# "Хобби" полковника Тена

Анатолий Иванович Каменев

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА (из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Каменев Анатолий Иванович"Хобби" полковника ТенаСоздан: 30/04/2014, изменен: 30/04/2014, 48kФрагмент: ПолитикаЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА (из библиотеки профессора Анатолия Каменева)============================================================

"Хобби" полковника Тена

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

"Жены, издали смотрящие на Голгофу" 1867.

Художник Боткин Михаил Петрович

340

ПРАВИЛа ВЕДЕНИЯ ВОЙНЫ.

I.Из главы "Ведение войны". 1. Сунь-цзы сказал: правило ведения войны таково: 2. Если у тебя тысяча легких колесниц и тысяча тяжелых, сто тысяч солдат, если провиант надо отправлять за тысячу миль, то расходы внутренние и внешние, издержки на прием гостей, материал для лака и клея, снаряжение колесниц и вооружения - все это составит тысячу золотых в день. Только в таком случае можно поднять стотысячное войско. 3. Если ведут войну и победа затягивается, - оружие притупляется и острия обламываются; если долго осаждают крепость - силы подрываются; если войско надолго оставляют в поле - средств у государства не хватает. 4. Когда же оружие притупится и острия обломаются, силы подорвутся и средства иссякнут, князья, воспользовавшись твоей слабостью, поднимутся на тебя. Пусть тогда у тебя и будут умные слуги, после этого ничего поделать не сможешь. 5. Поэтому на войне слышали об успехе при быстроте ее, даже при неискусности ее ведения, и не видели еще успеха при продолжительности ее, даже при искусности ее ведения. 6. Никогда еще не бывало, чтобы война продолжалась долго и это было бы выгодно государству. Поэтому тот, кто не понимает до конца всего вреда от войны, не может понять до конца и всю выгоду от войны. 7. Тот, кто умеет вести войну, два раза набора не производит, три раза провианта не грузит; снаряжение берет из своего государств, провиант же берет у противника. Поэтому у него и хватает пищи для солдат. 8. Во время войны государство беднеет оттого, что возят далеко провиант. Когда провиант нужно возить далеко, народ беднеет. 9. Те, кто находятся поблизости от армии, продают дорого; а когда они продают дорого, средства у народа истощаются; когда же средства истощаются, выполнять повинности трудно. 10. Силы подрываются, средства иссякают, у себя в стране - и домах пусто; имущество народа уменьшается на семь десятых; имущество правителя - боевые колесницы поломаны, кони изнурены; шлемы, панцири, луки и стрелы, рогатины и малые щиты, пики и большие щиты, волы и повозки - все это уменьшается на шесть десятых. 11. Поэтому умный полководец старается кормиться за счет противника. При этом один фунт пищи противника соответствует двадцати фунтам своей; один пуд отрубей и соломы противника соответствует двадцати пудам своей. 12. Убивает противника ярость, захватывает его богатства жадность. 13. Если при сражении на колесницах захватят десять и более колесниц, раздай их в награду тем, кто первый их захватил, и перемени на них знамена. Перемешай эти колесницы со своими и поезжай на них. С солдатами же обращайся хорошо и заботься о них. Это и называется: победить противника и увеличить свою силу. 15. Поэтому полководец, понимающий войну, есть властитель судеб народа, есть хозяин безопасности государства. Из главы "Борьба на войне". 1. Сунь-цзы сказал: вот правило ведения войны: полководец, получив повеление от государя, формирует армию, собирает войска и, войдя в соприкосновение с противником, занимает позицию. Нет ничего труднее, чем борьба на войне. 2. Трудное в борьбе на войне - это превратить путь обходный в прямой, превратить бедствие в выгоду. Поэтому тот, кто, предпринимая движение по такому обходному пути, отвлекает противника выгодой и, выступив позже него, приходит раньше него, тот понимает тактику обходного движения. 3. Поэтому борьба на войне приводит к выгоде, борьба на войне приводит и к опасности. Если бороться за выгоду, подняв всю армию, цели не достигнуть; если бороться за выгоду, бросив армию, будет потерян обоз. 4. Поэтому, когда борются за выгоду за сто миль, мчась, сняв вооружение, не отдыхая ни днем, ни ночью, удваивая маршруты и соединяя переходы, тогда теряют пленными командующих всеми тремя армиями; выносливые идут вперед, слабые отстают, и из всего войска доходит одна десятая. Когда борются за выгоду за пятьдесят миль, попадает в тяжелое положение командующий передовой армией и из всего войска доходит половина. Когда борются за выгоду за тридцать миль, доходят две трети. 5. Если у армии нет обоза, она гибнет; если нет провианта, она гибнет; если нет запасов, она гибнет. 6. Поэтому кто не знает замыслов князей, тот не может наперед заключать с ними союз; кто не знает обстановки - гор, лесов, круч, обрывов, топей и болот, тот не может вести войско; кто не обращается к местным проводникам, тот не может воспользоваться выгодами местности. 7. Поэтому в войне устанавливаются на обмане, действуют руководствуясь выгодой, производят изменения путем разделений и соединений. 8. Поэтому он стремителен, как ветер; он спокоен и медлителей, как лес; он вторгается и опустошает, как огонь; он неподвижен, как гора; он непроницаем, как мрак; его движение, как удар грома. 9. При грабеже селений разделяют свое войско на части; при захвате земель занимают своими частями выгодные пункты. 10. Двигаются, взвесив все на весах. Кто заранее знает тактику прямого и обходного пути, тот побеждает. Это и есть закон борьбы на войне. 11. В "Управлении армией" сказано: "Когда говорят, друг друга не слышат; поэтому и изготовляют гонги и барабаны. Когда смотрят, друг друга не видят; поэтому и изготовляют знамена и значки". Гонги, барабаны, знамена и значки соединяют воедино глаза и уши своих солдат. Если все сосредоточены на одном, храбрый не может один выступить вперед, трусливый не может один отойти назад. Это и есть закон руководства массой. 12. Поэтому в ночном бою применяют много огней и барабанов, в дневном бою применяют много знамен и значков; этим вводят в заблуждение глаза и уши противника. Поэтому у армии можно отнять ее дух, у полководца можно отнять его сердце. 13. По этой причине по утрам духом бодры, днем вялы, вечером помышляют о возвращении домой. Поэтому тот, кто умеет вести войну, избегает противника, когда его дух бодр, и ударяет на него, когда его дух вял или когда он помышляет о возвращении; это и есть управление духом. 14. Находясь в порядке, ждут беспорядка; находясь в спокойствии, ждут волнений; это и есть управление сердцем. 15. Находясь близко, ждут далеких; пребывая в полной силе, ждут утомленных; будучи сытыми, ждут голодных; это и есть управление силой. 16. Не итти против знамен противника, когда они в полном порядке; не нападать на силы противника, когда он неприступен; это и есть управление изменениями. 17. Поэтому правила ведения войны таковы: если противник находится на высотах, не иди прямо на него; если за ним возвышенность, не располагайся против него; если он притворно убегает, не преследуй его; если он полон сил, не нападай на него; если он подаст тебе приманку, не иди на нее; если войско противника идет домой, не останавливай его; если окружаешь войско противника, оставь открытой одну сторону; если он находится в безвыходном положении, не нажимай на него; это и есть правила ведения войны. Из главы "Девять изменений". 1. Сунь-цзы сказал: вот правила ведения войны: [полководец, получив повеление от своего государя, формирует армию и собирает войска]. 2. В местности бездорожья лагерь не разбивай; в местности-перекрестке заключай союзы с соседними князьями; в местности голой и безводной не задерживайся; в местности окружения соображай; в местности смерти сражайся. 3. Бывают дороги, по которым не идут; бывают армии, на которые не нападают; бывают крепости, из-за которых не борются; бывают местности, из-за которых не сражаются; бывают повеления государя, которых не выполняют. 4. Поэтому полководец, постигший, что есть выгодного в "Девяти изменениях", знает, как вести войну. Полководец, не постигший, что есть выгодного в "Девяти изменениях", не может овладеть выгодами местности, даже зная форму местности. Когда при управлении войсками он не знает искусства "Девяти изменений", он не может владеть умением пользоваться людьми, даже зная "Пять выгод". 5. По этой причине обдуманность действий умного человека заключается в том, что он обязательно соединяет выгоду и вред. Когда с выгодой соединяют вред, усилия могут привести к результату; когда с вредом соединяют выгоду, бедствие может быть устранено. Поэтому князей подчиняют себе вредом, заставляют служить себе делом, заставляют устремляться куда-нибудь. 6. Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить; не полагаться на то, что он не нападет, а полагаться на то, что я сделаю нападение на себя невозможным для него. 7. Поэтому у полководца есть пять опасностей: если он будет стремиться во что бы то ни стало умереть, он может быть убитым; если он будет стремиться во что бы то ни стало остаться н живых, он может попасть в плен; если он будет скор на гнев, его могут презирать; если он будет излишне щепетилен к себе, его могут оскорбить; если он будет любить людей, его могут, обессилить. 8. Эти пять опасностей - недостатки полководца, бедствие в ведении войны. Разбивают армию, убивают полководца непременно этими пятью опасностями. Надлежит понять это.

Сунь-цзы.

Трактат о военном искусстве.

II. Правила войны. (Су сюнь). Прежде чем начинать сражение, нужно непременно оценить способности неприятельского полководца. Если он умен, лучше его сдерживать, а если глуп, можно нападать самому. Если противника сдерживать, то есть возможность воспользоваться его небольшими промахами, после чего перехватить инициативу и одержать победу. Если нападать самому, то можно одним ударом лишить неприятеля способности сопротивляться. Однако, если неприятельский полководец мудр, не следует нападать на него с излишним усердием, ибо это грозит большой бедой. Рассредоточить свои силы так, чтобы они уходили от прямого столкновения с неприятелем, - это значит сдерживать противника. Собрать свои силы вместе и нанести мощный удар - это значит нападать самому. Если войско слишком малочисленно, его легко разбить. Если войско слишком велико, в нем легко может вспыхнуть мятеж. Управлять многочисленным войском труднее всего. Управлять малочисленным войском опаснее всего. Поэтому приказы по многочисленному войску должны быть как можно более подробными - тогда в нем не будет разброда. Приказы же по малочисленному войску должны быть как можно более ясными - тогда воинам будет легко понять их. Когда, ведя за собой большое войско, оказываешься в опасном месте, нужно разделить войско на несколько частей и продвигаться вперед медленно, ибо в опасном месте могут быть вражеские засады. Если войско будет разделено, противнику будет трудно определить, где нужно устраивать засаду. Только очень искусный полководец может малыми силами одержать победу над большим войском неприятеля. Если противник наступает, а против него выслать обманный отряд, то он может не осмелиться наступать дальше. А если в такой обстановке послать к нему человека, который будет утверждать, что в этом месте нет наших позиций, то ему тем более не поверят. Тогда противник может подумать, что у нас есть огромные силы и откажется от наступления. Тут можно организовать внезапное нападение на неприятельский лагерь и малыми силами одержать большую победу. Когда обороняешь крепость, главное - внушить своим воинам, что они надежно защищены. Тогда в них не будет неуверенности и страха, и они будут стойко сражаться. Ведя же войско на приступ, нужно заставить воинов почувствовать, что им грозит смертельная опасность и сделать так, чтобы они не боялись смерти. Так можно взять штурмом любую крепость. Вести войско в бой способен только тот, кто может беспристрастно оценить сам себя. Почему меня обуревает гнев? Почему я весел? Откуда во мне храбрость или страх? Тот, кто понимает причины своего душевного состояния, может вести за собой людей. В спокойное время сердиться из-за одного невежливого слова, сказанного собеседником, а в битве не придавать значения необычному маневру противника - это удел заурядных людей. Умный человек, увидев необычный маневр противника, обязательно задумается о его причинах и не будет действовать поспешно. Хитрости на войне бывают двух видов: иногда противник делает что-то необычное всерьез, и, если поразмыслить над его действиями, можно понять их смысл; иногда противник предпринимает обманные действия, и тогда нельзя поддаваться на этот обман. Поэтому, когда появляются сомнения, нужно тщательно в них разобраться и определить собственный план действий. А когда противник предпринимает что-то необычное, нужно спокойно это обдумать. Ибо то, что противник хочет сделать на самом деле, он будет стараться скрывать как можно дольше.

Су сюнь.

Книга власти.

"Беседа Христа с учениками". 1867.

Художник Боткин Михаил Петрович

341

Правила для аттестации офицеров Академии ГенШтаба.

Поступающих в Императорскую Военную Академию, переходящих из Теоретического класса в Практический, выпускаемых из Академии. 1855 г. Положения общие. ╖1. Основанием аттестации офицеров, как поступающих в Академию, так и образующихся в оной, служат полученные сими офицерами на экзаменах баллы. ╖2. Во всех предметах испытания офицеры аттестуются баллами по системе 12-ти бальной, принятой в прочих Военно-Учебных Заведениях и подробно изъясненной в XXIII приложении к 991 ст. 3 тома Свода Военных Постановления. ╖3. Офицеры, как поступающее в Академию, так и образующееся в оной, на основании баллов полученных ими на экзаменах, распределяются конференциею на разряды. ╖4. Для разделения на разряды офицеров поступающих в Академию, служат основанием средний балл по всем предметам испытания и наименьший балл в каждом предмете отдельно. Для разделения на разряды офицеров, переходящих из теоретического в практический класс и офицеров, выпускаемых из Академии, принимается за основание средний балл в предметах главных; вместе с тем берутся в соображение баллы в каждом предмете и средний балл в предметах вспомогательных. ╖5. Под именем главных разумеются те предметы академического курса, которые составляют специальность Военной Академии и преподаются в ней в полном развитии, а именно: 1) Тактика начальная и высшая с строевыми уставами и практическими занятиями, 2) Стратегия и Военная История, 3) Военная Администрация, со включением практических занятий по части Генерального Штаба, 4) Военная Статистика, 5) Геодезия с практическими занятиями классными и полевыми, 6) Русский язык в практическом его приложении к письменности. К вспомогательным причисляются все прочие предметы, преподаваемые в Военной Академии, именно: 1) Фортификация Полевая и Долговременная с практическими занятиям, 2) Артиллерия, 3) Политическая История, 4) Законоведение, 5) Иностранные языки. а) Аттестация офицеров, поступающих в Академию. ╖6. Офицеры, поступающие в Академию, принимаются или в Теоретический или в Практический класс, смотря по роду экзамена ими выдержанного. ╖7. Поступающее в Теоретически класс подвергаются приемному экзамену на основании правил для сего экзамена установленных. ╖8. Офицеры, желающие поступать прямо в класс практический, предварительно держат экзамен приемный, а потом должны выдержать экзамен переводной, вместе с офицерами Теоретического класса, уже пробывшими год в Академии и поступающими в Практический класс. ╖9. Экзаменующиеся, для поступления в Теоретический класс, офицеры, по приемному экзамену, делятся на два разряда. ╖10. К первому разряду принадлежать офицеры, получившие в сложности из всех предметов средний балл не менее 8-ми и не менее этого же балла в Русском языке, в Строевых Уставах и в Математике, в прочих предметах не менее 6-ти баллов в каждом. Офицеры сего разряда принимаются в Академию в Теоретический класс, или допускаются к переводному экзамену для поступления прямо в класс Практический. ╖11. Офицеры, не получившие на приемном экзамене условных баллов для поступления в первый разряд, составляют разряд второй и в Академию не принимаются. б) О переводе офицеров Теоретического класса в Практический. ╖12. Офицеры Теоретического класса, на основании годичного переводного экзамена, делятся все вообще на три разряда. ╖13. к первому или высшему разряду принадлежат офицеры, получившие в главных предметах средний балл не менее 10-ти, а в предметах вспомогательных средний балл не менее 9-ти и при том ни в одном из главных предметов не менее 9-ти баллов, и ни в одном из вспомогательных не менее 7-ми. ╖11. Ко второму разряду принадлежат офицеры, получившие в главных предметах средний балл не менее 8-ми, а в предметах вспомогательных не менее 6-ти, в Русском же языке и в Тактике непременно не менее 8-ми баллов. ╖15. Офицеры обоих сих разрядов переводятся в Практический класс. ╖16. К третьему разряду принадлежат офицеры, получавшие или средний или наименьшие баллы, менее тех баллов, которые назначены для второго разряда. ╖17. Офицеры третьего разряда отчисляются от Академии к прежним местам их служения. ╖18.Офицеры, принадлежащие, по средним баллам, к первому разряду, но получившие хотя в одном предмете баллы менее наименьших, принятых для этого разряда, относятся к разряду второму. Подобным же образом офицеры, принадлежащие по средним баллам ко второму разряду, относятся к третьему, если получат хотя в одном предмете баллы менее тех наименьших, какие определены для второго разряда. ╖19. В каждом разряде старшинство офицеров определяется по сумме баллов в предметах главных; только в случае равенства этой суммы принимается в соображение сумма баллов в предметах вспомогательных. в) О выпуске офицеров Практического класса на действительную службу. ╖20. Офицеры Практического класса, окончившие полный академический курс, на основании годичного выпускного экзамена, делятся все вообще на три разряда. ╖21. К первому или высшему разряду принадлежат офицеры, получившие в главных предметах средний балл не менее 10-ти, а в предметах вспомогательных не менее 9-ти и при том в каждом из главных предметов не менее 9-ти, а в каждом из вспомогательных не менее 7-ми. ╖22. Офицеры первого разряда, при выпуске из Академии на службу по Генеральному Штабу, представляются к награждению следующими чинами, а буде в Генеральном Штабе служить не пожелают, то возвращаются теми же чинами в свои полки или батареи и сохраняю право носить аксельбант в обер- и штаб-офицерских чинах. Те из офицеров сего разряда которые получают во всех главных предметах не менее 11-ти баллов, награждаются малою серебряною медалью; получившие во всех главных предметах полные баллы - большою серебряною медалью; офицеры же получившие полное число баллов во всех предметах - как главных, так и вспомогательных - награждаются золотою медалью. Имена всех офицеров, получивших медали, вырезываются на мраморных досках, выставленных в одной из зал Академии. ╖23. Ко второму разряду принадлежат офицеры, получившие в главных предметах средний балл не менее 8-ми, а в предметах вспомогательных средний бал не менее 6-ти; в Русском же языке и в Тактике непременно не менее 8-ми баллов. ╖24. Офицеры второго разряда, буде пожелают, переводятся в Генеральный Штаб: офицеры армии теми же чинами, офицеры артиллерии, инженерных войск и гвардии с повышением чина, последние со старшинством в прежнем их чине. ╖25. К третьему разряду принадлежат офицеры, получившие или средний или наименьшие баллы, менее тех баллов, которые определены для второго разряда. ╖26. Офицеры третьего разряда отчисляются к прежним местам служения и ни в каком случае в Генеральный Штаб переведены быть не могут. ╖27. Офицеры принадлежащее, по средним баллам, к первому разряду, но получившие, хотя в одном предмете, баллы менее наименьших, принятых для этого разряда, считаются в разряде втором. Подобным же образом офицеры, принадлежащие, по средним баллам, ко второму разряду, считаются в третьем, если получат хотя в одном предмете баллы менее тех наименьших, какие определены для второго разряда. ╖28. В каждом разряде старшинство офицеров определяется по сумме баллов в предметах главных; только в случае равенства этой суммы, принимается в соображение сумма баллов в предметах вспомогательных. ╖29. Все вообще офицеры полков гвардии, артиллерии, инженерного корпуса и армии, изъявившие желание поступить обратно в свои команды, до окончания двухгодичного курса, возвращаются в оные и сохраняют при этом принадлежащее им по службе старшинство. ╖30. Те из офицеров, которые, не быв в Академии, пожелают поступить прямо в Генеральный Штаб, переводятся в оный не иначе как по выдержании в Академии экзамена обоих классов: и Теоретического и Практического, в уровень с офицерами Практического класса. Причем прикомандировываются они к Академии, на летние месяцы, для производства академических съемок. (Высочайше утверждены 22 января 1855 г)

Восход солнца.

Художник Архип Иванович Куинджи (1842-1910)

Факты "Из моей жизни"

("Записки вечного узника")

"ХОББИ" ПОЛКОВНИКА ТЕНА

И НАСТУПЛЕНИЕ МАЙОРА КАМЕНЕВА

Анатолий Каменев

Мои кафедральные испытания на прочность

Жизнь кафедры после моего прибытия несколько изменилась.

Начальник кафедры полковник В.А. Тимофеев особенно не вникал в свои обязанности.

Любитель изрядно выпить, он был озабочен лишь тем, чтобы новый, молодой заместитель, не сковырнул его с насиженного места.

Вот почему в перерыве между запоями, он настраивал "своих людей" против меня или же отменял данные в его отсутствие указания.

*

Положение мое на кафедре и без того было незавидное.

-- Во-первых, я был самый младший по званию офицер. Но в моем подчинении были четыре полковника и трое подполковников.

-- Во-вторых, по педагогическому стажу я тоже был самый неопытный.

-- В-третьих, сложившиеся на кафедре "питейные" кампании и деловые связи шли вразрез с интересами учебного процесса. Плюс ко всему, разлагающее поведение самого начальника.

*

Безусловно, сразу же меня начали испытывать на прочность.

Подполковник Шарапов, преподаватель кафедры, сразу же нагрубил мне в ответ на какое-то законное требование.

Оставлять подобное было нельзя и потому зарвавшийся подполковник тотчас получил выговор.

Больше он уже не осмеливался дерзить или хамить.

Иов и его друзья. 1869.

Художник И.Е.Репин

"Хобби" полковника Тена

Но труднее всего пришлось с полковником Теном. В.Е-Х.

Этот человек умел ставить людей в зависимость от себя.

Окажет, к примеру, какую-то услугу и тем обяжет получившего эту услугу, ответить большей благодарностью.

Но было у него особенное "хобби", далеко не безобидное и не безвредное.

*

Есть в воинских частях общественная нагрузка - должность военного дознавателя.

Многие стараются избежать участи по поручению командира части разбираться в каких-то происшествиях, упущениях, хищениях имущества, проступках военнослужащих.

Но для полковника Тена это было любимым занятием, так как из этой неприятной служебной обязанности он научился извлекать пользу.

*

Как-то, в воскресный день, в училище произошло "ЧП".

Курсант, будучи в увольнении, на машине отца сбил пешехода и нанес ему тяжкие увечья. Вина курсанта была установлена и ему предстояло понести наказание по решению суда.

Не случайно об этом первым узнал полковник Тен.

Несмотря на воскресенье, он тотчас прибыл в училище и взял расследование в свои руки.

Обычно, расследование начинается после приказа по части тем лицом, которое будет указано.

Тен упредив появление приказа, нарушил общее правило не случайно.

Он очень хоте взяться за это дело.

И вот почему.

*

Не первым о происшествии узнал начальник училища.

От дежурного он также получил известие о том, что полковник Тен уже занимается расследованием.

Начальник был обрадован этим известием, ибо знал, что в сложных ситуациях полковник сумеет загладить происшествие.

Его не интересовало какими методами действовал полковник.

А зря!

В этот-то и был весь смысл игры в военного дознавателя.

*

Действительно, полковник-дознаватель имел надежные связи в военной прокуратуре и местных органах правопорядка.

Он был вхож в различные кабинеты и мог быстро решить любой вопрос.

Но ему не было на руку быстро разрешать ситуацию.

Нагнетая страх на родителей провинившегося, он планомерно выкачивал из них средства, якобы необходимые для закрытия дела.

В глазах провинившейся стороны ситуация то облегчалась и была близка к развязке, то осложнялась из-за неуступчивости какого-то лица.

Следовательно, требовались дополнительные деньги, спиртное и т.п.

*

Бедные родители вынуждены были платить и платить, чтобы только спасти от наказания свое чадо.

*

Я не сразу понял ситуацию, а когда разобрался в действиях Тена, то пытался прекратить это безобразие.

Но полковника-прохиндея трудно было поймать за руку.

На него надо было воздействовать какими-то другими методами.

И такой метод, вроде бы, был найден.

*

Расследование, за которое брался Тен, длилось, как правило, от одного до 3-х месяцев.

Как правило, оно заканчивалось тогда, когда у родителей провинившегося курсанта иссякали средства.

На все время расследований Тен освобождался от исполнения занимаемой должности, что ставило кафедру перед проблемой подмены этого преподавателя для проведения занятий.

Тена на кафедре поддерживали несколько его друзей-собутыльников.

Они с пеной у рта доказывали мне и другим, что полковник занимается благородным делом и чуть ли не в ущерб себе делает это дело.

Решив наказать его сотоварищей, я в очередной срок теновского расследования распределил между ними его учебную нагрузку.

Занятий было много и на каждого из его дружков пришлось довольно много учебных часов.

*

Что я ожидал?

Ждал, конечно, упреков в адрес Тена, а на самом деле, добился укоризны в свою сторону.

Я явно недооценил своего подчиненного.

Тот, почувствовав недовольство "друзей", тотчас прибыл на кафедру с изрядным запасом коньяка и закусками.

В мое отсутствие кампания изрядно выпила, а Тен коньяком залил их неудовольствие и переадресовал гнев в мою сторону.

*

Правда, конфликтовать со мною никто не намеривался, ибо трудно было даже объединенным фронтом выступать против человека, не имеющего серьезных служебных или моральных проколов. Да и упрекнуть в бездействии или недостатке активности было нельзя.

Но Тен отвел недовольство от себя и тем меня переиграл...

*

Тен, как образ офицера-приспособленца, в части или военно-учебном заведении, - явление не единичное, а довольно распространенное.

Почти в каждой части найдется свой "доставала", "дознаватель", "строитель", лакей и т.д.

Люди эти, числясь на какой-то должности, годами не исполняют предписанное, но с готовностью выполняют разного рода мерзкие поручения начальства.

Они могут заниматься строительством дач начальников, попутно воруя для себя.

Они могут что-то делать для части, но при том в большем объеме умеют извлекать выгоду для себя.

В общем - это паразиты.

И их почему-то терпят офицерские коллективы.

К сыну. 1894.

Художник Клавдий Васильевич Лебедев

"Почему не бываете в хозвзводе?"

Служба в Алма-Атинском ВОКУ столкнула меня с еще одной серьезной проблемой.

В один из воскресных дней преподаватели кафедры были подняты по тревоге.

Прибыв, как положено в училище, мы обнаружили, что экстренный сбор коснулся только нашей кафедры.

Начальника кафедры, как всегда, обнаружить не удалось и я выступал вместо него.

В кабинете начальника училища генерала Некрасова, куда нас пригласили, находился заместитель начальника политуправления генерал-майор Кочкин.

Выстроив нас вдоль стены кабинета начальника, он начал форменный допрос, обращаясь ко мне:

- Вы знаете, что произошло в училище? - спросил он.

- Нет, товарищ генерал, не знаю, - недоуменно ответил я.

- А надо было бы знать, - почему-то, не разъясняя причины, констатировал он.

Сделав небольшую паузу, он продолжал:

- Когда вы, товарищ майор, последний раз были в хозяйственном взводе? С кем встречались? Выступали ли с беседами?

Вопросы были так необычны и непонятны, чем они были вызваны.

Потому у меня не было другого ответа:

- Товарищ генерал. Хозяйственный взвод находится в ведении командира взвода и подчиняется заместителю по тылу. Я и наша кафедра никакого отношения к этому подразделению не имеем. Мне и офицерам кафедры не доводилось там быть, так каждому из нас вполне хватает работы с курсантами.

Это была сущая правда.

У каждого из нас учебная нагрузка зашкаливала, а система партийный и общественных поручений сводила к минимуму наше свободное время.

Кроме того, учебные занятия требовали систематической подготовки и тоже нуждались во времени.

Генерал Кочкин не ожидал от меня такого ответа.

И тем не менее, без всякой дальнейшей дискуссии объявил:

- Ну что ж. Мы вас обяжем решением политуправления заниматься делами хозяйственного взвода.

*

Позже мы узнали, что в хозяйственном взводе с субботы на воскресенье произошел несчастный случай: в кочегарке при отгрузке угля в бункер упал и погиб солдат.

Примечательно, однако, то, что на нашей встрече с Кочкиным не было ни командира хозвзвода, ни начальника тыла.

*

Свою угрозу генерал Кочкин осуществил и нам было приказано курировать хозяйственный взвод.

Свои объекты кураторства получили и другие кафедры училища.

*

Глупее решения придумать было нельзя.

Кураторы обязывались ежедневно встречаться со своими подопечными, вести с ними беседы, вникать в их нужды и т.д.

Фактически старшие офицеры назначались в помощники к командирам взводов, прапорщикам и лейтенантам.

Да, такого издевательства над офицерским званием не знала еще ни одна армия.

Сатир и Антиопа

Единоначалие и "хождение в народ"

Сами того не понимая, высшие начальники нарушали главный принцип военной организации - единоначалие.

В округе стало модным с высоких трибун призывать старших начальников идти в солдатские массы. Даже командиру дивизии было предписано вести индивидуальную работу с солдатами.

Попытаемся представить абсурдность этого требования хотя бы на примере полка. Если в полку примерно 1.000 личного состава, а в году 365 дней, то ежедневно командиру полка надо принимать 2,5 своих подчиненных, без перерывов на отдых и отпуск.

*

Индивидуальная работа, понимаемая как массовый набег в солдатские ряды, - это ерунда.

Дело в другом - каждый должен в полной мере заниматься своим делом и индивидуально заниматься только со своим разрядом подчиненных.

-- К примеру, даже командир взвода, стоящий ближе всего к солдату, не должен мешать командиру отделения работать с подчиненными.

-- Его круг - сами командиры отделений и заместитель командира взвода. Вот с ними он и должен работать в полную мощь.

-- Если и возникнет потребность непосредственно, т.е. минуя командира отделения, воздействовать на рядового, то это может быть вызвано лишь особыми обстоятельствами: необходимостью употребить более сильные средства воздействия, преподнести урок и т.д.

Что уж говорить о требовании к командиру полка "дойти" до каждого солдата.

У него свой круг индивидуальной работы, в который входят его заместители и командиры батальонов, а также лица, ему непосредственно подчиненные.

*

Под завесой мнимой активности и распределения ответственности на широкий круг лиц, положение с дисциплиной не выправишь, а только усугубишь.

Так оно и стало.

Сатурн с косой, сидящий на камне и обрезающий крылья Амуру.

Художник Акимов Иван Акимович (1754-1814)

Что я увидел в боупе?

Однако, прессинг не прекращался.

Спустя некоторое время начальник училища решил заслушать на совещании отчет нашей кафедры о работе с личным составом хозяйственного взвода.

Понимая, что неразумная кампания набирает обороты, а неумное желание снести кому-то голову может печально отразиться лично на мне, я предпринял контрмеры.

*

Имея несколько свободных от занятий дней перед надвигающимся совещанием, я по своей инициативе отправился в учебный центр, где был сосредоточен батальон учебного процесса.

Этим батальоном, находящимся в 40 км. от города, было поручено командовать офицеру, который крайне халатно относился к своим обязанностям.

Офицеры и прапорщики батальона также не отличались особым рвением и больше времени проводили в Алма-Ате, а не в батальоне.

Дежурная служба, имевшая одного офицера, не могла контролировать порядок в казарме.

Сержанты лишь формально исполняли свои обязанности, а на самом деле, так называемые "деды" верховодили все.

Офицерам, как показалось, даже выгодно было передавать часть своих полномочий в руки казарменных хулиганов.

Положение "дедов" держалось не только на сложившейся негативной традиции старшинства, но и на принципе их "незаменимости".

Молодых солдат специально не допускали до настоящей работы, чтобы держать их в черном теле, а самим слыть лучшими и незаменимыми.

Маленькая кучка нацменов держала в страхе весь гарнизон.

Преимущественно это были выходцы с Кавказа.

Они старались занять теплые места на кухне, в хлеборезке, каптерках, на складах и т.д.

Нередко их можно было увидеть в числе связистов, поддерживающих телефонную и радио связь с другими воинскими частями.

Сила их была в том, что они держались друг за друга, были в постоянном контакте со своими земляками на расстоянии от 50 до 100 км. вокруг.

При необходимости они вызывали своих "боевиков" в части, где требовалось восстановить статус их земляков.

*

Основные негативы развертывались, как правило, в ночное время, в определенных местах (к примеру, в кочегарке) и во время приема пищи.

*

У меня нет возможности описывать все выявленные негативы.

Но стало ясно одно.

Нужно серьезно и предметно заниматься взаимоотношениями военнослужащих, постепенно устраняя негатив и не давая возможности ему возродиться в новой форме.

-- Так стоило навести порядок при приеме пищи и положение "дедов" заколебалось.

-- Удаление с телефонного узла солдата-грузина прервало сообщение с группами земляков в соседних воинских частях.

*

Безусловно, удалось вскрыть всего лишь общую картину и найти болевые точки проблемы, но и этого было вполне достаточно для доклада на совещании.

Грядущее заслушивание

Собрания офицеров, именуемые совещанием, таковыми на самом деле не являются.

Офицеров собирают, как правило, не для того, чтобы совещаться, т.е. выслушивать разные мнения, а для того, чтобы излагать что-то. Нередко такие "изложения" так походят друг на друга, что даже существует анекдот, похожий на правду.

Пригласив офицеров на "совещание", командир долго и нудно говорил о чем-то, да так, что усыпил немолодого офицера.

Заметив спящего, командир приказал провинившемуся повторить сказанное им.

К удивлению всех присутствующих, офицер почти слово в слово повторил речь командира, перепутав, однако, танки с тачанками...

*

На данном совещании меня ждало много неприятностей.

Прежде всего, надо было остерегаться вопросов начальника училища: "Почему".

Этими "почемучками", как известно, двухлетний ребенок может поставить взрослого человека в неловкое положение.

Что уж тут говорить, если выступающего каждый раз прерывают и заставляют отвечать на вопрос: "Почему?" или какую-то реплику начальника.

В такой ситуации выступающий теряется, начинает лихорадочно подбирать слова и нарывается на очередную "почемучку".

В такой ситуации остается "добить" словами отчитывающегося и сделать заключение о негодности его работы и профессиональной некомпетентности, а то и политической незрелости.

Оплеванному и оскорбленному человеку остается только молча слушать издевки начальника и тихо радоваться, что кошмар закончился.

*

Все это ожидало и меня.

Генерал Некрасов не смотрел на лица и мог в присутствии офицеров выбранить кого угодно.

*

Наступление китайского войска с использованием слонов

Наступление - лучший вид обороны

Но я решил наступать, а не обороняться.

Начав выступление с воспоминания о днях лейтенантской юности и моей попытки "помочь" опытному командиру роты, я констатировал резкое изменение в отношении к исполнению служебных обязанностей офицерским составом батальона обеспечения.

Те, напротив, с большим удовольствием встретили мое желание поработать с личным составом батальона.

Меня поразило равнодушие офицеров к делам службы.

Но ведь в этом равнодушии и кроется зло, - заметил я.

- Сколько бы ни приезжало офицеров со стороны в батальон, - заметил я, - они ничего не смогут сделать, если непосредственные командиры и начальники не хотят добро совестно исполнять свои обязанности.

Изложив свой взгляд на единоначалие, я раскрыл выявленные мною факты и предложил посмотреть на проблемы "дедовщины" шире.

Мое мнение заключалось в том, что есть меры борьбы с этим злом организационные, есть психологические, а есть и идеологические.

Назначение кураторов я признал как меру вредную и бесполезную.

Да и организационные меры хороши только в сочетании с психологическими и идеологическими.

-- Мало разобщить организованные группы нарушителей, удалить главарей, разрушить связи и отношения,

-- надо еще порушить негативные стереотипы и установки, развеять страх, вселить надежду на лучшее, научить верить в себя и полагаться на командиров.

-- Но еще труднее вести борьбу с идеологией "дедовщины", основанной на искаженной системе мужских ценностей, солдатских достоинств, принципе "всем надо испытать зло" и т.д.

Выступление мое прозвучало так неожиданно и свежо, что никто не закрыл глаза.

Все внимательно слушали.

Слушал и начальник училища.

Слушал и не прерывал своими "почемучками".

Человек не глупый, он понимал, что майор говорит правду.

И уж если кого и надо наказывать, то у явно не его.

*

Доклад закончился.

Вопросов не было.

Совещание закрылось.

Никакого решения принято не было.

*

Расходились молча.

Но все же чувствовалось, что симпатии офицеров были на моей стороне.

Это была победа здравого смысла.

Пусть даже в отдельно взятом учреждении.

Но все же - победа!

Некрасов: грубый, но не злопамятный...

После такого выступления я не мог рассчитывать на скорое присвоение очередного воинского звания подполковник.

Но произошло неожиданное.

Минуя начальника кафедры, генерал Некрасов написал на меня представление и даже посыльным известил меня об этом...

*

Анатолий Иванович Некрасов, при всей своей внешней грубости был человеком добрым и справедливым.

Он видел суть человека и не придирался по мелочам.

Он был незлопамятным и быстро менял гнев на милость.

Так он поступил и в отношении меня...

Свет.

Художник Габриэль Макс