# Двести полезных книг

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий ИвановичДвести полезных книгСоздан: 26/02/2010, изменен: 26/02/2010, 95kФрагмент: История============================================================

А.И. Каменев

Практическая педагогика для курсантов.

М., Изд. МПУ "СигналЪ", 2000. - 226 с.

17 - Практическая книга для будущего офицера

Если имею дар пророчества и знаю все тайны,

и имею всякое познание и всякую веру,

так что могу и горы переставить,

а не имею любви, - то я ничто.

1-е послание к Коринфянам Св. Ап. Павла, Гл. 13, с.2.

ДВЕСТИ ПОЛЕЗНЫХ КНИГ

**************************************************

Медаль, выбитая в честь Чесменской победы. (Оборотная сторона)

Азбука трезвости. Сборник религиозно-назидательных и вообще добрых статей, рассказов и стихотворений о вреде пьянства и пользе трезвости. /Сост. А.Рождественский. - СП б., 1902.

Акимова А. Вольтер. - М., 1970.

Фрагмент:

Екатерина. Письма Вольтеру. Петербург, 29 декабря 1766-- 9 января 1767. М. г. Я только что получила ваше письмо от 22-го декабря, в котором вы решительно даете мне место среди небесных светил. Я не знаю, стоят ли эти места того, чтобы их домогаться, но я, во всяком случае, нисколько не желала бы находиться в числе всего того, чему человечество поклонялось столь долго. В самом деле, как бы ни было крошечно чувство самолюбия, но едва ли можно желать видеть себя в положении, равном с тем, которое принадлежит разным луковицам, кошкам, телятам, ослиным шкурам, быкам, змеям, крокодилам, животным всякого рода и пр., и пр. Ввиду такого перечисления благотворимых предметов, где тот человек, который решится мечтать о воздвигаемых ему храмах? А потому, прошу вас, оставьте меня на земле; тут, по крайней мере, я буду в состоянии получать письма ваши и ваших друзей, Дидро и д'Аламбера, тут, по крайней мере, я могу быть свидетельницей того участия, с которым вы относитесь ко всему, что служит к просвещению нашего века. Горе преследователям! Они вполне достойны быть сопричислены к такого рода божествам. Вот где их истинное место. Впрочем, м. г., будьте уверены, что всякое ваше одобрение служит мне весьма сильным поощрением. <...>

Вольтер. С портрета Даузеля.

Акимова А. Дидро. - М., 1963.

Дидро. С гравюры Катлена.

Аксиомы остроумия: Сб. / Ларошфуко. Максимы; М.Шамфор. Максимы, изречения, афоризмы и анекдоты. - Симферополь, 1998.

Анзимирова (Маран)М.К. Причины нравственной физиономии женщины: Исторический очерк. - СП б., I90I.

Аристотель. Этика. Политика. Риторика. Поэтика. Категории. - Минск, 1998.

Архиепископ Амвросий (Ключарев). О семейном счастии и христианском воспитании. - М., 1997.

Барнес П. Пешки. - М., 1974.

Благоразумие мудрости /Соломон Мудрый. Эпитект. - Симферополь, 1998.

Блондель А.А. Взгляд на обязанности и дух военного знания. - СП б., I836.

Бондарев Ю. Батальоны просят огня. Последние залпы. Повести. - М., 1984.

Бондарев Ю. Горячий снег: Роман. - М., 1984.

Борщаговский А. Русский флаг: Исторический роман. - М., 1971.

Брагин М. Кутузов. - М., 1975.

Генерал-фельдмаршал князь М. И. Кутузов-Смоленский.

Булгаков М. Собачье сердце: Роман. - М., 1987.

Фрагмент

"У-у-у-у-у-у-гу-гу-гугу-уу! О, гляньте на меня, я погибаю. Вьюга в подворотне ревет мне отходную, и я вою с ней. Пропал я, пропал. Негодяй в грязном колпаке - повар столовой нормального питания служащих Центрального совета народного хозяйства - плеснул кипятком и обварил мне левый бок. Какая гадина, а еще пролетарий. Господи, боже мой - как больно! До костей проело кипяточком. Я теперь вою, вою, да разве воем поможешь. Чем я ему помешал? Неужели я обожру Совет народного хозяйства, если в помойке пороюсь? Жадная тварь! Вы гляньте когда-нибудь на его рожу: ведь он поперек себя шире. Вор с медной мордой. Ах, люди, люди. В полдень угостил меня колпак кипятком, а сейчас стемнело, часа четыре приблизительно пополудни, судя по тому, как луком пахнет из пожарной Пречистенской команды. Пожарные ужинают кашей, как вам известно. Но это последнее дело, вроде грибов. Знакомые псы с Пречистенки, впрочем, рассказывали, будто бы на Неглинном в ресторане "Бар" жрут дежурное блюдо - грибы, соус пикан по три рубля семьдесят пять копеек порция. Это дело на любителя - все равно, что калошу лизать... У-у-у-у... Бок болит нестерпимо, и даль моей карьеры видна мне совершенно отчетливо: завтра появятся язвы и, спрашивается, чем я их буду лечить? Летом можно смотаться в Сокольники, там есть особенная, очень хорошая трава, а кроме того, нажрешься бесплатно колбасных головок, бумаги жирной набросают граждане, налижешься. И если бы не грымза какая-то, что поет на лугу при луне - милая Аида - так, что сердце падает, было бы отлично. А теперь куда пойдешь? Не били вас сапогом? Били. Кирпичом по ребрам получали? Кушано достаточно. Все испытал, с судьбой своей мирюсь и, если плачу сейчас, то только от физической боли и холода, потому что дух мой еще не угас... Живуч собачий дух".

Бурлацкий Ф. Загадка и урок Николо Макиавелли: Драматургические, исторически и социологические новеллы. - М., 1977.

Бутовский Н. Отрывки из бесед с молодежью. (Посвящается выпускным юнкерам). - СП б., I909.

Бутовский Н. Чувство порядочности в офицерской среде.. (Очерк военного быта) // Военный сборник. - I898. -NII,- с.II7- I4I.

Быков В. Третья ракета. Альпийская баллада. Обелиск. Дожить до рассвета. - М., 1975.

Фрагмент

"Дожить до рассвета" - Лейтенант уже слишком хорошо знал, что далеко не все в жизни получается так, как надо, тем более на войне. Чтобы не остаться внакладе, порой приходится из последних сил добиваться намеченной цели, до последней возможности драться против коварной силы обстоятельств, иначе провалишь дело и пропадешь сам. Вообще война беспощадна ко всякому, но первым на фронте погибает трус, -- именно тот, кто больше всех дорожит своей жизнью. Впрочем, достаточно гибнет и храбрых. Война удивительно слепа к людям и далеко не по заслугам распоряжается их жизнями. Как нигде в мирной жизни, здесь изменчива и капризна судьба человека, которому, чтобы жить, ни на минуту нельзя выпускать из рук тугих вожжей обстоятельств при любых, самых невозможных условиях надо стараться управлять ими. Горечь от первой и довольно нелепой утраты не оставляла Ивановского. Ненадолго лейтенант забывался, поглощенный ночными заботами, но она опять возвращалась щемящей, слишком знакомой на войне болью. И сколько он ни переживал ее за пять месяцев, эту раздирающую сердце боль, и какой бы обыденной она порой ни казалась, совершенно привыкнуть к ней было нельзя. Скольких уже он потерял навсегда за это время войны, думалось, пора бы уж и привыкнуть к самим потерям и свыкнуться с сознанием их неизбежности. Но, как ни привыкал, нет-нет да и находило на него такое отчаяние, что, казалось, лучше бы подставил под ту роковую пулю собственную голову, какой дорогой она ни была, чем навсегда укладывать в могильную глубь близкого тебе человека".

Васильев Б. А зори здесь тихие...: Повесть; В списках не значился: Роман.; Рассказы. - М., 1978.

Верховский А.И. На трудном перевале. - М., I959.

Верховский А.И. Россия на Голгофе (Из походного дневника I9I4-I9I8 гг.). - Пг., I9I8.

Военное законодательство Российской Империи: Кодекс русского военного права. // Российский военный сборник. Вып.10. -М., 1996.

Обелиск в честь Румянцева, на Царицыном лугу в Санкт-Петербурге

Военно-морская идея России: Духовное наследие Императорского флота. // Российский военный сборник. Вып.11. - М., 1997.

Волков С.В. Русский офицерский корпус. - М.: Воениздат, 1993.

Воскресенский С. Характер и вежливость: По мыслям лучших людей. - Киев, I904.

Ганичев П.П. Воинские звания. - М., 1989.

Гастев М. Рассуждения о причинах, замедливших гражданскую образованность в русском государстве до Петра Великого. - М., I832.

Гельвеций К.А. О человеке, его умственных способностях и его воспитании. - М.,1938.

Герои Шипки: Сборник. - М,. 1979.

Гете И. Из моей жизни: Поэзия и правда. Пер. с нем. - М., 1969.

Глебовский В.А. Древние педагогические писатели в биографиях и образах. - СП б., 1903.

Глинка В. Дорогой чести. - М., 1971.

На большой дороге между Москвой и Можайском 21 сентября 1812 г.

Гобарев В.М. Предыстория Руси. - М., I994.

Голдсмит О. Гражданин мира, или Письма китайского философа, проживающего в Лондоне, своим друзьям на Востоке. - М., 1974.

Голубев С. Багратион: Роман. - М., 1979.

Гомер. Илиада. Пер. с греч. - М., 1978.

Гомер. Одиссея. Пер. с греч. - М., 1983.

Гордин Я. Хроника одной судьбы. Художественно-документальная повесть о В.Н.Татищеве. - М., 1980.

Гофман Э.Т.А. Эликсиры сатаны: Роман. - Л.,1984.

Гусев Г. Странствия великой мечты. - М., 1982.

Давыдов Д. Записки партизана. Стихи. - М., 1984.

Д. В. Давыдов

Демокрит в его фрагментах и свидетельствах древности. - М.: Соцэкгиз, 1935.

Деникин А.И. Путь русского офицера. - М., 1990.

Фрагмент

"Ген. Куропаткин в своих "Итогах" несчастной японской войны писал о командном составе: "Люди с сильным характером, люди самостоятельные, к сожалению, в России не выдвигались вперед, а преследовались; в мирное время они для многих начальников казались беспокойными. В результате такие люди часто оставляли службу. Наоборот, люди бесхарактерные, без убеждений, но покладистые, всегда готовые во всем соглашаться с мнением своих начальников, выдвигались вперед". Конечно, не одно военное ведомство, но и весь бюрократический аппарат государства в большей или меньшей степени страдал этим грехом. Только последствия были неравноценны, ибо на войне за это расплачиваются лишней кровью. Ген. Куропаткин имел достаточное основание для своего пессимизма на примере старшего генералитета маньчжурских армий, на редкость неудачного. Но и в прежнее время люди "беспокойные" с немалым трудом пробивались к командным высотам сквозь фамусовско-молчалинское окружение. Так, вознесенный более почитанием армии, народа и общества, нежели признанием военных сфер, выдвинулся Белый генерал -- Скобелев. Другой достойный его современник ген. Черняев остался в тени. Покоритель Ташкента жил в отставке, в обидном бездействии, на скудную пенсию, на которую, вдобавок, накладывал руку контроль по нелепым, чисто формальным поводам. И Черняев с горечью рапортовал: "Сохраню себе в утешение неоспоримое право считать, что покорение к подножию русского престола обширного и богатого края сделано мною не только дешево, но отчасти и на собственный счет".

Джефферс Х., Левитан Д. Побывай в Перрисе и умри: Грубость и жестокость в морской пехоте США. - М.: Воениздат, 1973.

Джованьоли. Спартак: Роман. - М., 1968.

Дистервег А. Избранные педагогические сочинения. - М.,1956

Добрович А.Б. Воспитателю о психологии и психогигиене общения. - М., 1987.

Достоевский Ф. Братья Карамазовы: Роман. В 4 ч. - М., 1973.

Достоевский Ф.М. Дневник писателя за I876 г. - В кн.: Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч. - т.25. - Л., I983.

Фрагмент

"И автор записок и самые "Записки", разумеется, вымышлены. Тем не менее такие лица, как сочинитель таких записок, не только могут, но даже должны существовать в нашем обществе, взяв в соображение те обстоятельства, при которых вообще складывалось наше общество. Я хотел вывести перед лицо публики, повиднее обыкновенного, один из характеров протекшего недавнего времени. Это -- один из представителей еще доживающего поколения. В этом отрывке, озаглавленном "Подполье", это лицо рекомендует самого себя, свой взгляд, и как бы хочет выяснить те причины, по которым оно явилось и должно было явиться в нашей среде. В следующем отрывке придут уже настоящие "записки" этого лица о некоторых событиях его жизни". ... "Я человек больной... Я злой человек. Непривлекательный я человек. Я думаю, что у меня болит печень. Впрочем, я ни шиша не смыслю в моей болезни и не знаю наверно, что у меня болит. Я не лечусь и никогда не лечился, хотя медицину и докторов уважаю. К тому же я еще и суеверен до крайности; ну, хоть настолько, чтоб уважать медицину. (Я достаточно образован, чтоб не быть суеверным, но я суеверен.) Нет-с, я не хочу лечиться со злости. Вот этого, наверно, не изволите понимать. Ну-с, а я понимаю. Я, разумеется, не сумею вам объяснить, кому именно я насолю в этом случае моей злостью; я отлично хорошо знаю, что и докторам я никак не смогу "нагадить" тем, что у них не лечусь; я лучше всякого знаю, что всем этим я единственно только себе поврежу и никому больше. Но все-таки, если я не лечусь, так это со злости. Печенка болит, так вот пускай же ее еще крепче болит!"

Драгомиров М.И. Армейские заметки. - В кн.: Бескровный Л.Г. Хрестоматия по русской военной истории. - М.: Воениздат, 1947. - с.464-469.

Драгомиров М.И. Офицерская памятка: мысли и афоризмы генерала М.И.Драгомирова о военном деле. - СП б., б., I892.

Дурова Н. Избранные сочинения кавалерист-девицы. - М., 1983.

Чесменская битва. Фрагмент гравюры Кано и Ватса

Душа армии: Русская военная эмиграция о морально-психологических основах Российской вооруженной силы. // Российский военный сборник. Вып.13. - М., 1997.

Дьяченко Г. Вера. Надежда. Любовь. Катехизисные поучения. - М., 1993.

Дюра-Ласаль Л. О звании генерала или о воспитании, образовании, познании и достоинствах, нужных главнокомандующему и прочим офицерам для командования армией. Основано на правилах великих полководцев ученых и знаменитых писателей древнего и настоящего. - СП б., I855.

За землю Русскую! Памятники литературы Древней Руси ХI-ХV веков. - М.. 1981.

Загоскин Н. Очерки организации и происхождения служилого сословия в до-Петровской Руси. - Казань, I876.

Задонский Н. Смутная пора: Историческая хроника. - М., 1959.

Задонский Тихон. Плоть и дух. - М., 1997.

Закон любви. Начала христианской нравственности. - М., 1997.

Зеньковский В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. - М., 1993.

Зонин А. Жизнь адмирала Нахимова: Роман. - Л., 1956.

Зуев-Инсаров Д.М. Почерк и личность (Способ определения характера по подчерку, графологический метод изучения личности). - М., 1993.

Екатерина Вторая.

Путешествие в Крым в 1787 г. Верстовой столб.

Зыков А. Как и чем управляются люди. Опыт военной психологии. - СП б., I898.

Иван Грозный, IV, царь: Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. - Л., 1979.

Иванов В. Русь Великая: Роман-хроника. - М., 1983.

Иванов В. Русь изначальная: Роман. В 2 т. - М., 1982.

Игнатьев А. Пятьдесят лет в строю: В 2 т. - М., 1955.

Ильин И. О грядущей России. - М., 1991.

Фрагмент

"Дьявольское начало имеет в жизни человеческого рода свою историю. По этому вопросу существует серьезная научная литература, не касающаяся, впрочем, последних десятилетий. Однако именно последние десятилетия проливают новый свет на два прошедших века. Эпоха европейского "просвещения"

(начиная с французских энциклопедистов 18 века) подорвала в людях веру в бытие личного дьявола. Образованному человеку не верится в существование такого отвратительного, человекообразного существа "С хвостом, с когтьми, с рогами" (по Жуковскому), никем не виданного, а изображаемого только в балладах и на картинках. Лютер еще верил в него и даже швырнул в него чернильницей; но позднейшие века отвергли "черта" и он постепенно "исчез", угас как "отживший предрассудок". Но именно тогда им заинтересовались искусство и философия. У просвещенного европейца остался лишь "плащ" сатаны и он начал с увлечением драпироваться в него. Загорелось желание узнать о дьяволе побольше, рассмотреть его "истинный облик", угадать его мысли и желания, "перевоплотиться" в него или хотя бы "пройтись" перед людьми в дьявольском Образе"...

Ильин И.А. Творческая идея нашего будущего. Об основах духовного характера: публичная речь, произнесенная в 1934 году в Риге, Берлине, Белграде и Праге. - СП б., 1993.

Фрагмент

"Есть искренние превращения: человек тоскует по родине, а родина для него не дух, не честь, не культура, не самостоятельное и свободное цветение народной души и даже не ранг народа в мировой истории. Родина для него - это стихия национального языка (хочу говорить по-русски!); ширь ландшафта (мне здесь тесно и душно, хочу наших равнин и лесов!); острота климата (морозы, снега, весенний ветер, грозы, ливни, бури!) и аромат быта (выветрившийся в советчине!)".

Инструкция или воинские наставления короля Прусского его генералитету. - М., I76I.

Инструкция китайского полководца Сунь-цзы подчиненным ему генералам. // Военный сборник. -I860. -N6. -с.330-342

Фрагмент

Во все времена война и сражение считались чем - то хорошим; но уверяю вас, что война и сражение принадлежат к таким действиям, которые чем более отдаляются от добра, тем более приближаются к худому и гибельному, как вообще все действия, у которых конец - или полный успех, или совершенная гибель. Выигранное сражение доставит вам много; проигранное может вас погубить. Поэтому нельзя решаться на бой, не сделав предварительно глубоких соображений и расчета, можете ли вы успеть, ибо вступать в сражение имеете право только с полной уверенностью в успехе. Припомните действия весов и меры счисления и не ошибитесь. Не забывайте, что от вашей ошибки зависит гибель тысяч и благосостояние миллионов людей. Будьте осторожны. Когда вам предлагают пост полководца и вы, после уединенного совещания с вашей совестью, решились принять оный, то после того не можете ничем отговариваться: ни необразованием своей армии, ни неимением хороших помощников, ни усердием исполнить неисполнимую волю своего владыки. Такой образ поведения доставит вам высокое уважение ваших подчиненных и всего отечества, а вас самих наведет на крайнюю осторожность, неутомимую бдительность, заботливость и внимание. Соображения ваши, решаясь на бой, должны быть основаны на отношении ваших сил к силам неприятельским и на отношении ваших способностей к способностям противника вашего. Вы не должны смотреть пристрастно ни на свою армию, ни на армию неприятеля, ни на себя, ни на противника. Вы должны понять его, из его действий...

Инструкция ротным командирам за подписанием полковника графа Воронцова I774 г., января I7 дня в I7 пунктах состоящая на I3 листах. - В кн.: Бескровный Л.Г. Хрестоматия по русской военной истории. - М.: Воениздат, 1947.

Фрагмент

"Три года тому назад хотя и предписана была господам ротным командирам инструкция касательно обучения солдат и прочаго, но как опытами и временем много мною отмечено, иное пропущено, иное за настоящим военным временем неспособным мне оказалось, то поэтому прежняя инструкция назад отбирается, а эту новую к непременному и наиточнейшему исполнению господам ротным командирам здесь предлагаю".

Иоанн, митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский. Будь верен до смерти (православие и современность). - М., 1993.

Фрагмент

ХОД МИРОВОЙ ИСТОРИИ извилист и непредсказуем. Вопреки распространенному мнению, ее течение не есть результат "борьбы добра и зла". Это заблуждение, утверждающее нравственный дуализм, а проще сказать - равняющее Всеблагого Бога с Его падшим творением, низверженным херувимом, превратившимся в мрачного демона, - доныне служит первоосновой множества пагубных недоразумений и ошибок во всех областях человеческой жизни. Силы добра неизмеримо превышают возможности зла. Причины всех земных нестроений в том, что зло - именно зло - борется с добром, пытаясь разрушить промыслительное Божественное устроение мира, которое по милости Божией должно совершиться полным искоренением грехов и страстей. И если бы человек, почтенный от Господа превыше всякой земной твари, обладающий богоподобной свободой - свободой нравственного выбора - не злоупотреблял ею, произвольно склоняясь на соблазны зла, не было бы в мире места темной силе и простора для ее действий па земле...

Иоанн Златоуст. Избранные творения. В 2- х. т. - М., 1993.

Фрагмент

Ничто не может так обуздывать и воздерживать нас, как смиренномудрие, когда т.е. мы бываем скромны, смиренны и никогда нисколько не мечтаем о себе. Зная это и Христос, когда приступил к проповеди Своего учения, начал с увещаения к смиренномудрию, и, отверзши уста, прежде постановил этот закон сими словами: блаженны нищие духом (Матф. 5,3). Кто намеревается строить большой и великолепный дом, тот полагает и основание соответственное, чтобы оно могло выдержать тяжесть, которая впоследствии будет лежать на нем: так и Христос, начиная возводить в душах учеников великое здание любомудрия, наперед полагает увещание к смиренномудрию, как твердое и непоколебимое основание, - первую и нижнюю часть здания, зная, что, когда эта добродетель вкоренится в сердцах слушателей, то и все прочие добродетели могут уже безопасно созидаться. Посему, когда нет в человеке этой добродетели, тогда он напрасно и без пользы будет трудиться, хотя и совершит все прочие добродетели. Как человек построивший дом на песке, хотя и много трудился, но не получил пользы, потому что не положил прочного основания: так, сколько бы кто ни совершил добрых дел, без смиренномудрия погубит и испортит все. ...

Памятник в Рыбацкой слободе, близ Петербурга, поставленный Екатериной Второй в память того, что в войну со Швецией, в1789 г., жители этой слободы добровольно поставили по одному рекруту с четырех человек.

Иоанн Кронштадский. Мысли христианина. - М., 1998.

Фрагмент

Не предпосылаю моему изданию предисловия: пусть оно говорит само само за себя. Все содержащееся в нем есть не иное что, как благодатное озарение души, которого я удостоился от Всепросвещающего Духа Божия в минуты глубокого к себе внимания и самоиспытания, особенно во время молитвы. Когда мог, я записывал благодатные мысли и чувства, и из этих записей многих годов составилась теперь книга. Содержание книги весьма разнообразно, как увидят читатели, если они будут. Пусть они судят о содержании моего издания (предисловие св. Иоанна Кронштадтского к прижизненному изданию).

Иоанн Лествечник. Лествица. - М., 1898.

Фрагмент

Предисловие Книги Сей, именуемой Скрижали Духовные. Всем, поспешающим написать имена свои в книге жизни на небесах, настоящая книга показывает превосходнейший путь. Шествуя сим путем, увидим, что она непогрешительно руководит последующих ее указаниям, сохраняет их неуязвленными от всякого претыкания, и представляет нам лествицу утвержденную, возводящую от земного во святая святых, на вершине которой утверждается Бог любви. Сию, думаю, лествицу видел и Иаков, запинатель страстей, когда покоился на подвижническом ложе. Но взойдем, умоляю вас, с усердием и верою, на сей умственный и небошественный восход, начало которого - отречение от земного, а конец - Бог любви. Преподобный отец премудро рассудил, устроивши для нас восхождение, равночисленное возрасту Господнему по плоти; ибо в возрасте тридцати лет Господнего совершеннолетия гадательно изобразил лествицу, состоящую из тридцати степеней духовного совершенства, по которой достигши полноты возраста Господня, мы явимся поистине праведными и непреклоняемыми к падению. А кто не достиг сей меры возраста, тот еще младенец, и по точному свидетельству сердца окажется несовершенным. Мы признали за нужное прежде всего поместить в этой книге житие (преподобного) премудрого отца, чтобы читатели, взирая на его подвиги, удобнее поверили его учению.

История отечества в лицах с древнейших времен до конца ХVII в. Биографическая энциклопедия. - Л., I993.

История русской армии и флота. В 3-х т. - М., I9II.

Фрагмент

"Война есть крупное явление в общественной жизни; поэтому военная история принадлежит к наукам общественным, социальным. (...) Г.А. Леер говорит: "Одно только глубокое изучение военной истории может спасти от измышлений и шаблонов в нашем деле и поселить уважение к принципам". Вот почему часто военную историю называют мудростью веков. Она до некоторой степени восполняет недостаток личного опыта. Военные науки отличаются от других наук (например, естественных) между прочим тем, что повторение опыта для них недоступно, т.к. явления войны слишком сложны и сопряжены с потерею человеческих жизней. Опыт мирного времени может воспроизвести лишь обстановку действия, подготовку боя, но не само действие. Недостаточность опыта мирного времени придает особое значение вековому опыту, занесенного на скрижали военной истории, изучение которой, по словам Наполеона, является единственным средством, чтобы проникнуть в тайны высшей части военного искусства. "Читайте и перечитывайте кампании великих полководцев, - говорит он, - и подражайте им"".

К познанию России// Российский военный сборник. Вып.7. -М., 1994.

К познанию России: Взгляды русских мыслителей начала ХХ века. // Российский военный сборник. Вып.8. - М., 1994.

Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республики Советов. 1917-1920 гг. - М., 1988.

Ясский мир. Аллегория на заключение Ясского мира. С гравюры Набгольца

Какая армия нужна России? Взгляд из истории. // Российский военный сборник. Вып.9. - М., 1995.

Калинин И. Русская Вандея. - М. -Л., I926.

Фрагмент

"Истеричный, многоречивый и расхлябанный Керенский вызывал у большинства настоящих военных людей гадливое ощущение тошноты. Твердый, решительный голос большевиков и их энергия импонировали всем тем, кто сами не расхлебались в хаосе мировой войны и февральской революции. Надо было явиться в Закавказье гг. Чхеидзе, Чхенкели, Церетели и др., чтобы привить здесь злобу к большевикам и окрасить в белый цвет многих офицеров Кавказской армии... Для усиления государственных доходов правительство разрешило свободную продажу питей и, сверх того, само начало торговать винами из национальных ... подвалов. Больше всего прожигали свою жизнь и последние гроши русские офицеры. Другие ... ударились в спекуляцию... Быстро наживались офицеры ... по преимуществу опытные хозяйственные крысы... Тифлисская пресса приложила ... все свои старания к тому, чтобы внести еще больший сумбур в умы военщины, выбитой из обычной колеи и не знавшей, где голову приклонить. "Неслыханные зверства большевиков! Поголовное истребление интеллигенции в Советской России! Поголовное уничтожение офицерства! - вопили газеты в роже желтого "Тифлисского листка!"...

Карамзин Н.М. История государства Российского. - В 12 т. М., 1993.

Фрагмент

"Не только в степенях гражданского образования, в обычаях и нравах, в душевных силах и способности ума, но и в самых телесных свойствах видим такое различие между народами, что остроумнейший писатель XVIII века, Вольтер, не хотел верить их общему происхождению от единого корня или племени. Другие, конечно, справедливее и сообразнее с нашими священными преданиями, изъясняют сие несходство действием разных климатов и естественных, невольных привычек, которые от оного рождаются в людях. Если два народа, обитающие под влиянием одного неба, представляют нам великое различие в своей наружности и в физических свойствах, то можем смело заключить, что они не всегда жили сопредельно. Климат умеренный, не жаркий, даже холодный, способствует долголетию, как замечают медики, благоприятствует и крепости состава и действию сил телесных. Обитатель южного пояса, томимый зноем, отдыхает более, нежели трудится,-- слабеет в неге и в праздности. Но житель полунощных земель любит движение, согревая им кровь свою; любит деятельность; привыкает сносить частые перемены воздуха и терпением укрепляется. Таковы были древние славяне по описанию современных историков, которые согласно изображают их бодрыми, сильными, неутомимыми. Презирая непогоды, свойственные климату северному, они сносили голод и всякую нужду; питались самою грубою, сырою пищею; удивляли греков своею быстротою; с чрезвычайною легкостию всходили на крутизны, спускались в расселины; смело бросались в опасные болота и в глубокие реки. Думая, без сомнения, что главная красота мужа есть крепость в теле. сила в руках и легкость в движениях, славяне мало пеклися о своей наружности: в грязи, в пыли, без всякой опрятности в одежде являлись во многочисленном собрании людей. Греки, осуждая сию нечистоту, хвалят их стройность, высокий рост и мужественную приятность лица. Загорая от жарких лучей солнца, они казались смуглыми и все без исключения были русые, подобно другим коренным европейцам".

Карпов В. Полководец: Повесть. - М., 1985.

Карцов П.П. Младший офицер в роте, эскадроне и батарее(Практические заметки из служебного опыта) // Военный Сборник. - I884. - NI. - с. I23-I37

Фрагмент

"Командовать отдельной частью -- значит быть ее начальником во всех отношениях, вести ее служебно-военное образование, направлять ее нравственно, заботиться о ее благоустройстве, знать достоинства и недостатки, отвечать за все в ней происходящее. Каждый человек, призываемый к какой-либо общественной деятельности, прежде чем принимать возлагаемые этою деятельностью обязанности, должен, по долгу совести, проверить себя, есть ли в его знаниях, характере и способностях, все данные, которые необходимы для добросовестного исполнения принимаемого на себя дела. Гораздо лучше не браться за что-либо, чем взявшись, обнаружить свою несостоятельность. Принимающий на себя обязанности не по силам и способностям, забывает, что он вредит этим не только себе и порученному делу, но и всем тем, которые в нем должны участвовать. Ни в какой отрасли службы это так не вредно, как в военной, потому что в ней все неправильное и фальшивое и неразумно-практическое, все, несогласуемое с духом и основами военных требований, вредит не непременно, а продолжительно, пускает корни, вывести которые будет гораздо труднее, чем посеять их".

Торжество храбрых союзных войск после поражения неприятеля.

Изображение спокойствия пяти чувств, как-то: зрения, слуха, обоняния, вкуса и осязания.

Керсновский А.А. История Русской Армии. - ч.I-IУ. Белград, I933 - I938.

Фрагмент

"Пятидесятилетняя Кавказская война -- школа, подобная петровской Северной войне и суворовским походам -- была благодеянием для русской армии. Благодаря этой войне ей удалось сохранить свои бессмертные суворовские традиции, возжечь ярким пламенем начавший было угасать светильник. Маленькая часть большой русской армии, заброшенная на далекую дикую окраину, свершила здесь великие дела. Ее не коснулись гатчинские вахтпарадные эспантоны, ее не осквернили шпицрутены военных поселений, ее бессмертный дух не стремились угасить плацпарадной фикцией "линейного учения". Горсть русских офицеров и русских солдат, не стесняемая тлетворным рационализмом доморощенной пруссачины, показала здесь, на что способен русский офицер, что может сделать русский солдат. Суворовское "Мы Русские, с нами -- Бог!" огненным лучом пронизывает всю эпопею -- от Поры и Аскерани до Веденя и Гуниба. В чащах чеченских лесов и на раскаленных дагестанских утесах, в молниеносных рукопашных схватках с отчаянно храбрым противником и в изнурительных напряжениях прокладки дорог и расчистки просек крепла воля, закалялись характеры, создавались легендарные боевые традиции, вырабатывался глазомер начальников и бесстрашие подчиненных. Из одних рождались Котляревские, из других -- Архипы Осиповы. И эту свою русскую боевую сноровку, эти боевые традиции, эту Науку Побеждать кавказские полки передавали из поколения в поколение, показывали ее во всех своих дальнейших встречах с врагом -- при Башкадыкларе и Кюрюк-Дара, в хивинских и текинских походах, на Аладже и при Деве-Бойну и после, много лет спустя, при Сарыкамыше и Эрзеруме, под Ивангородом и Козеницами, на Бзуре и на Сане... Вот почему нам должна быть бесконечно дорога каждая капля русской крови, пролитая здесь, между тремя морями, должен быть дорог каждый выпущенный здесь патрон. И должна быть священной память всех вождей, командиров и рядовых бойцов, не давших угаснуть русскому духу".

Кислов. Военная нравственность. - СП б., б., I838.

Фрагмент

Правила нравственности офицера - Ревность к религии - Любовь к Отечеству и государю. - Безусловная подчиненность начальству - Пример подчиненным.- Долг начальника, подавая собою пример благонравия и неослабленной ревности к службе, поощрять подчиненных к добру, внушать отвращение к порокам, уметь заставить их полюбить свое звание; сделать им должность их приятною и драгоценною, словом: образовать из них полезных сынов отечества - Постоянное терпение - Храбрость и мужество. - Благородное стремление е славе. - Честность. - Знатность и чины дают власть, но величие души и нравственное благородство - стяжаемые только личным преимуществом, они дать не в состоянии. - Честь, приобретенная беспорочною службою и добродетельным поступком, ценится больше, нежели самая древняя знатность. = Истинная честь обнаруживается в скромности, великодушии, благородстве и утивом снисхождении. - Справедливость. - Справедливость, требуя от начальника необходимой строгости к виновным, возлагает на него вместе с тем обязанность беречь, отличать и награждать подчиненных, заслуживающих одобрение верностною службою и примерным поведением. - Скромность. - Великодушие.

Клаузевиц К.О войне. - М., 1998.

Фрагмент

"Итак, война бывает не только настоящим хамелеоном, так как она в каждом конкретном случае несколько изменяет свою природу, но также и в своих общих формах по отношению к господствующим тенденциям в ней традициям она представляет собой странную троицу, составленную из насилия как первоначального своего элемента, ненависти и вражды, которые следует рассматривать как слепой природный инстинкт; из игры вероятностей и случая, что делает ее свободной душевной деятельностью; из подчиненности ее в качестве орудия политике, благодаря чему она подчиняется простому рассудку. Первая из трех сторон обращена больше к народу, вторая - больше к полководцу и его войску, третья- к правительству. Страсти, разгорающиеся во время войны, должны существовать в народах еще до ее начала; размах, который приобретает храбрость и талант в царстве вероятностей и случайностей, зависит от индивидуальных свойств полководца и особенностей армии; политические же цели войны принадлежат исключительно правительству. Эти три тенденции, представляющие как бы три различных ряда законов, глубоко коренятся в природе самого предмета и в то же время изменчивы по своей величине. Теория, которая захотела бы пренебречь одной из них или пыталась бы установить между ними произвольное соотношение, тотчас впала бы в такое резкое противоречие с действительностью, что поставила бы на себе крест".

Ковалев С.В. Психология современной семьи. - М,. 1988.

Колокола веков: Страницы истории нашей Родины. - М., 1976.

Корчагина И. Парадоксы души русской женщины. - М., 1997.

Костомаров Н.И., Забелин И.Е. О жизни, быте и нравах русского народа. - М., 1996.

Фрагмент

"Предки наши, как знатные, так и простые, вставали рано: летом с восходом солнца, осенью и зимою за несколько часов до света. В старину счет часов был восточный, заимствованный из Византии вместе с церковными книгами. Сутки делились на дневные и ночные часы; час солнечного восхода был первым часом дня; час заката -- первым часом ночи. <...> Русские согласовали свой домашний образ жизни с богослужебным порядком, и в этом отношении делали его похожим на монашеский. Разумеется, что такой порядок мог иметь место только там, где спокойная и обеспеченная жизнь на одном месте позволяла располагать временем по произволу. Вставая от сна, русский тотчас искал глазами образа, чтоб перекреститься и взглянуть на него; сделать крестное знамение считалось приличнее, смотря на образ; в дороге, когда русский ночевал в поле, он, вставая от сна, крестился, обращаясь на восток. Тотчас, если нужно было, после оставления постели, надевалось белье и начиналось умывание; зажиточные люди мылись мылом и розовой водой. После омовений и умываний одевались и приступали к молению. Если день был праздничный, тогда шли к заутрене, и благочестие требовало, чтоб встать еще ранее и прийти в церковь со звоном еще до начала служения заутрени. Если же день был простой или почему-нибудь нельзя было выходить, хозяин совершал должное богослужение по книге, когда умел грамоте".

Котошихин Г. О России в царствование Алексея Михайловича - СП б., б., I859.

Фрагмент

Сочинение является одним из ценнейших источников о состоянии Московского государства в середине XVII века. Его автор, Григорий Карпович Котошихин, был подьячим Посольского приказа. В 1664 г. он бежал из Московии в Польшу. Сам Котошихин объяснял свой поступок тем, что невольно оказался вовлеченным в боярские распри и попал в очень сложную ситуацию. Проведя некоторое время в Польше, он давал консультации по вопросам обороноспособности Московии, а затем перебрался в Пруссию и далее в Любек и в Швецию. В 1666-1667 гг. он жил в Стокгольме под именем Ивана Александра Селицкого, где "при ободрении" государственного канцлера графа Магнуса Делагарди и составил свое описание быта, нравов и политического устройства России. В 1667 г. Котошихин был обвинен в убийстве своего домохозяина и казнен. Первоначально было обнаружено несколько копий шведского перевода текста сочинения Г.К.Котошихина, а в 1838г. в библиотеке Уппсальского унверситета нашелся и собственноручно написанный автором оригинал.

Коупленд Н. Психология и солдат. - М., 1958.

Краснов П. На внутреннем фронте. - Л., I925.

Фрагмент

Петр Николаевич Краснов (1869-1947) - генерал от кавалерии. Прошел русско-японскую и 1 мировую войны. С 1917 г. - один из руководителей контрреволюции. Атаман войска Донского. С 1919 г. - в эмиграции. В годы второй мировой войны возглавлял прогитлеровские казачьи формирования. В 1945 г. выдан англичанами СССР. Казнен в Москве в 1947 г. Талантливый писатель. Автор сотен газетно-журнальных публикаций и около сорока романов и повестей, известных всему русскому зарубежью, переведенному почти на все европейские языки. Тонкий знаток человеческого характера и армейской психологии.

Крижанич Ю. Политика. - М., I965.

Кто с мечом: Три произведения древнерусской литературы ХIII-ХV веков. - М., 1973.

Кузмин С. Война в мнениях передовых людей. СП б., I904.

Фрагмент

"Война "эта великая тайна", как сказал Данилевский, с древних времен сосредоточивала на себе умы передовых людей. Вопросами, что такое война, каково ее место в общем мировом порядке, каковы причины ее появления и каково ее значение, в равной степени интересовались как представители войска, так и представители духовенства, философы, ученые, юристы, литераторы и др. И нельзя удивляться тому громадному вниманию, которое уделяется войне, так как нет ни одной отрасли человеческой деятельности, которая бы не имела соприкосновения с этим событием, почти нет государства, которое бы в своей истории не отводила большее место описанию войны. И, наконец, если верно, как говорит Токвиль, что "Америка создалась лопатой", то столь же верно, что почти все государства старого света создавались мечом. "Мечом, - пишет Лассаль, - распространилось христианство, мечом крестил Германию Карл, поныне называемый великим. Мечом было низвергнуто язычество, мечом освобожден гроб Спасителя! Мечом изгнан был из Рима Тарквиний, мечом удален из Эллады Ксеркс, спасены наука и искусство. Мечом сражались Давид, Самсон, Гедеон!" Вот почему меч почти с самого момента своего рождения окружен ореолом славы, вот почему первые лучшие произведения древних классиков посвящены ему - мечу. Но не одна слава венчала меч: отчаяние, стоны, проклятия неслись во след его победоносного шествия. Но эти стоны, эти проклятия до сего времени не сняли с войны лаврового венца. До сего времени к войне прибегают как к верховному судье, выше которого нет ничего, кроме Бога. Литература о войне поражает своим разнообразием и вместе с тем громаднейшим количеством диаметрально противоположных воззрений".

Куминский П. Правила общежития, заимствованные из разных авторов и извлечения из долговременных наблюдений в пользу учащегося юношества. - М., I837.

Куторгин В.Ф. Женщины древнего мира на троне и в семье (художественно-исторические портреты). - Саранск, 1994.

Лабиринты души / Августин Аврелий. Исповедь; Блез Паскаль. Письма к провинциалу. - Симферополь, 1998.

Ларошфуко Ф. Мемуары. Максимы. -Л., 1971.

Левенфельд Л. О глупости. Обзор области человеческой ограниченности. -Одесса, I9I2.

Локк Д. Мысли о воспитании. - СП б., б., I890.

Фрагмент

Аксиома 1

Здоровый дух в здоровом теле - вот краткое, но полное описание счастливого состояния в этом мире. Кто обладает и тем и другим, тому остаётся желать немногого; а кто лишен хотя бы одного, того лишь мало может компенсировать что бы то ни было иное. Счастье или несчастье человека, большей частью, является делом его собственных рук. Тот, чей дух - неразумный руководитель, никогда не найдёт правильного пути; а тот, у кого тело нездоровое и слабое, никогда не будет в состоянии продвигаться вперёд по этому пути. Правда, есть люди, обладающие столь крепкой и столь хорошо от природы слаженной конституцией - как физической так и духовной,- что они нуждаются лишь в небольшой помощи со стороны других, что одна только сила их природной одарённости, от самой колыбели, влечёт их к прекрасному, что благодаря преимуществу их счастливой природной организации они способны делать чудеса. Но примеры такого рода немногочисленны, и можно, мне думается, сказать, что девять десятых тех людей, с которыми мы встречаемся, являются тем, что они есть - добрыми или злыми, полезными или бесполезными - благодаря своему воспитанию. Именно оно и создаёт большие различия между людьми.

Ломоносов М. Сочинения. - М., 1957.

Фрагмент

Письмо М. В. Ломоносова И. И. Шувалову об основании Московского университета (до 19 июля 1754 г.) "Полученным от Вашего превосходительства черновым доношением Правительствующему Сенату, к великой моей радости, я уверился, что объявленное мне словесно предприятие подлинно в действо произвести намерились к приращению наук, следовательно, к истинной пользе и славе Отечества. При сем случае довольно я ведаю, сколь много природное Ваше несравненное дарование служить может и многих книг чтение способствовать. Однако и тех срвет Вашему превосходительству не бесполезен будет, которые, сверх того, университеты не токмо видали, но и в них несколько лет обучались, так что их учреждения, узаконения, обряды и обыкновения в уме их ясно и живо, как на картине, представляются. Того ради ежели Московский университет по примеру иностранных учредить намеряетесь, что весьма справедливо, то желал бы я видеть план, Вами сочиненный. Но ежели ради краткости времени или ради других каких причин того не удостоюсь, то, уповая на отеческую Вашего превосходительства ко мне милость и великодушие, принимаю смелость предложить мое мнение о учреждении Московского университета кратко вообще"...

Лукиан. Избранное. Пер. с греч. - М., 1962.

Лукреция Т.К. О природе вещей. Пер. с лат. - М., 1983.

Макаренко А. Педагогическая поэма. - М., 1979.

Фрагмент

"До революции здесь была колония малолетних преступников. В 1917 году она разбежалась, оставив после себя очень мало педагогических следов. Судя по этим следам, сохранившимся в истрепанных журналах-дневниках, главными педагогами в колонии были дядьки, вероятно, отставные унтер-офицеры, на обязанности которых было следить за каждым шагом воспитанников как во время работы, так и во время отдыха, а ночью спать рядом с ними, в соседней комнате. По рассказам соседей-крестьян можно было судить, что педагогика дядек не отличалась особой сложностью. Внешним ее выражением был такой простой снаряд, как палка"... "Это было время Врангеля и польской войны. Врангель где-то был близко, возле Новомиргорода, совсем недалеко от нас, в Черкасах, воевали поляки, по всей Украине бродили батьки, вокруг нас многие находились в блакитно-желтом очаровании. Но мы в нашем лесу, подперев голову руками, старались забыть о громах великих событий и читали педагогические книги. У меня главным результатом этого чтения была крепкая и почему-то вдруг основательная уверенность, что в моих руках никакой науки нет и никакой теории нет, что теорию нужно извлечь из всей суммы реальных явлений, происходящих на моих глазах. Я сначала даже не понял, а просто увидел, что мне нужны не книжные формулы, которые я все равно не мог привязать к делу, а немедленный анализ и немедленное действие".

Макдауэлл Д., Стюарт Д. Обманщики: Во что верят приверженцы культов. Как они заманивают последователей. - М., 1994.

Макиавелли. Военное искусство. - СП б., б., I839.

Фрагмент

"Кто заставит неприятеля принять бой в обстановке, для себя выгодной, поправит этим другие ошибки, сделанные им при руководстве военными действиями. Тот же, у кого этой способности нет, никогда не закончит войну с честью, как бы он ни был искусен в других частностях военного дела. Выигранное сражение сглаживает все другие промахи, и обратно: поражение делает бесполезным все прежние успехи. Если хочешь поставить войско, надо прежде всего найти людей. Поэтому обращаюсь к способу их выбора, как выражались древние, или набора, как сказали бы мы. Предпочитаю говорить "выбор", чтобы употребить слово более почетное. Писатели, установившие правила войны, предлагают брать в войска жителей стран с умеренным климатом, дабы сочетать в солдате смелость и разум; жаркие страны рождают людей разумных, но не смелых, а холодные - смелых, но безрассудных. Такое правило хорошо для правителя, который властвовал бы над целым миром и мог бы поэтому брать людей из любой местности, какая ему заблагорассудится"... "Пример древних показывает, что во всякой стране хорошие солдаты создаются обучением. Там, где не хватает природных данных, они восполняются искусством, которое в этом случае сильнее самой природы. Набор солдат из чужеземцев нельзя называть выбором, потому что выбирать - значит привлечь в войско лучших людей страны и иметь власть призывать одинаково тех, кто хочет и кто не хочет служить". ... "Особое внимание надо обращать на нравственность: солдат должен быть честен и совестлив; если этого нет, он становится орудием беспорядка и началом разврата... Относительно вреда, который вооруженные люди способны причинить другим, надо иметь в виду, что они могут это сделать только при попустительстве начальников, и если вы хотите, чтобы сами начальники не затевали смут, необходимо позаботиться о том, чтобы они не приобретали слишком большого влияния на подчиненных".

Мантегацца П. Физиология любви. - СП б., б., 1901.

Мариюшкин А. Трагедия русского офицерства. - Новый Сад, I923

Меньшиков М.О. Выше свободы. Статьи о России. - М., 1998.

Фрагмент

Из тайников русской дореволюционной и пореволюционной мысли, общественной и духовной, достается сейчас последнее из самого значительного. Последнее из самого значительного приходит из Русского Зарубежья. И едва ли в "потемках" старой России, закрытой от XX века революцией 1917 года, можно еще сыскать столь же яркое имя, как Михаил Осипович Меньшиков, публицист суворинского "Нового Времени", расстрелянный в 1918 году. С его книгами по значимости будут спорить его же книги из оставленного им огромного творческого наследия, важное в них будет подтверждаться еще более важным и необходимым. Наше время несправедливо к М.О. Меньшикову уже тем, что открывает его последним, и буквально "протирает глаза", забитые архивной пылью третьесортных фигур перед явлением могучего ума и цельной (даже в противоречиях своих) личности, полностью отданной России. История почему-то любит "поблудившие" умы, поработавшие на чужие нивы, -- так ярче биография. А преданных одному делу работников, без лукавства трудившихся от зари до зари, прихватывая ночи, над спасением жизни самой, познавших истину и не сворачивавших с нее, она, история, почитает, по-видимому, за пресные и неповоротливые создания. Да, ими мир стоит, никто с этим не спорит, но пока он стоит, увлечения свои отдает он нетвердым умам, которые сегодня здесь, завтра там, сегодня рьяно защищают"

Меньшиков М.О. Из писем к ближним. - М.: Воениздат,1991.

Фрагмент

"Если бы яркая звезда, горящая теперь по вечерам на юге, вдруг исчезла из солнечной системы, произошло бы бурное расстройство. Планеты передвинулись бы в своих орбитах, изменились бы климаты и вся природа. Если бы великая держава, играющая роль Юпитера, вышла совсем из семьи народов, произошло бы потрясение, которое могло бы дать истории разных стран совсем другие пути. Нечто подобное замышляется в Европе. В одной из столиц заседает конференция министров, решающая проект мирового значения. Речь идет о том, чтобы вывести из общения с человечеством ни более ни менее как "четверть земного шара" и составить совершенно отдельный замкнутый мир, независимый, неприступный, как Луна, имеющая с Землею только общее тяготение".

Мир мошенников. Физиология мира мошенников. - М., 1993.

Михайлов О. Генерал Ермолов: исторический роман. - М., 1983.

Михайлов О. Суворов. - М., 1973.

Суворов. С гравюры Уткина.

Мольер. Лицемер, комедия в пяти действиях, в стихах, с французской комедии Мольера. - М., 1862.

Монтень М. Об искусстве жить достойно: Философские очерки. - М., 1975.

Монтень М. Опыты. В 3-х кн. - М., 1979.

Фрагмент

"...Приемы, к которым обращаются в земледелии до посева, хорошо известны, и применение их не составляет труда, как, впрочем, посев; но едва то, что посеяно, начнет оживать, как перед нами великое разнообразие этих приемов и множество трудностей, необходимых, чтобы его взрастить. То же самое и с людьми: невелика хитрость посеять их; но едва они появились на свет, как на вас наваливается целая куча самых разнообразных забот, хлопот тревог, как же их вырастить и воспитать. Склонности детей в раннем возрасте проявляются так слабо и так неотчетливо, задатки их так обманчивы и неопределенны, что составить себе на этот счет определенное суждение очень трудно. Взгляните на Кимона, взгляните на Фемистокла и стольких других! До чего не похожи были они на себя в детстве! В медвежатах или щенках сказываются их природные склонности, люди же, быстро усваивающие привычки, чужие мнения и законы, легко подвержены переменам и к тому же скрывают свой подлинный облик. Трудно поэтому преобразовать то, что вложено в человека самой природой. От этого и происходит, что, вследствие сшибки в выборе правильного пути, зачастую тратят даром труд и время на натаскивание детей в том, чего те как следует усвоить не в состоянии. Я считаю, что в этих затруднительных обстоятельствах следует неизменно стремиться к тому, чтобы направить детей в сторону наилучшего и полезнейшего, не особенно полагаясь на легковесные предзнаменования и догадки, которые мы извлекаем из движений детской души. Даже Платон, на мой взгляд, придавал им в своем "Государстве" чрезмерно большое значение... Ребенка из хорошей семьи обучают наукам, имея в виду воспитать из него не столько ученого, сколько просвещенного человека, не ради заработка (ибо подобная цель является низменной и недостойной милостей и покровительства муз и к тому же предполагает искательство и зависимость от другого) и не для того, чтобы были соблюдены приличия, но для того, чтобы он чувствовал себя тверже, чтобы обогатил и украсил себя изнутри. Вот почему я хотел бы, чтобы, выбирая ему наставника, вы отнеслись к этому с возможной тщательностью; желательно, чтобы это был человек скорее с хорошей, чем с туго набитой головой, ибо, хотя нужно искать такого, который обладал бы и тем и другим, все же добрые нравы и ум предпочтительнее голой учености; и нужно также, чтобы, отправляя свои обязанности, он применил новый способ обучения".

Монтескье Ш. Персидские письма. - М., 1956.

Фрагмент

Монтескье был в подлинном смысле слова энциклопедистом. Он отличался огромной эрудицией в философских вопросах, был исключительным знатоком истории, политической экономии и юриспруденции. Монтескье был основательно знаком с современным ему естествознанием, ему принадлежат исследования: "О тяжести", "О морском приливе и отливе", "Об относительном движении" и т. д. Поэтому не будет преувеличением отнести к Монтескье, как мыслителю универсального типа, слова Энгельса, посвященные деятелям эпохи Возрождения: "Люди, основавшие современное господство буржуазии, были игом чем угодно, но только не людьми буржуазно-ограниченными". Несмотря на свою принадлежность к привилегированному сословию, Монтескье рано стал высказывать неудовлетворенность королевской властью. Здесь, между прочим, сказалась традиционная борьба провинциального дворянства против централизованной абсолютистской монархии. Семья Монтескье издавна находилась в оппозиции к царствующей династии. Однако Шарль Монтескье понял, что борьба с абсолютизмом должна вестись не с позиций знати, заинтересованной лишь в децентрализации государственного строя, а под знаменем более передового класса того времени--молодой французской буржуазии. Накануне буржуазной революции конца XVIII века во Франции насчитывалось 24 миллиона жителей, из них к духовенству н дворянству, т.е. к двум привилегированным сословиям, принадлежало всего лишь 450 тысяч человек. Монтескье решил, что его место нб в лагере ничтожной кучки людей, осуществляющих кровавую диктатуру над французским народом, а среди бесправного третьего сословия. Он стал одним из ранних защитников интересов молодой французской буржуазии. Большое прогрессивное значение имела работа Монтескье "Размышления о причинах величия и падения римлян". В ней автор пытался доказать на примере римской истории, что только там, где граждане свободны и независимы, где господствуют республиканские нравы, общество в состоянии успешно развиваться. В странах, где граждане отказываются от свободомыслия и становятся на путь рабства, государство теряет свое величие и в конечном счете терпит поражение от внутренних и внешних врагов. Из книги Монтескье о Риме следовал прямой политический вывод: если французский народ преисполнен любви к своей отчизне, он должен навсегда покончить с королевским деспотизмом и феодально-сословными отношениями. Хотя таких выполов Монтескье прямо и не делал, но именно так рассуждали революционно настроенные читатели его труда. Книга Монтескье "Размышления о причинах величия и падения римлян" явилась одним из идейных источников французской буржуазной революции. отношениями. Хотя таких выполов Монтескье прямо и не делал, но именно так рассуждали революционно настроенные читатели его труда. Книга Монтескье "Размышления о причинах величия и падения римлян" явилась одним из идейных источников французской буржуазной революции.

Морозов Н. Воспитание генерала и офицера, как основа побед и поражений. (Исторический очерк из жизни русской армии эпохи наполеоновских войн и времен плацпарада ). - Вильна, I909.

Фрагмент

"Первая половина XIX столетия ознаменовалась крупным переломом в жизни нашей армии, переломом, быстро и неожиданно приведшим ее от великой эпохи побед и славы к тяжелым временам поражений и упадка. Блестяще и счастливо начался для нас прошлый век. Победоносная французская армия, предводимая Величайшим Полководцем мира, обойдя с громом побед всю Европу, нашла себе достойную соперницу лишь в лице тогдашней русской армии, которая, не имея на своей стороне ни гениального вождя, ни численного превосходства, тем не менее оказалась победительницей Великой Армии Наполеона. Еще в то время, когда Австрия и Пруссия видели лишь одни жестокие поражения, когда их армии совершенно разваливались от первого же столкновения с французами, русская армия одна умела выдерживать бурный натиск наполеоновских войск и давать им жестокий отпор. В то самое время, когда Франция занесла на славные страницы своей истории Вальми, Джемапп, блестящий Итальянский поход Бонапарта, Маренго, Ульм, Аустерлиц, Йену и Ауарштедт, Россия украсила свою историю Итальянским и Швейцарским походами Суворова, Пултуском, Прейсиш-Эйлау и Гейльсбергом и только, как бы в наказание за недоверие Императора к испытанным Екатерининским вождям и пристрастие к иноземцам, потерпела поражения под Аустерлицем и Фридландом, в первом из которых взялись заправлять австрийские стратеги, а во втором положительно сыграл в поддавки иностранец-главнокомандующий, заведший свою армию в роковую ловушку. Война 1812 г., в которой русским талантам удалось исправить даже ошибки неудачного первоначального развертывания и в ряде боев не дать Великому Полководцу ни одной решительной победы, является величайшей гордостью нашей армии".

Мудрые мысли Великие мысли великих людей: Антология афоризма. - т.I-2. - М., I998.

Мы живем среди людей: Кодекс поведения / Автор-составитель И.В.Дубровина. - М., 1989.

Мысли Вольтера./ Пер. с фр. - СП б., б., I904.

Наставление к самодисциплине и самовоспитанию. Собрание писем старого офицера своему сыну. Вып.I. - СП б., I900.

Несмелов В. Наука о человеке. - т.2.Метафизика жизни и христианские откровения. - Казань, 1906.

Фрагмент

"Кто принимает христианство, тот, очевидно, находит в христианском учении такое познание, которое представляется ему истинным; и кто не просто лишь принимает христианство, как верную философскую доктрину, а делает его своей религией, тот, очевидно, находит в христианстве такое истинное познание, которое непосредственно относится именно к существу его религиозного сознания, которое раскрывает ему тайну этого сознания, как объективную истину бытия. Только в этом единственном случае человек действительно может принять христианство и может сделать его своей религией, потому что в той своей части, в которой христианство окажется живым содержанием человеческого самосознания, оно уже необходимо окажется и действительным определением человеческой жизни, т. е., оно именно окажется живою религией. Но ведь таких людей, которые бы совсем не имели никакого решения тайны бытия, и которые, поэтому, могли бы обращаться к христианству с одной лишь тайной своего религиозного сознания, в действительности наверное не существует. Каждый человек уже по тому одному, что он--дух от духа своего народа и плоть от плоти его, приобретает это решение гораздо раньше, чем он приучится самостоятельно мыслить; и если впоследствии это решение окажется для него совершенно неудовлетворительным, то те же самые влияния, которые разрушат в нем живую веру его детства, помогут ему создать и новое решение тайны бытия, или, по крайней мере, укажут ему то направление, в котором он будет искать для себя это решение".

Николаев. Исторический очерк о регалиях и знаках отличия Русской армии. В 2-х т. - Т.I. - СП б., б., I899.

Ницше Ф. Человеческое, слишком человеческое. Книга для свободных умом. -Соч. в 2-х т. - Т.1. - М., 1997

Фрагмент

"Взаимно воздерживаться от оскорблений, от насилия и эксплуатации, соразмерять свою волю с волею другого -- это можно считать в известном грубом смысле добронравием среди индивидуумов, если даны нужные для этого условия (именно, их фактическое сходство по силам и достоинствам и принадлежность к одной корпорации). Но как только мы попробуем взять этот принцип в более широком смысле и по возможности даже сделать его основным принципом общества, то он тотчас же окажется тем, что он и сеть,-- волей к отрицанию жизни, принципом распадения и гибели. Тут нужно основательно вдуматься в самую суть дела и воздержаться от всякой сентиментальной слабости: сама жизнь по существу своему есть присваивание, нанесение вреда, преодолевание чуждого и более слабого, угнетение, суровость, насильственное навязывание собственных форм, аннексия и по меньшей мере, по мягкой мере, эксплуатация,-- но зачем же постоянно употреблять именно такие слова, на которые клевета наложила издревле свою печать?"

О воспитании детей в духе христианского благочестия. - М., 1844.

О женщинах (за и против). Афоризмы, изречения, парадоксы, сентенции известных писателей и философов. - СП б., б., I909.

О поведении офицеров в бою (из французского устава I832 г.). //Военная библиотека, т. I3. - СП б., I873

О покаянии, причащении святых Христовых таинств и исправлении жизни. - М., 1909.

О пьянстве, его гибельных следствиях и средствах против пьянства. - М., 1997.

Об искушениях, скорбях, болезнях и утешение в них. - М., 1994.

Основные понятия о нравственности, праве и общежитии. Курс законоведения для кадетских корпусов. - СП б., I889.

Павленко Н. Петр Первый. - М.,1975.

Фрагмент

"Воспитывался Петр по исстари заведенного обычаю. До пяти-шести лет он находился под надзором многочисленных женщин. Главной из них поначалу являлась мамка-кормилица. "А на воспитание царевича или царевны, - свидетельствовал современник Григорий Котошихин, - выбирают всяких чинов из жен жену добрую, и чистую, с млеком сладостно, и здорову". Петра не отнимали от груди два с половиной года, и у него было две кормилицы. В штате царевича содержались женщины. следившие за бельем и постелью ребенка. <"""> Как происходило становление личности Петра, рискнувшего пойти наперекор старине, обычаям отца и деда и ввести свежую струю в затхлую атмосферу кремлевского дворца? На все эти вопросы можно дать лишь гипотетические ответы, ибо мы многого не знаем о детских годах Петра, его воспитании, влиянии на него окружающих людей. Здесь, видимо, первостепенное значение имело случайное стечение благоприятных обстоятельств, оказавших влияние на царя в годы, когда формировалась его личность. Одно из них состояло в том, что Петра не готовили к занятию престола, что в значительной степени сокращало учебно-воспитательные меры, которыми руководствовался двор при воспитании наследника. Согласно традиции, трон наследовал старший сын правящей династии. У царя Алексея Михайловича было три сына. Царская корона должна была перейти к старшему из них - Федору, после него ко второму сыну от брака с Марией Ильиничной Милославской, Ивану, и лишь после смерти того и другого к младшему из сыновей - Петру. Таким образом, шансы занять престол у младшего сына были весьма скромными. Если бы царская семья не раздиралась соперничеством, воспитанию Петра было бы уделено то внимание, которым пользовались старшие претенденты на трон. Но в том-то и дело, что царица Наталья и ее сын занимали особое место в царской семье, и это обстоятельство оказало едва ли не решающее влияние на воспитание Петра. Его отец воспитывался в затхлой атмосфере кремлевского дворца, цепко держался за обычаи старины, выступая хранителем традиций. Чинное окружение, дух рабского угодничества и смирения, размеренные движения и поступки пронизывали весь уклад жизни царского двора, создавали в нем атмосферу благоговения перед царским отпрыском".

Памятники литературы Древней Руси: ХIII век. - М., 1981.

Памятники литературы Древней Руси: ХIV -середина ХV века. - М., 1981.

Парадоксы души: Сб. Теофраст. Характеристики; Ж. Лабрюйер. Характеры, или Нравы нынешнего века. - Симферополь, 1998.

Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Трактаты и диалоги. - М., 1997.

Повести Древней Руси: ХI-ХII века. - Л., 1983.

Постижение военного искусства: Идейное наследие А.Свечина. //Российский военный сборник. Вып.15. - М., 1999.

Потемкина О.Ф. Способ составления психологического портрета и автопортрета. - М., 1993.

Правила, по которым всякой офицер следуя, военную службу с полным удовольствие продолжать может. - М., I77I.

Рассказы русских летописей ХII-ХIV вв. - М., 1968.

Рождественский А.В. Семья православного христианина. - СП б.,1902.

Российские офицеры. - М., 1995.

Русская земля!: Россия в русской поэзии: Сб. стихов русских поэтов. - М., 1971.

Руссо Ж. -Ж. Дух или избранные мысли. - СП б., б., I80I.

Руссо Ж. -Ж. Исповедь. Прогулки одинокого мечтателя. - Пер. с фр. - М., 1949.

Свечин А. Эволюция военного искусства с древнейших времен до наших дней. В 2-х тт. - М. -Л., I927-I928.

Фрагмент

"Русская армия в начале ХХ столетия. (...)... Опыт турецкой войны, не исследованный нами научно, казалось, не требовал борьбы за повышение качества армии. Ведь дрались же прекрасно неграмотные турецкие крестьяне, плохо снабженные, под командой столь же невежественных и голодных офицеров. Мы стремились к большой и дешевой армии. (...) Офицерский запас накоплялся весьма медленно: несмотря на крайне легкое отношение к испытаниям на чин прапорщика запаса, количество ежегодно зачисляемых повысилось к I903 г. только до I.223, что давало накопление лишь десятка тысяч прапорщиков - не больше половины потребности в офицерах запаса при первой мобилизации армии; пополнение потерь являлось вовсе необеспеченным. В Манчжурии, где действовала только пятая часть русских войск, обеспечить их командным составом не удалось; в ротах часто не было ни одного младшего офицера; прапорщики запаса в Манчжурии еще не выступали в бою на первый план; вместо них действовали преимущественно зауряд-прапорщики, т.е. временные офицеры из сверхсрочных фельдфебелей и унтер-офицеров. (...) Россия уже имела экономические и социальные предпосылки для создания образованного и хорошо подготовленного кадрового корпуса, однако эти предпосылки не были использованы; офицеры получали жалкое вознаграждение; по крайней мере три четверти офицеров армейской пехоты состояли из лишенных всякого кругозора воспитанников юнкерских училищ, отнюдь не являвшихся представителями господствующих классов. Русская буржуазия была представлена в армии чрезвычайно слабо. (...)"

Семенов-Тян-Шанский А. Православный катехизис. Изд. 2-е. -Б.м., б.г.

Сенека А. Нравственные письма к Луцилию. - М., 1977.

Симонов К. Живые и мертвые: Роман. В 3 кн. - М., 1977.

Симонов К. Разные дни войны: Дневник писателя. В 2 т. - М., 1977.

Сказания и повести о Куликовской битве. - Л., 1982.

Слово о полку Игореве: Сборник. - М., 1983.

Смит А. Теория нравственных чувств или опыт исследования о законах, управляющих суждениями, естественно составленный нами, сначала о поступках прочих людей, а затем о наших собственных. - СП б., I895.

Соловьев С.М. История России с древнейших времен. т. I -V. - Изд. 2-е. - СП б., I893.

Фрагмент

"До нашего начального летописца дошло очень мало преданий о княжении Рюрика. Он знает только, что по прошествии двух лет от призвания младшие братья - Синеус и Трувор умерли, и всю власть принял один старший Рюрик; эта власть простиралась уже на кривичей западно-двинских, то есть полочан на юге, на мерю и мурому на северо-востоке. Если меря, платившая прежде дань варягам и не упомянутая в рассказе о призвании, точно в нем не участвовала, то должно быть, что ее снова покорил Синеус с Белоозера, по старому варяжскому пути, а за мерею впервые покорена и мурома; на юге перейден волок между Ловатью и Западною Двиною, присоединен Полоцк. О войнах есть известие, что призванные князья начали воевать всюду, о правительственных мерах читаем, что Рюрик роздал города мужам своим, причем в некоторых списках прибавлено: "Раздая волости мужем своим и городы рубити"".

Спенсер Г. Воспитание умственное, нравственное и физическое. - СП б., I877.

Стаднюк И. Война: Роман. В 3 кн. - М., 1982.

Станкевич В.Б. Воспоминания. I9I4-I9I9 гг. - Л., I926.

Степанов А. Порт-Артур: Роман. В 2 кн. - М., 1978.

Сунь-цзы. Трактат о военном искусстве. - М., 1955.

Сухомлинов В. Воспоминания. - Берлин, I924.

Сухотин Н.Н. Фридрих Великий. Лекции по истории военного искусства. - СП б., б., I882.

Твардовский А. Василий Теркин: Книга про бойца. - М., 1978.

Толмачев Я. Военное красноречие, основанное на общих началах, словесности, с присовокуплением примеров в разных родах оного. Часть 2. - СП б., I825.

Толстой А. Петр Первый: Роман. - М., 1983.

Томан И., Томанова М. Сократ: Роман. Пер. с чеш. - М., 1983.

Трачевский А. Наполеон I. Первые шаги и консульство. I769-I804. - М., I907.

Третеский Л. Опыт 12-ти летнего командования ротою. Справочный пособник командира роты. - Киев, 1901.

Тридцать шесть стратагем. Китайские секреты успеха / Пер. с кит. В.В. Малявина. - М., 1998.

Троцкий Л. Как вооружалась революция. - Т1-.3. - М., I924.

Фрагмент

Вниманию читателей, интересующихся сложными и драматическими перипетиями истории советского общества, международных отношений и международного рабочего движения, предлагается девятитомное издание документов из Архива Л.Д.Троцкого, хранящегося в Хогтонской библиотеке Гарвардского университета (США) (Haughton Library, Harvard University). В издание включены также некоторые документы из Архива Гуверовского института войны, революции и мира (Пало-Алто, США) (Hoover Institution), архивной коллекции Л.Д.Троцкого - Макса Истмена в Библиотеке Лилли Индианского университета (Блумингтон, США) (Lilly Library, Indiana University), архивной коллекции Чарлза Маламута из Архива Бахметьева (Колумбийский университет, Нью-Йорк) (Bakhmetiev Archive, Columbia University), Архива Международнонго института социальной истории в Амстердаме (International Institute of Social History, Amsterdam).

Ты и я / Сост. Л.Антипина. - М., 1989

Устрялов Н. Русская история. Изд. 5-е.В 2-х ч. - СП б.,I855.

Устрялов Н. Русское войско до Петра Великого. - СП б., I856.

Фадеев Р. Русское общество в настоящем и будущем. (Чем нам быть?). - СП б., I874.

Фейхтвангер Л. Мудрость чудака, или смерть и преображение Жан-Жака Руссо: Роман. Пер. с нем. - М., 1956.

Феофан Затворник. О самом главном - М., 1996.

Феофан Затворник. О покаянии, причащении святых Христовых тайн и исправлении жизни. Изд. 6-е. - М., 1909.

Франк С.Л. Духовные основы общества. -М., 1992.

Холл С. Инстинкты и чувства в юношеском возрасте. - СП б., б., I9I3.

Хопко Ф. Основы православия. Репринтное изд. - Минск,1991.

Христианская жизнь по Добротолюбию: Избр. места из творений святых отцов и учителей церкви. -Харбин,1930.

Христолюбивое воинство: Православные традиции Русской Армии. // Российский военный сборник. Вып.12. - М., 1997.

Цвейг С. Триумф и трагедия Эразма Роттердамского. - М., 1977.

Цветник духовный. Назидательные мысли и добрые советы, выбранные из творений мужей мудрых и святых (две части в одной книге ). -М.,1909.

Цицерон М.Т. Избранные сочинения. Пер. с лат. - М., 1975.

Чаковский А. Блокада: Роман. В 5 кн. - М., 1983.

Чему и как учились у нас в древней Руси! - СП б., б., I887.

Честерфильд. Письма к сыну. Максимы. Характеры. Пер. с англ. - М., 1978.

Шопенгауэр А. Под завесой истины: Сб. произведений. - Симферополь, 1998.

Эразм Роттердамский. Похвала глупости. - М., 1983.

Юрьев С.Ф. С чем в бой ходили и что на себе носили (словарь-справочник по отечественному формоведению) / Под ред. А.Григорьева. - М., 1995

Ян В. Юность полководца: Историческая повесть из жизни Александра Невского. -М. -Л., 1953.

Любовь долготерпит, милосерствует,

Любовь не завидует,

Любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует,

не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла,

не радуется неправде, а сорадуется истине;

все покрывает, всему верит, всякому надеется,

все переносит.

Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся,

и языки умолкнут, и знание упразднятся.

1-е послание к Коринфянам Св. Ап. Павла, Гл. 13, с.4-8.

...

Исторические памятки

-- Давид (возлюбленный) - второй царь Иудейский, завоеватель, пророк и поэт (автор псалмов), основатель Иерусалима. Он родился, по мнению большинства историков, в 1085 году до Р.Х. в г. Вифлееме. Господь отверг Саула за непокорность и противление слову Божию и вместо его царем над Израилем избрал одного из сыновей Иессея и повелел Самуилу отправиться в Вифлеем для помазания избранника на престол Израильский... Старшие семь сыновей Иессея, представленные Самуилу, не были избранниками Божиими. Избранником оказался младший сын - это был Давид, который среди братьев его и был помазан Самуилом на царство. Ему тогда было только еще 19 лет, и он пас стада овец на полях отца своего. Он был весьма красивой наружности, имел белокурые волосы и, подобно своему племяннику Азаилу, отличался быстротою бега и крепостью мускулов. Давид не вдруг вступил на престол, но сначала сделался оруженосцем Саула. Затем он удалился в Вифлеем, но вскоре снова возвратился для единоборства с филистимлянином исполином Голиафом, которого и убил, поразивши в лоб камнем из пращи, и затем отсек ему его же мечем голову. Эта победа очень прославила Давида. Вскоре после того Саул стал завидовать славе Вифлеемского юноши, он боялся как бы Давид не отнял его собственную славу, и потому искал случая погубить его; и хотя Давид, после новых счастливых побед над филистимлянами, сделался зятем Саула, женившись на его дочери Мелхоле, но и это не доставило ему безопасности. Однако, во время несчастной войны Саула с филистимлянами, Ионафан и два брата его были убиты в сражении на горе Гелвуе, а сам Саул, в виду поражения своего войска, израненный пал на свой меч и кончил жизнь самоубийством. Так Давид стал царствовать над коленом Иудиным семь с половиной лет, но в конце этого времени, когда окончилась продолжительная распря между домом Давидовым и домом Сауловым, он был торжественно помазан царем над всеми коленами Израилевыми. Тридцать лет было Давиду, когда он воцарился, вообще же царствование его продолжалось слишком 40 лет. В начале своего царствования, Давид овладел Иерусалимом, взял крепость Сион у Иевусеев, владевших Сионом, и сделал означенный город своею столицею, который и получил название: Город Давидов. При его мудром и кротком правлении, город быстро и значительно расширился. В нем всюду появились величественные здания, воздвигнуты сильные укрепления, и Ковчег Завета, остававшийся доселе без определенного местопребывания, с особым религиозным торжеством и весельем был перенесен в новый город, в новую Скинию. С сего времени Иерусалим сделался царскою столицею, местопребыванием царского семейства и, что всего важнее, градом Божиим, городом Великого Царя. После различных, всегда победоносных войн для Давида с народами, обитавшими на границах царства Израильского, возникла война с Аммонитянами, во время которой Давид впал в одно из самых тяжких преступлений, которое состояло в том, что он вступил после насильственной смерти Урия в незаконное сожительство с его женою Вирсависю, что навлекло на него гнев Божий и различные бедствия на семейство царя в последние годы его царствования. Его домашнее спокойствие было нарушено кровосмешением сына его, Амнона, с единокровною дочерью его Фамарью. Затем последовало возмущение Авессалома, побудившее царя бежать из столицы и скрываться, чтобы спасти свою жизнь от руки мятежного сына. Хотя смерть Авессалома и положила конец междоусобице, но все-таки оставила глубокую и кровавую рану в сердце огорченного отца. Бунт Савея, трехлетний голод и убийство Амессая Иоавом скоро следовали одно за другим, как неизбежные спутники грехопадения, хотя он в нем и глубоко раскаялся, выразив свое сокрушение о грехе в 50-м псалме, составляющем доселе искреннейший и глубоко трогательный памятник чувств истинного покаяния. Давиду теперь исполнилось уже 70 лет от роду. Почти пред самою его смертью, сын его Адония сделал дерзкое покушение незаконно вступить на престол отца своего, но, к счастью, он не успел в своем преступном намерении. Чтоб оградить на будущее время свой престол от всяких незаконных притязаний, Давид передал кормило правления и венец своему сыну Соломону, вручил ему план и чертежи храма, равно как и сокровища, собранные им для сооружения храма; затем он созвал со всех пределов своего царства многочисленное собрание и обязал всех, равно как и сына своего Соломона, соблюдать повеления Господни, и мирно скончался и был погребен в городе Давидовом.

-- Дамаск (с Сербск. - место хлопот, деятельности) - столица древней Сирии, в течение трех столетий резиденция Сирийских царей. Дамаск как у древних, так и у новейших жителей Востока считался и считается одним из райских мест земли. Говорят, что один из Римских Императоров по причине величественности и живописности расположения Дамаска, назвал его оком востока и что Магомет, увидав в первый раз с отдаленной возвышенности этот город, так был восхищен его живописностью, что не хотел войти в него, говоря, что для человека существует одно небо надземное, и что он не желает иметь другое небо на земле. По свидетельству Иосифа, Дамаск основан Узом, сыном Арама, внуком Сима. При Дамаске Давид поразил 22,000 Сирийцев, пришедших на помощь Адраазару, после чего Сирияне сделались данниками Израиля и Давид поставил охранные войска в Сирии Дамасковой.

-- Дамоклов меч. Из древнегреческого предания о сиракузском тиране Дионисии Старшем (432--367 гг. до н. э.), который, чтобы проучить одного из своих приближенных, завистника Дамокла, посадил его во время пира на свое место, повесив над головой Дамокла на конском волосе острый меч как символ тех опасностей, которые подстерегают тирана.

-- Данаи - племя, жившее в Арголиде. Их имя служит Гомеру одним из наименований всех греков вообще в противоположность негрекам. Победа над ними фараона Рамзеса III, 1200 до Р.Х.

-- ДАНИИЛ Заточник (XII в.) - бывший княжеский дружинник, впавший в немилость и сосланный в Олонецкую губернию; человек образованный, книжник, автор знаменитого "Слово Даниила Заточника" - подбора мудрых изречений и пословиц на различные темы. Вопрос о месте княжеской власти в жизни страны, о ее обязанностях и способах осуществления становится одним из центральных в его туде под названием "Моление Даниила Заточника" (первая четверть XIII в.). Осуждая засилье бояр и чинимый ими произвол, автор создает идеальный образ князя - защитника сирот и вдов, всех обез доленных, заботящегося о своих подданных. Развивается идея о необходимости "княжеской грозы". Но под "грозой" имеются в виду не деспотизм и произвол, а дееспособность и надежность власти: только княжеская "сила и гроза" могут оградить "яко оградом твердым" подданных от произвола "сильных людей", преодолеть внутренние раздоры и обеспечить внешнюю безопасность. Актуальность проблематики, яркость языка, обилие пословиц и афоризмов, остросатирические выпады против бояр и духовенства обеспечили этому произведению большую популярность на долгое время.

-- Дарий (Перс. царь, повелитель; на древних памятниках: Дариавуш) - имя нескольких царей.

-- Датаферн, сообщник Беса, которого он впоследствии выдал Александру Македонскому. Восставши против Александра, он сам был ему выдан его же солдатами.

-- Двор стражи - иначе двор Темничный - находился в царском дворце, с угловою башнею, выходившей на дворцовый двор. Здесь помещалась царская дворцовая стража, равно как он был местом заключения вельмож и других выдающихся лиц, как, например, прор. Иеремии, во дни царя Седекии.

-- ДВОРЯНСКАЯ ЭТИКА. (греч. ethika, от ethos - обычай, нрав, характер). Правило "служить верно" входило в кодекс дворянской чести и имело статус этической ценности, нравственного закона. Этот закон признавался безоговорочно многими поколениями дворян. Показателен в этом отношении эпизод, запечатленный А.С.Пушкиным в его "Капитанской дочке", когда Андрей Петрович Гринев дает наставление сыну: "Прощай, Петр. Служи верно, кому присягнешь; слушайся начальников; за их ласкою не гоняйся; на службу не напрашивайся; от службы не отговаривайся; и помни пословицу: береги платье снову, а честь смолоду". Чувство собственного достоинства четко проводило грань между государевой службой и лакейским прислуживанием. Одним из принципов дворянской идеологии было убеждение, что высокое положение дворянина в обществе обязывает его быть образцом высоких нравственных качеств. Решающая установка в воспитании дворянского ребенка состояла в том, что его ориентировали не на успех, а на идеал. Быть храбрым, честным, образованным ему следовало не для того, чтобы достичь чего бы то ни было (славы, богатства, высокого чина), а потому что он дворянин, потому что ему многое дано, потому что он должен быть именно таким. Едва ли не главной сословной добродетелью считалась дворянская честь. Согласно дворянской этике, честь не дает человеку никаких привилегий, а напротив, делает его более уязвимым, чем другие. В идеале честь являлась основным законом поведения дворянина, безусловно и безоговорочно преобладающим над любыми другими соображениями, будь это выгода, успех, безопасность и просто рассудительность. Готовность рисковать жизнь для того, чтобы не быть обесчещенным, требовала немалой храбрости, а также честности, выработки привычки отвечать за свои слова. Демонстрировать обиду и не предпринимать ничего, чтобы одернуть обидчика или просто выяснить с ним отношения - считалось признаком дурного воспитания и сомнительных нравственных принципов. Постоянно присутствующая угроза смертельного поединка очень повышала цену слов и, в особенности, "честного слово" Публичное оскорбление неизбежно влекло за собой дуэль. Нарушить данное слово - значит раз и навсегда погубить свою репутацию. Дуэль как способ защиты, несла еще и особую функцию: утверждала некое дворянское равенство, не зависящее от чиновничьей и придворной иерархии.

...