# Духовный характер России

Анатолий Иванович Каменев

"Наше русское общество не воспитывается в русских национальных идеалах, в духе веры, преданности престолу и отечеству, в уважении родной истории, родной старины, в любви к историческому прошлому, выстраданному родным народом и составляющему потому его драгоценную культурную собственность; отсюда естественные и неизбежные последствия образования целых поколений, совершенно не проникнутых родными, национальными идеями". (А.Мусин-Пушкин)

Каменев Анатолий ИвановичДуховный характер РоссииСоздан: 01/05/2015, изменен: 01/05/2015, 75kФрагмент: Политика"Наше русское общество не воспитывается в русских национальных идеалах, в духе веры, преданности престолу и отечеству, в уважении родной истории, родной старины, в любви к историческому прошлому, выстраданному родным народом и составляющему потому его драгоценную культурную собственность; отсюда естественные и неизбежные последствия образования целых поколений, совершенно не проникнутых родными, национальными идеями". (А.Мусин-Пушкин)============================================================

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

"Бездна неизреченного"...

Мое кредо:

http://militera.lib.ru/science/kamenev3/index.html

Портрет генерала и государственного деятеля Михаила Ивановича Драгомирова, 1889 Художник Илья Ефимович Репин

Анатолий Каменев

"ДУХОВНЫЙ ХАРАКТЕР РОССИИ"

"Нравственные и умственные особенности, совокупность коих образует духовный склад народа, представляют равнодействующую всего его прошлого, наследие всех его предков. Эта совокупность и составляет то, что называется национальным характером".

М. Драгомиров

Дав себе обещание в полной мере выполнить программу исследования на степень доктора педагогических наук, я, начиная с 1989 г. по 1993 г. полностью исполнил задуманное.

К этому времени были разработаны и опубликованы результаты исторических исследований проблемы подготовки офицерских кадров в России и в СССР:

См.: История подготовки офицерских кадров в России

История подготовки офицеров в Советском Союзе   709k   Годы событий: 1917-1984. "Очерк" История    Советский опыт подготовки офицеров. 1917-1984 гг.

Из этого исторического исследования логично вытекали многие идеи, связанные с кардинальной перестройкой военно-учебного дела в современной высшей военной школе. Этой теме было посвящено специальное исследование, которое было также опубликовано:

См.:

Военная школа России: уроки истории и стратегия развития

Тем не менее, с созданием этой третьей монографии я не стал обращаться в специализированный совет с целью соискания ученой степени доктора педагогических наук, так как ранее дал слово не делать этого:

См.: Не описывать, а предсказывать   14k   "Фрагмент" Мемуары

Не дело науки плестись в хвосте практики

Да и стоило ли терять драгоценное время для того, чтобы кому-то доказать свое право быть доктором наук? Я решил, что на это не стоит тратить ни сил, ни времени.

*

Мне было чем заняться, помимо этой неприятной процедуры.

В моих планах было дальнейшее изучение истории русской педагогической школы.

А здесь было на что обратить внимание.

Прежде всего, заслуживала внимания идея национального характера школы.

*

Общее и национальное

Мне уже давно стало ясно, что воспитание и обучение должно быть национальным, а не космополитическим.

Космополитизм, как идеология так называемого общемирового братства, получив свое рождение в эпоху Возрождения и Просвещения, была направлена против феодальной раздробленности (Данте, Кампанелла) и выражала идеи освобождения индивида от феодальных оков (Лессинг, Гете, Шиллер, Кант, Фихте).

В современных условиях космополитизм выступает в виде различных социально-политических ориентаций - от взаимодействия и сближения народов и государств до нигилистического отношения к национальной культуре и традициям, что является чрезвычайно вредным и опасным явлением.

Что можно возразить в противовес космополитизму?

Естественно: факты истории, которые говорят, что развитие общечеловеческой культуры приводит не к устранению национальных различий, а ведет к их укреплению и расцвету.

Все жизнеспособные народы вовлечены ныне в мировой обмен материальными и духовными ценностями, но ни один из них не может и не хочет отказаться от свойственного ему особого уклада личной и общественной жизни.

*

Национальное и общечеловеческое - это отношения частного к общему.

Нация - это не замкнутая общность людей, невольно или умышленно разорвавшая живую связь с другими народами. Напротив, она находится с ними в тесных взаимоотношениях, что не разрушает, однако, национального своеобразия и не растворяет соборной личности народа в общем потоке мировой жизни.

Отвечая приверженцам космополитической идеи в России, М.Страхов в работе "В защиту патриотизма" писал:

"Национальное чувство есть проявление всеобщего мирового закона, закона притяжения или закона тяготения"... Национальное воспитание юношества есть не только право, но и долг честного, порядочного и уважающего себя общества и государства.

"Безнародность" - это застарелая болезнь ... интеллигенции нашей

Причин распространения космополитических идей в России было несколько, но одна из них состояла в неверном понимании сути патриотизма и возможностей русского человека.

"...Среди русских общественных деятелей весьма распространены и безнародность и космополитизм, с другой же стороны, многие на Руси и в настоящее время склонны считать, что русский дух только там, где, выражаясь словами Белинского, есть зипун, лапти, сивуха и кислая капуста", - писал В. Никольский[1].

Н. Грот в журнале "Вопросы философии и психологии" за 1891 г. указывал:

"Истинно русский человек, христианин, по убеждению лучших представителей русского самопознания, полон благочестия ко всему человеческому, - к добру, красоте и правде в каждом смертном.

Миролюбие и кротость, любовь к идеальному, и открытие образа Божия даже под оболочкой временной мерзости - вот идеал русского мыслителя. Если у нас что-нибудь особенное и поистине святое, то именно - смирение, жажда духовного общения, идея соборности сознания..." [2]

Полнейшая денационализация страны равносильна смерти нации и полному исчезновению ее среди семьи культурных государств, а также распадению ее на отдельные части, легко поглощаемые более сильными соседними народностями, - делает совершенно правильный вывод В.Никольский[3].

Народность есть сила созидающая

В связи со сказанным, нам надо уяснить ряд важнейших позиций, представленных в свое время Вл. Соловьевым[4] и не потерявшим актуальности сегодня [5]:

-- Народность есть положительная сила и всякий народ имеет право на независимое (от других народов) существование и на свободное развитие своих способностей.
-- Народность есть самый важный фактор природночеловеческой жизни, и развитие национального самосознания есть великий успех в истории человечества.
-- Национальная идея, понимаемая в смысле национальной справедливости, во имя которой защищаются и освобождаются народности слабые и угнетенные, имеет высокое нравственное значение и заслуживает всякого уважения и симпатии.
-- Национализм или национальный эгоизм, т.е. стремление отдельного народа к утверждению себя на счет других народностей, к господству над ними, - есть полнейшее извращение национальной идеи; в ней народность из здравой, положительной силы превращается в болезненное, отрицательное усилие, опасное для высших человеческих интересов и ведущее самый народ к упадку и гибели.
-- Русский народ обладает великими стихийными силами и богатыми задатками духовного развития.
-- Национальная самобытность России не подлежит сомнению.
-- Истинный дух русской народности... выражается в обстоятельствах, сопровождавших возникновение русского государства.
-- В настоящее время, при искусственном возбуждении в русском обществе грубо эгоистических инстинктов и стремлений... духовное развитие России задержано и глубоко извращено, национальная жизнь находится в подавленном, болезненном состоянии и требует коренного исцеления.

В обычных условиях необходимость национального воспитания как бы отходит на задний план.

Об этом явлении в свое время писал Д. Овсянико-Куликовский[6]:

"Все мы имеем национальность и наша психика работает на ее основах, а потому мы не замечаем психического значения национальности для правильного развития, для нормального отправления душевных функций личности, как не замечаем своего здоровья или воздуха, которым дышим. Только наблюдая случаи денационализации, т.е. когда люди утрачивают свою национальность, а другую еще не приобрели, мы должны заметить огромное значение этой психической скрепы: денационализация ведет к упадку личности, к ослаблению ее умственной деятельности, к нравственному разложению" [7].

"Главная причина наших неудач"

Но во времена испытаний (война, смута и т.п.) значение национального самосознания резко возрастает.

Это можно показать на примере подготовки Японии к войне с Россией.

Свидетель той поры Е. Васильев пишет в "Военном сборнике":

"Мы настойчиво отгоняли от себя кровавый призрак войны, стараясь поймать неуловимую тень вечного мира... Вот где надо искать главную причину наших неудач... А пока мы погружались в мирную нирвану, наши соседи беспрепятственно готовились к войне...

Вот если бы мы были твердо убеждены, что война, несмотря на свою отвратительную внешность, все же неизбежна, что к ней надо всегда быть готовым, то никакие войны нам не были бы страшны, хотя бы потому, что не были бы неожиданными, как теперь; тогда мы всякую неудачу встретили бы со светлым умом и бодрым духом, не было бы той растерянности в обществе, которая замечается теперь" [8].

Аналогичная ситуации имела место и при подготовке к 1-ой мировой войне.

Германия более 40 лет готовилась к этой войне: лучшие силы германского гения были направлены на изобретение смертоносных орудий, на организацию и воспитание армии; но Германия не довольствовалась воспитанием солдат, она воспитывала всю нацию в том же воинственном духе; с малолетства в учениках и ученицах народных школ вместе с любовью к родине развивалось чувство поклонения... перед борьбой германцев с другими народами, перед территориальными завоеваниями, кровавыми победами...

Не Гете, Шиллер, Кант и Гегель, а Блюхер[9], Мольтке[10] и Бисмарк[11] становились героями германцев.

И они достигли своей цели: народ, не только солдаты, дисциплинирован даже в частной жизни, охотно подчиняется приказаниям свыше; ему приятно следовать за кем-нибудь по заранее выработанной программе. Ни индивидуальности, ни собственной инициативы, но трудолюбие, усидчивость беспримерные[12].

Побеждает сильные духом

Ученый, далекий от войны и военного дела, не любящий войну М. Рубинштейн, вынужден был признать:

"В этой войне победит не только тот, у кого окажется лучшая внешняя организация, но и кто вместе с тем явит миру и лучшую организацию духа" [13].

Пока существуют нации и народы с их индивидуальными различиями, с их обособленными интересами, до тех пор вопрос о национальном воспитании будет реальным и полным значения понятием.

"Здоровые начала национального воспитания только тогда проникнут в школу и утвердятся в ней, когда будет существовать внешний их питающий источник здоровой национальной политики...

Этого нет в русской действительности" [14].

-- Происходит это по несостоятельности политиков?

-- Является ли это следствием происков злых и враждебных России сил?

-- Следствие ли это неумения родителей, воспитателей, педагогов?

-- Отсутствие ли это должного благоразумия? - такие вопросы напрашиваются из уроков истории.

Если же дать один общий ответ, то следует констатировать тот факт, что имеет место все, стоящее за этими вопросами, а именно: недальновидность национальной политики правительства, происки сил, враждебной России, благодушие и самоуспокоенность, элементарное непонимание задач национального воспитания в семье, школе, вузе и т.п.

Известны ли нашим детям имена достойных людей?

Мы даже не умеет учиться у наших противников.

Школа в Германии во все времена была, прежде всего, национальная, проникнутая своими родными, немецкими интересами, уважением и любовью к своим родным героям[15].

А.Мусин-Пушкин с горечью пишет:

"Наше русское общество не воспитывается в русских национальных идеалах, в духе веры, преданности престолу и отечеству, в уважении родной истории, родной старины, в любви к историческому прошлому, выстраданному родным народом и составляющему потому его драгоценную культурную собственность; отсюда естественные и неизбежные последствия образования целых поколений, совершенно не проникнутых родными, национальными идеями.

Такая школа неизбежно теряет под собою твердую почву, обращается в международную космополитическую школу, лишенную твердых, незыблемых устоев.

Не будучи воспитана с молодости в принципах, составляющих неотъемлемую собственность, отличительную особенность русского народа, наша молодежь, кончая среднюю школу и переходя в высшие учебные заведения, представляет из себя весьма шаткий по своим убеждениям, неустойчивый и легко поддающийся пагубному постороннему влиянию элемент[16]".

"Известны ли нашим детям имена наших славных деятелей и героев: Гермогена, Миниха, Пожарского, Кутузова, Ермолова, Лазарева, Корнилова и Нахимова, Милютина, Чернова и Кауфмана, Скобелева и Радецкого, Архипа Осипова и Василия Рябова?", - спрашивает не без огорчения Е.Богданович[17].

"...Мы без труда заметили, что именно у нас, русских, до сих пор еще не совсем твердо чувствуется своя национальная почва под ногами.

С неуклонною энергией вот уже два века гонимся мы за культурою запада, хватая налету последние результаты его науки и искусства, перенося к себе его формы общежития, давая у себя не только приют, но и всевозможные привилегии всем являющимся к нас с запада в роли наших наставников.

Между тем, по отношению к своему родному, у нас и теперь еще наблюдается какое-то странное, совершенно противоестественное равнодушие, которое начинают уже называть отличительной чертою русской нации, по крайней мере в высших слоях ее", - констатирует Н.Маккавейский[18].

Вопросы, над коими следует призадуматься

Вопросы, которые он (Н.Маккавейский) ставит в своей работе, следует выделить особо, как те, над которыми следует задуматься и сейчас[19]:

Что воспитывает здесь (в школе - А.К.) в юной развивающейся душе необходимые, естественные национальные силы? Много ли кладется на это заботы и энергии?
Много ли говорят юноше о том, что он русский человек, сын великого народа с честью прошедшего крутой, тяжелый подъем вверх, к свету истории, с честью идущего теперь своей исторической дорогою, непреклонно выполняя свою историческую миссию?
Много ли говорят с ним о его родине вообще, о ее хотя бы современных учреждениях и всей обстановке ее жизни?

К сожалению, отмечает он, именно на эти вопросы школа отвечает как-то робко и словно неохотно, уделяя большую часть времени, забирая почти все силы учащихся на усвоение многих областей знаний, в которых русский элемент едва заметен, или совсем отсутствует.

Справедливо замечают, что "по той программе, по которой мы воспитываем и образовываем себя, можно с одинаковым удобством воспитывать и китайца, и японца, и всякого иностранца[20].

Продолжая логический ряд исторических вопросов, обратим внимание на вопросы М.Талызина, идущие от самого искреннего сердца русского патриота:

"Не позорно ли будет продолжать умственную лень, жить чужим умом?

Не прослывем ли безрассудными, ежели перенимая моды и несродные духу русского обычаи, не займем от иноземцев, составляющих украшение отечества их, - не займем того любопытства, той жадности, с каковыми изучают они природу во всех частях ее, того рвения, с каким спешат они всякое познание приспособить к делу, могущему служить во благо, прежде, родной их страны, а потом и всего человечества?" [21]

"Время, россияне, время мыслить и мыслить своим умом" [22], - заключает он еще в начале ХIХ века.

О чем скорбели достойные мужи России?

Нам ныне следует констатировать следующие факты, имевшие и имеющие место в России, а также то основное, что необходимо для национального воспитания:

-- Русскому обществу именно недостает уважения к своей народности, веры в свою народность... В нем, в следствие разных исторических причин, явилось сомнение в самом себе, в своем нравственном праве на самостоятельное народное развитие, и закралось в душу какое-то душевное подобострастие пред авторитетом западной цивилизации.(И.Аксаков[23]).
-- В общественном воспитании кроется главный источник болезни нашего сознания... Все наше воспитание, особенно университетское, организовано так, - и уже издавна, с самого насаждения у нас европейского просвещения, - чтобы воспитать людей в отвлеченности и отрицании - отрицании русской духовной национальной сущности. С самого начала образование служило правительству средством для изготовления нужных ему для государственной службы людей....Здесь-то и совершается тот процесс искривления сознания... Здесь вставляются юноше чужие очки, в которых он потом и ходит обыкновенно до конца дней своих; здесь даются ему чужие веса и мерила, на которых потом он вешает и мерит свое, народное; здесь пересаживаются в его душу все болезненные отрицания, стремления, искания чужой исторической жизни, со всеми ее недугами, и не влагается ни одного положительного, своего национального идеала...(И.Аксаков[24]).
-- Вызвать Россию на отречение от себя самой, сдвинуть ее с ее исторического пути, усвоить ей вполне не только по внешности, но и со всеми глубинами народного духа, западной цивилизации, вот, - представляется Западу, - наилучший способ... чтоб обезвредить ее природную силу, поработить ее духовно и нравственно.(И.Аксаков[25]).
-- О том, что русские дети национального воспитания не получают, спорить не приходится. Результат такого воспитания и образования очевиден. Это, во-первых, наше незнание народа и народной жизни...; во-вторых, это - неустойчивость нашей национальной самооценки: то "мы, русские, известные дураки, то ли дело за границей", то "наш народ - богоносец, а Запад гниет".(П.Блонский ) [26].
-- Коренной вопрос нашей педагогики - остановив свой нынешний путь пересаживания на русскую почву приемов и методов, выработанных Западом, проникнуть в душу своего народа, и уже на почве этих национально-психологических данных выработать свою систему воспитания. (Н.Маккавейский[27]).
-- Овладеть школой и перестроить воспитание может только та идея, которая давно перешла в наступательное положение и одержала решительную победу в сознании самого общества". Краеугольным камнем проектируемой реформы средней школы провозглашено требование: школа должна быть национальной... Она должна упрочить детскую любовь к родине, должна научить детей любить свое государство и чтить его многотрудное прошлое. (Д. Писарев[28]).
-- Пора перестать нам самодовольно обнадеживаться нашим патриотизмом, и, так сказать, считать себя вполне нравственно обеспеченным известной нашей способностью стоять грудью, приносить жизнь и достояние на алтарь отечества. Пора убедиться, что эта способность нисколько нас не обеспечивает в такое время, когда нет неприятельских армий, с которыми можно было бы бороться, когда груди, жизни и достояния не требуется, а требуется деятельность мыслящего, трудящегося, подвизающего духа; когда алтарь отечества ждет иных даров - гражданской доблести, любви и разумения Русской народности, наконец, талантов... Пора же понять, наконец, что способность патриотических жертв во время войны нисколько не освобождает нас от обязанностей нравственных во время мира...(И. Аксаков[29]).
-- Народ наш могуч и силен жизненной силы; страна наша велика и обширна. Чего же недостает нам? Народу нашему недостает достойной его интеллигенции.... В нашей интеллигенции образовалась удивительная складка: она понимает, допускает и уважает всякую инициативу, энергию, предприимчивость в смысле нерусском, и напротив невольно и безотчетно относится ко всему, что происходит на русской почве, в русском смысле, и клонится в пользу России.(М. Катков[30]) [31].
-- Патриотизм есть любовь ко благу и славе отечества, и желание способствовать им во всех отношениях... Гордость народная служит опорой патриотизма.... Я не смею думать, что у нас в России было немного патриотов; но мне кажется, что мы излишне смиренны в мыслях о народном своем достоинстве, - а смирение в политике вредно. Кто сам себя не уважает, того, без сомнения, и другие уважать не будут... Не говорю, чтобы любовь к отечеству долженствовала ослеплять нас и уверять, что мы всех и во всем лучше; но русский должен, по крайней мере, знать цену свою. Патриот спешит присвоить отечеству благодетельное и нужное, но отвергает рабское подражание в безделках, оскорбительные для народной гордости. Хорошо и должно учиться; но горе и человеку и народу, который будет всегдашним учеником! (Н. Карамзин[32]) [33].

Программу национального воспитания еще предстоит выработать, но идеи этого воспитание и направление деятельности вполне известны уже сейчас. В силу этого, не следует дожидаться инициативы сверху, нужна инициатива снизу. И, главное здесь необходимость проникнуться духом национального сознания, пониманием величия и жизненной необходимости национального воспитания, правильного понимания патриотизма и преданности Родине. Это проникновение должно пронизать всех тех, кто болеет за судьбу России.

*

Эту программу надо выработать как можно скорее, ибо те, кто делает ставку на грубые националистические чувства, уже давно ведут деструктивную работу среди молодежи, вовлекая молодых в разного рода экстремистские организации. Нельзя допустить, чтобы яд национальной розни проник в сознание людей. Но нельзя попустительствовать космополитизму, который развращает национальное сознание людей и губит патриотизм.

*

Почему важна национальная военная школа?

Не только чувство патриотизма должно подвигать нас к идее национальной военной школы. Есть обстоятельства более существенные, о чем в свое время убедительно писал генерал В.Драгомиров в своей работе "Подготовка Русской Армии к Великой Войне" (1923 г.).

Отсутствие национальной школы и подготовки умов к научному мышлению сказывалось самым серьезным образом.

"Практики чуждались, - констатирует он. - Это вело к потере чувства действительности, к притуплению сознания, что действительно имело ценность и значение и что представляется более или менее праздным измышлением. Русский командный состав вследствие этого никогда не умел отделить жизненность предложений от измышлений всякого рода и подпадал влиянию прожектов, часто затмевающих дельных людей.

Подобная неподготовленность и неумение жить своим умом заставляли обращаться к заграничным источникам.

Особенное значение имели руководства из Германии, пользовавшиеся большим престижем после ее счастливых войн. Они часто не принимались, но все же считались кладезями непогрешимой мудрости.

Это подчиняло русскую мысль германской, подчиняло слепо, без критики.

Тут не было согласия между единомышленниками, скорее получалось впечатление поклонения малосведущего более опытному и знающему. Свои самобытные пути и самостоятельная мысль стушевывались.

Германия возвеличивалась, становилась на пьедестал, казалась чем-то высшим и лучшим по сравнению со своим. Ее почти боялись и тем более, чем меньше понимали. Русская психика по отношению к будущему противнику подавлялась" [34].

Нужно ли говорить о том, какой серьезный ущерб боевому и моральному духу войск наносит такая практика?

"Надо признать веру крупной силой в военном деле"

Нам кажутся вполне уместными сегодня мысли, написанные П.Яковлевым еще в 1900 г.:

"...Как русским людям, - офицерскому составу нашей русской православной армии, имеющему свою обширную работу (оцениваемую в периоды войн жизнью людей) и правильно понимающему значение веры вообще в деле воспитания войск, - естественно необходимо признать веру крупной и высокой силой в военном деле и культивировать ее наиболее широко" [35]...

Но не следует повторять уже не раз допущенных ошибок, о которых были написаны следующие строки:

"...Закон Божий проходится удивительно сухо и бездушно..." [36]; "громадная польза религиозно-нравственного развития подавлялась массою фактов, полезных, но не необходимых, и скорее нужных для священнослужителя, чем для офицера" [37].

... И о воспитании патриотизма надобно всегда думать

Следует обратить внимание на разработку необходимых патриотических пособий, по примеру книги "О должностях человека и гражданина. Книга к чтению определенная в народных училищах Российской Империи, изданная по Высочайшему повелению". (СП б., 1814 г.), которая с успехом использовалась в обучении и воспитании кадет[38].

Кроме вступления "о благополучии вообще" книга состоит из четырех частей:

--

-- I."О образовании души" содержит в себе понятия о добродетелях человеческих и учит обязанностям каждого к Богу, ближнему и самому себе, упоминая "О том чего убегать должен добродетельный".

-- II. "Попечение о теле" с наставлением о сохранении здравия и "благопристойности".

-- III. "О должностях общественных, на которые мы от Бога определены".

-- Тут говорится о союзе общественном вообще, и в частности о союзах: супружеском, родителей и детей, господ и слуг и союзе гражданском. Эта часть самая обширная, разделенная на главы, члены и статьи. Часть эта разъясняет: пределы и сущность власти государей, обязанности подданных и, подробно, рассуждает о любви к отечеству. В ней разъясняется: что такое любовь к отечеству, отчего она происходит, чем должна проявляться вообще и чему обязывает каждое сословие порознь - простой народ и мещан, духовенство, дворянство и военных людей. В конце дается понятие о науках, художестве, промыслах и рукоделиях, а также "О пользе и надобности различных состояний".

-- IV. "О домоводстве".

Предназначенная для чтения юношества и задавшись целью указать ему путь к достижению благополучия, иначе "о должностях человека и гражданина", книга весьма толково знакомила русских детей с сущностью религии и нравственности, обязанностями, к власти и ближнему и давала довольно ясное и цельное понятие об основных законах и различных слоях общества, с показаниями их "полезности и надобности" и роли, которую они призваны играть в государственной жизни.

В статьях о науках и художествах, промыслах и рукоделиях, преподавала не мало гуманных мыслей и взглядов. Наконец, знакомила с домоводством и даже не забывала и о правилах благопристойности.

*

За границу ездить надо не развлекаться...

Положительным историческим фактом было командирование за границу достойных и умных людей с тем, чтобы они внимательно наблюдали, как там поставлено дело обучения и воспитания.

Так, генералу Медему была поставлена задача следить за ходом усовершенствования в Европе военных наук с тем .

Ему вменено было в непременную обязанность:

-- 1)следить постоянно за ходом усовершенствования в Европе военных наук вообще, особенно же той части их, которая может иметь непосредственное влияние на сущность преподаваемых в наших Военно-Учебных Заведениях предметов, или на способ их преподавания;

-- 2)для достижения сей цели читать кроме главных военных журналов и все вообще замечательные вновь появляющиеся военные книги, преимущественно же военно-учебные руководства и все сочинения, которые относятся к устройству военно-учебной части, или в которых помещены сведения об устройстве и состоянии каких-либо заграничных военных училищ.

Для успешного выполнения такой обязанности генерал-майору барону Медему предоставлено было право пользоваться журналами и книгами из библиотек: Генерального Штаба, Военной Академии и Военно-Учебных Заведений и иметь прямые сношения с теми местами, от которых он мог бы получить нужные сведения, как-то: с Департаментом Генерального Штаба, Императорскою Военною Академией и Учеными Комитетами: Артиллерийским и Инженерным [39].

Правила размещения инородцев по кадетским корпусам

Следующей мерой, заслуживающей внимания с точки зрения национальных интересов, является разработка "Правил размещения инородцев по Корпусам" (1847 г.), в которых, в частности, говорилось следующее:

"Из числа определяемых в Кадетские Корпуса инородцев, Высочайше повелено помещать:

а)Горцев и детей Кавказского и Закавказского края, только в Санкт-Петербургские и Московские Кадетские Корпуса, дабы дать им лучшее понятие о России и о верховной власти.

б)Дворян царства Польского, - часть в Санкт-Петербургские, а часть в Московские и губернские Корпуса, кроме Полоцкого, Александровского-Брестского, Финляндского, Оренбургского и Сибирского и

в)Детей казачьих офицеров во все губернские Корпуса, кроме Финляндского, Оренбургского и Сибирского[40].

*

Не развивая эту тему, укажем: сегодня проблема неверного понимания национальных интересов (особенно малыми и небольшими народами), а также необходимость вносить верное сознание по отношению к русскому народу, - задача, не снятая с повестки дня.

*

Другими словами, достаточно много существенных факторов говорят нам о необходимости придания военной школе ярко выраженного национального характера, о культивировании в ней духа патриотизма, ясного понимания национального долга и гражданской ответственности, приобщения к истокам русского национального искусства, воспитания в ней (школе) преданности национальным традициям, веры в величие России.

*

Следует признать, что многое из написанного в данной статье, так и не воспринято в системе общего и военного образования.

Почему мы глухи к призывам предков?

ЛИТЕРАТУРА

-- 1.Никольский В.И. О русском национальном самосознании. Очерк. - СП б., 1907. -С.5.

-- 2.Цит. по: Никольский В.И. Указ. соч. С.20.

-- 3.См.: Никольский В.И. Указ. соч. - С.6.

-- 4.СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич (1853-1900), российский религиозный философ, поэт, публицист.

-- 5.Цит. по: Никольский В.И. Указ. соч. - С.18.

-- 6.ОВСЯНИКО-КУЛИКОВСКИЙ Дмитрий Николаевич (1853-1920), российский литературовед и языковед, почетный член РАН (1917; почетный член Петербургской АН с 1907), автор работ о русских писателях-классиках 19 в. Здесь приводится выдержка из его работы "Психология мысли и чувства" (Собр. соч., т.VI. - СП б., 1909. - С.26).

-- 7.Цит. по: Динзе В. Указ. соч. - С.52-53.

-- 8.Васильев Е. Война как общественное явление // Военный сборник. -1906. - N3. - С.77.

-- 9.ЛЮХЕР Гебхард Леберехт (1742-1819), прусский военачальник, генерал-фельдмаршал (1813), князь Вальштаттский. В 1813-14 главнокомандующий русско-прусской Силезской армией в войне с Францией, в 1815 - пруС. армией, участвовавшей в сражении при Ватерлоо.

-- 10.МОЛЬТКЕ (Старший) Хельмут Карл (1800-91), граф (1870), германский генерал-фельдмаршал (1871) и военный теоретик. Один из идеологов германского милитаризма.

-- 11.БИСМАРК (Bismarck) Отто фон Шенхаузен (Schonhausen) (1815-98), князь, 1-й рейхсканцлер герм. империи в 1871-90. Осуществил объединение Германии на прусско-милитаристской основе.

-- 12.А.Г. Мысли германцев о настоящей войне // Военный сборник. - 1915.- N7. - С.84.

-- 13.Рубинштейн М.М. Война и идеал воспитания (к вопросу о национализме в школе) // Вестник воспитания. - 1916.- N3. - С.33.

-- 14.Роков Г. О национально-патриотическом воспитании // Вестник воспитания. - 1908.- N4. - С.41,51.

-- 15.См.: Мусин-Пушкин А.А. Сборник статей по вопросам школьного образования на Западе и в России (по личным наблюдениям). т.1. - СП б., 1912. - С.189.

-- 16.Мусин-Пушкин А.А. Сборник статей по вопросам школьного образования на Западе и в России (по личным наблюдениям).-Т.2. - СП б., 1912. -С. 326,327-328.

-- 17.Богданович Е.В. Школа патриотизма. - СП б., 1908. - С.13.

-- 18.Маккавейский Н.К. Религия и народность, как основы воспитания. - Киев, 1895. - С.35.

-- 19.Маккавейский Н.К. Указ. соч. - С.36.

-- 20.Маккавейский Н.К. Указ. соч. - С.36.

-- 21.Талызин М. Речь о необходимости отечественного воспитания, произнесенная в главном педагогическом институте, 11 декабря 1831 года. - СП б., 1831. -5.

-- 22.Талызин М. Указ. соч. - С.5.

-- 23.Аксаков И.С. Славянофильство и западничество. 1860-1886. Статьи из "Дня", "Москвы", "Москвича" и "Руси". В 2-х тт. - Т.II. - М., 1886. - С.311.

-- 24.Аксаков И.С. Указ. соч. - С.672,674.

-- 26.Аксаков И.С. Указ. соч. - С.691.

-- 26.Блонский П. О национальном воспитании // Вестник воспитания. - 1915.- N4. - С.1,2.

-- 27.Маккавейский Н.К. Указ. соч. - С.38-39.

-- 28.ПИСАРЕВ Дмитрий Иванович (1840-68), русский публицист и литературный критик. С начала 1860-х гг. ведущий сотрудник ж. "Русское слово".

-- 29.Цит. по: Ефимов Е. Реформа средней школы и национальное воспитание по материалам министерства народного просвещения // Вестник воспитания. - 1916.- N3.- С.1,2,5.

-- 30.Аксаков И.С. Указ. соч. - С.226.

-- 31.КАТКОВ Михаил Никифорович (1818-87), русский публицист, издатель ж. "Русский вестник" (с 1856) и газ. "Московские ведомости" (1850-55, 1863-87).

-- 32.Катков М.Н. О современных вопросах России. (1879-1887 гг.) - Б.м., б.г. -С.6,39.

-- 33.КАРАМЗИН Николай Михайлович (1766-1826), российский историк, писатель, почетный член Петербургской АН (1818). Создатель "Истории государства Российского" (т. 1-12, 1816-29), одного из значительных трудов в российской историографии.

-- 34.Карамзин Н.М. О любви к Отечеству и народной гордости. - Одесса, 1888.- С.5,6,10.

-- 35.Драгомиров В. Подготовка Русской Армии к Великой войне. I. Подготовка командного состава // Военный Сборник.- кн. IУ.- I923.- С.110.

-- 36.Яковлев П.П. Влияние веры на военное деле в нашей и иностранных армиях. Очерк.- М., I900.- С.68. (Курсив наш - А.К.).

-- 37.Парский Д. Что нужно нашей армии ?. - СП б., I906. -С.41-42.

-- 38.Бобровский П.О. Юнкерские училища. Историческое обозрение их развития и деятельности.-т.1.- СП б., 1872.- С.116.

-- 39.См.: Исторический очерк Павловского военного училища, Павловского кадетского корпуса и Императорского Военно-Сиротского Дома.1788-1898. - СП б., 1898.- С.79.

-- 40.Мельницкой Н. Сборник сведений о военно-учебных заведениях в России. (Сухопутного ведомства).т. 2, ч.4. - СП б., 1857. - С.242.

-- 41. П.С.З.Р.И., Т.ХХII, 9-го апреля 1847 г., N21086 и Т.ХХIV, 13-го апреля 1849 г., N3,23174. - Мельницкой Н. Указ. соч. - С.172.

Информация к размышлению

Петр III.

Художник Антропов Алексей Петрович. (1716-1795)

"ВРЕМЯ БЫЛО ШАТКОЕ И САМОЕ КРИТИЧЕСКОЕ"

Фрагменты из кн. С.М. Соловьева:

Большинство встретило мрачно новое царствование: знали характер нового государя и не ждали ничего хорошего. Меньшинство людей, обещавших себе важное значение в царствование Петра III, разумеется, должно было стараться рассеять грустное расположение большинства, доказывать, что оно обманывается в своих черных предчувствиях.

*

На другой день по вступлении на престол Петра, 26 декабря, по именному указу велено было прекратить следствие над губернаторами Солтыковым и Пушкиным; но здесь могли видеть заступничество сильных людей за свою братью; только после услыхали об освобождении людей, долго страдавших в заточении, хотя и тут чуждые и даже ненавистные имена мешали впечатлению.

*

Возвращены были Миних и Бирон; этой паре соответствовала другая пара таких же заклятых врагов, сосланных при Елисавете: то были Лесток и Бестужев-Рюмин; о Лестоке было кому напомнить: в первый же день восшествия на престол, 25 декабря, канцлер граф Воронцов подал императору доклад, в котором между прочим находилась статья "О помиловании и освобождении из ссылки несчастного графа Лестока".

*

25 декабря, когда Елисавета находилась при последнем издыхании, за две комнаты от спальни умирающей поместились бывший генерал-прокурор князь Никита Юр. Трубецкой и бывший обер-прокурор Сената, теперь генерал-кригскомиссар Александр Ив. Глебов. Здесь, расположась за письменным столом, подзывали они к себе то того, то другого из людей, близких к наследнику, перешептывались с ними, потом что-то писали и ходили как будто с докладами или для получения наставлений к великому князю, который большею частью находился перед спальнею умирающей тетки.

*

Через два дня, 28 декабря, узнали о других милостях: фельдмаршал князь Никита Юр. Трубецкой был пожалован в подполковники Преображенского полка (полковником был сам государь); Шуваловы, Петр и Александр, были произведены в фельдмаршалы.

*

На первых местах в этом совете видим родственников императора по отцу принцев голштинских. Первый, дядя Петра III принц Георгий, генерал прусской службы, вызванный в Россию тотчас по восшествии на престол Петра, который был чрезвычайно к нему привязан: он произвел его в генерал-фельдмаршалы и полковники лейб-гвардии Конного полка с жалованием по 48000 рублей в год. Другой принц, Петр-Август-Фридрих Голштейн-Бекский, был сделан фельдмаршалом, петербургским генерал-губернатором, командиром над всеми полевыми и гарнизонными полками, находившимися в Петербурге, Финляндии, Ревеле, Эстляндии и Нарве.

*

17 января император прибыл в Сенат, где оставался от 10 до 12 часов. Тут он подписал указы о возвращении из ссылки Менгдена, Лилиенфельдов, Минихов, Лопухиной; потом соизволил указать: в продаже соли цену уменьшить и положить умеренную, если совсем вольною торговлею сделать нельзя, о чем Сенату рассуждать.

*

В заключение Петр объявил свое решение относительно дворянской службы: "Дворянам службу продолжать по своей воле, сколько и где пожелают, и когда военное время будет, то они все явиться должны на таком основании, как и в Лифляндии с дворянами поступается".

*

Только через месяц, 18 февраля, был обнародован манифест о вольности дворянской; в нем император говорил, что при Петре Великом и его преемниках нужно было принуждать дворян служить и учиться, отчего последовали неисчетные пользы; истреблена грубость в нерадивых о пользе общей, переменилось невежество в здравый рассудок, полезное знание и прилежность к службе умножили в военном деле искусных и храбрых генералов, в гражданских и политических делах поставили сведущих и годных людей к делу -- одним словом заключить, "благородные мысли вкоренили в сердцах всех истинных России патриотов беспредельную к нам верность и любовь, великое усердие и отменную к службе нашей ревность, а потому и не находим мы той необходимости в рассуждении к службе, какая до сего времени потребна была".

*

"Мы надеемся, -- говорилось в манифесте, -- что все благородное российское дворянство, чувствуя толикие наши к ним и потомкам их щедроты, по своей к нам всеподданнической верности и усердию побуждены будут не удаляться ниже укрываться от службы, но с ревностью и желанием в оную вступать и честным и незазорным образом оную по крайней возможности продолжать, не меньше и детей своих с прилежностью и рачением обучать благопристойным наукам, ибо все те, кои никакой и нигде службы не имели, но только как сами в лености и праздности все время препровождать будут, так и детей своих в пользу отечества своего ни в какие полезные науки не употреблять, тех мы, яко суще нерадивых о добре общем, презирать и уничтожать всем нашим верноподданным и истинным сынам отечества повелеваем, и ниже ко двору нашему приезд или в публичных собраниях и торжествах терпимы будут".

*

Ив. Ив. Шувалов внес в свой проект фундаментальных законов:

"Впадшее в преступление дворянство теряет только конфискациею собственно нажитое собою имение, а не родовое. От бесчестной политической казни дворянство свободить".

*

7 февраля император объявил в Сенате, что отныне Тайной розыскных дел канцелярии быть не имеет. 21 февраля издан был манифест, в котором говорилось:

"Всем известно, что к учреждению тайных розыскных канцелярий, сколько разных имен им ни было, побудили вселюбезнейшего нашего деда, государя императора Петра Великого, монарха великодушного и человеколюбивого, тогдашних времен обстоятельства и не исправленные еще в народе нравы. С того времени от часу меньше становилось надобности в помянутых канцеляриях; но как Тайная канцелярия всегда оставалась в своей силе, то злым, подлым и бездельным людям подавался способ или ложными затеями протягивать вдаль заслуженные ими казни и наказания, или же злостнейшими клеветами обносить своих начальников или неприятелей. Вышеупомянутая Тайная розыскных дел канцелярия уничтожается отныне навсегда, а дела оной имеют быть взяты в Сенат, но за печатью к вечному забвению в архив положатся. Ненавистное выражение, а именно "слово и дело", не долженствует отныне значить ничего, и мы запрещаем"...

*

Пётр Фёдорович в бытность Великим князем.

Портрет работы Г. Х. Грота

Сенат указывал, что дефицит происходит от содержания армии за границею, но избежать этого расхода не предполагалось, и потому прибегали к средству, которого так остерегались при Елисавете.

*

Деньги были нужны, потому что главных расходов -- расходов на войско -- уменьшить было нельзя, напротив, они должны были увеличиться вследствие усиленных военных приготовлений.

6 марта Сенат слушал именной указ:

"С того времени, как регулярство и военная дисциплина действительно заведены в войсках наших, империя наша и большую гораздо знатность и новое расширение получила; но как почти все европейские государи, а особливо с некоторого времени, неутомленное прилагают старание войска свои сколько можно в лучшее состояние приводить, и в двух неоспоримых истинах признаться надобно: первое, что военное звание и ремесло во многом весьма переменились и гораздо большего достигли совершенства, и второе, что и долг нас обязует, и внутренне чувствуем мы превеликое, но справедливое удовольствие, прилагая всевозможные к тому труды и старания, чтоб, приводя империю нашу в цветущее состояние, поставить и военную нашу силу сколько можно в лучшее еще и для приятелей почтительнейшее, а для неприятелей страшное состояние; то за потребно рассудили мы для достижения сего намерения учредить нарочную военную комиссию, а главную дирекцию оной на нас самих снимаем, членами же оной определяем его высочество голштинского принца Георгия, нашего любезного дядю, яко генерал-фельдмаршала, генерал-фельдмаршала князя Трубецкого, генерал-фельдмаршала принца Голштейн-Бекского, генерал-фельдцейхмейстера Вильбоа, генерал-прокурора и генерал-кригскомиссара Глебова, генерал-поручика Мельгунова и нашего генерал-адъютанта барона Унгерна".

*

Кроме русского войска Петр вознамерился составить особое голштинское войско, и вербовщики отправились в Лифляндию и Эстляндию с наказом вербовать вольных людей, а не из подданных его импер. величества; отправились и в Малороссию для набора из волохов и поляков, но никак не из малороссиян.

*

Фридрих II

Но мы уже видели, что Петр давно обнаруживал сильное уважение к Фридриху II и несочувствие к политической системе, господствовавшей при его тетке.

*

Репнин обедал у короля 29 и 30 июня. Оба раза Фридрих пил здоровье Петра, говоря, что он "не может довольно часто пить столь дражайшее здоровье".

*

Известие о восшествии на престол Петра III имело в Дании необходимым следствием усиленное вооружение, о котором русский посланник в Копенгагене Корф и сообщил в Петербург. "Все внимание императора, -- доносил Гольц Фридриху от 25 февраля, -- обращено на Голштинию".

*

Надобно было дать дополнительные изъяснения, каким образом Петр хочет способствовать восстановлению тишины в Европе. Эти изъяснения заключались в рескрипте от 9 апреля. "Дожидаться такого генерального мира, каков был Вестфальский, -- говорилось в рескрипте, -- значит воевать бесконечное время и притом быть уверенным, что постановляемый таким образом мир не может всех удовольствовать, следовательно, не может быть и прочным"...

*

Все участвующие в нынешней войне дворы, кажется, только выжидают, кто сделает первый и самый важный шаг к достижению мира; страждущие народы ищут того, кого они должны благодарить за свое избавление и благополучие, а мы благоволением Божиим одни теперь в таком состоянии, что единственно из любви к миру, из сожаления о страждущем человечестве и из личного уважения к дружбе и оказываемым нам угодностям от его величества короля прусского можем услужить роду человеческому своим бескорыстием: нам, следовательно, и надобно сделать этот первый шаг.

*

Между Россиею и Пруссиею беспримерный в истории тесный союз.

От Фридриха II ждать добра нечего, а Петр III по привязанности своей к Фридриху давно уже враждебно относился к саксонскому дому, и вражда эта усилилась, когда императрица Елисавета согласилась на возведение в курляндские герцоги сына Августа III принца Карла саксонского, тогда как Петр прочил на это место дядю своего, принца Георгия голштинского.

*

Пётр и Екатерина: совместный портрет работы Г. К. Грота

После Петра Великого, после сокрушения могущества Швеции, русские люди привыкли считать себя безопасными со стороны Запада, где нечего было бояться ни от слабой Швеции, ни от слабой Польши, где союз с Австриею обеспечивал со стороны Турции, где самым главным врагом России считалась отдаленная Франция, не могшая, однако, враждовать непосредственно, могшая вредить только интригами, подкупами: борьба с Франциею ограничивалась борьбою дипломатическою.

Но в конце первой половины XVIII века эта безопасность со стороны Запада исчезла: здесь вдруг выдвинулась на первый план Пруссия, игравшая до тех пор второстепенную роль; знаменитый король ее, искуснейший полководец времени, не разбирал средств для усиления своего государства захватом чужих областей; Швеция, Польша, Турция вошли в круг деятельности Фридриха II, и везде интересы его необходимо сталкивались с русскими.

*

Россия приняла деятельное участие в союзе, составленном для сокращения сил прусского короля. Война выказала еще более эти силы, выказала вместе с тем необходимость со стороны союзников не уставать в преследовании своей цели, и Россия действовала неутомимо, несмотря на все внутренние и внешние препятствия.

*

Цель великих усилий и пожертвований достигалась, Фридрих II доведен был до последней крайности -- и в эту самую минуту вдруг все переменяется. Эта перемена не была торжеством известной стороны, которая держалась совершенно противоположных взглядов и теперь воспользовалась переменою царствующего лица для проведения этих взглядов; не было русских людей, которые сочувствовали Фридриху II и не сознавали необходимости сдержать его в непосредственных интересах отечества. Русские люди, бесспорно, тяготились продолжительной войною и желали мира, но мира честного, и этот честный мир был уже в руках, дожидаться его было недолго: награда за всю кровь, за все пожертвования была готова. Новый император возбудил бы к себе полное сочувствие в русских людях, если бы явился вооруженным посредником в умирении Европы, если бы, признавая по примеру английского министерства необходимость для Фридриха II удовлетворить требованиям противников, в то же самое время умерил бы эти требования.

*

Но сделанное Петром III глубоко оскорбляло русских людей, потому что шло наперекор всеобщему убеждению, отзывалось насмешкою над кровью, пролитою в борьбе, над тяжелыми пожертвованиями народа для дела народного, правого и необходимого; мир, заключенный с Пруссиею, никому не представлялся миром честным; но, что всего было оскорбительнее, видели ясно, что русские интересы приносятся в жертву интересам чуждым и враждебным; всего оскорбительнее было то, что Россия подпадала под чужое влияние, чужое иго, чего не было и в печальное время за двадцать лет тому назад, ибо и тогда люди, стоявшие наверху, люди нерусского происхождения -- Остерман, Миних, Бирон -- были русские подданные и не позволяли послам чужих государей распоряжаться, как теперь распоряжался прусский камергер Гольц. Прожили двадцать лет в утешительном сознании народной силы, в сознании самостоятельности и величия России, имевшей могущественное, решительное влияние на европейские дела, а теперь до какого позора дожили!

*

Итак, Ив. Ив. Шувалов -- глава заговора, по уверению Гольца и Шверина, он ждет только удаления Петра из России, чтоб свергнуть его: ясно, что если Петр непременно хочет уехать, то нельзя оставлять без него Шувалова в Петербурге.

Петр сам говорит Шувалову: "Прусский король мне пишет, что ни один из подозрительных мне людей не должен оставаться в Петербурге в мое отсутствие".

*

К неудовольствию отдельных лиц присоединялось неудовольствие могущественных сословий -- духовенства, войска. Резкое, крутое решение вопроса о церковных имуществах возбудило сильное негодование духовенства.

Гольц доносил своему государю 25 мая: "Духовенство подало императору представление на русском и латинском языках, где жалуется на насилия и странные поступки с собою вследствие указа об отобрании церковных имуществ; таких поступков духовенство не могло ожидать и от варварского правительства, а теперь принуждено терпеть их от правительства православного, и это тем горестнее, что духовные люди терпят насилие потому только, что они суть служители Божии. Эта бумага, подписанная архиепископами и многими из духовенства, составлена в чрезвычайно сильном тоне, это не просьба, а скорее протест против государя. Донесения, полученные вчера и третьего дня от воевод отдаленных областей, говорят о старании духовенства подустить народ против монарха. В донесениях говорится, что дух мятежа и неудовольствия стал до того всеобщим, что они, воеводы, не знают, какие меры предпринять, а потому требуют наставлений от правительства".

*

Портрет Петра III работы художника А. П. Антропова, 1762

К неудовольствию духовенства присоединялось неудовольствие войска. Одним из первых дел нового царствования было распущение елисаветинской лейб-кампании. Уничтожение этой "гвардии в гвардии", разумеется, могло возбудить только удовольствие, если бы на месте старой русской лейб-кампании не увидали тотчас же новой, только иностранного происхождения, голштинской гвардии, пользовавшейся явным предпочтением императора, что и возбуждало сильнейшее неудовольствие в русской гвардии.

*

...Петр называл гвардейцев янычарами.

*

При таких основных причинах неудовольствия все не нравилось, все возбуждало ропот: роптали на перемену формы, на частое и долгое ученье по новому, прусскому образцу.

*

Русский современник-очевидец так говорит о неудовольствии в войске и его причинах:

"Негодование во многих произвел и число недовольных собою увеличил он, Петр, и тем, что с самого того часа, как скончалась императрица, не стал уже он более скрывать той непомерной приверженности и любви, какую имел всегда к королю прусскому. Он носил портрет его на себе в перстне беспрерывно, и другой, большой, повешен был у него подле кровати. Он приказал тотчас сделать себе мундир таким покроем, как у пруссаков, и не только стал сам всегда носить оный, но восхотел и всю гвардию свою одеть таким же образом; а сверх того, носил всегда на себе и орден прусского короля, давая ему преимущество пред всеми российскими. А всем тем не удовольствуясь, восхотел переменить и мундиры во всех полках и вместо прежних одноцветных зеленых поделал разноцветные, узкие и таким покроем, каким шьются у пруссаков оные. Наконец, и самым полкам не велел более называться по-прежнему по именам городов, а именоваться уже по фамилиям своих полковников и шефов; а сверх того, введя уже во всем наистрожайшую военную дисциплину, принуждал их ежедневно экзерцироваться, несмотря, какая бы погода ни была, и всем тем не только отяготил до чрезвычайности все войска, но и, огорчив всех, навлек на себя, и особливо от гвардии, превеликое неудовольствие".

*

Вельможи, старики, имевшие почетное место в гвардии, должны были подчиниться новым порядкам, если не хотели навлечь на себя неудовольствия и насмешек императора.

*

Известный Болотов, приехавший в это время в Петербург, так описывает впечатление, произведенное на него проходившим отрядом гвардии:

"Шел тут строем деташемент гвардии, разряженный, распудренный и одетый в новые тогдашние мундиры, и маршировал церемониею. Но ничто меня так не поразило, как идущий пред первым взводом низенький и толстенький старичок с своим эспантоном и в мундире, унизанном золотыми нашивками, со звездою на груди и голубою лентою под кафтаном и едва приметною. "Это что за человек?" -- спросил я. "Как! разве вы не узнали? Это князь Никита Юрьевич Трубецкой!" -- "Как же это? Я считал его дряхлым и так болезнью ног отягощенным стариком, что, как говорили, он затем и во дворец, и в Сенат по нескольку недель не ездил, да и дома до него не было почти никому доступа?" "О! -- отвечали мне -- Это было вовремя оно; а ныне, рече Господь, времена переменились, ныне у нас больные, и небольные, и старички самые поднимают ножки и наряду с молодыми маршируют и так же хорошохонько топчут и месят грязь, как солдаты"".

*

У русских людей сердце обливалось кровью от стыда пред иностранными министрами. Эти иностранные министры в донесениях своим дворам оставили единогласные свидетельства о неприличии пирушек Петра III, возбуждавших сильное неудовольствие в народе.

Об этом неудовольствии приведем слова того же очевидца:

"Ропот на государя и негодование ко всем деяниям и поступкам его, которые, чем далее, тем становились хуже, не только во всех знатных с часу на час увеличивалось, но начинало делаться уже почти и всенародным, и все, будучи крайне недовольными заключенным с пруссаками перемирием и жалея о ожидаемом потерянии Пруссии, также крайне негодуя на беспредельную приверженность государя к королю прусскому, на ненависть и презрение его к закону, на крайнюю холодность, оказываемую к государыне, его супруге, на слепую его любовь к Воронцовой иначе всего на оказываемое потому более презрение ко всем русским и даваемое преимущество пред ними всем иностранцам, а особливо голштинцам, отважились публично и без всякого опасения говорить, и судить, и рядить все дела и поступки государевы. Всем нам тяжелый народный ропот и всеобщее час от часу увеличивающееся неудовольствие на государя было известно, и как со всяким днем доходили до нас о том неприятные слухи, а особливо когда известно сделалось нам, что скоро с прусским королем заключится мир и что приготовлялся уже для торжества мира огромный и великолепный фейерверк, то нередко, сошедшись на досуге, все вместе говаривали и рассуждали мы о всех тогдашних обстоятельствах и начали опасаться, чтоб не сделалось вскоре бунта и возмущения, и особливо от огорченной до крайности гвардии".

*

...Румянцев принужден был посылать совсем другие донесения императору; он писал, что недостаток съестных припасов приводит его в крайнее отчаяние, а, с другой стороны, пруссаки вместо помощи затрудняют его своими требованиями возвращения померанских мест.

Но последние донесения Румянцева уже не застали Петра на престоле.

*

В июне месяце "время было шаткое и самое критическое: опасались, чтоб не сделалось вскоре бунта и возмущения, а особливо от огорченной до крайности гвардии".

Перезахоронение Петра III в 1796 году.

Погребальная процессия (фрагмент).

Справка:

Пётр III (Пётр Фёдорович, урождённый Карл Петер Ульрих Гольштейн-Готторпский; 21 февраля 1728, Киль -- 17 июля 1762, Ропша) -- российский император в 1761--1762, первый представитель Гольштейн-Готторпской (Ольденбургской) ветви Романовых на русском престоле.

-- После полугодового царствования свергнут в результате дворцового переворота, возведшего на престол его жену, Екатерину II, и вскоре лишился жизни.

-- Личность и деятельность Петра III долгое время расценивались историками единодушно отрицательно, однако затем появился и более взвешенный подход, отмечающий ряд государственных заслуг императора.

-- Во времена правления Екатерины за Петра Фёдоровича выдавали себя многие самозванцы (зафиксировано около сорока случаев), самым известным из которых был Емельян Пугачёв.

-- Пётр рос боязливым, нервным, впечатлительным, любил музыку и живопись и одновременно обожал всё военное (однако боялся пушечной пальбы; эта боязнь сохранилась у него на всю жизнь). Именно с воинскими утехами были связаны все его честолюбивые мечты.

-- Ум Великого князя занимали детские игры, воинские экзерциции и он совсем не интересовался женщинами.

-- В начале 1750-х годов Петру было разрешено выписать небольшой отряд голштинских солдат (к 1758 году их число -- около полутора тысяч), и всё свободное время он проводил, занимаясь с ними военными упражнениями и манёврами.

-- После смерти императрицы Елизаветы Петровны 25 декабря 1761 (5 января 1762 по новому стилю) был провозглашён императором. Правил 186 дней. Не короновался.

-- К числу важнейших дел Петра III относятся упразднение Тайной канцелярии (Канцелярия тайных розыскных дел).

-- Важнейший документ царствования Петра Фёдоровича -- "Манифест о вольности дворянства" (Манифест от 18 февраля 1762 года).

-- Петра III гораздо более внутренних дел интересовала война с Данией: из голштинского патриотизма император задумал в союзе с Пруссией выступить против Дании (вчерашней союзницы России).

-- В Петербург прибыл Генрих Леопольд фон Гольц. Мнением прусского посланника Пётр III так дорожил, что вскоре тот стал "заправлять всей внешней политикой России".

-- Оказавшись у власти, Пётр III сразу же прекратил военные действия против Пруссии и заключил с Фридрихом II Петербургский мир на крайне невыгодных для России условиях.

-- Важные события 28 июня 1762 года:во-первых -- переворот вышел за "стены дворца" и даже за пределы гвардейских казарм, обретя невиданную доселе широкую поддержку различных слоёв столичного населения, а во-вторых -- гвардия стала самостоятельной политической силой, причём силой не охранительной, а революционной, свергнувшей законного императора и поддержавшей узурпацию власти Екатериной.

-- Низложенный император тотчас после переворота в сопровождении караула гвардейцев во главе с А. Г. Орловым был отправлен в Ропшу в 30 верстах от Петербурга, где через неделю погиб.

-- Самозванцы в мировом сообществе не были в новинку уже со времён Лже-Нерона, появившегося практически сразу после гибели своего "прототипа". В России также известны лже-цари и лже-царевичи Смутного времени, но среди всех прочих отечественных властителей и членов их семейств Пётр III является абсолютным рекордсменом по количеству самозванцев, пытавшихся заступить на место безвременно умершего царя...

Ф.И. ТЮТЧЕВ

(избранные стихи)

МОРЕ И УТЕС

И бунтует, и клокочет,

Хлещет, свищет, и ревет,

И до звезд допрянуть хочет,

До незыблемых высот...

Ад ли, адская ли сила

Под клокочущим котлом

Огнь геенский разложила-

И пучину взворотила

И поставила вверх дном?

Волн неистовых прибоем

Беспрерывно вал морской

С ревом, свистом, визгом, воем

Бьет в утес береговой,-

Но, спокойный и надменный,

Дурью волн не обуян,

Неподвижный, неизменный,

Мирозданью современный,

Ты стоишь, наш великан!

И, озлобленные боем,

Как на приступ роковой,

Снова волны лезут с воем

На гранит громадный твой.

Но, о камень неизменный

Бурный натиск преломив,

Вал отбрызнул сокрушенный,

И клубится мутной пеной

Обессиленный порыв...

Стой же ты, утес могучий!

Обожди лишь час-другой-

Надоест волне гремучей

Воевать с твоей пятой...

Утомясь потехой злою,

Присмиреет вновь она-

И без вою, и без бою

Под гигантскою пятою

Вновь уляжется волна...

1848

Автопортрет, И. Е. Репин 1878