов различать дружеские, недружеские, враждебные и подрывные действия со стороны других стран (вспышка национализма в той или иной стране, пересмотр истории, вспоминание былых обид и т.п. - это тревожные симптомы для других государств).

Внутри страны нужно научиться правильно оценивать действия разных партий, общественных сил и групп; следует лучше понять все значение духовного фактора (в частности, патриотизма, веры в себя, свой народ, свои вооруженные силы и т.п.).

Рассадник офицерства - военная школа - все больше и больше подстраивается под "стандарты" гражданского образования и уже подпала под контроль гражданских чиновников, не понимающих ни сути, ни назначения военного образования.

Исторически пример. Русский генерал-адъютант (1902), генерал от инфантерии (1900) А.Н. Куропаткин после поражения в русско-японской войне 1904-1905 гг. писал:

"... Если военный мундир привлекал лучшие, энергичные силы нации, то, очевидно, многомиллионный народ и при самых неблагоприятных условиях своего развития мог бы выделять десятки и сотни, наиболее богато одаренных в духовном отношении лиц, способных с успехом командовать войсками в военное время.

Поэтому казалось бы необходимым:

1) сделать военный мундир заманчивым для цвета русской молодежи и, затем,

2) настойчиво добиваться, чтобы наиболее энергичные из носителей военного мундира проходили службу именно в рядах армии, развивая свои знания и духовные силы, в непрерывной мысли о том, что армия предназначается для войны".

Объективно роль гуманитарных дисциплин всегда была чрезвычайно высока

Но настало время сказать: хватит заниматься абстрактным просветительством, нужно серьезное гуманитарное образование.

Прежде всего, нужно:

1)ввести курс политических наук, реально помогающих обучаемому разбираться в вопросах общественной жизни и политики;

2) следует возвести законоведение в ранг основных наук и дать им серьезную базовую основу;

3)нужен цикл дисциплин управления, дающих не разрозненные, схоластические знания из области психологии, педагогики, социологии, а системные знания и практические навыки;

4)необходим цикл духовных дисциплин, призванных стать основой для развития самосознания, чувства собственного достоинства, правильного понимания долга, ответственности, добра и зла и других важных духовных реалий.

Особую роль сегодня имеет военно-историческая наука:

-- а)она должна превратиться в мощный фактор обеспечения безопасности страны (следовательно, нужно привести в состояние боевой готовности весь необходимый военно-исторический арсенал безопасности);

-- б)на основе ее данных (с учетом исторического опыта) следует подходить к решению кардинальных вопросов нашей национальной безопасности, военной реформы, главного вопроса Вооруженных Сил - офицерского вопроса.

-- Если совсем недавно я ставил вопрос о воссоздании общественной организации - "Общества ревнителей военных знаний", то сегодня убежден в необходимости мощной государственной военно-исторической структуры (естественно, не с тем реальным направлением работы, которое сегодня ведет Институт военной истории).

Общественность, без поддержки государства, не в состоянии ответить на эти вопросы.

Нужен специальный ЦЕНТР НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ, работающий не на обеспечение благополучия и безопасности действующей (текущей) власти, а на долгосрочные национальные интересы страны.

Лучшие умы государства должны найти в этом Центре достойное применение.

Последнее:

-- Надо громче и настойчивее стучаться в двери чиновников и заставлять их слушать то, что они должны знать по служебному чину и обязанности гражданина своей Родины.

Стучу уже лет 30-ть ...

А.И. КАМЕНЕВ

История государственного и военного управления. Ч.II. Социальные и военно-политические уроки Древней Греции и Македонии. -М.,, 2007. - 139 с.

Учебное пособие предназначено для преподавателей, курсантов и слушателей военно-учебных заведений. Выполнено в соответствии с учебной программой и содержит в данной части обобщения, выводы и поучительные исторические факты из истории Древней Греции и Македонии в области войны, военной политики и военного управления.

NoА.И. Каменев, 2007 г.

СОДЕРЖАНИЕ

 | Введение
 | Особенности древнегреческого феномена. - Вопросы, на которые предстоит ответить. - Мировоззренческая и практическая задача работы. - Источники.
1 | социальнЫЕ И военнО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ УРОКИ древней греции
 | Греция как пример свободомыслия и родина величайших гениев человечества. - В чем состояло величие гомеровских героев и высокая нравственность героической эпохи Греции? - Почему Греция родилась и увяла разделенной? - Почему были забыты и попраны идеалы предков? - Какую злую "шутку" сыграла с греками демократия, во что она (демократия) выродилась? - Как коварная мысль расшатала нравственные устои государства? - Чем обернулась для Греции материализованная философия индивидуализма? - Почему, наряду с изнеженными афинянами, пала воинственная Спарта? - Какое историческое значение имеет опыт Ликургова законодательства?. - Что позитивного в области общественных отношений и воспитания оставила человечеству Древняя Греция? Как и каким образом, величию и падению Греции способствовало развитие военного дела? - В каком соотношении находились стратегия и политика? - Как и в каком направлении развивалась тактика, организация войск? - Как воспитывался боевой дух и укреплялась воинская дисциплина в древнегреческом войске? - Как воспитывались, назначались и действовали греческие полководцы? - Какие уроки и выводы следует сделать из социальной и военно-политической истории Древней Греции?
 | Александр Македонский встречает пленного Пора. Рисунок 1904 г.
2 | ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ УРОКИ ДРЕВНЕЙ МАКЕДОНИИ
 | Исторические вопросы, которые необходимо понять и осмыслить. - Сведения о становлении Македонского государства. - Роль войска в становлении и защите государственности. - Македония во времена Филиппа (роль греческой цивилизации и личности Филиппа в развитии государства; меры по укреплению македонского войска; стратегия и тактика царя; искусство разъединять врагов; политика завоевания господства в Греции). - Эпоха Александра Великого (начало новой эпохи; первые шаги молодого полководца; "двойная внезапность" - типичная черта его военного искусства; поход в Азию, сокрушение мощи Персии; особенности военного таланта Александра; его стратегия и тактика). - Причины краха могущества Македонии после смерти Александра Великого.
 | приложениЯ
 | 1. Законодательство Ликурга и спартанское воспитание (Плутарх)
 | Демосфен, упражняющийся в ораторском искусстве. Художник Жан Леконт дю Нуи 2. Избранные места из речей Демосфена (с пояснениями Либания)
 | Александр Македонский укрывает тело Дария плащом. Гравюра 18-го века. 3. Детские и юношеские годы Александра (Плутарх)
 | "Александр Македонский перед Диогеном". 1787. Художник Тупылев Иван Филиппович (1758-1821) 4. Об Александре Великом, как полководце, об образе и искусстве ведения им войны (Н.С. Голицын)

"Доверие Александра Македонского к врачу Филиппу" 1870.

Художник Семирадский Генрих Ипполитович (1843-1902)

ВВЕДЕНИЕ

Древняя Греция, прошедшая ряд знаменательных периодов в своем развитии, оставила человечеству множество исторических памятников и поучительных примеров. В отличие от восточной деспотии, Греция явилась первой страной духовной и общественной свободы, не существовавшей в государствах Древнего Востока.

*

История не знает другого столь изумительного по своему характеру события: никогда, ни раньше, ни после такому небольшому народу не удавалось так скоро и так решительно ниспровергнуть господство такого исполинского государства как Персия и на месте разрушенного здания создать новые формы государственной и народной жизни.

*

Откуда же маленький греческий мир почерпнул отвагу для такого предприятия, силу для таких побед, средства для достижения таких результатов? Почему Древняя Греция утратила свое могущество и не смогла устоять перед натиском Македонии и Рима? Что и почему привело к утрате государственной самостоятельности столь цивилизованного и благородного народа? Чему учит древнегреческий опыт военного строительства и боевой практики?

*

Нам предстоит последовательно ответить на поставленные вопросы и тем самым воздать должное позитивному и указать на те упущения, изъяны и ошибки, которые имели место в военном деле древних греков. При этом, как и прежде, мы попытаемся проследить и обнаружить связь между политической и военной организацией, военной практикой и системой воспитания юношества, а также деятельностью выдающихся полководцев, их воспитанием, образованием и духовностью (нравственностью).

*

Имеет научный и практический смысл вопрос о том, каким образом греки, в лице своих выдающихся представителей (Гомер, Платон, Аристотель, Ксенофонт, Демосфен и др.), оказывали влияние на развитие военного дела, формирование и реализацию военной политики?

*

Не менее важным представляется нам вопрос о том, почему древнегреческие государства, столь многочисленные и самодостаточные в определенные моменты истории, много усилий потратили на противоборство, междоусобие и не испытывали острой потребности к объединению перед лицом грядущей военной опасности извне?

*

Нам предстоит извлечь из трудов выдающихся историков древности (Геродот, Фукидид, Ксенофонт, Плутарх, Диодор, Страбон, Арриан, Курций Руф и др.) не только важные исторические факты, но и те оценки, которые имеют мировоззренческое и военно-практическое значение для понимания законов военного дела и боевой практики войск.

*

Из множества исторических документов и материалов необходимо отобрать только те из них, которые являются поучительными, т.е., направляющими мысль, предостерегающими от ошибок и заблуждений, побуждающие равняться на истинных военных героев и воспитывающие уважение к доблести истинного воина.

*

Следует в достаточной степени оценить позитивное значение общественных и военных реформ Солона (в Афинах) и Ликурга (в Спарте), извлекая из этой исторической практики все ценное для современного законодателя, организатора, руководителя и исполнителя военной реформы в РФ.

*

Другими словами, из всей многоликой и длительной истории Древней Греции и Македонии нас интересует развитие военного дела, но не в его хронологической, а ценностной форме, т.е., с точки зрения тех уроков и выводов, которые оставила человечеству древнегреческая цивилизация и македонская культура в области военной политики и всего того, что касаемо военного дела, развития науки побеждать, а также той деятельности греческих и македонских политиков, общественных деятелей и полководцев, которая имеет всеобщее значение.

*

Основу данного тома составили труды, авторами которых были зарубежные и отечественные историки, которые освещали разные стороны Древней Греции и Македонии.

Среди них:

Геродот, Фукидид, Ксенофонт, Плутарх, Страбон, Арриан, Курций Руф; Арсеньев К.; Белох; Беляев В.; Бикерман Э.; Борухович В.Г.; Велитский; Вильман О.; Винничук Л.; Виппер Р.Ю.; Вудро В.; Герих П.; Голицын Н.С.; Грант А. Дж.; Гуревич Я.Г.; Дельбрюк Г.; Дрейзен И.Г.; Дьячок М.; Дюпюи Р.Э., Дюпюи Т.Н.; Дюрант В.; Каллистов Д.П.; Кареев Н.И; Ковалевский М.О.; Кравченко И. М.; Курциус Э.; Лавренов С.Я.; Лацинский А.С.; Летурно Ш.; Лозинский С.Г.; Мандес М.И.; Маринович Л.П.; Мартынов Е.И.; Миллер Т.; Михневич Н.П.; Модзалевский Л.Н.; Никольсон Г.; Опарин А.А.; Печатнова Л.Г.; Разин Е.А.; Рубинштейн М.М.; Рюле О.; Серан де ла Тур; Соколов П.; Струве В.В.; Томашевская М.; Успенский; Уссинг И.Л.; Холод М.М.; Цыбульский С.О.; Шахермайр Ф.; Шлоссер Ф.; Шмидт К.; Штолль Г.В. и др.

*

Сведения, содержащиеся в данной части, подобраны таким образом, чтобы дать верное и достаточно полное представление об военно-политических уроках Древней Греции и Македонии, а также о характере полководческой деятельности виднейших военачальников той поры.

В истории Древней Греции различаю пять знаменательных периодов: 1)древнейшей, или легендарной истории; 2) расцвета и падения Афинской демократии (776 - 323 гг. до н.э.); 3) эллинизма (323 -146 гг. до н.э.); 4) от победы римлян над греками до раздела Римской империи (146 г. до н.э. - 396 г. н.э.); и 5) Византийской империи и турецкого владычества.

См.: Дройзен И.Г. История эллинизма. т.1. История Александра Великого. - М., 1891. - С.1.