# Гласит закон древний: "выше всего стоит готовность - страдать и умирать"...

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий ИвановичГласит закон древний: "выше всего стоит готовность - страдать и умирать"...Создан: 20/06/2013, изменен: 20/06/2013, 46kФрагмент: Политика============================================================

Гласит закон древний: "Выше всего стоит готовность - страдать и умирать"...

"оно освещает повиновение, оно злейшее иго делает благим, тягчайшее время легким; оно дает силу претерпеть до конца, принести Родине в жертву высшей любви".

М.Драгомиров

ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА РОСИЙСКОГО

Мысли на будущее...

Ад. "Божественная комедия"

Поль Гюстав Доре

ОФИЦЕРЫ В ГОДЫ ЦАРЯ НИКОЛАЯ II

(1894-1917 гг.)

Последний царь из династии Романовых -- Николай II (1868-1918) -- находился у власти 23 года.

К вступлению на престол его готовили основательно.

Девяти лет от роду престолонаследник приступил к организованному для него обучению на дому. В педагогическую коллегию вошли Н. Х. Бунге (преподавал статистику и политическую экономию) , Г.А. Леер (история войн) , О. Э. Штубендорф (топография) , Н.Н. Бекетов (химия) , Ц.А. Кюи (фортификация) , А.В. Пузыревский, К.П. Победоносцев, Г.Г. Данилович.

Первые восемь лет будущий царь проходил нормальный гимназический курс с усиленным изучением английского, немецкого и французских языков, а также политической истории.

Последние пять лет были отданы наукам "высшим" с упором на военные: стратегию и тактику, топографию и геодезию.

По всем предметам профессорам запрещено было задавать вопросы ученику.

Помимо классных занятий была и познавательная практика.

Несколько лагерных периодов он провел в расположении войск близ столицы: два лета -- в Преображенском полку, сначала субалтерн-офицером, затем командиром роты; еще два сезона -- в гусарском полку командиром взвода, командиром эскадрона и еще одно лето -- в расположении артиллерийских частей.

Пределом достигнутого было командование батальоном в чине полковника.

У царской семьи была отработана система взаимоотношений с гвардией и армией.

В дни рождения и тезоименитств (именин) Николая II, его матери, жены и сына, а также в годовщины восшествия на престол императора и императрицы все воинские части освобождались от занятий и учений.

Члены царской фамилии были шефами многих полков, посылали поздравления или лично участвовали в полковых праздниках, одаривали подарками офицеров и солдат.

Представители мужской части семьи зачислялись на воинскую службу с рождения.

Например, послужной список цесаревича Алексея начинался с 30 июля 1904 года -- дня, когда он родился.

Он числился атаманом всех казачьих войск, шефом четырех гвардейских и четырех армейских полков, двух батарей, а также Алексеевского военного училища и Ташкентского кадетского корпуса.

Кроме того, его имя было занесено в личные списки десятков полков, военных училищ и кадетских корпусов.

Для того, чтобы привязать к себе гвардию и армию, Романовы использовали на командных должностях великих князей.

-- "Въезд Великого Князя Николая Николаевича Старшего в Тырново 30 июня 1877 г." картина Н. Д. Дмитриева-Оренбургского

-- Великий князь Николай Николаевич (справа), Император Николай Второй (слева), министр императорского двора граф В. Б. Фредерикс (в центре) в Ставке. Сентябрь 1914 года.

Главным "приводом" между семьей Романовых и армией был дядя царя -- великий князь Николай Николаевич.

Ему доводилось исполнять должности генерал-инспектора кавалерии, председателя Совета государственной обороны, командующего восками столичного военного округа, командира гвардейского корпуса, а с начала первой мировой войны до осени 1915 года он занимал пост Верховного главнокомандующего.

Другой дядя -- Алексей Александрович, имевший звание генерал-адмирала, ведал делами флота. Третий дядя -- Сергей Александрович -- заведовал всей артиллерией России.

Другие родственники также были при деле -- командовали полками, дивизиями, корпусами и т. п.

Государственная казна щедро одаривала представителей дома Романовых.

Обладая огромной личной собственностью, все они получали еще и казенное довольствие, Например, каждому сыну царствующего императора полагалось на содержание 150 тыс. рублей в год, да на устройство резиденции полагалось единовременно по миллиону, а по вступлении в брак -- уже по 200 тыс. в год и по 35 тыс. на содержание дворца.

В 1905 году шведский публицист Улар опубликовал сведения о доходах великого князя Владимира Александровича.

Полтора миллиона он имел ежегодно с земель, лесов, рудников и другой личной собственности; два с половиной миллиона он получал от казны; 24 тыс. он получал как генерал, 50 тыс. -- как командующий Петербургским военным округом, 40 тыс. -- как член Государственного совета, 25 тыс. -- как член Комитета министров, 30 тыс. -- как президент Академии художеств.

И в довершение ему полагались значительные суммы как члену различных государственных комиссий.

Убийственную характеристику великим князьям дал генерал Сухомлинов, длительное время занимавший пост военного министра:

-- "В характере большинства из них были признаки дегенерации, и у многих умственные способности настолько ограничены, что если бы им пришлось вести борьбу за существование как простым смертным, то они бы ее не выдержали. Эти непригодные для дела великие князья, подстрекаемые окружающими их людьми или женами, присваивали себе право вмешиваться в дела правительства и управление, а в особенности -- армии".

Не лучшая характеристика качеств самого Николая II.

Его современники отмечают следующие черты характера:

-- внешняя скромность, даже застенчивость -- и припадки самодурства и своеволия;

-- наружная уравновешенность -- и затаившийся в глазах невротический страх;

-- чадолюбие в своей семье -- и равнодушие к чужой жизни;

-- домоседство -- и призывы к кутежам;

-- любезность, обходительность -- и заглазно крайняя резкость отзывов и суждений;

-- подозрительность ко всему окружающему и готовность довериться проходимцу и шарлатану;

-- преклонение православию, щепетильность в исполнении церковных обрядов -- и колдовское столоверчение, языческий фетишизм.

Заканчивая характеристику Николая II и его близких, следует подчеркнуть, что субъективный фактор в дальнейшем развитии общественно-политических процессов в Российской империи, ее поражения в военных предприятиях, недостатки в подготовке офицерских кадров сыграл далеко не последнюю роль.

Это суждение, конечно же, не принижает роль тех объективных обстоятельств, которые вели к революционному переустройству общества. Тем не менее, "первые лица" государства, обладавшие кругозором ротного-батальонного масштаба, принесли Отечеству больше вреда, нежели пользы.

**

Истинным властителем дум в области теории тактики во второй половине XIX века стал генерал М.И. Драгомиров (1830-1905) .

Его краткий послужной список: 1856 г. -- окончил Академию генерального штаба; 1877-1878 гг. -- командир дивизии в русско-турецкой войне; 1878-1889 гг. -- начальник Академии генерального штаба; с 1889 г. -- командующий войсками Киевского военного округа; с 1903 года -- член Государственного совета Российской империи.

М.И. Драгомирова по праву считают создателем военной педагогики как науки.

Раскрывая сущность воинского воспитания, он писал: "Все дело воспитания и образования войск приводится к весьма немногим идеям:

1) ставить воспитание выше образования;

2) переходить от анализа к синтезу (т.е. учить делу по частям, но на этом не останавливаться, а непременно соединять эти части в одно, как они соединяются при действии против неприятеля) ;

3) учить целесообразно;

4) развивать внимание людей в военном направлении;

5) приучать их встречать неожиданности быстро, не несуетливо;

6) вести занятия так, чтобы ни один шаг не противоречил закону выручки своих;

7) вести маневры так, чтобы "всякий воин понимал свой маневр";

8) устранять все способствующее самосохранению, и поощрять все, благоприятствующее самоотвержению, и поэтому давать практику в преодолении чувства опасности;

9) учить показом, а не рассказом;

10) остерегаться примерного исполнения чего бы то ни было, в мере, допускаемой мирной практикой.

Из этих положений видно, что Драгомиров четко очерчивал три стороны военного воспитания: воспитание ума и воли, воспитание нравственное и физическое.

Центром всей воспитательной работы он считал воспитание нравственное, справедливо полагая, что оно является стержневым в моральном факторе.

-- "Выше всего, -- писал он, -- стоит готовность страдать и умирать, т.е. самоотвержение: оно освещает повиновение, оно злейшее иго делает благим, тягчайшее время легким; оно дает силу претерпеть до конца, принести Родине в жертву высшей любви".

Громадное значение он уделял воспитанию дисциплины, видя в ней "совокупность всех нравственных, умственных и физических навыков, нужных для того, чтобы офицеры и солдаты всех степеней отвечали своему назначению".

Основа дисциплины -- строжайший порядок, а здоровый внутренний порядок в войсках возможен лишь тогда, когда каждый начальник знает права и обязанности, когда в войсках будут знать и строго исполнять уставы.

Только на этой основе можно воспитать чувство чести, так нужное в военном деле.

Причем, личная честь, считал Драгомиров, должна быть тесно связана с честью воинской части, воинского знамени.

Воспитание чести в этом направлении будет завершением нравственной подготовки солдат и офицеров, "ибо там, где человек любит свою Родину, любит свою часть, там он не задумывается жертвовать собою для их блага".

Среди офицерского состава того времени было особенно развито чувство ложного стыда за ту или иную личную ошибку: принято было, что начальство не ошибается.

Видимо такого рода офицеров Драгомиров имел в виду, когда писал:

-- "Руководитель не должен бояться ни сам учиться, а следовательно и ошибаться; тогда и руководимые не будут бояться ошибок".

Наоборот:

-- "Руководитель должен вооружиться терпением, самоотвержением и уважением к чужим мнениям; он должен радоваться малейшим проблескам оригинальной мысли, уметь поддерживать и развивать их".

Многие офицеры времен Драгомирова имели различные взгляды на теорию военного дела: одни пытались найти в книгах готовые рецепты на все случаи жизни; другие рассматривали военное искусство как ремесло, где нет места теоретическим правилам.

Драгомиров в своих обращениях к офицерам отмечал, что теория правил для действий дать не может, и в военном деле успевает тот, кто благодаря теории, хорошо знает боевые свойства и местность.

Иоанн Богослов. 1595-1605 гг.

Эль Греко.

Теория дает общую формулу, а как воспользоваться этой формулой в данном случае, как ее применить -- дело человека.

-- "Теория -- это арсенал, в котором вы находите всевозможные оружия; но что именно взять из этого арсенала -- дело того, кто берет; и странно было бы, если бы он ожидал, что арсенал ему подскажет, что в известном случае из него взять следует..."

Вместе с тем, Драгомиров осуждал слепое преклонение перед теорией, требовал от офицеров гибкости ума и воли, самостоятельности мышления и творческого подхода к делу.

Суворовец по своему складу мышления, Драгомиров всей душой ненавидел зубрежку и постоянно требовал развивать у солдат пытливость, воинскую сметку, интерес к учебе.

Он учил офицеров:

"Чтобы приобрести эту магическую власть над себе подобными, даже и Суворову, при врожденных способностях, нужно было семь лет прослужить солдатом.

В этой суровой школе он понял, что для управления массами нужно по-ихнему:

-- спать, есть, одеваться, думать и говорить;

-- раз это поняв, он, несмотря на возвышение, сохранил тот же образ жизни, тот же склад мысли, до такой степени, что не только с солдатами, но и в других своих отношениях он был и в слове, и в письме столь же кратким, отрывочным, энергичным, как в своей науке.

-- И масса отблагодарила ему за это: и доверием, и безграничной преданностью, и, наконец, что предание о Суворове живет до сих пор, и долго еще будет жить в памяти русского солдата".

Взор Драгомирова был устремлен и на систему военно-учебных заведений.

Он считал, что офицеры выпускаемые из, них, должны удовлетворять следующим требованиям:

1) быть преданными Родине до самопожертвования;

2) быть высокодисциплинированными, крепко верить в святость приказания;

3) быть храбрым, решительным, безропотно переносить трудности, холод, голод и все нужды солдатские;

4) иметь чувство взаимной выручки;

5) любить военное дело, быть искренне преданным ему.

К сожалению, мысли и идеи генерала Драгомирова не нашли в полной мере благодатную почву: система царизма не приняла их.

Во Всеподданнейшем отчете за 1894 год Драгомиров докладывает:

-- "По-прежнему не могу, к сожалению, не доложить, что между старшими войсковыми начальниками, начиная с бригадных командиров, все еще много таких, которые в мирное время бесполезны, а в военное время будут вредны".

Из 30 характеристик, данных им подчиненным генерал-лейтенантам и генерал-майорам, 13 резко отрицательны.

Эти характеристики по яркости и своеобразию приближаются к афоризмам.

Так, генерал-лейтенант Домантович характеризуется следующим образом: "Был конь, да уездился". Генерал-лейтенант Заас: "В умственном отношении скромен". Генерал-лейтенант Зедделер: "Больше претензий, нежели содержания".

Выводы генерала Драгомирова об ухудшении качественных характеристик начальствующего состава подтверждены статистическим исследованием П.А. Режепо.

Анализируя данные на 2.668 полковников царской армии, состоящих на службе по состоянию на 1 мая 1903 года, он показывает на низкий образовательный ценз этих лиц:

Какие академии они окончили:

2. Время достижения чина полковника нетитулованными особами (в годах)

Выпускники:
АГШ
18,5

3. Время достижения чина полковника титулованными лицами (в годах)

Титул | Образовательный ценз: | 
 |  | окончившие академии
Графы | - | 18,7
Князья | 16,5 | 18,1
Бароны | 17,6 | 21,5
В среднем: | 17,4 | 19,5

Данные таблиц позволяют сделать следующие заключения: во-первых, численность лиц, достигших чина полковника с высшим военным образованием была исключительно мала (всего 21% от общего числа полковников) ; во-вторых, наибольшее продвижение по службе получали титулованные особы, что резко ограничивало возможности способных офицеров занять в военной иерархии высокое положение, если те не имели соответствующей родословной.

Подобное положение имело место и в генеральской среде.

По данным того же П.А. Режепо статистические данные на 1.386 генералов, состоящих на службе по состоянию на 1 декабря 1902 года, таковы:

Качественные характеристики генералов | Полные генералы | Генерал-лейтенанты | Генерал-майоры
Окончили АГШ (в %) | 69 | 58 | 48
Время достижения чина (нетитулованные особы) : а) "академики" б) неакадемики | 20,4 21,0 | 26,5 28,7 | 27,9 32,3
Время достижения чина титулованными особами | от 15,4 до 20,0 | от 23,0 до 27,7 | от 24,8 до 30,0

И эти данные говорят о том, что среди генералитета старой русской армии было много малообразованных в военном отношении людей и тем не менее занимавших большие должности в военной организации России.

Основной порок командного состава состоял в том, что многие старшие начальники не имели командного ценза.

Так, из 46-ти начальников пехотных дивизий вовсе не командовали:

-- ротами... 22 чел. (47,8%) батальонами. ..14 чел. (30, 4%) полками...8 чел. (17,3%) бригадами..13 чел. (28, 2%)

На активность офицеров в получении образования, помимо факта несправедливости в оценке личностных заслуг каждого влиял и ряд других факторов: крайне замедленное чинопроизводство, что приводило к старению офицерских кадровой чрезвычайно низкое жалование младших офицеров.

Одной из особенностей русской армии рассматриваемого периода, как было сказало, было крайне замедленное производство в чины. Командование ротами нередко длилось 10, а то и 20 лет.

В среднем же пребывание в чинах было таково:

-- полковники.... от 7 до 14 лет подполковники.. до 7 лет капитаны....до 15 лет штабс-капитаны...до 12 лет поручики....8 лет подпоручики..до 4 лет

Из последних данных видно, что разница в возрасте в высшем звене была небольшой, а вот среди офицеров роты она была разительной (8 лет) . Младший офицер в России -- "засиживался" на роте, старел, снижал интерес не только к личностному обучению, но и вообще ко многим вопросам обучения и воспитания личного состава.

Недостаток должной мотивации к службе и профессиональному росту усугублялся тем, что офицер фактически вел нищенское существование.

-- "К примеру, младший офицер в месяц получал всего лишь 39 рублей 75 копеек. В то же время прожиточный минимум составлял 50 рублей в месяц. При острой нехватке средств некоторые офицеры не могли позволить себе такой "роскоши" как завтрак и поэтому довольствовались чаем с булкою.

Как дело обстояло в ведущих западных странах с оплатой труда офицеров, их денежным довольствием?

Приведем сравнительные данные на сей счет:

Чины и должности | Годовое денежное довольствие офицеров:
 | Россия
Подпоручик | 677
Поручик | 695
Штаб-капитан (ком. роты) | 1.305
Капитан, подполковник (ком. батальона) | 1.880
Полковник (ком. полка) | 4.511
Генерал-майор (ком. бригады) | 4.717
Генерал-лейтенант (нач. дивизии) | 6.756
Полный генерал (ком. корпуса) | 10.595

И эта таблица сообщает неутешительные сведения: денежное содержание офицеров русской армии почти всех рангов (исключение составляют высшие чины, которые, видимо, при решении вопросов денежного довольствия ориентировали соответствующие органы на западные образцы в этой области) значительно ниже содержания окладов в западных государствах.

Не это ли отвлекало русского офицера от учебы, от работы над собой?

Ответ на этот вопрос, думается, может быть только один: нищенское существование вкупе с несправедливостью, "рогатками" при продвижении по службе надо признать тормозом на пути развития военного образования, военной науки и военного дела в целом. В таких условиях получить военное образование самого высшего уровня мог только человек состоятельный, либо фанатик, поставивший на карту все во имя достижения честолюбивой цели: здоровье, личное благополучие и т. п.

Этот исторический факт позволяет поставить ряд вопросов проблемного характера:

-- если офицер выполняет государственную миссию, то стоит ли на нем экономить?

-- как сделать так, чтобы младшие офицеры не нуждались в средствах для существования и не растрачивали свою энергию попусту?

-- какие мотивационные рычаги следует использовать для приобщения офицеров к военному образованию, стимулированию их военного самосовершенствования?

Поиск ответов на эти и смежные вопросы позволит избежать новых ошибок в деле подготовки офицерских кадров.

**

-- Русский плакат начала русско-японской войны, 1904

Как известно, испытание прочности военной организации государства происходит во время войн. Россия, вступив в стадию империализма, не прошла мимо этого испытания. Первым таким испытанием для нашей страны оказалась русско-японская война.

Нам не представляется необходимым анализировать причины этой войны, ибо они довольно подробно проанализированы в работах В.И. Ленина и научных публикациях. Имеется и солидная документальная основа для такого анализа.

Похороны героя. Русско-японская война 1904-1905 гг.

Нас интересует другое: в чем проявилась слабость российского "человеческого фактора", в чем состоял изъян в подготовке офицерских кадров?

-- "Порт-Артур капитулировал.

-- Это событие -- одно из величайших событий современной истории. Эти три слова, переданные вчера по телеграфу во все концы цивилизованного мира, производят подавляющее впечатление, впечатление громадной и страшной катастрофы, несчастья, которое трудно передать словами.

-- Рушится моральная сила могучей империи, тускнеет престиж молодой расы, не успевшей еще как следует развернуться.

-- Выносится приговор целой политической системе...

-- Впервые старый мир уничтожен непоправимым поражением, которое нанесено ему новым миром, столь таинственным и, по-видимому, отрочески юным, вчера только призванным к цивилизации", -- так, цитированием одной буржуазной газеты, начинал свою статью "Падение Порт-Артура" В.И. Ленин.

Относительно "человеческого фактора" в статье говорится следующее:

-- "Генералы и полководцы оказались бездарностями и ничтожествами...

-- Бюрократия гражданская и военная оказалась такой же тунеядствующей и продажной, как и во времена крепостного права.

-- Офицерство оказалось необразованным, неразвитым, неподготовленным, лишенной тесной связи с солдатами и не пользующимся их доверием.

-- Темнота, невежество, безграмотность, забитость крестьянской массы выступили с ужасающей откровенностью при столкновении с прогрессивным народном в современной войне, которая так же необходимо требует высококачественного человеческого материала, как и современная техника".

Ленинская политическая оценка русско-японской войны, которая дана в статье, всецело обоснована.

Ленин не претендовал в данной статье на оценку военно-технического фактора. Размер статьи, не позволил дать оценку просчетов в подготовке офицерских кадров и некоторых аспектов русского "человеческого фактора".

-- На японских аванпостах. Русско-японская война 1904-1905 гг.

Интересен тот факт, что после поражения во всем мире появились публикации с оценкой русско-японской войны. Многие из этих публикаций были переведены в России и стали достоянием общественности.

Именно эти публикации, на наш взгляд, стали теми источниками, которые позволили посмотреть на войну с личностной точки зрения: человеческого фактора и морального духа войск.

Думается, что они позволили в определенной степени активизировать процесс самопознания русского народа, что является чрезвычайно необходимым в тех условиях, когда "войны ведутся самими народами, а не лишь кастой военных", и, когда "связь между военной организацией страны и всем ее экономическим и культурным строем становится более тесной".

Русские солдаты на марше зимой. Русско-японская война 1904-1905 гг.

Одним из таких источников является работа "Падение Порт-Артура" Клемана де Грандпре.

Конечно, ее не следует рассматривать как энциклопедию русской души. И тем не менее, на определенные раздумья она наводит.

Клеман де Грандпре в качестве основного тезиса проводит мысль о том, что под Порт-Артуром встретились два совершенно разных по своему складу и характеру противники.

-- Русский человек, в его характеристике, таков: крупного роста, сильный, тяжелый, мало развитой, не знающий цены времени; фаталист, как уроженец Востока; грустный, с проблесками детского веселья; любитель поесть и выпить; более способный к пассивной, чем к активной деятельности; живет под управлением бюрократии, функционирующей весьма слабо; живет среди покоренных, но не слившихся с ним народов (финны, поляки, литовцы и пр.) , которые его не любят.

-- Среди русских людей высшего общества царит скептицизм и любовь мудрствовать; среди крестьян, составляющих огромное большинство нации и мечтающих только о разделе земли, царит суеверие, невежество, нищета и полное отсутствие духа общности; ничтожное количество революционеров встречаются в школах и рабочей среде.. [129]

-- Русский солдат представляет собой отличный сырой материал, так как он близок к природе, не знает роскоши и исполняет с удивительной покорностью самые опасные поручения.

-- Несчастия не могут его обескуражить. Наполеон I говорил, что убитого русского солдата нужно еще толкнуть, чтобы он упал. Сила русского солдата удваивается, когда он имеет хороших начальников. Однако русский офицер оставляет желать многого, хотя бывают исключения и даже очень блестящие; между офицерами образование не пользуется большим почетом.

-- "Наши войска будут атаковать с земли, воздуха и воды, и выбьют врага из Сибири" -- японская пропагандистская открытка

В его же характеристике, японец таков:

-- небольшого роста, мускулист, легок, отличный ходок, с выражением лица веселым и беззаботным, чрезвычайно выдержан, доволен своей судьбой;

-- не слишком привязан к своему домашнему очагу;

-- у него живой ум, легко возбуждаемые, но весьма быстро проходящие, страсти;

-- он жаден к учению, и принимает немедленно в практической деятельности теоретические познания, заимствованные им у иностранцев;

-- он формалист, чрезвычайно вежлив, подозрителен,

-- удивительно способен к шпионству,

-- обладает чрезмерной ловкостью рук,

-- пылкий патриот,

-- солдат в душе.

Японский народ только что вышел из феодальной зависимости и управляется, вопреки парламентскому режиму, военной кастой, которая произвела революцию 1868 года и которая, при посредстве школы и общеобязательной подготовки, распространила в народе правила рыцарской чести.

Правила эти не записаны, но пустили прочные корни в народ.

Они рекомендуют: спартанскую простоту жизни, любовь к бедным, верность государю, отвагу, честность, воздержанность, полное обуздание себя, стоицизм в страданиях и презрение к смерти.

-- Идеал, который вытекает из этих правил, почти полностью воплощен в корпусе офицеров японской армии. Состав корпуса удивительный: он однороден, образован, поддерживает прочную связь с войсками, с которыми разделяет их частную жизнь; он состоит преимущественно из потомков самураев.

-- В японских школах и гимназиях пятая часть времени посвящается ежедневным упражнениям с ружьями.

Далее Клеман де Грандпре показывает, как была воспринята война в двух начавших войну государствах.

-- Объявление войны пробудило в Японии единодушный энтузиазм, который упорно держался в течение всей войны.

-- Вся политическая борьба была отложена.

-- Вся нация звучала в унисон со всей армией.

В России, на оборот,

-- к войне отнеслись индифферентно и она не возбуждала чувств патриотизма.

-- Цель войны была слишком удалена.

-- К тому же, русские относились с презрением к японцам, силы которых не знали.

-- Армия была в полном пренебрежении.

Сравнение, конечно, не лицеприятное, задевающее чувство национальной гордости, но в большей своей части справедливое и объективное.

Подобные характеристики и обобщения имеют место и в других источниках.

В связи с этим возникает вопрос:

-- не обречена ли наша нация на примирение с тем, что ей мешает развиваться и совершенствоваться?

-- Можем ли мы излечить наше общество от таких недугов, как самоуспокоенность и благодушие, пассивность в общественной жизни и слабость патриотических чувств, "шапкозакидательство" и т. п.?

Ответ пока один: лекарство и способ лечения еще не найдены.

Возникает вопрос: почему?

Ответы на этот вопрос дает и наша отечественная история.

-- Во-первых, опасно (с точки зрения правящего класса или элиты) развивать самосознание народа.

-- Во-вторых, лучше пусть будет "меньшее" зло (война) , чем зло "большее" (брожение, восстание, революция) .

-- В-третьих, очень опасно иметь политически активную, кулътурно-просвещенную армию и ее офицерский корпус.

См. далее о том, какое поражение в русско-японской войне поставило и другой вопрос перед мыслящими людьми: а какой "вклад" в это дело внесла военная школа, прежде всего, ее высший эшелон -- военные академии? ...

Во время боя с японцами.

Русско-японская война 1904-1905 гг.