# Инженерное и другое искусство, да и "острожное дело"

Анатолий Иванович Каменев

Каменев Анатолий ИвановичИнженерное и другое искусство, да и "острожное дело"Создан: 11/08/2010, изменен: 11/08/2010, 81kФрагмент: Политика============================================================

Инженерное и другое искусство, да и "острожное дело"

Ворота и башни Китайгородском стены.

Иоанн Грозный

(1530-1584)

(продолжение)

Организация обороны русского государства

И.А. Коротков

(Иван Грозный. Военная деятельность. - М.: Воениздат, 1952)

Большой интерес с точки зрения развития русского военного дела представляет организация обороны границ русского государства при Иване Грозном.

Оборонное строительство при Иване Грозном приобрело особое значение, так как объединение русских земель было в основном завершено, а централизованное государство не могло ограничиваться оборонительными мерами удельных князей. Если на Западе в это время продолжали стоять отдельные укрепленные поместья феодалов, то на Руси уже существовала организованная оборона южных границ, охватывавшая сотни километров.

Постоянная угроза внешнего нападения на Русь вызывала необходимость в строительстве крепостей и других видов оборонительных сооружений.

Инженерное искусство ("городское и острожное дело"), развивавшееся на Руси самостоятельно, рано достигло высокой ступени развития. Укрепленные пункты по своему стратегическому значению, а в зависимости от этого и по устройству, подразделялись на города-крепости, городки, городцы, остроги и острожки.

Решающее значение в обороне страны имели пограничные города-крепости.

Они были центрами сосредоточения и управления ратными людьми городовой и пограничной службы и местом укрытия от военной опасности населения.

Города являлись опорными пунктами для возведения и расположения других крепостных сооружений (засек, завалов, острогов и пр.). Вместе с указанными укреплениями города преграждали путь противнику в глубь страны. На важных стратегических направлениях города имели несколько оград.

Сооружения, прикрывавшие внутреннюю часть города, назывались детинцем (кремлем), наружная ограда--окольным градом; таких наружных оград было две, а Москва, например, имела две на левом берегу Москва-реки и одну вокруг всего города.

Правительство придавало исключительно большое значение постройке и укреплению городов. По сообщению иностранцев, один лишь Иван Грозный построил на территории государства 155 городов-крепостей, снабдив их артиллерией и ратными людьми. Городки и городцы также имели ограды, но прикрывали населенные пункты меньшего пространства и меньшей важности (например, Можайск, Оскол и т. п.).

Остроги и острожки находились на второстепенных направлениях и состояли из менее сильных крепостных сооружений (Старая Русса и др.).

Воздвигая оборонительные укрепления на границах страны, русские учитывали состояние и особенности развития военного дела своих соседей. На юге страны, где приходилось вести борьбу с быстрой степной конницей, характер обороны отличался от обороны на западной границе: строили города небольших размеров, возводили деревянные крепости. С течением времени укрепленные города и острожки соединялись между собой земляными валами и лесными засеками. Так создавались огромные оборонительные линии из городов, земляных валов, засек и сторожевых застав.

На западной границе строились сильные укрепленные города с каменными стенами, способными противостоять длительной артиллерийской осаде (Изборск, Псков) или служить исходным пунктом для наступления -- Ивангород (против Нарвы).

С появлением огнестрельного оружия стены многих русских городов на западной границе подверглись решительной перестройке. Угловые башни стали делать круглыми, чтобы они могли лучше противостоять разрушительной силе пушечных ядер. Остальные башни располагались на таких расстояниях, чтобы с них можно было обстреливать непосредственные подступы к соединявшим их стенам. Стены были значительно утолщены; в них сделаны бойницы для нижнего и среднего боя артиллерии и ручного огнестрельного оружия.

Знаменитые крепостные стены Пскова, являвшиеся замечательным образцом русской крепостной архитектуры, строились и перестраивались всем населением города. За время существования стен Псков ни разу не был взят врагами штурмом, хотя, находясь на самой границе, он постоянно подвергался нападениям. Для каменных укреплений Пскова типично своеобразное расположение башен. Как правило, башни делят стену на ряд отдельных изолированных участков -- "прясел". Каждая башня имела выход со стены. Даже после занятия врагом всех прочих укреплений гарнизон башни мог продолжать сопротивляться самостоятельно. Многие башни выступали далеко вперед за линию стен; такие башни укреплялись более прочно и во время осады занимались отдельным гарнизоном.

***

Иной была система укрепления немецких замков.

Так, например, вскоре после построения Изборска немцы выстроили против него на дороге к Риге замок Нейгаузен.

Вся оборона этого замка строилась как оборона его центральной башни -- "джона", где находился владелец замка. Все окружавшие башни, расположенные в системе стен, не имели внутренней стены, обращенной к центру замка. Защитники замка не могли обороняться изолированными группами, чем снижалась сопротивляемость всей крепости. Подобное устройство крепостей в Ливонии объяснялось тем, что гарнизоны частично набирались из местных жителей и немецкие рыцари не были уверены в их верности и стойкости. Поэтому всю систему своих укреплений немцы строили из расчета господствующего положения во всей крепости центральной башни.

***

Исследователи отмечают быстроту, с которой русские производили строительные работы. В одну неделю, например, строили деревянную крепостную стену протяжением в 5 километров (Псков, 1465 г.). Когда надо было быстро построить крепость на самой границе, ее рубили заранее, затем разрозненные бревна сплавляли по реке и, быстро собрав их, возводили на виду у неприятеля сооружение, опережая вражеские действия. Таким образом был построен г. Свияжск. Ранней весной 1551 г. Иван Грозный послал Ивана Выродкова с людьми в Углицкий. уезд, чтобы они заготовили материалы для крепости. Уже в мае деревянные детали были сплавлены с верховьев Волги к месту строительства. Крепость была выстроена в течение всего лишь четырех недель. Наибольшая длина ее составляла около 1000 м, ширина 610 м, высота стен доходила до 8 м. Через каждые 70--95 м стены сооружалась башня.

Стены крепости заготавливались в виде отдельных срубов. После сборки на месте они засыпались внутри камнем и землей. Для ведения огня в стенах были сделаны бойницы в два яруса. Постройка крепости из сборно-разборных конструкции являлась новым методом крепостного строительства; подобной практики не было до этого ни в одной другой стране.

Широкое строительство городов-крепостей при Иване Грозном было тесно связано со всеми военно-оборонительными мероприятиями Московского государства.

Историки отмечают, например, что в XVI веке в строительстве новых монастырей существовал продуманный план.

Так, в освоении Поволжья после завоевания Казани известную роль сыграли монастыри. Это диктовалось не только религиозно-миссионерскими целями, но и хозяйственными, оборонительными соображениями на случай возможных набегов Ногайской орды. В строительстве монастырей заметен явно выраженный оборонительный характер. Монастыри-крепости служили как бы оборонительным поясом вокруг крупных городов, таких, например, как Москва, Новгород, Псков.

Укрепления монастырей содействовали обороне русского государства. Так, поражение войск Стефана Батория под Псковом в 1570--1582 гг. обусловилось и тем, что в тылу королевских войск оказался Псково-Печерский монастырь. Засевший там гарнизон не только оказал мужественное сопротивление осаждавшим монастырь, но и нападал на польские обозы, направлявшиеся к Пскову с продовольствием, оружием и боеприпасами. Совместные действия русских войск двух осажденных крепостей -- Пскова и Псково-Печерского монастыря -- вынуждали Батория дробить свои силы на две части. Характерные особенности, наблюдавшиеся в строительстве монастырей, указывают на их военное значение. В системе обороны государства многие из них рассматривались как опорные пункты.

При планировании монастырских крепостей учитывались условия местности. Каждая крепость представляла оборонительное сооружение: то в виде треугольника (Тихвинский монастырь, построенный Ф. Д. Сырковым в 1560 г.), то в виде ромба (Пафнутьев-Боловский монастырь в 90-х годах XVI века), то в форме пятигранника (Псково-Печерский, Соловецкий, Кирилло-Белозерский, Новодевичий и Симонов монастыри). Подобная система планировки соответствовала развитию артиллерии. Стены, башни и рвы--все это полностью соответствовало конкретным условиям места расположения монастырей-крепостей. Так, пятигранник Соловецкого монастыря имел вытянутую форму вследствие того, что он размещался на узкой и продолговатой полосе земли между морем, озером и речкой, вытекавшей из этого озера. Форма (пятигранника Кирилло-Белоозерского монастыря также зависела от местности -- озера и реки Свияга, протекавшей через монастырь и снабжавшей гарнизон водой в случае его осады.

Среди монастырских военно-оборонительных сооружений следует отметить так называемую отводную стрельницу при обороне въезжих башен. К этим башням внутрь крепости пристраивался дворик, в глубине которого располагались вторые ворота. Прорвавшийся неприятель оказывался замкнутым с трех сторон во дворе, со стен которого его уничтожали защитники.

Строительство крепостей велось по предварительно составленным техническим сметам, с точным подсчетом требуемого количества инструмента, материалов, с указанием стоимости работ. Об этом свидетельствует, в частности, грамота Ивана Грозного о постройке новой каменной крепости в Казани в 1555 г.

Оборонительное строительство и сторожевая служба достигли особенного успеха в XVI веке. При Иване Грозном граница русского государства значительно отодвинулась на юг и юго-восток. Появилась новая (первая) укрепленная линия ("засечная черта"): Алатырь, Темников, Шацк, Ряжск, Данков, Новосиль, Мценск, Орел, Новгород-Северский. Далеко вперед были выдвинуты укрепленные города Рыльск и Путивль.

Впереди первой линии городов-крепостей и между ними строилась засечная черта, состоявшая из рвов, забоев на бродах рек, лесных засек и других укреплений, составлявших препятствия для набегов татарской конницы. Устройство засек из поваленных в сторону противника деревьев известно с глубокой древности. В середине XVI века количество засек между пограничными городами увеличилось и они были объединены в засечную "черту", тянувшуюся вдоль всей южной границы от Алатыря до Путивля.

Строительство засек правительство поручало воеводам городов, а для дозора (ревизии) засек посылало уполномоченных лиц из числа думных и московских чинов, снабжало их соответствующими наказами. Состояние засек описывалось в особых засечных книгах, в которых указывалось местоположение засек, ширина засечной линии, наличие земляных валов, острожков и других крепостных сооружений, численность и наличие засечной стражи, приписка (прикрепление) звеньев (частей) засек для надзора к ближайшим населенным пунктам.

Вторую линию укрепленных городов (внутреннюю) составляли Нижний-Новгород, Муром, Мещера, Касимов, Рязань, Коломна, Серпухов, Тула, Козельск. Почти все эти города расположены на Оке.

Строго продуманная система инженерных оборонительных устройств была в тесной связи со всей организацией сторожевой пограничной службы на Руси. В каждом окраинном городе-крепости и в городах второй линии были свои воеводы и осадные головы с отрядами стрельцов, казаков и детей боярских.

Стрельцы несли службу по охране городов, иногда высылались в степь и на засеки; дети боярские и казаки разделялись на городовых (или полковых), на станичных и сторожевых. Городовые казаки предназначались для защиты городов и для отражения неприятеля на границах. Дети боярские и станичные казаки (сторожевые) поочередно отправлялись в степь для разъездов и на заставы для службы. Воины, несшие сторожевую службу, получали большее жалование, чем казаки и дети боярские, служившие в городах. Кроме того, Разряд возмещал воинам все убытки и потери при разъездах.

Пищаль "Скоропея" 1590 года.

Сторожевая, пограничная служба была организована следующим порядком: от передовой линии городов в разных направлениях (в двух-пяти днях пути от города) устанавливались в степи сторожи (заставы), отстоящие друг от друга на полдня -- день пути. Сторожи были в непосредственной связи между собой и составляли несколько линий, пересекавших все степные дороги, по которым противник мог направляться на Русь.

Разгромив Казанское ханство, Иван Грозный учредил новую сторожу по Волге (1555 г.). Стрелецкому голове Григорию Кафтыреву со стрельцами и Федору Павлову с казаками он приказал вести наблюдение за ногайскими татарами, а в случае необходимости оказывать помощь защитникам Астрахани. Новые сторожи (заставы) были расположены так, что могли сноситься со сторожами по Донцу, Дону и взаимно извещать друг друга.

Главные обязанности сторожевой службы заключались в следующем: занимать заставами все пути, по которым можно было ожидать вторжения противника; высылать от застав скрытые летучие разъезды с целью обнаружить противника, а в случае обнаружения сообщать о направлении движения врага в ближайшие города; воинам сторожевых застав и разъездов до прибытия смены не оставлять своих постов.

Разрядный приказ, которому подчинялась вся сторожевая служба на границах государства, требовал быстрого и точного донесения о вторжении неприятеля, чтобы иметь возможность своевременно принять меры по мобилизации войск ("дорог язык для вестей"). За нарушение этого требования виновных наказывали строго. В Разряде имелись чертежи всех окраинных городов и даже сторож (застав), а также списки с обозначением состояния укрепления и количества войск, находившихся в них. Донесения о движениях неприятеля сверялись с планами и картами, и, если обстоятельства требовали, пограничные войска передвигались к угрожаемым пунктам.

Полевая служба "городовых людей" состояла в том, что по получении известия о приближении противника (или по указанию Разряда) воевода тотчас же мобилизовывал подчиненные ему войска уезда, доносил об этом в Разряд и сообщал соседним воеводам. Войска направлялись в укрепленный пункт, а отряды городовых конных казаков или стрельцов посылались в поле для действий против появившегося противника. Воеводы для поддержки сторожевых застав стремились выдвинуть вперед отряды "с огненным боем", т. е. с легкими пушками. В случае удачных действий эти отряды преследовали неприятеля, при неудаче оборонялись в "острожке".

Вторая и главная линия обороны на южной границе, проходившая по реке Ока, охранялась специальным войском. Каждую весну, лишь только граница становилась доступной для набегов татар, на "береговую службу" собиралось русское войско (до 65 тысяч человек). С получением тревожных вестей полки располагались так: Большой -- у Серпухова, Правой руки -- у Коломны и Сторожевой -- у Алексина. Если угроза нападения становилась неизбежной, эти полки в ранее установленном порядке выступали к степной границе, чтобы возможно дальше от городов встретить противника.

В XVI веке на южной границе были в постоянной готовности две рати: "украинная" и "береговая", каждая примерно до 10 тысяч человек. Украинная рать занимала важные опорные пункты на границе, а береговая -- города по Оке.

***

С середины XVI века пограничные войска располагались в определенных (постоянных) местах. Так на окраинах государства возникают "разряды" (военные округа). К концу XVI века существовало три разряда: Береговой, Украинный (он же Тульский) и Рязанский.

Вся система обороны отмечалась четкой организацией. Пользуясь хорошо организованным наблюдением, войска не располагались кордоном (узкой линией), а группировались в пунктах наиболее вероятного движения противника.

Таким образом, в царствование Ивана Грозного уже существовала такая система обороны границ, при которой враг не мог проникнуть в глубь страны без пограничных боев.

Пищаль "Свиток

1591 года и кольцевая пищаль XVI века.

Состояние безопасности России

Н.М. Карамзин

Россия же была могущественнее прежнего. Кроме славы громких завоеваний, мы приобрели новые вещественные силы: усмиренные народы Казанские давали нам ратников; Князья Черкесские приезжали служить Царю со многолюдными конными дружинами. Но всего важнее было тогда новое, лучшее образование нашего войска, почти удвоившее силу оного. Сие знаменитое дело Иоаннова царствования совершилось в 1556 году, когда еще лилася кровь на берегах Волги, когда мы воевали с Швециею и ждали впадения Крымцев; учреждение равно достопамятное в воинском и гражданском законодательстве России.

От времен Иоанна III чиновники Великокняжеские и Дети Боярские награждались землями, но не все: другим давали судное право в городах и волостях, чтобы они, в звании Наместников, жили судными оброками и пошлинами, храня устройство, справедливость и безопасность общую. Многие честно исполняли свой долг...

*

Непрестанные жалобы доходили до Государя: сменяя чиновников, их судили, и следствием было то, что самые невинные разорялись от тяжб и ябеды. Чтобы искоренить зло, Иоанн отменил судные платежи, указав безденежно решить тяжбы избираемым Старостам и Сотским, а вместо сей пошлины наложил общую дань на города и волости, на промыслы и земли, собираемую в казну Царскими Дьяками; чиновников же и Боярских детей всех без исключения уравнял или денежным жалованьем или поместьями, сообразно с их достоинством и заслугами; отнял у некоторых лишнюю землю и дал неимущим, уставив службу не только с поместьев, но и с Вотчин Боярских, так что владелец ста четвертей угожей земли должен был идти в поход на коне и в доспехе, или вместо себя выслать человека, или внести уложенную за то цену в казну.

Желая приохотить людей к службе, Иоанн назначил всем денежное жалованье во время похода и двойное Боярским Детям, которые выставляли лишних ратников сверх определенного законом числа. Таким образом, измерив земли, узнали нашу силу воинскую; доставив ратным людям способ жить без нужды в мирное время и содержать себя в походах, могли требовать от них лучшей исправности и строже наказывать ленивых, избегавших службы. С сего времени, как говорят Летописцы, число воинов наших несравненно умножилось. Имев под Казанью 150000, Иоанн чрез несколько лет мог выводить в поле уже до трехсот тысяч всадников и пеших. Последние, именуемые стрельцами и вооруженные пищалями, избирались из волостных сельских людей, составляли бессменную рать, жили обыкновенно в городах и были преимущественно употребляемы для осады крепостей: учреждение, приписываемое Иоанну, по крайней мере им усовершенное. Хотя оно еще не могло вдруг изменить нашего древнего, Азиатского образа войны, но уже сближало его с Европейским; давало более твердости, более устройства ополчениям.

Прибавим к сему неутомимость Россиян, их физическую окреплость в трудах, навык сносить недостаток, холод в зимних походах, - вообще опытность ратную; прибавим наконец необъятную нравственную силу Государства самодержавного, движимого единою мыслию, единым словом Венценосца юного, бодрого, который, по сказанию наших и чужеземных современников, жил только для подвигов войны и веры. Чего могли ожидать Ливонцы, имея дело с таким неприятелем погибели.

Медная гафуница 1542 года.

***

Сии иноземные наблюдатели сказывают, что Великий Князь, будучи для подданных образом Божества, превосходя всех иных Венценосцев в нравственном могуществе, не уступал никому из них и в воинских силах, имея триста тысяч Боярских Детей и шестьдесят тысяч сельских ратников, коих содержание ему ничего или мало стоило: ибо всякий Боярский сын, наделенный от казны землею, служил без жалованья, кроме самых беднейших из них и кроме Литовских или Немецких пехотных воинов, числом менее двух тысяч.

Конница составляла главную силу; пехота не могла с успехом действовать в степях против неприятелей конных. Оружием были лук, стрелы, секира, кистень, длинный кинжал, иногда меч, копье. Знатнейшие имели кольчуги, латы, нагрудники, шлемы.

Пушки не считались весьма нужными в поле: вылитые Италиянскими художниками для защиты и осады городов, они стояли неподвижно в Кремле на лафетах. В битвах мы надеялись более на силу, нежели на искусство; обыкновенно старались зайти в тыл неприятелю, окружить его, вообще действовать издали, не врукопашь; а когда нападали, то с ужасным стремлением, но непродолжительным.

"Они, - пишет Герберштейн, - в быстрых своих нападениях как бы говорят неприятелю: беги, или мы сами побежим! И в общежитии и в войне народы удивительно разнствуют между собою. Татарин, сверженный с коня, обагренный кровию, лишенный оружия, еще не сдается в плен: машет руками, толкает ногою, грызет зубами. Турок, видя слабость свою, бросает саблю и молит победителя о милосердии. Гонись за Русским: он уже не думает обороняться в бегстве; но никогда не требует пощады. Коли, руби его: молчит и падает".

Щадя людей и худо употребляя снаряд огнестрельный, мы редко брали города приступом, надеясь изнурить жителей долговременною осадою и голодом.

Располагались станом обыкновенно вдоль реки, недалеко от леса, в местах паственных. Одни чиновники имели наметы; воины строили себе шалаши из прутьев и крыли их подседельными войлоками в защиту от дождя.

Обозов почти не было: возили все нужное на вьючных лошадях. Каждый воин брал с собою в поход несколько фунтов толокна, ветчины, соли, перцу; самые чиновники не знали иной пищи, кроме Воевод, которые иногда давали им вкуснейшие обеды.

Полки имели своих музыкантов или трубачей.

На Великокняжеских знаменах изображался Иисус Навин, останавливающий солнце. - В каждом полку особенные сановники записывали имена храбрых и малодушных, означая первых для благоволения Государева и наград, а других для его немилости или общественного стыда.

Молодые люди обыкновенно готовили себя к воинской службе богатырскими играми: выходили в поле, стреляли в цель; скакали на конях, боролись, и победителям была слава.

*

Мы писали о ратных учреждениях сего деятельного Царствования: своим малодушием срамя наши знамена в поле, Иоанн оставил России войско, какого она не имела дотоле: лучше устроенное и многочисленнейшее прежнего; истребил Воевод славнейших, но не истребил доблести в воинах, которые всего более оказывали ее в несчастиях, так что бессмертный враг наш, Баторий, с удивлением рассказывал Поссевину, как они в защите городов не думают о жизни: хладнокровно становятся на места убитых или взорванных действием подкопа и заграждают проломы грудью; день и ночь сражаясь, едят один хлеб; умирают от голода, но не сдаются, чтобы не изменить Царю-Государю, как самые жены мужествуют с ними, или гася огонь, или с высоты стен пуская бревна и камни в неприятелей.

В поле же сии верные отечеству ратники отличались если не искусством, то хотя чудесным терпением, снося морозы, вьюги и ненастье под легкими наметами и в шалашах сквозящих. - В древнейших разрядах именовались единственно Воеводы: в разрядах сего времени именуются обыкновенно и Головы, или частные Предводители, которые вместе с первыми ответствовали Царю за всякое дело.

Литая пушка XVI века.

Образование поместного ополчения

А. В. Чернов

(Вооруженные силы Рyccкого Государства в XV-XVII в.в. -- М.: Воениздат, 1954)

Ядром московского войска продолжал оставаться великокняжеский двор, состоявший из мелких служилых людей (дворян и детей боярских). По мере того как в состав великого княжества Московского входили другие русские княжества, "дворы" утративших свою самостоятельность удельных князей и бояр, особенно опальных, распускались, а служилые люди этих дворов переходили к великому князю. В связи с этим изменились положение и характер службы княжеских и боярских людей: они превращались в "государевых служилых людей", основной обязанностью которых становилась служба не отдельному феодалу в его вотчине, а всему классу феодалов в целом, т. е. государству и его главе -- великому князю. Великокняжеский двор значительно увеличился и превратился в великокняжеское войско.

Основную массу этого войска составляли дети боярские.

Не всегда дети боярские из других княжеств служили при великокняжеском дворе. Большая часть их, переходя на службу к великому князю, или оставалась на прежнем месте своего жительства или переселялась правительством в другие города. Выполняя службу в данном городе, дети боярские получили название детей боярских -- тверских, ярославских, рязанских и т. п.

В XV в. источники проводят строгое разграничение между детьми боярскими из городов и детьми боярскими, входившими в состав великокняжеского двора. Так появилось различие в служебном и, повидимому, материальном положении двух групп детей боярских: дворовых и городовых.

*

Вторую группу служилых людей великокняжеского двора составляли дворяне.

До середины XVI в. дворяне в официальных документах стояли ниже детей боярских. Социальным ядром, из которого выросло дворянство, были слуги княжеского двора, свободные и несвободные (холопы). Получая от великого князя наравне с детьми боярскими участки земли во временное владение, дворяне в военное время выступали в походы вместе с великим князем, являясь его ближайшими военными слугами.

Дворяне полностью зависели от великого князя. Они были в его руках наиболее надежной военной силой. В первой половине XVI в. дворяне и дети боярские великокняжеского двора составили великокняжеский (государев) полк.

Кроме детей боярских, из княжеских и боярских дворов были взяты на великокняжескую службу и слуги бояр (дворня, послужильцы). Это мероприятие правительства письменные источники особенно хорошо показывают на примере Новгорода. По подсчетам К. В. Базилевича, из 1310 человек, получивших поместья в новгородских пятинах, не менее 280 человек принадлежали к послужильцам. Княжеские и боярские слуги, получив землю от московского правительства и став новгородскими землевладельцами (помещиками), положили начало существованию новгородского дворянства; в отличие от московских дворян новгородских землевладельцев называли городовыми дворянами.

Московские великие князья, проводя политику "испомещения" новых помещиков, стремились, во-первых, подорвать военную опору бывших удельных князей и бояр и лишить их возможности вести открытую борьбу с московскими князьями и, во-вторых, увеличить великокняжеское войско. Получавшие земельные участки от имени великого князя княжеские и боярские послужильцы являлись наиболее надежной частью войска.

Таким образом, великокняжеское войско состояло из прежних вольных слуг (детей боярских) и дворян (свободных людей и холопов).

Дети боярские, служившие при великокняжеском дворе, стали постепенно сливаться с дворянами; из слияния этих двух групп позднее возник особый высший разряд служилых людей под именем московских дворян. Послужильцы (дворяне бывших удельных князей и бояр) создали разряд городовых дворян. Название "дети боярские" сохранилось в дальнейшем исключительно за низшей категорией местных служилых людей из среды господствующего класса.

Служба детей боярских и особенно дворян требовала материального обеспечения. Общественно-экономической основой складывавшегося Русского государства продолжал оставаться феодальный способ производства и основанные на нем феодальные производственные отношения. Феодальное хозяйство носило натуральный характер. В силу этого единственным способом содержания служилых людей мог быть только доход с земли.

Новой формой материального обеспечения служилых людей стало поместное землевладение.

В отличие от вотчинного землевладения как полной и наследственной земельной собственности поместное землевладение было условным. Земля давалась при обязательном условии несения службы, главным образом военной, и называлась "поместьем" (т. е. по месту службы). Служилый человек владел поместьем только до тех пор, пока нес службу. Полученную в поместье землю владелец не имел права ни отчуждать каким-либо путем в постоянное владение, ни продавать, ни передавать по наследству.

Условное владение землей было известно и раньше. Но со второй половины XV в. это владение превратилось в особую систему феодального землевладения, основными элементами которой были массовость "испомещения" или "верстания" служилых людей (детей боярских и дворян) землей и регламентация их службы с земли. В таком виде поместная система могла сложиться только в условиях централизованного государства.

Для наделения служилых людей землей требовался особый земельный фонд. Этот фонд правительство создало путем конфискации частных владений и превращения в поместье крестьянских общинных ("черных") земель.

Раздавая дворянам и детям боярским вотчины опальных бояр, правительство разрушало местное крупное землевладение, являвшееся социально-экономической основой для политических притязаний, и создавало на конфискованных землях кадры московских военнослужилых землевладельцев-помещиков, тесно связанных своими интересами с великокняжеской властью.

Наряду с частновладельческими конфискованными землями в поместную раздачу пошли и крестьянские общинные земли. В 1500 г. в Шелонской пятине поместные земли составляли 58,1% всей пашни, а в 1539 г. уже 98,1%; в Вотской пятине поместий было в 1500 г. 69,3%, а крестьянских общинных ("черных") земель только 13,4%. В той же пятине по переписи 1500 г. только в двух ее уездах (Ладожском и Ореховском) числилось 106 московских помещиков, владевших 3000 крестьянских дворов с 4000 крестьян и дворовых людей. В Бежецкой пятине в 1544-1545 гг. поместья составляли 98,8%. Раздача общинных земель в поместное владение производилась и в других областях государства.

В конце XV в. правительство двумя мероприятиями -- ограничением перехода крестьян от одного владельца к другому определенным временем в году ("Юрьев день") и описанием земель с сидевшими на них крестьянами в особые писцовые книги -- закрепило крестьян за помещиками и вотчинниками. Писцовые книги явились юридическим основанием закрепощения крестьян. На право владения землей помещики получали от правительства жалованные грамоты, разрешавшие им собирать доходы с крестьян. В грамотах указывалось: "А что прибавит (помещик) на крестьян своего доходу, и он в том волен, только бы было не пусто, чтобы великих князей дань и посошная служба не залегла".

По сути дела на крестьян-земледельцев было возложено содержание военных сил государства в виде поместного ополчения детей боярских и дворян. Земельное обеспечение служилых людей сопровождалось прикреплением крестьян к земле и усилением феодальной эксплуатации.

Получая земельный участок в поместное владение, помещик, обычно живя в своем имении, должен был являться по первому требованию правительства в назначенное время для несения военной службы "конен, оружен и люден".

По сохранившимся источникам трудно установить, какое число людей (холопов) и как вооруженных должен был приводить с собой помещик. Важно указать на две основные особенности поместного ополчения: 1) ополчение состояло из конных воинов; 2) в ополчение входили не только представители господствовавшего класса -- дворяне и дети боярские, но и представители народа -- помещичьи "люди".

Образование поместного ополчения явилось крупным достижением княжеской власти в организации вооруженных сил государства. Численность вооруженных сил значительно возросла, и военное устройство государства получило четкую организацию.

Появление поместного ополчения имело большое политическое значение. Королевская власть на Западе (и великокняжеская в России) стремилась освободиться от "феодального войска", состоявшего из отдельных отрядов, в которых "солдаты были соединены со своим непосредственным сюзереном более тесной связью, чем с главнокомандующим королевской армии", и создать "собственное войско". Таким войском на Руси было поместное ополчение из дворян и детей боярских. Хотя по своей боеспособности поместное ополчение стояло выше "феодальных" ополчений, оно не устранило полностью "феодальное" войско, т. е. отдельных отрядов во главе с феодалами. Опираясь на поместное ополчение, правительство стало постепенно ликвидировать остатки феодальной раздробленности и в войске.

Поместному ополчению с момента его возникновения были присущи и крупные недостатки. Как и всякое ополчение, оно собиралось только при возникновении военной опасности. Сбор проходил очень медленно, занимался этим весь центральный и местный государственный аппарат, и все же к военным действиям ополчение было готово лишь [27] через несколько месяцев. С устранением военной опасности ополченцы расходились по домам. Ополчение не получало систематической военной подготовки. В результате того, что помещик вооружался на свой счет, вооружение поместного ополчения отличалось большим разнообразием.

Владелец поместья, занятый своим хозяйством, не всегда охотно шел на военную службу. Отсюда частое "нетство" (неявка на службу, бегство из полков), которое не только сокращало вооруженные силы государства, но и оказывало отрицательное влияние на военную дисциплину, и без того слабую в феодальном войске.

Развитие военного искусства требовало улучшения устройства и вооружения войска. Но, несмотря на то, что правительство принимало меры к повышению боеспособности поместного ополчения, оно все более отставало от современных требований. В конце концов правительство вынуждено было заменить ополчение более совершенной военной организацией.

Это произошло в середине XVII в.

Гафуница и передок поршневого затвора.

Ратная служба тяглого населения

Вместо народных ополчений, собиравшихся только в случае военной опасности поголовно или по разверстке по решению веча, представители народа стали теперь нести службу в качестве "людей" (холопов) помещика.

Служба "людей", так же как и служба помещика, была постоянной повинностью. Следовательно, по своему социальному составу поместное ополчение было далеко не однородным, в него входили не только бояре и дворяне, но и крестьяне (холопы), причем крестьяне по своей численности занимали в нем видное место.

Когда Русскому государству приходилось вести крупные военные действия, правительство привлекало к военной службе городское и сельское население. Военная повинность тяглого населения была значительной, до одного ратника с 2-3 работников. В основе установления размеров этой повинности лежала соха, т. е. определенная податная единица. Ополчение, собираемое с сох, называлось "посошной" ратью или "посохой". Население снабжало ратников оружием, доспехами и содержало их во время нахождения на службе.

Обязанности посохи в составе войска были весьма разнообразны. Силами посошных людей выполнялись все военно-инженерные работы по устройству дорог, мостов, постройке и укреплению городов, возведению различных пограничных сооружений в виде земляных валов, засек и т. п. Посошные люди оказывали воинам помощь в выполнении боевых задач. В критические минуты посошных людей водили и на приступы городов.

Особенно велико было значение посохи при "наряде" (артиллерии). Посошные люди выполняли все работы по перевозке орудий и боевых запасов, обслуживали орудия во время боевых действий, помогая пушкарям и пищальникам в установке орудий, подноске ядер и т. п. Если к этому добавить, что и основной обслуживающий персонал при орудиях, т. е. пушкари и пищальники (затинщики), набирался из тяглого населения, то станет совершенно ясно, что основная и наиболее существенная часть боевых сил русского войска -- артиллерия -- обслуживалась исключительно простым народом.

Другая повинность населения состояла в охране и защите городов. В мирное время горожане должны были, кроме участия в содержании лиц "городовой" службы, нести и личную повинность по охране городских и крепостных сооружений.

В случае военной опасности на защиту родного города выступало все население. В 1501 г., когда ливонские немцы напали на Псков, в обороне города приняли участие пешие и конные горожане. В 1506 г. Н.-Новгород также защищали горожане. Они сделали вылазку и многих татар уничтожили. В 1541 г. ожидалось нападение на Москву крымских татар. Городским приказчикам было велено готовиться к осаде: сделать запасы, расставить по местам пушки и пищали, по улицам делать надолбы, расставить людей по воротам, стрельницам и стенам. "Людие же градцкие с великим хотением начаша прилежно делати, а меж собя завещаша... за свои домы крепко стояти и головы своя класти".

Замечательный случай произошел в 1517 г., когда крымский хан с 20-тысячным войском подошел к Туле. Воеводы великого князя выслали впереди себя небольшие отряды "людей" под командой детей боярских. В мелких частых стычках отряды уничтожили много татар. Узнав о приближеняи воевод с основными силами, хан повернул обратно, Но путь отступления был закрыт. Летописец сообщает: "а наперед их (татар) заидоша по лесом пешие люди украиные многие, да им дороги засекоша и многих татар побита". Судя по рассказу летописца, это были местные жители, выступившие против врага по своей инициативе. Вскоре подоспели воеводские отряды и довершили разгром противника: "начата татар топтати и по дорогам их и по бродам бити... а иные многые татарове по рекам истопаша, а иных многих живых изымаша".

Так русский народ самоотверженно защищал свою землю от иноземных захватчиков.

Об участии народных масс в боевых действиях можно судить также по наличию пеших воинов в русском войске. Дети боярские и дворяне составляли конное ополчение. Одновременно в походах участвовала и пешая рать, часто, особенно в Поволжье, посылаемая на судах ("судовая" рать). Таким образом, посошная рать в составе русского войска дополняла дворянскую конницу.

*

Составными частями войска в период образования централизованного государства являлись: 1) поместное ополчение из дворян и детей боярских; 2) отряды вооруженной челяди (дворяне и дети боярские) служилых князей и бояр; 3) казаки; 4) пищальники; 5) служилые люди у "наряда"; 6) посошная рать. Первые три группы составляли конную часть войска, пищальники и посошная рать в большинстве своем состояли из пеших воинов. Таким образом, русское войско имело три самостоятельные части: конницу, пехоту и артиллерию; в количественном отношении первое место занимала конница.

Атаман сибирских казаков. 17 в.

Казаки

Н.И. Костомаров

В старинной Руси мирские люди, по отношению к государству, делились на служилых и неслужилых. Первые обязаны были государству службой воинской или гражданской (приказной). Вторые - платежом налогов и отправлением повинностей: обязанности этого рода назывались тяглом; исполнявшие их "тянули", были "тяглые" люди. Но тягло определялось не ручной силой и, следовательно, не числом душ, а размером имущества, приносящего доход, определяемого писцовыми книгами. Тяглые были посадские (горожане) и волостные или крестьяне; первые облагались по своим промыслам, вторые по землям, которыми владели.

Ответственность перед правительством возлагалась не отдельно на хозяев, а на целые общины, которые уже сами у себя делали распределения: сколько какой из членов общины должен был участвовать в исполнении обязательств целой общины перед правительством. Внутреннее раздробление всего дающего доход имущества целой общины совершалось по вытям. Каждое тягло составляло часть общего тягла и называлось вытью; но тягло лежало coбcтвенно только на хозяевах, записанных в писцовых книгах.

Одни хозяева несли на себе обязательства к миру.

В семьях были лица, не входившие в тягло; они могли со временем быть записаны в тягло и получать особые выти: до тех же пор они были нетяглые или гулящие люди. Эти нетяглые люди имели право переселяться, наниматься, поступать в холопы, закладываться, верстаться в служилые люди и вообще располагать собою, как угодно. В грамотах о населении новых жилых местностей обыкновенно дозволялось набирать таких гулящих людей. В XVI веке из этих гулящих людей начал образовываться класс, принявший название "казаков".

В половине этого столетия мы видим появление казаков в разных краях русского мира, противоположных по местоположению и принадлежащих разным государствам. Таким образом, мы видим казаков в украинских староствах Великого княжества Литовского на берегах Днепра, сначала в звании промышленников, ходивших на пороги ловить рыбу, потом в звании военных людей, составлявших дружины Дашковича и Димитрия Вишневецкого, потом - организованных литовским правительством в виде военного сословия под особой командой и в то же время самовольно основавших за днепровскими порогами вольное военное братство, под названием Запорожской Сечи.

То же явление мы встречаем в восточной Руси.

Казаки являются и на отдаленном севере, и на юге. На севере, в странах, прилегавших к морю, жители начинают делиться на тяглых, бобылей и казаков. Тяглые были хозяева, владевшие вытями, приносившими доход, с которого они вносили в казну налоги. Бобыли - бедные люди, бывшие не в состоянии держать целой выти и владевшие только дворами, с которых вносили небольшой налог. Казаками же назывались люди совершенно бездомные, не имевшие постоянного места жительства и переходившие по найму от одного хозяина к другому, из одного села в другое.

На юге казаки имели другое значение; тут они были люди военные, подобные тем, которые появились в днепровских странах. Различие это понятно. На севере, где все было спокойно, гулящие нетяглые люди могли заниматься мирными промыслами, шатаясь с места на место; на юге, где беспрестанно можно было ожидать татарских набегов, подобные гулящие люди должны были ходить с оружием и приучиться к воинскому образу жизни.

По разрушении Золотой Орды и по раздроблении ее на множество кочевых орд, привольные степи Дона представляли приманку для русских людей; удалые головы, не только не боявшиеся опасностей, но находившие в них особую прелесть жизни, стали удаляться туда, селились и образовали воинское братство, подобное тому, которое явилось на Днепре под именем Запорожской Сечи. Должно думать даже, что последняя имела большое влияние на образование подобного же братства на Дону, как показывает одинаковость устройства запорожских и донских казаков во многих чертах. Так, мы видим и там и здесь одни и те же названия выборных начальников: атаманов, есаулов, одинакое управление, суд, казну, строгое товарищество. У тех и других ощутительно - стремление удержать свою корпоративность против государственной власти, но вместе с тем и готовность служить государству с сохранением своей вольности. Московское правительство вскоре само завело казаков в своих южных городах, в смысле особого военного сословия.

Таким образом, образовалось два рода военных казаков: одни, в большей зависимости от правительства, стали населять южные города и уже перестали быть бездомными, гулящими людьми, а получали земли, не платя за них налогов, но обязываясь отбывать воинскую службу и поступая в этом отношении в разряд служилого сословия. С казацкой службой, в отличие от службы других разрядов служилых людей, соединялось понятие о легкости и удобоподвижности; особенным занятием казаков было держать караулы, провожать послов и гонцов, проведывать о неприятеле, нападать на него врасплох, переносить вести из одного города в другой и исполнять разные поручения, требующие скорости. Но, кроме этих казаков, на дальнем юге продолжали умножаться казаки в смысле самостоятельного братства вольных военных людей, которые управлялись сами собою, считали себя независимыми, и если изъявляли готовность служить царю, то как бы добровольно. Такие казаки распространялись не только на Дону, но и на Волге; оказывая иногда услуги правительству, они уже в это время заявляли себя к нему неприязненно: вопреки царскому запрещению вели войны с соседями, нападали на царских посланцев, грабили царские товары и купцов и давали у себя приют опальным и беглым.

Самое раннее начало казачества для нас теряется в истории. Вероятно, однако, что это название возникло на юге при столкновении с татарами. Слово "казак" чисто татарское и означало сперва вольного бездомного бродягу, а потом низший род воинов, набранных из таких бродяг. На юге Руси, как литовской, так и московской, прежде появления русских казаков существовали казаки татарские, в том же значении вольных бродячих удальцов. Если в глазах правительства казачество получало значение военного сословия, то в глазах народа слово "казак" долго имело более широкий смысл. Оно соединялось вообще со стремлением уйти от тягла, от подчинения власти, от государственного и общественного гнета, вообще от того строя жизни, который господствовал в тогдашнем быту.

Издавна в характере русского народа образовалось такое качество, что если русский человек был недоволен средою, в которой жил, то не собирал своих сил для противодействия, а бежал, искал себе нового отечества. Это качество и было причиной громадной колонизации русского племени. В древние времена, когда существовали отдельные земли и княжения, русские переходили из одного в другое или заходили на новые, не населенные прежде места; так населялся отдаленный север и северо-восток: Вятка, Пермь, Вологда и пр. Монастыри, как мы уже говорили, были одним из важных двигателей такой колонизации. Русский человек искал воли и льгот, сообразно своей пословице: "рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше". При раздельности земель переход из одной в другую естественно удовлетворял многих: нужны были люди, и новым людям давались льготы.

Но когда земли и княжения соединились под властью московских государей и, вследствие этого, быт народа получал сравнительно более однообразия, такие переходы уже не могли представлять прежних выгод; притом образование двора, усиление государственных нужд, внутренняя и внешняя безопасность и частые войны повлекли за собой несравненно больше поборов и повинностей, а потом неизбежно было большее отягощение народа. Между тем желание "отбыть" всяких тягостей, искать льготных мест не только не исчезло, но еще усилилось с увеличением государственных тягостей. Гулящие люди, не поступившие в тягло, искали заранее возможности избавиться от него на будущее время, за ними - и записанные в тягло покидали свои выти или жребии и также разбегались.

В писцовых книгах то и дело, что встречаются пустые дворы в посадах и селах. От этих побегов остававшимся на месте делалось еще тяжелее, так как оставшиеся должны были нести повинности и за бежавших. Побеги были самым обычным, самым укоренившимся явлением жизни старинной Руси. В жалобах правительству на отягощения жители постоянно угрожали разбежаться "врознь". Одни перебегали внутри государства с места на место: из тяглых черных волостей в монастырские или боярские вотчины и поместья, закладывались частным лицам, поступали в "холопи"; их нередко ловили и водворяли на прежние места жительства.

Служилые люди таким же образом убегали oт службы: всегда, как только собирали в поход детей боярских и стрельцов, непременно следовало распоряжение ловить нетчиков, т.e. не являвшихся на службу. Более смелые и удалые стремились вырваться совсем из прежней общественной среды и убежать туда, где им приходилось или пользоваться большими льготами, как например в казаки "украинных" (южных) московских городов, или туда, где уже не было для них никаких государственных повинностей: таким притоном были степи. Там образовалось вольное казачество. Но казак, по народному понятию, был не только тот, кто шел на Дон или в Сечь и поступал в военное братство, для всех открытое: всякий удалец, который искал воли, не хотел подчиняться власти и тягостям, всякий шатавшийся беглец был в народном смысле казак. 0т этого собирались разбойничьи шайки и называли себя казаками, а предводителей своих атаманами, да и само правительство называло их казаками, только "воровскими". В глазах народа не было строгой черты между теми и другими.

Казачество стало характеристическим явлением народной русской жизни того времени. Это было народное противодействие тому государственному строю, который удовлетворял далеко не всем народным чувствам, идеалам и потребностям. Народ русский, выбиваясь из государственных рамок, искал в казачестве нового, иного общественного строя. Появление казачества порождало раздвоение в русской общественной жизни. Одна часть стояла за государство и вместе с ним за земство, хотя и подавляемое государством. Другая - становилась враждебно к государству и стремилась положить своеобразные зачатки иного земства.

Идеалом казачества была полная личная свобода, нестесняемое землевладение, выборное управление и самосуд, полное равенство членов общины, пренебрежение ко всяким преимуществам происхождения и взаимная защита против внешних врагов. Этот идеал ясно выказывается в истории малорусского казачества в ту эпоху, когда оно уже успело разлиться на целый народ.

В московской Руси черты такого идеала выразились слабее, но здесь и там, пока этот идеал мог быть достигнут, казачество не иначе должно было проявиться, как в форме военной, наезднической и даже разбойнической. С одной стороны, соседство татар вызывало необходимость беспрестанно вести войны; защищаясь против врагов, казаки неизбежно стали и нападать на них. Удачные нападения давали им добычу, а приобретение добычи увлекало их к тому, чтобы, вместо мирных земледельческих и промышленных занятий, жить и обогащаться войною; к этому присоединялись и религиозные воззрения: так как враги их были не христиане, то нападения на них и грабежи считались не только нравственно позволительным, но и богоугодным делом. С другой стороны, так как казачество составлялось из людей, недовольных государственным строем, то отсюда вытекала вражда и к государственному управлению и ко всему обществу, признававшему это управление.

В казаки шли люди бездомные, бедные, "меньшие", как говорилось тогда, и вносили с собой неприязнь к людям богатым, знатным и большим. Отсюда-то происходило, что казаки или шайки, называвшие себя казаками, со спокойной совестью нападали на караваны и грабили царских послов и богатых московских гостей. Но казаки, несмотря на все это, были русские люди, связанные верой и народностью с тем обществом, из которого вырывались: государству всегда оставалась возможность с ними сойтись, и если не сразу подчинить их, то до известной степени войти с ними в сделку, дать уступки и, по возможности, обратить их силы в свою пользу. Недовольные государстпенным строем казаки были все-таки не болee как беглецы, а не какая-нибудь партия, стремившаяся сделать изменения или переворот в обществе.

Убежавши с прежних мест жительства на новые, казаки могли быть довольны, если в этом новом жительстве им не мешали и оставляли с приобретенными льготами; до остальной Руси им уже было мало дела, по крайней мере, до тех пор, пока какие-нибудь новые потрясения не поворачивали их деятельности к прежнему их отечеству. От этого, как только царская власть обращалась с ними дружелюбно, они готовы были служить ей, но только остерегаясь, чтобы у них не отняли их льгот.

Шайки, составленные из донских казаков и разных русских беглецов, нашли себе приют на Волге, нападали на послов, на купцов, не щадили царских судов, брали казну и товары. Разбои эти возрастали с каждым годом. Правительство посылало против них отряды, приказывало хватать и вешать, но нелегко было с ними расправиться, потому что, заслышав приближение царских сил, они скрывались в ущельях и пустынях. В 1579 году они напали, под предводительством атаманов Кольцо, Барбоши и других, на нагайский город Сарайчик и разорили его до основания. По жалобе нагаев царь осудил Кольцо с товарищами на смерть, но поймать главных предводителей не могли и казнили только нескольких попавшихся. Вслед за тем толпа казаков - и с нею осужденный на смерть Кольцо - явилась в пермской стране.

Е.А. Разин

(История военного искусства. т.II. Военное искусство феодального периода войны. - М.: Воениздат, 1957)

Развитие русского военного искусства в XV--XVI вв. определялось прежде всего социально-экономическими и политическими изменениями, происходившими в Русском государстве. Главным содержанием этих изменений было развитие экономических и торговых связей, складывание и укрепление Русского централизованного государства, освобождение от татаро-монгольского ига, начало превращения Русского государства в многонациональное, возникновение и развитие служилого класса помещиков-дворян, который становился надежной опорой самодержавия.

Результатом становления Русского централизованного государства явилось возникновение централизованной вооруженной организации с единым верховным командованием. В связи с этим изменилась роль военного совета, который стал теперь не решающим, а лишь совещательным органом при государе. Решения принимал единолично государь. Но феодальные пережитки все еще сохранялись в форме ограниченного Иваном IV местничества и коллегиального командования полками, во главе которых стояло по нескольку воевод (один из них обычно был старшим).

В процессе складывания Русского государства возникла и оформилась поместная система комплектования войска, которая позволила собирать для похода значительше силы. Поместные войска заменили феодальное ополчение, что определило количественный и качественный рост русского войска.

После походов поместные войска распускались. Но для охраны границ государства необходимы были пограничные войска, формировавшиеся из казаков и детей боярских, т. е. служилых людей. На поместной основе зарождалось постоянное войско, которое находилось на государевой службе постоянно. Хотя сроки службы вообще не устанавливались, но пограничная служба уже регламентировалась.

Другой основой возникновения постоянного русского войска было появление нового огнестрельного оружия. Личный состав наряда и стрельцы не распускались после похода и продолжали нести службу, являясь по существу постоянным - войском. Удельный вес этих войск непрерывно возрастал.

Войско Московского государства XV--XVI вв. по своему составу и задачам, которые оно решало, являлось русским национальным войском. Иностранных наемников в русском войске было очень мало. Отряды татарской конницы, участвовавшие в походах московской рати, не изменяли общего национального характера русской рати и по сути дела не являлись иноземными наемниками, так как татарские ханства были включены в состав Русского государства. Для развития наемничества в Московском государстве не имелось социально-экономической и политической базы. Опорой самодержавия являлись не наемники, а дворяне-помещики, которые были по существу военным сословием, и постоянное войско (стрельцы, наряд).

Русское войско решало такие важные политические задачи, как окончательное освобождение от татаро-монгольского ига, воссоединение утраченных ранее русских земель и оборона границ большого государства. Все это заставляло правительство изыскивать способы увеличения вооруженной силы и привлекать к решению общеполитических задач широкие слои городских и сельских жителей, кочевого населения и казачества. Рост численности русского войска связан также с появлением и развитием огнестрельного оружия (стрельцы, наряд и зачатки военно-инженерных войск). Следовательно, сообщение иностранцев о сокращении численности русского войска от XIV до XVI века не соответствует действительности. На самом деле с ростом и укреплением централизованного русского государства, с появлением и развитием новых средств борьбы -- огнестрельного оружия -- с созданием и совершенствованием аппарата управления и военных учреждении численность русского войска возрастала, повышались и его боевые качества. При этом удельный вес поместной дворянской конницы уже к концу XVI в. выявил тенденцию к снижению. Возрастал удельный вес стрельцов, наряда и казаков. Появление в XVI в. стрельцов явилось по существу зарождением русского регулярного войска. Стрелецкая пехота имела элементы регулярности: она сохранялась для службы в мирное время, получала содержание от государства (правда, неполное), имела однообразное вооружение, одинаковую форму одежды, определенную организацию, проходила обучение. Но не было еще совместного (казарменного или по квартирам) размещения военнослужащих. Стрельцы жили с семьями в своих домах. Не было полного содержания от государства, и поэтому стрельцы отвлекались от военной службы своим хозяйством, ремеслом или торговлей. Не имелось регламентации прав, точных обязанностей и деятельности воинов в мирное время и на войне, т. е. отсутствовали уставы. Все это появилось позднее.

Численный рост русского войска, необходимость точного учета служилых людей, регулирования их прав и обязанностей, проведение сбора воинов для похода вызвали к жизни появление приказов -- органов высшего военного управления. На время походов властью московского государя назначались воеводы, к ним часто прикомандировывались дьяки в качестве советчиков. Для обсуждения важных вопросов во время походов созывались военные советы. Зарождались элементы органов полевого управления войска.

Новое оружие в XV в. было еще очень примитивно, но в XVI в. оно значительно усовершенствовалось. Качественному росту огнестрельного оружия в Русском государстве способствовало его централизованное производство, чего не было в Западной Европе, где изготовление оружия носило частно-предпринимательский характер. Формировался и развивался наряд, который успешно применялся при обороне крепостей, затем при их штурме и в полевом бою. Совершенствовалось ручное огнестрельное оружие. Залповый огонь из пищалей оказывал на противника не только моральное воздействие, но и наносил ему значительные потери. Пищаль уже успешно конкурировала не только с хорошим луком, но и с самострелом (арбалетом). По сообщению летописца, "стрельцы тацы бяху искусни и научени ратному делу и пищальному стреляню, яко и малые птицы на полете убиваху из ручных пищалей и из луков" 1. Кроме пищали, стрельцы имели на вооружении бердыш, который служил подставкой для пищали и был холодным оружием, Стрельцы умели применяться к местности. Это выгодно отличало их от аркебузе-ров и мушкетеров западноевропейского войска.

Следствием развития нового оружия было изменение структуры русского войска, в котором наряд превращался в третий род войска. Появился новый вид пехоты: сначала пишальники (XV в.), а затем стрельцы (XVI в.), постепенно вытеснившие лучников. В бою теперь взаимодействовали три рода войска -- пехота, наряд и конница. Средством маневра и удара по-прежнему была конница. Важную роль в бою играла полковая артиллерия, которая восполняла недостаточную силу огня из ручного оружия.

Русская рать, насчитывавшая десятки тысяч воинов, оснащенная современной техникой и имевшая организацию, соответствовавшую требованиям ведения войны того времени, решала важные политические задачи. Поэтому войны Московского государства в XV и XVI вв. имели крупные стратегические цели. Последовательность достижения этих целей планировалась на военных советах (походы на Казань, Ливонская война) с учетом конкретной политической и стратегической обстановки.

Стратегический успех обеспечивался тогда, когда силы не распылялись, а сосредоточивались на решающем направлении ...

Распыление сил для овладения крепостями, ставшими мелкими стратегическими целями, и переход от активных наступательных действий к пассивной обороне (последние периоды Ливонской войны) способствовали затягиванию войны. Длительная Ливонская война истощила силы Московского государства, в результате чего сложилась неблагоприятная политическая и стратегическая обстановка, заставившая заключить невыгодный для Руси мир.

В войнах XV--XVI вв. развивалась тактика русского войска, что было связано с изменением его состава и структуры и появлением новых средств борьбы.

Производство пороха и развитие крепостной и осадной артиллерии изменило способы обороны и атаки крепостей. Деревянные крепостные стены и башни довольно быстро разрушала осадная артиллерия. Поэтому стали строить крепости из камня и кирпича. В ходе обороны крепости на направлениях проломов строились деревянные отсеки со рвами впереди них (оборона Пскова), являвшиеся новым препятствием на направлении штурма. Это увеличивало устойчивость обороны.

Для устройства проломов в крепостной стене стал широко применяться порох, который закладывался в большом количестве (десятки бочек) в подкоп (в минную галерею). Минная атака была успешно проведена .при штурме Казани под руководством русского "розмысла" Выродкова.

К этому же времени относится зарождение минной борьбы. Минная атака заставила изыскивать средства для борьбы с ней. При обороне Пскова успешно были применены слуховые колодцы и контрминные галереи.

Под Казанью русское войско применило систему траншей и туров для приближения артиллерии к объектам штурма и подготовки исходных позиций для пехотных штурмовых колонн. Зарождалась инженерная атака крепости в обстановке применения нового огнестрельного оружия. Эта атака под Казанью дала положительные результаты, в частности потому, 'что она осуществлялась на широком фронте с одновременным

использованием всех средств и способов ее ведения. Под Псковом противник развернул большие инженерные работы. Но его инженерная атака была нацелена в одну точку и осуществлялась Последовательно, Это Дало возможность псковичам сорвать все попытки противника проникнуть в укрепленный город.

Казань русские войска штурмовали многими колоннами со всех сторон. Атаку штурмовых колонн обеспечивали стрельцы и лучники, т. е. взаимодействовали все виды пехоты. Этого не было при многочисленных штурмах Пскова разноплеменным войском. Сосредоточение противником усилий в одной точке позволяло оборонявшимся маневрировать резервами и собирать крупные силы для контратак. Войско под командованием Батория и его советников не сумело использовать свое большое численное превосходство.

Оборона Пскова -- редкий пример успешно закончившейся обороны крепости без всяких попыток ее деблокады со стороны полевых войск. Активные действия оборонявшихся заставили противника отказаться от попыток овладеть Псковом.

В походном порядке русского войска в XVI в. существенных изменений не произошло. Новым моментом явилось разделение функции разведывательной службы и службы охранения. Ертаул был органом дальней разведки, передовой полк выполнял функции авангарда, сторожевой полк являлся арьергардом. Наряд отправлялся или с судовой ратью или же включался в состав главных сил.

Гуляй-город

Боевой порядок имел свои особенности. Его устойчивость обеспечивал теперь гуляй-город, описанию которого иностранные путешественники того времени уделяли большое внимание. Неудачи в полевом бою русские летописцы обычно относили за счет неготовности гуляй-города.

Гуляй-город представлял собой полевое оборонительное сооружение, опорный пункт, занятый нарядом и стрельцами. В полевой обстановке несовершенное огнестрельное оружие того времени успешно можно было использовать лишь при условии защиты пушкарей и стрельцов, которым требовалось много времени для перезаряжания оружия.

Конница, опираясь на гуляй-город, атаковала противника. При неудачных атаках конница укрывалась за гуляй-городом. Затем по врагу открывали огонь наряд и стрельцы. Вслед за этим конница контратаковала дезорганизованные группы противника.

Гуляй-город, расчлененный на отдельные подвижные укреплений, способен был и наступать, И в этом случае он был опорой конницы, наносившей главные удары.

Обязательное наличие общего и частных резервов являлось характерной чертой боевых порядков русского войска XV-- XVI вв. Резервы выполняли различные задачи (чаще всего

внезапно нападали на противника из засады). За счет резервов усиливались войска на направлении главной атаки (Казань). Отсутствием общего резерва современники объясняли неудачу русского войска под Оршей.

Изменение в способах ведения войны и боя и появление нового оружия влекли за собой совершенствование организации русского войска, что мы и наблюдаем в XVI в.

Потребность организации и регулирования сторожевой службы заставила воевод регламентировать ее. Появился "Боярский приговор" -- инструкция пограничной службы, которая узаконивала и уточняла порядок сторожевой и станичной службы. Таким образом, русская военно-теоретическая мысль родилась как обобщение практики службы пограничного войска.

Пищальники

А. В. Чернов

(Вооруженные силы Рyccкого Государства в XV-XVII в.в. -- М.: Воениздат, 1954)

В начале XVI в. в составе русского войска упоминаются "пищальники". Вопрос о времени появления пищальников и их роли в истории вооруженных сил до сих пор не освещен в исторической литературе. Трудности изучения этого вопроса заключаются не только в ограниченном количестве источников, упоминающих о пищальниках, но и в том, что в указанный период тем же именем называлась другая группа ратных людей -- пушкари.

Наиболее ранние указания о пищальниках относятся к 1510 г., ко времени покорения Пскова, когда Василий III прислал из Москвы 1000 "пищальников казенных". После отъезда великого князя в Пскове было оставлено 1000 детей боярских и 500 пищальников новгородских.

После присоединения к Москве Псков должен был высылать свое войско на службу к великому князю. И действительно, в поход на Смоленск из Пскова взяли 1000 пищальников.

Во время борьбы за Смоленск (1516 г.) воеводы сообщали о малочисленности у них ратных людей и просили "к ним бы людей еще прибавить". Василий III велел нарядить с городов пищальников и посошных людей и послать в войско. В 1518-1519 гг. к Полоцку были направлены ратные люди из Новгорода и Пскова и среди них пищальники и посошные. Пищальники и посошные люди принимали участие и в охране южной границы.

Ценные сведения о том, как и из каких слоев населения набирались пищальники, дают "разрядный" и "разметный" списки 1545 г. о сборе ратных людей с Новгорода по случаю похода на Казань. Наряду с другими ратниками, с Новгорода, пригородных посадов, рядов и погостов полагалось нарядить 2000 пищальников (1000 конных и 1000 пеших). Все пищальники должны были быть одеты в однорядки или сермяги, иметь по ручной пищали, запасы пороха, свинца и продовольствия. Раскладка общего числа ратников по отдельным населенным пунктам показывает, что в среднем каждые 3-5 дворов снаряжали в поход одного пищальника. Пищальники делились на сотни, во главе которых стояли сотники, назначаемые, вероятно, из числа детей боярских.

Немногочисленные сведения о пищальниках все же позволяют сделать некоторые обобщающие выводы.

Пищальники набирались преимущественно из городского населения и в отличие от "посохи" выставлялись на службу не с сохи, а с двора. Население должно было снабжать пищальников оружием, боевыми запасами, одеждой и продовольствием. Существовали и "казенные" пищальники, которые получали огнестрельное оружие от правительства (из казны). Пищальники предназначались для непосредственного участия в боевых действиях войска и этим также отличались от посошной рати, выполнявшей главным образом подсобную роль в бою. В боевых действиях пищальники участвовали в пешем строю (осада Смоленска), хотя некоторые из них в походы выступали на конях.

Можно считать, что в лице пищальников русское войско впервые получило отряды пехоты, поголовно вооруженной огнестрельным оружием. Пищальники позволили правительству впервые широко применить ручное огнестрельное оружие, усилив тем самым конницу, вооруженную луками со стрелами. В этом и состояло значение пищальников на данном этапе развития русского войска.

Служилые люди у "наряда"

Развитие русской артиллерии привело к значительному увеличению служилого персонала при "наряде" (артиллерии), который постепенно обособился и образовал особый разряд ратных людей -- пушкарей. Кроме пушкарей, к служилым людям, имевшим отношение к артиллерии, причислялись пищальники-затинщики, которые действовали из затинных пищалей, воротники, охранявшие ворота в городах и острогах (крепостях), плотники и кузнецы, исправлявшие повреждения в орудиях.

О численности и положении пушкарей и других служилых людей у "наряда" можно судить по сведениям писцовой книги г. Торопца. В 1540 г. в городе имелось 5 пушкарей, 24 пищальника и вдова пищальника с сыном; все они жили на посаде в 30 дворах. Один пушкарь и два пищальника имели каждый по лавке в большом ряду. Писцовая книга отождествляет тех и других служилых людей: "и всех дворов пищальников и пушкарей 30, а пищальников в них 30 человек". В некоторых городах пищальники жили особыми слободами. Так, писцовая книга упоминает о слободке Пищальниковой в Серпухове; здесь дворы были, вероятно, казенные.

Источники не говорят нам, как оплачивалась служба пушкарей и других служилых людей у "наряда", но указание на наличие у них лавок очень важно. Можно полагать, что пушкари имели право не только торговать и заниматься ремеслом, но что у них были в этом отношении какие-то привилегии. Можно сделать и другое предположение, а именно, что в пушкарское сословие вербовались люди из посадского и вообще городского населения. Объединение пушкарей и пищальников под общим названием пищальников показывает, что специализации дела еще не существовало.

В 1545-1546 гг. в Новгороде насчитывалось 45 пушкарей и пищальников. Освобожденные от некоторых налогов и повинностей пушкари должны были всегда быть готовы к походу, неся в мирное время караульную службу у крепостных орудий и выполняя различные поручения воевод по укреплению городов.

Можно полагать, что пушкарей и других служилых людей у "наряда" было не так много. Искусство изготовления-орудий и стрельбы достигалось длительным опытом и передавалось из поколения в поколение в кругу сравнительно небольшого числа лиц, обслуживающих орудия. Хорошие специалисты артиллерийского дела ценились очень высоко.

Численность войска

Отечественные источники не дают сведений об общей численности войска в тот период. Это объясняется не только плохим учетом ратных людей, но и частыми изменениями состава войска. Постоянные кадры служилых людей пополнялись в военное время как за счет служилых людей тех же разрядов (дворяне, дети боярские, казаки и др.), так и особенно за счет новых групп населения, привлекаемых к военной службе (пищальники, посошная рать и др.). В силу этого правительство едва ли могло учесть свои вооруженные силы в мирное и военное время.

Некоторые сведения об общей численности русского войска дают иностранные источники, но эти сведения довольно разноречивы. По свидетельству иностранцев русское войско насчитывало от 150 до 350 тыс. человек. Цифры эти, несомненно, преувеличены. Исходя из сведений о численности русского войска в походах, можно считать, что при серьезной военной опасности Русское государство могло в то время собрать до 200 тыс. конных и пеших воинов.

Миниатюры из рукописного Жития Василия Нового. 16 в.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ПАМЯТКИ

-- Свобода. Мы истинно свободны, когда мы сохранили способность рассуждать самостоятельно, когда необходимость не заставляет нас защищать навязанные и, в некотором роде, предписанные нам мнения. (Цицерон). Ныне полагают свободу в разнузданности, тогда как настоящая свобода -- лишь в одолении самого себя, и воли своей так, чтобы под конец достигнуть такого нравственного состояния, чтобы всегда во всякий момент быть самому себе настоящим хозяином. (Ф. Достоевский).

-- Святилище Верности - было основано, видимо, лишь в середине IV в. до Р.Х., но божества, надзиравшие за верностью клятве (сабинский Семо Санк, римский Дий Фидий) почитались в Италии с глубокой древности.

-- Святилище Судьбы - ныне Фано на Адриатическом побережье Италии между Римини и Анконой. Здесь начиналась Фламиниева дорога, ведшая через Апеннинский хребет прямо к Риму.

-- Святой меч - изображение бога войны у скифов в виде меча, воткнутого в кучу хвороста.

-- Святыня. Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас. (Матф. 7 -- 6).

-- СВЯЩЕННЫЙ СОЮЗ, реакц. союз монархов Австрии, Пруссии и России, оформл. 26.9.1815 в Париже после падения империи Наполеона I. Целями С. с. являлись обеспечение незыблемости решений Венского конгресса 1814--15, подавление революц. и нац.-освободит. движений. В 1815 к С. с. присоединились Франция и ряд др. европ. гос-в. С. с. санкционировал вооруж. интервенцию и подавление австр. войсками рев-ций и Неаполе (1820--21) и Пьемонте (1821), франц. войсками -- в Испании (1820-- 1823). В ряде акций участвовала Великобритания. Противоречия между участниками С. с. и рост революц. движения привели к его распаду в кон. 20 -- нач. 30-х гг. 19 в.

-- Сдержанность и корректность. Самым тяжелым является, когда нам приходится выслушивать упрек или выговор в присутствии части, соблюдая полную корректность. Все в нас страдает, все возмущается: самолюбие, личное достоинство, уважение и любовь к дисциплине, которая делает невыносимым видеть публичное унижение той доли власти, которая нам дана. Если выговор оскорбителен, то возбуждаемое им возмущение гордой натуре сдержать трудно, но тем не менее надо все силы употребить к тому чтобы нижний чин не был свидетелем столкновений начальника с подчиненным. Тот, кто знает себе цену, такой сдержанностью своего достоинства не умалит. (П. Изместьев). Сдержанность нужнее тем, кто слышит о себе дурное, нежели тем, в кого бросают камнями. (Антисфен).

-- Сегест - вождь германского племени херусков, враг Арминия, который увез его дочь Туснельду, и друг римлян. Накануне знаменитой битвы в Тевтобургском лесу, предчувствуя, что римские войска попадут в ловушку, подстроенную Арминием, тщетно предупреждал римского наместника Вара о грозящей им опасности. После поражения римлян продолжал борьбу с Арминием.

-- Секваны - могущественное галльское племя, обитавшее на востоке нынешней Франции. Возмущение их проиив римлян, 21.

-- Секстиевы Воды - римская колония примерно в 26 км к северу от Массилии (нынешнего Марселя). Битва при Секстиевых Водах произошла в 102 г. до Р.Х.